Замуж за демона: инструкция по выживанию

— Значит, всё? — спросила я, стараясь держать голос ровным, но внутри всё дрожало.  

Мой, пока еще, муж Рома сидел напротив, развалившись в своём любимом кожаном кресле. Тёмно-коричневое, массивное, как и всё, что он покупал. «Для солидности», — говорил он. Солидность! Это слово стало его вторым именем. Его стиль, его походка, даже манера держать в руках чашку кофе — всё кричало: «Смотрите, какой я замечательный, солидный мужчина!»  

— Всё, — наконец произнёс он, даже не глядя на меня.  

Он стучал пальцами по подлокотнику, и был похож на человека, который ждёт, когда закончится скучный спектакль. Моё сердце сжалось. Ещё несколько месяцев назад я бы сказала, что люблю в нём эту уверенность и солидность. Но сейчас мне хотелось сломать эти пальцы, с идеально подпиленными ногтями и намазанные дорогущим кремом.  

— Всё, — повторила я, чтобы убедиться, что правильно поняла. — Вот просто так?  

— А чего ты ожидала? — Он наконец оторвал взгляд от телефона. Конечно, телефон важнее всего. А точнее, кто-то по ту сторону экрана. «Лена», — мысленно произнесла я. Проклятая Лена в обтягивающих лосинах, которые всегда были на размер меньше, чем надо.  

— Прекрасно, — выдавила я. — Можешь идти.  

Я смотрела на него, стараясь не показывать эмоций. Мне было важно сохранить лицо. Хотелось кричать, метать гром и молнии, обрушить на него такую трехэтажноматерную лавину слов, чтобы его идеальные уши свернулись в идеальную трубочку. Высказать ему всё: о том, как он разбил мою жизнь, как украл девять лет моей жизни, моей молодости и оставил мне в подарок только чувство собственной никчёмности. Но я упорно молчала.  

Роман поднялся, небрежно расправив пиджак. Конечно, как же без эффектного ухода. Даже уходить он умел «красиво».  

— Знаешь, Тамара, — сказал он, уже на пороге. — Я думал, ты будешь плакать.  

— А я думала, ты хоть раз скажешь что-то умное, — ответила я и поняла, что мои руки сжаты в кулаки.  

На его лице на миг мелькнуло удивление, но он ничего не сказал. Просто ушёл. Дверь захлопнулась с таким звуком, будто подчёркивала: точка.  

Я осталась в тишине. В комнате, которая ещё пахла его дорогим парфюмом. В комнате, где на каждой полке стояли его вещи, где каждый предмет напоминал о том, что когда-то мы были семьёй.  

Смешно, правда? Семьёй. Какая наивная иллюзия.  

***

Когда я услышала от него слово «развод» впервые, это прозвучало так буднично, что я даже не сразу поняла, о чём речь.  

— Нам надо поговорить, — сказал он тогда, возвращаясь с работы позже обычного.  

Я стояла у плиты, готовя его любимую пасту с грибами. Пахло сливочным соусом, чесноком и свежемолотым перцем. Ещё бы пять минут — и я подала бы всё на стол.  

— Говори, — ответила я, даже не обернувшись.  

— Мне кажется, мы слишком разные, — сказал он спокойно, как будто заказывал кофе.  

Я застыла. Ложка выпала из руки, стукнув по сковородке. Кажется я уже понимала к чему идет этот разговор.

— Разные? — переспросила я, не веря своим ушам.  

Он вздохнул, как будто объяснял что-то очевидное ребенку.  — У нас нет ничего общего.  

Я наконец обернулась.  

— Девять лет отношений из которых пять лет брака — и это «ничего общего»? Ты серьёзно?  

— Серьёзно, — кивнул он.  

Я почувствовала, как что-то внутри меня начинает закипать. Это была не боль и даже не обида. Это была злость.  

— Это из-за Лены? — спросила я, хотя уже знала ответ.  

Роман вздёрнул бровь, изображая искреннее недоумение.  

— С чего ты взяла?  

— С того, что ты лайкаешь каждую её фотографию Вконтакте.  

Он раздражённо махнул рукой.  

— Ты же знаешь, это просто соцсети.  

— Соцсети? — повторила я, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Тогда, может, объяснишь, что ты делал с ней в отеле? Тоже «соцсети»? Вас видели вместе!

Его лицо резко изменилось. Теперь он смотрел на меня холодно, словно взвешивал: стоит ли вообще что-то отвечать?  

— Тамара, не начинай.  

Не начинай? Это он мне говорит?  

— Ты разрушил наш брак, — прошипела я, чувствуя, что готова взорваться. — У тебя ещё хватило наглости водить её в наш дом!  

— Ты всё преувеличиваешь, — сказал он, не теряя своего ледяного спокойствия.  

После этого разговора он собрал вещи и ушёл. Я не плакала. Просто сидела на кухне, окружённая запахом остывшей пасты, и смотрела в пустоту.  

***

Сейчас, глядя на его кресло, я пыталась понять: как всё это случилось? Как я вообще могла быть с таким человеком?  

Он всегда был тем, кого можно назвать «мужчиной с обложки». Высокий, подтянутый, с идеальной улыбкой. На него всегда обращали внимание женщины. Я знала это, но мне казалось, что я для него особенная. Что он выбрал меня.  

«Как же глупо», — подумала я.  

Каждый его поступок был сигналом, который я упорно игнорировала. Он мог отменить ужин ради встречи с друзьями. Забыл про мой день рождения дважды. А я всё терпела.  

— Какая же я дура, — пробормотала я вслух.  

На столе лежала книга с яркой обложкой: «Как начать жизнь с чистого листа». Я купила её, когда он ушёл, как будто это могло мне помочь.  

Я открыла её наугад. Первая же строчка гладила по сердцу: «Чтобы избавиться от боли прошлого, уезжайте туда, где вас никто не знает».  

Я представила идеальный домик в деревне. Сад, запах свежей травы, утренний туман над полями. Ни телефонов, ни Романа, ни Лены. Ни-че-го, что помешала бы моему спокойствию.

— Хорош мечтать, — пробормотала я, захлопывая книгу.  

В дверь позвонили. Это был курьер. Он принёс конверт с документами.  

Развод официально завершён.

Я осталась одна. Но вместо пустоты я почувствовала странное облегчение.  

«Может, и правда… начать всё с чистого листа?»  

Я подошла к окну. Снаружи был серый вечер, холодный и угрюмый. Но где-то в глубине души я ощутила слабую искорку надежды.  

«Вперёд, Тамара», — сказала я себе. — «Никаких мужчин. Только ты, тишина и домик мечты».  

Авито пестрило объявлениями: домики, коттеджи, дачи – глаза разбегались. Одни выглядели так, будто в них обитал серийный маньяк, другие стоили как крыло самолёта. Я уже начала терять надежду, когда увидела его.  

Идеальный дом.  

Небольшой, деревянный, с покосившимся заборчиком и ставнями на окнах – чисто деревенский уют. Казалось, вот-вот за скрипучую калитку выйдет бабушка в платке и пригласит на чай с мятой и вареньем.  

Я даже не раздумывала. Пальцы сами нажали на кнопку вызова. Гудки. Один, другой… И вдруг в трубке раздался голос – добрый, немного дрожащий, но удивительно тёплый:  

— Да-да, слушаю вас.  

— Добрый день, — поспешила я сказать. – По поводу дома звоню. Объявление ещё актуально?  

— Ох, конечно, конечно! – голос явно обрадовался. – Уже и не надеялась, что кто-то заинтересуется. Такой дом хороший, добротный, а всё стоит да ждёт нового хозяина.  

— Можно посмотреть его?  

— Конечно, милая! Приезжайте завтра с утра. Я вас встречу.  

— Отлично. Тогда часов в десять вас устроит?  

— Вполне, вполне. Как зовут-то вас?  

— Тамара.  

— Очень приятно, Тамарочка, а меня баба Нина зовут.  

От этого «баба Нина» мне вдруг стало так уютно, будто я говорила со своей собственной бабушкой.  

— Приятно познакомиться, баба Нина. Тогда до завтра.  

— До завтра, деточка.  

Я положила телефон и задержала взгляд на фотографии дома. Что-то в нём цепляло. Может, эта неприхотливая простота? Или ощущение, что именно там можно спрятаться от всего мира?  

Я вздохнула. До конца дня оставалось ещё много времени.  

Первая мысль – встретиться со Светкой, подругой детства. Она бы точно составила мне компанию на пару бокалов вина, но я тут же представила, как начнётся традиционное «обмывание косточек» Роману и его пассии.  

— Ну его к чёрту, — пробормотала я.  

Нет, этого мне сейчас не хотелось. Совсем. Гораздо правильнее было бы начать собирать вещи. Я осмотрела квартиру. Всё вокруг напоминало мне о прошлом. Пора вычеркнуть его.  

И начать новую жизнь.

Дорога была лёгкой. Пробок не было, и я наслаждалась ощущением свободы. За чертой города воздух стал чище, а пейзажи – живописнее. Поля уходили вдаль, перемежаясь зелёными рощами и крошечными деревеньками. Всё вокруг словно дышало покоем.  

Последние километры оказались сложнее – сельская дорога была в ямах и камнях. Машину тряхнуло на ухабе, потом ещё раз, но я только крепче вцепилась в руль. Не такая уж это и проблема, чтобы развернуться обратно.  

Наконец, впереди показался тот самый дом.  

Возле низенькой деревянной калитки меня уже ждала баба Нина. Сухонькая, невысокая, но удивительно бодрая, она напоминала бабушку из советской сказки – в цветастом платке, завязанном под подбородком, в тёмном переднике поверх ситцевого платья. Её лицо избороздили морщины, но глаза – тёмные, добрые – лучились теплом.  

— Ох, как быстро доехала! – радостно воскликнула она, когда я вышла из машины.  

— Да, дорога хорошая. Почти, — усмехнулась я.  

— А то! – Баба Нина подбоченилась. – Давай-ка, милая, проходи, не стесняйся.  

Я шагнула за калитку и огляделась.  

Двор был большим, но слегка запущенным. Высокая трава пробивалась между камнями тропинки, в стороне виднелись аккуратные грядки с зеленью, а у самого дома раскинулись цветочные клумбы – неприхотливые бархатцы, душистый пион, пышные ромашки.  

По левую сторону возвышались яблони, усыпанные спелыми алыми яблоками. Некоторые уже упали на землю, маня ароматной сладостью.  

А сам дом…  

Точно такой, как на фотографии, но вживую он выглядел ещё лучше. Светлые бревенчатые стены, крыльцо с резными перилами, ставни на окнах – нарядные, выкрашенные в голубой цвет. Казалось, он только и ждёт, когда в него войдут и снова наполнят жизнь голосами и теплом.  

— Хорош, правда? – Баба Нина проследила за моим взглядом.  

— Он чудесный, — призналась я, не отрывая глаз.  

— Пойдём-ка чайку попьём, обсудим всё, — позвала хозяйка, уже направляясь к крыльцу.  

В доме пахло деревом, сушёными травами и чем-то ещё – тёплым, родным, словно в далёком детстве, когда приезжаешь к бабушке на каникулы.  

Я сидела за круглым столом на кухне, передо мной стояла кружка с горячим чаем – терпким, с мятой и какими-то ещё травами, а рядом – тарелка с душистыми пирожками.  

— Ну, что скажешь, милая? – Баба Нина внимательно смотрела на меня.  

Я поставила кружку и выдохнула:  

— Покупаю.  

Старушка одобрительно кивнула, будто и не сомневалась в моём решении.  

Оформление прошло на удивление быстро – у неё были готовы все документы, и через пару часов я уже держала в руках свидетельство о собственности.  

— Ну вот и всё, — сказала баба Нина, передавая мне ключи. – Теперь это твой дом, Тамарочка.  

Я крепче сжала холодный металл в ладони.  

Мой дом.  

До конца осознание ещё не пришло, но что-то внутри уже подсказывало – я на правильном пути.  

Проводив бабу Нину, я осталась одна.  

Дом казался тихим, но не пустым – будто стены с интересом ждали, когда я начну обживать новое пространство.  

Я огляделась.  

Кухня – небольшая, но уютная, с деревянными шкафчиками, старенькой, но аккуратной плитой. В гостиной – мягкий диван, сервант с хрустальными рюмками, вышитые салфетки на полках. Спальня – с широкой кроватью, покрытой лоскутным одеялом.  

Я ходила по дому, осторожно касаясь вещей, что остались от прежних хозяев. Всё здесь дышало стариной: старые книги на полках, резные стулья, вышитые скатерти, потемневшее от времени зеркало в коридоре. Было ощущение, будто дом хранил воспоминания тех, кто когда-то здесь жил.  

Но больше всего мне хотелось исследовать двор.  

Снаружи всё выглядело запущенным, но от этого не менее уютным. Я прошлась по тропинке, пробираясь сквозь высокую траву, заглянула в угол двора, где стояла старая скамья под раскидистой яблоней. Кажется, кто-то часто здесь сидел – трава вокруг была примята.  

Но больше всего меня заинтересовала небольшая калитка за домом.  

Она вела прямо в лес.  

— Удобно, — пробормотала я, толкнув её рукой.  

Калитка поддалась с лёгким скрипом, открывая тропинку, утопающую в тени деревьев.  

Воздух в лесу был удивительно свежим.  

Под ногами мягко пружинил ковёр из сосновых иголок, пахло хвоей и влажной землёй. Где-то в ветвях щебетала птица, дальше по тропе мелькнул юркий беличий хвост.  

Я шла, глубоко вдыхая этот чистый, насыщенный запах.  

Как же хорошо.  

Все тревоги, переживания, воспоминания о прошлом вдруг потеряли свою значимость. Здесь, среди деревьев, было легко и спокойно, как будто сам воздух убаюкивал душу, стирая тяжесть последних лет.  

Я улыбнулась и наклонилась, заметив рыжую шляпку лисички.  

— Ну надо же, — пробормотала я, собирая несколько грибов в ладонь.  

Опята тоже нашлись неподалёку. Вот так просто – вышла прогуляться, а уже с добычей.  

Но через несколько шагов я заметила нечто странное.  

Прямо передо мной, среди мха и корней, лежал каменный узор.  

Сначала я приняла его за случайное нагромождение камней, но, присмотревшись, поняла – они были уложены не хаотично. Изогнутые линии, круги, завитки – словно чей-то замысловатый рисунок.  

— Интересно, — пробормотала я, приседая и проводя пальцами по прохладной поверхности камней.  

Всё это выглядело… неправильно.  

Слишком ровные линии. Слишком чёткий узор.  

Что-то внутри меня подсказывало – лучше не трогать.  

Но я, конечно же, сделала глупость. Я шагнула прямо в центр этого узора. Сначала ничего не произошло. А потом земля под ногами ушла вниз.  

Я ощутила, как что-то тянет меня в бездну.  

— Что за… — успела выдохнуть я перед тем, как меня засосало в темноту.  

Кажется, моего крика никто не услышал.

Все произошло слишком быстро, чтобы я успела осознать хоть что-то.  

Яркая вспышка, внезапный удар в грудь, и вот я уже несусь вниз, подчиняясь какой-то неведомой силе.  

А потом — бац!  

Я приземлилась на что-то мягкое, а если быть точной… на кого-то.  

Тяжелый вздох снизу, напряжение мускулов — и я понимаю, что сейчас лежу на мужчине. Точнее, сижу. Верхом.  

И это не просто мужчина.  

Высокий, крепкий, с растрепанными черными волосами и заостренными скулами, он смотрел на меня темно-алыми, почти светящимися глазами. И выражение у него было соответствующее — смесь изумления, интереса и… чего-то еще, от чего у меня моментально перехватило дыхание.  

Вот только что-то мне подсказывало, что я сейчас в самой эпицентре неприятностей.  

Мы смотрели друг на друга молча, не шевелясь.  

Я боялась пошевелиться первая — мало ли, вдруг это он какой-нибудь фэнтезийный хищник, реагирующий на движение?  

Но он первый нарушил молчание.

— Так вот ты какая… моя невеста.  

Голос у него оказался низким, тягучим, словно обволакивающим.  

Я моргнула.  

— Чего?  

Отвлеклась от его лица и наконец огляделась.  

Богатые покои, полутемные, но освещенные дюжиной расставленных по комнате свечей. Бархатные занавески густого красного цвета спадали с потолка к стенам, подушки, кажется, были везде, где только можно — и на кровати, и на диванах, и даже на полу. Все выглядело таким роскошным, таким… слишком интимным.  

Как будто я угодила в логово демонического султана.  

— Того, — спокойно подтвердил мужчина, приподнимаясь на локтях, но даже в этой расслабленной позе он ухитрялся выглядеть опасным. — Символ из камней видела?  

Я снова моргнула.  

— Видела. В лесу. А при чем тут он?  

Мужчина сощурился, словно проверяя, не шучу ли я.  

— Ты на него наступала?  

Кажется, красавчик начинал раздражаться.  

— Ну… наступала.  

Теперь раздражение стало обоюдным.  

— Ну, вот и всё. Избранная. Теперь ты моя невеста.  

Я замерла.  

— Простите, что?  

— Ты. Моя. Невеста, — проговорил он, четко выделяя каждое слово, будто я не расслышала с первого раза.  

Я зависла, переваривая информацию, а затем хмыкнула.  

— Ха! И ещё раз ха. Я, между прочим, только-только развелась и снова становиться чьей-то невестой не собираюсь.  

— А это уже не важно, — довольно ухмыльнулся демон, при этом его взгляд стал… откровенно голодным. — Раз сюда попала, значит, всё. Жена моя. Демонят с тобой заделаем, с полсотни.  

Я судорожно сглотнула, когда его взгляд скользнул по мне сверху вниз, останавливаясь на моих бедрах.  

— Можем прямо сейчас начать, — хищно ухмыльнулся он. — Ты как раз удобно сидишь.  

И, чтобы подчеркнуть свои слова, он качнул бедрами вверх.  

Я взвизгнула.  

Во-первых, потому что это было неожиданно.  

Во-вторых, потому что — нифига себе, какой он наглый!  

— Воу, ты полегче! — фыркнула я, изо всех сил стараясь удержать лицо. — А то соглашусь ещё.  

В его глазах заплясали искорки.  

— Давай, — облизнул он губы и тут же потянул свои большие горячие ладони к моим бедрам.  

Мгновенно среагировав, я схватила подушку, что лежала рядом, и с силой огрела его по голове.  

— Ой, — сказал он, не особо пострадав, но удивленно приподняв бровь.  

Я воспользовалась моментом и молниеносно соскочила с него, стремительно пятясь к двери.  

Он проводил меня взглядом, в котором теперь читался откровенный интерес.  

— Что, не хочешь замуж?  

— Ага. Особенно когда не спрашивают моего мнения.  

Он ухмыльнулся.  

— Тогда лучше беги быстрее.  

Я уже изо всех сил дергала ручку двери, пытаясь её открыть.  

Ручка не поддавалась. Я тянула её изо всех сил, толкала плечом дверь, пинала ногой — всё бесполезно.  

Позади себя я слышала, как демон лениво выбирается из постели.  

— Ну и зачем бьёшься, как пойманная пташка? — протянул он, явно наслаждаясь моими попытками.  

— А ты как думаешь? — огрызнулась я, не оборачиваясь.  

— Думаю, что тебе всё равно не выйти.  

Он уже был рядом, я это чувствовала кожей. Тепло его тела, исходившее прямо за спиной, лёгкий запах чего-то пряного, терпкого, будто с примесью дыма.  

И вот тут меня осенило.  

Я медленно, очень медленно обернулась, вскинув голову, и посмотрела прямо в его сияющие красным глаза.  

— Хорошо, — сказала я.  

Демон удивлённо склонил голову.  

— Что хорошо?  

— Ты говоришь, что выхода нет? Тогда остаётся только одно…  

Его губы тронула заинтересованная улыбка.  

— Только одно — это что?  

— Это…  

Я выдохнула, сделала шаг вперёд, а затем, не давая ему опомниться, резко схватила ближайший канделябр и огрела его по плечу.  

Демон ахнул.  

— Да ты…  

Не дожидаясь, пока он восстановит равновесие, я перехватила подсвечник двумя руками и, насколько сильно могла, заехала ему второй раз.  

— Ах ты ж…  

Теперь уже он выглядел искренне ошарашенным.  

— Извини, но я не играю в навязанные мне роли, — пробормотала я, бросая подсвечник и снова рванула к двери.  

И тут она… открылась.  

Я не думала, как это случилось, не гадала, почему. Просто рванула из комнаты, будто от этого зависела моя жизнь. Пробежав несколько шагов, я оказалась в коридоре — длинном, с высоким потолком, украшенным странными светящимися рунами.  

Может, мне только показалось, но коридор словно жил своей жизнью — стены пульсировали, шторы вздымались, будто кто-то невидимый их поднимал, а воздух вибрировал от густого, странного зова.  

Но мне было не до этого.  

Я неслась вперёд, не разбирая дороги.  

Позади послышался ленивый голос:  

— Милая, ты правда думаешь, что сможешь сбежать?  

Я проигнорировала.  

И только когда коридор вдруг разошёлся в стороны, образовав несколько разных проходов, я поняла, что всё…  

Я безнадёжно заблудилась.

Я остановилась, тяжело дыша, и огляделась.  

Коридоров было три. Один вел в тёмную арку, из которой доносился какой-то едва уловимый шёпот. Второй был освещён красными фонарями, словно приглашая пройти дальше. А третий… третий выглядел совершенно обычным, если не считать странных рун, сияющих прямо на полу.  

— Ну и куда ты теперь? — раздался за спиной довольный голос.  

Я вздрогнула и резко обернулась.  

Демон стоял в паре шагов от меня, скрестив руки на груди. Волосы слегка взъерошены, рубашка с одного плеча сползла, открывая кусочек гладкой кожи.  

Чёрт бы побрал, выглядел он слишком хорошо для того, кто минуту назад получил канделябром.  

— Ты как так быстро?.. — выдохнула я.  

Он ухмыльнулся.  

— Я демон, дорогая.  

Я сжала кулаки.  

— Открывай портал, или что у вас тут принято, и отправляй меня обратно!  

Демон театрально вздохнул.  

— Ну какая же ты нетерпеливая. Разве ты не хочешь узнать, зачем ты здесь?  

— Нет.  

— А может, хочешь узнать, кто я?  

— Тоже нет.  

— А может, всё же…  

— Нет, — отрезала я, уперев руки в бока.  

Он окинул меня задумчивым взглядом.  

— Да уж. Даже странно, что именно ты оказалась моей невестой.  

Я скривилась.  

— Слушай, сколько можно? Я никому не невеста!  

— Эх, — демон покачал головой. — Если бы всё было так просто…  

И прежде чем я успела снова рявкнуть на него, он щёлкнул пальцами.  

Что-то щёлкнуло у меня в голове, и мир закружился.  

Я пошатнулась.  

— Ты что сделал?..  

— Чуть-чуть привязал, чтобы не сбежала раньше времени, — небрежно ответил он.  

И только сейчас я поняла, что на запястье у меня появилась тёмная метка. Едва заметная, но она пульсировала тёплым жаром, словно реагируя на его присутствие.  

— Ты!..  

— Я, — с усмешкой кивнул он. — Привыкай, милая. Теперь мы с тобой надолго.

Я стиснула зубы.  

— Убери это. Немедленно. — я с силой потерла черный узор на руке.

Демон только улыбнулся, явно наслаждаясь моим возмущением.  

— Не могу.  

— В смысле, не можешь? — Голос у меня задрожал, и я даже не знала, от чего больше — от злости или от тревоги.  

— В самом прямом, — он лениво оперся плечом о стену, словно ему было безразлично, что я сейчас на него наброшусь. — Метка не снимается просто так. Это магическая помолвка.  

— Какая к черту помолвка?!  

— Наша. — Он пожал плечами. — Теперь мы связаны.  

Я судорожно вдохнула.  

— Боже, ну какой бред ты несёшь.  

— Это не бред. — Его взгляд стал внимательнее. — Но можешь продолжать отрицать очевидное. Мне даже нравится, как ты злишься.  

Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как кровь бешено стучит в висках.  

— Так. Давай разберемся. Ты говоришь, что теперь мы… типа помолвлены?  

— Именно.  

— А если я не согласна?  

— Ну… — Он наклонил голову, явно притворяясь задумчивым. — Тогда будет одна небольшая проблема.  

— Какая еще проблема?  

Демон небрежно вытянул руку, и его пальцы прошлись по воздуху, как будто что-то невидимое щупая.  

— Если связь не будет завершена, она начнет разрушать нас обоих.  

Я в ужасе уставилась на него.  

— Разрушать?!  

— Ну да. — Он улыбнулся. — Не сразу, конечно. Сперва будут просто… небольшие неудобства.  

В этот момент у меня словно вспыхнуло запястье. Метка на коже засветилась багровым, и внутри будто что-то дрогнуло. Слабая волна жара прокатилась по телу, не причиняя боли, но явно давая понять, что эта штука живая.  

— Что это было? — Я схватилась за руку, пытаясь опять стереть чертову метку.  

— А, это? — Демон махнул рукой. — Просто сигнал, что привязка начала работать.  

— Убери её!  

— Не могу, — он хмыкнул. — Да и не хочу.  

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.  

— Хорошо. Допустим, ты не можешь. Но ведь есть выход, верно?  

— Конечно, — радостно кивнул он.  

Я почувствовала слабую надежду.  

— Какой?  

— Завершить связь.  

— В смысле?!  

— Ну, ты же умная девочка. — Он улыбнулся, с удовольствием наблюдая за моей реакцией. — Брак, ночь, объятия… ты понимаешь, к чему я веду? Соитие без брака не считается, если что.  

Я уставилась на него в полной тишине.  

— Я тебя прибью.  

— Попробуй.  

Метка на запястье снова запульсировала, но на этот раз ещё сильнее. Я прикусила губу, понимая, что влипла по-крупному.

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, потом выдохнула.  

— Так. Еще раз. — Я подняла руку с меткой. — Это… помолвка?  

— Угу. — Демон хмыкнул, сложив руки на груди.  

— И чтобы её снять, нам нужно...  

— Завершить связь, — с улыбкой подтвердил он.  

Я сжала кулаки.  

— А если нет?  

— Ну… — Он лениво потянулся, отчего его рубашка предательски натянулась на широкой груди. — Тогда сначала ты будешь чувствовать легкий жар, потом головокружение, потом…  

Метка снова вспыхнула, и я почувствовала, как волна тепла растеклась по телу. Глубоко в животе что-то неприятно зашевелилось, и мне резко расхотелось проверять, что будет дальше.  

— Окей, — выдохнула я, морща лоб. — Допустим, у меня есть вопросы.  

— Задавай.  

— Почему я?  

— Потому что ты наступила на узор, — пожал плечами демон. — А он выбирает избранную.  

— Великолепно. — Я потерла висок. — И этот узор… что это вообще такое?  

— О, это древний ритуал. — Его глаза сверкнули. — Он существовал задолго до меня.  

— И что он делает?  

— Призывает невесту.  

— То есть ты хотел жену и просто бросил ловушку в мир, надеясь, что кто-то в неё угодит?!  

— Я бы не назвал это ловушкой, — усмехнулся он. — Скорее… проверкой.  

— На что?  

— На совместимость.  

Я медленно в него вгляделась.  

— Ты серьезно?  

— Абсолютно. — Он подошел ближе, и я поймала себя на том, что отступаю.  

— А если бы мне было лет восемьдесят?  

— Значит, судьба у меня была бы… своеобразная.  

— Ты сумасшедший, — выдохнула я.  

— Возможно. — Он склонил голову набок. — Но ты уже здесь, метка работает, так что…  

Он протянул ко мне руку, ухмыляясь.  

— Добро пожаловать в мой мир, невеста.  

Метка вспыхнула так, что я зашипела от жара. Черт, ну почему в моей жизни никогда не бывает просто?!

Я раздраженно плелась за этим мужиком, чувствуя, как злость и недоумение бурлят внутри, как перегретый чайник. Ну как, как, черт возьми, я в это вляпалась? Только же решила, что пора пожить для себя, без этих вот ухмылок, нахальных взглядов и уверенности в собственной неотразимости, а тут на тебе! Мужик. Демон. И вроде как уже "мой жених", если верить его словам.  

Тем временем этот самый демон шел впереди, насвистывая какую-то мелодию, и это было особенно раздражающе. Он будто наслаждался всей этой ситуацией, в отличие от меня, которая была выброшена в чужой мир, заперта в каком-то дворце и теперь вынуждена разбираться с последствиями чужих ритуалов.  

— Пока не поженимся, жить будешь отдельно, — неожиданно заявил он, оборачиваясь ко мне через плечо. — Следующие покои после моих.  

Ох, спасибо, барин, что хоть в отдельную комнату поселил. Я закатила глаза, но промолчала.  

— Хоть мне это и не нравится, но такие правила, — добавил он, а затем ухмыльнулся и... подмигнул.  

Ну что за наглость?  

— Но если ты сама захочешь, — продолжил он, понижая голос, — то всегда можешь посетить мои покои. Я буду только рад.  

Внутри все вспыхнуло от злости.  

— Да ты не обольщайся, — буркнула я, ускоряя шаг, чтобы поравняться с ним. — Я сюда случайно попала, замуж за тебя выходить не собираюсь, и в твои покои не загляну, даже если мне вдруг станет скучно.  

Демон усмехнулся, явно наслаждаясь моими протестами.  

— Посмотрим, — его голос был ленивым, с нотками веселья. — Обычно сопротивляются в начале, а потом…  

Я резко остановилась и уставилась на него с таким выражением лица, что, кажется, даже он на секунду перестал ухмыляться.  

— А потом что? — прищурилась я.  

— А потом привыкают, — спокойно ответил он, глядя мне прямо в глаза.  

Наши взгляды встретились, и я ощутила, как по спине пробежал предательский холодок. В этом мужчине было что-то... древнее. Опасное. Как будто он видел слишком многое, знал слишком много и был уверен в себе настолько, что меня это даже немного пугало.  

Но я не собиралась отступать.  

— А я не привыкну, — твердо заявила я.  

Демон улыбнулся, чуть наклонил голову и легонько коснулся пальцами метки на моем запястье. Она тут же обожгла кожу, словно напоминая, что это не просто слова. Что-то связывало нас. Что-то, чего я еще не понимала.  

— Уверена? — его голос стал низким, бархатным.  

Я вздернула подбородок.  

— Абсолютно.  

Он усмехнулся и убрал руку.  

— Тогда будет интересно, — бросил он и первым вошел в один из боковых коридоров, ведущих, судя по всему, к моим покоям.  

А я стояла, ощущая, как дрожь пробегает по коже. Мне не нравился этот разговор. Не нравился этот демон и его уверенность. Но больше всего мне не нравилось, что внутри меня, глубоко в душе, начало зарождаться странное ощущение… хоть от него и бежали мурашки, но того, что он был чертовски привлекательных я отрицать не могла.  

Он открыл двери в, как он сказал, мои покои.  

На секунду мне показалось, что это снова его комната — те же бархатные подушки, разбросанные повсюду, те же свечи, отбрасывающие мягкий, колеблющийся свет, те же насыщенные красные и золотые тона, от которых создавалось ощущение замкнутого, но уютного пространства.  

Но нет. Разница была. Кровать.  

Огромная, даже по меркам этого места. Темное резное дерево, тяжелый балдахин, который ниспадал к полу роскошными складками, сплошь расшитыми витиеватыми узорами. Материя выглядела такой мягкой и дорогостоящей, что мне на секунду захотелось протянуть руку и прикоснуться к ней.  

Но я быстро взяла себя в руки и первой шагнула в комнату. Уж если меня решили тут запереть, то вести себя прилично смысла не было. Я сразу же завалилась на подушки, вытянув ноги и закинув руки за голову, и при этом намеренно смотрела на демона с вызовом.  

— Ну, что дальше? — испытующе уставилась я на него.  

Он не ответил сразу. Сначала просто стоял у двери, изучающе разглядывая меня, затем неторопливо подошел ближе.  

— Сначала тебя нужно подготовить, — наконец сказал он, окидывая меня долгим взглядом с ног до головы. — Ты не можешь предстать перед владыкой демонов в таком виде. А то еще решат, что я не способен достойно обеспечить свою женщину.  

Я приподнялась на локтях, почувствовав, как у меня удивленно приподнимается бровь.  

— Обеспечить свою женщину? Достойно?  

Это что сейчас было? Он только что озвучил мечту почти каждой девушки? Драгоценности, красивые наряды, роскошный дворец? Интересно, интересно.  

Я поерзала на подушках, сдвигаясь ближе к нему.  

— Тааак, звучит интригующе.  

Демон усмехнулся — его явно удовлетворил мой ответ. Он хлопнул в ладони, и почти мгновенно двери покоев снова распахнулись.  

В комнату одна за другой вошли девушки и юноши в одинаковых скромных одеждах, с опущенными глазами. Их движения были точными, бесшумными — я даже не сразу поняла, что они делают, пока не заметила, что пространство вокруг наполняется стойками, на которых пестрели платья.  

На этих стойках был целый гардероб королевы: ткани, переливающиеся в свете свечей, тонкие, воздушные, струящиеся. Одни были усыпаны драгоценными камнями, другие украшены сложной вышивкой, третьи — богатыми узорами, сплошь покрытыми причудливым плетением нитей, словно из самого света и тьмы.  

На секунду я растерялась.  

Это… черт возьми, что?  

Я медленно повернулась к демону, который теперь стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди и с явным удовольствием наблюдая за моей реакцией.  

— Это все… для меня? — медленно спросила я, переводя взгляд с него на роскошь передо мной.  

— Ну а кто еще у нас здесь невеста? — усмехнулся он.  

Я чуть не поперхнулась.  

Невеста.  

Да чтоб тебя… Но мне начинает нравится.

Я сжала губы, а затем решительно встала с подушек и, подойдя к ближайшему наряду, провела пальцами по ткани. Материал оказался на удивление приятным — шелковистым, но плотным, словно ткань с собственным характером.  

— И что, я должна прямо сейчас выбрать что-то из этого? — спросила я, оборачиваясь к нему.  

Демон подошел ближе.  

— Нет, тебя еще ждет подготовка. Ванны, масла, украшения… — он на секунду наклонился ко мне, чуть понизив голос. — Ты должна выглядеть безупречно.  

Я чуть слышно выдохнула.  

— Знаешь, мне не очень нравится, когда меня превращают в красивую куклу.  

— А мне нравится, когда моя женщина выглядит так, как подобает будущей жене демонического генерала.  

Я резко посмотрела ему в глаза, но он даже не моргнул.  

Его взгляд был серьезным.  

Служанки даже не дали мне опомниться. Как только демон щелкнул пальцами, они моментально окружили меня, их мягкие, но настойчивые руки сомкнулись на моих запястьях.  

— Пойдемте, госпожа, — раздался мелодичный голос.  

— Вас нужно подготовить, — добавила другая, уже легонько подталкивая меня вперед.  

Я попыталась вырваться, но тщетно — их движения были отточены до автоматизма, они знали, что делают, и не собирались ждать моего согласия. Меня мягко, но уверенно повели прочь, и, несмотря на мои протесты, шаг за шагом я оказалась в следующей комнате.  

За массивной дверью открылось нечто потрясающее. На мгновение я даже забыла, что сопротивлялась.

Комната для омовений, как ее назвали, напоминала тронный зал, только вместо мраморных колонн здесь возвышались массивные статуи причудливых существ, словно наблюдающих за каждым движением. Их каменные глаза мерцали в полумраке, как будто в них была заключена искра жизни.  

Ванна — если это чудо вообще можно было так назвать — занимала почти полкомнаты. Огромная чаша, высеченная из черного обсидиана, поблескивала в свете множества свечей, отражая их дрожащие язычки на гладкой поверхности воды. По краям стояли тонкие сосуды с маслами и благовониями, а с потолка свисали длинные шелковые занавеси, придавая всему пространству уединенность. Воздух был пропитан ароматами лаванды, ванили и чего-то терпкого, напоминающего лес после дождя.  

Служанки не дали мне долго рассматривать всю эту роскошь.  

— Пойдемте, госпожа, — сказала одна из них сладким голосом.  

— Вас нужно хорошенько подготовить, — вторая уже тянула ко мне руки.  

Я попыталась было отступить, но они даже не дали мне шанса. Меня аккуратно, но настойчиво подхватили и буквально внесли в ванную комнату.  

— Эй, я сама могу идти! — возмутилась я, но никто даже не обратил на мои слова внимания.  

Через пару мгновений мои ноги коснулись теплого мраморного пола, а вокруг меня уже мелькали руки, стаскивая с меня мои любимые джинсы и футболку. Одежда исчезала с моего тела быстрее, чем я успевала сообразить, как реагировать.  

— Подождите, я...  

— Не волнуйтесь, госпожа, — голос служанки был мягким, но безапелляционным.  

Меня подхватили за запястья и мягко, но уверенно направили к ванне. Вода была горячей, но приятной — как раз такой, чтобы тело тут же начало расслабляться. Как только я погрузилась в нее, меня тут же окружили заботливые руки. Одна служанка медленно поливала теплой водой мои плечи, другая осторожно расчесывала волосы, массируя кожу головы, третья уже брала тонкий кусочек ткани и начинала скользить им по рукам, смывая напряжение вместе с невидимой пылью чужого мира.  

Массаж был настолько умелым, что я, сама того не замечая, закрыла глаза. Легкие движения по шее, затем по плечам, спине — тепло разливалось по телу, и остатки сопротивления растворялись в этом водном облаке.  

— Вот так, — раздался у самого уха ласковый голос. — Расслабьтесь, госпожа.  

Да, пожалуй, это было не так уж и плохо.  

Я позволила им делать свою работу, просто наслаждаясь ощущениями, пока не услышала, как открывается дверь.  

Я сразу распахнула глаза.  

А затем резко выпрямилась и тут же, так же резко села обратно, расплескав воду.  

— Эээй! — мой возмущенный крик эхом разнесся по комнате.  

На пороге стоял он.  

Демон.  

Просто взял и вошел, как будто это его личная ванная.  

— Ты что творишь?! — я схватилась за первую попавшуюся шелковую ткань, пытаясь прикрыть хотя бы что-то.  

— Проверяю, все ли в порядке, — невозмутимо пожал он плечами, шагнув ближе.  

— Вон отсюда! — я метнула в него смертоносный взгляд.  

Но его это не остановило. Он даже привстал на цыпочки, заглядывая через край обсидиановой чаши, и его губы тронула довольная ухмылка.  

— Да мне чертовски повезло! — он присвистнул, явно наслаждаясь зрелищем. — Хороша... очень хороша.  

Я зарычала.  

— А ну выметайся отсюда! — я схватила пригоршню воды и плеснула в него.  

Демон слегка отшатнулся, но ухмылка с его лица не исчезла. Напротив — он только стал выглядеть еще более довольным.  

— До свадьбы ни-ни! — пригрозила я, сжимая ткань на груди.  

Он округлил глаза, а затем медленно кивнул, словно смакуя мои слова.  

— Я запомнил, — усмехнулся он. — Обязательно напомню тебе об этом в нашу брачную ночь.  

Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули.  

Черт.  

Только что я подписала себе приговор. 

Постельный.

Демон ушел, а служанки снова принялись за работу, их нежные, но уверенные руки ловко скользили по моей коже, втирая ароматные масла. Пахло невероятно — жасмин, роза, легкие древесные нотки. Наверное, в другой ситуации я бы наслаждалась этим, но когда тебя трогает несколько пар рук сразу, ощущения становятся… слишком личными.  

Пришлось мысленно убедить себя, что это просто поход в элитный спа-салон.  

Когда процедура наконец-то завершилась, на меня накинули белоснежный шелковый халат, тонкий, легкий, с изящной вышивкой, который едва доходил до середины бедра. В таком виде меня и вывели обратно в покои.  

Развалившись на подушках, демон ждал меня с видом победителя. Его губы тут же растянулись в довольной усмешке, взгляд лениво, но внимательно скользнул по моей фигуре, задерживаясь на открытых ногах.  

— Тебя хоть сейчас к алтарю веди, — довольно потер он руки, продолжая меня разглядывать. — У меня будет самая красивая жена во всем государстве. Остальные генералы будут мне завидовать.  

Я ничего не сказала, только фыркнула и закатила глаза. Вот уж достижение, конечно.  

Тем временем служанки снова окружили меня и осторожно подвели за ширму. Начался настоящий ритуал — переодевания, примерки, бесконечные украшения.  

Сначала на меня надели воздушное, пышное платье цвета ясного неба. Подол мягко касался пола, ткань переливалась при каждом движении, а шею и запястья украсили драгоценности. Стоило мне выйти из-за ширмы, как демон тут же окинул меня оценивающим взглядом.  

— А ну покрутись, — лениво махнул он рукой, закручивая пальцем в воздухе.  

Я открыла рот, чтобы заявить, что не он тут командует, но мое тело само послушно развернулось на месте.  

— Эй! — возмутилась я, нахмурившись.  

— Не подходит, — демон уже задумчиво барабанил пальцами по подбородку. — Нужно что-то другое… Чтобы вот так… — он нарисовал в воздухе силуэт моей фигуры и в районе предполагаемых бедер пожамкал воздух пальцами.  

Я закатила глаза.  

— Остынь, а то разошелся уже!  

Демон рассмеялся, но даже не попытался скрыть развлекающий его интерес.

Меня снова затащили за ширму, и процесс переодевания начался по новой. Служанки ловко сдернули с меня предыдущее платье, и тут же на меня посыпались шелка, кружева, невесомые ткани. Ловкие пальцы перетягивали ленты, закрепляли застежки, поправляли складки.  

Следующий наряд был насыщенного изумрудного цвета, с длинными рукавами, которые спадали с плеч легкими волнами. Золотая вышивка сплеталась в сложные узоры, подол струился, мягко касаясь пола. На голову мне надели тонкую золотую цепочку с небольшим камнем, а запястья увесили браслетами.  

— Прекрасно, госпожа, — улыбнулась одна из служанок, поправляя складки на юбке.  

Я посмотрела на себя в зеркало и невольно согласилась — наряд был великолепен. Но стоило мне выйти к демону, как его лицо тут же приняло скучающее выражение.  

— Нет, — лениво протянул он, откинувшись на подушки. — Слишком… мило. Мне нужно что-то более... завораживающее.  

Я стиснула зубы.  

Меня снова увели за ширму, и новый вихрь рук, шелков, драгоценностей захлестнул меня. Теперь платье было глубокого сапфирового оттенка, с тонкими лямками, открытой спиной и высоким разрезом по бедру. При каждом движении оно мягко обволакивало тело, будто вторая кожа. Волосы оставили распущенными, в пряди вплели тонкие серебряные цепочки.  

Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и вновь вышла к демону.  

Он взглянул на меня, прищурился… и медленно покачал головой.  

— Красиво, но не то, — протянул он, равнодушно делая жест рукой.  

Я в раздражении выдохнула и отправилась за ширму в третий раз. 

На этот раз платье оказалось совершенно другим. Чёрное, облегающее, без бретелей, оно плотно сидело на моём теле, будто созданное специально для меня. По ткани были рассыпаны рубины, словно капли алой крови, а невидимый корсет подчеркивал талию и восхитительно поддерживал грудь, создавая головокружительное декольте. Служанки ловко надели мне на шею рубиновое колье, а волосы быстро и искусно собрали в высокую прическу, оставив лишь пару свободных локонов у висков.  

Когда я взглянула в зеркало, у меня перехватило дыхание.  

Я выглядела... потрясающе.  

Немного смущенная, я вышла к демону и, не дожидаясь его команды, сама медленно повернулась на месте.  

На его лице сначала промелькнуло изумление. А затем...  

— Вышли все, — голос его стал низким, почти рычащим. Он даже небрежно махнул рукой — просто отдал приказ, и служанки мгновенно испарились, оставив нас наедине.  

Демон поднялся с подушек, не сводя с меня взгляда. Все прежнее озорство исчезло, уступив место чему-то более глубокому, обжигающему.  

Он подошёл вплотную, и у меня гулко забилось сердце.  

Я чувствовала тепло его тела, слышала размеренное дыхание. Его взгляд был тяжелым, гипнотизирующим, от него подкашивались ноги и сладко сводило низ живота.  

А затем мои ноги оторвались от пола, и я оказалась в его руках.  

Он сделал шаг, преодолевая расстояние до кровати в одно мгновение, и вот я уже лежала на мягких подушках, придавленная его сильным телом.  

Дыхание сбилось.  

Его глаза горели, пылали хищным огнём желания.  

— Лучше сними платье, — хриплым голосом выдохнул он, наклоняясь ниже, его губы почти касались моего уха. — Иначе мне придётся порвать его на тебе.  

Я не могла отвести взгляда.  

От него. От этих чарующих глаз.  

Внутри меня что-то вспыхнуло, словно искра попала на сухую траву, мгновенно поджигая её. Жар разлился по телу волной, добрался до кончиков пальцев, до самых глубин, заставляя сердце биться в бешеном ритме.  

— Поможешь снять его? — мой голос прозвучал тихо, но в нем звенело что-то, что заставило демона замереть.  

На короткое мгновение в его глазах промелькнуло что-то дикое, первобытное, а затем...  

Платье полетело вниз скользя по коже, едва не разрываясь в его нетерпеливых пальцах. Я зажмурилась, ощущая, как каждая клеточка моего тела откликается на его прикосновения — требовательные, жадные, но вместе с тем удивительно ласковые.  

Он прижался губами к моему плечу, затем к шее, оставляя за собой огненные дорожки поцелуев. В груди сжалось что-то тугое, сладкое.  

Я не могла остановиться.  

И он тоже.  

Этот поединок длился долго, казался вечностью, в которой не было ни прошлого, ни будущего — только настоящее, наполненное нашими сбивчивыми дыханиями, его горячими ладонями, скользящими по коже, и моими дрожащими руками, цепляющимися за него.  

Я не знала, сколько времени прошло.  

В какой-то момент мы просто упали без сил, запутавшись в мягких подушках, с разгорячёнными телами и учащённым дыханием.  

Демон приподнялся на локте, лениво скользнул пальцами по моему плечу, затем наклонился ближе, едва касаясь губами моего виска.  

— Теперь ты действительно моя, — его голос был низким, довольным, и от этих слов по моей коже пробежали мурашки.  

Я хмыкнула. Просто интрижка, взрослые же люди, почему бы и нет.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Всё тело казалось тяжёлым, каждая мышца ныла приятной усталостью, напоминая о том, что только что произошло. В комнате царил полумрак, воздух был густым, наполненным ароматами масел, свечного воска и чего-то ещё…

Демон лениво потянулся, перекатываясь на бок, и с самодовольной улыбкой уставился на меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах, а затем он легко провёл пальцами по выбившейся пряди моих волос.  

— Не думал, что ты окажешься такой страстной, — протянул он с явным довольством.  

Я прищурилась.  

— А ты, значит, думал, что я буду просто лежать, как бревно?  

Он коротко рассмеялся и наклонился ниже, зарывшись лицом в изгиб моей шеи. От его тёплого дыхания кожу обожгло и пробежали мурашки.  

— Я многого ожидал, но ты… превзошла мои ожидания.  

— Ой, ну хватит, а? — я ткнула его в плечо. — Ты сейчас по швам треснешь от гордости, да?  

— Ну, конечно. Всё-таки я демон, и не какой-нибудь там чертёнок, а первый генерал демонической армии и практически правая рука владыки демонов.  

Я закатила глаза.  

— Кстати, раз уж мы теперь настолько близки… У тебя вообще имя есть? Или мне тебя всю жизнь “Демон” называть?  

Он хмыкнул и лениво обвёл меня взглядом.  

— Ларисс.  

Я повторила его имя про себя, пробуя его на вкус.  

— Ларисс…  

— А ты? — он наклонился ближе, опираясь на локоть.  

— Тамара.  

— Хм… Тамара… — он словно смаковал каждую букву. — Красиво. Мне нравится.  

Я пожала плечами.  

— Ну, радует, что одобрение великого демона я получила.  

Ларисс усмехнулся, но вместо ответа легко провёл губами по линии моей ключицы.  

— Ладно, Тамара. Спи. Завтра важный день.  

— Какой ещё день?  

— Ну, свадьба же.  

Я резко заморгала, не сразу осознавая смысл его слов.  

— Как завтра?!  

Ларисс с таким спокойствием откинулся на подушки, будто только что объявил, что завтра мы будем просто завтракать.  

— Не кричи, женушка, — лениво протянул он.  

Я резко села, скидывая одеяло.  

— Во-первых, я тебе не “женушка”! А во-вторых, ты даже предложения мне не делал!  

Ларисс замер, а затем…  

Секунду спустя он уже вскочил с кровати в чём мать родила, легко опустился на одно колено передо мной и откуда-то, чёрт побери, достал кольцо.  

— Тамара, — его голос стал неожиданно серьёзным, а взгляд — обжигающим, — станешь ли ты моей женой?  

Я уставилась на него, чувствуя, как где-то внутри что-то подозрительно дрожит, но быстро взяла себя в руки.  

— Хм… Надо подумать.  

— Думать не придётся, — ухмыльнулся он, вставая. — Завтра свадьба.  

Я фыркнула. Ну-ну, держи карман шире.

А Ларисс уже стоял у кровати, держа в руках лёгкий шёлковый халат, и смотрел на меня так, будто был готов снова затащить обратно в постель.  

— Думаю, после того, что было, ты просто не можешь оставаться в отдельных покоях, — его голос был тёплым, чуть хриплым после всего, что случилось. — Предлагаю перейти в мои… и, возможно, продолжить.  

Я лениво потянулась, скользнула взглядом по шикарному чёрному платью, расшитому рубинами, которое теперь валялось среди подушек.  

— Платье жалко, — вздохнула я. — Красивое было.  

— Не переживай, к утру оно будет как новое! — заверил Ларисс, его глаза вспыхнули хитрым огоньком. — Даже можешь надеть его на свадьбу, если так понравилось.  

Он настойчивее протянул мне халат, заговорщицки подмигнув.  

— Давай же, пойдём ко мне, страстная женщина!  

Я усмехнулась.  

— Пойду, если обещаешь вкусно накормить.  

Под его пристальным взглядом я всё же натянула халат, с трудом удержавшись от улыбки, когда в глазах демона мелькнуло одобрение.  

— О, об этом можешь не беспокоиться, — довольно промурлыкал он.  

Мы прошли всего несколько шагов и оказались в его покоях. И почему бы просто не сделать дверь в стене, быстрее бы было.

Ларисс щёлкнул пальцами, и в тот же миг слуги внесли низкие столики, уставленные самыми изысканными блюдами. Запах мгновенно наполнил комнату — жареное мясо с ароматными специями, свежие фрукты, пироги с тягучей сладкой начинкой.  

— Ого, — я присела на мягкие подушки, потянувшись к ближайшему блюду. — Знаешь, это всё начинает напоминать какую-то безумную сказку.  

— Что, до сих пор не веришь в происходящее? — он лениво устроился рядом, взял виноградину и поднёс её к моим губам.  

Я ухмыльнулась, но покорно раскрыла рот, позволяя ему накормить меня.  

— А вдруг это просто сон? Может, я где-то в лесу лежу под берёзой, надышавшись ядовитыми грибами?  

Ларисс фыркнул, беря со стола спелую клубнику.  

— Очень похоже на сон, да? — он поднёс ягоду к моим губам, но в последний момент сам её откусил, хитро прищурившись.  

Я надулась, отбирая у него другую.  

— Если это и сон, то очень уж реалистичный…  

Мы сидели, ели, смеялись, и на какое-то мгновение мне действительно показалось, что всё это сон, в котором у мен просто лёгкий курортный роман с невероятным красавчиком. Без последствий, без обязательств. Почему бы и не поддаться?

Ларисс вдруг наклонился ближе, его пальцы, тёплые, чуть шершавые, скользнули по моей щеке, а затем заправили выбившуюся прядь волос за ухо.  

— Ты слишком задумалась, Тамара, — его голос был низким, тягучим, словно тёмный мёд. — А я ведь всё ещё жду ответа на своё предложение…  

Я приподняла бровь.  

— Какое именно? О том, что я теперь буду жить в твоих покоях?  

— Нет, — он усмехнулся и, прежде чем я успела увернуться, ловко подхватил меня на руки. — О том, чтобы продолжить.  

— Эй, эй, поставь меня…  

Но я не договорила — он уже шёл к кровати, а я, едва не захлебнувшись смехом, инстинктивно обвила руками его шею.  

— Знаешь, ты слишком самоуверенный, — попыталась я напустить на себя строгость, но в его глазах плясали искорки удовольствия.  

— Зато какой решительный и дерзкий.  

Ларисс наклонился, и я почувствовала, как его губы скользнули по линии моего подбородка, а затем опустились ниже, к шее. Он уложил меня на кровать, нависая сверху, и в этот момент я вдруг осознала, что вино, мягкие подушки, украшения, шикарное платье и сам демон, который был воплощением дьявольского искушения, — всё это слишком хорошо вписывается в картину идеального празднования…  

Я прикусила губу, сдерживая улыбку.  

— Ты чего? — Ларисс прищурился.  

— Просто… — я хмыкнула и чуть повернула голову, глядя в его глаза. — У меня сегодня день рождения.  

Ларисс на мгновение замер. Его взгляд стал каким-то странным, глубже, темнее… А затем он вдруг наклонился к самому моему уху, и его тёплое дыхание обожгло кожу.  

— С днём рождения, Тамара… — его голос стал шёпотом, но от него мурашки прошлись по всему телу.  

А затем он снова впился в мои губы, и я окончательно забыла, что вообще собиралась сказать.  

В этот момент я точно решила, что пока домой можно и не торопиться…

Я проснулась от лёгкого, едва ощутимого движения — что-то мягко скользило по моей щеке, ласково перебирало пряди волос. Сонно вздохнув, я медленно открыла глаза и наткнулась на ленивый, удовлетворённый взгляд демона. Ларисс лежал рядом, опираясь на локоть, и играл с моими волосами, накручивая локон на палец.  

— Доброе утро, моя прекрасная невеста, — его голос звучал бархатно, с лёгкой хрипотцой.  

Я зевнула, прикрывая рот ладонью, и потянулась, наслаждаясь ощущением мягкого матраса под спиной и бархатных подушек по бокам.

— Уже утро?  

— Для тебя — да. Для всех остальных — давно полдень.  

Я нахмурилась, чуть приподняв голову.  

— Полдень?  

Ларисс ухмыльнулся и склонился ниже, почти касаясь губами моего виска.  

— Ага. Самое время вставать и готовиться к свадьбе.  

— Ка-какой ещё свадьбе? — Мозг после сна соображал туго.

— Нашей, конечно, — с самым невозмутимым видом ответил он.  

Сердце глухо ударило в груди. Я вспомнила. вспомнила о клятве, о проклятой метке и о том, что вчера он заявил, будто свадьба назначена на завтра. Но… Честное слово, я до последнего надеялась, что это была просто дурацкая шутка.  

— Ларисс, — я поднялась на локтях и посмотрела на него исподлобья. — Ты всё ещё настаиваешь на этой… безумной идее?  

— Ты же знаешь, что у тебя нет выбора.  

— Так-то да… но может, есть другой способ? — неуверенно спросила я.  

— Можешь попробовать снова отказаться, — любезно предложил он.  

И тут же меня пронзила такая боль, что я вскрикнула и схватилась за руку. Будто пламя вспыхнуло под кожей, прожигая каждую жилку.  

— Ах ты ж…! — я зашипела, стиснув зубы.  

Ларисс тоже резко дёрнулся, его пальцы сжались на груди.  

— Ну давай, скажи ещё раз, что замуж не выйдешь, — прохрипел он, скривившись от боли.  

Я гневно на него посмотрела.  

— Ларисс, какого чёрта?!  

Глаза заслезились от боли, по коже прошёлся липкий жар.  

— Как остановить?!  

Демон прищурился и коротко бросил:  

— Поцелуй.  

Я что-то раздражённо пробормотала и, не раздумывая, склонилась к нему, впиваясь в его губы.  

Тепло.  

Сильные пальцы сжались на моей талии, дыхание спуталось. И — как по волшебству — боль исчезла.  

Я отстранилась и с подозрением уставилась на него.  

— Ты всё спланировал, да?  

Ларисс ухмыльнулся.  

— Оно само, чес слово!  

— Вот же гад!  

Он только усмехнулся и вытянул руку в воздухе.  

— Давай хоть платье подберём.  

В воздухе вспыхнуло ослепительно белое одеяние, невесомое, словно сотканное из облаков.  

Я посмотрела на него с выражением глубокой душевной боли.  

— Нет.  

— Что значит «нет»? — Ларисс нахмурился.  

— Я надену чёрное, то самое, с камушками.  

Он раздражённо потер переносицу.  

— Тамара, свадьба же.  

— Либо чёрное, либо я сейчас просто возьму и попробую снова отказаться, к тому же, ты сам говорил, что если оно мне так сильно понравилось, то и на свадьбу могу его надеть, — сладко улыбнулась я.  

Демон вздохнул, что-то пробормотал себе под нос и щёлкнул пальцами. Белое платье исчезло, а вместо него появилось моё чёрное, расшитое рубинами, самое прекрасное платье в моей жизни.  

— Упрямая женщина, — буркнул он.  

— Привыкай, — хмыкнула я.  

Ну всё, теперь назад дороги точно нет.

Комната ожила.  

Стоило мне только смириться с неизбежностью и взять платье в руки, как вокруг началась какая-то безумная суета. Вбежали девушки-служанки — гибкие, словно тени, с тонкими проворными пальцами и внимательными глазами. Они тут же принялись расчесывать мои волосы, выкладывать на столы коробки с украшениями, доставать духи в хрустальных флаконах.  

— Ох, какое чудесное платье, госпожа! — воскликнула одна из них, с восхищением касаясь ткани.  

— Вам подойдут рубиновые серьги! — подхватила вторая, уже подбирая мне драгоценности.  

Я даже не успела опомниться, как одна из девушек потянула меня к зеркалу, другая развернула передо мной ленту с какими-то непонятными штучками для волос.  

— Эй-эй! — возмутилась я. — Может, хоть спросите, чего я хочу?  

— Вам хочется выглядеть восхитительно, — с улыбкой ответила одна из них.  

— Да, но…  

Я осеклась, потому что в этот момент в зеркало в отражении появилось ещё одно лицо — с наглой самодовольной ухмылкой.  

Ларисс.  

— Ты ещё тут? — подозрительно прищурилась я.  

— Конечно, а куда я денусь? — промурлыкал он и, прежде чем я успела возмутиться, бесцеремонно склонился ко мне, скользнув губами по моей шее.  

— Ларисс! — я попыталась его оттолкнуть, но демон только наглее ухмыльнулся.  

— Не мешайтесь, господин, — фыркнула одна из девушек, мягко отодвигая его в сторону.  

Он цокнул языком, но, к счастью, подчинился, усевшись в кресло, словно король, наблюдающий за подготовкой своей королевы.  

Меня одели, заплели волосы, закрепили в них украшения с большими камнями, добавили украшения. Я смотрела в зеркало и не узнавала себя — из лесной попаданки, которая ещё недавно не верила в происходящее, я превратилась в загадочную невесту тёмного демона.  

— Неплохо, — кивнул Ларисс, подойдя ближе. Его тёплые ладони скользнули по моим плечам, и он вдруг, словно невзначай, провёл кончиком пальца по моей ключице.  

Я поёжилась.  

— Ларисс, отстань.  

— Почему? — с невинным выражением лица спросил он, но пальцы продолжали лениво поглаживать мою кожу, спускаясь ниже от ключиц.  

Я застонала от досады.  

— Демон, у нас свадьба совсем скоро!  

— Ну и что? — он нагло скользнул губами к моему уху. — Я жених, мне можно.  

Я уже начала было отбиваться, но к счастью, в этот момент служанки, наконец, закончили свою работу, и я, вырвавшись из наглого плена демона, поднялась на ноги.  

— Тогда всё, идём!  

Коридоры, по которым мы шли, казались бесконечными. Высокие стены, освещённые колеблющимся светом магических факелов, уходили ввысь, растворяясь в полумраке. Воздух был прохладным, пахло пряными смолами и чем-то тёмным, необъяснимым, от чего по коже пробегали мурашки. Я чувствовала, как напряжение с каждым шагом нарастает внутри меня, словно невидимые нити стягивались вокруг сердца.  

Ларисс шёл рядом, уверенный, спокойный, его пальцы, легко переплетённые с моими, отдавали жаром. Я сжимала его руку чуть сильнее, чем требовалось, но он ничего не сказал — только усмехался себе под нос, будто знал, что творилось у меня в голове.  

Наконец, впереди показались массивные двери, украшенные витиеватыми узорами. Как только мы подошли, они распахнулись без единого звука, и я увидела портал.  

Огромный, парящий в воздухе водоворот сверкающих искр — серебряных, фиолетовых, кроваво-красных. Он жил, дышал, мерцал, будто ждал нас. Внутри него струились тени, сменяясь вспышками света, и мне показалось, что он… наблюдает.  

Я сглотнула.  

— Ну что, невеста, готова? — Ларисс повернулся ко мне, лукаво приподняв бровь.  

— А если нет?  

— Тогда приготовься!  

Он улыбнулся, сжал мою ладонь крепче и шагнул вперёд, увлекая меня за собой.  

Как только мы вошли в портал, воздух вокруг вдруг стал колючим, обжигающе холодным, словно я нырнула в прорубь. Лёд сковал кожу, дыхание оборвалось, и сердце на мгновение замерло.  

А потом — жара.  

Резко, обжигающе, до такой степени, что я едва не вскрикнула. Казалось, пламя прокатилось по телу, прожигая меня изнутри, но не причиняя вреда. Жар напоминал раскалённый песок под ногами, солнечные лучи в зените, горячее дыхание, обволакивающее каждый миллиметр кожи.  

Я сделала вдох — и вдруг осознала, что стою на твёрдой поверхности.  

Мы вышли.  

Перед нами возвышались массивные двери, украшенные узорами из черного металла, а за ними — пир.  

Я моргнула, пытаясь осознать, куда мы попали.  

Зал был огромным. Высокий сводчатый потолок терялся в полумраке, отовсюду лился приглушённый свет магических сфер, создавая иллюзию ночного неба, усеянного звёздами. Гул голосов заполнял пространство — громкий, раскованный, полный смеха, шуток, лукавых перешёптываний.  

Гости были… странными.  

Демоны — мужчины и женщины, все до единого красивые, надменные, дерзкие. Кто-то носил карнавальные маски, кто-то вовсе не скрывал своей истинной природы: заострённые черты лиц, раскосые нечеловеческие глаза, длинные когтистые пальцы, хвосты, рога, крылья — у каждого своё, и всё вместе это создавали жутковатое, но завораживающее зрелище.  

Я невольно прижалась к Лариссу, ощущая, как внутри зарождается неприятное беспокойство.  

— Ларисс, — я судорожно сглотнула, оглядывая пирующих. — Это… Это какое-то жуткое место. Не оставляй меня, хорошо?  

Демон замер на мгновение, а затем вдруг мягко коснулся губами моего виска.  

— Никогда, — тихо сказал он, с каким-то странным теплом в голосе.  

Я глубоко вздохнула, не до конца уверенная, что это должно меня успокоить, но странным образом стало легче.  

Мы двинулись дальше, пробираясь через зал, и вскоре перед нами раскинулись длинные столы, уставленные едой.  

Жареное мясо с золотистой корочкой, свежие фрукты, напитки, в которых искрилась магия, сладости, источающие дурманящий аромат. Демоны ели, пили, смеялись, кто-то сидел, перекинув ногу на колено, кто-то — полураздетый, вальяжно развалившись в креслах, позволяя слугам заботиться о себе.  

Но мой взгляд привлекло не это.  

В самом центре, за возвышением, сидел мужчина.  

Суровое, но красивое лицо, тёмные волосы, заплетённые в незатейливую косу, пронзительный взгляд — тяжёлый, оценивающий. Он сидел расслабленно, но в каждом движении чувствовалась власть, в самой его позе было что-то такое, что моментально давало понять — вот он, хозяин этого места, этого мира.  

— Это Владыка демонов, — тихо сказал Ларисс, склонив голову.  

Я тут же повторила его жест, стараясь не показывать волнения.  

Владыка смерил меня долгим взглядом, словно изучал. Я выдержала его пристальный взгляд, но внутри что-то сжалось словно его присутствие само по себе проникало под кожу, ощущалось каждой клеточкой.  

А потом вдруг ухмыльнулся.  

— Хорошенькая у тебя невеста, Ларисс, — сказал он, и его голос был глубоким, как раскат грома.  

Демон, стоящий рядом со мной, довольно улыбнулся.  

— Благодарю, Владыка.  

— Что ж, раз так, давайте не будем торопиться, — голос Владыки звучал спокойно, но в нём чувствовалась неоспоримая сила. — Разделите с нами пищу, примите подношения. Это важный день для всех нас.  

Он жестом пригласил нас занять почётные места за столом.  

Меня осторожно усадили рядом с Лариссом, прямо напротив Владыки. Стол перед нами ломился от яств, дымящиеся блюда, источающие дурманящий аромат, фрукты, сверкающие, словно драгоценные камни, кубки с искрящимися напитками, от которых кружилась голова.  

— Ешь, — тихо шепнул мне Ларисс, пододвигая к моим рукам блюдо с чем-то нежным, тающим во рту.  

Я сделала осторожный глоток прохладного вина, оно оказалось терпким, насыщенным, и тут же наполнило всё тело теплом.  

Владыка, видимо, остался доволен, потому что кивнул, и вскоре к нам начали подходить демоны.  

— Позволь представить тебе генералов демонической армии, моих боевых соратников, — произнёс Ларисс, чуть наклоняясь ко мне. — Помимо меня, их двое.  

К нам приблизился высокий, широкоплечий демон с белыми, как снег, волосами, собранными в тугой хвост. Глаза у него были странные почти серебряные, с тонкими зрачками, как у змеи. Он окинул меня оценивающим взглядом, затем слегка наклонил голову.  

— Орис, — представился он, голос его был глубоким, красивым. — Поздравляю, Ларисс. Избранница у тебя действительно достойная, красивая.  

— Не сомневался, что ты одобришь, — ухмыльнулся Ларисс.  

— Пока она не возьмёт в руки оружие, рано делать выводы, — вмешался второй генерал, который, в отличие от Ориса, выглядел куда более беззаботно. Высокий, с длинными тёмными волосами, заплетёнными в косу, и тёплыми золотистыми глазами, он напоминал скорее эльфа, чем демона.  

— А ты всё о битвах, Риан, — Ларисс усмехнулся.  

— Разумеется, — Риан улыбнулся мне, но в глазах его мелькнул хитрый огонёк. — Добро пожаловать в наш мир.  

Я кивнула, всё ещё не до конца понимая, как себя вести.  

После генералов начали подходить другие демоны, знатные особы, приближённые Владыки. Все они поздравляли Ларисса, с любопытством и порой с откровенным интересом разглядывали меня.  

— Какой у тебя вкус, Ларисс, — протянула одна женщина-демон с черными, гладкими, как зеркало, волосами. — Редкая красавица, блондинка. Хороша-хороша.  

— Да, повезло тебе, — усмехнулся другой, щурясь.  

Я чувствовала себя как на выставке, но Ларисс, кажется, был только доволен таким вниманием.  

Затем настал момент подношений.  

На огромных подносах нам принесли дары — сверкающие драгоценности, искусно выкованные клинки, редкие ткани.  

— Это в честь вашего союза, — пояснил Владыка, наблюдая за моей реакцией. — Каждый в этом зале должен преподнести вам дар.  

Я ошеломлённо смотрела на россыпь драгоценностей, когда Ларисс вдруг взял из принесённого один из наборов тонкое ожерелье, украшенное рубинами, и осторожно надел его мне на шею.  

— Теперь идеально, — прошептал он мне на ухо, пальцами легко касаясь кожи.  

Я невольно затаила дыхание.  

Все вокруг ликовали, в воздухе разливались чарующие звуки музыки, и я понимала, что пути назад у меня больше нет.

Когда последние подношения были сделаны, зал погрузился в напряжённую тишину. Демоны ждали. Чувствовалось, что сейчас произойдет нечто важное, древнее. Даже воздух стал гуще, тяжелее, как перед грозой.  

Владыка поднялся с трона. Его мантия, расшитая тёмным золотом, слегка колыхнулась, будто ветер пробежался по ткани. Он откашлялся — и звук отозвался эхом по всему залу.  

— Настало время, — торжественно объявил он.  

Я внутренне сжалась. "Время" — это, конечно, прекрасно, но нельзя ли ещё немного потянуть? Я не готова! Может, сбежать? Хотя… судя по количеству демонов, мой побег закончится очень быстро и явно не в мою пользу.  

— Союз скрепляется магией, кровью и огнём, — продолжил Владыка. — Этот ритуал нерушим.  

"Нерушим". Вот это слово мне особенно не понравилось.  

В центре зала выросло возвышение из чёрного мрамора с красными прожилками. Вокруг него вспыхнули серебряные огни, воздух тут же заполнился терпким запахом дыма, трав и чего-то, что подозрительно напоминало железо.  

— Подойдите, — Владыка посмотрел прямо на нас.  

Ларисс, естественно, двинулся вперёд без колебаний. А вот у меня ноги как-то не захотели двигаться. Вцепившись в его руку, я прошипела:  

— А может, обсудим сначала детали?  

Он склонился ко мне, ухмыльнувшись:  

— Поздновато для обсуждений, жена.  

— Ещё не жена! — возмутилась я, но меня уже мягко, но настойчиво вели вперёд.  

Жрецы в капюшонах окружили нас, запели на древнем языке. Их голоса низко гудели, создавая вибрации в воздухе. От этого звука у меня мурашки пошли по коже.  

— Этот ритуал древнее времени, — произнёс Владыка. — Союз, заключённый сегодня, соединит не только судьбы, но и души.  

Я нервно сглотнула. А если я не хочу соединять душу? Можно, оставить её при себе, в целости и сохранности?  

Тем временем вынесли чашу из обсидиана. Символы на её поверхности мерцали красным.  

— Выпейте, чтобы магия признала ваш союз, — Владыка первым полоснул свою ладонь, позволяя каплям крови стечь в чашу.  

Когда чашу передали Лариссу, он даже не моргнул, повторяя действие. Потом ее передали мне.  

Я зависла. Ну вот, началось.  

— Ты можешь отказаться, — неожиданно мягко сказал Ларисс.  

Я бросила на него взгляд. Он не выглядел особо расстроенным, но и не отпускал чашу.  

Я вздохнула. Глубоко. Тяжело. Глянула на Владыку. Глянула на толпу демонов, ждущих зрелища. Оглянулась на генералов. Те, кажется, делали ставки.  

— Ладно, — пробормотала я, хватая кинжал.  

— Вот и славно, — довольно выдохнул Ларисс.  

Я быстро полоснула ладонь, зашипела от боли, а капли тем временем упали в чашу.  

Владыка взял чашу, и тут в воздухе вспыхнули руны, закружились, образуя вокруг нас спираль из золотого света.  

— Теперь — печать союза, — произнёс он, и прямо между мной и Лариссом вспыхнуло живое пламя.  

Оно парило в воздухе, колыхалось, будто дышало.  

— Свяжите души, запечатайте клятвы.  

Я снова зависла. Запечатайте клятвы? Это как?  

Ларисс шагнул ближе, наклонился ко мне.  

— Ты же понимаешь, что это значит? — тихо спросил он.  

— Надеюсь, что это просто, что-то типа рукопржатия, — прошептала я, хотя в глубине души уже знала, что всё куда интереснее.  

— О нет, всё немного иначе, — хищно улыбнулся демон.  

И, не давая мне опомниться, поймал моё лицо в ладонях и поцеловал.

Ох.  

Стоило нашим губам соприкоснуться, как метка на моей руке вспыхнула, но теперь это не было болью, скорее жаром. Магия вокруг завибрировала, огонь взметнулся выше, а из воздуха посыпались искры, словно ритуал впитывал в себя всё, что происходило.  

Свет вспыхнул вокруг нас ослепительной вспышкой, и когда Ларисс наконец отстранился, я с трудом могла дышать.  

— Союз скреплён, — провозгласил Владыка. — Теперь вы связаны навеки.  

Толпа взорвалась аплодисментами и возгласами. Музыка заиграла с новой силой.  

Я всё ещё пыталась осознать, что только что произошло.  

— Поздравляю, жена, — Ларисс склонился ко мне, усмехаясь.  

Я зло на него посмотрела.  

— Вот ведь…  

Но додумать мысль мне не дали. Меня уже тащили к центру зала, где начиналось безумное празднование.  

Музыка гремела, разливаясь по залу завораживающими мелодиями. Демоны двигались в танце — плавно, хищно, раскованно. Их движения были слишком чувственными, слишком опасными.

Ларисс притянул меня к себе, его ладонь уверенно легла на мою талию, направляя в ритме. Я попыталась шагнуть назад, но он тут же поймал меня, прижимая ближе, так что наши тела почти слились.  

— Потанцуй со мной, жена, — его голос был тёплым, низким, заставляя по спине пробежать мурашки.  

— Я не очень… — начала было я, но он не дал мне закончить, легко закружив по залу.  

Оказалось, что с ним двигаться было совсем несложно — он вёл уверенно, его движения были плавными, но в них читалась скрытая сила. Вино, выпитое ранее, делало мир чуть более размытым, чуть более лёгким. Всё вокруг казалось не просто реальным, а сказочно-прекрасным, окутанным ореолом волшебства.  

Я улыбнулась и потянулась ближе, чтобы шёпотом сказать Лариссу на ухо то, что давно вертелось на языке:  

— Знаешь, что я с тобой сделаю, когда мы вернёмся в покои?  

Он не сразу ответил. Его пальцы чуть сильнее сжали мою талию, а дыхание стало глубже.  

— Заинтригуй меня, Тамара.  

Я усмехнулась, наслаждаясь его вниманием, и едва касаясь губами его уха, прошептала:  

— Сначала я прижму тебя к постели, не давая даже пошевелиться… а потом медленно проведу пальцами по твоей груди, спускаясь всё ниже…  

Я почувствовала, как Ларисс чуть вздрогнул, но продолжал двигаться в такт музыке, словно ничего не произошло. 

— А дальше? — его голос звучал уже чуть более хрипло. 

 Не знаю, что на меня нашло, но я продолжила.

— Дальше… я буду касаться тебя так медленно, что ты начнёшь терять терпение. — Я мягко провела ногтями по его спине. — А потом… когда ты больше не сможешь выносить ожидание… может быть, я даже позволю тебе взять контроль.  

Ларисс резко втянул воздух и сжал мою талию чуть крепче.  

— Ты играешь с огнём, жена.  

— А ты ведь любишь, когда горячо, не так ли, демон?  

Он коротко выругался себе под нос, но в его глазах вспыхнул азарт.  

— Ты не представляешь, как сильно.  

Музыка сменилась, и вокруг нас кружились другие пары, но я уже почти не замечала никого, кроме Ларисса. Он тоже не отрывал от меня взгляда, словно сейчас на этом празднике существовали только мы двое.  

Я потянулась за кубком вина, но он отобрал его у меня и сам поднёс к моим губам, позволяя сделать лишь маленький глоток.  

— Не хочу, чтобы ты слишком напилась, — пробормотал он.  

— А мне кажется, тебе просто не терпится закончить вечер.  

— После того, что ты мне прошептала? Конечно.  

Я рассмеялась, но тут мой взгляд упал на стол, где среди фруктов лежал крупный спелый гранат. Я взяла его в руки, покрутила, потом взглянула на Ларисса и хитро прищурилась.  

— Ты знаешь, что если съесть гранат в чужом мире, то навсегда в нём останешься?  

— Правда? — его голос стал чуть ниже, чуть опаснее.  

— Правда, — я медленно надкусила плод, чувствуя, как сладкий сок растекается по губам.  

Ларисс смотрел на меня, не отрываясь.  

— Теперь ты точно никуда не денешься от меня, — выдохнул он.  

Я облизнула губы, довольная эффектом.  

Праздник продолжался, танцы становились всё более страстными, и теперь в каждом движении Ларисса чувствовалось нетерпение. Я знала, что этот вечер скоро закончится… и теперь мне самой не терпелось узнать, что же будет дальше.

Ларисс, не разжимая хватки на моей талии, уверенно повёл меня прочь из зала.  

— Супруги удаляются! — раздался чей-то шутливый возглас, и тут же за ним последовали смех и откровенные комментарии.  

Я, всё ещё опьянённая вином и танцами, только рассмеялась. Честно говоря, мне уже было всё равно, что думают остальные. Глаза Ларисса горели таким огнём, что окружающий мир потерял для меня всякое значение.  

Мы пересекли портал, несколько коридоров, и едва дверь в покои захлопнулась за нами, как демон резко развернул меня к себе.  

— Ты знаешь, опасно было шептать мне такие вещи на ухо… — его голос был низким, хрипловатым, наполненным нетерпением.  

— Опасно? — я лукаво улыбнулась, не спеша отвечать на его поцелуй. — А мне казалось, что ты любишь такое...  

Он шагнул ближе, загоняя меня в угол, но я увернулась, сделав плавное движение в сторону кровати.  

— Ты хочешь играть? — прищурился он.  

— А разве тебе не нравится, когда я играю?  

Я медленно распустила волосы, словно не замечая, как напряжённо он следит за каждым моим движением.  

Ларисс качнул головой, сделал шаг ко мне — но я отступила ещё на полшага, позволив свету свечей скользнуть по моей коже.  

— Ты издеваешься, — пробормотал он.  

— Немного.  

Он вздохнул, прикрыв глаза, будто давая себе мгновение, чтобы взять себя в руки. Я ухмыльнулась — и именно в этот момент он бросился вперёд.  

Я даже пискнуть не успела, как оказалась в его руках. Ларисс без усилий подхватил меня и бросил на кровать, нависая сверху, и его взгляд ясно говорил: «Теперь ты в моей власти».  

— Ты сама разожгла этот огонь, Тамара. Теперь будь добра разделить со мной этот пожар.  

***

Я медленно приходила в себя, ощущая тепло мягких подушек, тяжёлый бархат покрывала и… нет, всё-таки это не сон. Чужой мир, чужая реальность, но, похоже, теперь моя. Ну и ладно, если мой бывший муж нашёл себе бабу и живёт припеваючи, то почему бы и мне не стать счастливой?  

Ну, надеюсь, что счастливой. По крайней мере, в постели Ларисс определённо хорош. Демонически хорош и, я бы сказала. К тому же богат, а и то как он отнсится ко мне… в жизни, за тридцать лет у меня подобного не было. 

Я повернула голову и наткнулась на него. Он спал рядом, его тёмные волосы разметались по подушке, длинные пряди слегка завивались на концах. Губы чуть приоткрыты, дыхание ровное, спокойное. Даже не скажешь, что демон — скорее, ангел, только уж слишком коварный.  

Бабушкино «стерпится — слюбится» вдруг всплыло в голове, и я сама себе усмехнулась. Ну-ну.  

Я осторожно начала выбираться из постели, но едва пошевелилась, как сильные руки вмиг сжались вокруг меня, притягивая обратно.  

— Не уходи, — голос демона был сонным, хрипловатым, тёплым.  

— Хочу встать, — начала я, но не успела договорить, как он прижал меня ещё крепче, накрывая поцелуями плечи.  

— Не пущу, — пробормотал он, его ладони уже начали лениво гладить меня, скользя по коже.  

Вот же жеребец неугомонный.  

— Мне надо, — я закатила глаза и попыталась разжать его пальцы.  

— Тебе надо ко мне, — он усмехнулся, совсем не собираясь выпускать.  

— Ларисс, мне очень надо, — отчеканила я, кое-как извиваясь в его руках.  

Он наконец нехотя разжал хватку, тяжело вздохнул и лениво откинулся на подушки.  

— Иди, но я засеку время.  

Я фыркнула и выбралась из постели, пока он снова не передумал.

Я, прихватив лёгкий халат, направилась к двери, чувствуя на себе пристальный взгляд демона. Ну конечно, будет лежать и наблюдать, как я ухожу, будто сейчас сбегу и не вернусь.  

Когда я вернулась, он всё так же лежал, закинув одну руку за голову, но уже смотрел на меня с откровенным интересом.  

— Вернулась, — протянул он, подперев щеку ладонью.  

— Ага, — я забралась обратно в постель, зарывшись в мягкие подушки.  

Ларисс тут же оказался ближе, тёплые пальцы скользнули по моей щеке, подбородку, затем дальше — по ключицам.  

— Что ты так смотришь? — спросила я, прищурившись.  

— Просто любуюсь, — он ухмыльнулся, склонился ближе и провёл губами по моему виску.  

— Ты вообще знаешь слово «умеренность»? — пробормотала я, не отстраняясь.  

— Нет, — Ларисс рассмеялся и тут же перекатил меня под себя.  

Я даже не успела ахнуть, как оказалась в ловушке под его телом, а он уже лениво целовал мою шею.  

— Ларисс, — я попыталась возмутиться, но голос предательски дрогнул.  

— Да, моя прекрасная жена? — он довольно прижался губами к моему плечу.  

Моя жена. 

Я тут же вспомнила всё — свадьбу, пир, танцы, гранат… и факт того, что назад дороги нет.  

— Нам не пора вставать? — я попыталась сменить тему, хотя совсем не была уверена, что хочу выбираться из этой уютной западни.  

— Зачем? У нас целый день впереди, — он лениво провёл пальцами по моему бедру, но я всё-таки взяла себя в руки и толкнула его в грудь.  

— Потому что я не хочу весь день проваляться в постели!  

Ларисс трагично вздохнул, но нехотя отступил.  

— Ну ладно. Но учти, я ещё вернусь к этому разговору.  

Я закатила глаза, но, стоило мне отвернуться, он резко хлопнул меня по мягкому месту.  

— Ларисс!  

— Всё, всё, вставай, моя любимая жена!  

Я вздохнула, но на губах уже играла улыбка.

Вот только я успела встать и сделать шаг в сторону, как дверь в покои с грохотом распахнулась.  

В первую секунду я даже не поняла, что происходит — просто замерла, ошеломлённо глядя на ворвавшихся внутрь воинов. Они были в тёмных доспехах, с алыми гербами на груди, лица скрывали маски, но даже через них я чувствовала их напряжённость.  

Ларисс вскочил с постели быстрее молнии.  

— Что за…  

Он не успел договорить — двое бросились на него, хватая за руки. Ларисс взревел, из его тела рвануло чёрное пламя, но его тут же окутали странные цепи, светящиеся лиловым. Демон рванулся, мышцы на руках напряглись, но цепи только затянулись сильнее.  

— Да что вы, черти проклятые, творите?! — прошипел он, глаза гневно сверкнули.  

Меня схватили в ту же секунду. Кто-то рванул за локоть, другой ухватил за плечо.  

— Эй! — я взвизгнула, пытаясь вырваться, но хватка была железной.  

— Приказ Владыки, — холодно бросил один из воинов.  

— Какой ещё приказ?! — Ларисс вырывался, но цепи стягивали его, а воины вдавливали его коленом в пол, удерживая.  

— Вы идёте с нами, — произнёс другой.  

— Да пошли вы! — рыкнул демон.  

— Ларисс! — вскрикнула я, когда меня буквально поволокли к двери.  

Его силой подняли на ноги и потащили следом. Я пыталась сопротивляться, но мои руки тоже перехватили цепи, и от них шла странная, ноющая боль.  

Коридоры мелькали перед глазами. Длинные, с высоким потолком, освещённые пламенем магических светильников. Нас тащили быстро, не давая замедлиться, не говоря ни слова.  

— Вы хоть объясните, что происходит! — снова взорвался Ларисс, дёрнувшись.  

— Тебе всё объяснят, — отрезал один из воинов.  

Я сглотнула. У меня не было сил ни ругаться, ни спорить. Только холодный страх сжимал грудь.  

Наконец, мы свернули за очередной поворот — и перед нами возник портал.  

Огромный, с чёрно-синими всполохами, он пульсировал, будто живое сердце. Воздух рядом с ним был плотным, густым, пахло озоном и чем-то обжигающе-холодным.  

— Внутрь, — скомандовал один из воинов.  

Меня подтолкнули, и я зажмурилась, когда вступила в портал.  

Мир вокруг взорвался ледяным ветром, по коже побежали мурашки. На секунду показалось, что я падаю в бесконечную пустоту, но вдруг ледяной воздух сменился жаром, таким, будто меня бросили в раскалённую печь.  

А потом всё прекратилось.  

В тронном зале было холодно. Гулкое эхо шагов, застывший воздух, нависающие колонны, отбрасывающие длинные тени. Огромные факелы на стенах не давали тепла, лишь подчеркивали мрачную роскошь помещения.

Нас бросили на каменный пол.

Я упала на колени, не смея даже пошевелиться. Чувствовала, как холодные цепи впиваются в запястья, как дрожат руки, но даже не пыталась вырваться.

Ларисс, в отличие от меня, не был таким покорным. Он тут же попытался встать, но воины резко толкнули его обратно.

— Что, чёрт возьми, происходит?! — его голос был полон ярости.

Владыка медленно поднялся с трона.

— Ты осмеливаешься спрашивать? — его голос прозвучал гулко.

Ларисс поднял голову, в его глазах бушевал огонь.

— Я не сделал ничего, чем мог бы заслужить такое обращение!

Владыка склонил голову набок, словно размышляя.

— Ты предал меня, — медленно произнес он.

Я вздрогнула.

Ларисс замер.

— Что?

— Ты, один из трёх генералов моей армии, заключил тайное соглашение с королём северных земель.

— Ложь! — рявкнул Ларисс, пытаясь снова подняться, но его тут же ударили в спину, заставляя упасть на колени.

— Я сам видел свитки, — холодно продолжил Владыка. — Договорённости. Переписку. Ты обещал ослабить защиту наших границ, чтобы северяне смогли беспрепятственно пройти через перевал.

Мои руки похолодели.

Я ничего не понимала, но одно знала точно — Ларисс не выглядел виноватым или тем кто действительно мог предать. Он выглядел… потрясённым.

— Это бред, — его голос сорвался. — Я никогда бы…

— Я позволил тебе много лет носить звание генерала, — голос Владыки потяжелел, — и ты отплатил мне предательством.

Сила Владыки волной прошла по залу, заставляя пламя в факелах вспыхнуть ярче.

— За это ты заслуживаешь смерть.

У меня пересохло в горле.

— Но, — он сделал паузу, — я проявлю милосердие.

Тишина.

— Вчера ты обзавелся женой, и это единственная причина, по которой я оставлю тебе жизнь.

Я чувствовала на себе его взгляд.

— Однако…

Цепи впивались в кожу, жгли огнём, но я едва ли чувствовала боль. Всё внимание было приковано к Лариссу и к Владыке, чьё лицо оставалось бесстрастным, словно высеченным из камня.  

— Ты лишил меня верности, Ларисс, — голос Владыки разнёсся по тронному залу, тяжёлый, исполненный не гнева, но чего-то куда страшнее — холодного приговора. — А значит, я лишу тебя силы.  

Ларисс замер, напрягся, но тут же вскрикнул, выгибаясь назад.  

Что-то происходило.  

Я видела, как его тело содрогается, как плечи начинают подрагивать, как под кожей движется нечто чуждое, рвущееся наружу.  

Владыка лишь слегка взмахнул рукой, и спина Ларисса пронзительно вспыхнула багровым светом.  

А потом появились они — крылья.  

Огромные, исполинские, с глянцевыми, как воронёная сталь, перьями. Они взметнулись в воздух, рассекая пространство, почти касаясь мраморного пола.  

Красивые. Великолепные.  

И всего через мгновение обречённые. Владыка сжал ладонь, и крылья затряслись.  

Ларисс закричал. Я тоже.  

Я не понимала, что делаю, почему тянусь к нему, зачем пытаюсь вырваться из цепей. Но что-то внутри меня надрывно рвалось, будто я чувствовала его боль на своей собственной коже.  

Крылья начали осыпаться.  

Сначала отдельные перья, затем целые секции. Всё это напоминало гниение, но в ускоренном, немыслимом темпе.  

А потом…  

Рывок, глухой, отвратительный хруст.  

Всё кончено.  

Чёрные обугленные перья падали на каменный пол, а Ларисс рухнул рядом, едва дыша.  

— Теперь ты никто, — тихо, почти ласково произнёс Владыка.  

Мне стало страшно.  

— Ты лишён силы, титула и права служить в моей армии.  

Ларисс не отвечал. Лишь тяжело дышал, голова опущена, кулаки сжаты так, что костяшки побелели.  

— И за предательство ты будешь изгнан.  

Я вскинула голову, судорожно вдыхая воздух.  

— Ты и твоя жена отправитесь туда, откуда не возвращаются.  

Я не знала, что это значит.  

Но чувствовала, что нам конец.

Владыка поднялся с трона и, сцепив руки за спиной, неспешно направился ко мне. Его черные одежды шуршали по мраморному полу.  

— У вас есть ровно час, — его голос звучал ровно, почти безразлично, но от этого было только страшнее. — После этого вас отправят в Запределье.  

Меня охватил леденящий ужас. Запределье. Это слово было пугающим, наполненным таким мраком, что я почувствовала, как у меня пересохло во рту. Я хотела закричать, разорвать тишину, сказать, что это ошибка, что я здесь случайно, что вообще не при чем, что не собираюсь жить в каком-то Запределье!  

Но язык прилип к нёбу. Я просто сидела на коленях, цепенея от страха, вжимая пальцы в онемевшие ладони.  

— Заберите их, — коротко бросил владыка.  

Меня снова схватили за плечи, почти волоком таща к выходу. Я невольно обернулась, поймав на себе десятки взглядов — злорадных, насмешливых, равнодушных. В толпе кто-то хмыкнул:  

— Интересно, долго ли продержится его невеста там?  

— Ох, пожалуй, даже меньше, чем он, — усмехнулся другой.  

— Хотя… — голос с вкрадчивой ноткой, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки, — если её прижмёт, всегда можно будет найти способ выжить.  

Толпа захохотала. Я сжала зубы, отгоняя нарастающую панику.

Двери распахнулись, меня и Ларисса закинули внутрь покоев. Он все еще был без сознания, тяжело упал на пол. Один из воинов шагнул вперед и поставил на стол высокие песочные часы. Время уже начало стекать.  

— Пока не упадет последняя песчинка, у тебя есть возможность собраться, — лениво протянул он, подойдя ко мне вплотную и грубо схватив за подбородок. — Великодушный подарок владыки.  

Я резко дернулась, вырываясь, и тот лишь довольно фыркнул, развернувшись к выходу. Они ушли, и дверь с глухим щелчком захлопнулась.  

Только тогда я почувствовала, что меня трясет.  

Свободные руки тут же дрогнули, и я бросилась к Лариссу.  

— Эй, очнись, — я села рядом, обхватив его лицо ладонями. — Ларисс, проснись! Проснись чёрт тебя дери!  

Он не шевелился. Дыхание было рваным, слабым. Я провела пальцами по его щеке, потом осторожно повернула его набок, заглядывая за плечо.  

Боль сдавила грудь.  

Спина была в крови.  

Я замерла, глядя на рваные, кровоточащие раны, где еще недавно находились его крылья. Владыка не просто лишил его сил — он словно выдрал часть самого Ларисса, растоптав его гордость, могущество, саму суть.  

Что мне делать? Как ему помочь?  

Я судорожно сглотнула и огляделась. Часы. Время. Я должна что-то собрать, но что?  

Глаза метались по комнате, лихорадочно выхватывал дорогие ткани, одежду, оружие…  

Но что можно взять с собой, когда тебя выкидывают в неизвестность?  

Глупый, отчаянный план вспыхнул в голове. Я схватила ближайшую подушку, резко стянула с нее наволочку и принялась запихивать туда все, что могло иметь хоть какую-то ценность: украшения, золото, серебро, кубки, какое-то оружие. 

Если мы попадем в дыру, это всегда можно будет продать, обменять.  

Шелестели ткани, звякали драгоценности, а песок в часах продолжал сыпаться.

Я продолжила запихивать в наволочку украшения, монеты, драгоценные безделушки, чувствуя, как отчаянно колотится сердце. Руки дрожали, мысли путались. Сколько у меня еще времени?  

Где-то за спиной Ларисс тихо застонал.  

Я замерла, а потом метнулась к нему.  

— Ларисс! — схватила его за плечи, слегка встряхнула.  

Он дернул головой, лицо исказилось от боли. Густые ресницы вздрогнули, и его темные глаза медленно раскрылись.  

— Тама…ра… — голос севший, едва слышный.  

— Да, я здесь, — я погладила его по щеке, с трудом подавляя панику. — Мы должны собраться. Нас…  

Я запнулась, не зная, как сказать. Как объяснить, что его лишили всего, что нас бросают в бездну?  

Но он уже понял.  

Тень промелькнула в его взгляде, губы сжались в тонкую линию.  

— Владыка… — он выдохнул это слово с такой горечью, что у меня сжалось сердце.  

— Владыка решил, что мы должны пожить в… в Запределье, — я проглотила ком в горле.  

Глаза Ларисса вспыхнули. Он попытался приподняться, но тут же зашипел от боли.  

— Тише, не двигайся! — я прижала ладонь к его груди, удерживая. — Тебе нужно прийти в себя!  

— Не нужно, — он дернул уголком губ, болезненно, но с привычной дерзкой усмешкой. — Не думаю, что у нас есть время.  

Я стиснула зубы. Время.  

Я вскочила, метнулась к наволочке с награбленным добром и резко сунула ее Лариссу.  

— Держи.  

Он взглянул на нее с искренним удивлением.  

— Что это?  

— Наше будущее, — я тряхнула ткань, чувствуя, как внутри звякнуло золото. — Не знаю, что нас там ждет, но деньги всегда могут спасти положение.  

Он хрипло рассмеялся.  

— А ты, оказывается, не промах.  

Я гордо вскинула подбородок.  

— У меня инстинкт самосохранения развит лучше, чем у тебя.  

Ларисс снова попытался подняться, на этот раз успешнее. Он морщился от боли, но двигался.  

Песок продолжал сыпаться.  

Я бросилась к сундукам, распахивая их, хватая первую попавшуюся одежду. Старалась выбирать теплые вещи, кожу, меха — у меня было дурное предчувствие.  

— Одевайся, — кинула я Лариссу, накидывая ему рубашку и плащ.  

Он без возражений схватил их, молча натягивая.  

Последние крупицы песка стекали вниз.  

И в этот момент дверь распахнулась.  

Воины владыки шагнули внутрь.  

— Время вышло.

Нас опять волокли по коридорам, и шаг за шагом я все сильнее осознавала, что пути назад нет. Ларисс почти не шел, едва переставляя ноги. Я чувствовала, как тяжело он дышит, как холодная испарина покрывает его лоб. Но он упрямо не жаловался, лишь стиснув зубы, двигался вперед.  

Мы вышли в огромный зал с тем самым порталом. Теперь он выглядел особенно зловеще — не просто темное пятно в воздухе, а настоящая бездна, готовая поглотить нас.  

— Вставайте, — рявкнул один из воинов и с силой толкнул меня вперед.  

Я запнулась, но удержалась на ногах. Ларисс же не смог — рухнул на колени, тяжело опершись ладонями о каменный пол.  

— Вперед! — раздался еще один грубый голос, и меня подхватили за плечи.  

Я не успела вскрикнуть — нас с Лариссом грубо швырнули в портал.  

Следующий момент — резкий удар о что-то твердое.  

Я застонала, перекатилась на бок и ощутила, как что-то колючее впивается в кожу. Снег.  

Я открыла глаза. В лицо тут же ударил ледяной ветер, поднимая снежную пыль. Вокруг — только серые тени гор и леса, бесконечная белизна и мрачное, тяжелое небо.  

— Черт, — выдохнула я, с трудом поднимаясь на колени.  

Рядом, распластавшись в снегу, лежал Ларисс.  

— Эй, — я схватила его за плечо, встряхнула.  

Он застонал, но глаза все же приоткрыл.  

— Запределье, — одними губами прошептал он. — Граница с Мертвыми Землями…  

Меня передернуло. Название не предвещало ничего хорошего.  

Я пыталась понять, что делать дальше, но тут сквозь завывания метели послышались тяжелые шаги.  

К нам приближался мужчина — высокий, широкоплечий, в потрепанных мехах. Лицо грубое, изможденное, но взгляд цепкий.  

Он остановился рядом, смерил нас презрительным взглядом и сплюнул в снег.  

— Еще одни, — хмыкнул он, а потом, не раздумывая, резко ударил Ларисса в живот носком сапога.  

Ларисс зашипел от боли, согнулся пополам.  

— Ты что творишь?! — я рванулась вперед, встав между ними.  

Мужик посмотрел на меня так, будто перед ним жалкий котенок.  

— Не ори, девка, — спокойно сказал он. — Ты теперь здесь, а здесь так принято.  

Я сжала кулаки.  

— Нет у тебя права так делать!  

Он сплюнул еще раз и кивнул куда-то в сторону.  

— Пошли.  

Ларисс с трудом поднялся на ноги, но пошел, держась за бок. Я тут же подхватила его под руку, помогая идти.  

Мы брели сквозь снег, пока впереди не показалась убогая лачуга.  

Я вгляделась в покосившиеся стены, щели в крыше, через которые завывал ветер, и горько усмехнулась.  

«Вот тебе и домик в деревне. Молодец Тамара, впредь бойся своих желаний».

Мужик грубо подтолкнул нас к лачуге и хмыкнул:  

— Добро пожаловать.  

Я бросила на него испепеляющий взгляд, но он лишь ухмыльнулся, сплюнул в снег и, уже разворачиваясь, лениво добавил:  

— Если захочешь согреться, девка, заходи. Живу через три дома.  

Я сжала кулаки, но промолчала. Ларисс тяжело дышал рядом, и тратить силы на перепалки было глупо.  

Когда дверь с противным скрипом закрылась за нами, я огляделась.  

Хуже, чем я могла представить.  

Халупа была крошечной, с гнилыми досками вместо стен, между которых гулял ветер. Пол напоминал больше утоптанную землю, чем что-то пригодное для жилья. В углу стояла шаткая конструкция — вроде кровати, даже собака в моем мире спала бы лучше.  

Я с тоской вспомнила наши с Лариссом покои. Теплые, уютные, с мягкой постелью, в которую так приятно было зарываться.  

Теперь же — вот оно, новое «супружеское гнездышко».  

Позади раздался глухой звук.  

Я резко обернулась и увидела, как Ларисс оседает на пол, не в силах больше держаться на ногах.  

— Эй! — я тут же бросилась к нему, опустилась на колени.  

Потрогала лоб. Горячий, как раскаленное железо.  

«Ну только этого не хватало!»  

— Ларисс, ты меня слышишь? — я осторожно провела пальцами по его щеке.  

Он чуть приоткрыл глаза, но взгляд был мутным.  

— Все нормально, — пробормотал он. — Просто отдохну немного…  

— Конечно, отдохнешь, — проворчала я, пытаясь поднять его. — Но не на полу же, черт возьми!  

Он был тяжелый, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы дотащить его до той самой конструкции, что с натяжкой можно было назвать кроватью. Осторожно уложила его, укрыла единственным найденным лоскутом ткани, который явно не согревал.  

Нужно было развести огонь.  

Я огляделась.  

Печь в доме была, но абсолютно пустая — ни дров, ни угля, ничего, что можно было бы сжечь. Я даже рассмотрела свой подол — в мыслях уже жертвовала платье на растопку.  

Черт, нет! Должен быть другой способ.  

Я глянула на Ларисса. Он застонал, неосознанно сжав пальцы на ткани.  

Выбора у меня не было.  

Я подошла к узелку, в который наскоро набросала драгоценности перед отправкой сюда. Взяла несколько украшений, пару крупных камней.  

В груди все сжалось от унижения.  

Но я все равно выпрямилась и шагнула к двери. Ветер сразу же ударил в лицо, холодный, жестокий, пробирающий до костей. Я стиснула зубы и, прижав к груди сокровища, направилась в дом того мужика.

Это была крепкая хижина из камня и дерева, явно теплее, чем наша лачуга. На секунду я даже засомневалась, стоит ли мне вообще стучаться. Но потом вспомнила, что Ларисс лежит без сил, без сознания, и у нас нет ни еды, ни тепла.  

Я подняла руку и постучала.  

Дверь открылась почти сразу, и на пороге показался тот самый мужик. Лицо суровое, борода в снегу, но ухмылка... ухмылка мне не понравилась.  

— Быстро же ты замерзла, девка, — протянул он, склонив голову набок. — Греться пришла?  

Я стиснула зубы.  

— Мне нужны дрова. И чем разжечь печь. И если есть хоть какая-то еда…  

— Ну, — мужчина лениво потянулся, хрустнул пальцами. — Всё можно устроить. Но не за спасибо.  

Я шагнула внутрь, стряхнула снег с волос и подошла к столу. Развязала узелок и вывалила на деревянную поверхность несколько украшений и драгоценные камни.  

— Этого хватит?  

Мужик посмотрел, скривился и качнул головой:  

— Неа, маловато будет.  

А потом он медленно двинулся ко мне.  

Я отступила.  

— Отойди. — Хоть голос и дрожал, я попыталась сделать его максимально твердым и серьезным. 

Он усмехнулся, продолжая приближаться.  

Холод в животе и страх сменился яростью. Ах ты ж падлюка бородатая!