Замуж за дракона? Ну уж нет! Лучше открою лавку зелий

(Алания)

– Она очнулась?

– Кажется, да.

Голоса доносились, словно из-под толщи воды. Приглушённые, незнакомые. Я приоткрыла один глаз — совсем немного, но из-за яркого света, пробивавшегося через окна, увидела только размытые силуэты.

Запах ванили и перца настораживал. Прежде всего потому, что в библиотеке обычно пахнет книгами и пылью, а ещё больше настораживала мягкость под спиной — совсем не твёрдый пол, на который я недавно свалилась с лестницы, доставая книгу с самой верхней полки.

Пощупала гладкие простыни, всё ещё не открывая глаза. Боже, да они наверняка стоят дороже всего моего дома… Для больницы слишком роскошно и слишком нереалистично удобно.

– Леди Алания, леди Алания, вставайте, там ваша матушка идёт.

Меня несильно потрясли за плечо.

Я поморщилась. «Леди Алания? Какая я вам леди Алания? Что вообще происходит?»

Открыла глаза, тут же щурясь от яркого света, и прикрыла лицо рукой. Во рту было сухо, как в пустыне. Я еле разлепила пересохшие губы, чтобы с трудом произнести:

– Воды…

Честно говоря, чувствую себя паршиво. Всё тело ломит. Голова на удивление не болит, хотя точно помню, как ударилась о противоположную полку затылком. Но конечности ватные, язык немеет. А ощущение пространства искажено до такой степени, что вместо привычных библиотечных шкафов я вижу высокие потолки с лепниной.

Прямо как в замке.

При сотрясении бывают галлюцинации? По-другому я просто не могу объяснить эту красоту.

– Алания дэ Веритас!

Женский крик донёсся раньше, чем двери с грохотом распахнулись. Я тут же села, выпрямив спину и сложив руки перед собой. Забыв одновременно и про боль, и про слабость, и про немеющий язык.

Тон этой женщины не оставлял сомнений, что обращалась она именно ко мне. Ибо две девушки, что стояли перед кроватью, подозрительно быстро отошли к шторам, склонив головы. Подозреваю, они бы предпочли попросту спрятаться за ними, лишь бы не нарваться на гнев суровой мадам.

– Что за спектакль ты нам устроила? – продолжала наседать на меня незнакомка.

Ответы ей явно не были нужны, ибо поток слов не прекращался ни на секунду.

– Мы стараемся, договариваемся с Сальваторе, храни великий дракон их ману. А ты нас так подставляешь!

Я молча хлопала глазками, наблюдая за мадам, что нервно ходила из стороны в сторону, хмурясь и даже пустив слезу.

Волосы её были аккуратно уложены в пучок, который в далёкой юности я называла «пучок исторички». Только по школе тогда и ходила одна она с такой прической — в стиле «конец XIX века». Платье цвета спелой вишни, с рукавами-фонариками и высоким горлом, выгодно подчёркивало её женственную фигуру, несмотря на скромный фасон.

– Отравиться? Ростками ложной фасоли? У меня едва сердце не остановилось, когда я это услышала. Ты совсем матушку свою не жалеешь. И отца не жалеешь. И Ливию не жалеешь!

Так это она — «матушка».

Стоп, что?

В голове не укладывалось. «Матушка»? «Отец»? «Ливия»? Кто такая эта Ливия?

Я посмотрела на девушек, что всё ещё стояли, склонив головы, возле штор. В чёрно-белых платьях горничных, с идеально белыми передничками и чепчиками на голове. Кто-то из них — Ливия?

Хм, не похоже.

– Сестрёнка! Я так испугалась!

В комнату ворвался ещё один маленький ураганчик с копной смоляно-чёрных волос, разметавшихся в творческом беспорядке. Зелёные глаза её были красными, веки слегка припухшими — видимо, от слёз. За ней, тяжело дыша, с расчёской в руке бежала тучная женщина.

«Ураганчик» бросился ко мне, стискивая в крепких объятиях, отчего тело вновь дало о себе знать ноющей болью.

– Ливия, веди себя прилично! – накинулась «матушка».

«О, так эта Ливия — сестра, значит», — промелькнуло в голове, пока руки заторможенно пытались обнять девушку.

Но несмотря на строгость матери, Ливия не спешила подчиняться и отпускать меня, заливая шёлковое ночное платье горькими слезами.

«Да что тут… а, кажется, я уже задавала этот вопрос…»

– Значит так, Алания дэ Веритас, сейчас ты немедленно поднимаешься, приводишь себя в порядок и спускаешься в главный зал. Сальваторе прибудут с минуты на минуту. Всевидящий дракон, как же мне им в глаза смотреть? – Она возвела очи горестно к лепнине на потолке.

Наконец матушка взглянула на меня и на дрожащую от рыданий в моих руках Ливию. Выдохнула как-то горько и обратилась к служанкам:

– Эмма, Мира, помогите ей одеться! Чтобы через час она уже была готова и стояла в главном зале.

– Да, леди Изабелла, – хором отозвались горничные.

– Ливия, нам пора. Алании нужно привести себя в порядок.

Ливия всхлипнула, но кивнула. Шепнув мне: «Держись, сестрёнка!» — она последовала за матушкой.

«Так, спокойствие. Главное — спокойствие и трезвый ум. Что я выяснила: сейчас меня зовут Алания. Я отравилась какой-то фасолью. И мне срочно нужно на какое-то важное мероприятие, где будут какие-то Сальваторе. Я попала в фанфик по «Дневникам вампира»? Ладно, если главным мужским персонажем здесь будет Деймон, я в целом и не против».

Осталось только выяснить, кто из них Эмма, а кто Мира, и не подать вида, что на самом деле я вовсе не их леди Алания. Делов-то.

Горничные облегчённо выдохнули, едва за «матушкой» закрылась дверь.

– Мира, нагрей воды, леди необходимо умыться, – скомандовала та, что постарше. – И принеси туфли, что мы вчера приготовили.

Я мысленно хлопнула в ладоши. Вот и выяснили. Как удачно, что они проговаривают имена друг друга. Не нужно играть в дурочку и притворяться, что у меня провалы в памяти.

– Да, кхм, – я кашлянула, всё ещё чувствуя першение в горле, – и можно мне всё же воды?

Мира тут же подорвалась с места, исчезая за дверью.

Я невинно похлопала глазками, глядя на недовольную Эмму. У неё буквально на лице было написано всё, что она хотела мне высказать. Кажется, мне предстоит разгребать проблемы настоящей Алании. Вот это я попала!

Сглотнула вязкую слюну. Но к счастью Эмма проглотила всё недовольство и честно принялась за работу.

Меня причёсывали, одевали, что-то подкалывали. Наносили тонны пудры. Как будто на модный приговор собирали. Я послушно вынесла всё, что со мной делали. При этом горничные ворчали друг на друга и на меня. Иногда спрашивали, нравится ли мне то или иное украшение. А я просто кивала, потому что в жизни ничего подобного не видела.

Ожерелье из раздробленной крошки, которую горничные назвали «магической рудой». Массивные, но элегантные серьги, пара золотых колец, тоже с вкраплением той самой заветной руды.

Я всё ещё упорно не верю, что это фанфик по «Дневникам вампира».

– Леди Алания, вы сегодня необычно тихая, – проговорила Мира, заметив мой задумчивый вид.

– Переосмысливаю свою жизнь, – без иронии ответила я.

(Алания)

И правда, как так получилось, что я попала в другой мир?

Я работала в библиотеке, никого не трогала. Потихоньку откладывала денюжки, чтобы открыть собственный — пусть и маленький — магазинчик на маркетплейсе. Из этого вряд ли что-то бы вышло, но видеть, как растёт циферка на вкладе, приносило удовольствие.

А сейчас я в красивом лиловом платье, в дорогих побрякушках, в комнате, что своим масштабом могла легко вместить всю мою однушку. И у меня целых две личные служанки.

Я дочь аристократов, в конце концов!

Видимо, не зря по ночам читала романы и рисовала карту желаний. Моя бессонница окупилась сполна.

К моему удивлению, я действительно была готова всего за час. Платье оказалось удобным, сидело точно по фигуре. Туфли не натирали — аккуратные, с острым мыском, приятного серебристого оттенка, почти полностью прикрытые подолом. Я чувствовала себя прекрасной принцессой, за которую скоро будут сражаться рыцари на турнире.

И это чувство окрыляло!

Летящей походкой я вошла в зал, о котором говорила моя новая матушка, в сопровождении Эммы. Но под взглядами новых родителей и этой четы незнакомцев с витиеватыми рогами на голове притормозила.

Так, не поняла: где мой Деймон Сальваторе? И что это за косплееры единорогов?

– Алания, вот и ты, доченька. Проходи, проходи, – мило запела матушка.

От её излишне ласкового тона, так сильно контрастирующего с тем строгим и властным, который был ещё час назад, меня передёрнуло. А вот у нас, значит, какая игра. Ладно, подстраиваться под обстановку я тоже умею.

Натянула на лицо праздничную улыбку и подошла к длинному столу.

Высокий дядечка в чёрном костюме любезно отодвинул мне стул, приглашая сесть не со своей семьёй, а рядом с косплеерами. Точнее, рядом с парнем с серебристыми волосами и закрученными назад рогами. На руках у него были белые перчатки. От него исходило тепло, как от печки. Парень даже не взглянул на меня, а наоборот отодвинулся подальше, словно боялся прикоснуться.

Вот это номер.

Чтобы проверить свою теорию, я немного придвинулась ближе, подпрыгнув вместе с тяжёлым стулом. Парень, не теряя времени, отпрыгнул в сторону — ближе к сидящему рядом мужчине. Тоже сереброволосому.

Мой папенька резко и громко кашлянул, привлекая к себе внимание. Я вновь выпрямила спину, перестав испытывать судьбу.

– Премного благодарен вашему визиту, мастер Сальваторе. Знаю, у нас были тяжёлые переговоры, ещё и пришлось дождаться мою дочь… ей сегодня нездоровилось, – начал папенька, бросив на меня многозначительный взгляд.

Я отвернулась. Эка вы сформулировали. Не подкопаешься.

Мастер Сальваторе кивнул ему, подняв руку.

– Не стоит. Если леди Алании действительно нездоровилось, мы могли перенести встречу. – Голос у него был чистый бархат, ласкающий уши. По спине пробежали приятные мурашки. – Как мы и договаривались, помолвка состоится в любом случае. С нашей стороны нет возражений. Сальваторе держат слово.

Помолвка?

«А-а-а-а-а, – протянула я мысленно. – так вот почему настоящая Алания решила отравиться. Замуж не хотела».

Я мельком глянула на парня рядом. В профиль он даже ничего. Сильный подбородок, нос с лёгкой горбинкой. А эти длинные белые ресницы… зачем мужчинам вообще такие ресницы? Это же несправедливо по отношению к девушкам!

За такого красавчика и не хотеть замуж? Дурочка, ты, Алания. Я его себе заберу значит.

Главы семейств ещё о чём-то договаривались. Что получит каждая сторона от этого брака. Я особо не вслушивалась, кидая заинтересованные взгляды на будущего жениха. Примеривая будущую фамилию и представляя, какими будут наши будущие дети. В прошлом я ни о чём таком не задумывалась. Но здесь такие мысли почему-то казались естественными.

Парень напряжённо молчал. Он, вероятно, замечал, как я на него пялюсь. В конечном итоге не выдержал и прошипел:

– Прекрати!

– Что прекратить? – поинтересовалась я так же шёпотом, строя невинное личико.

Окончательно повернулась к нему, хлопая глазками.

– Смотреть на меня так, словно впервые видишь дракона.

Вообще-то и правда впервые вижу.

– Я тебя по-другому представляла, – призналась почти честно.

Чуть откинулась назад, выискивая взглядом чешуйки, крылья или хвост. Но кроме рогов, больше ничего не выдавало в нём нечеловеческое происхождение. Драконы тоже, в целом, мои фавориты… после вампиров. Так что я почти не разочарована, что это не Деймон.

Однако самому дракончику не понравился мой пристальный интерес к своей персоне. Он повернулся ко мне всем корпусом, и я впервые увидела его кристально-голубые глаза.

– Пре-кра-ти! – по слогам прошипел он с нажимом.

– Алания.

Я выпрямилась почти рефлекторно от голоса матушки.

– Прогуляйся с младшим принцем Маркусом. Покажи ему наш чудесный сад.

«Афигеть, он ещё и принц», – мысленно взвизгнула я от чистейшего восторга.

Сам же принц странно дёрнулся.

Но я активно закивала, лихорадочно соображая, как мне показать сад, если я не знаю, где он находится.

Дракончик поднялся первым. Я поспешила за ним. И когда мы вышли из зала, меня встретила Мира. Я шепнула ей, что нам нужно попасть в сад, и девчушка с готовностью согласилась нас проводить.

Минус один к неловким блужданиям по особняку.

Что ж, раз дракончик — мой будущий супруг, то стоит попробовать наладить с ним контакт. Правда, как это сделать, если он ушёл далеко вперёд, а один его шаг равен двум моим.

Кто-то не в настроении?

Я догнала его с трудом, подобрав подол платья, и едва ли не бежала.

– Маркус, правильно? – спросила я. Он молчал. – Прости, я просто любопытная.

– И многословная.

Я выгнула брови, но решила оставить его комментарий без внимания.

– Давай узнаем друг друга получше? – предложила я примирительно. – Раз уж помолвка неизбежна и мы в одной лодке, я бы не хотела её раскачивать.

Маркус глянул на меня серьёзно. Прищурился. Его шаг замедлился, пока он и вовсе не остановился.

Я же по инерции прошла ещё пару шагов вперёд.

– В какой-то мере я мог бы согласиться. Будь ты хоть капельку интересна мне, – снисходительно начал он. Прошёлся по мне оценивающим взглядом. – Но брак остаётся формальностью.

Он подошёл ближе, коснулся моего подбородка. У меня перехватило дыхание. Боже, это же как сцена из романа!

– И я не собираюсь вкладываться в него больше, чем того требует договор. Вы всего лишь человек, леди Алания. Помолвка важна твоей семье. И если ты хочешь заинтересовать меня, попробуй поработать над своими манерами и эмоциями. Или я разорву её в любой момент. А это означает, что больше ни один значимый драконий род не захочет иметь дело с родом Веритас.

Он усмехнулся. Его взгляд скользнул по моим серьгам и ожерелью. И Маркус брезгливо отдёрнул руку.

Что? Вот хамло! Да я его… Да я ему… больно мне нужно выслуживаться перед высокомерным дракошей.

Прости, Алания, я забираю свои слова назад. Лучше и впрямь отравиться, нежели идти под венец с высокомерным принцем. Пусть и красивым.

Я ещё покажу, кто действительно разорвёт помолвку, Маркус Сальваторе.

Вот увидишь!

(Алания)

Теперь меня зовут Алания дэ Веритас. Дочь графа Лоренцо дэ Веритас и графини Изабеллы дэ Веритас. Владельцев самых крупных месторождений магической руды по всему Астору.

Как я попала в эту заварушку? Да откуда же мне знать? Работала тихо-мирно в городской библиотеке, книжки по ночам почитывала. Мечтала открыть своё дело и рисовала карты желаний, чтобы хоть что-то изменилось в моей бренной жизни. Но в тот день читатель запросил старую книгу, что находилась на самой высокой полке, куда не лазили уже несколько лет, как минимум. Я давно просила начальницу заменить ту лестницу. Мало того, что она шаталась, как ненормальная, так ещё и одна из ступенек отвалилась несколько месяцев назад.

Кто же знал, что и верхняя меня не выдержит, и я полечу вниз. И с этой треклятой лестницей, и со всеми книгами.

Да умом я не отличаюсь, ведь можно было взять другую. Но если честно, я не жалуюсь. Меня абсолютно всё устраивает.

У меня началась новая жизнь. Я не собираюсь останавливаться на достигнутом!

От мечты открыть своё маленькое дело я не отказалась. Благо теперь она обросла подробностями.

У настоящей Алании оказался исключительный дар зельеварения. И кажется, он передался и мне.

Зельеварение оказалось весьма затратным увлечением — как по времени, так и по местным деньгам. Ингредиенты стоили дорого. Достать многие из них тоже было довольно трудно. Зато, если верить всем мотивационным книжкам знаменитых зельеваров, дельце было достаточно прибыльным.

Я перечитала все её дневники и заметки. Книги, которые она оставила на своём рабочем столе. Пробовала смешивать разные ингредиенты, и что-то даже получалось, пока я строго следовала рецепту. Но стоило отклониться хоть на грамм, как сразу шла опасная реакция.

И ладно, если зелье просто меняло цвет или начинало пахнуть потными мокрыми носками вместо корицы. Иногда случалось такое шоу фейерверков, что китайцы со своим Новым годом обзавидовались бы.

Мира поддерживала моё увлечение. И казалось, с искренним интересом впитывала все знания и рецепты, которые мы с ней обсуждали. С Эммой дела обстояли немного хуже. Она ворчала, причитала о том, что зельеварение мне вряд ли пригодится, ведь я и так выхожу замуж. Я кивала, но продолжала изучать новый мир.

Помимо этого, у Алании оставался год до выпускного из магической Академии св. Файроха, которую должны были закончить все люди без исключения. И до начала учебного года оставалось каких-то четыре месяца.

Как сумасшедшая, я изучала всё, что могло пригодиться, и к концу этого срока голова у меня раскалывалась так, что ни одна исцеляющая магия не помогала.

И родители, и горничные диву давались, как их Алания яростно принялась грызть гранит науки. Мне же только и оставалось изображать из себя примерную ученицу, голодную до знаний, чтобы отвести все подозрения о том, что «Алания-то не настоящая».

С господином зазнайкой-грубияном мы больше не виделись. Однако он отсылал мне подарки: цветы, картины, украшения. Но подозреваю, всё это было с лёгкой руки его достопочтенной матушки. Ответные подарочки я отсылала с большей охотой, ведь тратились не мои личные денюжки.

Кто же знал, что встретимся мы снова в коридорах той самой Академии.

Меня сопровождала Мира. Она же должна была остаться в качестве моей личной горничной на весь период обучения.

– Вы не волнуетесь, леди Алания? – спросила она, пока мы ехали в карете на магической тяге.

– Нет, – улыбнулась я ей.

Вряд ли бы настоящая Алания сильно волновалась, возвращаясь туда, где жила годами как дома.

Мира же ехала со мной в первый раз. Представляю, на каких иголках она сейчас сидит.

Я же предпочла думать о своей будущей лавочке зелий. «Магазинчик зелий Алании» — идеальное название!

Осталось только: отработать бизнес-план, подыскать помещение, накопить на аренду, закончить академию и наварить зелий.

Делов-то! С моими ресурсами и форой — куда меньше, чем было в прошлой жизни.

Я справлюсь. Принц Маркус Сальваторе ещё будет локти кусать, когда узнает, какую предприимчивую красотку потерял.

– Леди Алания, почему вы смеётесь? – удивлённо спросила Мира.

Я кашлянула, успокаиваясь, но ещё злорадно похихикивая.

– Ничего, Мира. Не бери в голову, – отмахнулась я, и дальше мы ехали молча.

Академия встретила нас куда дружелюбнее, чем я предполагала. Оказалось, у Алании была куча знакомых и друзей, с которыми она поддерживала отношения.

Я видела письма. Всё собиралась перечитать, но забылась за книгами и новой информацией, которую пыталась впихнуть в свою голову за короткое время.

– Ния! Ниичка!

Я не сразу поняла, что зовут именно меня. Но когда перед моим носом вдруг появилась рыжая косма волос и меня стиснули в крепких объятиях, я едва не умерла повторно от умиления.

На меня налетела наитипичнейшая миниатюрная ведьмочка. Не хватало только метлы в руках и остроконечной шляпки.

– Как ты могла не отвечать на мои письма? – накинулась она с обвинениями, смешно надув щёки. – Особенно после та-а-акой новости.

– Прости, прости. Я немного увлеклась подготовкой к новому учебному году и забыла про всё.

Как бы узнать её имя? Мира точно мне не поможет. Она сконфуженно стояла в стороне с моим чемоданом. А спрашивать прямо — сверхглупо. Она ведь не знает, что я — не я.

– Ты? Подготовкой? – скептически переспросила ведьмочка.

Ну и почему все так реагируют? Неужели Алания была безнадёжна? Изучая её записи, я бы так не сказала.

– Вообще-то я не особо горю желанием выходить замуж за грубияна.

Пусть и красивого.

– Поэтому я собираюсь получить диплом, открыть магазин и уйти в закат! – решительно призналась я.

И на удивление ведьмочка меня поддержала, заразившись моим энтузиазмом.

– Отлично! Ну их, этих мужиков! – Она взяла меня за руки. – Уничтожим монополию патриархата и захватим трудовой рынок! – воодушевлённо воскликнула она.

– Да! Ай…

Продолжить строить планы нам не удалось.

Что-то мягкое прилетело мне в затылок. Я согнулась, схватившись за голову. Мира тут же подлетела ко мне с обеспокоенным видом. Ведьмочка тоже ойкнула и всхлипнула, держась за лоб.

– Теа, за что ты так? – жалобно пролепетала ведьмочка.

К нам подошла высокая девушка с прямыми длинными волосами, собранными в прилизанный высокий хвост. Элегантные круглые очки в белой оправе с вкраплениями частичек магической руды сидели на переносице. Она больше напоминала строгую учительницу, нежели студентку.

– На вас вся Академия косится.

Теа поправила очки, скрестила руки на груди, взглянула на меня — отчего по спине пробежал холодок.

– Рада снова увидеться, леди Алания, – вежливо кивнула мне. И я опешила от её официального тона. — Нам нужно поторопиться, скоро начнётся лекция по травологии. Госпожа Амальтея не любит, когда опаздывают. Твоя горничная ещё не отнесла вещи в комнату?

Мира виновато опустила голову.

– Да, она как раз собиралась это сделать… – ответила я за неё. – Но неужели занятия прям с первого дня?

«Травологию» вела наискучнейшая преподавательница. Она гнусавила, читала информацию с листа и перебивала отвечающих студентов. Но несмотря на это я заставила себя слушать, ибо травология и зельеварение тесно связаны.

На последнем занятии я оказалась в невероятно огромной лаборатории алхимии и зельеварения. И вся накопившаяся за день усталость испарилась, как не бывало.

Нам разрешили попробовать разные безопасные реакции и надавали кучу домашнего задания. Но даже это меня не огорчило. Ведь я получила доступ к жутко редким ингредиентам — пусть и под пристальным присмотром преподавателя.

После занятий мы забрели в библиотеку, чтобы разобрать список книг по всем тем предметам, что успели пройти за сегодня. А нас ждало ещё девять новых дисциплин — и это только на первый семестр.

Список разделили с Теей. Вивиен пошла искать нам пустое место.

Ох, глядя на все эти библиотечные стеллажи, чувствуя знакомый запах запылившихся фолиантов, я словно перенеслась обратно в старый, но привычный мир.

Я увлеклась. И заблудилась. Но потихоньку список худел, а тележка с книгами нагружалась. Последняя книга из списка оказалась на верхней полке.

Подняла взгляд к потолку, куда, казалось, уходил стеллаж. Нет, у нас в библиотеке потолки были куда ниже. Перед глазами тут же пронеслась сцена моего падения — словно замедленная киноплёнка. Ну не станут же в элитной академии экономить на лестницах.

На собственный страх и риск полезла наверх. И оказавшись на последней ступеньке, я почувствовала себя увереннее. Но смотреть вниз не решалась.

Нужную книгу нашла сразу. Она выделялась потрёпанной обложкой. И начала спускаться. Одна ступенька. Вторая. Стоп… а где третья?

Я не нащупала последнюю ступеньку и на панике попыталась спустить ногу ниже, но вторая оказалась неустойчивой и сорвалась.

Да как так-то? Мой второй шанс — и снова в библиотеке? Это же надо быть такой невезучей.

Я зажмурилась, прижала книгу к груди, словно она могла меня спасти. Но удара не почувствовала. Вместо холодного пола меня поймали горячие сильные руки, прижав к не менее горячей груди.

(Алания)

Я зажмурилась, прижимая книгу к груди, словно она могла меня спасти. Но удара не последовало. Только жар, исходящий от чужих рук, что прижали меня к не менее горячей груди.

– Леди Алания.

Бархатный, немного смущённый голос. Я приоткрыла глаза, встречаясь с его. Кристально-голубые глаза смотрели на меня со странной, необъяснимой смесью смущения и желания поскорее избавиться от вынужденной ноши.

Я улыбнулась. И даже облегчённо выдохнула. Сегодня я не умру. Второй шанс не отменяется. Магазинчику быть!

– Лорд дракончик, какое счастье, что вы появились так вовремя.

– Ло… лорд дракончик? – повторил он.

Его правый глаз задергался. И как будто между стеллажами стало жарче. Или точнее, он сам ещё больше нагрелся.

Меня поспешно поставили на пол. Внешне Маркус остался невозмутим, но что-то в его поведении всё ещё было не так. То, как он отвёл взгляд, неловко переступил с ноги на ногу. И старательно делал вид взрослого, статного дракона с сотнями лет накопленного опыта.

– Проявите хоть капельку уважения, леди Алания.

Я выгнула брови.

– Так я со всем уважением.

– Будь осторожней в следующий раз, – назидательно проговорил он.

Вот же. Похож на старого ворчуна, а не на горячего дракона. Во всех смыслах.

Его взгляд устремился мне за спину. Чуть в отдалении я заметила скромно стоящую Вивиен. Она странно косилась на Маркуса, а поняв, что её заметили, сделала вид, что разглядывает полку рядом.

– Тебя подруга ждёт, – бросил Лорд Дракончик и поспешил уйти.

Я не стала его останавливать.

Едва Маркус покинул поле зрения, Вивиен тут же подлетела ко мне, сжала руку и потянула в общий зал.

– Мы тебя везде обыскались. Это с ним тебя посватали?

Я только кивнула.

Вивиен заговорщически улыбнулась.

– Хе-хе, – захихикала она. – Не завидую. Такой правильный, аж зубы сводит.

Да, ещё и хам.

Вернувшись к Тее, я протянула ей список. Она только кивнула, и мы вместе принялись разбирать книги.

Я очень увлеклась всем этим обучением. Новые лекции, новые знания, совершенно отличные от моего прошлого мира. Магия, чёрт возьми, настоящая, а не те шарлатаны из телевизора. Я закончила колледж в своём мире около пяти лет назад и больше никуда не смогла поступить, застряв в библиотеке. Но учиться хотелось. И вот сейчас я старательно наверстывала упущенное.

Правда, разбираться с магией было сложнее, чем с рецептами для зелий.

В человеческом теле мана нестабильна. И нужно постоянно следить за её уровнем. Отсюда и магическая руда в каждом украшении. Она позволяет подавлять колебания маны.

Можно, конечно, заколдовать обычные украшения, но их эффекта хватает на пару месяцев. Когда даже пыль от магической руды стойко держит ману в стабильном состоянии долгие годы.

У этого мира оказалось много ограничений. Но в основном они касались драконов.

Я откинулась на спинку стула, устав от огромного научного текста про важность уровня маны и чем чревато превышение её лимитов. Посмотрела на новоиспечённых подруг. И Вивиен, и Теа сосредоточенно что-то конспектировали.

– Может, перейдём к практике? – предложила я.

Подруги вскинули головы почти одновременно. У Вивиен загорелись глазки, а вот Теа отнеслась к моему предложению скептически.

У нас было не так много вариантов. Большинство лабораторий были заняты более ушлыми студентами, что отрабатывали свои навыки или закрывали долги с прошлых семестров. Или же просто филонили, делая вид, что усердно учатся.

Однако Вивиен вспомнила про старую алхимическую лабораторию, что стояла отдельно от основного здания.

– Ей уже давно не пользуются для занятий, но иногда студенты варят там зелья или практикуются в алхимии либо боевых заклинаниях, – пояснила Теа. – В прошлом году какой-то третьекурсник сжёг крышу, когда практиковался в магии огня.

– Её же хотели снести, – вспомнила Вивиен.

Теа пожала плечами.

– Какие-то энтузиасты всё починили, укрепили стены и фундамент. Она теперь фактически неприступная крепость.

– И ею никто не пользуется? – скептически переспросила я.

Поверить в то, что такая золотая жила стоит бесхозной, я могла с натяжкой.

– Очень редко. Работы там на самом деле много. И носить сумки с травами да склянками тяжеловато.

– А ещё там растёт немного полезных ингредиентов для зелий. Давно кто-то посадил.

– Мы точно должны там побывать, – с горящими глазами проговорила я.

Забрав большую половину всех книг, какую можно было выносить из библиотеки, мы двинулись в путь.

В поместье Веритас своей лаборатории у Алании не было. И я не стала её обустраивать просто потому, что должна была уехать в Академию. Она бы целый год простаивала просто так. Я делала, что могла, в «полевых условиях».

Теперь же с появлением целой настоящей лаборатории (пусть и не совсем моей) глаза разбегались.

Некоторые травы росли прямо на её территории, как и сказала Вивиен. Заботливо посаженные студентами прошлого, они приросли и разрослись, словно естественный природный ковёр. Так что для чего-то простенького — вроде «сон-зелья», «зелья Сковеля» или «зелья, убирающего седину» — ингредиенты мы нашли. А этого вполне достаточно, чтобы опробовать новое место в действии.

Несколько часов мы просто мыли старые запылённые, пожалевшие склянки. К котлу, на стенках которого оказался странный чуть зеленоватый налёт, от которого пахло протухшими яйцами, без магии мы не прикоснулись. Благо Теа знала эффективные очищающие заклинания.

Когда же мы приступили к варке первого экспериментального зелья, с улицы раздались мужские голоса и басовитый смех.

Я опасливо выглянула наружу из окна. Глаза тут же расширились от удивления, когда я узнала Лорда Дракончика и двух незнакомых парней.

Один из них был высокий, с медного цвета волосами и четырьмя маленькими рожками, что росли из его лба. Белая форменная рубашка небрежно выпирала из-под брюк, а галстук расслабленно висел на шее.

Второй был чуть ниже, коренастее. С широкими плечами. Он выглядел невероятно внушительно. И рога соответствовали его образу: толстые у основания, они закруглялись вперёд, а острые кончики заканчивались точно у подбородка, напоминая шлем. Каштановые волосы его были выбриты по бокам и собраны в небольшой хвостик на затылке.

Мы с девочками переглянулись, и Вивиен с воинственным видом, засучив рукава, вышла из лаборатории. Нам с Теей пришлось последовать за ней.

– Здесь занято! – выпалила Вивиен, скрестив руки на груди и выпрямив спину, стараясь выглядеть больше, чем она есть.

Правда, её поза больше умиляла, чем бросала в дрожь. Вряд ли Вивиен добивалась такого эффекта.

Парни остановились. Недоуменно уставившись на Вивиен, а затем перевели взгляды на нас.

– Оу, мы не знали, что здесь кто-то есть, – примирительно отозвался высокий.

Маркус сильно изменился в лице, когда заметил меня. Улыбка пропала, оставив серьёзное, в некотором смысле даже строгое выражение.

Улыбка ему шла больше.

– Лаборатория большая. Мы друг другу не помешаем, – так же примирительно продолжил высокий.

– Котёл только один, – не сдавалась Вивиен.

– Заклинание «Двойник», – хмыкнул коренастый.

– У нас есть лишние ингредиенты, мы можем поделиться. Так сказать, заплатить за вход. И выкупить право поработать с милыми дамами, – он подмигнул Вивиен.

Подругу заметно передёрнуло.

– У него на всё есть ответы? – недовольно пробурчала Вивиен в нашу сторону.

Мы с Теей пожали плечами.

Причин отказывать всё же не было. Лаборатория была общей. К тому же они согласились поделиться ингредиентами для моего экспериментального авторского зелья. Точнее, автором была настоящая Алания, а я просто решила повторить её опыт. И опробовать его на Лорде Дракончике.

(Алания)

Как оказалось, высокого звали Лео Амати, а коренастого — Эйдан Данте. Они были на год младше Маркуса. Звали его «старший» и, в отличие от Лорда Дракончика, были вполне себе милыми. Любили пошутить и подколоть «старшего». Маркус же держал маску строгости из последних сил.

У Вивиен и Лео отношения были напряжёнными. Видимо, они недолюбливали друг друга ещё со младших курсов. Но подробностей я так и не выяснила. Было бы странно спрашивать в лоб — ведь Алания и так всё должна была знать о том, что происходит с её подругами. Насколько я поняла, у них была негласная гонка в магических предметах, постепенно переросшая в холодную войну.

Я отобрала самые лучшие листья смородины, корни солодки и лунного цветка. Как было написано в «Путеводителе по зельям» — чем меньше ингредиентов, тем устойчивее эффект. Видимо, настоящая Алания свято следовала этим правилам.

– Что ты делаешь? – поинтересовался Эйдан, подходя ко мне.

– Варю зелье, которое сама придумала, — коротко ответила я, помешивая листья смородины в котле.

От него шла сложная система трубок, что собирала эссенцию в колбочку. В идеале из одного большого котла должно получиться всего сто граммов зелья. Что меня всегда немного расстраивало.

– И какой эффект? – допытывался Эйдан.

– Увидишь, — загадочно ответила я.

Мелко покрошила корень солодки, а корень лунного цветка натёрла на тёрке в жидкую кашицу. Варить всё это предстояло около трёх часов, чтобы успел собраться и стечь конденсат.

Я сосредоточенно следила за каждой капелькой, что медленно стекала по трубочкам. Когда услышала глухой хлопок.

Лабораторию заволокло едким дымом. Кто-то открыл окна. Меня вдруг подняли за пояс и вынесли на улицу.

– Что произошло? – раздался над головой грозный голос Маркуса.

– Её надо спросить! – кашляя, пожаловался Лео.

Я проследила за его рукой.

– Ох, — вырвалось у меня, когда я увидела Вивиен, кашляющую, со слезящимися глазами и взъерошенными волосами.

Она пыталась вытереть слёзы кулачками и открыть покрасневшие, опухшие глаза, но, вероятно, делала только хуже.

Не выдержав, Лео убрал её руки, приказав не трогать ими лицо. Промокнул чистой питьевой водой свой платок и принялся мягко протирать ей глаза. Вивиен глухо ругалась, но не сопротивлялась.

– Она практиковала «Двойник», но взорвала ложку, — холодно отозвалась Теа.

– Предательница, — обиженно отозвалась Вивиен и показала ей язык.

Я же только сейчас заметила, что вновь находилась на руках Лорда Дракончика. Подняла голову, встречаясь с кристально-голубыми глазами. Маркус тут же покраснел и невольно разжал руки. Взвизгнув, я рухнула ему под ноги, отбив копчик.

– Прости, — виновато отозвался он, тут же присаживаясь рядом. — Могу я… я… — он замялся, как мальчишка.

Его руки излучали тепло, словно состояли из огня.

Читала я немного про физиологию драконов. От сильных эмоций или при использовании критического количества маны температура их тела повышается. Влага может испаряться, одежда — сгореть. Или же они могут обрести истинную форму.

Маркус кашлянул, прикрыв рот рукой.

– Нет, то есть, — хрипло проговорил он и поднялся. — Давай, я помогу тебе встать…

– Лорд Дракончик, да ты прям джентльмен, — хмыкнула я.

Прозвучали мои слова в полнейшей тишине. Лишь лёгкий порыв ветра всколыхнул траву. Но даже он затих.

Четыре пары глаз повернулись в нашу сторону. Вивиен приоткрыла глаза в тонкую щёлочку — лишь бы увидеть ту самую реакцию Маркуса. Лео коротко хихикнул.

Однако Лорд Дракончик повёл себя достойно. Взял мою руку и дёрнул на себя. Я ахнула от неожиданности и, поднявшись, оказалась в его объятиях. Очень. Очень горячих.

– Не смей больше так меня называть! — прошипел он угрожающе.

– Или? — прищурилась я.

Его взгляд забегал по моему лицу.

Маркус тут же отпустил меня, сдержанно поправил форму и сделал шаг назад.

– Тебе нужно условие? — поинтересовался он, взглянув на меня сверху вниз. Я вдруг почувствовала себя маленькой и беспомощной под этим взглядом. — Тебе ведь важно изучать зельеварение. В твоём табеле много связанных с ним дисциплин.

Я примирительно подняла руки.

– Хорошо-хорошо, Лорд… то есть Маркус. По имени-то тебя можно называть?

Немного поразмыслив, он всё же кивнул.

Что ж. Угрожаешь мне? Ладно.

Ла-адно.

Я терпелива. До момента, пока не сварится зелье.

Дождавшись, когда лаборатория полностью проветрилась, мы вернулись к своей работе. К тому моменту эссенция набралась на одно применение.

В удобный момент я незаметно добавила несколько капель в бокал с водой Маркуса. Он, конечно, заметил, что я подозрительно себя веду, но выпил.

Ничего не произошло. И сначала я расстроилась, что месть не удалась. Однако спустя минут десять мучительного ожидания я заметила миленький чешуйчатый хвостик, что появился у Лорда Дракончика.

Если верить записям настоящей Алании, это своего рода индикатор настроения. Видим он всем, кроме обладателя.

Я отвернулась, чтобы скрыть победоносную улыбку. А потом и вовсе заперлась в кладовке, не в силах подавить восторженный смех. В поместье Веритас не на ком было экспериментировать. Мира хоть и помогала мне, но пробовать отказывалась. Эмма была слишком страшна, чтобы проверять на ней что-то. А Ливию было просто жалко.

Мало того, что у меня получился авторский непроверенный рецепт, так ещё и хвостик выдавал настоящее настроение хозяина. Невозмутимое, серьёзное лицо, спокойный, слегка ленивый голос — на контрасте с приподнятым, виляющим хвостиком.

До конца дня Маркус так и не понял, почему, глядя на него, все еле сдерживали улыбки. На удивление, ни Лео, ни Эйдан меня не сдали.

В комнату я вернулась поздно. Уставшая, засыпающая на ходу. Едва коснулась подушки, сразу заснула, не раздеваясь. Сил больше ни на что не было. Даже не заметила, что и Миры нигде не было.

А на утро обнаружила письмо от родителей. Я в Академии всего пару дней. Неужели так быстро соскучились?

Насколько я успела узнать чету Веритас, они не очень-то жаловали своих детей. Относились, хоть и не жестоко, но достаточно холодно, чтобы сразу понять: мы с сестрой для них — просто живой актив.

Алания — для замужества с родом Сальваторе.

Ливия — для замужества с каким-нибудь другим знатным родом. Сестру спасало лишь то, что ни матушка, ни отец ещё не определились.

Думаю, они хотели родить ещё и мальчика, чтобы ему передать управление шахтами, но кроме Алании и Ливии детей у них больше не было.

В письме же ничего конкретного не было. Только адрес, дата и время. Просто приглашение с изображением переливающегося всеми цветами радуги шара из магической руды. Для меня и Миры.

Ясно было одно: я обязана пойти. Хотя бы для того, чтобы выяснить, что за сходка такая загадочная намечается.

(Алания)

Через три дня, как было указано в приглашении, мы с Мирой покинули территорию Академии св. Файроха ровно в двенадцать по полуночи.

Миррель — столица Астора — как будто никогда не спала. Яркие вывески, напитанные маной, освещали улицу, словно днём.

Я натянула капюшон плаща ниже на глаза и шмыгнула за Мирой в узкий переулок, куда указывала красная вывеска в форме человеческой руки и надписью «Vip-клуб «Остров»».

Мира постучала массивным кольцом в форме головы быка. Дверь открыл высокий бугай вида «бандит необыкновенный». Лысый, с вмятиной в черепе.

Я поёжилась.

Мира молча протянула приглашение, и бугай нехотя пропустил нас внутрь.

Улыбчивая девушка азиатской внешности в красном приталенном платье проводила нас на самый верхний этаж — судя по кнопкам в специальном лифте.

Небольшой зал с круглым столом, за которым собралось человек двенадцать. Матушка и папенька уже сидели там и, когда мы зашли, кивнули нам. В основном за столом сидели мужчины. Но было и несколько дам — не считая матушки — в роскошных меховых манто.

– Да будет кристалл полон, — приветственно проговорили собравшиеся и сложили на столе металлические эмблемы своих родов.

– Да будет кристалл полон, — отозвалась Мира, поклонившись, и отошла в сторону.

Я растерянно посмотрела на неё и на автомате тоже повторила приветствие. Не нравится мне это сборище…

– Алания, присаживайся, — обратилась ко мне матушка, указывая на свободное место рядом с собой. — Теперь, когда ты уже достаточно взрослая, мы можем посвятить тебя в наши планы.

Я настороженно села. Тело напряглось, как струна. Мне только каких-то культистов не хватает для полного счастья — помимо жениха-дракона.

Очень внимательно осмотрела каждого из присутствующих. На случай, если они действительно будут обсуждать что-то из ряда вон выходящее, я просто сдам всех в местный Орден Ищеек.

Мужчина с седыми висками начал первым.

– Мы очень долго ждали, собирая руду по крупицам. Драконы слишком остро реагируют на добычу. Как будто не понимают, что тех крупиц, что мы добываем, недостаточно.

– Мы ведём переговоры не первый год. Но Совет Семерых — упрямцы, каких поискать. Они не понимают, что её добыча влияет не только на людей, но и на экономику страны. Астарта — единственная страна, в которой существуют залежи магической руды, — согласно кивнул лысоватый старичок.

– Слишком много старая аристократия влияет на людей, — в сердцах стукнул ладонью бородатый мужчина.

Женщина, что сидела рядом, успокаивающе погладила его по руке.

Папенька поднял ладонь вверх, призывая к молчанию. И начинающееся возмущение действительно прекратилось.

– «Совет Семерых» — или, как мы привыкли их называть, «старая аристократия» — драконы, пережившие века. Многие из них застали становление человечества. Но большинству едва перевалило за пятьсот лет, — начал он. — Для драконов это ничтожно мало. Но для нас, людей, чудовищно много. Именно в силу своего возраста наши взгляды с ними критически расходятся.

– Не будем забывать, что только благодаря их вмешательству люди вообще могут использовать ману, — вмешалась женщина, что курила трубку с какой-то сладкой дрянью. — Будет несправедливо только обвинять их.

– Возможно, — согласилась матушка. — Но вы должны согласиться, леди Лаура, что будь у нас преимущество, люди давно достигли бы больших высот, чем сейчас. Драконы тянут нас вниз, тормозят прогресс, ограничивают нас. Если бы мы сняли эти кандалы. Если бы наша мана больше не зависела от магической руды. Мы бы свергли старую аристократию.

– Вы говорили, у вас есть решение нашей проблемы, леди Веритас, — вспомнил мужчина с седыми висками.

Вот это меня угораздило вляпаться в заговор. Моя семейка оказалась с секретами, о которых лучше не говорить вслух. Они замыслили переворот…

– Конечно, — ответил папенька. — И это решение сейчас перед вами.

– Как вы знаете, Совет Семерых неохотно одобряет браки с людьми. Но нам удалось договориться с родом Сальваторе. Наша старшая дочь — Алания — выйдет замуж за одного из их сыновей и вытянет из него всю ману.

Я опешила. В горле вдруг пересохло. Ладошки вспотели. Как это понять? Вытянуть ману? Я на это не соглашалась!

Неужели настоящая Алания тоже это знала?

– Это возможно? — поинтересовалась женщина, что сидела рядом с бородачом.

– Мы разработали специальное заклинание, — кивнула матушка и хлопнула в ладоши.

Мира тут же поклонилась и исчезла за дверью.

– Позвольте вам продемонстрировать, — улыбнулась матушка. — Мы много разрабатывали всякого рода устройств, которые бы работали на основе заклинаний. Конечно, это только экспериментальный образец. И работает он на диких драконах.

Я с ужасом смотрела на женщину рядом с собой, которую настоящая Алания называла «матушкой».

Мира ввезла тележку с хрустальным шаром, который оплетали морозные узоры из серебра. Внутри этого шара металась самая настоящая буря.

За ней шли двое мужчин в сплошных белых масках, в которых были мелкие прямоугольные прорези для глаз. Перед собой они везли ещё одну тележку с клеткой, накрытой плотной тканью, из-под которой доносились цокот коготочков и пыхтение.

Когда ткань была убрана, собравшиеся заворожённо ахнули. А я уставилась на маленького дракончика широко распахнутыми глазами. Он жался к прутьям. Крылья у него были зверски истерзаны, а клыки вырваны. Я кожей чувствовала этот первобытный страх, что исходил от животного, когда он метал ошалелый взгляд на людей. Его кристально-голубые глаза напомнили мне Маркуса.

Я попыталась подняться, но «матушка» с силой сжала мою ногу, молча приказывая сидеть на месте и смотреть.

«Папенька» поднялся, подошёл ближе к клетке.

– Это вергальский небесный дракон. Подвид виверн. Очень редкий экземпляр, — с гордостью произнёс он.

Остальные согласно и восхищённо закивали.

– Вместо огня у него сильнодействующий яд, содержащийся в клыках. Конечно, для безопасности мы их удалили.

– Это вымирающий вид, — хрипло произнёс доселе молчавший неприметный парень в очках. Примерно моего возраста. И судя по его виду, это представление ему тоже не нравилось.

– Да, оттого и очень ценный, — кивнул «папенька». — Сейчас он не представляет угрозы, потому что ещё детёныш. Взрослые особи вырастают до двух метров в холке. Однако, чтобы продемонстрировать эффект от заклинания, его будет достаточно.

Он положил на шар ладонь и произнёс набор звуков, больше похожих на церковное песнопение.

Буря в шаре забурлила интенсивнее. Замигали молнии, потянув свои тоненькие лапы к жавшемуся комочку в клетке. Дракон издал протяжный испуганный вопль, больше похожий на плач человеческого детёныша.

Чешуя с него начала осыпаться. Оставшаяся кожа на крыльях тлеть. Он высыхал на глазах, словно из него выкачивали не ману, а кровь.

Буря в шаре разрасталась. Темнела. Яркие вспышки норовились пробить стекло.

Я отбросила руку «матушки» и подскочила к Лоренцо. Резко оттолкнула его. Мужчина пошатнулся, выпустил шар, и буря перестала расти.

– Алания! — выкрикнула Изабелла. — Немедленно вернись на место.

– Нет, — бросила я, даже не обернувшись на неё.

Дрожащими руками открыла клетку и вытащила ослабевшего малыша. Тот еле дышал, хрипел. Сердце его билось слабо. Но он был всё ещё жив.

Парень в очках даже не пошевелился. Только стыдливо отвёл взгляд, спрятавшись за оправой.

Прижав дракончика к груди, я обвела собравшихся испепеляющим взглядом.

– Как вы можете? Это бесчеловечно! Если бы с кем-то из ваших детей поступили бы так же, вы бы тоже просто сидели и смотрели?

– Леди Алания, не приравнивайте, пожалуйста, людей к диким животным. Вы как будто не знаете, скольких эти твари погубили в своё время, — назидательно проговорила женщина с трубкой.

– Плевать! Это не даёт вам права его мучить!

– Л-леди Алания, — раздался тихий, испуганный голос Миры за моей спиной.

– А с тобой отдельный разговор будет, — прошипела я.

Мира потупилась и покорно замолчала.

– Разве леди Алания не была в курсе плана?

– Что всё это значит?

– Всё отменяется?

Зашептались тут же собравшиеся. Однако, когда Лоренцо поднял ладонь, все разом замолчали.

– Ничего не отменяется, — заверил он. — Мы слишком много времени и ресурсов вложили, чтобы менять что-то из-за истерики девицы, у которой вдруг взыграла совесть. — Он посмотрел на меня. И от этого взгляда у меня чуть не подкосились ноги. Слишком тяжёлый, слишком красноречивый он был.

– Может, ваша вторая дочь будет посговорчивее? — предположил кто-то.

– Мы уже не можем отменить помолвку с родом Сальваторе, — ответили ему. — Они единственные, кто согласился и встал на нашу сторону на Совете Семерых. Если мы её отменим, благосклонность Сальваторе пошатнётся.

– Точно-точно, мы не можем так рисковать.

Вновь разразился спор. Кто-то хотел повременить с планом, кто-то настаивал на продолжении.

Я же решительно попятилась назад, к двери, пока все отвлеклись. Совсем забыв про амбалов в масках, что завезли клетку. Они-то меня и остановили.

– Немедленно отпустите! — угрожающе прошипела я и дёрнула плечом. Но эффекта это не возымело.

Немедленно. Надо бежать. Рассказать обо всём Ордену Ищеек.

Однако ничего сделать не успела.

– Куда ты собралась, Алания? Вернись на место! — грозный голос Изабеллы пронзил гомон собравшихся.

Все они уставились на меня жадными, ожидающими взглядами. Я буквально кожей чувствовала каждого из них.

Ноги сами понесли меня к свободному стулу. Я всё ещё прижимала к груди дракончика, словно так могла и согреть, и передать ему собственную ману. Молилась всем местным богам, чтобы он выжил до тех пор, пока я не найду помощь, и чтобы никто не полез отбирать его у меня.

– Мы не будем нарушать договор с Сальваторе. Алания выйдет замуж за принца Маркуса и выполнит своё предназначение, — торжественно проговорила Изабелла. — Это клятва, Алания. Ты будешь нас слушаться. Ты будешь молчать обо всём, что здесь произошло.

Она схватила меня за запястье, и я почувствовала жжение на коже. На месте её ладони появился знак в виде герба рода Веритас — две перекрещённые кирки под входом в шахту.

– Клятва полного подчинения. «Наказание молчанием». Отныне ты не сможешь ничего рассказать, пока на твоём теле есть наш родословный герб.