Замуж за дракона. Шанс для изгнанницы

— Почему она еще не умерла от проклятия? В пророчестве же было сказано… — слышу молодой и крайне раздраженный мужской голос.

— Не мне вам говорить, Ваше Высочество, что все пророчества имеют свойства наводить туман и неразбериху, и каждый трактует их по разному, — отвечает ему более спокойный и, по ощущениям, старый.

— В пророчестве ясно было сказано без всякого тумана, что проклятие убьет того избранного, кто первым коснется сердца богини. Как тут трактовать иначе?

— Не могу знать, Ваше Высочество. В любом случае, разве это не радостное событие, что избранная осталась жива?

Пауза, во время которой я пытаюсь хоть немного прийти в себя и понять, где я нахожусь и кто это говорит.

Последнее, что я помню — это дикий холод и тяжесть мокрой одежды, что тянет на дно. А еще испуганные глаза мальчишки лет семи, которого я успела вытолкнуть на лед перед этим.

Выходит я не умерла?

Нет. Стоп. Я чувствую свое тело, пусть и слабо, но  слышу голоса… Только вот говорят они что-то странное, но слышу же.

Попыталась открыть глаза, чтобы  рассеять свои опасения окончательно. Получилось. Правда, сомнений стало гораздо больше, а еще накрыло глубоким шоком от увиденного.

Над моим ложем, вместо привычного белого потолка больницы, какой-то шатер из тяжелого темно-синего бархата, расшитый причудливыми серебряными звездами и полумесяцами. 

И пахнет не больницей и даже не привычными лекарствами. Пахнет какими-то травами, словно я на сеновале где-то в деревне, и еще чем-то незнакомым, горьковато-сладким.

Спина тоже что-то странное ощущает. Я лежу не на больничной койке, а на чем-то мягком и огромном, утопая в груде шелковых подушек. По стенам, сложенным из темного, шероховатого камня, висят гобелены с вытканными сценами охоты на невиданных зверей.

Где я? Это какой-то розыгрыш? Что за исторические декорации?

Мой взгляд скользнул к источнику голосов. 

У камина, сложенного из грубого серого камня, стояли двое. Высокий молодой мужчина в кожаных черных сапогах до колен и темно-зеленом камзоле, богато расшитом золотой нитью. 

Его осанка, острый подбородок и холодные, словно высеченные из льда, голубые глаза кричали о принадлежности к власти и привычке повелевать. Он стоял ко мне боком и смотрел в огонь, и каждую линию его напряженной спины можно было прочитать как одно сплошное раздражение.

Рядом с ним, сутулясь, стоял пожилой мужчина в длинных простых серых одеждах, которые я даже определить не смогла по названию. Что-то средневековое или фэнтезийное. У него седая короткая бородка и темные усталые глаза. В руках деревянный посох и какой-то потрепанный свиток.

Принц и лекарь? Других ассоциаций они у меня не вызвали. О чем же они говорили?

Проклятие? Избранная? В голове гудело от нестыковок и растерянного удивления.

Где я все-таки? Что это за место и кто эти люди?

Я невольно пошевелилась, пытаясь приподняться на локтях, и этот шорох привлек их внимание.

Лекарь первым встретил мой взгляд. Его лицо озарилось искренней, радостной улыбкой.

— О, благословенны лики богов! Вы с нами, госпожа Лея! — с этими словами он поспешил к моему ложу. — Как вы себя чувствуете? Не пытайтесь больше двигаться, вы еще очень слабы. Вам нужно лежать. Подумать только! Две недели мы считали, что вы вот-вот покинете нас. Но вы очнулись!

Я лишь молча кивнула, настороженно разглядывая его и впитывая новую информацию.

Лея? Но я ведь не Лея. И почему госпожа?

Мой взгляд непроизвольно перешел на принца.

Тот оставался у камина, потом медленно повернулся ко мне. Его ледяные глаза оценивающе скользнули по мне, остановившись на моем лице. 

Ни тени радостной эмоции или облегчения не возникло на его лице. Скорее, сложная смесь разочарования, досады и… подозрения? Казалось, он видел во мне некую проблему, которая по какой-то досадной ошибке не решилась сама собой.

По позвоночнику невольно скользнул холод.

Неловкая пауза затянулась. Я переводила взгляд с принца на лекаря, не понимая, чего они от меня ждут.  Лекарь беспокойно переминался с ноги на ногу.

Наконец принц нарушил молчание.

— Рад видеть тебя в сознании, Лея. Желаю вам скорейшего и полного… выздоровления, — холодно произнес он, чуть скривившись на последнем слове.

Он сделал легкое, почти небрежное движение головой, кивнув мне, словно начальник подчиненной.

— У меня сейчас много неотложных дел. Ты сама должна понимать.  Касающихся благополучия королевства. Надеюсь, ты извинишь меня. Рад, что ты очнулась. Вся столица ждала этого дня. Я навещу тебя позже, — бросил он уже через плечо и, не дожидаясь ответа, развернулся и вышел из покоев быстрым, спешащим шагом.

Странный мужчина и странный уход. Он будто сбежал. Но с его исчезновением дышать стало значительно легче что ли.

— Госпожа Лея, как вы себя чувствуете? — снова обратился ко мне лекарь.

— Очень хочется пить, — осторожно ответила я, занимая выжидательную позицию.

Непонятно, что за чертовщина вокруг меня происходит, но лучше я пока немного присмотрюсь, прежде чем поднимать панику и требовать телефон, чтобы позвонить родным.

Лекарь засуетился. Принес мне воды в высоком серебряном кубке. Я с наслаждением напилась, отмечая про себя, что на декорации как и на  атрибуты тут явно не поскупились, а потом  неожиданно даже для себя снова провалилась в какое-то полузабытье, полусон, полуявь.

Я очнулась от  тяжелого, беспокойного сна, полного обрывков чужих воспоминаний, в уже знакомой комнате на той же кровати с балдахином. 

Перед глазами еще мелькали яркие кадры чужой, но странно знакомой жизни. Короткие, словно  всполох молнии, вспышки: лицо принца, его улыбка, которая тогда казалась такой нежной, а теперь в памяти отливала фальшивым блеском, темный лес, его голос, шепчущий странные обещания: только ты, Лея… станешь моей королевой, сияющий артефакт из чистого света, прикосновение к нему… а затем всепоглощающая, острая боль, пронзающая каждую клеточку. 

Голова была совсем тяжелой, тело ощущалось странным и незнакомым, но сознание неожиданно прояснилось и было  кристально ясным и настороженным. Я лежала тихо и неподвижно, прислушиваясь.

— Очнулась? Можешь не прятаться, я все вижу, — вдруг раздался насмешливый женский голос откуда-то сбоку.

Я резко повернула голову. Сразу вернулось головокружение. 

На широком подоконнике, отодвинув в сторону тяжелую бархатную портьеру, сидела молодая женщина и смотрела на меня, насмешливо прищурив глаза. Странная, необычная… В кожаных штанах, и белой рубашке, подчеркивающей ее миниатюрную фигурку.

Приглядевшись, я поняла в чем была эта странность. Уши! У нее торчали острые кончики из серебристой высокой прически. 

Мать моя! Эльфийка! 

Это было невозможно, но это было так. Высокая, стройная фигура в практичной, но изящной дорожной одежде. Ее серебристые волосы были заплетены в сложную косу, а в ушах были вставлены множество тонких колечек по всей их длине. 

Шок! Вот это был настоящий шок.

То есть, я скорее всего умерла, как  там происходит в разных романах и оказалась в другом мире? Магическом с эльфами, королевствами и разными пророчествами и прочей атрибутикой? Выходит так?

Сердце забилось чаще. Я задыхалась от нахлынувшей волны жгучей паники. 

Кто же я теперь? Почему так получилось?

Эльфийка же еще какое-то время смотрела в окно, словно давая мне время прийти в себя, а потом ее пронзительный, миндалевидный взгляд упал на меня. И это точно не были человеческие глаза. Таких ярких радужек у людей не бывает. 

Изумрудные, будто подсвеченные неоном изнутри.

— Ну, выглядишь ты, конечно, намного лучше, чем еще неделю назад, — скривившись заметила она. — Отлично.  Наша героическая избранная очнулась, — в ее голосе отчетливо прозвучала насмешка. — Жаль, что боги не подарили тебе за это время ума. Все та же наивная дурочка во взгляде.

Хмыкнула она и снова отвернулась к окну. Там что-то происходило, судя по отдаленным крикам и гулу толпы.

Я не нашлась что ответить. Я все еще переваривала ее внешность.

Эльфийка. Настоящая эльфийка. Последние сомнения рухнули вместе с границами привычной реальности. Не сон, не дурацкий розыгрыш. Другой мир.

Просто ты умерла, Саша, и очнулась в чужом теле. Теле избранной, как мне уже третий персонаж здесь твердит.

Эльфийка все же спрыгнула с окна и гибкой мягкой поступью подошла к моей кровати.

— Молчишь? И почему вас людей ничему не учит жизнь?  Все такая же глупая тихоня. Спасла мир и думаешь теперь все тебе благодарны будут до конца жизни? Или все еще надеешься, что твой возлюбленный принц примчится к твоей постельке с букетом лилий и вечными клятвами? — она зло фыркнула. 

Я продолжала молчать. Ведь эта тактика давала мне главное. Я получала информацию. Интересную и познавательную. При упоминании принца внутри ничего не шевельнулось. 

Возможно прежняя Лея и была в него влюблена, но я увидела перед собой только красивый фасад. Никаких эмоций во мне он не вызвал, кроме настороженности и холодного неприятия. Не любила я вот такой тип красивых мужчин.

А эльфийка внимательно наблюдая за моей реакцией и так ее и не дождавшись, продолжила.

— Могу разочаровать. Пока ты тут издыхала, он был весьма занят. Уже успел обручится с баронессой Наэттой. Помнишь ту рыжую стерву, что в походе все время норовила споткнуться о твою тень? Так вот, теперь она, а не ты, новая надежда королевства. Ну, или как минимум, будущая принцесса. Они думали, ты очень скоро отправишься к богам. Надеялись и ждали, чтобы провести пышные похороны. И тебя списали, дорогуша. А ты продолжай теперь хлопать глазами и молчать, дуреха.

Она говорила, а я слушала, и кусочки пазла складывались в шокирующую картину. 

Лея. Избранная. Проклятие. Спасение мира. Предательство. Моя предшественница была слишком доверчивой, за что и поплатилась в итоге. 

В голове неожиданно всплыло ее имя.

— Райнесс… — осторожно  произнесла я, и эльфийка довольно оскалилась.

— Да неужели? Я думала боги лишили тебя и голоса, вместе с магией и цветом волос.

Волосы? А что с ними? Мой взгляд невольно упал на пряди, свободно лежащие на груди.

Белые. То есть абсолютно белоснежные. Неестественно мертвый и пугающий цвет. Не знаю каким он был изначально, но сейчас я стала обладательницей совершенно снежной шевелюры.

— Проклятие? — подняла я глаза на эльфийку

— Оно самое, — хмыкнула она и все же присела на кровать. — Что ты помнишь?

Я нахмурилась, пытаясь сделать вид, что вспоминаю. На самом деле я вообще ничего не помнила. Только обрывки сна еще как-то могли послужить подсказкой.

И магия? Значит, у меня еще и магию отняли?

Ну, возможно это даже к лучшему. Я бы точно вызвала подозрения, если бы не знала как с ней справляться. Пока все играет в мою пользу.

— Я коснулась того светящегося камня и потом ничего не помню. Что было дальше? — решила я попытать удачу.

Эта эльфийка была отличным источником информации. А мне очень она была нужна в свете последних новостей. Несмотря на общую слабость тела, мозг работал на полную мощность и уже сложил два плюс два.

Избранные, исполнившие свое предназначение, обычно никому уже не нужны. По поведению принца это было очень ярко видно. Я мешала его планам. Если он задумал свадьбу с другой, то для него выгодно, чтобы я совсем исчезла. Разве не так?

Не буду раньше времени паниковать, но очень похоже, что мне грозит новая опасность. 

Я вопросительно посмотрела на Райнесс. Теперь уже я точно знала, что это ее имя. Может быть также незаметно всплывет и остальная память. А пока мне нужно быть очень осторожной и молчать больше.

Это, как я поняла, не составит большого труда  не вызовет подозрений. Ведь Лея была тихоней и скромницей.

— Что дальше? — эльфийка склонилась над кроватью, и ее шепот стал ядовитым. — А дальше было вот что. Этот ублюдок, твой милашка принц сделал вид, что невыносимо скорбит о тебе, а сам… Сам предложил оставить тебя в той пещере и завалить вход камнями. Ведь проклятие точно тебя убьет совсем скоро. Прекрасное предложение. Правда?

Я невольно вздрогнула, представив себе как очнулась бы в сыром темном каменном узилище.

— Я вижу ты оценила наши усилия, — хмыкнула эльфийка. — Это Кавал наотрез отказался оставлять тебя там. А мы его поддержали. Принц Оривар был вынужден согласится. Потом мы целую неделю тащились до портальной арки. Ройк вливал в тебя свою магию без остатка, пытаясь ослабить проклятие. Но ты так и не приходила в себя, — уставившись перед собой продолжала говорить она.

— Я и в самом деле уже думала все. Надежды нет. Мы все так думали.  Но ты как-то цеплялась за жизнь, чем здорово бесила его высочество. Он то планировал сразу объявить о твоей смерти и устроить похороны. А потом благополучно забыть, кто пожертвовал жизнью, чтобы спасти его проклятое королевство. Хороший план?

Я осторожно кивнула.

—  Но ты очнулась. Не знаю, как ты там договаривалась с богами, но они явно дали тебе еще один шанс. Ведь так?

Я снова кивнула. А что еще было отвечать?

— Вот и я так же думаю, — качнула головой эльфийка. — И что ты теперь собираешься делать? — взглянула она на меня в упор. 

— Пока не знаю, — ответила я, взвешивая каждое слово.

— Тогда думай быстрее, — фыркнула Райнесс. — Уже через десять дней в канун праздника Первой Богини, объявили о церемонии принятия даров. Как думаешь что там будет?

Я озадаченно посмотрела на нее, не понимая о чем она.

— Богиня, дай мне терпения! — закатила она глаза к потолку. — На церемонии принятия даров, когда все будут славить героев, ты должна передать священный сосуд главному жрецу. Ты помнишь? Сердце Богини. Но ты-то не сможешь его взять. Ведь ты уже не невинна. Так ведь, Лея?  Твой благородный принц позаботится о том, чтобы об этом узнали все. Тебя выставят не героиней, а блудницей, опозорившей свою избранность. Осквернившей выбор богов.

Я все еще не знала, как реагировать на это ее откровение. Значит Лея переспала с принцем, который сознательно ее соблазнил, чтобы потом вот так подставить?

Зачем эти сложности, если он считал, что Лея все равно погибнет? Как-то  все запутанно и странно.

Голова снова разболелась, и я даже слегка поморщилась, от прострелившей боли в висках.

Райнесс помрачнела.

— Вижу, что ты не изменилась совсем. Я была в том походе. Я видела, чем все закончилось на самом деле. Обычно эльфы не вмешиваются в дела людей, но… мне не нравится, когда подлость прикрывают благородными речами. Так что, Лея, — она сделала паузу, продолжая сверлить меня своим тяжелым недовольным взглядом. — Если в тебе осталась хоть капля той силы, что позволила тебе прикоснуться к Сердцу Богини и выжить, тебе пора просыпаться. По-настоящему. Иначе они растопчут тебя. Подумай над этим…

Эльфийка выпрямилась, смотря на мое, вероятно, побледневшее лицо с мрачным удовлетворением. 

— Я зайду позже. Пойду порадую наших, что тебе лучше. Кроме меня больше никого к тебе не пустили. Оривар стережет тебя строже королевской сокровищницы.

Затем она развернулась и вышла из комнаты так же бесшумно, как и появилась, оставив меня наедине с гнетущей тишиной и страшной правдой.

Я была не в своем теле. Я была в теле умершей героини, чье место теперь  пыталась занять другая. Меня ненавидел человек, которого эта девушка любила. Мне готовили публичную казнь вместо благодарности.

Вот такие выводы я сделала.

Я медленно сжала пальцы в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Боль была острой и реальной. Такой же реальной, как и этот новый для меня мир.

Хорошо. Я подумаю. Очень хорошо подумаю и найду выход. Раз мне дали второй шанс, глупо им не воспользоваться.

Тем более у меня есть одно неоспоримое преимущество. Я не Лея…

Райнесс оказалась права во всем. Следующие несколько дней я лежала, набираясь сил и обдумывая свое положение. А еще пытаясь собрать воедино те осколки воспоминаний, которые периодически всплывали на поверхность.

Лекарь, которого звали магистр Тобиуф, навещал меня каждый день. Хоть здесь были какие-то плюсы от моего статуса избранной. Бывшей… избранной.

Я уже пару раз слышала осторожные шепотки прислуги, что возможно это не так. И не я спасительница на самом деле, а настоящая невеста принца.

Что ж, похоже, он начал осуществлять свой план заранее.

Слуги, приносившие еду и смену белья, смотрели на меня с смесью жалости и любопытства, но ни о чем не рассказывали. Я чувствовала даже не выходя из комнаты, что атмосфера в замке была напряженной, словно перед грозой.

Его высочество, принц Оривар,  навестил меня на третий день, после нашего разговора с Райнесс. 

Дверь в мои покои отворилась без стука. На пороге стоял принц, еще более ослепительный, чем я запомнила. У меня зубы заныли от его безупречности.

Тем более вчера я смогла посмотреть на себя  в зеркало, которое выпросила у одной из служанок.

Моль. Бледная страшная моль. Даже страшнее. В отражении на меня смотрела  белая-белая хрупкая, словно тростинка, девушка. Белые волосы, бледная кожа и болезненная худоба придавали всему моему новому облику пугающий призрачный вид.

Казалось, что из зеркала не живой человек глядит, а умирающая немочь. 

Понятно теперь почему принц кривился, глядя на меня.

И на этот раз на его лице не было и тени былой нежности, которую я мельком видела в обрывках чужих воспоминаний. 

Рядом с ним, вцепившись в его руку словно хищная птица, стояла высокая рыжеволосая девица в платье невероятной пышности и роскоши. Ее холодные и оценивающие глаза скользнули по мне с таким откровенным презрением, что я невольно сжала челюсть от вспыхнувшей злости. 

Вот она. Баронесса Наэтта. Новая надежда королевства, мечтающая занять мое место. И ей это почти удалось, как я вижу.

— Лея, я рад, что ты наконец пришла в себя и начала поправляться, — начал наш разговор принц.

Он не подошел ближе, оставшись у двери, будто боялся запачкаться о мою болезнь или проклятие, что еще висело на мне высасывая и без того скудные остатки моих сил. 

Я молча кивнула, собрав всю свою выдержку, чтобы мое лицо ничего не выражало. Молчание  — вот мое главное оружие сейчас.

— Лея… Видишь ли, ситуация в королевстве… изменилась, — Оривар сделал паузу, подбирая слова. — Твой подвиг, твоя жертва никогда не будут забыты. Ты выполнила свое предназначение, данное пророчеством, и сняла проклятие с наших земель. Но теперь, когда угроза миновала, королевству нужна стабильность. Единство.

Наэтта самодовольно улыбнулась и прижалась к его плечу.

— Народ нуждается в символе, дорогая Лея, — вступила она мягко и вкрадчиво. — В чистом, безупречном символе. Ты же понимаешь, твое… нынешнее состояние… может вызвать ненужные вопросы и смуту.

Я снова  кивнула, не спуская с него глаз. Мне было интересно, как он будет это подавать.

— Твое присутствие здесь… оно вносит некую неопределенность, Лея, — принц говорил все более настойчиво. — Люди видят в тебе символ прошлой угрозы. А нам нужно смотреть в будущее. Для стабильности королевства, для его процветания… тебе лучше уехать. Исчезнуть из поля зрения. Уйти в тень, как и подобает выполнившей долг героине. Это будет самым мудрым решением.

Вот он, ультиматум. Прямо и без прикрас. Убирайся, ты больше не нужна. Молодец.

И ведь не смог это сам сказать. Привел еще и мою замену, видимо для поддержки.

— Конечно, мы не оставим тебя без средств к существованию, — поспешно добавил он, видя мое вопросительное молчание. 

Он, должно быть, принял его за шок или глупое оцепенение. 

— Мой отец, король,  готов предоставить тебе солидную сумму золотом и земли по твоему выбору, вдали от столицы. Там ты сможешь спокойно дожить свои дни. В тишине и покое.

Значит, он знает о прогнозе который мне озвучил магистр Тобиуф. Проклятие, которое впитала эта самоотверженная Лея,  ведь никуда не делось. Оно сосало из меня силы. Скорее всего пока мне помогало держаться то, что моя душа была новой для этого тела. 

Настоящую Лею ведь проклятие уже иссушило до дна, выкачав из нее и магию и саму жизнь.

А у меня еще был запас прочности, но и он подходил к концу. 

Поэтому скорее всего, проклятие убьет и меня вскоре. Завершит свое черное дело, если только я не найду способ от него избавится. Но эту задачу я оставила пока в режиме ожидания. Сейчас нужно было решить вопрос с принцем.

Я медленно перевела взгляд с его самоуверенного лица на ядовитую улыбку Наэтты, а затем снова на него. Внутри я была спокойна. Наверно, потому что я не испытывала к этому холодному красавчику тех чувств, что питала Лея.

Да. У меня не было ни магии, ни связей, ни прошлого в этом мире. Но у меня были знания моего мира. И знание о его подлости,  мое собственное упрямство и чувство достоинства.

Я сделала глубокий вдох и тихо, но очень четко сказала:

— Хорошо. Я согласна.

В комнате на какой-то момент  повисла оглушительная тишина. Самодовольная улыбка Наэтты замерла и медленно сползла с ее лица, сменившись полным недоумением. 

А принц… он просто остолбенел. Его глаза расширились. Скорее всего, он приготовился ломать сопротивление, давить,  а я… внезапно легко согласилась.

— Ч-что? — выдавил он, потеряв на секунду все свое королевское достоинство.

— Я сказала, что согласна, — повторила я ровным голосом, глядя ему прямо в глаза. — На твои условия. На отступные и земли. Я уеду.

Я видела, как в его голове крутятся шестеренки, пытаясь понять в чем подвох. Я явно что-то сломала в его блестящем плане.

Где истерика? Где упреки? Где клятвы в вечной любви? Этого не должно было быть!

— Но… Лея… — Оривар попытался вернуть контроль над ситуацией. — Ты понимаешь, о чем сейчас говоришь? 

— Я все понимаю, Ваше Высочество, — вежливо прервала я его. — Вы предложили мне уехать за вознаграждение. Я принимаю ваше предложение. Когда я могу получить документы на земли и золото?

Принц посмотрел на меня, словно впервые видит. В его глазах читался не просто шок, а растущая тревога. Что-то пошло не так. 

Может я переборщила? Но теперь было поздно что-то менять.

— Сразу после церемонии Принятия. Ты должна там быть, Лея. Показаться народу. 

Так, понятно. Он не отказался от своего намерения публично опозорить меня. Как и сказала Райнесс. 

— Хорошо, — ответила я, решив, что пока лучше согласиться.

Потом придумаю, как выкрутиться из этой ситуации.

Оривар бросил на меня последний, полный подозрения взгляд, затем  резко развернулся и почти вытолкал ошеломленную Наэтту из комнаты.

Дверь за ними захлопнулась. 

Я осталась одна, и на мои губы медленно наползла довольная  улыбка.

 Первый ход был за мной. Я только что выиграла немного времени и ресурсов. 

Следующие несколько дней я медленно, но верно приходила в себя. Силы понемногу возвращались, хотя проклятие все еще висело на мне тяжелым, давящим пологом, высасывая энергию после любой, даже самой незначительной активности. 

Магистр Тобиуф качал головой и прописывал все новые укрепляющие отвары, но в его глазах читалась безнадежность. Он делал все, что мог, но боролся с чем-то за пределами своего понимания.

Целебная же магия почему-то просачивалась через меня насквозь, не оказывая никакого воздействия.

Проклятие? Возможно. Мне не хотелось забивать себе голову подобными вещами. Я усиленно искала выход из той ловушки, что подготовил мне принц.

Как-то казалось неправильным спустить все на тормозах. Перед этой девочкой, что не пожалела своей жизни, чтобы всех спасти. Мне хотелось хотя бы не дать втоптать ее имя в грязь окончательно.

Я ведь начала уже выходить из своих покоев. Сначала на балкон, потом  в небольшой замковый садик, который был виден из моего окна. Свежий воздух, запах земли и первых весенних цветов действовали лучше любого зелья. 

И именно во время этих прогулок я и слышала шепотки. Быстрые, оборванные, шипящие, как змеи, из-за углов, из-за кустов роз, из открытых окон кухни.

— …белая, как привидение, бродит…   

— … а правда, что она уже не чиста? А строила из себя святую…

— Говорят, она и не избранная вовсе… что настоящая спасительница — баронесса Наэтта, а эта… просто случайно оказалась рядом…

— Баронесса-то какая щедрая! Вчера на площади бочку медовухи выкатила и пирогов раздавала! В честь помолвки! Благослови ее богиня…

— А эта… что она дала королевству? Только позор. И волосы, как у старухи…

Каждое такое слово впивалось в кожу маленькой, острой иголкой. Я старалась не реагировать, лишь бессильно сжимала пальцы в кулаки. 

Это не про тебя, — твердила я себе.  Это про Лею. Ты просто случайно оказалась в ее теле. 

Но становилось все тяжелее. Принц явно пошел в атаку, стремясь стереть остатки репутации бывшей возлюбленной в пыль. 

Атмосфера вокруг меня  сгущалась с каждым днем. Повсюду висели гербы принца, перевитые с гербом Наэтты, слуги суетились, готовя замок к грядущей, пышной и роскошной свадьбе,  которая должна была окончательно затмить память о бледной «героине».

Райнесс появилась снова на пятый день. Она так незаметно вынырнула из тени арки, словно из воздуха. С таким же дерзким, чуть насмешливым взглядом и  по-прежнему в своей дорожной эльфийской одежде.

Я уже немного вспомнила о том самом походе. Это был ее обычный образ и обычная одежда.

— Набралась немного сил, тростинка? — поинтересовалась она без предисловий.

— Хватит, чтобы слушать сплетни, — спокойно ответила я.

— Прекрасно. Тогда хватит и для того, чтобы послушать правду. Кавал и остальные хотят встретиться перед отъездом. Сегодня. Вечером. В «Рычащем вепре» у городских ворот. Придешь или будешь также тихо сидеть и слушать, что тебе втирает твой принц?

Мое сердце екнуло. Встреча с соратниками по тому самому роковому походу, что стоил Лее жизни. Это могло быть либо спасением, а могло быть и  новой ловушкой.

Хотя кому еще нужна использованная избранная?

— Это безопасно? — все же спросила я.

— Безопаснее, чем здесь, — фыркнула эльфийка. — Я слышала, что ваше самоуверенное высочество думает, что ты смирилась и тихо угасаешь ему на радость. Он плотно занят подготовкой к церемонии и своей помолвке. Надень плащ. Встретимся у потайной калитки в восточной стене после захода солнца. Ты легко найдешь. Там высокий куст солянника растет. Он цветет сейчас как раз. Прямо за ним калитка.

Вечером, дрожа от слабости и волнения, я накинула темный, поношенный плащ, который Райнесс незаметно подкинула мне среди бела дня. Он скрыл и мои белые волосы, и дорогое, хоть и простое платье. 

Я пробралась к калитке. Действительно, легко нашла единственный цветущий куст у стены, весь покрытый мелкими ярко-голубыми цветами. Эльфийка уже ждала меня.

«Рычащий вепрь» оказался шумным, дымным заведением на границе верхнего и нижнего города, где за столами сидели самые разные посетители от грубых наемников до скромных ремесленников.

Хорошее место, чтобы затеряться нашей компании — подумала я. 

Райнесс провела меня в дальний угол, где за большим столом уже сидело несколько человек. Я узнала их из обрывков своей новой памяти. 

Кавал — рыжебородый великан с добрыми, серьезными глазами, бывший командир королевских следопытов. Ройк — худощавый мужчина, наш  маг-целитель, который, по словам Райнесс, пытался меня откачать. Пара других смутно знакомых лиц.  Воины и еще одна лучница, смотревшие на меня с нескрываемым беспокойством.

— Лея… Боги, ты и правда жива, — прошептал Кавал, его голос дрогнул. — Мы боялись худшего… Молились богине.

— Ага, молились, но уже мысленно похоронили и вход в гробницу завалили,  — скептически  вставила Райнесс, усаживаясь. — А она, как видите, жива. И, кажется, даже кое-чему научилась.

Я молча кивнула, сдвигая капюшон лишь настолько, чтобы они могли видеть мое лицо.

Разговор как-то не клеился. Мои бывшие спутники рассматривали меня. Каждый о чем-то думал своем. Потом незаметно все стали делиться своими планами. И тут выяснилась еще одна неприятная новость. 

Я-то думала только Лею затронула опала. Но как оказалось принц решил, что этого будет мало.

— Нас отправляют на западную границу, — поделился Кавал и двое из его команды кивнули. 

— Мне тоже настойчиво посоветовали покинуть столицу, — усмехнулся Ройк. — Я уже нанялся в караван. Послезавтра отправляюсь в Лазурное княжество. 

— Ну, меня здесь и так ничего особо не держало, — мурлыкнула эльфийка. — Светлый владыка был заинтересован в этой миссии. Я выполнила его приказ. А дальше я свободна, как птица.

Я кивнула ее словам. Значит, все разъезжаются и я остаюсь совсем одна. Ловко. На церемонии не будет никого, кто мог бы вступиться в мою защиту. 

— Ну хоть Его Величество с наградой не обидел, — заметил Орнес, один из воинов. — Как и обещал, все выплатил точно и в срок.

Все подтверждающие закивали.

— А ты? — бросила в мою сторону веселый взгляд эльфийка. — Тебе-то хоть что-то предложили?

Все взгляды скрестились на мне.

— Король мне тоже предложил золото и земли, — коротко ответила.

Райнесс фыркнула.

— И ты, конечно, сразу отказалась, наивная дурочка?

— Нет. Я согласилась, — пожала я плечами, наблюдая как удивленно поднимаются брови у всех слушающих меня.

Даже эльфийка удивленно застыла на пару секунд.

— Согласилась? — переспросила она. 

Я кивнула, чувствуя, что сделала что-то неправильное, не характерное, для прежней Леи. Вот отчего принц был так поражен. Он думал Лея не примет эту награду. Гордо откажется и он уйдет победителем. Он же предложил.

На лице Райнесс расцвела хищная довольная улыбка. 

— А ты точно изменилась, девочка, — одобрительно хлопнула она меня по плечу. — Эта Лея мне нравится гораздо больше прежней тихони.

Ей вторили одобрительные возгласы остальных. 

— Надо выпить за это, — тут радостно предложил  Кавал и все его поддержали.

Я неторопливо цедила какой-то теплый и кисловатый напиток, который заказала для меня Райнесс, и мысленно подводила итоги.

Было полезно прийти на эту встречу. Память зашевелилась активнее. А мне так нужны эти воспоминания прежней владелицы тела. Я надеялась найти в них подсказку, как мне действовать дальше и как обыграть  того венценосного мерзавца, Оривара.

Тут, сквозь общий гул трактира, до меня донеслись голоса с соседнего стола, где сидела большая компания подвыпивших горожан в достаточно  дорогой одежде, как отметил мой мозг. Скорее всего мелкие дворяне или богатые купцы.

—…а эта бледная девка, что в замке сейчас прячется,  так и вообще позор! Слышал, она сама напросилась в тот поход, чтобы принца соблазнить! — пьяным заплетающимся голосом громко сказал один из них.

— Да что там! Говорят, она и к артефакту-то первой прорвалась, потому что Наэтту в спину толкнула! Зависть, понимаешь! — ответил ему второй.

— Теперь вот прикидывается умирающей, чтобы жалость вызвать. А принц-то, наш благоро-о-одный, сердцем мягок, так и мучается, как отвязаться от нее благородно… Я бы на его месте…

Краска опалила лицо. И здесь уже меня обсуждают. Сплетни не остановить…

Кавал тоже услышал и начал вставать, с багровым, Ройк схватил его за руку, останавливая.

Я была согласна с ним. Только драки нам тут не хватало. Не нужно было привлекать внимания. А эти проспятся и забудут, что вчера говорили. 

И я уже думала, как по-тихому ускользнуть, как чей-то сильный и точный  удар отбросил ржущего остряка с лавки аж до самой стойки бара.

Его товарищи возмущенно подхватились с мест. А я ощутила, что в воздухе вдруг запахло настоящей  грозой. В трактире вдруг стало пугающе тихо. Только пострадавший тихо скулил на полу.

А взгляды всех обратились к его обидчику.

Незнакомец. Высокий, широкоплечий. Вот и все, что можно было заметить по его фигуре, скрытой плащом. На голове тоже был наброшен капюшон, как и у меня. Он просто стоял пока. Возле того стола, откуда неслись эти сплетни. Ничего не делал.

Но от одной  его фигуры явно несло угрозой. 

Один из той компании, что смеялась надо мной, решил проявить глупую смелость и вызывающе крикнул:

— Чего уставился, чужак? Не нравятся наши разговоры про местных шлюх?

— Не нравятся, — тихо ответил тот, но у меня мурашки побежали от его низкого угрожающе-рычащего голоса.

Дальше все произошло так быстро, что глаз не успел моргнуть. 

Незнакомец даже не шелохнулся с места. Просто небрежно двинул кистью, словно отмахиваясь от назойливой мухи. И того, кто это крикнул, вместе со стулом отбросило через весь зал к стене с таким глухим ударом, что задрожали кружки на столах. 

Остальная компания не стерпела и все же схватилась за оружие. Тогда незнакомец… исчез. 

Я, открыв рот, наблюдала, как он  появился уже среди них. Не было никакой красивой борьбы, лишь короткие, жесткие, прикладные удары. Слышался хруст костей, сдавленные крики. Через десять секунд вся компания лежала на полу, скуля от боли, а незнакомец стоял посреди них, даже не запыхавшись.

Его плащ тоже остался на месте.

— Лихо, — одобрительно присвистнула эльфийка. — Смотри-ка, Лея, какой у тебя защитник объявился.

И вдруг он медленно повернул голову в нашу сторону. 

В темноте капюшона светились яркие  золотисто-янтарные глаза, нечеловеческие, с немыслимыми вертикальными зрачками. И они нашли меня.

Дракон. Почему-то сразу возникло у меня в голове.

На следующий день я сидела у окна в своих покоях, пытаясь уловить слабое тепло через стекло. В голове то и дело всплывал тот страшный и величественный образ из трактира. Яростные почти огненные глаза дракона с вертикальными зрачками в темноте капюшона, смотрящие прямо на меня. 

Что ему было нужно? Почему он вмешался?

Я не успела даже с ним поговорить вчера, потому что Райнесс настойчиво потащила меня к выходу, громко шепча на ухо, что назревает масштабная драка и нам ни к чему в ней участвовать.

Я была согласна с ней полностью, поэтому дала себя увести.

Но вот сейчас вспоминала тот взгляд.

Дракон явно узнал Лею даже в этой бледной личине. Потому что слишком уж был пристальным и острым этот взгляд. Так не смотрят на незнакомок.

И я его узнала, спустя короткий тревожный удар сердца. Точнее вспыхнуло перед глазами яркой вспышкой воспоминание прежней хозяйки тела. Это она уже встречалась с этим драконом. 

Мое сердце сделало неловкий скачок  в груди. 

Такая яркая и четкая картинка, будто вчера это произошло: суровый каменный замок на скалистом утесе, наш усталый отряд, во внутреннем  дворе под ледяным дождем. И он. Владыка этих мест, стоявший на высокой галерее и смотрящий вниз, на нас. 

Тяжелый оценивающий взгляд тогда скользнул по всем, но остановился на ней,  на Лее. Не на принце, не на Наэтте, а на скромной, испуганной девушке с большими глазами. Он еще тогда странно выделил ее. 

Тогда смущенная Лея потупилась и отвела глаза, а я, вспоминая это сейчас, ощущала то же странное смущение, смешанное с тревогой.

Мысли прервала тихая служанка, которую звали Миара. В последнее время именно она чаще всего помогала и прислуживала мне.

 Она почти неслышно вошла, сделала реверанс и протянула мне сложенный лист плотного пергамента. 

— Вам письмо, госпожа Лея.

Я взяла его автоматически, и только когда девушка вышла, сообразила, в чем проблема.

Я не могла прочитать. Точнее, смогла бы через какое-то время, но не сейчас. Видимо я еще не привыкла к новому телу и не все еще нейронные связи восстановились. Потому что отдельные слова я различала, но вот полностью уловить смысл какой-либо фразы я еще не могла.

И это была проблема. Вдруг это приглашение от короля или еще что-то важное?

Я чуть не застонала от отчаяния и паники. 

Как нелепо и глупо. Я же учитель! 

Но буквы на незнакомом языке плясали перед глазами, складываясь в непонятные узоры. Память Леи подкидывала образы, звуки, чувства, но пока не давала полноценного ключа к письменности.

Что делать? Проигнорировать? Это может  быть опасно и вызовет ненужные вопросы.

А потом меня озарило. Лекарь Тобиуф, когда проверял рецепт зелья, иногда отдавал свиток своей помощнице, и та зачитывала список ингредиентов вслух, сверяя. Он просто плохо видел вблизи.

Мне просто  нужно было сделать вид, что и у меня со зрением проблемы из-за слабости. Или из-за проклятия.

Я рванула к двери, выглянула в коридор и окликнула удаляющуюся служанку.

— Миара! Вернись, пожалуйста.

Девушка вернулась, с любопытством косясь на мое взволнованное  лицо.

— Да, госпожа?

— Извини… — я сделала вид, что протираю глаза, и смущенно показала на письмо. — Глаза… после болезни, вблизи все плывет. Не могла бы ты… прочитать мне его? Я не хочу пропустить что-то важное.

Служанка на секунду удивилась, но кивнула с готовностью. Взяв пергамент, она развернула его и начала читать медленно, четко выговаривая слова:

— Леди Лея. Прошу вас оказать мне честь и  встретиться сегодня со мной в час пополудни в беседке у Ивовой аллеи. Вопрос, который я намерен обсудить, представляет взаимный интерес и требует приватности. Князь Ранс Вальедо.

Значит он князь? Да, теперь, и я это припоминаю. Горный князь. Так его называл принц, с некоторой долей презрения. Но это я сейчас могу оценить его тон, а вот влюбленная Лея на него смотрела наивным доверчивым взглядом. Ее тогда ничего не кольнуло в словах ее возлюбленного.

Дракон приглашает встретиться… Зачем? 

Место встречи было достаточно уединенным. Ивовая аллея находилась в самом глухом конце парка, у самой крепостной стены. Я всего раз дошла до нее во время своих прогулок.

Сомнения  накатили с новой силой. Зачем такая тайна? Что за «взаимный интерес» мог быть у повелителя пограничных земель и у… бывшей избранной? 

Я машинально поблагодарила Миару, и та удалилась, бросив на меня сочувствующий взгляд. В ее глазах я и впрямь выглядела ужасно больной, скорее всего. 

Весь оставшийся до встречи день я провела в странной нервной лихорадке. Я решила сходить на встречу. Все-таки нужно было хотя бы поблагодарить князя за его вмешательство вчера в трактире. Ну и меня заинтриговали его слова о взаимном интересе.

Одевалась долго и мучительно. Выбирала строгое темно-серое платье без украшений. Оно хотя бы немного скрадывало ужасающую худобу моего тела. Накинула тот же темный  плащ. 

Зеркало показало все ту же бледную, исхудавшую тень с белыми, как известь, волосами. 

Князь видел Лею тогда, в его замке, — напомнила я себе, вылавливая из памяти ее образ: она в скромном дорожном платье, но с румянцем на щеках, с каштановыми  густыми волосами, с робкой улыбкой. 

А он смотрел на нее сверху, с каменной галереи, и его взгляд был… пристальным, глубоким. Что он в ней тогда увидел? И что он увидит теперь в этой бледной тени?

В час пополудни я подошла к  Ивовой аллее. Длинная, узкая тропа, действительно обсаженная старыми плакучими ивами, уходила в густые сумерки под сенью сплетенных крон. Беседка в конце едва виднелась, погруженная в зеленоватый полумрак. 

Мое сердце колотилось так громко, что, казалось, эхо разносится по всему парку.

Отчего я так волнуюсь? Этот мужчина формально даже не знаком мне. Просто обрывки чужих воспоминаний. Но я волновалась все равно. 

И тут я увидела его. Князь не ждал внутри беседки. Он стоял перед ней, прислонившись плечом к резной белой колонне, почти сливаясь с тенями, если бы не яркое пятно его лица, светлых пепельных волос и  пронзительных голубых глаз. Он уже ждал. И наблюдал, как я иду.

Я заставила себя поднять голову и спокойно встретить его взгляд. Я не Лея, напомнила я себе. Мне просто нужно выжить в этом чужом мире. И я приму любую помощь, даже от дракона, если он ее предложит. 

— Леди Лея, — произнес князь раскатистым глубоким голосом, когда я приблизилась. — Вы пришли. Благодарю.

Я смогла лишь молча кивнуть, остановившись в нескольких шагах от него. Теперь, без плаща и на свету, он выглядел  еще более внушительно. 

Широкие плечи, мощная грудная клетка, подчеркнутая простым темным камзолом из грубой, но качественной ткани. Руки с широкими запястьями и сильными, покрытыми мелкими шрамами пальцами. 

Лицо… Дракон был красив. Но не смазливой придворной красотой принца, а  дикой, суровой силы. Высокие скулы, решительный подбородок, тонкие, жестко сжатые губы. И глаза … сейчас пронзительно светлые, почти ледяные осколки вместо радужки, которые сейчас пристально изучали меня, заставляя комкать подол моего платья в волнении.

— Я полагаю, вы помните нашу прошлую встречу, — начал он без лишних вступлений.

— Помню, — кивнула я, надеясь, что чужая память мне не подвела. — В вашем замке, когда мы…

— Да. В замке. Поход за пророчеством… Я запомнил вас, леди Лея. Поэтому решил, сделать сейчас это предложение…

Он сделал короткую паузу, во время которой его взгляд еще раз изучающе прошелся по моему бледному лицу и сжатым на подоле пальцам.

Затем он посмотрел мне прямо в глаза. И я не смогла отвести взгляд. Он будто примагнитился к его.

— Я предлагаю вам выйти за меня замуж, леди Лея. Стать моей женой и княгиней Вальедо, — прозвучали самые невероятные и неожиданные слова из его уст.

Горло перехватило. Первая реакция была шок. Оглушительный, ослепительный шок. 

Но лицо дракона оставалось совершенно серьезным. Поэтому первый, самый логичный вопрос, не шутка ли это, я удержала внутри.

Он явно не шутил.

Но вот могу ли я настолько довериться его словам, чтобы без оглядки принять подобное предложение от незнакомца. Я ведь совсем его не знаю, как и причин, заставивших его предложить Лее брак.

А что если это чья-то хитроумная ловушка?

Мое недолгое пребывание в этом мире уже научило меня с подозрением относится к необоснованной помощи и непонятным проявлениям доброты.

Кто он этот князь Вальедо? Что ему от меня нужно? Какие тайные  мотивы он скрывает?

Я подняла глаза и еще раз всмотрелась в серьезные спокойные глаза мужчины, без тени нетерпения ожидающего мой ответ.

— Я понимаю, что возможно для вас это стало большой неожиданностью, — произнес он. — Но я не привык плести словесные кружева. К тому же я не был уверен в вероятности новых встреч. Поэтому приношу извинения за свою резкость и прямоту, но вам, Лея, как я понял, тоже приходится ценить свое время. И я очень рассчитываю получить ваш положительный ответ. Сегодня.

Что ж… Его голос звучит твердо, уверенно  и без тени фальши.

— Почему, князь? — я порадовалась, что мой вопрос прозвучал также ровно и спокойно, как и его речь. — Вы, должно быть, слышали слухи, что ходят о мне и принце? — удерживая себя от нервного покусывания губ, решилась я на главный вопрос.

Не хотелось показать свое волнение, а этот мужчина взволновал меня, как и его неожиданное предложение. И даже сильнее, чем я могла бы предположить. И это было еще одним поводом для тревоги.

Я не хотела и не должна была допускать подобные чувства. Лея и так уже настрадалась от своей доверчивости. А мне нужно быть осмотрительнее, чтобы не попасться в ту же ловушку.

Мне просто нужно помнить кто я. Так будет проще.

Князь резко кивнул головой. Его взгляд стал острее и… злее что ли.

— Слышал. И я не слеп, леди Лея. Я заметил еще в своем замке ваши взгляды на него. Их сложно было бы интерпретировать иначе.

— Тогда вы должны знать, — я заставила себя сказать это, чувствуя, как горит лицо, но взгляд не опустила. — Они правдивы. Я потеряла невинность. С ним…

— Знаю, — его голос стал еще тише, глуше, а в светлых глазах промелькнула мрачная тень. — И все равно настаиваю. Я хочу чтобы вы стали моей женой, Лея.

Ох, как же усмирить эту бурю внутри, что поднялась от его уверенных слов?  У меня был небольшой опыт общения подобного рода с противоположным полом. Поэтому, можно было сказать, что в этом вопросе я почти на уровне той же Леи.

Но я хотя бы могла более трезво смотреть на подобные вещи и предполагать скрытые смыслы, спрятанные  за  красивыми словами.

— Простите, князь, если я обижу вас своим вопросом, — начала я тщательно подбирая слова, потому что мне действительно не хотелось его задеть. — Объясните. Что у вас за причина… что вы от этого хотите получить? — как бы я не хотела, я не могла поверить в подобное бескорыстие, особенно в этом мире.  — Я не невинна, а… проклятие возможно скоро убьет меня. И зная это, вы все равно предлагаете мне выйти за вас замуж? 

— Именно так, — спокойно ответил дракон. — И слушая вас сейчас, я все больше убеждаюсь, что сделал правильный выбор.  Во-первых, мне нужна жена, обладающая определенными качествами. А мне нравится ваш характер, Лея,  — сказал он прямо, не отрывая своего взгляда от моего лица.

Я даже смутилась на миг от подобной прямоты. Как легко и быстро он перешел от обращения «леди» к просто «Лея».

 — Титул, прошлое для меня не важны. Во-вторых, вы — избранная. 

— Бывшая, — устало напомнила ему я. — Скорее всего через год мало кто вспомнит даже мое имя.

Дракон кивнул.

— Пусть так. Но вы скорее всего не знаете, что настроения в столице обычно имеют мало общего с тем, что происходит за ее пределами. А там… — он позволил себе тень улыбки в глазах. — Там вас еще долго будут вспоминать с благодарностью. Поверьте.  Поэтому  ваше имя, связанное с Вальедо, поднимет престиж приграничья. На мои земли боятся переселяться. 

— Почему? — удивилась я и тут же отругала себя мысленно за подобную промашку.

Вдруг об этой причине всем известно, а я так легко выдала себя. Но словно дракон не заметил моей оплошности.

— Страх перед драконами, Лея,  перед суровой жизнью. В приграничье более опасная жизнь, чем в спокойных срединных землях. А мой брак с избранной... это даст людям надежду. Вы все еще остаетесь символом для множества простого народа. Это снимет часть клейма с моих земель. 

Я кивнула. Вполне понятная и логичная причина. И мне нравилось, как честно он все это говорит, не пытаясь прикрыться красивой ложью.

— Ну и в-третьих, — произнес князь. — Драконы не терпят несправедливости. Я слышал, что говорят на улицах и во дворце. Также я видел какие трудности вам пришлось преодолеть в том походе.  То, что сделали с вами, Лея... это бесчестье. Этот брак даст  вам защиту. Я хочу ее вам дать. И поддержку. А статус княгини оградит от тех сплетен, что уже расходятся за пределами дворца..

— Но проклятие, князь, — выдохнула я, не зная кого я тут пытаюсь отговорить себя или его. — Я верю вам. Но, поверьте, я  плохая для вас инвестиция.

Брак — это ведь серьезно. А в средневековых устоях так и вовсе опасно. Кто знает, что будет потом? Мне не хотелось увидеть в глазах, стоящего напротив мужчины, разочарование или даже ненависть, когда проклятие окончательно возьмет верх над моим телом.

Понимает ли он этот риск?

Дракон же  пристально смотрел на меня, и его взгляд, казалось, проникал прямо под кожу, ощупывая саму суть.

— С этим тоже поможет этот брак, — медленно произнес он так же твердо. — Драконы, вступая в брачный союз, делятся силой со своей избранницей. Это древний ритуал. Он не снимет проклятие, но даст вам достаточно сил, чтобы бороться. Чтобы выжить. И... возможно, однажды избавиться от него. Я верю, что это возможно, Лея, раз вы еще боретесь с ним, утратив свою магию.

Я прикрыла глаза, пытаясь все это осознать. 

Защита. Шанс выжить. Взамен — моё имя и моя роль. Деловое предложение. Чистой воды политика. По крайней мере на словах. 

Меня это устраивало, как нельзя лучше. Но устраивает ли это дракона? И он словно почувствовал мои сомнения.

—  Я не буду требовать от вас подобных чувств, что вы испытываете к принцу, — тихо и мрачно произнес он. — Наш брак может быть основан на уважении. Я уважаю вашу силу и стойкость, Лея. И восхищаюсь вами. Надеюсь, что со временем и я смогу заслужить ваше уважение. Этого будет достаточно.

В его словах не было лжи. Только холодная, стальная правда и честность, режущая, как горный ветер. 

И это было... пугающе притягательно. После лжи и притворства двора, после боли предательства, что испытала эта наивная девочка,  эта прямая, почти грубая честность была для меня  как глоток чистого воздуха.

Я подняла на него глаза. Сердце все еще бешено колотилось, но теперь уже от волнения за принятое решение. Я наверно, сумасшедшая, но я верю ему. Следовало только уточнить один момент.

— Если я соглашусь... — сдержанно  начала я. — Возможно ли будет заключить этот брак до церемонии принятия даров? 

Князь замер, и в его ледяных глазах вспыхнула искра стремительного, хищного расчета. Он все мгновенно  понял. Для чего мне подобная поспешность.

— В Вальедо, — произнес он медленно, с расстановкой, — закон не требует длительных оглашений и приготовлений, если на то есть воля правителя земли и согласие обеих сторон. Церемония может быть проведена за один день. Завтра. Для этого потребуется лишь присутствие нескольких моих людей и выбранных свидетелей. Но, Лея… вы понимаете, что для вступления этого брака в силу, потребуется его подтвердить? Сразу же, — пытливо прищурился князь.

Я не знала, но поняла о чем он говорит. Сложно было бы не понять. Консумация. 

Жар опалил внутренности, но не смог заставить меня отступить. Если такова цена, то…

— Да. Я готова на это пойти.

Внутри все дрожало, но я была уверена в своем решении как никогда. То что я видела в его глазах решило абсолютно все.

Дракон ведь не отводил взгляд. Ни разу. И в нем я прочитала всю его непоколебимую уверенность в своих словах. Он сказал мне ровно то, что думал. Он действительно считает Лею подходящей для титула княгини и своей жены. Он правда хочет ей помочь и не только из-за обостренного чувства справедливости.

Я неожиданно заглянула глубже, потому что вспомнила еще кое-что, что произошло там в его замке. И в этом на самом деле была самая главная опасность для меня. Потому что дракон явно испытывал гораздо более сильные чувства к бывшей избранной, чем хотел показать.

А вот мне, что с этим делать?

Но он был моим единственным  шансом в этом мире. Шансом выжить. Шансом не сломаться. Шансом отплатить за предательство, не опускаясь до мести, а просто поднявшись выше.

Я сделала глубокий вдох, ощущая, как дрожь в коленях сменяется стальной твердостью. И подняла глаза, смело встречая его внимательный выжидающий взгляд.

— Я согласна стать вашей женой, князь, — повторила я.

День церемонии Принятия Даров выдался на редкость ясным и ярким. Солнце, будто насмехаясь над моей бледностью, заливало золотом мраморные плиты главной площади столицы. 

Народ восторженно и нетерпеливо гудел. Знать в роскошных одеждах толпилась на специально возведенных помостах. В центре всего этого великолепия, на высокой платформе перед храмом, стояла я, одетая в платье небесно-голубого  цвета. 

Оно было строгих простых линий, но из дорогой качественной ткани. Подарок дракона, который я с радостью приняла. Мне совершенно не хотелось идти на эту церемонию в тех платьях, что висели в моем шкафу как подачка от его высочества.

Ни украшений, ни сложной прически — только мои белые волосы, заплетенные в тугую, строгую косу. Я сама так решила. Ничего не должно было отвлекать зрителей от меня самой.

Рядом, сияя, как новенькая монета, стояли принц Оривар и баронесса Наэтта. Он — в парадном алом мундире, она — в ослепительном белоснежном наряде, усыпанном жемчугом, явно рассчитанном на то, чтобы затмить меня окончательно. 

Наэтта скользнула оценивающим взглядом по мне и ее спрятала в уголках губ ядовитую усмешку. Она уже праздновала победу. Все было готово для финального акта унижения.

Что ж, я и не собиралась устраивать тут сражение. Моя задача была — просто расстроить их план, поступив не так как они от меня ожидают.

По сценарию, я должна была подойти к алтарю, взять священный сосуд — запечатанное еще тысячелетия назад  «Сердце богини» — и торжественно передать его верховному жрецу, завершив этим ритуал очищения королевства. 

Именно для этого затевался тот поход. Ведь по пророчеству только очищенное от проклятия  сердце должно было подарить процветание тем землям в которых его откроют.

Как я узнала и саму эту церемонию придумали спешно, сразу после того, как стало ясно, что избранная выжила. Ее не было в сценарии. Планировалось что жрецы просто откроют в новом храме Богини привезенный нами запечатанный сосуд с ее сердцем, и благословение покроет земли королевства.

Но принц решил устроить показуху и  поставить эффектную точку в публичном унижении избранной.

Его ждет сюрприз. Я не собиралась играть по навязанным правилам. Самое время показать это.

Все знали, что сосуд могла взять в руки только девственница. Поэтому его везла сюда Наэтта. Лея была без сознания, и это отсрочило ее разоблачение, которое было теперь на руку принцу.

Он ждал, с едва скрываемым нетерпением, когда я протяну руку и  сосуд отвергнет меня. Или когда я откажусь, выдав тем самым свою вину. В любом случае меня ждал  публичный крах.

Церемония началась.

Верховный жрец, древний старец в белых ризах, воздел руки вверх.  Толпа на площади затихла в благоговении. Жрец кивнул мне, с холодным безразличным взглядом. 

Мой выход.

Я сделала шаг вперед. Но не к алтарю с сосудом, а к самому краю платформы, лицом к удивленному морю людей. Тишина стала просто  оглушительной. Я увидела, как брови принца поползли вверх в удивлении, а Наэтта насторожилась, подобно хищнику.

Полный вдох грудью, чтобы набрать побольше воздуха. Мой голос, усиленный магией площади прозвучал ясно и звонко, разносясь до самых задних рядов.

— Жители королевства! Я выполнила долг, возложенный на меня пророчеством. Древнее проклятие снято. На этом мое предназначение как избранной… исчерпано.

По площади прокатился недоуменный ропот. Принц замер, его лицо начало терять уверенность. Он не понимал к чему ведет мое вступление.

Я заметила в толпе ухмыляющуюся Райнесс. Эльфийка осталась на церемонию, хоть и говорила, что собирается покинуть людские земли и вернуться в лес. Она подмигнула мне, а я приободренная продолжила.

— Есть более достойные коснуться святыни и передать ее в лоно храма, — я бросила быстрый взгляд на Наэтту, и та невольно выпрямилась, ожидая, что ее вызовут, после моего признания в своем позоре, и я продолжила, глядя в толпу. — А я… я всего лишь человек. И мне позволена человеческая слабость. Простите меня за нее. Я… полюбила…

Толпа взорвалась в едином гуле удивления, возмущения, любопытства. 

Принц Оривар побледнел, будто из него выкачали всю кровь. Его пальцы вцепились в эфес церемониального меча. Наэтта закусила губу до крови, и в ее глазах вспыхнула чистая, бешеная ненависть. 

Они поняли. Они поняли, что сценарий рушится.

Я отыскала знакомые пронзительные глаза в толпе. Князь был там, где и обещал,  в тени колоннады, недалеко от помоста. Высокий, в темном, неприметном плаще, со скрещенными на груди руками. 

Наши глаза встретились на мгновение. Его взгляд излучал спокойствие и абсолютную поддержку. Каменная стена, за которую я могла отступить. Он медленно кивнул, не отрывая от меня взгляда,  и это придало мне дополнительных сил.

Я подняла руку, призывая к тишине. Шум поутих, все жаждали услышать имя.

— Я полюбила достойного и смелого мужчину, — продолжила я. — Мужчину чести. И… — я сделала паузу, глядя прямо на побелевшее лицо принца, — я вышла за него замуж.

Вся площадь будто  выдохнула в едином порыве. А затем тишину прорезал одинокий визгливый крик баронессы за моей спиной.

— Ложь! Это немыслимая ложь!

Но я уже не слушала ее. Резким, решительным движением закатала длинный рукав своего платья, обнажив правое запястье. И подняла руку высоко над головой, чтобы видели все.

На бледной коже сиял сложный, переплетающийся узор. Тонкие, изящные линии мерцали мягким золотым светом, который даже днем был виден отчетливо. 

Брачная магическая метка. Знак нашего тайного союза, заключенного накануне в тишине древней часовни и подтвержденного ночью… его близостью…