Замуж за миллиардера

Я провела более ста свадеб.

Но такое у меня впервые.

- Ты жадный ублюдок! Подавись своими деньгами и этими бумажками, понял? Никакой свадьбы не будет! – невеста в белоснежном нижнем белье, которое должен был снять с нее этой ночью жених, гневно выплевывает каждое слово в лицо этому же жениху и бросает в него брачный контракт, который состоит из пятидесяти восьми страниц и более ста пунктов.

Не спрашивайте откуда мне известно о таких подробностях.

Ее локоны еще не уложены до конца, накрашен только правый глаз, девочки-стилисты покинули комнату сразу после того, как вошел жених, а я отвечала на сообщение и не успела выскользнуть из номера до начала ссоры.

Я стою у стены и пытаюсь слиться с фикусом, делая вид что меня здесь нет. Прижимаю папку к груди и мысленно подсчитываю свои убытки и проблемы, которые свалятся мне на голову из-за отмены этой свадьбы.

В это же время скандал набирает оборотов. Я же пока не могу понять на чьей я стороне, меня больше заботят мои деньги.

- Ты обещал, что подаришь мне на свадьбу яхту! А теперь берешь свои слова обратно? – лицо невесты перекашивает от гнева.

У меня глаза от удивления расширяются, на мгновенье даже забываю о своих проблемах. Вот это причины для ссор у богачей!

- Я не отказывался покупать яхту, я попросил выбрать что-то более скромное, а не мини-версию Титаника, - жених, к удивлению, ведет себя сдержанно и спокойно в такой ситуации.

Миллионер Руслан Вольцев до недавнего времени был завидным холостяком страны и тщательно скрывал все свои отношения с женщинами. Поэтому для всех было шоком, когда он объявил о помолвке с известным блогером Вероникой Мальцевой.

- А этот брачный контракт? Ты его читал вообще?

- Его составили по моей просьбе, конечно я его читал.

- Я не собираюсь этого подписывать!

Свадьба на грани срыва, - понимаю я. А я уже забронировала путевку на Бали и даже внесла предоплату. Черт!

- Вероника, - Вольцев прикрывает веки и тут я понимаю, что все его спокойствие напускное. Ему едва удается сдержать свои эмоции и не сорваться на невесте. – Ты ведь знаешь, что такие люди как я в любой ситуации предпочитают иметь страховку. Поэтому собери, пожалуйста, листы, которые ты разбросала по комнате, возьми эту чертову ручку и поставь на каждой странице в правом нижнем углу свою подпись. А потом мы поговорим и о яхте, и обо всем остальном.

На этом месте мне кажется, что невеста должна сдаться, покорно опустить голову и попросить прощение за свою несдержанность. Я почти чувствую облегчение, но все происходит совсем не так.

- Прекрасно, тогда не будет никакой свадьбы!

Невеста хватает с туалетного столика свой телефон, набрасывает поверх белоснежного нижнего белья халат и выходит из номера, с грохотом хлопнув дверью.

В комнате повисает гнетущая тишина. Я боюсь даже вдох сделать. Обычно, в фильмах после такого жених бросается следом за невестой, но вместо этого дверь тихонько приоткрывается и в номер заглядывает незнакомый мужчина.

- Руслан Альбертович, что делать будем? Мне ее догнать?

Вольцев кивком приглашает того войти.

- Найди мне девушку на роль невесты.

- Какую девушку?

- Такую, чтобы в это свадебное платье влезла. И прикажи распорядителю свадеб, чтобы обзвонили гостей со стороны невесты и отменили все пригласительные.

- Но… где я вам так быстро невесту найду? Церемония через три часа должна начаться.

- Мне все равно где ты ее найдешь, я не собираюсь отменять свадьбу. Как я буду выглядеть в глазах инвесторов, партнеров и прессы? Прилетели даже немцы.

И тут происходит это. Мой телефон издает оглушающий писк, сообщая о входящем сообщении.

Две пары глаз в мою сторону обращаются.

- А ты еще кто такая? – прищуривается Руслан. В несколько шагов преодолевает между нами расстояние.

Сердце бешено забилось, Руслан так близко ко мне, что воздух наполнился мужским ароматом его парфюма. Его запах был завораживающим сочетанием древесных нот и легкой пряности.

Он выжидающе смотрит на меня, требуя ответа.

- Я р-распорядитель с-свадьбы, - произношу заикаясь. – П-простите, не хотела подслушивать, просто…

Замолкаю, сглатывая комок в горле. Ежусь вся, отступаю к стене.

Он опускает взгляд вниз. На мой бейджик. Читает вслух медленно, растягивая мое имя.

- Ве-ро-ни-ка, - усмехается, словно остается доволен тем, что я тезка его любимой женщины. – Чудесно, Марк, она подойдет на роль невесты. У тебя есть ее данные? Если нет, то достань и составь новый брачный контракт.

- Подождите! Какая невеста?! Я распорядитель свадьбы!

- А теперь моя невеста. Даже менять ничего не нужно, имена у вас одинаковые.

- Я на это не соглашалась!

- Послушай меня, или ты сейчас сама одеваешь на себя это платье и проведешь денек, притворившись счастливой влюбленной, либо я тебя лично в него упакую, только после этого ты работу даже уборщицей в супермаркете не найдешь. Лучше тебе прислушаться к моим словам, Вероника. Поможешь мне, я тебя хорошо отблагодарю. Не люблю оставаться в долгу перед людьми.

И вот, упакованная в свадебное платье за несколько десятков тысяч долларов, я иду по дорожке, усыпанной лепестками роз, держу в руках букет невесты и выдавливаю из себя улыбку, стараясь не грохнуться в обморок прямо перед гостями.

Руслан Вольцев умеет быть убедительным.

Угрожать. Манипулировать. Давить.

В двух словах он очертил мне такое будущее в случае отказа, что я вдруг обрадовалась, что не вхожу в список его врагов.

У меня не было выбора. Сбежать или согласиться?

Конечно я выбрала второе.

Как говорила моя бабушка: лучше пять минут позора, чем всю жизнь жалеть.

Иду и не замечаю ничего вокруг.

Нервничаю до безумия. Мне кажется, что это все сон.

Я, Вероника Солнышко, выхожу замуж за миллиардера Руслана Вольцева. И завтра об этом узнает вся страна. Потому что камеры со всех сторон не перестают издавать щелчки.

Не знаю как Вольцев собирается все это разрулить. Разве что выкупит тиражи всех изданий, где завтра опубликуют наши фотографии. Ведь наш брак фиктивный. Просто спектакль, который мы разыграем. Я - бледная замена Вероники Мальцевой. И штампа в нашем паспорте не будет.

Я замираю перед цветочной аркой. Жених, словно боясь что я в последнюю минуту передумаю и сбегу, берет меня за руку и тянет к себе.

Мы стоим друг напротив друга.

Ведущий в микрофон говорит заготовленную заранее речь, которая была согласована со мной и настоящей невестой.

Со стороны, должно быть,это выглядит очень романтично.

Через белую вуаль, которую забыла поднять, рассматриваю Вольцева, но его выражение лица невозможно прочесть.

Пропускаю момент, где должна сказать “да”. Вольцев с силой сжимает мою руку. Я негромко выдавливаю из себя согласие.

После этого мы обмениваемся кольцами. Страшно представить их стоимость. Не удивлюсь, если они дороже моей квартиры.

— А теперь жених может поцеловать невесту.

Я теряюсь после этих слов. Словно в замедленной съемке наблюдаю за тем, как Руслан откидывает с моего лица фату и тянется к моим губам.

Его ни капли не смущает, что мы знакомы несколько часов.

Его поцелуй самый настоящий.

Его язык проникает в мой рот и я чувствую как цепенею, не зная что делать.Он действует на автомате, без каких-либо чувств.

Еще мгновенье и он отстраняется.

Звучат аплодисменты, но когда мы поворачиваемся к гостям, я отчетливо вижу на их лицах непонимание. Многие смотрят на меня и перешептываются. Потому что знают как на самом деле выглядит Вероника.

— Улыбайся, - шипит рядом Руслан. - Пойдем, поприветствуем гостей.

Кажется, этот вечер никогда не закончится. Я почти все время сижу за столом, чтобы ни с кем из гостей не пересечься. Взгляды в мою сторону столь откровенны, что мне становится не по-себе.

— Мне просто любопытно, что вы будете делать потом? Как объясните исчезновение жены?

Я поправляю на себе платье. Это другое, не пышное с тугим корсетом, в котором можно задохнуться. Белый тонкий шелк струится по фигуре, подчеркивая все изгибы моего тела, а излишне откровенное декольте заставляет каждые пять минут поправлять бретельки и тянуть его вверх.

— Это уже не твои заботы, - отвечает Вольцев, опрокидывая в себя очередную стопку водки.

— Только не светите мое лицо нигде, пожалуйста. Не хочу объясняться с родными и друзьями, почему на свадьбу не пригласила, - произношу едко, хотя моя просьба искренняя. - Вам уже достаточно, - отбираю у него бутылку, так как мужчина и в самом деле едва на ногах держится.

— У тебя не будет никаких проблем, я же уже сказал, - раздраженно произносит Вольцев, мазнув по мне взглядом. Отбирает у меня бутылку, наливает еще стакан.

Ладно, пусть делает что хочет. Это не мое дело. В конце концов, это наша первая и последняя встреча. Я надеюсь. Очень на это надеюсь.

Я поднимаюсь, чтобы пойти в уборную, но как назло кто-то из гостей выкрикивает: “Горько!”.

Черт, даже на свадьбе миллиардеров не обойтись без этой дурацкой традиции.

Остальные подхватывают.

Я не знаю что делать.

В отличии от Вольцева.

Тот уверенно поднимается со своего места и во второй раз за вечер его губы оказываются на моих.

Только в этот раз он не сдерживается. Поцелуй не сухой без эмоций. Руслан сгребает меня в охапку, сжимает мою талию, просовывает язык глубже. Поцелуй со вкусом алкоголя и табака. Раньше мне такое не нравилось, но не сейчас. Может, дело в том, что сигареты не дешевые из магазина под домом, и алкоголь на нашем столе элитный? А может, это потому что Руслан Вольцев с одного взгляда способен покорить любую женщину, не говоря уже о поцелуе?

Он отрывается от меня, смотрит в глаза. Тяжело дышит, я тоже. Блуждает расфокусированным взглядом по моему лицу. Потом предлагает:

— Может, в номер?

Мои брови взлетают вверх.

— Мы об этом не договаривались, - шиплю я. Его предложение возмутительно!

Я разворачиваюсь и практически бегу к выходу из банкетного зала. Мне так жарко, до безумия. И трясет отчего-то всю.

Я заглядываю в уборную. К счастью, внутри никого нет, поэтому я закрываю дверь изнутри и прислоняюсь спиной к прохладному кафелю на стене.

Ох, с ума сойти!

Достаю из маленького белого клатча телефон, смотрю на время. До фейерверков еще целых два часа! Мне нужно как-то продержаться до этого времени.

Делаю несколько глубоких успокаивающих вдохов. Подношу руки к крану, вода автоматом начинает течь.

Поднимаю взгляд на себя в зеркало. На самом деле я выгляжу очень красиво. Когда меня собирали, было не до этого, я ужасно переживала из-за предстоящей свадебной церемонии, а вот теперь смотрю на себя в зеркало и не узнаю.

Волосы собраны в элегантный пучок, несколько локонов непринужденно оправляют моё лицо, придают образу непринуждённости и изящества. Макияж подчеркивает глаза, делая их более выразительными, а губы кажутся нежными и приглашающими.

Я прикладываю к щекам холодные ладони, стараясь сбросить напряжение и волнение. "Ты сильная, ты можешь справиться со всем," - шепчу я себе, взгляд устремлённый прямо в отражение.

Наконец-то я чувствую, что готова выйти обратно в зал, встретить эти пристальные взгляды на себе.

Толкаю дверь и сразу же налетаю на мужскую грудь.

Поднимаю взгляд и натыкаюсь на лицо своего “мужа”.

— Что-то случилось? - спрашиваю едва слышно, потому что то, как он смотрит на меня, не сулит ничего хорошего. Его взгляд потемневший, выражение лица - напряженное.

Сердечко в груди трепещет при виде Руслана, мысли расплываются. Он в смокинге, весь такой идеальный и красивый. Невольно задаюсь вопросом: неужели такие мужчины и в самом деле существуют в реальности?

Он толкает меня обратно в помещение, закрывает за нами дверь, отделяя от шума веселья.

Между нами повисает тягучая тишина, которую разбавляет лишь звук нашего дыхания. Я пытаюсь понять что происходит. Теряюсь и волнуюсь.

— Господин Вольцев, вам не кажется, что женская уборная не лучшее место для разговоров? - с трудом сглатываю вязкую слюну, что собралась во рту, и хочу уйти, но мужчина не дает.

Хватает меня за талию, прижимает обратно к стене.

— А я не для разговоров сюда пришел, - его голос звучит предупреждающе. Его дыхание касается моей щеки, его тело касается моего, и, несмотря на то, что на нас одежда и мы никто друг другу, я все равно мгновенно реагирую на эти прикосновения. Чувствую, как твердеют соски, как внизу живота расползается тепло.

— Знаешь, а ты очень красивая. Очень. Сразу не заметил этого, потому что был зол, но сейчас…

Его шепот сводит с ума. Менее десяти минут назад я была вроде как оскорблена предложением Вольцева подняться в номер, а сейчас приходится приложить все усилия, чтобы не начать мурлыкать от его ласк.

Он медленно поднимает подол моего платья вверх, оголяя мои бедра. Его пальцы оказываются на моей промежности так быстро, что я даже среагировать не успеваю. Упираюсь ладонями в его грудь, но мое сопротивление выглядит безумно жалко. Я сдаюсь почти сразу, за что ненавижу себя.

Не судите меня за это строго. Ведь месяц назад мой бывший парень опустил мою самооценку ниже плинтуса. Это было самое ужасное расставание в моей жизни. Мне казалось, что ни один мужчина не обратит на меня внимания, а теперь…

— Тебе нравится нежно или жестко? - шепчет Руслан между поцелуями, твердость его паха прямо указывает на то, что он меня хочет.

От осознания того, что за дверью, всего в нескольких метрах от нас, проходят официанты, что банкетный зал полон гостей, а мы здесь вдвоем занимаемся непристойностями, все ощущения обостряются.

— С тобой - никак. Отпусти. Совсем не возбуждаешь, - мычу ему в губы. Бесстыдно вру. Все еще сопротивляюсь, потому что это неправильно. Я не из тех девушек, что в любой момент готовы к случайному сексу без обязательств.

— Ложь, - сразу же раскусил меня Вольцев. - Всего несколько прикосновений, а ты уже влажная. Течешь как сучка.

Закусываю губу, чтобы не застонать, когда мужская ладонь ложится на лобок и едет ниже. Руслан убеждается, что прав, а я тихонько стону от удовольствия.

Руслан ласкает меня пальцами, смотря в глаза. Я плавлюсь воском, подаваясь навстречу, но в моем взгляде все еще читается борьба.

— Блять, так ахуенно пахнешь.

Вместе со словами в меня проникают пальцы. Выгибаюсь, не в силах сдержать стон.

Не строю из себя недотрогу. Впитываю удовольствие.

Когда его пальцы внезапно покидают меня, хнычу. Он поднимает меня вверх за талию о моя задница опускается на темную гранитную столешницу рядом с раковиной.

Раздвигаю ноги шире.. Приоткрываю губы навстречу влажному поцелую.

Цепляюсь пальцами в его шею. Слегка царапаю и прошу большего.

– Боже… – У меня глаза закатываются от удовольствия.

Руслан дергает пряжку ремня, спускает вниз черные вместе с боксерами. Рот наполняется слюной, когда вижу его твердый член.

Словно загипнотизированная, слежу за тем, как он несколько раз проводит рукой по члену вверх-вниз, а потом просто отодвигает в сторону мои трусики и резко входит на всю длину.

Я вскрикиваю, прогибаюсь, задыхаюсь. Руслан двигается внутри меня резкими толчками, одной рукой хватается за край столешницы, второй шарит по моему телу, тянет вниз бретельки платья, мнет мою грудь, придавая ощущениям остроты.

Он наваливается на меня сверху, я стону, совершенно себя не контролируя и ни о чем не думая. Растворяюсь в нем, становлюсь одержимой его грубыми толчками внутри себя.

Губы Руслана касаются моей шеи, щекочут, а потом он больно прикусывает нежную кожу. Словно специально хочет сделать больно.

Мне незнаком грубый секс, но прямо сейчас мне нравится все, что происходит. Я прогибаюсь, стону, бесстыдно прошу мужчину не останавливаться, хотя вряд ли в это мгновенье его что-либо способно оторвать от меня.

- Блять, как хорошо, - шепчет мне на ухо и замедляется, растягивая удовольствие.

- Не могу, - выдыхаю. – Пожалуйста…

- Пожалуйста, что?..

- Сильнее… пожалуйста, - произношу на выдохе заплетающимся языком.

Руслана больше не нужно ни о чем просить. Он срывается. Становится совсем диким. Все происходит слишком быстро. Мы кончаем почти одновременно. Сначала я вскрикиваю, не сдерживая себя, замираю, сжимаюсь вокруг его члена, до крови его губу кусаю, забывшись. Руки Руслана опускаются на мои бедра, фиксируют меня, сжимают нежную кожу до синяков. Его движения становятся резкими, глубокими. Еще несколько толчков и Вольцев кончает прямо в меня. Мы совершенно сдурели, забыв даже о защите.

— Охуенно кончаешь…

Его взгляд сверлит в моем лице дыры. Слова смущают до невозможности.

Сердце в груди колотится словно бешенное. У меня перед глазами темнеет, в ушах звенит. Я моргаю несколько раз, чувствую, как биение сердца наконец-то замедляется. Сползаю со столешницы, одергиваю платье.

Эйфория медленно выветривается, и я возвращаюсь в реальность, осознавая, что только что произошло.

Я слышу, как позади меня шуршит одежда, звенит пряжка ремня. Это Руслан приводит себя в порядок. Одевается молча.

Подносит руки к крану, умывает лицо холодной водой. Дергает бумажное полотенце из держателя.

— Кажется, я протрезвел. Пойдем, торт должны принести, я поэтому тебя и искал, — и, сказав это, он выходит из помещения, даже не взглянув на меня ни разу.

Все происходит будто не со мной. Не я сейчас разрезаю свадебный торт и не у меня только что был секс с мужчиной, которого я впервые в жизни вижу.

Это грызет меня изнутри.

Но я успокаиваю себя тем, что я взрослая женщина. Случайные связи на одну ночь в двадцать первом веке не такая уж редкость. Тем более с таким мужчиной как этот. Тем более после ужасного расставания с бывшим парнем, который потребовал обратно все подарки, включая мой телефон.

Пришлось достать сим-карту из него и отдать этому скупердяю.

Скашиваю взгляд на новоиспеченного “мужа”.

Тот ведет себя как настоящий счастливый жених.

И ни взглядом, ни жестом не выдает то, что произошло между нами несколько минут назад. Зато я готова сгореть со стыда. Ощущение, словно каждый в этом зале знает, что меня только что трахнули прямо в туалете.

Наконец-то в небе взрываются разноцветные фейерверки, что становится финальной точкой в сегодняшнем дне.

Удивительно, но некоторые даже не поняли, что невесту подменили, зато другая половина гостей смотрела на меня так пристально, что мне в какой-то момент захотелось выбежать из зала и спрятаться.

Не знаю как все это объяснит своим партнерам и друзьям Руслан, к счастью, это не моя забота. Главное - чтобы мне заплатили за мою работу.

— Пойдем, — Руслан берет меня за руку и тянет к выходу из банкетного зала. Мимо фонтанчика во дворе, прямо к массивным воротам.

Нас ждет лимузин.

Водитель открывает дверцу, Руслан забирается на заднее сиденье за мной.

— Поехали, — командует.

Я напрягаюсь.

О том что будет дальше мы не говорили.

Куда он меня везет?

Спросить почему-то не решаюсь.

Мне вообще безумно неловко смотреть мужчине в глаза, после того как мы переспали.

Что он теперь обо мне думает? Что я легкодоступная девушка, падкая на богатых красавчиков? Что увидела перед собой шанс и решила во чтобы то ни стало заставить его этот брак перевести из фиктивного в настоящий?

— Не забывай, что ты подписала соглашение о конфиденциальности. Хоть это все и было лишь спектаклем для гостей и на самом деле мы с тобой не женаты, не стоит пытаться шантажировать меня этим. Поняла?

От его тона сбивается дыхание.

Это уже не тот ласковый и пылкий мужчина, который так страстно терзал мои губы. Сейчас он опасный хищник, который готов перекусить горло своей жертве.

— Я не собиралась ничего делать. Ты… Вы… — путаюсь в местоимениях.

— Думаю, можем перейти на “ты”, — хмыкает он.

— Ты заставил меня это сделать. Все что меня интересует — моя оплата за услуги организатора свадьбы. С остальным разбирайся сам. Надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

— Я тоже очень на это надеюсь, Ве-ро-ни-ка, — произносит мое имя медленно по слогам, приближаясь лицом к моему. — В противном случае, я испорчу всю твою жизнь.

Это он так намекает на то, что если разболтаю хоть кому-то о сегодняшнем дне - мне не жить.

— Куда мы едем? — меняю тему, потому что от его угроз мурашки по коже ползут. Мне вовсе не хочется переходить дорогу опасному и влиятельному человеку, я предпочитаю жить своей обычной жизнью, планируя отпуск два раза в год и выплачивая кредит за машину.

— Увидишь, — произносит загадочно и я напрягаюсь.

— Эй, мы так не договаривались, — пищу испуганно я. — Я притворилась твоей невестой, на этом наш договор окончен. Отвези меня домой.

— Чего ты боишься? - — спрашивает, в его глазах я замечаю насмешку.

Он снова слишком близко ко мне находится. Губы всего в нескольких сантиметров от моих.

Руслан сжимает пальцами мой подбородок, тянет на себя.

— Разве все не случилось еще час назад? Так чего тебе бояться? Никто тобой уже не воспользуется.

Я вырываюсь из его захвата, откровенная насмешка с его стороны о моей доступности бьет прямо в цель. Моя гордость задета. Но виновата в этом лишь я. Поддалась так просто на очарование красавчика. Поверить не могу!

Машина останавливается и я выдыхаю. Меня привезли к моему дому. Я от волнения даже не заметила, что мы ехали по знакомым мне улицам в направлении моего дома.

— Спасибо, что подвезли, — цежу сквозь зубы. Касаюсь ручки двери, но тут же на мои колени ложится бумажный пакет.

— Это тебе. За неудобства.

Растерянно хлопаю глазами. Дрожащими пальцами открываю пакет. Внутри него несколько пачек денег. Здесь, наверное, столько, что и кредит за машину покрыть можно, и еще на одну такую хватит.

Но прикоснуться к ним не решаюсь.

Возвращаю пакет владельцу.

— Спасибо, но я не нуждаюсь в ваших подачках.

Из-за этих денег чувствую себя вдвойне использованной.

Хоть умом и понимаю, что это за мое молчание и этот ужасно сложный день, но под влиянием эмоций у меня создается ощущение, словно мне платят за секс, а не за услугу.

Открываю дверцу и выскальзываю из салона.

— Не вздумай меня шантажировать внезапной беременностью или заявлять об изнасиловании, — летит мне угроза вслед и я чувствую себя так, словно меня сейчас грязью облили.

— Лучше придумайте как объяснить всем куда делась ваша жена. Потому что второй раз на помощь вам я не приду, — зло бросаю я и громко хлопаю дверью.

Звук цокающих каблуков эхом разносится в пустом дворе.

Просто невероятный день! Поверить не могу, что со мной такое случилось в реальной жизни!

Девочки сегодня будет действовать скидка на книгу из этой же серии книг "Помощница для миллиардера". Присоединяйтесь к прекрасной истории)

Когда-то он стал моим первым мужчиной, а после сказал что мы не подходим друг другу, разбил мое сердце и укатил на своей дорогой тачке. Сейчас он все так же неприлично богат и заносчив. А я помощник адвоката. Мы сталкиваемся на вечеринке спустя семь лет и он предлагает мне немыслимое. Стать его личной помощницей. 24/7 и никаких больничных и праздников. Слишком заманчиво, не находите?

Утром я просыпаюсь с тупой болью в голове.

Я совсем расклеилась после вчерашней ночи.

Не ожидала, что можно оскорбить человека настолько сильно.

Он серьезно считает, что я на следующий же день понесусь шантажировать его? И о беременности врать?

Какой же придурок этот Вольцев!

В таком настроении я собираюсь на работу.

Не сразу замечаю на себе странные взгляды девочек в офисе и вообще не подозреваю какая подстава ждет меня, когда меня вызывают к Стелле. Хозяйке свадебного агентства.

– Если вы насчет свадьбы Лебедевых, то я сегодня должна согласовать с невестой окончательный вариант и…

– Свадьбу Лебедевых теперь ведет Снежана, а ты уволена. Чтобы через пять минут ни тебя, ни твоих вещей в офисе не было, – не дает мне договорить Стелла.

Я смотрю на нее, не до конца понимая правильно я расслышала ее слова.

– Уволена? Как уволена? За что я вообще уволена? Объясните. Я ведь один из лучших сотрудников агентства.

– Ты еще спрашиваешь за что уволена? – Стелла со злостью ударяет кулаком в стол. Смотрит на меня так, словно я лично ей дорогу перешла.

Да что такого я сделала?

– Ты в курсе что Мальцева моя подруга? Она доверила мне эту свадьбу, а что сделала ты? Увела у моей подруги мужчину? Думала, об этом никто не узнает? Знаешь в каком сейчас состоянии Вероника? Да как ты посмела соблазнить Руслана и разбить их свадьбу?

Стелла, обычно такая спокойная и уверенная в себе, теперь выглядит совсем иначе. Ее лицо исказилось в гневе. Стелла просто продолжала смотреть на меня, словно ее взгляд мог рассечь меня пополам.

Я не могла сдержать дрожь в голосе, когда прошептала:

– Вы все не так поняли, Мальцева… – и тут же затыкаюсь, потому что подписала договор о неразглашении с Вольцевым. Я теперь никому не могу рассказать о том, что произошло вчера.

– И что именно я не так поняла?

Опускаю взгляд вниз, сглатываю. Понимаю, что попала. Может, мне стоило взять тот пакет с деньгами в качестве моральной компенсации? Потому что, похоже, я совсем скоро останусь без работы.

– Ничего, – качаю головой, прикусываю щеку изнутри, чтобы сдержать эмоции, которые рвутся наружу.

– Ты не тому человеку дорогу перешла, Вероника. Теперь тебе светит лишь вакансия уборщицы. И то не факт, что возьмут. Мальцева тебя раздавит щелчком пальцев, а я ей в этом помогу.

– Как бы не так, – усмехаюсь, пытаясь скрыть, что вот сейчас и в самом деле испугалась. Потому что верю каждому ее слову. – Не забывайте кто теперь мой муж. Зачем мне искать работу, когда я замуж за миллиардера выскочила?

Со стороны, должно быть, выгляжу надменной сукой, но внутри накатывает безысходность. Потому что муж не настоящий, свадьба тоже, и работа мне очень-очень нужна.

– Всего хорошего, – разворачиваюсь и выхожу из кабинета.

В подсобке нахожу коробку, без разбора сбрасываю туда содержимое ящиков своего стола. Слышу как коллеги шепчутся у меня за спиной. Представляю себе что успели выдумать.

Я была глупой, если считала, что о вчерашнем дне никто не узнает. Что он растворится в моей памяти и памяти других людей. Но информация как-то просочилась. Нехорошее предчувствие нарастает с каждой минутой.

Закрываю багажник машины и несколько минут просто сижу на водительском месте, не понимая что делать и куда ехать.

Нужно просто подождать пока все затихнет, а слухи исчезнут. Тогда отправлю свои резюме в несколько компаний и обязательно что-то найду. Или буду сама работать. Все же у меня хорошее портфолио. Несколько свадеб, организованных мной, попадали даже в иностранные журналы.

С трудом нахожу где припарковаться у дома и выхожу из машины.

Мои шаги замедляются, когда вижу фигурку ребенка на лавочке рядом с моей секцией. Мальчик сидит, опустив вниз голову и читает какую-то книгу.

Черт, я его не видела! Просто пройду мимо и сделаю вид, что мы не знакомы.

Но незаметной быть не получается.

– Вероника! Ты приехала!

Он поднимает на меня взгляд и я встречаюсь с глазами которые выглядят один в один как мои.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю недружелюбно.

– Ключи от квартиры потерял.

– И? Я здесь причем? Матери позвони пусть думает как тебе помочь.

– Мама на работе, у меня телефон сел, соседки дома нет, можно у тебя до вечера побыть? – этот щенячий взгляд может и действует на окружающих, но только не на меня.

– Нет. Езжай обратно и жди свою мать на лавочке под вашим домом, – произношу зло, разворачиваюсь и ухожу, не оглянувшись.

Не подумайте, что у меня черствое сердце. Или я детей не люблю. Или что я из тех ужасных людей, которые никогда не протянут руку помощи.

Нет.

Просто ситуация в нашей семье далека от нормальной.

И мне бы хотелось вообще ничего не знать ни о родной матери, ни о ее ребенке от второго брака.

А еще и вся эта ситуация со свадьбой и увольнением.

Вот и попал малый под горячую руку.

Хотя в другой день я бы тоже не позволила ему зайти к себе.

Это наглость.

Абсолютная наглость.

После того как мать ушла от отца к другому мужчине, вся моя жизнь пошла под откос. Она забеременела Марком, меня на время оставила у бабушки, сказала, всего на пару месяцев пока они с новым мужем не обустроятся в новой квартире. Но эти эти пару месяцев превратились в “никогда”.

Мать жила своей жизнью в новой семье с новым ребенком, я же закончила школу, провалилась и не поступила на бюджет. Учебу оплачивал отец, который был тогда разбит предательством матери и бесконечно работал на стройке. Он же оплачивал все мои курсы, общежитие, внес первый взнос за мое жилье в новострое.

Нам было тяжело, но мы держались вместе, разделив все горести, печали и радость.

А потом внезапно в нашу наладившуюся жизнь влезла моя мать со своим сыном.

Ее муж начал пить, денег стало не хватать на жизнь и съем квартиры, ей пришлось взять больше смен, а ребенка не было с кем оставить. Поэтому ей хватило наглости просить у меня присматривать за ним по выходным. Чтоб на няню не тратится.

И после моего твердого отказа она просто явилась к моему отцу и оставила Марка там на все выходные.

Я была так возмущена, что не выдержала и высказала ей все то, что копилось внутри все эти восемь лет.

И вот теперь семилетний Марк сидит под моим домом, словно самая настоящая сирота, и какого-то хрена достает меня, хотя я к нему никакого отношения не имею.

Каждый раз когда что-то случается он приезжает ко мне.

Смотрит этими своими глазищами и жалобно просит чем-то помочь.

Где-то с месяц назад у него кроссовки порвались, и он просил подарить ему на день рождения новые.

Меня просил.

Почему не отца своего, почему не мать? Я здесь причем вообще?

И что самое худшее, он получил эти кросовки! Не от меня! А от моего отца! Который то ли до сих пор мать не забыл, то ли слишком мягкосердечен, что вместо того чтобы вытолкать этого наглого пацана, пошел с ним в обувной магазин и купил что ему нравится.

Выглядываю в окно – все еще сидит на лавочке. Весь такой потерянный, несчастный. Как мать вообще допускает, чтобы ее семилетний ребенок сам шлялся по городу? Их дом находится вообще в другом районе. От меня час езды.

Ладно это не мое дело. Посидит, поймет что ничего не выйдет, и уедет обратно.

Мне то чего переживать?

Завариваю чай, мысли скачут от Вольцева до моего потерянного счастливого будущего, а тем временем по окну начинают барабанить капли дождя. Слышится первый раскат грома.

Марк так и сидит во дворе. Пялится в небо, мокнет под дождем.

В груди непроизвольно что-то сжимается.

Черт!

Хватаю с полки зонт и спускаюсь вниз.

– Чего сидишь здесь? почему домой не уехал еще? Видишь же что ливень сейчас будет, – спрашиваю строго, прикрывая его зонтом от дождя.

– У меня денег только до тебя доехать на автобусе хватило, – отвечает виновато и тяжело вздыхает. – Можешь меня в подъезд впустить? Я проверял, туда без ключа не попасть.

– Идем, – цежу сквозь зубы. Общество этого ребенка – последнее, чего бы мне сейчас хотелось.

Его взгляд загорается, он спрыгивает с лавочки и быстрыми маленькими шагами следует за мной, таща за собой огромный рюкзак.

Открываю перед ним дверь и стряхиваю воду с зонта.

Дождь усиливается, небо пронзают молнии.

Жму на кнопку лифта, оборачиваюсь, замечаю что Марк застыл у почтовых ящиков. Сел на пол, рядом этот несуразный испачканный портфель.

– Ты чего там застыл? Идем, – бросаю небрежно, словно делаю ему огромное одолжение.

Он радостно поднимается на ноги, заходит за мной в лифт.

Хоть в моей квартире он был уже не раз, все равно рассматривает здесь все словно в первый раз.

– Красиво тут у тебя. Когда вырасту тоже такую себе куплю! – произносит мечтательно и идет на кухню.

– Ага, конечно, – бубню под нос.

Отчего-то невыносимо его здесь видеть. Из-за него я внезапно стала лишним и нежеланным ребенком. Он - напоминание о том, как мама поступила с нами.

– А можно конфетку взять? – спрашивает, смотря на вазочку с конфетами.

– Бери.

Выхожу из кухни, чтобы сделать свободно вдох. Проверяю телефон - никаких звонков и сообщений. Смотрю на него какое-то время, а потом не выдерживаю и пишу матери короткое сообщение.

“Твой ребенок у меня. Тебе стоит быть более ответственной матерью. Это не безопасно для семилетнего ребенка шлятся по городу одному”.

Ответ меня не заботит, но все равно жду когда галочки станут синими, что будет означать “прочитано”.

“Я заберу его после смены”, – прилетает в ответ.

Возвращаюсь в кухню, замираю у двери, наблюдаю за Марком. Обертки шуршат, лицо испачкано шоколадом.

– Тебя не стошнит от такого количества сладкого? – спрашиваю, пытаясь понять что с ним делать.

– Ой, прости. Я съел больше чем одну. Просто вкусные очень, – смущенно опускает взгляд и собирает со стола фантики.

Я ничего не отвечаю.

Открываю холодильник. Достаю несколько боксов с едой из ресторана.

– Вот, поешь. И сиди тихо как мышь пока за тобой мама не приедет. Чтоб я тебя вообще не слышала, ясно?

Кивает.

Ставлю перед ним еду и он сразу же набрасывается на нее.

– Тебя дома не кормят что ли? – качаю головой.

– Я только завтракал сегодня, – пищит жалобно, наминая курицу. – А у тебя зарядка есть? У меня телефон сел.

– Давай сюда, поставлю заряжаться.

Он достает из кармана школьных брюк старенький телефон с треснувшим экраном, протягивает его мне.

– Тебе папа что не может новый телефон купить? – интересуюсь как бы между прочим, но на самом деле хочется услышать что вообще у них в семье происходит.

Мне должно быть все равно, но отчего-то интерес все равено есть. Наверное, от осознания того, насколько у них хреново дела обстоят, мне на душе легче становится. Хоть это и не правильно.

– Папы уже два месяца нет. Мама сказала он на зароботки уехал. Но когда вернется то купит мне и телефон, и портфель новый! И конфет много! – хвастается, еще не зная о том, как жестоки бывают взрослые, потому что не только не держат своих обещаний, но и без зазрения совести врут.

– Ясно.

Ясно только то, что его отец скорее всего снова где-то загулял, а мать сама на себе все тянет.

– А можно телевизор посмотреть после того как поем? – спрашивает, когда я собираюсь выйти из кухни.

– Можно.

Иду в свою комнату, закрываю дверь и падаю на кровать.

За окном разбушевался ливень. Во дворе не выдержало такого напора ветра дерево и свалилось, перегородив проезд к дому. Повезло, что не на мою тачку упало.

Погода такая же отвратительная, как и мое настроение.

Что мне теперь делать?

Может, позвонить этому Вольцеву и потребовать компенсацию?

Нет, до такого опускаться я не собираюсь.

Какое-то время просматриваю вакансии в свадебных агентствах, потом слушаю музыку. Полностью игнорирую тот факт, что в моей квартире вообще-то находится еще один человек. Ближе к вечеру заставляю себя выйти из комнаты, чтобы проверить чем занимается это маленькое чудовище.

Нахожу его на диване в гостиной.

Спит.

Несколько минут просто стою рядом и рассматриваю его.

Он слишком мелкий для семи лет. Низкий и щуплый. Но если откинуть неприязнь и предвзятость к нему, то очень красивый мальчик.

Щелкаю пультом, выключая телевизор. Потом загружаю посудомойку, убираю со стола. Выхожу в коридор и натыкаюсь на портфель малого.

Одна лямка почти оторвалась. Он потертый и старый.

Что ж, посмотрим как ты учишься.

Заглядываю внутрь, проверяю содержимое.

Второй класс. Почерк красивый. У меня вот был в его возрасте ужасно неаккуратный и кривой.

Книга по математике почему-то порванная. Смятые листы кто-то очень старательно пытался разровнять. Такое ощущение, что этот учебник пострадал во время драки.

Достаю тетрадь по математике и замираю.

У Марка явно тяжелая школьная жизнь. Обложка исписана всякими гадостями. Почерк детский. Его одноклассники постарались.

Мне не должно быть грустно из-за этого, но я чувствую именно это.

Объектом насмешек быть сложно. Особенно обидно от того, что насмехаются из-за того, в чем ты не виноват. Вина лежит на непутевой матери, которая не может хотя бы в нормальный вид привести портфель ребенка.

Ладно, не мое это дело.

Засовываю обратно тетради и учебники, закрываю молнию.

Дождь почти утих. Я не знаю чем себя занять. Вздрагиваю, когда рядом раздается детский голос:

– Давай во что-то поиграем.

– У меня нет игрушек и игр я не знаю. В прятки играть не предлагай, – отвечаю холодно..

– Но… я видел у тебя на полке коробку с треками, – указывает пальцем.

– Это подарок для сына моей подруги, – поясняю и замечаю как угасает его взгляд.

– Тогда… можно у тебя на телефоне в игру поиграть? У моего сенсор заедает.

Господи, ощущение, что более жалкого ребенка я еще в жизни не видела.

– Ты точно не беспризорник? – спрашиваю, не ожидая ответа. – Вот, можешь забрать, Илье потом другие куплю, – отдаю ему коробку с гоночными треками и машинками.

– Правда? Мне можно в это поиграть? И даже домой забрать?

– Правда, – закатываю глаза, не понимая чему он так радуется. Ну, ладно, вероятней всего ему такой подарок мама не смогла бы позволить. Это реально дорого. Я хотела порадовать крестника. А теперь это рассыпано по всему моему полу.

Несколько часов Марк неотрывно играет с машинками, пока мне не приходит сообщение от матери, что она будет через минут двадцать.

Мы собираем “подарок” Марка в пакет, туда же отправляется несколько конфет. Не знаю зачем это делаю, ведь обещала себе что мне должно быть плевать на этого ребенка.

Мать ко мне не поднимается. Знает, что в моем доме она нежеланный гость. Ждет под дверью подъезда.

Вывожу Марка на улицу. Передаю матери. На нее почти не смотрю. Потому что больно.

– Лучше за своим ребенком присматривай. Чтобы он не шатался по чужим домам, словно беспризорный котенок, – единственное что говорю и ухожу не попрощавшись.

– Сестра, спасибо за подарок! – летит мне счастливое в спину.

Да какая я тебе вообще сестра?

У меня закончилось молоко, именно поэтому я выхожу из квартиры. Иначе просидела бы всю неделю взаперти.

Толкнув стеклянную дверь и выйдя на улицу сразу же замечаю во дворе толпу людей. Но ничего не подозреваю до тех пор пока не звучит громкое:

– Это она! Она!

Все взгляды резко обращаются в мою сторону. Нехорошее предчувствие заставляет сердце бешено колотиться. Я пытаюсь охватить взглядом внезапно враждебно настроенную толпу и пытаюсь понять что именно я пропустила, пока находилась в депрессии и переживала свое маленькое несчастье.

Репортеры с камерами и микрофонами, словно стая хищников, готовая наброситься на добычу.

– Как вы можете спать по ночам, зная, что разрушили чужое счастье? – кричит одна из женщин, прорываясь сквозь толпу.

– Это правда что вы соблазнили Руслана Вольцева прямо перед свадьбой и заставили расторгнуть его помолвку с Мальцевой?

Я пытаюсь что-то сказать, защититься, но слова застревают в горле. Мне кажется, я сейчас рухну на землю от напряжения и страха.

Меня обступают со всех сторон, не давая ни пройти дальше, ни вернуться в дом. Как они вообще узнали где я живу?

– Эй, ты, шлюха, как ты посмела обидеть Веронику? – кричит какая-то фанатка Мальцевой из толпы, а потом в меня что-то летит.

Огрызок от яблока попадает мне прямо в грудь и оставляет пятно на белой футболке.

Я не понимаю что происходит и за что они так со мной?

Что за глупые слухи? Кто вообще их распустил? И главное – как Вольцев этого допустил?

– Простите, вы что-то путаете, – пытаюсь отбиться от любопытных глаз, но ничерта не получается.

Шум нарастает, слова превращаются в неразборчивый гомон. У меня перед глазами все плывет, я впервые в такой ситуации. Мне теперь что – переехать придется?

И тут все происходит как в каком-то романтическом фильме. Словно из ниоткуда появляется Он – Руслан Вольцев.

В безупречном черном костюме, уложенными волосами и аккуратной щетиной.

Его темные глаза встречаются с моими, и я чувствую как мир вокруг меня пошатнулся. А еще отчего-то приходит уверенность, что он все решит. Иначе зачем он здесь?

Его охрана расталкивает людей, отбирают у репортеров камеры. Руслан хватая меня за руку и тянет за собой к припаркованному рядом внедорожнику.

Я даже не заметила в какой момент он приехал.

Его уверенность и сила немного успокаивают меня, и я механически следую за ним, пока его охрана решительно разгоняет людей вокруг нас.

Мы подходим к его черному автомобилю, он помогает мне забраться на переднее сиденье, затем обходит машину и садится за руль. Запустив двигатель, он мягко выруливает из толпы, которая кажется уже не такой грозной, как раньше. Сидя рядом с Русланом, я чувствую, как напряжение покидает мое тело. Мир вокруг кажется уже не таким угрожающим, а сердце постепенно успокаивается.

– Что это было? – спрашиваю хрипло.

– Мальцева постаралась. Зайди к ней на страницу и все поймешь, – произносит холодно, не отрывая взгляда от дороги.

Я так и делаю.

И от прочитанного мне хочется зарыться с головой под одеяло.

Несколько постов Мальцевой о том, как я нагло отбила у нее любовь всей ее жизни. Придуманная история выставляет меня охотницей за деньгами, бессовестной, бессердечной и подлой сукой без моральных принципов.

Кровь в венах закипает. Так ужасно я себя еще в жизни не чувствовала. И самое худшее, что мои родные и друзья с легкостью могут это увидеть.

И злость моя сейчас направлена прямо на мужчину, который сидит рядом.

– Как ты это допустил? Ты же с такой уверенностью заявлял, что никаких проблем не будет! – спрашиваю с упреком в голосе, позабыв о всех формальностях между нами.

– Откуда мне знать что у вас женщин в мозгах? – злится в ответ. Тоже поднимает голос. – Или ты думаешь я от счастья пылаю из-за того, что стал центром скандала и сплетен?

– Все это с самого начала было плохой идеей, – заключаю я. – Это глупо: надеяться на то, что женившись на глазах у кучи людей на другой женщине, эта информация не выйдет за пределы банкетного зала. В конце концов ты ведь на выходе не отбирал у гостей их телефоны! – завожусь еще больше, потому что не могу поверить, что я и в самом деле могла попасть в такую ситуацию.

– Пристегнись.

– Что?

– Пристегни ремень безопасности, этот звук раздражает.

Только сейчас замечаю, что в салоне без остановки раздается противный писк.

Дергаю за ремень, защелкиваю. Делаю глубокий вдох но успокоиться не получается.

– Куда мы едем? – спрашиваю, опуская стекло, потому что дышать нечем. Внутри машины я просто задыхаюсь. Или же это из-за гнева, направленного на Вольцева?

– Не знаю, нужно все хорошенько обдумать, – устало отвечает он и я резко перевожу на него взгялд.

– В смысле ты не знаешь? Приехал за мной на виду у всех, весь такой самоуверенный и напыщенный, а в итоге оказывается у тебя нет никакого плана? Я что должна в одиночку сражаться с твоей бывшей? Это я что ли виновата в том, что она меня возненавидела?

– Вы не главы бандитских группировок, чтобы сражаться. И, поверь, у меня сейчас из-за всего этого намного больше проблем, чем у тебя. Мой отдел по связи с общественностью уже готовит для нас невероятную историю любви. Поэтому с этого момента ты от меня ни на шаг не отходишь.

Я лишь фыркаю на его слова.

– Мне придется переехать в другой город. А лучше на другую планету. Ты знаешь сколько подписчиков у твоей Мальцевой? Почти лям! Это значит что как минимум миллион человек просмотрело ее жалобный пост о том, как я увела у нее мужика. Господи, да за что мне это все?

Веет безнадегой.

Прикрываю веки, чтобы сосредоточиться на чем-то более приятном.

– Но ладно, я отдаю свою судьбу в твои руки. Все же ты прав – у тебя от этого больше проблем, чем у меня. Так что жду скорейшего урегулирования конфликта.

Вскоре мы сворачиваем с основной дороги. Впереди лес. Я немного напрягаюсь, я вообще-то не собиралась уезжать из города, но погрузившись в свои мысли пропустила момент, когда мы оказались на трассе.

– Куда ты меня везешь? – спрашиваю, оглядываясь по сторонам.

— Я владею СПА-комплексом, он расположен посреди соснового леса. Я отменил всю бронь на неделю, там будет спокойно и тихо.

— Спокойно и тихо, чтобы никто не посмел снова бросить в меня огрызок яблока? – взрываюсь я, потому что чувствую себя опозоренной. Не только на весь город, но и на всю страну.

Руслан хмыкает и качает головой.

— Здесь ты будешь в безопасности, — говорит Руслан, не отрывая взгляда от дороги. — Отдохнешь немного за мой счет, пока ситуация не разрешится.

Я смотрю на него, пытаясь понять, серьезно ли он. Что если у меня были бы свои планы? Или работа, например, с которой меня, между прочим, успешно уволили. По его же вине.

— Но я не могу... — начинаю, но Руслан перебивает меня.

— Ты можешь, и будешь. Здесь все предусмотрено для твоего комфорта. Персонал предупрежден о том, что у них сегодня ВИП-гость.

Автомобиль тормозит на парковке. Отель большой, за ним чуть дальше несколько шале для более уединенного отдыха.. Будь я в другой ситуации, обязательно включила бы камеру и сделала несколько фото, задержалась бы на улице и не менее часа провела бы на качелях.

— Приехали, – говорит Руслан, поворачиваясь ко мне лицом. Он окидывает меня мрачным взглядом, а я смотрю на него вызывающе. – Я усилил его охрану, поэтому можешь не переживать насчет репортеров и всяких зевак

— Благодарю за беспокойство, - произношу едко и дергаю ручку двери со своей стороны.

Я покидаю салон и в лицо сразу ударяет свежий воздух. Я делаю жадный вдох, потом исследую местность.

Красиво все же здесь. И наверняка дорого. Не знала что этот СПА-отель принадлежит Вольцеву. Он вроде как сеть заправок держит, если я правильно помню.

Я напрягаюсь, когда рука Руслана касается моей талии. Он подталкивает меня ко входу и я послушно захожу в гостиницу.

Наши тела плотно прижаты друг к другу, меня бросает в жар. Я ловлю на себе странный взгляд мужчины, он рассматривает меня, а потом резко отворачивается, словно я поймала его с поличным.

Нас встречает приветливый персонал и сразу же подбегает девушка в униформе с короткой юбкой и на высоких шпильках.

— Руслан, твои апартаменты готовы, - сладко говорит она и улыбается, обращаясь к нему слишком фривольно.

Девушка замечает как недвусмысленно Руслан прижимает меня к себе, и в ее глазах отражается искра ревности. Из того, как она обращается с мужчиной, становится очевидно, что их связь вышла за рамки обычных отношений между начальником и подчинённым.

Она окидывает меня недовольным взглядом с ног до головы. Она оценивает конкурентку, я делала вид, что занимаюсь тем же.

– А люкс для Вероники? – прерывает наши гляделки Руслан.

— Все готово, сейчас принесут ключи. Распорядиться насчет обеда?

Она смотрит исключительно на мужчину, полностью меня игнорируя.

Он переводит взгляд на меня, как бы спрашивая голодна ли я. Я отрицательно качаю головой.

– Аппетита нет, – натянуто улыбаюсь.

– Хорошо. Кристин, проведи Веронику в номер и покажи где что находится. У меня еще дела, я завтра вечером заскочу.

Потом поворачивается ко мне, окидывает меня придирчивым взглядом с ног до головы.

– Если что-то нужно будет из одежды или принадлежностей, попроси Кристину, она все организует.

Да, мне вообще-то очень много чего надо. У меня даже одежды нет. Но просить об этом Кристину я не собираюсь.

– Обязательно, – произношу зло и иду к лестнице. Слышу как позади меня стучат по полу каблуки Кристины.

В отеле тихо, нет ни одной живой души, кроме нас. Кристина прикладывает ключ-карту к одной из дверей и пропускает меня внутрь.

— Вот твой номер, – смотрит на меня высокомерно, словно она здесь хозяйка, а не Руслан.

– Благодарю, – бросаю небрежно и прохожу внутрь.

– Весь комплекс к твоим услугам, – обращается ко мне фамильярно, не скрывает тот факт, что абсолютно не рада меня здесь видеть.

Я игнорирую ее слова и рассматриваю номер. Здесь красиво и уютно: большая деревянная кровать посередине, панорамное окно с собственной террасой и красивым видом на лес.

Я открываю дверь на террасу и вдыхаю свежий горный воздух.

Возвращаюсь в комнату и вижу, как Кристина стоит у двери, все еще ожидая моего внимания. Ее взгляд холоден, и я чувствую, как напряжение вновь возвращается.

— Если нужно будет что-то еще, звони на ресепшн. Мы работаем круглосуточно, — ее голос звучит механически, совершенно неискренне.

— Спасибо, — отвечаю я, стараясь звучать благодарно, хотя на душе не очень спокойно от осознания, что она будет моим основным контактом здесь.

Как только дверь за ней закрывается, я облегченно вздыхаю и снова подхожу к окну. Смотря на темнеющий лес, я чувствую себя как в заточении, хотя и в роскошном.

Достаю из сумочки телефон и мои брови удивленно взлетают вверх.

У меня сотни уведомлений в социальных сетях. И отчего-то я уверена, что это не к добру.

Открываю первое и охреневаю. По-другому и не скажешь.

Фанаты мальцевой напали на меня скопом. Под всеми моими фото множество ужасных комментариев и угроз. В личных сообщениях - тоже самое.

Я чувствую себя беспомощной.

Меня словно обплевали.

А все из-за чертовой суки, которая никак не угомонится.

Приходится удалить все свои фотографии из социальных сетей в страхе, что совсем скоро я не смогу даже в супермаркет выйти, потому что каждый посетитель будет тыкать в меня пальцем.

Когда приходит очередное мерзкое сообщение в мой адрес, я не выдерживаю.

Гнев поднимается изнутри, я решаю, что должна что-то сделать.

Показать какая на самом деле меркантильная лгунья эта Мальцева.

Губы растягиваются в улыбке.

Я уже знаю что делать.

Набираю видеографа.

– Привет, Паш, можешь скинуть мне материалы по сорвавшейся свадьбе Мальцевой? Утро невесты в отеле, окей?

– Конечно, без проблем. С тобой все в порядке? Все только и обсуждают этот скандал со свадьбой Вольцева.

– Все отлично. Ты главное поскорей сбрось мне все.

Отключаюсь, предвкушая новый поворот событий.

Дело в том, что ссора между Русланом и Вероникой началась во время видеосъемки утра невесты. Всех попросили выйти, одна из камер оставалась включенной на штативе в номере и точно должна была записать происходящее.

Так и есть.

Я вырезаю кусок, где Мальцева требует у Вольцева яхту, а потом отказывается от свадьбы. Решаю заблюрить картинку, чтобы никто не понял, что это произошло в день свадьбы. Иначе подставлю себя, выдав тем самым, что являюсь бледной заменой Вероники, которую заставили выйти замуж за Руслана.

Гружу видео, отмечаю Мальцеву и несколько каналов, которые любят у себя публиковать всякие сплетни.

Текст под постом пишу не задумываясь: “На самом деле Вероника Мальцева сама бросила Руслана Вольцева незадолго до свадьбы. Слишком уж сильно ей хотелось заполучить яхту, воспользовавшись деньгами и добротой жениха. Отношения между мной и Вольцевым завязались уже после их расставания, кто бы что не говорил. Доказательств предостаточно. Просто Мальцева ожидала, что Руслан бросится за ней с уговорами вернуться и осыплет подарками. Но вместо этого между мной и Русланом завязался роман и мы решили рискнуть, поженившись так быстро. А Мальцева не может смириться, что вместо нее Руслан выбрал другую, вот и придумала слезливую историю, ввела всех в заблуждение и очернила наши с Русланом имена. Перестаньте нападать на меня, жертва здесь точно не Вероника Мальцева”

Коротко и по делу.

Уже спустя час это видео набирает пятьсот тысяч просмотров, а люди разделяются на два лагеря.

У Мальцевой начались массовые отписки, что не могло не радовать.

Я бросаю на кровать телефон и улыбаюсь, довольная собой.

Так намного лучше.

Но мое хорошее настроение быстро исчезает, когда в номер ко мне влетает Кристина и передает телефон.

– Это Руслан.

Я с недоумением смотрю на смартфон последней модели.

Подношу трубку к уху.

– Алло?

– Это ты сделала? – голос Руслана звучит гневно и резко. Он не дает мне и слова сказать. – Я же просил тебя сидеть тихо и ничего не предпринимать. Ждать, пока мои люди разберутся.

Мое сердце пропускает удар.

Его упрек больно ранит. А еще злит.

– Ты меня слышишь? – его голос еще громче, и я сжимаю телефон так крепко, что костяшки побелели.

– Да, я слышу, – выдавливаю из себя, пытаясь сдержать гнев. – Но я не могла просто сидеть, сложа руки, пока они...

– Ты ничего не понимаешь, Вероника! – перебивает он меня. – Тебе нужно было всего несколько дней посидеть за городом и насладится комфортом.

Я взрываюсь. Не могу больше сдерживаться.

– Ничего не понимаю? Ты вообще в курсе, что меня из-за этого уволили? Мальцева была подругой владелицы свадебного агентства, и та сделала так, чтобы меня больше ни в одну компанию связанную с этим бизнесом не взяли! Это меня обсуждают везде, и это перед моим домом собрались фанаты твоей психованной невесты! – мой голос дрожит от злости.

– Успокойся, – говорит он, но я уже не слушаю.

– Я понимаю больше, чем ты думаешь, Руслан. И я устала от этого. У меня была прекрасная жизнь, пока я не встретила тебя. Я не сделала ничего плохого. Просто защитила себя как могла, – мои слова обрываются, я пытаюсь сдержать слезы.

На мгновение наступает тишина. Я дышу тяжело, чувствуя, как гнев постепенно уходит, оставляя после себя только усталость и обиду.

– Вероника... – начинает он совсем другим тоном, но я не хочу слушать.

– Я хочу побыть одна, – быстро говорю и отключаюсь.

Возвращаю Кристине телефон, едва сдерживая слезы. Уверена, ей только в радость наша с Русланом ссора.

Она хмыкает, разворачивается на каблуках и уходит.

Мне очень страшно, что об этом узнает мой отец.

Он будет волноваться за меня.

А еще мне стыдно перед ним.

Мне нужно ему позвонить и объяснить все первой, но не хватает смелости.

Я смотрю на экран телефона, и моё сердце бьётся, как сумасшедшее.

"Может хоть сообщение написать?" — спрашиваю себя, не в силах принять решение.

Мои пальцы замирают над именем отца. Сплетни о том, что я увела жениха у Мальцевой, как туман, окутывают мой разум. Что если слухи уже достигли его ушей?

Я боюсь. Боюсь разочарования в его голосе.

Глубокий вдох. Выдох. "Делай это," — уговариваю себя. Но мой палец так и не находит силы нажать на вызов. Внутри всё сжимается от мысли о предстоящем разговоре.

"Может, завтра," — убеждаю себя, отбрасывая в сторону телефон.

Если бы он что-то знал, обязательно позвонил бы первым.

Какое-то время я лежу на кровати и таращусь в потолок и сама не замечаю как засыпаю, а просыпаюсь на рассвете.

Выхожу на террасу и воздух наполняет легкие прохладой, кажется, забирает с собой все напряжение и беспокойство. Я ощущаю, как мое тело постепенно расслабляется, несмотря на весь хаос последних дней.

Вдруг мое внимание привлекает вид бассейна за окном. "Почему бы и нет?" — думаю я. Это отличный способ расслабиться и отвлечься от неприятных мыслей.

Я звоню Кристине и прошу принести мне купальник. Она недовольно бурчит что-то, но уже через пятнадцать минут дверь открывается и в номер заходят несколько девушек из обслуживающего персонала.

Одна закатывает тележку с завтраком, вторая вносит несколько пакетов с логотипами известных брендов. Рядом кладут купальник, который обычно дают бесплатно посетителям отеля.

– Это от Руслана, – вслед за прислугой бесцеремонно входит Кристина и всем своим видом выражает высокомерие.

Она окидывает меня недовольным взглядом с ног до головы. Мы так и застыли посреди комнаты друг напротив друга враждебно пялясь друг на друга. Девушка уходит только после того, как официантка заканчивает сервировать стол.

Кофе, салат, яичница и круассаны – отличный завтрак после того, как я за вчера почти ничего не ела от нервов.

Я быстро ем и для бодрости выпиваю кофе, а спустя несколько минут я уже окунаюсь в прохладную воду.

Вода успокаивает, мои мысли становятся яснее, и я начинаю наслаждаться моментом. Но внезапно моя идиллия нарушается.

— Не слишком рано для бассейна? — голос Руслана заставляет меня подскочить в воде. Я оборачиваюсь и вижу его стоящим у края бассейна, в руках у него полотенце.

Я замираю, не зная, как реагировать на его появление. Он сказал, что будет вечером, поэтому я никак не ожидала увидеть его с самого утра.

Его появление сбивает меня с толку. Я все еще злюсь на него.

— Я думала, ты очень занят улаживанием наших общих проблем, — выдавливаю я, пытаясь скрыть раздражение.

— Дела могут подождать, — Руслан улыбается и садится на край, опуская руки в воду. — Как водичка?

— Прохладная, но приятная, — отвечаю, чувствуя, как внутри снова все переворачивается. Не от холода воды, а от его внезапного присутствия.

Несмотря на присутствие на мне купальника, чувствую себя обнаженной под его взглядом. Не вовремя в голове всплывают картинки того, как он ласкал меня, как я кончала под ним. Соски твердеют, а между ног становится горячо.

— Хочешь составлю компанию? — спрашивает он, заставляя меня подавиться воздухом.

Я колеблюсь. С одной стороны, его компания последнее, чего я хочу сейчас, учитывая все обстоятельства. Но с другой стороны, что-то в его взгляде заставляет меня хотеть забыть обо всем на свете и просто наслаждаться моментом с таким мужчиной, как он.

— Думаю, не стоит, — наконец говорю я, пытаясь сохранить нейтральный тон. Все же я до сих пор безумно злюсь на него. И обижаюсь.

Руслан кивает, не настаивая, но его взгляд остается на мне, пока я плаваю. И хотя я стараюсь казаться равнодушной, внутри я понимаю, что слишком взволнована его внезапным присутствием.

Трусики почти ничего не скрывают, верх от купальника подчеркивает мою полную грудь и выставляет ее на показ.

Пожалуй, следует завязывать с бассейном.

Я поднимаюсь по ступенькам и мне на плечи тут же ложится мягкое полотенце.

– Спасибо, – благодарю неискренне. – Так зачем приехал?

Он мнется несколько секунд, смотрит в даль задумчиво.

– На самом деле хотел с тобой поговорить. Так как все это дерьмо выплыло наружу, нужно поменять кое-какие правила в наших с тобой отношениях.

– Не думаю, что между нами вообще есть какие-то отношения, – отвечаю едко, обматываю вокруг груди полотенце и направляюсь к входу в отель.

Руслан следует за мной.

– Мы теперь повязаны, нравится тебе это или нет. Сегодня днем выйдет официальное опровержение всего того, что наболтала Вероника. Для всех мы теперь официально пара, поэтому тебе придется отыграть эту роль до конца.

– Я не актриса. Я свадебный организатор, – произношу на ходу, не оборачиваясь к Вольцеву. – Ты обещал, что мы больше не увидимся. Так что будь добр, сдержи свое обещание.

– Ты сама поспособствовала тому, чтобы наша связь продолжилась. Не стоило писать тот пост.

Я резко останавливаюсь и разворачиваюсь на пятках. Гневно смотрю на Руслана.

– Послушай, – тычу пальцем ему в грудь, – я тебе ничего не должна. И не хочу вообще иметь с тобой никаких дел.

Он перехватывает мою руку, дергает меня на себя и мы оказывается слишком близко друг к другу. Наши тела прикасаются. Мое дыхание сбивается, когда смотрю ему в глаза.

– Всего одно одолжение, Вероника, – его голос становится мягче, он словно искушает меня. – Я обеспечу тебя всем. Ты даже получишь хорошую должность в моей компании. Поверь, наличие в резюме должности в “ОйлСити” сделает из тебя востребованного сотрудником в любой компании.

Звучит заманчиво.

Но.

– Я хочу обратно свою жизнь. Без тебя. Можешь обеспечить это? Буду очень благодарна.

И, вырвав свою руку из его захвата, сбегаю подальше от этих красивых выразительных глаз.

Мне не сидится на месте.

Я то подхожу к окну и выглядываю во двор, то возвращаюсь на кровать и лежу, пялясь в потолок.

Руслан до сих пор не пришел.

Нет, я знаю что наотрез отказалась от его предложения, но он ведь должен был попробовать меня уговорить, а не исчезать вот так.

Не удивлюсь, если сейчас где-то в номере с Кристиной развлекается.

А должен был меня умолять согласиться работать на него. Компенсировать все то, что я из-за него потеряла!

Трудно признаться, но он прав. Стать сотрудником его компании - равносильно открыть дверь в мир перспектив. И хоть я безумно обожаю заниматься организацией свадеб, хочется чего-то более серьезного. Большего. Потому что я способна не только цветы для оформления банкетного зала подобрать.

Не выдерживаю, собираюсь пойти на поиски новоиспеченного муженька, но застываю посреди номера с телефоном в руках.

На экране высвечивается “Папа”.

Сердце пропускает удар.

Становится страшно.

Он обо всем узнал?

Собираюсь с духом чтобы ответить.

Жму принять вызов и жмурюсь, ожидая гневной тирады от отца, но вместо этого слышу спокойное:

– Никусь, привет, а ты где? Я стучу в дверь стучу, а никто не открывает.

Я выдыхаю.

– Пап, я не дома сейчас.

– Только не говори, что снова в свой выходной работаешь.

– Нет-нет, за город уехала. Отдохнуть на пару дней.

– Вот как, – произносит задумчиво. – А я на даче был, овощей привез тебе, картошечки. Я тогда своим ключом квартиру открою и оставлю все.

– Па-а-ап, – протягиваю, – ну зачем ты снова тяжести такие таскаешь? У меня же супермаркет под домом, там все купить могу.

– Не выдумывай. Тем более у тебя на машину кредит еще не выплачен, нужно экономить.

Хочу сказать, что на овощах не много-то сэкономишь, особенно учитывая как часто я дома ем, но не хочу расстраивать отца. Я и так уже провинилась.

– Спасибо, пап. Мне нужно бежать, у меня тут СПА процедуры и все такое. Позвоню тебе как домой вернусь.

– Хорошо, дочь. Держи меня в курсе, если что нужно – сразу же звони. Папа примчится на помощь, ты же знаешь.

– Спасибо.

Скомкано прощаюсь и отключаюсь.

Аж от сердца отлегло, что отец не в курсе последних новостей.

Решительно выхожу из номера и спускаюсь на первый этаж, понятия не имея где искать Вольцева.

Но искать его не приходится.

Он в фойе отеля. Сидит с ноутом в кресле, пьет кофе и работает.

При моем появлении отрывается от экрана, проходится по мне взглядом, усмехается каким-то своим мыслям. Откладывает в сторону ноутбук. Произносит с нотками сарказма:

– Вижу, ты наконец-то созрела на разговор.

– Успокоилась, ты хотел сказать? – тоже не сдерживаю себя, отвечаю колко.

Иду к нему, устраиваюсь в кресло напротив.

– Думаю, я имею право выразить свои эмоции.

– Что ж, так и быть, можешь выражать их, – усмехается он. Его забавляет это все.

Но когда перехожу к главному, он сразу же теряет беззаботность и становится серьезным.

– Твое предложение с работой очень заманчиво. Особенно учитывая то, что я вряд ли смогу устроиться даже в самое убогое свадебное агентство.

– Но? – он приподнимает бровь, ждет моих аргументов против.

– Но если ты устроишь меня к себе, ко мне будет повышенное внимание. За моей спиной будут сплетничать и разносить слухи. Одни будут давать мне поблажки и угождать, другие – упрекать, что устроилась по-блату. А я хочу спокойно приходить на работу, отработать день и уйти домой со спокойной душей.

– Интересно. Обычно женщины связываются со мной, потому что не хотят работать. А ты наоборот.

– Не время для глупых замечаний, – раздражаюсь. – В общем, не мог бы ты просто помочь мне с работой, но не у себя в компании? – говорю вслух то, к чему пришла за эти несколько часов раздумий. – Все же ты стал причиной моего увольнения, а мне нужно за что-то жить.

Смотрю выжидающе на РУслана. Он расслабленно откидывается на спинку кресла, не отводит от меня изучающего взгляда.

Я жду.

Слишком долго, как по мне.

– Ты интересная девушка, Ника. Другая на твоем месте затребовала бы в компенсацию крупную сумму денег. А ты – хорошую должность.

И прежде чем я успеваю возразить и возмутится, Руслан предостерегающе взмахивает рукой и продолжает:

– Но кое в чем ты не права. Во-первых, любое свадебное агентство заберет тебя с руками и ногами. Жена Вольцева это как бесплатная рекламная компания для них. Во-вторых, в моей компании тебя никто не знает в лицо. Все свадебные фото были удалены, в твоих соцсетях нет ни одного снимка крупным планом, издалека лицо рассмотреть сложно. У нас разные фамилии в конце концов. Логично ведь, что если ты вышла за меня замуж, значит стала Вольцевой. Поэтому пока сама не захочешь афишировать свои отношения с генеральным директором – никто ни о чем не узнает. К тому же, кто вообще предположит, что моя жена вместо шопинга и СПА выбрала работу?

Я задумалась.

Аргументы Руслана убедительны.

Предложение – сомнительное, но заманчивое.

Ничего ведь не случится, если я соглашусь на это?

Мы ведь временно все равно в одной лодке. Повязаны, так сказать.

– Хорошо. В этом есть смысл. Когда я смогу приступить?

– Я попрошу отдел кадров устроить все как можно быстрее. Но есть еще кое-что.

Он делает паузу и я напрягаюсь. Предчувствую, это “кое-что” мне не понравится.

– Тебе придется временно пожить в моем доме. Пока не уляжется скандал вокруг нас. К тому же, таким образом ты всегда будешь у меня на виду.

– Нет, это уже слишком.

– Мне не нужно повторение истории с репортерами. Когда все уляжется, сможешь вернуться к себе.

– Нет, Руслан, прости, но этого в моих планах не было.

– А я и не спрашиваю твоего мнения, Ника, это уже решено.

И на этом он ставит точку в разговоре. Поднимается, давая понять, что я свободна.

Я вскипаю.

Но стараюсь держать себя в руках.

– Подожди. У меня тоже будет несколько условий, – решительно произношу ему в спину.

Он медленно поворачивается ко мне, его бровь ползет вверх. В глазах – насмешка.

– Никаких публичных измен, пожалуйста. Если хочешь кого-то трахать – делай это тайно. Рано или поздно мои друзья и родные обо всем узнают и я не хочу, чтобы меня жалели из-за измен мужа.

– Это очень легко исполнить, Ника. Особенно, если ты станешь моей любовницей. Будет очень удобно, не думаешь? Тем более прошлый раз понравился нам обоим.

– Мечтай, – бросаю раздраженно и сбегаю под звуки смеха Руслана.

Руслан отвозит меня домой поздно ночью. Прошло уже пять дней с тех пор как мой дом окружили репортеры. Сегодня здесь никого нет. По словам Вольцева уже два дня как никто не пытается выследить меня здесь.

В квартире тихо. Словно я отсюда и не уходила.

Заглядываю в холодильник, бесцельно брожу по комнатам и складываю вещи. Не по себе как-то от всего происходящего.

Руслан сказал, чтобы завтра я приехала в офис. Меня оформят на должность в отделе маркетинга, они давно ищут помощника в команду. Я подхожу. По словам Вольцева. Не знаю с чего он это взял. Просматривал мои портфолио по оформлению свадеб? Но это ведь далеко от того, что мне придется делать.

Первый рабочий день в новом офисе всегда пугает, но когда офис принадлежит "ОйлСити", одной из самых крупных компаний в стране, волнение перерастает в настоящий трепет.

Я едва переступаю порог здания, как сразу же останавливаюсь, впитывая в себя величие внутреннего пространства. Всё здесь буквально кричти о роскоши и успехе.

– Вероника? – меня вырывает из задумчивости голос.

Передо мной стоит мужчина в безупречном костюме, улыбается уголками губ, изображая вежливость. .

– Я Максим, помощник руководителя. Добро пожаловать в команду.

Мы поднимаемся на пятый этаж. Максим ведет меня через ряды рабочих столов, где сидят люди, поглощенные своими мониторами. Никто не поднимает головы, когда мы проходим мимо, но я чувствую на себе их любопытные взгляды, которые они бросают на меня тайком.

– Вот ваш стол, – Максим указывает на рабочее место у окна с потрясающим видом на город. – Я оставлю вас, чтобы вы могли устроиться. Если возникнут вопросы – мое рабочее место вон там, – он махнул рукой в сторону стеклянной перегородки. – Янина ознакомит вас с рабочим процессом и будет давать задания первое время, пока вы не освоитесь и не сможете браться за проекты самостоятельно.

Садясь за стол, я быстро осматриваю рабочее место: современный компьютер, стопка папок, набор канцелярии. Запускаю компьютер и начинаю разбираться в задачах.

Мои коллеги прожигают меня любопытными взглядами, никто не приходит знакомиться или предлагать помощь. Я погружаюсь в работу, стараясь не обращать внимание на их холодность.

Время летит незаметно. Погрузившись в работу, я не замечаю, как пролетает день. Но потребность в перерыве заставляет меня встать и направиться в уборную.

Войдя в кабинку я замираю, услышав по ту сторону негромкие голоса вошедших за мной девушек. Они меня не видели, поэтому смело обсуждают мое появление в офисе.

– Ну конечно, она же явно чья-то любовница. Без опыта в нашей сфере, а занимает такую позицию, – язвительно произносит один из голосов.

– Да, ведь на это место уже была назначена Анна, но внезапно пришло распоряжение сверху и все изменилось, – поддакивает другая девушка.

– Откуда ты об этом знаешь?

– Я же дружу с Линой из отдела кадров. Вот она мне и все рассказала. Так что эта Вероника явно в свободное от работы время раздвигает перед кем-то ноги. Вот увидите, мы за нее все будем доделывать.

– Не говорите глупостей, – резко прерывает разговор более мягкий голос. – Вероника здесь потому, что не менее квалифицированный сотрудник, чем Анна. Дайте ей шанс доказать это.

Они уходят, не замечая моего присутствия. Стоя в кабинке, я чувствую, как мое сердце сжимается от этих слов.

Я не могу их винить. Потому что они правы. Я действительно здесь из-за связей. С генеральным директором. Господи, а что будет если они вдруг узнают о том, что я его “жена”?

Настроение испорчено. Похоже, работа в коллективе это не мое. А ведь это только первый рабочий день.

А еще мне жаль эту Анну. Она ведь, наверное, рассчитывала на это место.

Разочарованная, я медленно выхожу и направляюсь в наш кабинет.

До конца рабочего дня тайком рассматриваю девочек из нашего отдела, прислушиваюсь к их голосам, пытаясь узнать тех, кто сплетничал обо мне в уборной.

Ровно в шесть на мой телефон прилетает сообщение. "Жду на парковке. Отказ не принимается."

Вольцев. Что ему еще от меня нужно?

Раздраженная, я беру свою сумочку, прощаюсь со всеми и спускаюсь в паркинг.

Мне сигналит припаркованная недалеко машина. Я оглядываюсь по сторонам нет ли поблизости никого, и только тогда подхожу к тонированному джипу.

Задняя дверца открывается. Я глубоко вздыхаю и забираюсь внутрь.

Как только я закрываю дверцу, сразу же встречаюсь с пронзительным взглядом Руслана.

Он выглядит как всегда невозмутимо и уверенно. Одет в дорогущий темно-серый костюм, который идеально сидит на его высоком и стройном теле. Его белая рубашка застегнута на все пуговицы, а галстук с тонкой серебристой полосой добавляет образу элегантности.

– Как прошел твой первый день? Всем довольна? – его голос спокойный, вопрос больше напоминает простую вежливость, чем искреннюю заботу.

На его коленях лежит папка с документами, которые он, видимо, просматривал в ожидании меня.

Я нахмурилась, пытаясь сдержать волну раздражения.

– Ты явно позвал меня не за этим. Что ты хочешь, Руслан? Кажется, мы договорились о том, чтобы свести наши контакты до минимума.

Он ненадолго задерживает взгляд на моих ногах, обтянутыми капроном, прежде чем ответить.

– С сегодняшнего дня ты будешь жить со мной. Это не обсуждается. Мне нужны гарантии, что моя репутация не пострадает.

– Нет, так не пойдет, – твердо произнесла я и рванулась к двери.

Но моя попытка напрасна. Руслан мгновенно хватает меня за руку, тянет на себя, и я неуклюже падаю на его грудь.

Мир вокруг на мгновение померк, когда я вдохнула его знакомый, пьянящий запах. Голова закружилась, а сердце забилось в ускоренном ритме.

– Пожалуйста, отпусти меня, – тихо шепчу я, но он не слушается.

Его рука медленно скользнула по моей ноге вверх, вызывая мурашки по всему телу. Мое дыхание стало прерывистым, каждое его прикосновение только усиливало волнение внутри.

Пытаясь отстраниться, я толкаю его, но вместо этого его пальцы добрались до края моих трусиков. Он прижал меня к дверце машины, навис надо мной. Его рука начала ласкать меня прямо между ног.

Я затрепетала.

Мое сопротивление начало таять, как утренний туман под жарким солнцем.

Потому что мое тело хочет Руслана. Особенно после того, как знает какое удовольствие он может принести.

Но тут я вспоминаю – мы не одни. Взглянув на переднее сиденье, я увидела силуэт водителя, и мой разум вернулся к реальности.

– Руслан, прекрати, – произношу резче, на этот раз с большим упорством пытаюсь освободится от его настойчивости.

– Не беспокойся о нем, – шепчет мне на ухо. – Я могу поднять перегородку.

И как бы в доказательство своих слов жмет на кнопку и затемненное стекло поднимается вверх, отрезая нас от чужих глаз.

Я быстро собираю волю в кулак, бью его по ноге и выскальзываю из его объятий, давая понять, что мое “нет” означает именно это.