Замуж за монстра, или Любви все чудища покорны

* * *

— Госпожа Аврора Даль? Это вы?

— Она самая. Что будет угодно господину инспектору? — проговорила вежливо.

Руки на переднике покорно сложила.

Глазки – сама невинность.

Лёгкая улыбка на губах.

Но мужчину не проняло.

Чёрствый сухарь.

— Получите и распишитесь в повестке. Вас вызывает на приём первый министр межмировых миграционных дел.

Он достал из внутреннего кармана пиджака документ, сложенный вдвое. Протянул мне.

Осторожно и за самый край взяла бумажку двумя пальчиками, словно прикасалась к чему-то мерзкому.

Хотя, это и есть мерзость.

Разве гос. структуры радостные новости доставляют? Да ни шиша подобного!

Из другого кармана мужчина вынул свёрнутый в тубус другой документ и ручку-перо.

Развернул документ на моём столе, разгладил ладонью бумагу и протянул мне перо со словами:

— В конце списка ваше имя. Распишитесь в получении повестки.

Скривила губы и сказала:

— Погодите, сначала прочту, что здесь…

Развернула документ.

Прочла.

С силой стиснула лист в руках и поджала губы, ещё язык прикусила, чтобы ругательства не вырвались наружу.

Подняла гневный взгляд на инспектора, но его лицо выражало абсолютный пофигизм.

Снова уткнулась в текст и прочитала всё очень внимательно.

«Уважаемая госпожа Аврора Даль!

Министерство Межмировой Миграции в лице первого министра по делам переселенцев из других миров Оливера Ханса уведомляет вас о вызове в министерство на следующий день после получения повестки в час начала работы МММ.

Причина вызова – беседа о вашем дальнейшем проживании в мире Соуль.

Явка обязательна.

В случае неявки, на следующий день Вас доставят в принудительном порядке.

В личное дело будет занесена соответствующая запись.

С уважением, МММ».

С трудом удержалась от желания мгновенно разорвать белый гербовый лист и швырнуть обрывки в лицо невозмутимого инспектора.

* * *

— ЛИАМ —

— Мило-о-орд! Мне так жаль, но я вас не люблю! — старательно и душераздирающе рыдала моя несостоявшаяся невеста леди Эмилия Касс.

— Какое облегчение, леди, что вы меня не любите, — усмехнулся в ответ.

— Вы жестоки! — сильнее зарыдала леди.

Рыжеволосая девушка стояла на коленях в роскошном белом платье, расшитом жемчугами, кружевами, бантами и напоминала нелепое пирожное.

Её волосы цвета закатного солнца были уложены высоко и виртуозно.

Причёску леди можно было смело назвать странной вишенкой на взбитых сливках (несомненно, прокисших).

— Поймите, боюсь, я не сделаю вас счастливым! — стонала и выла она сквозь рыдания, заламывала руки.

— Скорее вы боитесь меня, — хмыкнул я и заложил руки за спину, качнулся на пятках.

Хотелось сказать что-то более грубое, но если честно, было просто лень сотрясать воздух.

Всё равно из-за грома своих рыданий, леди меня не услышит.

Вздохнул и взглянул на своего дворецкого.

Мой слуга взирал на рыдающую леди с ледяным спокойствием.

Ни один мускул не дёрнулся на его лице.

Во взгляде не было ни жалости, ни сочувствия.

Подобных невест я и мои слуги повидали предостаточно.

Я уже давно перестал ждать ту единственную, которая согласилась бы вступить со мной в брак, хотя бы из-за моего богатства.

Увы, дурная слава обо мне, приправленная самыми идиотскими ужасами шла впереди меня.

Юные, прекрасные девушки готовы были выбрать нищету и позор, нежели жить в сытости, достатке, но со мной под одной крышей.

Леди Касс подрагивающими пальчиками вытерла покрасневшие глаза, опухший нос и протянула ко мне руки в белых перчатках, словно собралась вознести молитву.

Она провыла жалобно:

— Я другого люблю! Будьте милосердны, не губите меня! Отпустите!

Я сделал шаг назад.

Не хотелось, чтобы это слезливо-сопливое существо прикоснулось к моему новому костюму.

Портной старался, из сил выбился, чтобы угодить мне и создать шедевр.

Негоже, чтобы «невеста» испортила своими жидкостями великолепную ткань.

Один жилет из шатуша чего стоит.

— Я вас и не держу, — произнёс равнодушно и кивнул ей на дверь. — Напомню, вы сами ко мне приехали, леди. Я вас насильно замуж не звал.

Леди, очевидно, надоело сидеть на коленях, изображать жертву.

Она резво вскочила на ноги, некрасиво приподняла верхнюю губу, отчего стала напоминать крыску, топнула ножкой и истерично выпалила:

— Мои братья за меня решили мою судьбу! Это они написали вам! Они устроили этот кошмар! А я не хочу за вас замуж! Не хочу! Вы… Вы… Вы мне отвратительны!

Вот оно. Каждый раз одно и то же.

Пожал плечами и сказал:

— Вы тоже не блещите красотой, леди. Особенно, когда катаете истерику.

Она открыла рот и едва не задохнулась от возмущения.

Я не позволил ей вставить и слова.

Сказал зловещим тоном:

— Даю вам сутки, чтобы покинуть моё поместье, леди Касс. По истечению этого времени я выпущу зверя. Знаете, он так сильно любит лакомиться капризными и громкими девушками, как вы. Вы ему идеально подходите.

Вдобавок одарил девушку своим самым злым оскалом из своего арсенала, отчего леди передёрнула плечами, затем приложила ручку ко лбу и свалилась в обморок.

Точнее, это была имитация обморока.

Так сказать, выгодный и принятый в высшем обществе приём «терять сознание», когда нечего сказать в ответ.

Одно не предусмотрела леди.

Ловить её никто не собирался.

Ни дворецкий, ни я даже не дёрнулись, чтобы подхватить Эмилию.

Леди Касс не ожидала подобного.

Очевидно, она привыкла, что на её обмороки тут же находится три-четыре пары мужских рук, готовых поймать прелестницу, прижать к сильной груди. Утешить.

Я – другой случай.

— Леди, вы крайне неуклюжи. Неужели вас плохо обучили манерам? — нахально произнёс, даже не думая подходить к стонущей Эмилии.

Она приподнялась на локтях и, глядя на меня снизу вверх обиженным, одновременно злым тоном прошипела:

— Вы – монстр! Чудовище! Вас никто и никогда не полюбит! Так и помрёте злым, страшным и одиноким! И никто не придёт на ваши похороны!

Я коротко рассмеялся и спросил своего дворецкого:

— Сэм, если я сдохну раньше тебя, явишься на мои похороны?

Сэмюэл кивнул и ответил:

— Милорд, можете не сомневаться. На ваши похороны обязательно приду. Более того, даже всё организую.

— Ну вот, а вы говорите… — хмыкнул я.

Леди поднялась на ноги. Оттряхнула и поправила нелепое, совершенно немодное свадебное платье и произнесла:

— Вы оскорбили мои чувства, милорд. Вы напугали меня. Я требую, чтобы вы оплатили мне дорогу из вашего ужасного поместья обратно в столицу. И моральные издержки не забудьте.

Отлично, перешли к торгу.

— Сэм, организуй всё, да побыстрее. Желаю, чтобы к полудню от леди не осталось и следа.

Леди побледнела. Кажется, она подумала о самом плохом исходе.

— Выплати леди компенсацию за причинённые неудобства, — добавил следом.

Взмахнул рукой, щёлкнул пальцами…

Проклятье.

Правая рука стала когтистой, мохнатой лапой.

Зверь злился и желал выбраться, хотел взять контроль.

Эмилия, когда увидела изменившуюся руку, открыла свой ротик и завизжала.

Мой чуткий слух едва не пострадал от жуткого, просто отвратительного женского визга.

Поморщился и тут же из моей груди вырвался звериный, полный злого металла рык.

Своим визгом девушка раззадорила кровожадного зверя.

Волк внутри поднялся на лапы, оскалился, громче зарычал.

Эмилия перешла на самую высокую ноту.

Потом она спохватилась, резво подхватила подол платья и высоко поднимая коленки, на хорошей скорости помчалась на выход.

Я удивлённо взглянул на свою мощную, жилистую лапу и пожал плечами.

Рычать прекратил.

— Подумаешь, всего лишь лапа, да когти, — усмехнулся горько.

— Далеко убежит ваша леди, — заметил дворецкий. — В лесу заблудится.

— Она не моя леди, Сэм. И отправь за ней слуг, — распорядился я. — Проводите её до границы моих владений. Служанок и её чемоданы не забудьте.

— Повозку им дать или своим ходом девушек отправить? — на полном серьёзе поинтересовался дворецкий.

Я на мгновение задумался. Тряхнул головой.

— Полагаю, моя биография итак пополнится новыми жуткими слухами. Не стоит дополнять их ещё моей негостеприимностью. Доставьте девушку в целости и сохранности. Передайте братьям из рук в руки.

— Письмо лордам напишите?

Я раздражённо вздохнул и мотнул головой.

— Обойдутся. Леди братьям сама всё объяснит.

— Как прикажете, милорд, — поклонился Сэм и отправился выполнять мои поручения.

Я повёл плечами, хрустнул шеей.

Волк рвался наружу, желал захватить контроль.

— Сиди смирно, — приказал своему зверю и отправился в тренировочный зал.

Бой на мечах с деревянными столбами усмиряли злость и звериную сущность.

Только сначала переодеться.

Новый свадебный костюм в очередной раз не пригодился.

Зато выгулял новые ботинки.

* * *

Чтобы не потерять историю, добавляйте книгу в библиотеку!

Подписывайтесь на мой профиль, будете получать все мои новости:

* * *

— АВРОРА —

Кто-нибудь из вас любит или уважает, или хотя бы терпим к представителям закона?

Лично я их на дух не выношу.

В своём прошлом мире на Земле меня буквально передёргивало, когда приходилось иметь дело с дядьками в погонах.

Уже три года живу в новом мире.

В прекрасном, чудесном, просто идеальном мире Соуль. Поселилась в столице Флавест королевства Альба.

Всё здесь как надо, всё устраивает, только есть одно «но».

Когда в твою цветочную лавку заявляется грозный, недовольный представитель министерства межмировой миграции – добра не жди.

Эти грозные дядьки мне всю кровь выпили, когда я получала Альбанское гражданство и привязку собственно к миру.

Короче, чтобы легально на Соуле жить, работать, планы строить, семью планировать, сначала нужно пройти все круги Ада Данте в Министерстве Межмировой Миграции, сокращённо МММ.

Кстати, сия организация находится исключительно в королевстве Альба.

И вот, стиснув зубы, задвинув гордость, куда подальше, я весь тот Ад прошла.

Документы получила.

Привязку к биополю мира Соуль маги мне сделали.

В картотеку меня внесли и выпустили в мир на все четыре стороны.

Даже стартовый капитал выдали. Небольшой, конечно, но с чего-то ведь нужно было начинать?

Более того, мне и жильё дали. Муниципальное. Целиком и полностью принадлежащее королевству, но с правом выкупа.

К счастью, мир спасать не надо было. Принцы и короли ко мне в очередь не становились. Академий магии мне заканчивать не пришлось, так как магии у меня нет. Вот и начала я обживаться.

Договорилась с купцами о доставке луковиц пионов, тюльпанов, лилий, семян редких цветов и начала делать первые шаги.

Где-то пришлось в долг брать под расписку, с кем-то услугами расплачивалась (в лавке поработать, дом у кого убрать, официанткой побегать и тому подобное). Сфера услуг обширна.

А по профессии я ботаник.

Но помимо этого ещё и договариваться умею. Оратор я хороший. И торговать могу на зависть любым купцам.

Обожаю цветы. А они любят меня.

На Земле я вывела несколько новых сортов роскошных пионов. Сорта более долгоиграющие в момент цветения.

Даже если срезать их, в воду поставить, скинут свои пышные юбки не на второй или третий день, а минимум через неделю. Вот так.

Как я попала в новый мир? Обязательно вам об этом расскажу, очень интересная история, только напомните, договорились?

А сейчас кратко, как я тут обжилась.

Когда у меня на руках появились семена, луковицы, взяла я в аренду небольшой кусок земли.

Правда, пришлось сначала обить пороги не одного местного гос. учреждения, чтобы получить десяток соток в аренду.

С землёй тут не всё так просто.

Вся земля принадлежит королевству.

Не считаются лишь земли аристократов. Всяких там графьёв, князьёв и прочей шушеры, которые в руках тяжелее золотой ложки ничего не держали. Ага, просто пообщалась уже с такими кренделями. Они считают, что пупы всего мира. Но это другая история.

Да и не все аристократы в королевстве мерзкие типы. Это я так, от общения с двумя кадрами теперь иногда говорю своё «фе».

Короче, о моих пирогах.

Купить землю на Альбе нельзя. Нужен титул. А так можно только брать в аренду.

И начинается новый поход в Ад Данте.

Но кто хоть раз обивал пороги всяких там служб, фондов, министерств и так далее по списку, ещё до появления МФЦ, тот знает, какие нужно иметь в запасе стальные нервы. А ещё полные пакеты съедобных взяток.

Наученная нашими, я сама не хуже въедливой блохи впилась в местных и получила-таки кусок земли.

Благодаря моему лёгкому характеру (я лишь иногда бываю злой фурией, а так всегда добрая и пушистая, но ножик с собой ношу, да), перезнакомилась с обоими кварталами, где теперь живу. Ещё и перезнакомила эти кварталы между собой.

С помощью новых знакомых за улыбку или услугу бытового характера построила несколько теплиц, вспахала землю (спасибо рукастым мужикам), посеяла цветы.

Взяла в аренду небольшую лавку.

Строения, кстати, можно как купить, так и арендовать и уже не обязательно у королевства.

Лавка принадлежит пекарю. Заработал он прилично и прикупил несколько пустующих строений. Думал расширяться, да дети пошли не по стопам отца, вот и пустуют лавки.

И одну лавочку он мне и сдал.

Пока мои цветы росли, я создавала в лавке уют.

Плотники, мастера по дереву, кузнецы помогли мне с вывеской, оборудованием – стеллажи, комод, рабочее место и так далее, и получилось намного дешевле, чем я покупала бы всё на стороне втридорога.

А по красоте и удобству и вовсе не сравнить с готовыми изделиями.

Как хорошо, что я живу в квартале мастеров.

При помощи магических подкормок, которые стоили как крыло самолёта (пришлось взять в долг, а что делать), вырастила шикарные цветы.

Вот и началась торговля. Пошёл у меня маленький бизнес очень маленькими шажками.

Но я ведь дитя прогресса.

Реклама через моих знакомых пошла резво.

Наняла в помощники болтающихся без дела троих пацанят и одну девчушку из приюта.

Девочку зовут Анетта. Парней Итан, Лукас и Алекс. Малышке десять лет, а парням десять, одиннадцать и двенадцать.

Нет, не думайте, в этом мире приюты достойные.

Дети не бродяжничают, не голодают. Одеты, обуты, сыты, учатся… Но, бывают вот такие, как мои помощники, которым скучно и они частенько убегают «по своим делам». Даже если стоит запрет.

Пекарь, кстати, их и посоветовал мне взять. Мол, ребята отличные, да не могут усидеть на месте, всё время из приюта уносятся прочь, едва занятия заканчиваются.

Я и договорилась с приютом (да, тут всё строго, везде и со всеми нужно договариваться, под запись и роспись, зато ничего не теряется, не забывается, и проблем потом нет).

Дети теперь при деле (интересном, кстати) и небольшую денежку получают. На чай им всегда дают.

Парнишки, с моей лёгкой руки приодетые в хороший костюм, теперь занимались доставкой букетов по всей столице.

Научила их как красиво и галантно доставлять цветы, и какие слова говорить госпожам и леди любых возрастов.

А если мужчина получатель, то тоже нужно доброе слово сказать, а при случае и поздравить, если к торжеству цветы. Вот так.

Ну а девчушка помогала мне букеты составлять, попутно её ботанике учила.

В общем, три года пролетели как один день.

Я уже влилась в ритм жизни, даже ухажёром обзавелась.

Охотник один ко мне уже три месяца как приходит, конфетами угощает, цветы мои скупает и мне же их дарит.

Красавец, весь из себя истинный воин, и все женщины по нему как одна сохнут.

Только слишком самовлюблённый он.

Зовут Гастон Ли.

Короче, я ещё не решила, нравится он мне, или не нравится.

Но моим помощникам Гастон точно не нравится. Анетта всегда ему в спину язык показывает и говорит, что от него всегда пахнет сладкими невкусными женскими духами.

Так, ладно… Это всё лирика.

И вот, явился в мою лавку представитель МММ, осмотрел помещение, понюхал букет лаванды, поморщился и наконец, обратился ко мне:

— Госпожа Аврора Даль? Это вы?

— Она самая. Что будет угодно господину инспектору? — проговорила вежливо.

Руки на передник покорно положила. Глазки – сама невинность. Лёгкая улыбка на губах. Но мужчину не проняло. Чёрствый сухарь.

— Получите и распишитесь в повестке. Вас вызывает на приём первый министр миграционных дел.

Он достал из внутреннего кармана пиджака документ, сложенный вдвое. Протянул мне.

Взяла бумажку двумя пальчиками, словно прикасалась к чему-то мерзкому.

Хотя, это и есть мерзость.

Разве гос. структуры радостные новости доставляют? Да ни шиша подобного!

Из другого кармана мужчина вынул свёрнутый в тубус другой документ и ручку-перо.

Развернул бумагу и протянул мне перо со словами:

— В конце списка напротив вашего имени распишитесь в получении.

Скривила губы и сказала:

— Погодите, сначала прочту, что здесь…

Развернула документ.

Прочла.

С силой стиснула лист в руках и поджала губы, ещё язык прикусила, чтобы ругательства не вырвались наружу.

Подняла гневный взгляд на инспектора, но его лицо выражало абсолютный пофигизм.

Снова уткнулась в текст и прочитала всё внимательно.

«Уважаемая госпожа Аврора Даль!

Министерство Межмировой Миграции в лице первого министра по делам переселенцев из других миров Оливера Ханса уведомляет вас о вызове на следующий день после получения повестки в час начала работы министерства.

Причина вызова – детальное обсуждение вашего дальнейшего проживание в мире Соуль.

Явка обязательна.

С уважением, МММ».

С трудом удержалась от желания мгновенно разорвать белый гербовый лист и швырнуть обрывки в лицо невозмутимого инспектора.

* * *

— АВРОРА —

— Дорогая, может быть, мы с тобой сходим? — волновалась за меня пожилая миссис Фиона Эллингтон, пухленькая и очень милая супруга пекаря, моя наставница в этом мире и городе, и подруга.

Она разлила по чашкам мятный чай, разрезала вишнёвый пирог и разложила по тарелкам.

Завтрак меня не радовал.

На сегодняшний день закрыла лавку, отпустила по своим делам помощников, благо заказов на сегодня нет.

Перед тем, как отправиться в МММ, оставила ключи и документы пожилой чете пекарей. Они ещё со вчера в курсе, что ко мне явился инспектор из министерства, будь они все там неладны.

— Право, Ава, тебе дали гражданство и привязку. В таком случае я не понимаю причину вызова. И крайне опасно соваться в МММ одной. Вдруг они захотят тебя прогнать из нашего мира обратно в твой? — негодующе заметил мистер Лоран Эллингтон.

И без того у меня нервы разыгрались, ещё они добавляют страху.

— Обратно никак, мой прошлый мир немагический, — напомнила друзьям и потёрла лицо, словно умылась. Потом длинно вздохнула и сказала сокрушённо: — Но они могут отправить меня в Серые пределы.

Миссис Эллингтон всплеснула руками, затем сделала глоток чаю и сказала:

— Но ты ведь не нарушала никаких правил. За что тебя в таком случае депортировать?

— Не знаю, Фиона, — покачала я головой. — Одно знаю, хорошего мне не скажут.

— Серые пределы… — тяжко повторил Лоран. — Место тоски и скорби. Не думаю, что тебя хотят депортировать. Может дело в аренде земли? Или министерство хочет сделать заказ на твои цветы?

Я скривилась и пробормотала:

— Цветы? Сам в это веришь?

Потом напомнила друзьям, процитировала строчку из повестки:

— «Причина вызова – детальное обсуждение вашего дальнейшего проживание в мире Соуль».

Лоран, чтобы не выругаться, отправил в рот почти весь кусок пирога, смачно его сжевал, и сделал щедрый глоток чая.

— Дорогая моя, а ты не смотрела поправки в законе о мигрантах? Может, поменялось что-то? — хмуро поинтересовалась Фиона.

— Если какие-то изменения и были, то их точно ещё не внесли в закон, — проговорила грустно и всё-таки сделала глоток ароматного чая.

Мятное волшебство согрело меня изнутри. А то со страху у меня внутри всё замерло, да замёрзло.

Ещё от волнения живот разнылся.

Не хватало заранее расстроенной притащиться в МММ, а потом бегать там с выпученными глазами в поисках туалета.

Если фекально оконфужусь, то точно меня выкинут из Соуля.

— Мы с тобой, — заявила Фиона и со стуком поставила чашку на блюдце. — Если тебя в чём-то обвинять вдруг начнут или приписывать непонятные качества, должны быть рядом те, кто тебя хорошо знает.

— Свидетели твоего благопристойного поведения, — закончил Лоран мысль своей супруги.

Улыбнулась друзьям и кивнула со словами:

— Что ж, возражать не стану. Поддержка лишней не будет. И если вдруг меня всё-таки выкинут в Серые пределы, хоть будет кому за лавкой присмотреть…

Я на мгновение умолкла, потом взяла за руку Фиону, Лорана, сжала их пальцы и с мольбой их попросила:

— Пообещайте, что не бросите мою лавку. Пусть она останется ребятам. Анетта, Итан, Лукас, Алекс, они сработались, любят это дело, пусть продолжат если захотят.

— Ох, милая, — всхлипнула Фиона и закивала. — Ну, конечно!

— Могла бы и не говорить, — вздохнул Лоран и обнял меня по-отечески, оставил на лбу поцелуй и сказал: — Не думай о плохом, Ава. Нет такой проблемы, которую нельзя решить. Узнаешь, в чём дело и сразу будем думать, что делать.

— Да-да, всё верно, — улыбнулась мне миссис Элингтон, погладила по плечу и добавила: — Пока ты жива, всё можно решить. Помни об этом.

Знаете, моральная поддержка – это уже половина успеха. Когда твой дух укреплён верой в лучшее, тебя не сломить.

Я столько прошла и прожила в этом чудесном мире, что уже чувствую себя его частью. Я не собираюсь его покидать.

Улыбнулась друзьям, всё-таки съела кусок пирога, допили мы чай и отправились в Министерство Межмировой Миграции.

Посмотрим, что уготовил мне первый министр.

* * *

— Знаете, друзья мои, какой бы ни был мир, или вселенная, всегда и везде есть очень схожие вещи. Например, что слуги народа протирают штаны не в скромных зданиях, а как минимум во дворцах, — произнесла с усмешкой. — Смотрю на это заведение уже не в первый раз, но мощь, размеры и внутренняя роскошность меня поражают.

— Это чтобы сразить нас наповал, — усмехнулся Лоран. — Вот увидела ты сию роскошь и поняла, что всё тут серьёзно. Злата и серебра сюда стекает много, ресурсы неограниченны…

— Вот это меня и пугает… — вздохнула тяжко.

— Мы с тобой, — мягко проговорила Фиона, а сама с ужасом взирала на здание МММ.

Так, Аврора, не трусим. Всё будет хорошо…

Вспомнила шутливую песенку с чёрным юмором.

«Всё хорошо, прекрасная маркиза… Всё хорошо! Не считая застрелившегося мужа, замка выгоревшего дотла, конюшни, сдохшей лошади… А в остальном, прекрасная маркиза,
Все хорошо, все хорошо!» *

Мы поднялись по лестнице и переступили порог Министерства Межмировой Миграции.

Пройти дальше всем вместе не удалось.

На проходной показала какой-то аморфной охране свои документы, повестку и меня пропустили и сказали, в какой кабинет пройти.

А вот семью Эллингтон не пустили!

— Личный приём по другим дням. Расписание на стене за вашей спиной, — совершенно равнодушным, каким-то замороженным тоном прогнусавил охранник и с хлопком закрыл журнал записи.

— Мы не на личный приём! Мы с ней! — указала на меня миссис Эллингтон. Протянула документы свои и мужа: — Вот, запишите нас и мы…

— Вас не вызывали, — монотонно проговорил мужчина, и с тоской посмотрел на время на часах над выходом из здания. Видать, уже мечтал скорее домой. А рабочий день только начался.

— Но мы пришли как свидетели. Мы хорошо знаем мисс Аврору, — озадачено сказал Лоран.

— Вас не вызывали, — повторил охранник и даже глазом не моргнул. Продолжил глядеть на часы.

Я сложила руки на груди и уставилась на мужчину. Он тупой?

— Они со мной, — сказала с нажимом.

— Их не вызывали.

Он, блин, издевается?

— А вы запишите, будто нас вызывали, — заговорщицки и с хитрой улыбкой проговорила Фиона. — Я потом вас булочками угощу и…

— Вас не вызывали, — повторил он и уже начал бесить.

— И какой есть вариант, чтобы нам пройти? — всплеснул руками Лоран и покраснел от возмущения. Но он всё ещё сдерживался, чтобы не нагрубить охране.

Охранник перестал гипнотизировать часы, перевёл взгляд на чету Эллингтон, полминуты усердно думал и выдал гениальное:

— Вы можете записаться на личный приём. Расписание на стене за вашей спиной. Сейчас пройти нельзя. Вас не вызывали.

М-да.

Я тоже поглядела на время и решила, что если не поспешу, то опоздаю.

— Так, Фиона, Лоран, похоже, вам никак не пройти. Может, подождёте меня во дворе у фонтана? А то мне уже бежать нужно…

Фиона расстроилась, но согласно кивнула и сказала:

— Удачи желать не стану. Примета плохая. Просто скажу: пусть всё будет хорошо.

— Во благо, Аврора, — добавил Лоран. Обнял супругу за плечи и они покинули МММ.

Осталась одна и почувствовала себя немного неуютно.

Расправила плечи и направилась на нужный этаж, в нужный кабинет…

В чёрном-чёрном коридоре был чёрный-чёрный кабинет. В этом чёрном-чёрном кабинете сидит чёртов первый министр. Как вытащит он из чёрного-чёрного ящика чёрного стола чёрную-чёрную бумагу и как рявкнет: «Аврора! Ты депортирована!»

С такими невесёлыми мыслями я поднималась на пятый этаж.

И коридор был вовсе не чёрным, а светлым, просторным.

И кабинеты тут такие роскошные, стильные, что короли могут рыдать от зависти.

Итак, табличка.

«Первый министр по делам переселенцев из других миров Оливер Ханс».

Вот он, вход в Ад.

Постучала из вежливости в полированную дверь, выполненную из дорогого дерева, и получила недовольный ответ:

— Входите!

Толкнула дверь и вошла.

Здесь было ещё лучше, чем у чиновников этажами ниже.

Да-да, в МММ я когда-то часто бывала. Это когда я обивала пороги их кабинетов и позволяла инспекторам вёдрами пить свою кровь и наматывать мои нервы как спагетти на их бюрократичность.

Несмотря на роскошную обстановку в кабинете первого министра по миграционным делам пахло бумагой, пылью и тем самым непередаваемым запахом, который сопровождает любую государственную контору.

Оливер Ханс.

Строгий мужчина в дорогом, но плохо сидящем костюме; с толстым носом картошкой; тонким, словно нитка, ртом; огромными навыкате водянистыми глазами; и тремя чёрными волосинками, которыми он пытался прикрыть блестящую лысину, взирал на вошедшую меня таким взглядом, будто я уже где-то успела перейти ему дорогу, и испортить настроение до конца его жизни.

______________________

* «Tout va très bien, Madame la Marquise», 1935 (Прим. Автора)

* * *

— АВРОРА —

— Здравствуйте, господин Ханс! — поздоровалась излишне бодро. — Я, Аврора Даль. Вы вызвали меня по поводу…

Но меня грубо перебили.

— Я в курсе для чего вас вызвал.

Мужчина откинулся в кресле и кивком головы указал мне на неудобное жёсткое кресло напротив его стола.

Пришлось опуститься на твёрдую поверхность и замереть, ожидая приговора, или что там придумал этот проклятый министр.

— Так-так-так… Аврора Даль… — проговорил он, открывая моё личное дело.

У меня даже глаза округлились.

Значит, всё настолько серьёзно?

Вон, даже папка с моим личным делом перед ним уже лежала.

— Цветочница, значит…

Я нервно сглотнула и сдавленно выдавила из себя:

— Д-да. Я люблю растения. А они отвечают мне… взаимностью… У меня лавка… цветов.

Я тут же заткнулась, так как мой взгляд наткнулся на стеллаж, где среди книг и пухлых папок, стояли два пузатых потрескавшихся и запылившихся горшка. В них лет сто назад засохли цветы. Наверное, это были красивые растения.

В общем, прелестно.

Этот Оливер Ханс мало того, что внешне неприятен, так он ещё и к цветам равнодушен.

Мужчина никак не отреагировал на мои слова.

Он долго вчитывался в строчки моего дела.

Что же там написано?

А вдруг там какие-то жалобы?

Надуманные доносы и прочая чушь?

Как тяжело просто сидеть и ждать объяснений!

Медленно текли секунды, ввергая меня в истинный кошмар ожидания.

Я сидела на жёстком, чертовски неудобном кресле и боялась даже шевельнуться.

И вдруг, министр неожиданно захлопнул папку с моим делом и небрежно отбросил его на приставной стол, заваленный кипой бумаг и папок.

От неожиданности и напряжения я вздрогнула, что не укрылось от мужчины. На его тонких губах заиграла нехорошая улыбочка.

Он сцепил толстые как сардельки пальцы в замок и, наконец, ввёл меня в курс дела:

— Итак, госпожа Даль. Дела такие. Наш король Его Величество Рональд Третий в тяжёлом состоянии. Лекари предрекают его скорейшую кончину.

От удивления я даже рот приоткрыла.

Я думала, мы будем мою судьбу обсуждать, а не монарха.

Так, стоп. А при чём тут умирающий король и я?

— Вижу, вы удивлены. О состоянии правителя корона не распространяется. Всё держится в строжайшем секрете и вы, прежде чем покинуть мой кабинет дадите клятву о неразглашении. Ясно?

— Э-э-э… Да.

— Хорошо. Итак, я буду предельно краток. Дела в свои руки взял его сын Ричард Первый. Его Высочество решил продолжить переговоры отца с одним несговорчивым графом. У графа земля богата теллурититом. Из него наша страна изготавливает оружие, причём самое наилучшее во всём мире. Соседний с нами мир охвачен войной с тёмными сущами, и они заключили с нами договор на поставку готового оружия из теллуритита. В наших интересах, чтобы тёмная субстанция была повержена, иначе начнёт захватывать и другие миры.

Я почесала правую бровь.

Пока до меня не доходила мысль, причём тут я? Самая обычная ботаничка?

Министр же продолжал вещать:

— По законам Альбы королевство не может просто взять и изъять земли графа, потому как они богаты нужными ему недрами. Есть два варианта, или даже три. Первый – граф добровольно отдаёт короне земли и ничего за них не получает. Но как оказалось, граф не отличается филонтропией. Второй вариант – корона арендует графские земли и выплачивает графу аренду единовременно раз в год за арендуемый год. Но этот вариант совершенно не устраивает корону. Добыча теллуритита дело затратное и хлопотное. И цена за теллуритит немалая. Аренда выходит крайне дорогой для короны.

У меня от предчувствия подставы и крупных неприятностей заныл живот.

— Есть ещё третий вариант, на который согласились и король, и граф, но который всё никак не реализуется.

— Только не говорите, что нужно принести меня в жертву. Сжечь, утопить, зарезать… — глухо пробормотала я.

Министр захлопал глазами, хохотнул, качнул головой.

Вынул из внутреннего кармана платок, утёр выступившие капли пота на висках и потом сказал:

— Нет, госпожа Даль, сжигать, топить, убивать и прочий бред к делу не относится.

— Тогда что? И какая роль отведена в этом деле лично мне? Я пока не понимаю… — проговорила озадачено и раздражённо.

— Дело вот в чём… — начал министр и умолк на мгновение. Одарил меня странным, пристальным, крайне неприятным для меня оценивающим взглядом.

Я выдержала его взгляд.

— Король и граф договорились о сделке. Король находит графу невесту. Граф женится и отдаёт земли короне. Скажем так, корона выступает в роли «отца» невесты. К сожалению, предыдущие невесты по разным причинам не смогли дойти до алтаря… Кто-то из дурочек сбежал, кто-то внезапно скончался и всё в таком духе.

И говорил об этом господин Ханс с таким пренебрежением, словно речь шла не о жизнях и судьбах девушек, а о чём-то неодушевлённом.

По спине моей пробежал гадкий холодок.

С силой стиснула в руках ткань юбки.

— И вы что же… хотите, чтобы я… — прошептала в ужасе.

Оливер Ханс тяжело поднялся со своего места, обошёл массивный стол и встал за моей спиной. Склонился к моему уху и произнёс:

— Его Высочество решил, что хватит издеваться над местными незамужними девушками. Раз графу всё равно, кто станет его супругой, его не волнуют ни титулы, ни благосостояние невесты, главное, чтобы она ранее не была замужем, была молодой и хотя бы симпатичной. И Ричард Первый подписал указ найти всех легализованных иномирянок и предложить, выйти замуж за очень богатого человека. За графа Лиама Найтмэра, хозяина прекраснейшего и богатейшего графства Роузтаун. Из всех иномирянок подходите лишь вы, госпожа Даль.

У меня дар речи исчез.

Я тупо пялилась на захламлённый стол министра и тупила.

Потом взяла себя в руки и глухим голосом поинтересовалась:

— А если я… не хочу замуж за вашего графа? Если я скажу «нет»?

Министр длинно и раздражённо вздохнул.

Вернулся в своё огромное, продавленное кресло. Опустился в него, снова сцепил пальцы в замок и только тогда ответил жёстко, резко, грубо:

— Если скажете «нет», тогда в течение трёх дней вы обязаны будете покинуть мир Соуль без права возвращения. Вы будете жить в Серых пределах, госпожа Даль. И никто не гарантирует, что вам снова повезёт и какой-то другой мир примет вас в свою колыбель.

Это был удар под дых.

Мне вдруг показалось, что воздух в кабинете министра стал тяжёлым — застоявшимся и неподвижным.

Мне отчаянно захотелось на свежий воздух.

Но я усилием воли заставила себя сидеть на месте, не дёргаться и выдержать это бредовое общение.

Я открыла было рот, чтобы возмутиться и крикнуть, что они не имеют права так со мной поступать!

Но всё же я являлась женщиной, не склонной к истерикам и драматизму. Взяла себя в руки.

— Можно мне воды? — попросила ослабевшим голосом.

Министр опустил ладонь на голубой шар, что стоял на его столе по правую руку и сказал:

— Графин прохладной воды ко мне. И один бокал.

Буквально через две минуты явился паренёк с серебряным подносом. На нём стоял запотевший графин с ледяной водой и высокий бокал.

Министр кивнул парню на меня и тот налил мне воды.

Одним глотком осушила бокал и попросила ещё.

Выпила почти весь графин, поблагодарила парня, которого министр тут же отпустил и только тогда сказала:

— Господин Ханс, но как же так? Я и документы получила, и привязку к биополю мне сделали. В картотеку меня внесли. Я не иномирянка, а полноправная жительница мира Соуль, верная подданная короля. И я на законных правах проживаю в королевстве Альба. Почему же тогда ко мне столь пренебрежительно отношение?

— Если вы считаете себя верной подданной, то посмотрите на ситуацию через призму служения короне. Считайте, что это личный приказ короля, госпожа Даль, — проговорил министр.

— Но это приказ не короля, а его сына. А он пока ещё принц, — стояла на своём.

— К огромному сожалению, Его Величество на днях отойдёт в мир иной, и трон займёт его сын. Потому считайте, что это приказ короля.

Я сделала глубокий вдох и шумный длинный выдох. Сжала переносицу и закрыла глаза.

— Что же делать?

Оказывается, этот вопрос задала вслух.

— Граф Найтмэр не стар, он очень богат. Ваша жизнь если и измениться, то лишь в лучшую сторону, — намекнул мне на радужные перспективы господин Ханс.

Я взглянула на мужчину и холодным тоном напомнила ему его же слова:

— Именно поэтому все потенциальные жёны графа сбежали из-под венца или погибли при странных обстоятельствах.

Он скривился и прищелкнул языком. Спросил:

— Ваше решение? Замуж? Или Серые пределы?

Я опешила и выдохнула сокрушённо:

— Я должна решить сейчас?!

— Да, госпожа Аврора Даль, вы должны покинуть мой кабинет либо с документом о депортации, либо с документом, где корона становится вашим представителем в деле о замужестве с графом Найтмэром.

Я вскочила и заходила по кабинету.

— Но я не могу вот так! Мне подумать нужно! — воскликнула возмущённо.

Я уверена, что выход можно найти. Но когда тебя припёрли к стенке, приставили нож к горлу, то какой к чертям, выход?

И самое поганое, я не удосужилась изучить местное законодательство, касающееся супружеских пар.

Мои друзья прекрасно живут, совет, да любовь царит в их доме. Но они простые люди. А вот что касается графьёв?

Что-то я сомневаюсь, что женщинам из высшего общества можно пользоваться свободой, как я сейчас.

Проклятье!

Министр постучал по столу, привлекая моё внимание.

— Ваше решение?

Всплеснула руками и буквально прорычала:

— Я хочу остаться в мире Соуль. Естественно, я согласна!

* * *

— АВРОРА —

Вышла я от министра в каком-то отупении.

В голове пульсировала кровь.

Я буквально слышала, как частит и бьётся на висках мой пульс.

Этот звук казался мне оглушительней раскатов грома.

В руке я с силой сжимала документ, предварительное соглашение с чёртовым министерством.

Кажется, там говорится, что я соглашаюсь стать супругой некого графа… Вылетело из головы его имя. Своё бы не забыть от шока.

Подписала я какие-то две бумажки и сейчас хоть тресните меня, хоть убейте меня, но я не вспомню текстовку, настолько меня выбила из колеи сложившаяся ситуация.

А министр, гад, хитёр!

Дезориентировал меня и воспользовался моим замешательством.

Уверена, дай он мне сутки, да хотя бы пару часов, я бы подумала, осмыслила сложившееся положение дел и что-то придумала бы!

Вот сто процентов нашла бы выход!

Но он, чёртов осёл, не дал мне такой возможности.

Ха! О, не-е-ет, Оливер Ханс кто угодно, но точно не осёл.

Это я, тупая ослица.

И вот с таким настроением я направлялась к своим друзьям.

Хотела скорее поделиться с ними информацией, узнать от них, что они знают об этом графе-имя-которого-я-не-помню, но пришлось прикусить язык, нацепить на морду лица маску а-ля «жизнь прекрасна» и «мне всё пофиг», потому как с ними ошивался весёлый до омерзения Гастон Ли.

И какого чёрта он тут забыл?

Да если и забыл, шёл бы мимо.

Мне сейчас не до улыбок и светского общения.

Чёрт.

Кажется, сегодня на моей улице перевернулся грузовик с навозом.

На площади у здания МММ, среди цветущих рододендронов, журчал огромный красивейший фонтан, и струи его били высоко-высоко, словно стремились пронзить синеву неба.

Фонтан орошал влажной мелкой пылью клумбы с цветами и проходящих близко прохожих.

И я была сейчас в таком убойном настроении, что мне вдруг захотелось утопить Гастона в этом прекрасном журчащем фонтане.

— Ох, Аврора, милая, тебя долго не было! — воскликнула обеспокоенно Фиона. — Всё в порядке?

Я с намёком подвигала бровями, в надежде, что ни она, ни её супруг не станут болтать при Гастоне.

И надеюсь, они не разболтали ему о повестке.

Но, судя по всему, что-то сболтнули. Да и сам Гастон не дурак. Он знает, что я из другого мира и получила здесь постоянный вид на жительство.

Естественно, просто так в министерство никто не ходит.

Не то это заведение.

Здесь не угощают чаем с булочками. Зато с щедростью могут угостить штрафом или вообще депортацией.

— Всё просто великолепно! Прекрасно! Божественно! Министр оказался тем ещё душкой! Всё мне разъяснил, объяснил! Я в полном порядке! Да-да! Правда-правда! — наигранно радостно ответила Фионе и затолкала проклятый документ в карман платья.

Фиона переглянулась с Лораном и оба нахмурились.

Подобное дебильное проявление эмоций мне не свойственно.

— Ава, точно всё хорошо? — с подозрением поинтересовался Лоран.

Стукнуть их что ли?

Неужели не понимают, что я не желаю рассказывать всё при Гастоне?!

Я подмигнула супругам, но, кажется, они решили, что у меня нервный тик. Но да ладно, зато промолчали. И то хлеб.

Гастон понаблюдал за моей мимикой и отчего-то он нашёл моё странное поведение очаровательным.

Мужчина поклонился, схватил мою всё ещё подрагивающую от нервного напряжения ручку, прижался к ней в смачном поцелуе и напыщенно поприветствовал меня:

— Прекраснейшая Аврора! Моя дорогая, вы свежи и нежны, как роса на лепестках жасмина поутру. Ваша улыбка окрыляет. А ваше платье… оно… оно, как оправа для самого изысканного драгоценного камня, только облагораживает вас. А вы и есть драгоценность, моя прекрасная…

Я нахмурила брови и забрала из крепкой хватки мужчины свою ладошку, после произнесла с прохладцей в голосе:

— Господин Ли, ваше сравнение весьма неуместно, так как я в курсе, что моё платье далеко от совершенства.

На встречу с министром я специально надела самое скромное и простое платье. Нет, оно не дешёвка, просто очень строгое. И если честно, его цвет меня совершенно не красил.

А если вспомнить, что я всю ночь проворочалась от переживаний и глаз не сомкнула, и с утра выглядела так, будто всю ночь пила и чёрте чем занималась, то сравнение меня с росой на жасмине – совершенная ложь.

И да, я знаю, что я – язва.

И да, знаю, что выгляжу сейчас неважно. Так что лучше бы он просто промолчал и шёл бы туда… куда шёл.

Но Гастон топать по своим делам не спешил.

Мужчина решил отнять у меня время, сделать мне нервы.

И вообще, сегодня он меня ужасно бесил!

Охотник улыбнулся широко, показывая мне крупные белоснежные зубы, как в рекламе сияющего фаянса и с пафосом произнёс, приложив руки к груди (своей):

— Моя наипрекраснейшая Аврора! Ваше платье подчёркивает цвет ваших глаз! Оно благородного оттенка нефрита и яшмы и…

Мне надоел этот романтичный бред, оборвала оду Гастона моему платью:

— А я думала, что моё простое платье обыкновенного зелёного цвета с коричневыми вставками. Но я благодарна вам, что вы находите его очаровательным.

Гастон потемнел лицом, поджал губы и раздул ноздри. Но сдержался. Лишь кивнул мне и уже нормальным тоном проговорил:

— Госпожа не в настроении? Аврора, вас кто-то обидел? Если так, то вам стоит лишь указать пальчиком на обидчика, и я тут же разберусь с ним.

Мелькнула мысль сказать, что обидел меня сыночек короля.

Но я вовремя прикусила язык.

Нельзя, ой, нельзя жаловаться на власть. Никогда нельзя, даже если сильно хочется.

— Не с той ноги встала, — ответила Гастону, скривив губы.

Убрала за ухо выбившуюся прядь волос и, сделав над собой усилие, мягко проговорила:

— Я сейчас очень спешу, у меня дела, то да сё…

Дотронулась до его руки, совсем чуть-чуть, лишь кончиками пальчиков задела, но мужчина словно солнце, просиял весь. Его улыбка чуть не ослепила меня.

И я проговорила осторожно:

— Вы бы зашли ко мне…

— Сегодня? На ужин? — обрадовался Гастон. — Обязательно! С удовольствием!

Нет уж. Решит ещё остаться и в постель ко мне забраться.

— …завтра с утра. На чашку чая.

С мышьяком.

Я отдёрнула ладонь и убрала руки за спину.

Всё, лимит моей вежливости на сегодня исчерпан.

Фиона и Лоран наблюдали за нашим общением и не вмешивались.

И самое главное, вопросов не задавали.

Кажется, поняли, что я не желаю распространяться о делах своих.

— Э-э-э… М-м-м… — озадаченно протянул-промычал Гастон и почесал макушку, явно туго соображая и не понимая, почему я не позвала его на ужин? — Ну-у-у, хорошо, Аврора. Чай, так чай. Я приду к вам утром.

Надеюсь, не в четыре утра.

— Угу. Буду ждать, — ответила вяло и тут же подхватила Фиону и Лорана под руки и потащила их скорее прочь от министерства. И от Гастона подальше тоже.

* * *

Лишь тогда, когда мы оказались в повозке Лорана, я шумно выдохнула, закрыла лицо руками и простонала в голос:

— Всё-ё-о-о пропа-а-ало-о-о!

Лоран выехал с парковки и направился в сторону дома.

Он промолчал. А вот Фиона мягко взяла меня за плечо, чуть сжала и спросила:

— Ава, милая моя, так что произошло? Что сказал министр?

Оторвала руки от лица, всхлипнула и глухо проговорила:

— Замуж меня выдают за какого-то козла с землями! Сказали, выбирай: или замуж, или в Серые пределы!

— За козла?! — рявкнул Лоран. — Он что, оборотень что ли?!

— Святые угодники! — ахнула Фиона. — Это что же делается-то!

— Нет, вы не поняли. Не за козла. Он человек, граф. А козёл, потому что… Ну потому что я не хочу замуж! Потому он и козёл! — дала кривое объяснение и снова всхлипнула. Не было у меня сил нормально объяснять.

Кажется, мне выпить надо и что-нибудь разбить.

Или кого-нибудь побить.

Эх, надо было Гастону вмазать. И сказать: просто ты меня сегодня бесишь.

В груди зарождались рыдания.

Достала из кармана смятый лист бумаги. Копия документа, который я подписала.

Развернула его и протянула Фионе.

— Вот, смотри...

Она вчиталась и выдохнула в ужасе:

— Аврора! Так тебя выдают за графа Найтмэра! Какой кошмар! Ох, девочка моя, он хуже, чем козёл!

* * *

Мы вернулись домой.

Лавку я на весь день решила оставить закрытой по техническим причинам.

Работать сейчас не было ни желания, ни сил.

— Итак, вы когда-нибудь слышали, чтобы девушку отдавала замуж сама корона? Да ещё за человека, который, как ты говоришь Фиона, страшнее самого кошмарного кошмара! — всплеснула я руками и едва не смахнула с полки вазу с махровыми хризантемами.

Вовремя удержала вазу и нервно выдохнула. Прикоснулась лбом к холодному стеклу и прикрыла глаза.

— Аврора, про этого графа так говорят, — неуверенно проговорила миссис Эллингтон.

Взглянула на Фиону и усмехнулась. В любом случае моё положение безрадостное.

— А ты больше эти глупые языки слушай. Лично я нахожу безобразным, когда обсуждают чужие жизни, да ещё и привирают, — проворчал мистер Эллингтон и заложил руки за спину, отчего его большой живот стал казаться ещё больше.

— Дорогой, это всё бесспорно, — прижала Фиона ладони к щекам, — но как быть с тем фактом, что эти сплетни касаются нашей милой Авроры? Это ведь ей замуж выходить за кошмарного человека!

Лоран лишь поджал губы и перевёл взгляд с супруги на меня.

Я улыбнулась друзьям, отлепилась от вазы с хризантемами и опустилась в кресло.

— Как сказал Вальтер Скотт: «Известно ведь, что язык сплетника ломает кости не хуже джеддартского жезла», — процитировала я земного классика. — Так, раз вариантов у меня нет, самое лучшее, это не злить власть имущих и найти подход к графу.

Фиона и Лоран переглянулись.

Лоран по бокалам разлил всем нам троим холодной воды, подал бокалы мне и своей супруге и сам опустился в кресло напротив меня.

Я выпила воды и достала клочок бумаги, выданный министром.

Расправила документ и уже более менее успокоенная, но всё ещё с подёргивающимся глазом, прочитала содержимое вслух:

— «Копия соглашения между королевством Альба в лице Его Величества короля Рональда Третьего и Его Высочества принца Ричарда Первого и госпожой Авророй Даль, договорившиеся о нижеследующем:

1. Госпожа Аврора Даль по своей воле, добровольно, без принуждения выходит замуж за Его Светлость графа Лиама Найтмэра, а королевство Альба в лице короля и принца выступают на стороне невесты, выдавая её за графа.

2. Согласно данного соглашения, земли, богатые теллурититом, расположенные в графстве Роузтаун переходят во временную собственность королевству сроком на сто лет или пока не исчезнет необходимость в добыче теллуритита.

3. Приданое госпожи Авроры Даль со стороны королевства – леса, поля и горы на границе с королевством Дель Мар. Девичья доля, которой госпоже Даль позволено распоряжаться, составляет сто тысяч золотом.

4. Госпожа Аврора Даль подтверждает, что не имеет детей, в браке не состоит, грабежами и убийствами не промышляет.

5. Министерство Межмировой Миграции подтверждает, что в отношении госпожи Авроры Даль со стороны королевства Альба и других королевств не было преследований.

Отсутствуют штрафы.

Отсутствуют приводы.

Отсутствуют жалобы горожан.

6. Характеристика госпожи Авроры Даль всецело положительная.

7. Брак между Его Светлостью графом Лиамом Найтмэром и госпожой Авророй Даль королевством и МММ одобрен.

8. Госпожа Аврора Даль претензий к королевству не имеет.

9. Согласно договорённости госпожа Даль обязуется прибыть к жениху в графство Роузтаун в течение семи дней с момента подписания соглашения.

10. В случае нарушения сроков или радикального нарушения соглашения карается депортацией из мира Соуль в Серые пределы без возможности помилования и возвращения.

Подписи сторон...»

Несколько минут мы молчали.

— Понятно, — проговорил Лоран и оцепенело глядел куда-то в пространство. — В принципе, если ты договоришься с графом, то сможешь жить спокойно, ни в чём себе не отказывая… Прими мои поздравления, Ава, если это уместно говорить…

Я заморгала и растерянно посмотрела на друга.

— Ты думаешь, мне нужно это золото? — горько усмехнулась я.

Он пожал плечами, но вид у него был обеспокоенный.

Изумление Фионы и Лорана вполне понятно. Корона давала и графу и лично мне хороший откуп.

— Лоран, я сама способна заработать. А дары от короны они всегда… как бы это сказать… обязывают. Они же потом всю жизнь будут припоминать, что озолотили меня!

С силой сжала виски. Разболелась голова.

— Лучше скажи, дорогая, ты позовёшь нас на свадьбу? — осторожно поинтересовалась Фиона.

Я замерла и с удивлением взглянула на женщину.

— Давай, я сделаю вид, что не слышала этого вопроса. Фиона, ты, твой супруг и вся наша улица… — я всплеснула руками и опять чуть не свалила одну из своих ваз с цветами. — Да чего улица? Весь квартал – мои друзья! Конечно, вы все будете на свадьбе, будь она проклята.

— Даже если твой жених не пожелает видеть нас, не ровню ему? — усмехнулся Лоран.

Я зловеще улыбнулась и произнесла:

— Предлагаю заранее составить список всех гостей со стороны невесты, и я лично отнесу его первому министру. Пусть поставит свою высочайшую печать, что список гостей согласован.

— А министра позовёшь? — подмигнула мне Фиона.

Я зло, одновременно весело рассмеялась, хлопнула в ладоши и выпалила:

— Да! Его впишем под номером один!

— Думаю, после твоего замужества в нашем квартале тебе поставят памятник, — хохотнул Лоран.

— Ага, и мамы своим детям будут рассказывать обо мне страшные байки и говорить им, как не следует жить, — проворчала я.

Потом почесала кончик носа… Выпить что ли? И сказала:

— Кстати, своих помощников заберу с собой.

— Они детдомовские, — напомнила Фиона. — Сможешь забрать, если только усыновишь и удочеришь.

— Но тогда это нарушение соглашения, ведь ты указала, что у тебя нет детей… — произнёс Лоран.

И у меня в голове, словно рубильник закоротило.

Вскочила с кресла, заметалась по помещению под вопросительными взглядами друзей, потом остановилась и сказала:

— Выход был у самого моего носа!

Хлопнула себя по лбу и с досадой прорычала:

— Я давно могла усыновить и удочерить этих детей… Законом не запрещено. И ребятам бы польза и мне защита от замужества…

— Ох, — вздохнула Фиона и покачала головой.

— Все мы умны задними мыслями, — в такт супруге вздохнул Лоран и развёл руками. — Но корабль ушёл, Аврора, ты подписала заверения, что детей не имеешь и соглашение это…

— Вот именно! — чуть не плача воскликнула я. — Министр как специально не дал мне время подумать!

Фиона поднялась с кресла, подошла и обняла меня, утешая.

— Так что с ребятами будет? Мы можем присмотреть за ними и твоя лавка… — начала Фиона.

Я дала пинка под зад хандре, что уже собиралась устроиться на моей шее, прогнала утопические мысли, тряхнула головой и уверенно проговорила:

— Ребята пока на вас. Лавку отпишу им. На всякий случай. Это первое. А второе – познакомлюсь я с женихом, да пораньше, чем через семь дней. Так сказать, явлюсь к нему инкогнито. Посмотрю, что за зверь, граф этот.

— А список гостей? — закусила губу Фиона.

— Список сейчас составим и завтра его отдам министру, заявлю, что не так много прошу. Пусть он репу чешет, волнуется и переживает, как всё это преподнести королю, принцу, графу. Это уже не моя проблема. А пока…

Обняла за пышные плечи Фиону и попросила подругу об услуге:

— Собери-ка всех наших дам с квартала, посплетничаем, кости всем мужикам перемоем, да про графа я послушаю. Пусть все расскажут, кто и что знает…

— Ох, Аврора, да ты, погляжу, взяла себя в руки? — усмехнулся мистер Эллингтон.

— По-другому и быть не могло, — хихикнула миссис Эллингтон. — Она как в мир наш попала, так с тех пор на месте не сидит. Умная ты, Аврора, и хитрая. Это хорошо. Это правильно, что не стонешь и на судьбу роптать не собираешься. Ты, сильная.

— Спасибо, мои дорогие, — кивнула друзьям. Потом хлопнула в ладоши и твёрдо сказала: — Лоран, булочек организуешь? А я пока в мясную и рыбную лавку сбегаю. Ещё вина возьму, да чего покрепче. А ты, Фиона, собери всех, ладно?

— Да-да, уже побежала. На вечер всех и соберу, — закивала Фиона.

— Так, собрание у нас на летней веранде проведём, — сказал Лоран. — Ава, за мясо и рыбу не берись, я сам всё организую. Тандыр-мандыр и мясо на мне. Крепкое тоже.

На том и порешили.

* * *

— АВРОРА —

Перед тем как войти в дом Эллингтонов, я расправила плечи, выпрямила спину, разгладила уже разглаженные складки на платье и провела пальцами по волосам — убедиться, что всё в идеальном порядке.

Я не имела права выглядеть подавленной или убитой горем.

Я в принципе не убита горем. И горя, как такого нет.

Я скоро выйду замуж.

Это праздник, как, никак.

Уж плох или хорош жених – дело десятое.

Сам факт свадьбы имеет значение.

Это событие, о котором мечтает любая девушка. Я так полагаю.

Ну-у-у, если говорить обо мне, то я мечтала о чём угодно, но не о свадьбе. Но сейчас речь не о прошлом, а настоящем.

Так вот, подумаешь, выйду я замуж. Что такого-то?

Буду надеяться, что сплетни о графе Найтмэре всего лишь сплетни. А сам он человек, если и не красавец, то хотя бы душой красив.

Как гласит одна мудрость, автора не знаю: «Меня не удивить вашей красотой, меня не волнует ваше богатство. Меня, как Дьявола интересует исключительно ваша душа».

Вот-вот, это обо мне.

И вообще, я тут в новом мире только-только на ноги встала, а мне судьба на моём жизненном пути крутой поворот устроила.

Хорошо, пусть так.

У жизни свои игры, но тогда правила будут мои.

Потому что я терпеть не могу, просто ненавижу проигрывать.

Поэтому, я стараюсь просчитать каждый шаг – свой и других. Я пытаюсь всегда быть впереди на несколько шагов.

И да, чтобы всё контролировать и быть дальновидной, нужно быть титанически упрямой.

Упрямство – мой дар и моё же проклятие.

А ещё по знаку зодиака я телец. И упрямство – моё второе имя. Вот так.

Слуга открыл мне двери, и я вошла во двор своих друзей.

Смех и громкие голоса заполнили двор. Сегодня вечером весь квартал собрался в доме Эллингтонов.

Поднималась по ступеням, а ко мне уже спешила Фиона.

— Дорогая, я всех-всех собрала! Всё готово, — с улыбкой оповестила меня подруга.

Мы троекратно расцеловались и направились к гостям.

— Кстати, ты очень хорошо выглядишь, — похвалила она меня.

Благодарно улыбнулась Фионе и пробежала пальчиками по яркой ткани своего наряда.

— Платье новое. Купила месяц назад на ярмарке, думала, надену на какой-нибудь праздник, а оно видишь как… — фыркнула я. — Почти что праздник.

Собрание было похоже на цыганский табор – все жители нашего и соседних кварталов одеты в пёстрые одежды, все громко говорили, шумели, спорили.

Рядом жарилось мясо, ароматы которого вызвали у меня обильное слюноотделение.

Вспомнила, что сегодня толком и не ела. Так перекусила чем-то на бегу.

Лоран расстарался на славу.

На веранде был накрыт не один, а несколько столов, соединённых в один длинный и заставлен так обильно, так щедро, что я испытала неловкость.

Друзья ради меня устроили не просто собрание, а целое торжество!

Знаете, так любой прохожий решит, что здесь в этом доме проходит настоящая свадьба. Только жених и невеста по пути потерялись.

— Аврора!

— Красавица наша!

— Ты не бойся, мы тебя в обиду не дадим!

— Наваляем и графу, и не графу! Ты только пальчиком покажи, кому нужно зубной ряд проредить!

— Ай, бедолага наша-а-а!

— Да за что же ей горе такое горькое?!

— За графа Найтмэра! За монстра замуж выдают!

— Изверги-и-и!

Друзья, знакомые, в общем, все соседи, едва меня увидели, практически в один голос забросали меня разными пожеланиями, причитаниями.

Кто-то слёзы лил и меня почти похоронил.

Кто-то проклятиями в адрес графа и короны кидался.

Кто-то рассуждал, что я могу стать очень богатой вдовой.

И много всего другого наговорили.

Я даже немного растерялась и чуточку оглохла.

— И вам всем добрый вечер, — проговорила я, но мой голос утонул в какофонии голосов моих соседей.

Лоран глаза возвёл к небу.

Фиона только что за голову не хваталась.

Наши соседи перешли в состояние нарастающего исступления.

— Так, всё-всё, тихо. Прекратите! Хватит причитать и голосить впустую! — гаркнул Лоран.

Не помогло.

— Дорогие наши друзья, минуточку внимания! — попыталась успокоить всех Фиона.

Ноль реакции.

Я нервно хихикнула и взяла со стола пирожок. Откусила половину и прикрыла глаза.

Ммм... Пирожок с рубленным мясом. Сочный, вкусный. Это истинное блаженство.

Лоран понял, что просто так гостей не угомонить и сделал просто. Он взял два огромных металлических подноса и ударил их друг о друга.

Грохот вышел знатным.

Все в раз заткнулись.

— Тишина, ясно?! — рявкнул мистер Эллингтон. — Аврора сейчас всё расскажет.

— Прости, дорогая, что-то понесло нас… — извинилась моя соседка, миссис Глория Нил.

Гло торгует авторскими сладостями – шоколадом, карамелью, мармеладом. Сама их варит и делает.

Мы с ней тоже хорошо подружились и придумали продавать букеты цветов вместе с её вкусняшками. Идея покупателями была принята на ура.

— Всё хорошо, — тепло улыбнулась ей.

— Фиона рассказала нам о твоей ситуации, — недовольно заметила сестрица мясника. — Это катастрофа, Аврора! Корона не имеет права!

— Сейчас мы и решим, насколько катастрофа. Быть может, не так страшен чёрт, как его малюют, — произнесла я совершенно спокойно и улыбнулась всем, словно и не было у меня приступа бешенства и желания кого-то убить, когда узнала, что для меня приготовил министр.

Фиона усадила меня рядом с собой. Лоран занял хозяйское место, во главе стола.

Я дожевала свой пирожок, удержалась от желания облизать пальцы, так вкусно было. Вытерла руки салфеткой. Потом обвела взглядом хмурых, любопытных, настроенных решительно в отношении графа своих друзей и соседей.

Равнодушных к моей судьбе за этим столом точно не было.

— Дорогие мои друзья, мои соседи. Мы с вами сдружились и я рада, что судьба свела меня именно с вами, — начала я свою речь. — Не стану долго разглагольствовать. Вы уже знаете меня, как женщину, которая прежде чем что-то сделать, предпочитает сначала всё спланировать, просчитать, сравнить, сделать выводы и потом действовать.

— Так и есть.

— И правильно, Аврора.

— Ты, леди дела. Ты, леди слова.

— Мы за тебя горой.

Такие слова услышала в свой адрес.

Я взяла бокал с морсом, сделала большой глоток и продолжила:

— Прежде чем решить, как мне строить разговор с моим будущим… супругом, я бы хотела услышать от вас, что вы вообще знаете о графе Лиаме Найтмэре?

— Мелисса знает, — тут же сообщила Глория.

— Да-да, — произнесла Мелисса.

Это была маленькая, худенькая женщина, на вид очень хрупкая, какая-то эфемерная и неземная. Но с сильным характером и несгибаемой волей. К сожалению, вдова.

Она держит лавку с чудесными тканями. Шьёт одежду сама и с помощницами. Для эксклюзивных клиентов шьёт исключительно сама.

— Когда Фиона рассказала мне о твоей беде, я навела свежие справки об этом графе. У меня как раз сегодня одна леди на примерку приезжала. Так вот…

— Мелисса, ты рассказала той леди, что граф женится? — ужаснулся Лоран.

— Нет, что вы! — успокоила она меня и Лорана. Чуть наморщила аккуратный носик от недовольства, что её заподозрили в подобной глупости. — Я умею вести беседу, и знаю, что, как и кому говорить.

— Извини, — кивнул ей Лоран.

Она изящно махнула ручкой и продолжила:

— Так вот, эта леди знает одну леди, которая дружит с другой леди, которая кузина некой леди Эмилии Касс. Данная леди, которая Эмилия, год назад должна была стать женой графа Найтмэра, но не стала.

— Она хоть жива? — спросил кто-то.

— Жива-жива, правда, говорят, нервная стала. Но как говорят, это на неё замужество так повлияло. Она сразу выскочила замуж за другого, тайно. И как сплетничают служанки леди Касс, её замужество сложилось весьма неудачно. Но речь сейчас не о ней. Со слов тех же служанок, которые рассказали служанкам других леди, и дошло до леди, которой я шью платье, Лиам Найтмэр – монстр. Жестокий, очень грубый, безумно страшный, очень-очень некрасивый, просто чудовищно уродливый мужчина.

Мелисса облизнула губы и заговорщицки продолжила рассказ:

— Когда леди Эмилия увидела графа, она потеряла сознание. Ему не понравилась её реакция. А ещё он узнал, что она уже любит другого. И тогда граф просто взял и выгнал леди Касс! Представляете? Ещё и чудищ на неё спустил! Говорят, он держит у себя в замке каких-то страшных псов, которых спускает на своих невест. Неугодная невеста убегает, а псы за ней. Но леди Касс спаслась.

— Какой ужас!

Я переглянулась с Фионой.

М-да.

Что-то история тухлая какая-то.

Причём тухлая со стороны невесты.

— Есть у кого-то другие факты о графе? — поинтересовалась я. — Не те сплетни, как корона пытается его женить, а что-то... другое?

Я покрутила руками, не зная, как донести правильно свою мысль. А то чую, меня сейчас закопают под тонной сплетен, полных ужасов и страхов.

— Он же не всегда в своём графстве сидит. Выезжает ведь в столицу… Где-то бывал… Ну хоть что-то… Только прошу, не нужно историй про несчастных невест, — попросила я.

— Я кое-что знаю, — вдруг басом проговорил кузнец.

Огромный, сильный, настоящий богатырь, господин Дон Бэр.

— Мистер Бэр, не томите, рассказывайте, — улыбнулась я кузнецу.

— Эти сведения я получил от одного оружейника. Я не знаю, откуда знает он, но его слова похожи на правду.

И кузнец рассказал, что слышал о графе Найтмэре.

Граф Лиам Найтмэр когда-то сражался в мире «Тёмных пределов» и получил сильнейшее магическое ранение.

Мужчина чудом выжил. Его буквально вырвали из костлявых лап смерти.

Из-за полученной раны «проснулось» древнее проклятие рода Найтмэров.

Кузнец не знает, что там за проклятие, но, по словам оружейника, оно сделало графа изгоем.

Граф за свою военную службу повидал много страшного. Он видел, как погибали его товарищи от тёмной магии, он видел изувеченные трупы.

С другими офицерами собирал тела товарищей, павших после боя, отгонял от них стервятников.

Да, на войне, где грани реальности размываются, люди обычно, сходят с ума.

Или, по крайней мере, не забывают всех ужасов.

Иногда, сами становятся настоящим ужасом. Так говорил оружейник.

Граф много скитался по этому миру и был в других мирах, но когда проклятие взяло над ним верх, вернулся в родное поместье.

Лиам выходил в свет, но, как говорят, у него стал ужасным характер: язвительный, циничный, въедливый.

Сложилось ощущение, что он возненавидел всех людей разом.

Конечно, свой отпечаток наложила война и её ужасы, но в любом случае, общество отвергло его, и репутация графа оказалась на дне.

Уже пять или больше лет свет его не видел.

Данная информация была больше похожа на правду.

Хотя, была ещё оговорка министра о погибших девушках… Ладно, эту информацию пока опустим.

Главное другое, я знаю, что граф был на войне.

А война, простите меня, иногда ломает людей. Радикально меняет их характеры, привычки и взгляды на жизнь.

Вполне возможно, некое проклятие разбередило какую-то болячку, а она взяла, да и попортила внешность графа…

А быть может, там просто рана, которая некрасиво зажила.

Эх, как же мало информации.

Я лишь поняла одно. Надо ехать в графство Роузтаун.

Хочу своими глазами увидеть этого монстра.

Но перед поездкой, необходимо согласовать список гостей и передать его министру.

Пусть порадуется, что я согласна стать женой графа и приведу на свадьбу пару-тройку кварталов.