Заноза для босса

Яна.

— Бам-бам-бам!

Проснулась от громыхающего звука чумного рингтона моего собственного будильника.

— М-м-м, — замычала я, хлопая рукой по мобильному, лежащему на тумбочке у изголовья кровати, в попытке его отключить.

— Анфиска, зараза! Я тебя найду! — послала угрозы в адрес своей лучшей подруги, посмевшей надо мной так подшутить, очень надеясь на то, что установленное мною время она не трогала.

Не открывая глаз, улыбнулась, вспоминая, какой сегодня чудесный день.

Сегодня “День X”, которого все так ждали. Кто-то с ужасом, а кто-то, затаив дыхание, в надежде на получение должности своей мечты. Именно к последним я себя и причисляла. Этим утром должно было состояться собрание большого начальства, на котором будут объявлены во всеуслышание важные новости.

“Грядут большие перемены. Перестановка кадров!” — как на повторе зазвучал в голове голос нашего директора — Вениамина Эликсовича. Созрел старик! Наконец-то решил пойти на заслуженный отдых! Боже, сколько же я этого ждала. Должность начальника престижного автосалона теперь была без пяти минут у меня в кармане! Из какого-то заместителя на побегушках я стану руководителем! Это ли не счастье для девушки, которая, приехав из провинции в столицу, своими силами пробивалась к вершинам, бесконечно забивая на личную жизнь?

Моя! Она моя! Наконец-то!

Да! Если успею приехать в офис вовремя...

Открыв глаза, посмотрела на часы, и сердце ухнуло в пятки.

— Да чтоб тебя! — заорала во всю глотку, — Анфиска! Я тебя порву на сса..ые тряпки!

Подскочила на кровати и, как ужаленная, стала носиться по всему периметру своей съёмной однушки-студии, ускоряясь, насколько это было вообще возможно.

Быстро умылась, махнув рукой на свои веснушки. Не до макияжа сейчас. Вот совсем! Обычно я их прятала под толстым слоем косметики, но сегодня явно останусь без неё. Пригладила рукой огненно-рыжие, торчащие после сна в разные стороны кудри, решив разобраться с ними в машине. Быстро плеснула в бумажный стакан собственноручно приготовленный накануне вечером фреш, сгребла в охапку офисную одежду и прямо в пижаме с изображением мультяшного персонажа — всем известной мыши на груди — поспешила на выход.

— Чёрт! — только выбежав на улицу, обратила внимание на свою обувь и издала возглас, похожий на крик раненого бизона.

На ногах красовались плюшевые розовые тапочки с мордочкой чумовой собаки на каждом.

Стукнув себя по лбу, продолжила путь к своему авто, припаркованному недалеко от подъезда.

— Возвращаться — плохая примета, — буркнула себе под нос.

В офисе имелась запасная пара обуви. Придётся мне поднапрячь Ксюху, чтобы спасла от позора мою непутёвую пятую точку. Анфиску же теперь вообще просить бесполезно. Та злится на меня после прошлой пятницы, зараза. Ещё перца насыпать в туфли додумается, потом прыгай по конференц-залу и доказывай, что я очень даже вменяемая…

— Давай, Мальвина, сегодня мы с тобой похулиганим, — бросив одежду на пассажирское сиденье, села за руль и завела двигатель, — Надо, малышка! Очень надо. Обещаю протереть тебе глазки и купить самую дорогую пахучку-вонючку для салона, — заботливо погладила чёрную, чуть шероховатую панель приборов и стала выруливать на дорогу.

Пробки — это смерть! Будь они неладны! Но в моём случае они сыграли только на руку… Накрасить глазки, соорудить на голове что-то похожее на прическу и.. переодеться.

— Оп-оп, — я притормозила за впереди идущим джипом, — Давай, лапушка моя. Потерпи. Сейчас мамочка сделает кое-что нехорошее, — убедившись, что поток машин замер и даже не думает дергаться с места, стала стягивать с ног короткие пижамные шортики, чтобы заменить их на строгую юбку-карандаш.

— Вот же, — прошипела сквозь зубы, наблюдая, как машины неожиданно продвинулись вперёд, а позади меня стал кто-то нетерпеливо сигналить, — Да еду я! Еду! — запутавшись ногами в шортах, нажала на газ и... моя малышка крепко, практически взасос, поцеловала впереди стоящий чёрный джип.

— Чё-ё-ёрт! — проорала я, — Только ДТП мне сейчас не хватало для полного счастья! — рыдая, уткнулась лицом в руль.

Пару раз стукнула по нему своим лбом и простонала:

— Божечки! Где я успела так согрешить?

Из впереди стоящего огромного "зверя" показалась мужская фигура крупного телосложения. Вот же подфартило-то… Бородатый качок без мозгов! Я была просто убеждена в их отсутствии. Ну, откуда ж им взяться, если проводить столько времени в качалках? Ну, не ручкой же шариковой он в офисе мускулы накачал, подписывая тонну бумаг? В общем, этот не обременённый интеллектом мужик вышел из машины и стал оценивать масштаб трагедии, на эмоциях встряхнув руками.

Ну… Сейчас начнётся!

Шумно вдохнула и вслух начала считать до трёх:

— Один, — мужик громко хлопнул дверью своего огромного танка и посмотрел на мою синюю малолитражку.

Была уверена, что если сейчас хорошенько прислушаюсь, смогу различить скрип его тугого мозга среди шелеста покрышек машин, проезжающих мимо нашего безобразия.

— Два, — его брови сошлись на переносице, а мышцы на руках под серой рубашкой заходили ходуном. Пф-ф-ф… Нас этим не запугать… И не таких видали.

— Три...

В несколько шагов он приблизился к моему распахнутому окну и заревел:

— Курица! Ты права, что, ртом заработала? — его пальцы с хрустом сжали дверь моей Мальвины так, что казалось, ещё чуть—чуть, и краска на ней потрескается.

— Остынь! — прекрасно понимая смысл его слов, я в ярости схватила стоящий у коробки передач стакан с фрешем и выплеснула всё содержимое прямо ему в фейс.

— Твою ж… — заорал этот гоблин, хватаясь за лицо и вытирая от влаги бороду, — Я тебя урою!

Дьявол! О кусочках льда-то я и не вспомнила… Всё, мне конец…

— Помоги-и-ите! — заорала, чтобы привлечь к перепалке кого-нибудь из прохожих, — Убивают! Насилуют!

— Чокнутая… — он сплюнул и снова вытер лицо тыльной стороной руки, — Фу, кислятина.

И ничего не кислятина! Нормальный фреш. Может, с лаймом переборщила?

— Только попробуй смыться! — немного остыв, он указал на меня пальцем, — Сейчас страховую вызову, — что-то буркнул и шарахнулся от окна моей машины, словно боясь заразиться моей невменяемостью…

Сработало! Но... Он сказал, страховую? Нет! Нет! Не-е-ет.

— Стой! — подорвалась я и выскочила из авто, — Нельзя! Мне нельзя ждать… Не сегодня! — догнав мужика на полпути, я резко схватила его за рукав рубашки и стала трясти.

— Неврастеничка, — отшатнулся, освобождая свою руку, — В психушку спешишь? Заждались тебя там? — рявкнул, оценивая мой внешний вид. А в совокупности с моим поведением, так вообще улёт!

— Да, туда, именно, — смекнув, стала косить под дурочку, поддерживая его нелепую легенду.

Ну, а что с дураков взять? И... с ними обычно не связываются. А у меня каждая секунда на счету.

— Ну, зачем вам страховая, полиция? У вас денег вон сколько, а это всего лишь царапина, — махнула в сторону вмятины на его полированном чёрном бампере, на котором, скорое всего, и муха-то не испражнялась даже, а теперь... бли-и-ин! — Это пустяки. А у меня жизнь решается. Нельзя мне сейчас, — заныла, дёргая руками.

— Что, боишься с учёта не снимут? — издевался он, но сейчас мне было не до его тупых приколов. Нужно было спешить. Ехать. Через четверть часа собрание, — Я б такую на пожизненное в дурке запер, — пробубнил он вновь, не унимаясь.

— Как бы тебя не заперли, если я ещё на минуту задержусь здесь, — пробубнила себе под нос — стану его персональным наказанием и упущу должность своей мечты. Из-под земли достану, в кошмарах сниться буду...

— Что-о-о? — мужик ошалело уставился на меня, расслышав каждое слово. Язык мой — враг мой. В такие моменты могла бы и промолчать. Нет же...

— Рожаю, — заорала ему в лицо, — Эй, роды принимать умеешь? Или… Может, вс- же отпустишь?.. Вечером вс- оформим, как положено, я тебе клянусь! — для пущей убедительности сделала шаг к нему и снова уцепилась за рукав его рубашки.

— Проваливай, — шарахнулся от меня, как от прокаженной, — Ненормальная. Я тебя найду. Всё отработаешь! Будь уверена!

— Ксюха, спасай, — почти прокричала в трубку своего телефона, натягивая на себя белую блузку и стараясь унять бешеное сердцебиение.
Вместо того, чтобы сидеть в мягком офисном кресле перед руководителями, приехавшими со всех филиалов, я застряла на парковке перед бизнес-центром, где трудилась без малого шесть лет, — Мне позарез нужны туфли. В моём кабинете в тумбочке глянь.
— Яна Валерьевна, радость-то какая! Наконец-то пожаловали! Извелись все… Вспотели… Ох, дайте только пот со лба вытру и красную дорожку расстелю, — пафосно пропела эта гадина, издеваясь. Спелись с Анфиской! Ну, я вам устрою…
— И без сопливых склизко... кончай балаган по заявкам трудящихся, — буркнула, подкрашивая свои до безобразия светлые ресницы.
Проспать такое событие не всякому под силу! А у меня вот... всё получилось... благодаря одной белобрысой личности. Чтоб ей икалось!
— Анфиска постаралась… — я стала рыться в сумке, чтобы найти блеск для губ, — Как разыщу её, патлы наращенные повыдергиваю. Ксюх, только туфли, смерть, как нужны, — напомнила ей.
Бесконечно можно смотреть на огонь, воду и на то, как мы треплемся с Ксюхой. У неё это профессиональное. Сотрудников отдела кадров хлебом не корми, дай только кости перемыть каждому встречному-поперечному, кто изъявил желание примкнуть к нашему крепкому дружному коллективу «Марс Моторс».
— Янка, ты в своём уме? С минуту на минуту всё начнётся. Ноги в руки и беги в чём есть. Хоть на руках гони…
— Не могу. Тут… Всё очень плохо… Мои розовые тапочки с мордами собак, ну, никак не вписываются в офисный интерьер, — сжав крепко веки, осыпала себя ругательствами за такую промашку, — Ксюха-а-а! Живее! SOS, — заорала я, как потерпевшая.
— Истеричка! — рявкнула она и отключилась.
— Отлично… — выдохнула я. А если она не придёт? Не смешить же всех своими озорными барбосами?
Одного уже по дороге шокировала своей внешностью. До сих пор отойти не могу. Поджилки трясутся.
— Мальвина, прости, — простонала я, в который раз наглаживая руль, прося прощения за произошедшее.
Стоп! Сопли и слюни потом! О случившемся на дороге подумаю позже. Боже, во сколько теперь обойдётся ремонт? А угрозы мужика? Жуть… Может, пошутил? Хорошо, что отпустил. С остальным разберусь позднее… Я же везучая!
Поправив юбку, ещё раз кинула взгляд в зеркало на свои волосы, которые с горем пополам удалось уложить во вполне приличный пучок, я выскочила из машины.
Буду брать улыбкой. Скалимся, и тогда никто не посмотрит на моих собакенов!
— Очуметь, мать! — заржала Ксения Викторовна, подбегая ко мне, — Дашь поюзать? М-м-м, очаровашки! — указала пальцем на озорные мордахи.
— И не мечтай! — выхватила у неё из рук свои чёрные на тонкой шпильке туфли и стала прощаться с очаровашками, — Что там? Началось уже? — спросила её, устремляясь к парадному входу здания, мысленно обдумывая, как бы незаметно пробраться в зал, где собрались важные персоны из других филиалов.
Ага! Незаметно так! Здрасьте, я — будущий руководитель этого офиса, Яна Аркадьевна. Проспала. Сорян!
— Нет пока, ждут кого-то, Анфиска козой перед ними скачет. Прикрывает твою костлявую попу своей пятёркой, — смеясь, обвела руками свою чуть менее выдающуюся грудь, чем у нашей общей подруги.
— Знаю, что она пыжится. Вильгельм, поди, прибыл, собственной персоной? — скривилась, вспоминая лицо слащавого блондина, от взгляда на которого аж зубы сводило.
— А то, — фыркнула Ксюша, едва поспевая за мной, — Давно ж хотел слияния с его офисом, а тут такой шанс. Прискакал. Вон Порш стоит, — махнула в сторону дорогущего авто одного из руководителей офиса, располагающегося в Германии.
— Не сидится ему в этом грёбаном Мюнхене. Совсем не бережёт себя... — ёрничала я, чувствуя, как начинаю закипать от злости, — Хоть бы все обошлось.
Приезд Шварцмайера ничего хорошего не предвещал. Это как бабу с пустыми ведрами встретить, так этого Вильгельма лицезреть на нашей земле-матушке. В прошлый раз это вылилось нам в космические убытки. Чем всё обернётся в этот раз, даже страшно представить.

— И куда только учредители смотрят? Ослепли что ли? — вторя моим собственным мыслям, проговорила Ксюша, качая головой.
— А их, видимо, это особо не беспокоит. Деньги рекой льются, и ладно, — прокомментировала я.
Сколько здесь работала, так ни разу и не удостоилась чести быть знакомой с боссом всех боссов. Он был как призрак. Вроде бы и существовал, но его никто не видел.
— Я её повсюду ищу, телефон обрываю, а она с Ксенией Викторовной прохлаждается, — когда мы практически добрались до дверей нужного помещения, за спиной раздался голос Анфисы Михайловны — финансового гуру нашего филиала и по совместительству моего персонального кошмара, который теперь жёстко мстил мне за накрывшуюся медным тазом пятничную вечеринку.
— Если б кто-то не стал пакостничать, я бы давно уже была здесь, — обернулась к пышногрудой блондинке, которая скрестила на своей пятёрке руки.
— То ли ещё будет! — хмыкнула она, — Как вспомню тот свой облом, так придушить тебя хочется...
— Я тебе уже тысячу раз говорила, что не могла! Ну, не могла я! Эликсовичу пришлось помогать… Ну, хочешь, в эти выходные, а? — в который раз предложила ей, но как об стену горох.
После того, как Ксюха мне сообщила, что моя кандидатура взята к рассмотрению на должность руководителя филиала, денно и нощно из кожи вон лезла, чтобы доказать, что я справлюсь.
— Да-да! — закатила она глазки, — Слышали уже, наелись досыта этими твоими обещаниями! А теперь, так вообще, зазнаешься...
— Так, девочки! Брейк! — встала между нами Ксю, — Хотите поскандалить, отложите это мероприятие до вечера. Сейчас есть дела поважнее.
— Нет, подожди, Ксюш. Я уже устала от этого, — я сделала взмах рукой самой спокойной и уравновешенной из нашей тройки, — Говори! Что я должна сделать, чтобы ты прекратила свой террор? — смотря в глаза Анфисы, спросила я.
— А ты потянешь? — хмыкнула она, — Сольёшься, как обычно. Я ж тебя знаю.
— Потяну. Ну же... давай! — стояла напротив нее, положив руки на бёдра, настроенная очень решительно.
— Хорошо! Сама на это подписалась, потом не ной! С тебя приватный танец!
— Что? — поперхнувшись, округлила глаза Ксюша, — Совсем рехнулись? Завязывайте. Ну, сходим мы в этот новомодный клуб. И не один раз.
— Там, где я скажу! Я выбираю день и место! — не отступала Фиска, смотря мне в лицо и даже не моргая.
— По рукам! — протянула ей свою ладонь, — чем бы дитя не тешилось, лишь бы изводить перестало, — Будет тебе танец. Душенька твоя останется довольной!
Ну, что, я бедрами перед подругами не повиляю? Нашла, чем напугать.
— Моя ли? — оскалилась хищно, и её глаза как-то странно блеснули, — Ну, по рукам! — и мы обменялись рукопожатиями, улыбаясь нашему с ней долгожданному примирению.
Радоваться должна была, но почему-то во мне зародилось нехорошее предчувствие, и я уже собиралась задать уточняющий вопрос касательно её последних слов, как секретарь попросила войти в конференц-зал и занять свои места.

— Тараканова-а-а, — наклонившись к моему уху, прошептала Фиска, — Ты ж понимаешь, что сегодня нас ждёт веселье? — она улыбнулась во все свои белоснежные тридцать три, потирая от предвкушения наманикюренные ручки.

— В твоих оргиях с Вильгельмом я участвовать как-то не планировала, — я кивнула на блондина, сидящего чуть поодаль от нас за овальным столом ультрасовременного конференц-зала.

— Я вообще-то не о том, — буркнула она, не желая и смотреть на того, о ком шла сейчас речь. Видимо, подругу в очередной раз отправили в отставку, отдав предпочтение брюнетке Светочке, что сейчас сияла ярче солнца, заглядывая этому немецкому упырю в рот, — Вечеринка в честь твоего повышения! — как ни в чём ни бывало она вновь натянула на себя улыбку.

— Тебе бы только покутить, — я фыркнула тихо, смотря на собравшихся сотрудников в этом прохладном, благодаря кондиционерам, помещении. Все были в сборе, не хватало только главного.

Вот-вот Вениамин Эликсович войдёт в зал, расправит свой до неприличия длинный пёстрый галстук и объявит нам всем долгожданную новость.

Сердце выпрыгивало из груди. Пульс отбойным молотком оглушающе стучал по вискам, и кто бы у меня сейчас что ни спросил, я вряд ли сумела бы ответить что-то внятное.

Я столько ждала этого дня! Множество раз представляла эту минуту... и сейчас едва ли не теряла рассудок от волнения.

— Расслабься, — брякнула Анфиска, толкая локтем меня под рёбра, — Это ж твой звёздный час, детка, а ты натянута, как струна! Лопнешь и оконфузишься… — рассмеялась сдавленно, привлекая к нам внимание всех присутствующих.

— Тихо ты! — шикнула на неё, — Уймись, зараза! Потом почешешь свой длинный язык. Например, о Митькин рот. Вон как глаз с тебя не сводит, — кинула взгляд на того несчастного, который слюной закапал весь стол, смотря на шикарный бюст моей подруги.

Эту ненормальную, если не остановить, то всё... кирдык! Либо со стыда сгоришь, либо со смеху подохнешь. Другого не дано...

На секунду я прикрыла глаза и тихо выдохнула, пытаясь усмирить свои расшалившиеся нервы. Спокойно! Всё же хорошо! Чего задергалась-то?

— Сама серьёзность. Поглядите вы на неё… И даже не улыбнёшься, если я напомню о той истории на прошлом корпоративе? — ехидно прошептала эта гадина, чтобы снять моё заметное напряжение.

Я прыснула, зажав рот рукой. Вот же... неуёмная! Знала ведь, как я заходилась, вспоминая тот случай, когда наш секретарь, забыв договориться с развлекательной организацией о “взрослом” шоу, второпях пригласила детских аниматоров. И всё бы ничего… Возможно, никто бы и не понял. Но! Эта дурёха, чтобы скрыть свой косяк, стала умолять Свинку Пеппу исполнить что-то наподобие эротического танца, который был заявлен в программе.

Такого весёлого праздника у нас ещё не было. Все собравшиеся лежали под столом от смеха, и даже наш вечно невозмутимый Эликсович был до самых щиколоток сражён грацией свиньи, прося её снова исполнить танец на бис.

— Я вот думаю, а что, если нам их опять пригласить? Эту группу в поросячьих купальниках? — засмеялась Фиска, — Твоё повышение все непременно должны запомнить!

— Ой, Анфиска, ты прямо генератор чумовых идей! Ладно, замётано. Гульнём на всю катушку! — тихо прошептала, давая своё согласие на очередное безумие. Хотела попросить её взять организацию вечеринки на себя, но не успела. В зал вошел Вениамин Эликсович в сопровождении.. того самого мужика, которого я меньше часа назад поцеловала в зад... своей Мальвиной!

Святые угодники! И где же моё везение? Эй, там, наверху, приём! Сбой в программе?

— А это что за перец? — удивлённо хлопая своими длинными ресницами, спросила подруга, — Это “жжж” неспроста-а-а... — протянула она, цитируя медведя из мультфильма, стуча ногтями по полированному столу.

Я бы с ней согласилась, если б не находилась в откровенном шоке. Только не говорите, что он явился по мою душу! Уже нашёл? Так быстро? Телеграмма-молния, блин... Или это совпадение?

— Ты тоже это видишь? — буркнула Фиска, не отрывая взгляда от только что появившейся парочки.

— Смотри-ка, как Эликсович его обхаживает, только разве что свой пиджак ему под ноги не стелет.

— Вижу, — ответила на автомате, не сводя своих глаз с бородача, — Но лучше б сейчас ослепла, — сжала веки, пытаясь слиться со столом, за которым все сидели.

Тем временем мускулистый гоблин обвёл всех присутствующих своим тяжёлым взглядом и уселся в кресло рядом с нашим — пока ещё — руководителем.

Фух, не заметил! Но это пока. А потом, когда шеф начнёт меня поздравлять? Выбегать из зала с криками, что живот скрутило? С поздравлениями “welcome” в мой кабинет? Хорошее начало моего вступления в новую должность... ничего не скажешь.

И каким ветром этого качка вообще занесло в наши края? Вон... татухи на руках... рожа кирпича просит… Кто он вообще? А может, Эликсович просто решил нас со своим фитнес-тренером познакомить? А я тут зря кипишую…

— Приветствую всех собравшихся, — пробрюзжал своим старческим голосом Эликсович, — Как вы уже все слышали, сегодня мы собрались по очень необычному поводу. Уже более пятнадцати лет я верой и правдой служу на благо этой процветающей империи. Начинал с самых низов... — пафосно начал он, покашливая.

По ухмылкам присутствующих было вполне понятно, что это лирическое отступление ни к чему, и все желали, как можно быстрее услышать то, что и так всем было известно, и разойтись по своим отделам.

— Ну, сейчас начнёт сопли жевать… — не выдержал сидящий по правую руку от меня Артур Иванович, занимающийся юридическими вопросами нашего филиала, — Янка! Вот посмотри! Запомни! И.. не делай так, как он! — он страдальчески скорчил своё лицо.

Я сдержанно ему улыбнулась и снова посмотрела на мужика в серой рубашке, который развалился в кресле, словно уже чувствовал себя здесь хозяином. Вот же…

— А он ничего так… — толкнула меня в бок подруга, кивая на незнакомца, — Говорят, мужики с бородой хороши в постели, — вмиг позабыв о присутствующем здесь Вильгельме, она поправила свои белые локоны и приспустила вырез на и без того откровенной блузке красного цвета.

Закатив глаза, беззвучно выдохнула, очень жалея, что сейчас рядом не было Ксюхи, которой, в силу должности, находиться здесь было не положено. Она бы вмиг урезонила подругу, прочитав целую лекцию о вреде беспорядочных половых связей.

— Я ухожу на заслуженный отдых… — тем временем продолжал глаголить наш босс.

— Я устал… Я ухожу… — отвлекая меня от речи шефа, шёпотом передразнил его Артур, копируя известную личность, — Только бы не привёл себе замену! — хмыкнул он и подмигнул.

— Прошу любить и жаловать — Вавилов Станислав Юрьевич, — сказал Эликсович, — Ваш новый руководитель.

— Что? — не поняв, что сейчас произошло, я моргнула, вскочив со своего кресла, — Кто? — ошалело выкрикнула, испытывая настоящий шок.

— Тихо, Яна Валерьевна, сам пока не вкурил, — успокаивающе похлопал меня по ладони юрист. Попытался усадить обратно, но я была просто в ярости и резко отбросила его руку.

— Как это руководитель? — прошептала Фиска, — Какого... лешего здесь вообще сейчас происходит? — ошарашенно посмотрела на меня, переваривая услышанное.

Взгляды всех собравшихся устремились в мою сторону, все так же пытаясь сообразить, что происходит.

— А вот Тараканова Яна Валерьевна как раз и введет вас в курс дела, — продолжал расшаркиваться Эликсович перед гоблином.

— Да-а-а?! — из-под бровей посмотрел на меня мужик и изобразил кривую улыбку, — Я, конечно, наслышан, что у вас тут имеются некоторые сложности, но чтобы сотрудников из психушек набирать?! Отдел кадров на увольнение. Остальные пока свободны! — поднялся с места и быстрым шагом направился к выходу, оставляя всех в культурном шоке.

Станислав.

— Добро пожаловать на борт самолета, совершающего рейс Афины—Москва… — ударил по ушам неприятный голос пилота самолета из динамиков салона первого класса.

Поморщился от нестерпимой боли в висках, которая с каждой минутой становилась всё сильнее, и нажал на кнопку вызова бортпроводника, чтобы попросить обезболивающее.

— Чем могу быть вам полезна? — пропела стройная рыжеволосая девушка в безупречно белой рубашке с логотипом известной авиакомпании.

— Обезболивающее, — процедил сквозь зубы, отводя глаза в сторону, чтобы не смотреть на её огненные волосы.

Рыжие. Отныне девицы с таким цветом волос для меня — табу. Одного взгляда на них хватало, чтобы я приходил в неописуемое раздражение. Терпеть рыжих не мог и всячески пытался минимизировать общение с субъектами, имеющими такой цвет волос. А всему виной была моя бывшая, которую я больше пяти лет называл своей женой, пока не узнал, что все это время она водила меня за нос.

— Да, конечно, одну минуту, — откровенно строя мне глазки, проворковала одна из обладательниц огненной копны на макушке.

Бесшумно выдохнув, откинул назад голову, отчаянно желая подохнуть.

Какого... я вообще там забыл? В этой златоглавой?

У меня был свой успешный бизнес в Греции... всё работало, как швейцарские часы, никаких проблем, а тут...

Чёрт! Разве мог отказать деду в просьбе? Если он обратился с ней ко мне, а не к отцу, значит, на то была веская причина. И, конечно же, я согласился, потому что именно дед, когда-то заменил мне родителей.

В последнее время его здоровье сильно подкосила старая болячка, да и силы были уже не те. Из последнего с ним разговора выяснилось, что автосалоны уже год как функционировали без его руководства, и это грозило ему в скором времени огромными проблемами и убытками. Поэтому мне ничего другого не оставалось, как сорваться на родину, где не появлялся с тех самых пор, как развёлся с этой стервой Алисой.

Через три с небольшим часа, щурясь от яркого солнца, я спускался по трапу самолета, проклиная свою мигрень.

— С приездом, Станислав Юрьевич, — как только вошёл в зал ожидания, подскочил ко мне водитель деда, который внешне отличался от остальных, которые у него ранее работали, — Долго ж вы добирались. Видимо, рейс задержали? Я даже запарился ждать, — произнёс грузный, обливающийся потом мужчина средних лет.

Молча кинув дорожную сумку на заднее сиденье чёрного джипа, я закатал рукава рубашки и повернулся к нему:

— Запарился, говоришь? — оскалился я, находясь в ярости от его бесцеремонности. Разговаривать в подобной манере со мной не позволялось даже самому близкому моему окружению. — Ключи! — протянул вперед свою ладонь, собираясь отправить его к чертям...

— Чего? — не понял толстяк, — Зачем это? — ошарашенно посмотрел на меня, на глазах покрываясь обильной испариной. Видимо, он ещё не понял, что сейчас произойдёт. Что ж...

— Ты уволен. Пойди, отдохни, — забрал ключи из его рук и прыгнул за руль авто, заводя мотор двигателя, — И химчистка салона в счёт твоего выходного пособия, — захлопнул дверь у его носа и надавил на педаль газа, резко выруливая с парковки столичного аэропорта.

Похоже, всё ещё хуже, чем я изначально предполагал, и придётся хорошенько проредить кадры деда, прежде чем удастся навести идеальный порядок.

Я начал планировать с самого убыточного салона на юге Москвы, куда собирался отправиться немедленно, чтобы успеть на собрание сотрудников по случаю смены руководства.

Пробки… Как я от них уже отвык. Сколько себя помню, они всегда меня страшно бесили. Машины плелись в час по чайной ложке, и я едва не рычал, нажимая поочередно педали то газа, то тормоза, проклиная всё вокруг.

— Алло! — рявкнул чересчур громко в трубку своего телефона, отвечая на неизвестный номер.

— Ста-а-асик… — пропела ведьма своим приторным голосом, который я узнал бы из тысячи.

Вот... собачья мать… Откуда только мой номер умудрилась достать?..

— Почему не предупредил о своём прибытии, я бы тебя встретила. Квартиру нашу с тобой подготовила, — с придыханием проговорила она, как ни в чём не бывало.

— Не припоминаю, чтобы мы с тобой расстались на дружеской ноте, — охренев от её наглости, ответил.

Столько помоев было вылито друг на друга, прежде чем удалось расторгнуть наш с ней брак. И тут, на тебе… Опять эти сладкие речи, словно и не было всего того дерьма два года назад.

— Ну, полно тебе. Что было, то было… — захохотала Алиса, включая дурочку, как это обычно бывало, когда ей это было выгодно, — Я предпочитаю не держать камень за пазухой. Тем более, мы с тобой очень скоро снова породнимся…

— Что? — ударив по тормозам, проревел я, — Основательно с ботоксом перегнула, и теперь он твой мозг заменил? — проорал, находясь в шоке от услышанного.

Что она опять выдумала? На какие уловки ради денег решила пойти?

С шумом втянул через нос воздух, пытаясь успокоиться, помня, как эта тварь всего парой фраз могла привести меня в бешенство.

— Ста-а-асик. Ты всё так же несдержан и горяч. Захочешь знать все подробности, будем рады с Юрочкой видеть тебя сегодня за ужином. В твоём родном доме, — смеясь, пропела бывшая и быстро отключила звонок, чтобы не слышать мой отборный мат, который через секунду раздался на весь салон джипа.

Юрочка! Твою ж… Мой отец для неё уже Юрочка?

Когда они успели снюхаться? Что у моего папаши с мозгами? Совсем рехнулся или в этом городе все бабы вымерли?

В эту же секунду почувствовал резкий удар сзади и быстро посмотрел в зеркало заднего вида.

— Вот дьявол! Да что ж за день такой?!

Открыв дверь, выпрыгнул из машины, чтобы оценить ущерб.

Вмятина на бампере. Внушительного размера. И она никак не украшала машину, стоящую баснословных денег.

Ну, и кто этот смертник, решивший, что некоторые органы ему стали лишними?

Рядом стояла крошечная, кукольная машина до неприличия ярко-синего цвета.

Смельчаком оказалась какая-то девица, сидящая за рулем.

— Курица! Ты права, что, ртом зарабатывала? — едва сдержал себя, чтобы не нагрубить и не сказать словечки покрепче.

Бывшая меня вывела из себя, но отдуваться, похоже, сегодня будут другие.

— Остынь! — из окна авто прилетел мне поток какой-то зелёной жижи.

— Твою ж… — заорал, вытираясь и попутно вспоминая, что я вроде бы как цивилизованный человек, умеющий держать эмоции под контролем. Но, видимо, сегодня не тот день... Протянул в окно свою руку, чтобы встряхнуть хулиганку как следует и вправить мозги.

— Помоги-и-ите! — заорала дурным голосом эта ненормальная, — Убивают! Насилуют! — во всю глотку завизжала, выпучив свои огромные глазищи.

Ошалело посмотрел на неё и решил больше не трогать, так как у неё, кажется, были не все дома...

— Чокнутая… — отошёл от её окна, — Только попробуй смыться! — собрался вернуться в джип за своим телефоном и вызвать тех, кому полагается присутствовать при ДТП.

— Стой! — подорвалась девица и выскочила из авто, — Нельзя! Мне нельзя ждать... не сегодня! — догнав меня, схватила за рукав рубашки и стала колошматить, словно душу пыталась вытрясти.

Ведьма! Ещё одна! Рыжая! Мне аж поплохело, потому что на сегодня это был явный перебор.

— Ну, зачем вам страховая, полиция? — била по моим барабанным перепонкам своим ультразвуком, — У вас денег вон сколько, а это всего лишь царапина. Пустяки. А у меня жизнь решается. Нельзя мне сейчас, — под конец заныла эта чумная, дёргая руками, как в припадке.

Одежда, словно из психушки сбежала. А её душевное состояние полностью подтверждало мои догадки о том, что она невменяемая.

— Рожаю! Может, всё же отпустишь? — сделала шаг ко мне и снова уцепилась за рукав.

Вот чёрт! А если ещё кусаться кинется? Ну её к дьяволу, пусть валит. Потом её пробью по своим каналам и взыщу убытки.

— Проваливай, — шарахнулся от неё, отходя на более безопасное расстояние от греха подальше, — Ненормальная. Я тебя найду. Всё отработаешь! — и почти бегом пошёл к двери своей машины.

Выдохнув, сел за руль и продолжил свой путь, всё ещё надеясь успеть на то собрание, где планировал разобраться с некоторыми проблемами.

Через двадцать минут прибыл к крупному бизнес-центру, где располагался офис салона. Без труда нашел руководителя филиала и представился, поведав причину своего визита.

Старик так разнервничался, узнав, что я — внук владельца салонов, что тут же выложил, как на духу, все имеющиеся проблемы.

Удивления не испытал, всё было ожидаемо, и мне предстояло много работы, поэтому было принято решение, что кресло руководителя этого самого филиала займу именно я. Объявив это старику, сразу же отправился с ним в конференц-зал.

Пока Вениамин Эликсович распалялся о грядущих переменах, я быстро окинул взглядом присутствующих. В их глазах читалось недоумение и непонимание от моего присутствия на этом сборище. Ну, ничего! Это явление временное, и очень скоро они будут иметь чёткую картину происходящего.

— Прошу любить и жаловать, Вавилов Станислав Юрьевич — ваш новый руководитель, — наконец, изрёк старик, и по залу стали разлетаться удивлённые возгласы, обрывки фраз. А кто-то и вовсе, обнаглев, вскочил со своего места и проорал:

— Что?

Вот те на… Кого-кого, а эту ненормальную, что устроила сегодняшнее ДТП на дороге, я ожидал увидеть сейчас меньше всего.

Больные на голову — и в моём офисе? Это, конечно, трэш!

Запустил дед свой бизнес. Ой, как запустил!

— Да! — ошалело посмотрел на рыжую ведьму, стискивая пальцы в кулак, — Я, конечно, наслышан, что у вас тут имеются некоторые сложности, но чтобы сотрудников из психушек набирать?! Отдел кадров на увольнение. Остальные пока свободны! — поднялся с места, не желая больше участвовать в этом цирке, и направился к выходу.

Уже завтра здесь произойдёт полная перестановка кадров, и офис начнёт работать так, как должен, а уже после этого я займусь и другими филиалами.

Яна.

— Ёшкин-матрёшкин, девочки, — в сотый раз повторяла Фиска, капая поочередно нам с Ксюшей в пластиковый стакан успокоительное, — Прекратите выть! Быстро вытерли сопли и взяли себя в руки! — громко топнула ногой, облачённой в туфли на десятисантиметровой шпильке.

— Не тебя же только что уволили, — всхлипнула Ксю, но тут же послушно вытерла влагу с лица.

Я же так и продолжала сидеть, отрешённо смотря в одну точку, пытаясь прийти в себя после потрясения.

— На что жить? Где я найду работу в короткий срок? А кошки? Их... кормить нужно… — вновь взвыла пострадавшая от рук нового шефа подруга.

— Молчать! — рявкнула Анфиса, останавливая дикий вой, который эхом отдавался о стены моего кабинета, — Цела будет твоя свора лысых сфинкских исчадий Ада! Их хоть голодом мори, хоть откармливай, останутся такими же страшными, — поставила стаканчик на стол и закрутила крышку с жутко пахнущей жидкостью.

— Они не страшные, — Фискин крик подействовал на Ксюшу так, как нужно, а критика в адрес её любимчиков заставила переключиться на извечную борьбу в защиту своих обожаемых питомцев, — А... очень даже милые и...

— Ой, завязывай, — фыркнула Фиска в ответ, не позволяя ей продолжить и прохаживаясь по кабинету, — Сейчас не о том. Что делать будем, дамы? Смиренно сложим лапки или всё же поборемся? — прищурив свои ярко накрашенные глаза, она посмотрела на нас.

Борьба была нашим любимым развлечением! Средством от скуки, которое ещё и приносило желаемые плоды.

Довести главного инженера Семена Тимофеевича до нервного срыва бесконечными надписями над ксероксом: “Наксерачил — убери за собой”? Пф! Легко!

Свести с ума менеджера по продажам Тимофея, закрыв его на целую ночь в мужском туалете за то, что он нахамил нашей уборщице тёте Любе? Запросто! И это только начало огромного списка наших забав.

И сейчас на нашем горизонте нарисовалась новая мишень, по которой стреляй — не хочу! И... получай удовольствие.

Но в этот раз нужно было действовать осторожно, тонко, чтобы самим не стать жертвами. Не каждый смог бы на это решиться. Начальник, как ни крути! Терять достойную работу — так себе перспективка… Одна из нас уже пострадала, и это мы ещё ничего не сделали…

— Удачи! — всхлипнула Ксю, снова заводя свою депрессивную песню, что воем зовётся, — В этот раз я вам не помощник, девочки.

— Кончай нюни разводить, рано себя со счётов списываешь! Место секретаря великого и ужасного ещё вакантно? — остановилась Анфиса напротив бывшего кадровика, которая отлично владела информацией о наличии вакантных мест нашего филиала.

— Да-а-а, — заикаясь, кивнула та Фиске, хлопая глазками в непонимании.

— Сечешь фишку, Ксюха? — постучала Анфиска указательным пальцем по ее лбу, — Давай, подруга, ступай за своей самой короткой юбкой, будем нового шефа твоими аппетитными формами охмурять.

Даже я, находясь в депрессивном состоянии, не сдержала своей улыбки. "Ксюша Викторовна" и "охмурять" — понятия несовместимые. Она ж даже летом носит одновременно три водолазки под горло. А юбки выше колен, так вообще, считала кощунством...

— К тебе это тоже относится! — зыркнула на меня блонди своим суперсерьёзным, хищным взглядом, — Не тебе ли с ним скоро предстоит полировать все поверхности его кабинета?

— Прозвучало так себе… — буркнула я, понимая, что ничего плохого она не имела в виду, но всё же…

— Раз от шока отошла, глаголь! Что делать будем? — развернулась ко мне, присаживаясь на стол.

Тяжело вздохнув, откинулась на спинку своего кресла, анализируя произошедшее:

— Я так долго ждала этой должности… Так мечтала… А тут появилась какая-то бородатая выскочка… И на всё ж готовое! Думаешь, я уступлю? Сдамся и сбегу, поджав хвост? Как бы не так… Дудки! Пусть проваливает туда, откуда явился!

— Фух, ну вот, а то я уж переживать стала, — облегченно выдохнула наша всегда собранная Анфиска, — Узнаю свою рыжую бестию, — подмигнула она мне.

Значительно повеселев от мыслей, что не всё потеряно, я поднялась с места и открыла настежь окно, впуская внутрь помещения свежий воздух.

— Я ему устрою! — прошептала, перебирая в уме варианты, каким быстрее всего можно было бы отправить этого гоблина восвояси, — Уничтожу!

— Ну, первым делом нужно сделать Ксюху его личным секретарем. Скажем: “Шо так и было”! А потом займёмся этим Гудвином, который своим появлением умудрился смачно нагадить всем в тапки.

— Ксюху? На амбразуру? Ты спятила? — обернулась к Фиске, — Это жестко...

— Ну, нам же нужен свой человек в тылу врага, — пожала он в ответ плечами, скрещивая на груди руки, — Выдержит! Не развалится...

— Девочки? Может, вы меня вначале спросите, хочу ли я работать с этим самым Гудвином? — напомнила о своём присутствии эта несчастная, которой уже была уготована незавидная участь, — Вы его вообще видели? — округлила глаза, смотря на нас в диком ужасе.

— Не писай, Ксю! Думаю, это ненадолго. К тому же, ты ж не хочешь своих кошек обречь на голодную смерть? — надавила Фиска на больное место наивной подруги.

— Не-е-ет, — с испугом ответила она и опустила голову вниз, тем самым уже давая своё согласие.

— Вот и славненько. А теперь нужен план! Какие есть мысли? — вопросительно посмотрела на меня.

— Война! — прошипела я, — Любые методы сгодятся! Хочу крови! Жажду видеть его казнённым самым извращённым способом.

— Будет тебе казнь, не сомневайся! Кровожадная ты наша… Уже есть идейка одна, — наш финансовый гуру оторвал свой шикарный бампер от стола и подошёл к моему компьютеру. Ехидно скалясь, она стала активно щелкать по клавиатуре, пока мы терпеливо ждали.

Зная наш размах и безбашенность, Ксюша звучно сглотнула и открыла рот:

— Девочки, вы же не собираетесь киллера нанимать? Не надо… Это ж грех и... дорого, — но потом, видимо, вспомнила, что сегодня лишилась из-за него работы, и добавила:

— Может, степлером его по...

— Нашла! — перебивая, крикнул наш генератор чумовых идей, — Вот! Слушайте… «...Имитатор мужского детородного органа, длиной в тридцать один сантиметр и диаметром в пять сантиметров, — зачитала вслух Фиска, — Цвет розовый. В прозрачной упаковке. Доставим в офис на рабочее место вашему врагу...» Вах! Это ли не подарок к первому его рабочему дню? — широко улыбаясь, потёрла свои ладошки, готовясь сделать заказ в интернет-магазине.

— Блин, как хорошо, что в твоём кабинете есть цветы, в которые можно вылить холодный кофе… — в конце рабочего дня у моего стола нарисовалась уставшая Анфиса и наглым образом выплеснула в мой кактус свою чёрную жижу, — Домой идёшь или будешь впахивать за себя и за того дядю? — кивнула на дверь напротив, ведущую в приёмную нового руководителя, потому как старый после своей пламенной речи умчался в закат.
— Пф, вот ещё! — закрыв глаза на её выходку, демонстративно захлопнула крышку своего ноутбука и поднялась с кресла, — И не подумаю помогать этому гоблину! Пусть сам крутится. От работы кони дохнут, может, так хоть быстрее копыта откинет.
Отыскала в тумбочке свою сумку и направилась к выходу, задумываясь над тем, что впервые за всё время работы в этом филиале покидаю свой кабинет вовремя, а не тогда, когда солнце зашло за горизонт.
— А чего ему дохнуть, он больше и не появлялся после того, как помахал шашкой в конференц-зале. Видимо... может себе позволить, — пожала она плечами.
Удивительно! Едва только нарисовался, как тут же свалил. Эликсович себе подобного не позволял. Так же, как я, подолгу задерживался в своём кабинете и корпел над кипой документов.
А этот… Начинало складываться впечатление, что он — чей-то протеже, и ведёт себя так, потому что уверен — ему всё сойдёт с рук. Везёт же некоторым…
— Слышала, что у него огромный опыт на руководящих должностях, подруга… — вздохнула Фиска, — Греция. Работа в крутых автосалонах… Оно и понятно, почему так быстро взяли. По слухам — настоящий профи, — с сочувствием в голосе добавила она.
— Интересно, как из офисного планктона и мелких рачков становятся такими акулами бизнеса? — психанула я. Резко дёрнула ремешок своей сумки и шагнула к двери.
И куда мне с ним тягаться? Профи ведь...
— Просто стать рачком — очень важная стадия эволюции! — хохотнула Фиска, выходя следом за мной в коридор, — Вся сила в женском теле! Но ты ж у нас не такая. Правильная… Не целована — не балована, — в который раз подколола она, зная об отсутствии моего опыта в любовных делах.
Откуда ж ему взяться, если я всё своё время вначале убивала на учебу, а после неё сразу посвятила всю себя работе. Не до мужиков как-то было.
— Я на многое готова, чтобы получить эту должность, но только не так... — проговорила я, скривившись и только представив, каким путём женщины двигаются вверх по карьерной лестнице, — Лучше уж по старинке — своим потом и кровью.
— Ну и зря! Вот была бы поумнее, сейчас жила бы уже в собственной квартире, как я, а не в съёмном клоповнике.
— Нормальная у меня квартира… — буркнула я недовольно, — Живности не имею… А вот ты скоро приобретёшь её на своем интересном месте, если продолжишь в том же духе. Вот скажи, есть вообще что-то, чего ты ещё не пробовала?! — поравнявшись с другими выходящими из офисов сотрудниками, спросила шёпотом, бодро шагая по коридору в сторону лифта.
— Есть! — тут же утвердительно ответила она, — Одновременно с двумя афроамериканцами, — выдала, убивая меня наповал.
От услышанного резко остановилась и развернулась к ней лицом.
— А, что, такое вообще возможно? — ошалело посмотрев на подругу, спросила, с трудом представляя эту картину.
— Я вот всё думаю, как ещё с вами в монашки не подалась? — хохотнула Фиска, разворачивая меня к со скрипом распахнувшимся металлическим створкам лифта, — Иди, давай! Непорочная дева…
Не позволяя даже открыть рот, толкнула меня в спину и зашла следом. Хотелось чисто из любопытства поинтересоваться у неё о некоторых моментах этого деликатного действа, но наличие других людей рядом не позволяло этого сделать.
— Ну что? — шепнула Фиска у моего уха, — Готова к завтрашнему дню? — улыбнувшись, спросила заговорщическим тоном.
И без намёков поняла, что она имела в виду. Новый босс плюс подарок равняется шок и маленький скандал на потеху окружающим.
— Готова! — обменялась с ней ухмылками, — Встретим, как подобает. Главное, чтобы он оценил наш презент по достоинству.
Пусть знает, что ему здесь не рады! Не многие могут работать в негативной среде, зная, что тебе совсем не рады.
— Будь спокойна, станет прыгать от радости. Даже я бы ему позавидовала, — прыснула от смеха подруга, — Главное - в это время оказаться где-нибудь подальше. Эх, ведь сто процентов, выбросит такую красоту. Нужно поговорить с нашей уборщицей тётей Любой, как найдёт, пусть припрячет, потом себе заберу.
— Фу, завязывай, — остановила её речевой поток, — Я вот тут подумала, нужно бы ещё чего-нибудь сообразить… Так сказать, чтобы не снижать градус накала! — не унималась я.
Но уж очень мне хотелось выдавить этого бородача из нашего офиса, чтобы свалил туда, откуда явился.
— Придумаем. Вот посмотрим, как с этим справится, и сообразим… А пока чеши в свой непорочный склеп, сил набирайся. Завтра будет шоу. А мне ещё нужно было потрещать с Эллкой, которую хотят в секретари к Гудвину посадить. Путь для Ксюхи нашей расчистить… Душа болит о её котиках, аж не могу!
— Давай, — прыснула я, — Только до нервного тика несчастную не доведи, а то я тебя знаю, — зажав ладонью рот от смеха, покинула кабину лифта и направилась к выходу из здания. А Анфиса, натянув на себя самую невинную улыбку, поспешила в отдел, где трудилась сотрудница, которую решили перевести на этаж выше в приёмную к новому шефу.
— Яна, — услышала за своей спиной мужской и вполне узнаваемый, низкий голос, — Подожди. Задержись на минутку.
Ох, Аркаша. Ну что ж ты прилип ко мне, как банный лист к ж.. женской доле! Намёки давно уже не действовали, и, видимо, пришла пора лупить прямо в лоб.
— Привет, Аркадий, — сдержанно поприветствовала высокого, широкоплечего начальника службы безопасности, стоящего напротив меня, — Что-то случилось?
Ну, сейчас начнётся! Банальщина, от которой меня выворачивало наизнанку уже.
«Ты — прелесть! Люблю, куплю, полетим...»
Как сдержаться? И не стукнуть его сумочкой по голове. Нечаянно. Три раза!
— Случилось. Беда у меня, Ян. Только ты сможешь помочь мне, — с волнением в голосе проговорил он.
Мне бы кто помог! Мальвина в хлам. И ещё неизвестно было, как теперь возместить ущерб этому упырю — новому шефу. Уж молчу про то, как сегодня из-под носа увели должность моей мечты. А тут… Очередная беда у Аркаши…
— Опять меня любишь, аж не можешь? — закатила я глаза к потолку.
— Н-н-нет! — ответил он, заикаясь.
Нет? Что-то новенькое. Удивил, так удивил!
— То есть, и это тоже, но сейчас не об этом. Беда! Ян, такая беда.
— Ну что, Аркаш? — подтолкнула, ускоряя ход его мыслей, — Что стряслось-то?
Ежу было понятно, что эта самая беда была не ужаснее прыщика на мягком месте.
— Невеста. У меня её нет, а очень надо! — выдал, наконец, он, — Ян, спасай!
Шок — это по-нашему. Держите меня семеро…
— А я тут каким боком? — ошалело посмотрела на него, — По-моему, я тебе уже говорила, что это не по адресу.
— Помню, — буркнул он, — Мне бы понарошку. Не взаправду ведь! Мама, она приезжает. Через несколько дней. А я сказал, что ты — моя невеста, — виновато опустил голову вниз этот олух.
Вот же кретин! И где его мозг? Под стол закатился? Или вконец выветрился при ежедневных обходах огромной территории салона, находящегося за нашим офисным зданием?
— Ты рехнулся? — прошипела уже от злости.
— Да, от любви к тебе! Но ты не сердись. Я всё понимаю. Ты только выручи меня на денёк. А я... тоже буду тебе полезен. Весь твой и… — начал играть своими мышцами, прозрачно намекая, какого рода помощь может быть оказана.
Фу, блин! Вот совсем бесит сейчас. Хотя... его помощь будет мне кстати.
— Аркаш, я согласна. Но! — подняла вверх палец, — Понарошку. Взамен на одну услугу.
Кто ж, как не охрана, сможет стереть запись с камер, находящихся в приёмной босса, когда привезут забавный подарок для гоблина?
— Всё, что угодно, — тут же озарился улыбкой он, — Хоть звезду с неба достану, только попроси… — сделал шаг ко мне, едва не капая на меня своей слюной.
— Звезда не потребуется, а вот вывести из строя одну камеру слежения вполне себе сойдёт...

— О! А как вам такой подарок для нашего Великого и Ужасного? — крикнула Анфиса, покачивая ножкой и листая ленту одного магазина с пикантными картинками, — Гель для интимной гигиены «Душистые шары». Или вот ещё — «Счастливый питон», — хохотала она, читая смешные названия средств личной гигиены, которыми в дальнейшем можно было бы порадовать шефа.
Вот уже час, как мы сидели, словно на иголках, в моём кабинете и ждали, когда ж полыхнет или прогремит взрыв после доставки розового подарочка.
Курьер, выполнив свою работу, ушёл восвояси, а мы просто ждали, но к нашему теперь уже великому облегчению ничего не происходило.
Утром гоблин явился на работу с завидной точностью. Едва стрелка на часах приблизилась к отметке, указывающей на начало рабочего дня, остановил первого попавшегося на его пути сотрудника и через него оповестил всех о надвигающемся Армагеддоне. Обозначив, кто и в какое время должен явиться к нему на аудиенцию, закрылся в своём кабинете, заставляя всех напрячься.
Шок — это ничего не сказать. Это походило как какую-то голгофу, честное слово! Не проще ли, как это было принято у нас раньше, собрать всех сразу? Видимо, не проще! И это немного обескураживало.
Немного? Нет! Это ужас как выворачивало наизнанку мои и без того расшатанные нервы. Лишиться мечты — это одно, а вот потерять единственный источник дохода — это, действительно, печаль. И так думала не я одна. Офис стоял на ушах, плодя слухи и сплетни.
— Как ты можешь быть такой спокойной? — вконец сдали нервы у одной из нас, и Ксюша вскочила с кресла. Открыв рот, она в недоумении посмотрела на развалившуюся на белом диванчике блондинку, у которой сегодня было чересчур весёлое настроение, а на лице читался полный пофигизм, — Этот тиран только что выставил из своего кабинета весь юридический отдел и пригрозил увольнением за неизвестно откуда взявшиеся промашки, а ты гуляешь по просторам интернета? Спятила? — тяжело дыша, выплюнула всегда сдержанная и тактичная Ксю.
— А чего мне нервничать? Это ж не меня увольнять собрались и даже не вас! — подняв на Ксюшу глаза, цинично пожала плечами Фиска, — Все при должности пока, а кто-то, между прочим, мне за это даже спасибо ещё не сказал, — проговорила Анфиса, указывая на то, что именно ей пришлось устранять соперницу, которая должна была сегодня начать трудиться в приёмной у шефа.
Ксюша опустила глаза и снова присела в кресло, понуро смотря на свои старенькие туфельки.
С одной стороны, она была рада, что снова находилась при должности, но, с другой, то, что ей теперь придётся работать с ужасным самодуром, чрезмерно её напрягало.
— Спасибо, — буркнула в ответ она, — Но я пока ещё не решила, радоваться мне или бежать прочь без оглядки.
Обстановка была очень напряженной. Того и гляди, скоро хладные трупы станут выносить из кабинета новоиспечённого босса. Однозначно было понятно, что сейчас проходила чистка кадров, и это вызывало жуткий мандраж. Расставаться с работой никто не планировал. Напротив, все жаждали, чтобы ушёл именно этот, и всё вернулось на круги своя. Но, увы! Пока все только лишь посматривали на часы и ждали.
Отделам было назначено индивидуальное время для приёма у нового начальника, и мы со страхом ждали своей минуты, словно перед расстрелом.
А ещё этот наш подарочек... Сейчас он явно осложнял нам жизнь. Но что сделано, то сделано. Не заберёшь уже обратно.
Да и кто ж знал, что этот бородач начнёт своё правление так жестко и станет махать шашкой налево и направо, рубя головы с плеч?
Сейчас он, должно быть, находился в дикой ярости и точил зуб на всех, ставя под подозрение каждого. Гадая, кто осмелился на подобную дерзость. Радовало то, что я была уверена — гоблин никогда не узнает, чьих это рук дело. Аркаша был заинтересован в молчании и ни за что не расколется.
— А если он меня уволит? — пискнула Ксюша, от волнения стискивая пальцами рукав своей безразмерной кофты.
— Не уволит. Ты, главное, не выдай себя с потрохами. Держись уверенно, будто всю жизнь работаешь секретарем, — натаскивала её Анфиска во второй раз за утро, — Помни, что мы рядом. Поможем. Да не трясись ты так! — захохотала, тряхнув головой, снова беря в руки свой телефон.
Ксюша звучно выдохнула и посмотрела на меня.
— Следующая после меня Анфиска идёт. А тебе когда к нему?
— Сразу после неё назначено, — вздохнула я, — Оставил меня на десерт.
Знали бы они, что их поход к шефу являлся детским лепетом по сравнению с тем, что ожидало меня. Его и моя машины были по-прежнему помяты, и самым ужасным сейчас были не разговоры на рабочие темы, а то, каким образом мне придётся утрясать этот момент.
Кредит на бешеную сумму денег? Интим? Рабство? Продажа органов?
Возьми любое — сейчас всё для меня было подобно катастрофе.
— Десерт, говоришь? — хмыкнула Фиска, — А что? Это идея!
— Анфис, прекращай, — наперёд разгадала ход её мыслей, — Даже не думай.
— Ян, вот тебе сколько лет? — фыркнула она, — Раскинь мозгами и пойми, что для тебя это отличная возможность добиться желаемого. Охмурить болвана, запудрить мозги и отобрать должность. Всё просто! Не будь глупой!
Почти синхронно мы с Ксюшей закатили глаза, потому что уже не раз слышали эту песню.
— Всё, девочки. Моё время! — через несколько минут проговорила Ксения, поднимаясь на своих дрожащих ногах, — Пожелайте мне удачи.
Расправила невидимые складки на своём потёртом, растянутом свитере и посмотрела на меня, ища поддержки.
— Не бойся, Ксюш! У тебя получится, — улыбнулась ей. Приподнялась с места и пожала её ладонь.
— Ой, да не разводите сопли. Не съест же он её, — махнула рукой блондинка, — Ну, разве что, если позарится на это недоразумение и отожмёт себе, чтобы укрываться зимними бессонными ночами, — не удержалась от колкости Фиска, на ходу хватая пальцами край её клетчатой юбки в пол.
Видя, как Ксюша открыла рот, чтобы ей ответить, я крикнула:
— Брейк! Сейчас не время!
Обхватив нового секретаря за плечи, повела к двери.
— Иди и помни: мы с тобой! Ты справишься! — открыла дверь и тут же встретилась взглядом с выходящим из приёмной шефом.
— Потрудитесь объяснить, где носит моего личного секретаря? — рявкнул он, не сводя с меня своего взгляда.
— У неё было ответственное поручение, — не растерялась я, беря за локоть Ксюшу, — И сейчас она полностью в вашем распоряжении, — осторожно подтолкнула подругу в сторону к приёмной.
— Кофе! — выплюнул он и, развернувшись, направился обратно в свой кабинет, — Пригласите финансовый отдел и поживее. А потом моего зама! Если он у меня есть вообще, — отчеканил каждое слово, не удостаивая нас своего взгляда.
— Да-да, — промямлила от страха Ксюша, смотря ему в спину и начиная дрожать всё сильнее.
— Не дрейфь! — шепнула на ухо подруге и завела в приёмную, где с сегодняшнего дня ей предстояло трудиться, — Думай только о том, что он здесь ненадолго.
Подвела её к столу, заваленному какими-то бумагами, и усадила в кресло.
С облегчением поняла, что знакомство Ксюши и гоблина прошло вполне даже сносно. Не убил. Не покалечил. И главное, не уволил! А значит, пока всё шло по плану.
— Яна, позови Анфису, я сдвинуться с места не могу, — пискнула Ксюша, хлюпая носом.
— Об этом не беспокойся. Обустраивайся тут. Кофе ему сделай пока, — погладила её по плечу, успокаивая и ободряя.
Подруга молча кивнула, переводя дух, а я поспешила в свой кабинет, чтобы оповестить Анфису о наступлении её очереди отправляться к Карабасу-Барабасу.
— Давай. Твой выход, — распахнув дверь, шикнула Фиске, — Твой отдел вызывает. Собирай своих.
— Подожди. Вначале я одна к нему наведаюсь, — отложив в сторону телефон, вскочила на ноги и стала пятерней поправлять вьющиеся белые локоны.
— Плохая идея. Анфис... — но она меня уже не слушала и в мгновение ока скрылась за дверью кабинета напротив.
Пока мы с Ксюшей, вздыхая, разбирались, как сварить кофе в той шайтан-машине, что стояла в приёмной, дверь снова распахнулась, чтобы явить нашему взору поникшую фигуру подруги.
— Анфис? — словно по команде подлетели мы к ней, всматриваясь в её бледное лицо.
Что-то произошло. Однозначно! Что мог сказать ей этот упырь? За всё время нашей с ней дружбы не видела блондинку в таком состоянии. Неужели...
— Уволил?
— Нас ждут тяжелые времена! — наконец, выдавила из себя Фиска, — Это трэш, девочки. Отчитал, как малолетку неразумную, — проговорила, ошарашено смотря в одну точку, словно пытаясь переварить произошедшее.
— Так что он тебе сказал? — напирала на нее. Хотелось быстрее узнать подробности, чтобы не наступить на те же грабли, — Что ты сделала не так, Фис?
— Всего-то намекнула на то, что он всегда может на меня рассчитывать. А он…
Всё понятно! Она в своём репертуаре. Ненормальная.
— Фиска, ты рехнулась? — первой не выдержала Ксю, и сейчас как никогда я была с ней согласна. Додуматься до такого...
Намёк на помощь от Анфиски, должно быть, выглядел эффектно. Вырез блузки пониже. Юбка покороче. Так, чтобы была видна резинка от чулок. Конечно же, она рассчитывала на другую реакцию, а получила ровно противоположный эффект.
— И теперь отныне в стенах этого офиса мне разрешены минимум косметики и юбки в пол, как у… — пробормотав, махнула рукой на Ксю, вздыхая.
Я могла поклясться, что в её глазах блеснула влага. То, что она нам сейчас поведала, уверена, было не всё. Совсем! Вероятнее всего, её слова — это лишь вершина айсберга, а за дверью происходил настоящий апокалипсис, о котором она сейчас старательно умалчивала. Зная блондинку, была уверена: теперь она не спустит ему это с рук… Анфиску обидеть — дорого встанет. Уверена, шефу не поздоровится, и наша война только начинает набирать обороты.
— А я тебе говорила! Хоть кто-то тебя исправит! Поделом тебе! — не удержалась наша праведница, отыгравшись за те колкости о внешности, что постоянно слышала в свой адрес.
— Замолкни. И так тошно, — поморщилась Анфиса, прикрывая веки, — Тебя теперь вызывает! — через секунду посмотрела на меня с долей сочувствия.
— Ох, нехорошее у меня предчувствие. Ой, нехорошее, — причитала Ксюша, качая головой, — Допрыгались! — упёршись локтями в свой рабочий стол, спрятала лицо в ладони.
— Да умолкни ты, наконец! — шикнула Анфиса на Ксюшу и снова повернулась ко мне, — Ты сегодня просто молчи и не спорь с ним. Бесполезно. Позже придумаем, как победить этого Мавра. Будь он неладен...
Кивнула и, вздохнув, развернулась к двери, ведущей в кабинет шефа. Втянув в себя воздух, поспешила в логово к Великому и Ужасному! Морально готовясь к самому худшему...

— Здрас-с-сте, — стараясь унять неизвестно откуда взявшуюся мандражку, тихо прошептала я, едва зайдя в кабинет гоблина.
Сердце оглушающее било набатом, и я отчаянно пыталась его унять мысленными уговорами, что это всего лишь временные трудности и ничего больше.
Делая вид, что не замечает моего присутствия, бородач продолжал сидеть, склонившись над кипой документов, и изучать цифры в таблицах, брезгливо кривясь.
— Забор покрасьте! — через пару секунд выплюнул он в рифму, не поднимая головы. Тем самым давая понять, что со слухом у него всё отлично, а вот с воспитанием — беда... Имелись пробелы, которые хотелось восполнить, дав ему звонкого подзатыльника.
Пока я подбирала нужные слова, он оторвался от документов и уставился на меня.
— Какого лешего вы ещё здесь? Отвратительная служба безопасности, придётся и её сменить, раз допустили присутствие психически нездорового человека в офисе одного из крупнейших автосалонов города, — процедил сквозь зубы, хмуря свои густые чёрные брови.
— Что? — опешила я, старательно заставляя себя не реагировать на его очевидный бред, — Так! Послушайте! Я понимаю, что мы с вами начали с не очень приятного инцидента, но…
— За дверь! — резко перебив меня, рявкнул он, — Покиньте кабинет и, если вас не затруднит, сообщите моему секретарю, что я всё ещё жду своего заместителя, — устало потёр свою переносицу этот гад.
Серьёзно? Да чтоб тебя! Муд… Мудрый человек!
— Вы, видимо, надо мной сейчас издеваетесь или, может быть, мстите?.. Я не знаю… — ошалело спросила его, пока совсем не понимая, как реагировать не его слова и вести себя с ним.
— Мстить? Вот ещё! — хмыкнул он, приподняв бровь, — Мою месть ещё нужно заслужить! Я всё ещё жду! На выход. И поживее, у меня ещё море работы. Запустили здесь всё… Лодыри!
— Станислав Юрьевич, пошутили, и хватит! — мысленно досчитав до трёх, с шумом втянула в себя воздух и проговорила как можно спокойнее, — Ваш заместитель сейчас стоит прямо перед вами...
«И изо всех сил старается сдержаться, чтобы не открутить вам голову», — добавила уже про себя.
— ...Предлагаю начать нашу совместную работу на позитивной ноте, стараясь не думать о тех недоразумениях, что произошли на дороге. В свою очередь, обещаю возместить тот ущерб, что вам нанесла, врезавшись в ваш зад, то есть бампер...
Так! Нужно успокоиться. А то с языка уже начинала срываться какая-то ахинея...
— Вы? — с долей сарказма проговорил босс, смотря на меня, — Мой заместитель? — наигранно вытаращил на меня свои глазищи.
Казалось, ещё немного, и он рассмеётся в голос, но, к моему удивлению, в считанные секунды он взял в себя в руки и добавил спокойным голосом:
— Ни за что! Думал, на сегодня поток несусветного бреда иссяк, а тут... вон как. Переплюнули всех приходящих до вас.
Вот же! Одним словом — ГОБЛИН!
Дышим… Глубокий вдох и медленный выдох.
— Послушайте. Тогда... на дороге... я пошутила и сейчас очень жалею об этом. Ну, мы же с вами взрослые и здравомыслящие люди, — едва не теряя терпение, с отчаянием в голосе пыталась изменить его мнение обо мне.
Ну вот какая муха меня вчера укусила, что я стала косить под дурочку?! Поди теперь, докажи, что не олень!
— Здравомыслящие? Смешно! Вчера я видел достаточно, и что бы вы сейчас ни сказали — это будут отговорки в пользу бедных, — качнул головой, смотря на мои волосы, словно на какую-то диковинку. Рыжий цвет никогда не видел, или у меня на голове рога выросли?
— Ступайте в отдел кадров за расчётом, — наконец, оторвал свой взгляд от меня и, смотря в сторону, добавил:
— У меня будут работать только здоровые люди, а не…
— Я здорова! — вскрикнула я и тут же осознала, что переборщила, поэтому повторила уже спокойным голосом:
— Здорова и полностью соответствую своей занимаемой должности.
Я должна его убедить! Сейчас! В противном случае, так же, как мои предшественники, окажусь без работы.
Нет! Нет! И ещё раз нет!
— Как мне вам это доказать? Я готова! Говорите! Могу взять на себя весь объём работы, что выполнял Эликсович, — мне не впервой тащить на себе его обязанности, — Могу подготовить финансовый отчёт, указав слабые места в фирме... Вместе мы сумеем разработать тактику... стратегии по устранению убыточного положения филиала, — судорожно убеждала его, боясь, что сейчас он снова отмахнется от меня и укажет на дверь.
Я не переживу этого. Столько лет… Я жила только лишь работой. Болела своей должностью. Грезила надеждами на безбедное будущее. А сейчас я отчётливо слышала, как моя жизнь трещит по швам. Вот-вот сложится как карточный домик и превратится в настоящие руины.
И что потом? Снова искать работу? Такую, что я желала, не так-то легко было найти. А уж о деньгах можно было вообще не говорить.
Ехать в свой родной город? Обратно к родным, которым никогда не было до меня никакого дела? Перебиваться на тех грошах? Это настоящие безумие и деградация, которые даже в страшном сне не приснятся.
— Мне нужна эта работа, — подняв глаза на шефа, поникшим голосом проговорила я, — Очень.
— Хорошо, — ухмыльнулся новый босс, явно забавляясь моим положением, — Раз так настаиваете. Докажите!
Боже! Доказать? Как? Польку перед ним сплясать? На колени пасть и перекреститься? Или… Нет… Он, что, намекает на интим за должность?
Я сплю! Или, может, меня снимает скрытая камера? А, может, просто мозг не выдержал и поехал... рисуя жуткий сценарий. Нет! Это жестокая реальность!
— Я не… — начала я, крепко сжимая свои веки, понимая, что ещё чуть-чуть, и разрыдаюсь от досады.
Всё, что угодно. Готова пахать, как проклятая. Не спать ночами, сидеть на энергетиках. Чёрт! Только не это... Нет. Я же ведь ни с кем и никогда… Отдаться за должность этому кретину? Ни за что!
— Я не… — мямлила, пытаясь выдавить из себя свой отказ.
— Будете здесь работать, только когда принесёте справку из психдиспансера! — тяжело вздохнув, неожиданно перебил меня мужчина, ухмыляясь, словно сам дьявол из преисподней.
Что?.. Справка?.. Он издевается?! Молчи, Яна… Просто молчи…
Не интим, и на том спасибо! А справка… Ну, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы руки не распускало...
— Справка об отсутствии психических заболеваний. Не купленная, а добытая в муках и страданиях в обычной поликлинике, — добавил он, оскалившись, — Бумажка такая... с синей печатью. Понятно? — скорчил из себя умника.
Вот зараза! Разговаривал со мной, как с умственно отсталой… Будет тебе бумажка… Хоть с синей печатью, хоть с красной, а попросишь, и с серо-буро-малиновой в крапинку.
— Понятно, — с облегчением выдавила из себя, желая, как можно быстрее покинуть этот кабинет, пока не выцарапала его глаза и не скормила их морской свинке, живущей в бухгалтерии.
— Ну, вот и отлично. Тогда и поговорим, — взял в руки документы, давая мне понять, что наш разговор окончен.
Развернулась на ватных ногах к двери и медленно побрела к выходу, но не успела коснуться прохладного металла ручки, как меня снова окликнули.
— Подождите! — громыхнул его голос в тишине, как раскат грома, заставляющий оцепенеть и покрыться липким потом.
Что бы он сейчас ни желал мне сказать, это явно не принесёт мне ничего хорошего. Он, как шкатулка с фекалиями. Лучше держать подальше и, желательно, не дышать рядом.
Медленно обернулась к боссу, готовясь к сюрпризам. Набрав в лёгкие воздуха, подняла на него глаза.
— Вы кое-что забыли, — мужчина с шумом выдвинул внутренний ящик своего стола и достал оттуда вполне знакомую вещицу, из-за которой мне тут же захотелось провалиться сквозь землю.
Всё! Теперь мне точно конец!
Покрутил прозрачную коробочку с розовым агрегатом у себя в руках и положил её на стол.
— Ваше! Заберите свои игрушки и впредь постарайтесь более конкретно называть курьеру координаты получателя.
Да, твою ж… Как он сказал? Мои? Мои игрушки? Вот дерьмо собачье!
— Это не моё, — покрываясь от стыда багровыми пятнами, ответила ему.
— Можете не отрицать. Курьер сказал, что это было именно для вас. Новому боссу! Это же вы до моего появления должны были им стать, но, увы... — издевался наш новый босс, снова беря в руки розовый агрегат с неоновой надписью “Только для принцесс!”
Вот же гад… Глумится! Ну, я тебе ещё устрою... упырь болотный!
— Держите, Ваше Величество! — и протянул мне коробку, — Приятного вечера.
Схватив из его рук розовый агрегат, стремглав выскочила за дверь, проклиная всё на свете.
— Ну как? — подлетела ко мне Ксюша, которая старательно обживалась на новом месте, — Рассказывай! Уволил?
— Нет. Пока! — выдохнула, прижимая к груди наш подарочек для босса, который в итоге оказался моим. Гадство! — Выдвинул условия, после которых он подумает, достойна ли я продолжать здесь работать.
— Что за... что за условия? Ян? Он, что... переспать предложил с ним?
— Бог миловал, — ответила ей тут же, — Доказать свою вменяемость. Справка от психов, что я нормальная.
— А босс-то у нас с юмором попался! — засмеялась Ксюша.
— Не умереть бы от смеха, — провела ладонью по лицу, — Убери от греха подальше этот агрегат, пока этот упырь не додумался применить его к нам с тобой по прямому назначению, — передала коробку подруге, обдумывая, что делать дальше.
— Тебе за это влетело? — спросила меня Ксюша, вертя перед своим носом диво-дивное и рассматривая его с интересом.
— Не особо. Он просто сказал, что это моё. Моё, блин! — прошипела я от злости.
Но меня уже никто не слушал. Ксюша стала вскрывать коробку и извлекать “розовую прелесть” на свет Божий.
— Оу, так вот, как он выглядит, — хохотнула подруга, не скрывая своего явного интереса, — Говорят, многие болезни им можно вылечить.
Дай мне Бог терпения!
— Ксюш! Прекращай! — взмолилась я.
— Все хвори… — шептала она словно под гипнозом.
— Только не говори об этом своему боссу, иначе при малейшем чихе жёсткий массаж у него в кабинете будет нам просто обеспечен, — вздохнув, поспешила в свой кабинет, бросая через плечо:
— Спрячь от греха, пока кто-нибудь не увидел.