Заноза для ректора, или Женись на мне, дракон!

— Тьма раздери! Адептка Клэр, что вы делаете в моём кабинете в два часа ночи? И на столе! — его выражение лица меняется с удивлённого на откровенно убийственное.

Что делаю? Мёрзну и чахну, потому что кто-то снова свалил в неизвестные дали. Хотя, скорее всего, улетел, раз не всем везёт так, как столичной Академии Валании. Ведь только у нас ректор — дракон.

Да и в целом официальный дракон у нас один на всё королевство. Не жалуют они людей и магов.

С другой стороны, может, ему просто надоело жить среди холодных и жестоких сородичей?

Но не время выходить из образа. Лучше это время как раз потянуть.

— Я… я…

Глаза несчастные и полные слёз. Точно знаю, репетировала последние три дня перед зеркалом.

— Ректор Корхан, только вы можете меня спасти. Только вы.

Вздох, так, чтобы взгляд ректора переместился с лица на шею, грудь и ниже.

— В таком виде?

Да в другом тебя не прошибить, ледяной ты дракон!

— Это всё случайно, я просто… просто…

Просто в последний визит домой стащила у Шалли, нашей служанки, чулки. И неделю тренировалась на них смотреть без того, чтобы не покраснеть до кончиков волос.

Так что сейчас сидела на ректорском столе прямо на приказе о чьём-то отчислении. Вся такая красивая, в украденных чулках, ноге на ногу, с распущенными волосами и в укороченной академической юбке.

Очень укороченной.

— Я шла… шла… и пришла…

Давайте же. Где вы?

— Адептка Клэр! — уже всерьёз рычит ректор.

Да, драконы славились взрывным характером. Но с того дня, как Корхан занял ректорское кресло, все об этом как-то подзабыли. Ректор был непробиваемо ледяным. Замораживал наглых студентов одним взглядом.

А теперь вот рычал.

Как бы не перекинулся. Иначе кабинет сметёт вместе с Главной башней академии. Но, что важнее, вместе со мной.

Я, конечно, планировала отделаться от помолвки, устроенной нелюбимым папочкой. Но никак не оказаться в гробу!

— Ректор Корхан, понимаете…

— Так вот чем вы занимаетесь в академии!

Слава богам. Успели.

— А ещё ректор! Уважаемый дракон! Родственник императора! Как вы могли?

Родственник кого?

В груди вдруг поселилась холодная, склизкая и противная змея. Я нервно сглотнула.

Вот уж драконьи подштанники.

Родственник императора?

Чувствуя, что дело плохо, сползла с ректорского стола. Даже бумажки после себя поправила. Подхватила туфли, одолженные у Аники, и тихонько-тихонько, вприсядку…

— А вы куда собрались, адептка Клэр?!

Профессор Аварж, та ещё грымза и по совместительству главная блюстительница нравов в академии. Причём признанная и уважаемая даже при дворе нашего короля. Она схватила за запястье и с обвинением потрясла моей рукой в сторону ректора.

А у того уже всполохи силы окутали тренированное тело, упакованное в тёмный сюртук.

Выглядело красиво. Как маленькие молнии на фоне тёмной ауры злого дракона.

— В комнату, — пискнула, но никто меня не услышал.

— Профессор Аварж, — тон ректора замораживал.

Но не Аварж.

Она стояла перед ним в своей длинной мешковатой юбке и блузе, застёгнутой под горло, и считала себя правой.

А. Нет. Уже не стояла.

Секунда, и она понеслась боевым пульсаром, собираясь уничтожить как минимум две репутации.

И перекошенное лицо ректора показывало, что и он это понял.

— Вы! Я так вам верила! У вас были такие рекомендации! Умный, блистательный дракон. Воспитанный, ни разу не замеченный в грязных делишках, в отличие от всей вашей семьи!

А за что его тогда выгнали, если не замеченный?

Но додумать мне не дали. Аварж приложила свободную ладонь к немаленькой груди, меня бросило вперёд.

— Профессор Аварж!

Я одна ощутила в голосе ректора угрозу?

Тьма! Угораздило же его быть родственником императора.

Знала бы — даже не сунулась.

— Приличный дракон, из хорошей семьи. А совращаете собственных студенток на столах!

Прикусив губу, попыталась выдернуть руку из мёртвой хватки Аварж. Но куда там, не мне бороться с нравственностью бывалой старой девы.

Мда. Не на такое счастье я рассчитывала. Ведь если Корхан узнает, кто я — убьёт, не взмахнув крылом.

Эх, а какой хороший был план! И ведь всё так удачно шло: главные сплетницы академии в нужное время услышали, как я хвасталась, что ночью иду на встречу с Корханом. А то, что разговаривала при этом с зеркалом и едва не хихикала, так это мелочи.

И Аварж-то они всё доложили. И даже время выдумали, освободив мне вечер для занятий. Так что спокойно сделав задание, я оделась и пробралась в кабинет ректора.

И надо-то было всего лишь напугать Корхана связью со студенткой! А теперь… теперь земля мне финалом.

— Я никого не совращал, — отрезал Корхан. — Я только что вернулся из дворца и…

— Как будто надо много времени на это юное, прелестное и глупое создание. — Взмахнула своими, и моей, руками Аварж. — Нет, ректор Корхан, не выйдет. Как бы мне ни хотелось, я вынуждена доложить о происшествии в академический совет и отправить весть во дворец. Да, вас сошлют на родину, но это лучше, чем портить студенток…

— Профессор Аварж! — рык.

Аура ректора вспыхивает золотом — цветом императорской семьи. Семьи драконов.

Красиво, тьма его подери. Но это с одной стороны. А с другой — мне конец. Мне совершенно точно конец.

Видимо, поэтому я вспомнила судьбу, уготованную любимой семьёй, ещё раз взглянула на Корхана. Пожалела себя, его.

И решила идти до конца.

— Профессор!

Отчаянным рывком я всё-таки выдрала руку из цепких пальцев Аварж. Хотя кожу так пекло, будто там она и осталась.

— Подождите, профессор, вы всё неправильно поняли.

Теперь я схватила её за руку, едва не отрывая кружево манжета.

И да, умоляющий взгляд тоже тренировала.

— Ректор Корхан… он меня не соблазнял.

Его вон от одной мысли передёрнуло. Даже аура слегка поблёкла.

— Да что ты понимаешь, глупышка, — вздохнула Аварж, ласково погладила меня по голове.

Мне пришлось сделать огромное усилие, чтобы не выйти из образа.

— Честно-честно. Просто…

Простите, ректор, но без этого никуда.

— Просто мы помолвлены. Тайно.

— Что? — всё-таки взревел ректор.

Как он такой нервный со студентами общается?

Я вот тоже не в восторге, что сведения о принадлежности Корхана к драконьему императору нагло замолчали. Но терплю же, не рычу ни на кого.

— Ты с ума сошла, девочка?

Даже Аварж не по себе.

Ещё бы. Мне самой плоховато, но куда деваться. С Корханом хотя бы можно будет договориться. Попозже. Наверное. Если в следующую четверть часа он меня не прибьёт. 

А вот с отцом не договориться — гарантия.

— Правда. Так получилось. Наши семьи… — Перебор. — Моя семья держит помолвку втайне, чтобы не узнал никто в академии. Вы же понимаете, ректор Корхан не та особа, которая пользуется доверием в Валании. Наша страна консервативна. Но родители не смогли противиться силе наших чувств. И вот я здесь.

В подтверждение отцепилась от Аварж, чтобы точно так же прицепиться к ректору.

К его чести, стряхивать меня со своей руки он не стал. А то, что скрип зубов услышали даже на том конце академии, так это ничего. Это можно потерпеть.

И пока в моей голове бродили крамольные мысли, тело вело себя как надо. Тренировки сказались — я вся сжалась, словно в ожидании удара, прильнула к Корхану как к единственному защитнику в этом жестоком мире, спрятала лицо в дорогой ткани сюртука, а глаза наполнились слезами.

И тьма с ними, что Аварж этого не видит. Главное, создают атмосферу.

— Вы бредите, адептка Клэр! — фыркнула Аварж, задирая подбородок. — Чтобы Корханы одобрили помолвку своего сына с дочкой торговца тканями? Да быть того не может!

— Она не дочь торговца, — процедил Корхан.

И вот здесь я испугалась по-настоящему.

Неужели он узнал? Но я ведь поступала в академию под легендой и другой фамилией. Даже не выходила за ворота родового замка до того, как отправиться в академию. Не распространялась и, вообще, старалась не привлекать к себе внимание.

И я рассчитывала, что к этому моменту Корхан уже просчитает все плюсы нашей “помолвки”. А вместо этого он заявил, что я не я?

— Настоящая фамилия адептки Клэр — Глервуд.

И вот здесь в кабинете повисла мёртвая тишина.

Я по инерции так и прижималась к ректору грудью, хотя вряд ли теперь меня смогли бы от него оторвать. Застыв, я уподобилась статуям, в избытке украшающим холл академии.

В то время как Аварж некрасиво выпучила глаза, раскрыла рот и отшатнулась на два шага.

Потрясающе.

Нет, я знала, что мою семью не очень любили, даже несмотря на многочисленные заслуги перед страной, но чтобы настолько.

— Нет! Этого просто не может быть, — ахнула Аварж.

И самым наглым образом стала заваливаться в обморок.

Тьма!

Ректор не должен был узнать, что я из семьи потомственных охотников на драконов. В задачи Корхана и входило-то подтвердить помолвку, потерпеть полгода звание моего жениха, а потом я закончила бы академию и отправила папу с его планами на мою персону далёким Ахатским лесом.

А теперь ректор в курсе, что мои предки сотнями убивали его предков. Но что важнее — в недавней войне мой отец убил императора Каррандара.

А я уже сказала про помолвку.

И как теперь выкручиваться?

— Я… я…

— Помолчите, адептка, — скривился ректор.

Он успел поймать профессора Аварж, не дал её голове встретиться с ножкой массивного деревянного стола и аккуратно опустил на пол. Приложил длинные пальцы к её виску, прислушался.

— Прекрасно, жить будет.

Корхан поднялся, перевёл взгляд на меня.

А я поняла, что осталась наедине со злющим ректором. Это, кстати, тоже не входило в мои планы, поэтому я плюнула на туфли и мгновенно оказалась по ту сторону стола от Корхана.

Я, правда, не знала, что он настолько уважаемый дракон!

Что титулованный — да. Но не из императорской же семьи! Мне бы хватило и самого завалящего титула.

— Итак, адептка, мне интересно… что было у вас в голове, когда вы заявились в таком виде сюда!

Вторую часть фразу он рявкнул так, что затряслись окна. И я вместе с ними.

— П-простите.

Душа сразу ушла в пятки, а идея перестала казаться такой умной.

Серьёзно, кто ещё, кроме дракона из Каррандара, смог бы перебить помолвку аж с самим младшим принцем? Никто. Так что особых вариантов у меня не было. 

Хорошо хоть в прошлые каникулы повезло подслушать отцовский разговор с братьями, где они обсуждали, как подороже продать меня королевскому двору.

Блеск.

Впрочем, их не смущала моральная сторона вопроса. Важнее было то, что двадцать лет назад вместо младшего брата они получили сестру. Причём сестру со слабыми, не раскрывшимися магическими потоками, которым ни одна академия не поможет.

Так что о моей неспособности стать Охотником, как все они, отцу сообщили даже вперёд пола. А узнав, что я девочка, он вовсе перестал обращать на меня внимания.

Рыжая. Слабая. Девочка.

Такого позора в семье Глервуд не было…

Да никогда.

А теперь это.

— За что? — поднял бровь Корхан, обходя стол.

Я двигалась в прямо противоположную сторону.

— За это? — Кивок на меня. — Или за это?

Уже на бессознательную профессора Аварж.

А у меня мелькнуло подозрение, что он специально не вернул её в сознание, хотя мог. Так, Аварж помешала бы превратить меня в пепел, зато сейчас у ректора полный простор для действий и фантазии.

— А, может, за помолвку?

И тут меня, как всегда некстати, прорвало.

— Да что такого-то? Ну подумаешь, помолвка. Ненастоящая же! Всего-то полгода потерпеть меня. А потом я исчезну из вашего поля зрения навечно. Зато отец не продаст меня во дворец, я смогу получить диплом и… и…

Больше никакой выгоды для Корхана я не придумала. Несмотря на то что меня не пугали практики ни по диким животным, ни по магическим зельям, ни по вскрытиям, сейчас было не просто страшно. Жутко.

Да я едва сдерживалась, чтобы не рвануть к двери. И то только потому, что этим разрушу всю легенду о нашей якобы помолвке перед Аварж, которая рано или поздно придёт в себя. 

С другой стороны, не пойдёт же она интересоваться у моего отца, вру я или нет. Тем более, одно упоминание нашей фамилии привело её в такое состояние.

Поэтому, оказавшись с торца стола, я всё-таки решилась. Рвану к двери, а оттуда уже можно и поговорить, и на помощь позвать в случае чего.

Только в самый последний момент запнулась, как потом оказалось за руку Аварж, и полетела носом в паркет.

Не долетела. Корхан в одно мгновение поймал и сжал так, что в лёгких разом закончился воздух.

— Адептка Клэр, — прорычал он, — вы соображаете, что наделали?

— Н-н-н… н-н-н…

Нет, но выговорить не получалось. И сказать бы, что не с чего так переживать, но горло перехватило спазмом. Я в ужасе смотрела на зрачки, что расширяясь, заполняли собой радужку. А ещё из чёрных они становились цвета расплавленного золота.

Красиво. Необычно.

Жутко.

Так, что у меня в прямом смысле зуб на зуб не попадал. Вот и тряслась, даже не вспомнив про собственную, пусть калечную, но магию.

— Потерпеть полгода? — Едва сдерживаясь, Корхан с силой встряхнул меня. — Исчезнешь? Да знаете ли вы, адептка Клэр, что через два часа весь город будет знать об этой помолвке?

В общем-то, на это и был расчёт. Аварж не только старая дева, она ещё и не умела держать язык за зубами. Поэтому из всех обитателей академии я выбрала в свидетели именно её.

— П-простите.

А что ещё сказать? Если не считать некоторых деталей, которые пошли не по плану, меня всё устраивало. Завтра весь город, а с ним и королевский дворец действительно узнают о помолвке ректора. Вопрос только, с адепткой Клэр или девицей Глервуд.

Если первое, отец отбрехается, соврёт что-нибудь королю и будет тихо скрипеть зубами. Ждать, пока я не закончу академию, чтобы прикопать под клумбой. А если второе, то плохо будет всем.

Зато меня в любом случае не продадут младшему принцу, похождения которого каждую неделю освещали в столичном вестнике.

Упаси боги от такого мужа!

Впрочем, ректор тоже не идеал. Ещё чуть-чуть, и у меня запросто треснут рёбра.

Но стоило подумать об этом, как стальные объятия разжались, а я, надсадно кашляя, приземлилась пятой точкой на паркет.

Больно!

— Вон! — процедил сквозь зубы Корхан.

— Н-но как же… — попыталась просипеть.

— Я. Сказал. Вон!

От подобного тона меня вымело из кабинета. Очнулась уже по ту сторону двери: босая, в короткой юбке, чулках и совсем растрёпанная. А что оставила туфли под ректорским столом, вспомнила и вовсе, когда зашла в свою комнату в общежитие.

— Помоги, святая Алларин! — рухнув на кровать лицом вниз, выдохнула я.

Драконы же не умеют стирать память? То есть план удался, всё решено? Или Корхану удастся запугать даже Аварж?

Очень надеюсь, что нет. Иначе выйдет, что я зря натерпелась столько страха под злющими драконьими глазами.

Впрочем, узнать об этом я смогу только завтра.

Поэтому, не раздеваясь и не смывая боевого раскраса, подтянула ноги, из последних сил укрылась углом одеяла. И перед тем как провалиться в сон порадовалась тому, что не зря сделала задания на завтра.

***

— Риар? Не ждал тебя так скоро.

Злая, жаждущая разрушать драконья магия распирала изнутри. Она требовала справедливости, только кому, как не мне знать, что её не существует.

— У меня проблемы, Рен.

Аварж всё-таки пришлось привести в сознание. Бросив взгляд на меня, она презрительно скривилась и вымелась из кабинета. Старая дура.

Рен молчал. Собственное всё, чем он мог помочь после изгнания, он уже сделал. А так… разве что выслушать, но жаловаться я не привык.

— Ты умеешь стирать память?

А вдруг. В конце концов, догнать Аварж не так трудно. Только…

— Нет. Если бы, — мрачно отозвался брат.

Да. Библиотеки и знания — это по моей части. По местным меркам я уже лет пятнадцать находился бы в звании архимага. 

— Что случилось?

Рен всегда беспокоился обо мне больше чем надо. Впрочем, у него это в крови.

— Мелочь.

Рыжая, вредная, наглая мелочь с последнего курса заклинателей. Знал бы, что всё так повернётся, закончил бы вечер в компании поприятней. Или хотя бы переместился сразу в спальню, как и собирался изначально.

Тьма дёрнула завернуть за рабочими документами! А теперь это.

— Врёшь.

— Вру. Забудь. Справлюсь.

Это потребует времени, нервов, денег и отойти от некоторых принципов. Зато какое-никакое развлечение.

Усмехнулся, глядя, как за окном занимается рассвет.

— Осталось десять лет. Потерпи, Риар. Ради меня.

Всего десять. Ерунда для того, внутри кого горит вечный огонь. Вечность для изгнанника, который точно знает, что невиновен.

— Как всегда.

С усмешкой разорвал ментальную связь, откинулся на спинку кресла.

Завтра предстоял трудный день. Ещё эта Клэр-Глервуд, чьё досье выпало из стопки, когда я искал совсем другого адепта…

И всё же знакомая фамилия. Что-то маячило на грани сознания, но не так чтобы хотелось об этом думать. Да и по сравнению с выходкой этой девицы, все заслуги её предков меркли на фоне.

Ещё обморок Аварж. Словно девица прямиком из королевских перин. Но нет, всю ветвь проклятых правителей Валании я знал наизусть. И рыжих там, кстати, тоже не было.

А раз так, то нечего думать об этой девице. В конце концов, какая-то доля правды в её запуганной речи всё-таки была.

Слухи слухами, но встречаться нам необязательно даже в пределах академии. А остальные могут думать что хотят.

Главное, чтобы новость не дошла до Каррандара. Вот тогда действительно начнутся проблемы.

Покачав головой, затушил магический светильник.

Спать.

Чтобы завтра преподнести адептам сюрприз, который им точно не понравится.

Волшебные, пришло время знакомиться с нашими героями…

И первой вашему вниманию представляется 

Аллариша Глервуд

Позор рода потомственных Охотников на драконов, Аллариша поступила в столичную Академию Валании под именем Алиша Клэр. Героине двадцать лет, она учится по специальности заклинатели, выпускной курс.

Умная, строптивая, легко пренебрегает правилами. А поможет ей это или помешает, узнаем в следующих главах.

И, конечно, нам никуда без 

ректора Лорриардена Корхана

Ректором он стал совсем недавно, около пяти лет назад. Единственный официально изгнанный из империи дракон. Славится ледяным нравом.

Умён. Ответственен. Очень строг.

И категорически против помолвок как вида.

А я приглашаю вас в увлекательное путешествие по страницам мира под названием Алларин, где сплетаются судьбы, а будущее зависит только от нас самих…

— Пс. Пс!

Подняв голову, осмотрела аудиторию, но группа мерно спала под равнодушный голос профессора Парма. История магии такой себе предмет, с вопросиками. Во-первых, её писали победители, не учитывая мнения проигравших. А во-вторых, мало кому понравится полтора часа слушать лекцию в формате дата-событие.

— Алиша!

Оглянулась направо, потом налево. Даже под стол заглянула, а то мало ли. Официально наша специальность называлась заклинатели, но за глаза академия величала нас вредителями.

Местами заслуженно.

— Я здесь.

Снова посмотрела направо. Через проход, сложив руки на столе и пригнув к ним голову, меня дозывалась Аника.

Святые боги.

Закатила глаза, вздохнула.

Серьёзно, мы выпускники. И лишний разговор, который может услышать сам Парм, вряд ли повредит хоть чьей-то репутации.

Если уж нас не отчислили до сих пор, то уже вряд ли. 

Если, конечно, не вырядиться особой лёгкого поведения и не устроиться на столе ректора.

Вспомнив ночные приключения, передёрнула плечами. Озноб от мимолётно вернувшегося страха прошёл по спине.

Но Анике ненависть ректора в любом случае не грозила. Однако, круглая отличница, она и представить не могла, чтобы открыто переговариваться на занятии. Даже если его ведёт Парм, которому глубоко плевать, слушали его адепты или нет.

— Алиша!

— Мм?

Но долго бояться я не умела. В нашей семье о страхе в принципе знали постольку-поскольку.

Поэтому, зевнув, повернулась в сторону Аники. Подпёрла подбородок кулаком. И проигнорировала возмущённо распахнувшиеся глаза однокурсницы.

— Алиша, где туфли?

Сон как рукой сдуло.

— Эм… они тебе очень нужны?

Потому что туфли так и остались валяться под столом. Когда Аварж схватила меня, они выпали из руки. А сунуться к ректору после вчерашнего это надо быть даже не Глервудом, а самоубийцей. Притом, что в народе часто ровняли одно с другим.

— Алиша! — О, Аника тоже умеет шипеть. — Я же говорила! У меня сегодня свидание! С боевиком.

Её глаза восторженно закатились. И хорошо, так она не увидела выражение моего лица.

Боевик! Пф. Там после практик от мозгов одна каша, с ними даже поговорить не о чем. 

Но это для меня. Большинство адепток, наоборот, радовались, когда заполучали в свои цепкие лапки кого-то с сильными руками и накачанным прессом. И гарантированное место в государственной страже после окончания академии тоже играло свою роль.

— Алиша!

Хм. Виновата, отвлеклась.

— Слушай, они же неудобные, — прошептала в ответ. — Может, ну их? Хочешь, одолжу тебе сапожки? Мягкие, красные. Расписаны полудрагоц…

— Алиша!

И взгляд такой, что если бы не лекция, от меня осталась бы кучка пепла.

Вздохнула, предчувствуя неприятности самым нежным местом — желудком.

— Хорошо. Занесу вечером.

Как-нибудь. В конце концов, у меня, может, и слабые магические потоки, но одно хитрое заклинание получалось в совершенстве. Как раз то, с помощью которого я проникла в закрытый ректорский кабинет.

Может, и сегодня повезёт?

Уж чего, а повторного явления меня к себе Корхан точно не ожидает. А ещё сегодня заканчивался семестр, а, значит, он уже должен был уехать на собрание Академического совета.

Ведь дряхлые старцы предпочитали собираться в королевском дворце, академия была для них слишком скромной. Так что ректору стоило выехать заранее, чем и пользовался предшественник Корхана. Все знали, что для того день совета был выходным.

Ладно. Раз всё так удачно складывалось, верну я Анике туфли. Тем более, начинался обед, коридоры опустели, а в Главной башне и вовсе никого не должно быть.

Поэтому, вздохнув, вместо того чтобы уступить урчащему желудку и после истории направиться в сторону столовой, я развернулась в противоположном направлении. Ноги не шли, но куда им деваться, если с головой беда.

Эх, зря отец считал меня разочарованием семьи. Если судить по идиотским поступкам, то я переплюнула даже старшего брата — отцовскую гордость.

И с этими мыслями успела подняться по главной лестнице академии на целых половину пролёта. Пока до меня не дошло, что ноги идут по воздуху, а сама я зависла над полом.

И пропустить это событие могла только по одной причине.

Голова сама вжалась в плечи, глаза зажмурились, а я больше всего на свете захотела провалиться сквозь землю.

— Ах ты, дрянь!
Приглашаю вас в зажигательную новинку Татьяны Озеровой

Одно радовало, к этому моменту в холле не осталось никого, кроме меня, отца и Элиаса — умника, красавца, гордости и, по совместительству, моего старшего брата.

— Это так ты отблагодарила за всё, что я тебе дал? Паршивая, ни на что не годная девчонка!

Отцовская магия белой дымкой перехватила меня за ноги и за руки, намертво связывая их друг с другом. Скользнула к горлу, пережала и его. Да так, что в глазах потемнело.

— Папа, — прохрипела, но вряд ли он услышал.

— Я, — продолжал взбешённый Ниер Глервуд, — дал тебе имя, титул и возможность учиться. Отправил в эту вшивую академию вместо того, чтобы утопить в ближайшем пруду. Только в память о твоей матери! А ты!

Меня швырнуло в одну сторону, в другую. Сумка выпала из рук, несколько раз перевернулась в воздухе. Вещи, которые до этого мирно лежали внутри, со стуком покатились по ступеням.

Но я видела только изумрудные, посветлевшие от гнева, глаза отца.

Мда, не ожидала такого эффекта, и что новости до замка долетят настолько быстро. Но если мне не везёт, то по-крупному.

— Я. Был во дворце. Обедал с королём. Обсуждалась дата твоей помолвки!

С каждым словом он поднимался на ступень. А удавка на моём горле сжималась сильнее. Ещё чуть-чуть, и отец лишится неблагодарного слушателя в моём лице из-за банального обморока.

— Отец, — скривился Элиас. — Осторожнее. Убьёте ненароком.

— Да надо было удавить её ещё в колыбели! Паршивка! Опухоль на роде Глервудов! Девка без дара, с которой только и можно взять выгодную партию!

— Если вы её убьёте, то и этого не получим, — равнодушно отозвался Элиас.

Да, семейка у нас всем на загляденье.

— Плевать!

Голос отца стал едва слышен — более злым я его ещё не видела.

— Извинюсь перед его величеством. Она всё равно недостойна наследника, так что всем только лучше.

И то ли кто-то всё-таки услышал шум, то ли куда-то торопился, но двери, ведущие в столовую, начали распахиваться. А следом от души приложили торопыгу с той стороны.

Папа не желал свидетелей, и огромные, весом с половину Главной башни, двери захлопнулись, повинуясь его воле.

— Опозорила! Спуталась! С тебя и взять-то нечего было, кроме невинности, да смазливой мордашки!

Нет, я, конечно, предполагала, что отец расстроится. Но чтобы до такой степени…

Впрочем, думать об этом осталось недолго. Перед глазами плясали тёмные пятна, тела я уже не чувствовала, а дышать даже не пыталась. Слишком хорошо знала, на что способен любимый папочка в гневе.

Поэтому никак не рассчитывала, что заклинание, удерживающее меня в воздухе, вдруг исчезнет. И я всей своей бедовой головушкой понесусь к острым каменным ступеням — главная лестница академии всегда была местной достопримечательностью.

— Что за драконья мать! — взревел отец.

— Попрошу без оскорблений.

Но вместо того, чтобы следовать отцовским наставлениям и попрощаться с жизнью, я мирно приземлилась в чужих руках. Сильных и уверенных.

Это кто настолько самоубийца, чтобы связываться с Глервудами?

Но умная мысль подождёт. А пока я держалась за горло и сипло откашливалась. Потом почувствовала, что меня поставили на ноги. Поддерживали, пока я выкашливала собственные внутренности.

И только спустя несколько минут, более-менее придя в себя, я осознала себя у основания лестницы, рядом с отцом. Но не настолько близко, чтобы он мог до меня дотянуться.

Собственно, он и не пытался.

А вымораживающий тон, горячий бок и должность моего спасителя внезапно оказалась у ректора. Впрочем, он тут же отстранился и для верности отошёл на пару шагов, словно даже касаться меня ему было противно.

Эх. А я старалась, между прочим. Подбирала наряд для вчерашней ночи. Раз пять обожглась горячими щипцами, пока завивала рыжие волосы.

— Ты! Пар…

— На вашем месте я был бы осторожнее со словами, — усмехнулся ректор. — Чтобы потом не пришлось брать их обратно.

Отец раздулся. Правда. И так высокий и тренированный он, казалось, сейчас взорвётся от переполняющей его ярости. Жилка на шее бешено забилась, глаза налились кровью.

Даже воздух вокруг начал угрожающе потрескивать.

— Вы хоть знаете, с кем говорите? — прошипел он.

Лучше бы не знал.

Вспомнив вдруг, каким боком моё семейство относится к Каррандару и всем драконам в принципе, прикусила губу. Ощутив солёный привкус, слизнула каплю крови. 

Хотелось сбежать. Вот честно, я бы предпочла, чтобы дальше они разбирались без меня. Но Элиас, в отличие от отца, не сводил с меня взгляда, так что любые попытки побега обернулись бы провалом. Причём, провалом позорным.

— С невоспитанным магом, который не дорожит честью, не имеет совести и… равнодушен к собственным детям? — поднял бровь Корхан.

Он в принципе выглядел хозяином положения, и это странно. Странно и непривычно.

Потому что везде, где появлялся мой отец, ему оказывали почести наравне с королевскими. Как же! Герой Валании и прошедшей войны, приближённый короля, архимаг в двадцать третьем поколении и прочее, прочее, прочее. К тому же способный убить любого дракона если не одним ударом, то тремя точно.

Жители Валании ругались фамилией отца. И в то же время закрывали ставни, когда он скакал по городу на Тьме, своей вороной кобыле. Но это те, кто поумнее и потрусливее. Если говорить про тех, кому отбили чувство самосохранения, то эти набивались ему в друзья.

Ведь Ниер Глервуд был не просто Охотником на драконов. Он был жестоким, злым и ненавидящим своих врагов Охотником. И сыновей воспитывал так же.

Стоило ли удивляться, что Элиаса даже не затронуло происходящее.

Я привыкла.

Но Корхан — не я.

— Вшивый ты дракон…

Ой. А вот тут я втянула голову в плечи. Вряд ли у драконов случались вши, но сама формулировка…

Впрочем, отец почему-то не продолжил. И причина прояснилась, стоило просто посмотреть на неподвижное тело с яростно вращающимися глазами.

— В-вы… в-вы…

— Не люблю незваных гостей, — криво усмехнулся Корхан, не глядя на меня.

А я подняла глаза и только сейчас сподобилась разглядеть ректора, на которого переложила часть своих проблем.

Высокий, выше меня на голову, широкоплечий и тренированный, Корхан производил впечатление. Это если забыть, что он обездвижил самых сильных магов Валании, не двинув и бровью.

Искоса взглянув на него, отметила твёрдый подбородок, резко очерченные скулы и нехороший прищур, от которого даже мне стало как-то неуютно. Короткие, по меркам Валании, волосы не доставали даже до ушей и были в беспорядке, словно до этого ректор ерошил их пальцами.

Мой взгляд скользнул ниже, к сильной шее с каким-то завитком, виднеющимся из-под высокого ворота сорочки. Ой, это я так за него цеплялась, что теперь Корхан выглядел несколько взъерошенным? Сбитый набок ворот, распахнутая сильнее, чем обычно, сорочка… и оторванная верхняя пуговица сюртука.

Вот драконья задница!

Сглотнув, чувствуя, как по телу прошёл озноб, опустила взгляд на пол. Тьма! Так и есть. Золотая, с каким-то символом пуговица, валялась в локте от нас. 

Я снова перевела взгляд на сюртук, едва ли не ткнувшись в него носом, чтобы убедиться, что пуговица от него. Виновата. Забылась. Впрочем, Корхан быстро напомнил, кто здесь кто.

— Адептка Клэр.

Стоило столкнуться глазами с ледяным взглядом ректора, чтобы мгновенно очутиться в кипящем котле вины. А если вспомнить, куда я собиралась идти и зачем, к вине быстро добавилось смущение.

Я снова хотела незаконно проникнуть в кабинет ректора. А он меня вроде как спас.

Вроде как — потому что я всё ещё не верила, что отец собирался меня убить. Может, позже, с холодной головой, незаметно и чтобы замаскировать всё под несчастный случай. Как с конюхом, который случайно повредил копыто его Тьме. 

Но не так, не на глазах у всей академии.

— Простите.

Что-то часто я извиняюсь перед этим драконом.

С другой стороны, если новость о помолвке так быстро дошла до дворца, то как бы она ни пересекла границ Валании. А там и до драконьего императора недалеко.

И если сам Корхан почему-то игнорировал — пока! — мою настоящую фамилию, то сородичи быстро просветят его на мой счёт. И станет моим постоянным жилищем скромная могилка под академическими клумбами.

Хотя какая клумба! Корхан просто стряхнёт мой пепел со своих идеальных, с золотой вышивкой, манжет.

— Снова?

Отвлеклась от своих мыслей и поняла, что потеряла нить разговора.

— Что?

— Вы снова извиняетесь. За что на этот раз?

И то ли я всё-таки приложилась головой о мрамор, то ли в его взгляде действительно мелькнуло сдерживаемое веселье.

Но пока я находилась с ответом, Корхан вдруг изменился в лице, дёрнул меня за руку и намертво прижал к своей груди.
Волшебные, если вам нравится книга, я не узнаю об этом без ваших оценок и комментариев❤ Всё это как ничто другое стимулируют автора бежать в текст и радовать вас новыми главами!

Хорошо, что пуговица оторвалась. Иначе я осталась бы без глаза.

И возмутиться бы, но есть ощущение, что Корхан прижался ко мне не от большой любви, спаси меня Тьма от такого счастья!

— Что происходит? — спросила полузадушенно.

— Закройте рот, адептка Клэр. Не до вас.

Эм. Я бы ответила, куда ему пойти вместе со своим хамством, будь он адептом. Но посвящать целого ректора в свои познания уличного языка не хотелось.

— А до кого?

А что, вдруг ответит.

— Ваш отец пытается вас убить.

Да ладно! В присутствии ректора-дракона императорской крови?

Нет, я знала, что отец временами перегибает, но не настолько же. Ведь всем известно, что драконы — первоклассные бойцы. Там, где наших магов погибало сотня, драконы теряли единицы. Потому что, во-первых, чешуя это вам не зелье храбрости хлебнуть — защитные свойства непревзойдённого качества передавались и человеческой ипостаси.

Во-вторых, что-то у них там было связано с магическими потоками, с которыми у меня проблема. То ли они были с руку толщиной, когда у обычного мага едва ли в палец диаметром, то ли как-то сообщались с внутренним резервом дракона…

В общем, Каррандар не распространялся, а наши умники так толком ничего не выяснили, но что-то в этом явно скрывалось. Потому что драконы на раз выжигали целые поля вместе с нашими войсками. А, объединившись, могли и пару городов сжечь.

И вот это отец собрался убивать? Так просто, назло подписанному мирному соглашению? Ещё и на чужой территории — а только полный идиот будет думать, что академия не подпитывает своего ректора?

Мда. Неловко заявлять, но я была лучшего мнения о родительских умственных способностях.

И всё бы ничего, но шея затекла от стояния на одном месте ещё и в таком положении.

— А вы уверены? — спросила с интересом.

— В чём?

Какая милая светская беседа в условиях окружающего нас адского пламени. Несмотря на щит Корхана, даже так чувствовалось, что с той стороны жарко.

— В убийстве.

— От позорной смерти вашего отца защищает только моя договорённость с Малионом.

Малион. Вот так запросто и с ноткой презрения Корхан отозвался о короле Валании.

— Договорённость не убивать жителей Валании?

Интересно же. Всё равно вокруг ничего занимательного, кроме, плачущих металлом, факелов на стене.

— Большинство жителей.

— И не совращать адепток?

Язык мой — враг мой. И прикусила я его уже после того, как высказалась.

— Адептка Клэр!

Рык, натуральный и взбешённый прозвучал над ухом, а потом меня оторвали от безопасного сюртука, с которым я практически сроднилась.

— Простите?

Но Корхан только зло сверкнул глазами, в которых от радужки остались два маленьких расплавленных солнца, поглотившие зрачок. Чувствовалось, что ему хочется ответить. К счастью, ректор занимался нашим спасением.

— Убил бы, — только и выдохнул.

А мне показалось, что дыхание у него самое что ни на есть драконье — обожгло мне нос и щёки.

Хотя, может, это проснулись совесть и стыд.

А потом… нет, это просто невозможно! И невероятно. И будет, что внукам рассказывать, если я до них доживу.

Потому что за спиной Корхана вдруг развернулись самые настоящие драконьи крылья! Золотые, в половину холла, они едва шевельнулись, и атака прекратилась. Ректор повернулся спиной ко мне, а я вовсю рассматривала плотные чешуйчатые перепонки, отливающие изумрудным, стоило крыльям двинуться.

Святая Алларина! 

А какими когтями заканчивались маховые кости! А место, где крылья крепились к ректорской спине! Всё это добро так и хотелось пощупать. Настолько, что я напрочь забыла про любимых родственников и всё-таки коснулась самого края крыла.

Не знаю, как не запищала от восторга.

Иметь такую красоту и не показывать? Это преступление против моей личности! И против врождённого любопытства, которое ни разу не довело меня до хорошего.

До боли прикусив губу, бросила взгляд на Корхана, которому было не до меня и крыльев. И осмелела настолько, чтобы коснуться перепонки всей ладонью.

Правда, не ожидала, что по крыльям во все стороны от моей руки разойдутся потрясающие, красно-золотые следы. Как круги по воде.

Прижав ладонь к груди, отошла на два шага, чтобы не искушать себя и судьбу. Ладно сейчас Корхан не заметил, судя по уверенному движению рук он кастовал на отца и Элиаса какое-то сложное заклинание. Но рисковать дальше не стоило.

Поэтому я выдохнула и решилась выйти из-за широкой спины.

И в тот же миг крылья исчезли, словно их не существовало.

— Что вы делаете?

— А вы как думаете, адептка? — скривился Корхан и отпустил заклинание.

Отца и Элиаса сразу же опутали полупрозрачные, тёмные нити толщиной с канат. Убийственные, если попытаться как-то на них воздействовать.

— Они не хотели ничего такого.

Для моей семьи убить, как чихнуть. Случилось и ладно.

— И никак мне не навредили.

Придушить немного в исполнении отца — это фактически ласка.

— Отпустите их. Пожалуйста.

Вот и пригодилась жалобная физиономия, которую я столько времени тренировала. Только Корхан не повёлся, он скрестил руки на груди и перевёл на меня нехороший взгляд.

— Адептка Клэр, вы в своём уме?

В своём. Потому что судить моих родственников может только король. Особая привилегия для отличившихся. Но сюда он не явится, пошлёт младшего отпрыска. Того самого, который должен был на мне жениться.

А его высочество Райнер, может, и повеса, но не дурак. Далеко не дурак. Он с ходу раскусит всю мою интригу с помолвкой. Ещё и посочувствует ректору, а заодно предложит исключить меня в качестве наказания.

А там до отцовской мести и связанной, с кляпом во рту невесты рукой подать.

Мне оно надо?

Но Корхан всё ещё недовольно ждал ответа. А мне снова пришлось выкручиваться.

И для начала трагически заломить руки.

— Вы не понимаете! — прошептала я. — Да, отец меня не любит. Никогда не любил. Но он мой единственный родитель! Моя тихая гавань, мой свет, мой…

Снова перегнула. Не быть мне актрисой уличного театра. Поэтому снизила накал страстей: опустила голову, вздохнула и продолжила обычным голосом.

— Вам не понять. Но у меня нет другого дома и другого отца. И не будет. А король… если их с Элиасом будут судить, отец окончательно меня возненавидит. Я прошу вас, — подняла блестящие от слёз глаза на Корхана, — пожалуйста, отпустите их! Я сделаю всё, что хотите. Только дайте доучиться, а в остальном, воля ваша — хоть казните.

И собралась опуститься на колени, предчувствуя огромные синяки, но Корхан перехватил за локоть.

Боги, да я правда не рассчитывала на такие последствия. Аварж должна была доложить во дворец, новость разлететься по городу, а отец поскрипеть зубами, но отложить решение до окончания мною академии. 

В конце концов, многие ли знали, что Алиша Клэр и Аллариша Глервуд — один человек? Только отец, братья, да приближенные слуги. Отец бы не стал раскрывать моё имя, не захотел скандала, не решился порочить фамилию.

Вот только Корхан раскрыл меня перед Аварж, и всё пошло дракону под хвост.

— Вы самая ненормальная адептка в этой академии, — процедил он.

А кто говорил, что будет легко. Мне, например, даже подумать страшно, что предпримет отец, когда придёт в себя.

— Как угодно. Только отпустите их!

Прикусив губу, вцепилась в предплечье Корхана.

Одно дело, когда выгодная невеста ускользает из королевских рук. Тем более что тех невест у принца, пусть даже младшего, только свистни. Но совсем другое, когда принятый из лучших побуждений изгнанник, дракон императорского рода, ещё недавно заклятый враг королевства поднимает руку — или крыло? — на героя Валании в богиня знает каком поколении.

Как бы дальше ни сложилась моя судьба, но подставлять Корхана так я не собиралась. Если его правда изгнали, о чём перешёптываются на каждом углу даже пять лет спустя, то идти ему станет некуда. Всё-таки материк Алларин делили только два государства — королевство Валания и империя Каррандар.

А я слишком хорошо представляла, каково это — оказаться без места в этом мире. И никому не желала такой судьбы.

Корхан опасно прищурился. У меня от страха свело желудок.

— Вы ответите на все мои вопросы, адептка Клэр. В противном случае…

Но что сделает Корхан я не узнала. Дверь столовой содрогнулась, словно с той стороны находились не пара сотен сытых студентов, а столько же голодных драконов.

А в следующее мгновение я оказалась стоящей в одиночестве посередине ректорского кабинета. До боли знакомого.

— Туфли! — вспомнила.

И полезла под кресло, откуда виднелся край узкого, ярко-красного носа.

— Добровольно впихивать ноги в этот пыточный инструмент? Аника сошла с ума.

Так, с ворчанием я всё-таки дотянулась до обуви и, чихнув от пыли, вылезла, плюхаясь на то место, которое у меня вечно оказывалось в неприятностях. Довольная, что хоть эта малость мне удалась.

Вслепую потянулась за сумкой, которая переместилась вместе со мной и должна была лежать где-то за спиной. А нащупала что-то твёрдое и тяжело вздыхающее.

Зажмурилась, благо он всё равно не видел.

— Ректор Корхан?

Ну вдруг мне повезёт.

— Собственной персоной, — усмехнулся он.

И убрал свой ботинок от моих загребущих рук.

— Располагайтесь, адептка. Нас ждёт очень занимательная беседа.

Как раз в это я охотно верила. Пока меня не подняло в воздух и не привязало невидимыми нитями к злополучному креслу.

— Но у меня занятия.

Он же ректор, должен радеть за успеваемость.

Но Корхан плевать хотел на собственную должность. Свет в кабинете померк, словно на город опустилась ночь, а сам ректор как никогда раньше стал напоминать дракона. Злого и очень опасного.

— Если вы до них доживёте, — оскалился Корхан.

А смелой и местами ударенной девице Глервуд в моём лице вдруг стало очень страшно.

Дрожь прошла по всему телу, но я постаралась подавить позорное чувство. Мне бояться какого-то дракона? Пф.

Правда, от напускной храбрости мало что осталось, когда Корхан расстегнул сюртук, ослабил ворот сорочки и расслабленно присел передо мной на собственный стол. 

И улыбнулся так, что у меня застучали зубы.

— Итак, кто тебя послал.

Что?

— Не притворяйся, что не понимаешь. Тебе прекрасно известно, что я чувствую ложь. И либо ты расскажешь мне всё, либо…

И ярко вспыхнувшее пламя на ладони Корхана снова напомнило мне о пепле и клумбах.

Проблема одна — меня никто и никуда не посылал.

— Но я правда не понимаю, — начала осторожно. — Послушайте, ректор Корхан, это всё большая ошибка и…

Невидимые верёвки сильнее сдавили запястья. Не так чтобы шипеть от боли, но приятного мало. И особенно мало его в происходящем, которое всё меньше походило на неудачную шутку.

Зато всё больше — на прелюдию к моим похоронам.

— Имя.

Какое?

— Алиша Клэр. Ай!

Нити на мгновение впились в кожу так, что, казалось, перережут запястья.

— Первое предупреждение.

Да чтоб тебя драконы… изгнали ещё раз! Потому что все остальные мои проклятия унижали жителей по эту сторону границы.

— Аллариша Глервуд, — прошипела в его духе. — И если вы меня убьёте, отец…

— Скажет мне спасибо? — иронично поднял бровь Корхан. — Признайте, вас некому защитить. Даже если я испепелю вас здесь и сейчас, мне грозит разве что лёгкий выговор от Малиона.

Одна радость, он снова стал мне выкать. И, может, я совсем того, но пусть это будет хорошим признаком.

— Это если вы испепелите адептку Клэр, — огрызнулась.

Остатки страха растворились в закипающей ярости. Да что этот дракон… вшивый о себе возомнил! Последняя скрипка в императорском ансамбле, а всё туда же! Строит из себя Тирренадира Корраданского, не меньше. Тоже мне император взялся.

— А если адептку Глервуд?

Корхан сидел на прежнем месте и поигрывал огненным шариком. Отблески пламени бросали на его лицо неровные тени, делая его совсем драконьим, дико жестоким и… мужественно-красивым, здесь не поспоришь.

Но всё равно в следующий раз, собираясь кого-то подставить, я выясню о кандидате всё вплоть до цвета подштанников! И больше не стану действовать наудачу.

— А вы попробуйте.

Подалась было вперёд, но волшебные нити угрожающе натянулись.

— Ночью вы были сговорчивее, — хмыкнул Корхан.

Пошло, вульгарно. Как будто он не выгнал меня. Как будто я залезла ему не в фиктивные невесты, а в постель.

— Вы…

Внутри кипело и булькало. Не свяжи меня Корхан, уже отдирал бы ногти от своего лица. И никакой магии.

— Я отвлёкся.

И взглядом так зырк-зырк. Одарил сверху вниз, да таким, что я почувствовала себя если не голой, то в нижней рубашке. А они все у меня не по приличиям короткие и прозрачные.

— Зачем вы проникли в столичную Академию Валании?

— Учиться.

Какой вопрос, такой и ответ. И мне интересно, что у него за самомнение такое, если Корхан считает, что я здесь ради него? Больно надо!

— Зачем вы проникли в ректорский кабинет?

— Не в столовую же идти такой красивой.

И пора бы завязывать с ехидством, но в опасных для жизни ситуациях я всегда говорю много, ядовито и не по делу. Видимо, поэтому на лице Корхана промелькнуло сомнение. По всей видимости — в моих умственных способностях.

— То есть ночью вам было без разницы, на кого накинуться?

— Только если этот “кто” наглый и с крыльями.

— Вы вообще ничего не боитесь, адептка как-вас-там?

Огненный шар схлопнулся, Корхан выпрямился, а мне по глазам ударил яркий свет.

— Хотя о чём я говорю, если вы выросли в такой семье.

Корхан щёлкнул пальцами — уверена, что только для меня, сам он обошёлся бы без дешёвых фокусов, — и с запястий вдруг исчезли связывающие нити.

— Зато не падаю в обморок от любого чиха.

А вот не надо трогать мою семью, какой бы она ни была.

— Да. Всего лишь расхаживаете полуобнажённой по чужим кабинетам.

Да что прикопался-то! Или всё-таки понравилась?

От последней мысли неприязненно повела плечами. Ещё не хватало, чтобы на меня засматривался какой-то там дракон.

— Я могу идти? — вскинула подбородок. — Допрос окончен?

— Мы недоговорили. И для начала ловите.

 А потом в меня полетел самый настоящий огненный пульсар.