Западня от инквизитора

Я смотрела на юное создание и не понимала, что же меня настораживает в девушке. Бледная, испуганная, с широко открытыми голубыми глазами, она взирала на меня с таким нескрываемым ужасом, что впору было думать, а не выросла ли у меня уродливая бородавка на носу.

Нет, конечно, не выросла.

Многие люди, приходившие ко мне, имели похожие эмоции. Не каждый день ты переступаешь закон и обращаешься к ведьме за запрещенным зельем.

— Проходи, садись, — указала на лавочку в своем доме. — И расскажи, что именно тебе требуется.

Она огляделась и скривилась. Видимо, рассчитывала на более теплый прием, а может, на более богатую обстановку.

К сожалению, я не могла похвастаться красивым убранством, дорогими картинами или цветами в вазе на столе. В моей хибарке было душно, тесно и пыльно из-за цветочных сборов, которые я вешала везде, где было свободное место. Зато камин потрескивал от поленьев, по воздуху плыл цветочный аромат. Куда лучше, чем на улице. Зима уже заметала дороги, совсем немного, и снегопад превратится в настоящую пургу.

Я жила в предместье Монружа и отчаянно старалась держаться подальше от столицы. Я решила начать новую жизнь.

Хотя...

Как решила. Мечтала закончить с беззаконием, преступлениями, но продолжила варить и продавать эликсиры без лицензии. За это полагалось лет десять тюрьмы, и то, если повезет с судьей. Могли и на рудники отправить. Всем плевать на безродную ведьму.

Но я не могла себе позволить учебу и получение проклятой лицензии. Стоило все баснословно дорого, я подобных сумм сроду в руках не держала.

В итоге с моим праведным образом жизни пришлось чуточку обождать. Я копила и, наверное... лет эдак через пять у меня получится войти в Лиорскую академию магии, не боясь, что меня от туда выведут.

— Ну, — девица поникла и явно застеснялась. — Мне нужно... ну... я со своим женихом...

— Поняла, поняла, — мгновенно догадалась. — Лунное зелье. Деньги принесла?

Наивная незнакомка нервно сглотнула, но сразу закивала, протягивая мне зажатую в пальцы бумажку.

Все-таки есть в ней что-то отталкивающее. Я бы отказалась, предпочитала работать с проверенными заказчиками, но ее мне посоветовал знакомый. Сказал, девчонка честная и сама боится законников словно огня.

— Спасибо, — я приняла купюру, подержала ее на свету, а потом, сложив в четверо, убрала в тесный корсет. — Обожди одну минутку... и не двигайся.

— Хор-хорошо, — икнула моя гостья.

Посмотрев на нее, удостоверившись, что она никуда не денется, прошла во вторую комнату, отодвинула сундук, под которым находился скрытый лаз и осторожно опустилась вниз.

Здесь я хранила свои важные запасы. В нем прятала зелья, за которые меня можно было обвинить в нарушении магического закона. В маленьком помещении расположила несколько наскоро склоченных полок. Расставляла эликсиры я в тайнике по алфавиту и по степени готовности. Лучшего места и не придумать. У меня не было средств на холодильный ларь, а под землей оставалась прохладная температура.

Взяла необходимый пузырек, как раз идеально настоявшийся, и полезла обратно, вручить покупателю его зелье.

— Держи, — предварительно замотала склянку в тряпицу.

Девочка побледнела еще сильнее. Губы задрожали.

— Что? — не поняла ее ужаса, но ответ пришел неожиданно быстро.

Я остолбенела, когда догадалась, что в доме чужак. Чужак не простой, а имевший доступ к дорогим, почти бесценным и редким артефактам.

— Валери Морган, — за спиной послышался чужой, отрывистый голос. — Вы обвиняетесь в нарушении правил. Прошу вас оставаться на месте, не предпринимать никаких действий, слушаться приказов и не чинить препятствий.

Я медленно обернулась, а незнакомец скинул иллюзорные чары.

Мой знакомый жестко ошибся, мышка-малышка не просто нуждалась в Лунном зелье, мерзавка привела ко мне столичного инквизитора.

Передо мной стоял мужчина, одетый в форму его ведомства. На вид ему было чуть за тридцать, с тонкими чертами лица: скулы, линия подбородка, легкая усмешка, коснувшаяся выразительных губ. И глаза... Его карий взгляд пронизывал меня на сквозь.

Пожалуй, я бы назвала его красивым, если бы не одно но...

Он пришел, чтобы меня арестовать.

— Нет, спасибо! — отреагировала я молниеносно.

Плеснула в глаза мужчине зелье, из кармана вытащила порошок, который случайно просыпала накануне и дунула ему в лицо.

— Черт тебя побери, ведьма! — скривился он, пытаясь убрать налипшую грязь.

Рядом завопила девчонка.

Пользуясь неразберихой, я схватилась за кочергу, которой мешала золу в камине, с силой ударила по инквизитору, надеясь, что тот рухнет от удара. Не тут-то было! Он был обладателем не только примечательных скул, но и внушительной комплекции.

— Ты! — я была неосторожна, и он успел заломить меня, будто я не прошлась железной палкой по его груди. — Остановись. Иначе тебя будет ждать не арест, а казнь.

При слове казнь я лишь больше затрепыхалась, словно превратилась в пойманного воробья, которого намереваются вручить кошке.

— Отстань, отстань, — тоже кричала.

Моя несчастная избушка ходила ходуном. Визжала посетительница, орала я, фыркал чиновник.

— Да замолчи ты наконец, — он закрыл ладонью мой рот, но тотчас убрал руку. — Да ты меня укусила!

Видимо, я смогла удивить противника. Мне удалось вынырнуть из крепких, стальных объятий, а заодно вытащить из его кармана острый нож.

Я приставила острие к его горлу и, не глядя на вторую гостью, громко ей приказала.

— Уходи! Быстро!

— Простите, госпожа ведьма, простите, госпожа ведьма, — лепетала она.

Дуреха забыла надеть свою шапку, но из дома выскочила, а я и инквизитор остались наедине.

— Ну, чего ты ждешь? — он меня не боялся. Спокойно дышал, ни одна мышца у него не дрогнула.

А я не могла. Не могла пошевелить рукой. Даже двинуться не могла, боясь, что случайно задену артерию, ткнула-то я лезвием именно в нее. Я никогда никого не лишала жизни. С кем бы не сводила меня судьба, какими бы преступными делами я не занималась, все равно могла с гордостью говорить, что не превратилась в убийцу. Но самым обидным было, что и инквизитор это знал.

Он хмыкнул, положил ладонь на рукоять, накрыв мои пальцы сверху. Убрал от горла острие и забрал нож.

Я стояла и смотрела, как он убирает клинок и вытаскивает оковы.

— Будешь сопротивляться, ничем хорошим это не закончится, ведьма.— предостерег меня мужчина от дальнейших действий.

— Ничем хорошим, это уже не закончилось, — с вызовом ответила, но дала себя заковать.

Он сильнее, могущественнее и явно быстрее. Я и пикнуть не успею, если выскочу за дверь. По снегу во время вьюги я далеко не убегу.

— Если будешь сговорчива, — с силой он нажал на мое плечо, приказывая сесть на лавку, — возможно, я не буду обращаться к местному судье. Ты мне нужна.

Он сам удобно устроился в единственном кресле, чьей обивкой плотно закусила моль.

— Зачем инквизитору ведьма? — насторожилась я.

Сотрудничество с чиновниками никогда не приносило нам ничего хорошего. Его слова не стояли и медяка. Воспользуется мной, а потом бросит стражникам, чтобы те выполнили свое черную работу.

Что ему нужно? Зелье? Он мог забрать любое в подполе. Наварила я их с избытком.

Мужчина поигрывал ножом и уставился на меня. Изучал. Изучал как охотник пойманную добычу. Следил за каждым моим нервным подергиванием, за каждым шорохом ноги.

— Как тебя зовут? — на мой вопрос он не ответил.

Отложил оружие, поднял брови и подпер рукой подбородок.

— Я Валери, а ты... — поджала губы. — Как тебя величать?

— Зови меня Райан, Валери. — обвел он глазами мое скромное жилище. — У тебя довольно уютно.

— Уютно не уютно, но тепло. Так зачем я столичному ищейке? Почему он покинул город, ради безродной девушки?

Мне было плевать, как выглядит мой дом. Я бесилась, злилась, натянулась словно тетива на луке. Меня поймали с поличным, но некий Райан не торопился уводить меня в застенки.

— А ты наблюдательна, Ва-ле-ри, — пропел он насмешливо мое имя. — Когда колдунья без образования становилось настолько мудрой?

— Тогда, когда захотела жить, господин инквизитор. Беспечная ведьма — мертвая ведьма.

— Только та, что нарушает закон.

Я взорвалась. Если этому столичному хлыщу повезло родиться в рубашке, у богатых родителей, то я подобным похвастаться не могла. Я половину жизни провела в голоде и холоде.

— Что тебе знать о законах? Я гораздо сведущее любого аптекаря, но не могу позволить себя проклятую лицензию. Слишком странно у нас работает справедливость, не находишь?

— Увы, — развел он руками, — где ты видела ведьм, которые хорошо устроились в жизни? Но я готов тебе помочь. Чего ты хочешь? Лицензию?

Я смотрела на инквизитора и ждала подвоха.

— Хочу, — кивнула, подтверждая свое желание. — Но не могу ее оплатить.

— А если я ее оплачу, — прищурился мужчина. — Дам тебе обязательство, что ты пройдешь обучение, вознаграждение и амнистию перед короной, будешь ли ты сотрудничать?

— Сначала я должна понимать, чем я буду обязана городскому чиновнику.

— Поступиться с принципами, — Райан выгнул бровь. — Ты же из Подземных бродяг.

Услышав название банды, я постаралась сохранить лицо. Получается, инквизитор был осведомлен, кто я такая. Наверняка приставил соглядатаев и наблюдал за каждым шагом. Я была ему нужна, чего он, конечно, не скрывал, но нужна куда больше, чем он показывал.

— Я покинула их ряды, — опустила плечи. — Довольно давно.

— Нет бывших бродяг, я же знаю, — ищейка протянул мне специальную монету.

Ее чеканили фальшивомонетчики в катакомбах. Она одновременно не имела никакой финансовой ценности. За нее не дать ничего. Простая железячка со странным узором, но также она обладала магической силой.

«Брат к брату, сестра к сестре» — гласил наш девиз. Мы всегда друг другу помогали.

— У кого ты ее забрал? — покрутила в ладони символ братства.

— Неважно. Другой вопрос, проведешь ли ты меня в катакомбы? — серьезно спросил столичный инквизитор. — Что ты выберешь? Свободу, богатство и почитание или темницу, голод и смерть?

Ему казалось, что выбор очевиден, но он глубоко ошибался.

Приведи я в катакомбы чужака, меня никто не пожалеет.

— Нет, — отвернулась, чтобы смазливая моська меня не смутила.

— Как нет? — изумился инквизитор.

— У тебя проблемы со слухом, господин инквизитор? — пожала я плечами. — Какая мне разница, где именно погибать? Свои за предательство меня не простят.

— Я не прошу тебя предавать, я прошу привести меня туда, — продолжал настаивать он.

— Ага, а после выдать их местонахождение стражникам. Нет, не проси меня о таком, отдавай властям.

Райан с силой ударил по столу. Не миг он потерял самообладание, его красивое лицо исказили гневные эмоции.

— Мне говорили, что ведьмы упрямые, но чтобы настолько! Ты в своем уме? Здесь тебя никто справедливо судить не будет. Полагаешь, что твои друзья придут на выручку? Не успеют.

Он говорил, говорил, но глубоко ошибался. Никто ко мне не придет. Я ведь ушла из бродяг. И мой уход восприняли сложно, рады не были. Ведьмы у преступников ценятся. Кому-то же приходится латать их раны.

— У тебя слабые доводы. — Вяло улыбнулась я. — Ты пришел ко мне в дом скрытно, воспользовался наивной девчонкой и угрожаешь неприятностями. Тебе нет доверия.

— А войди я сам и обозначь прямо свою цель, ты бы согласилась? — сдвинул брови мужчина. — Или сбежала бы через вторую дверь?

Ответить мне было нечего. Конечно, я бы сбежала. Разве мне нужны сложности с законом?

— То-то же, Валери, — Чиновник откинулся на спинку кресла. — Давай поступим так...

— Как? — чуточку приободрилась я.

Я ему нужна, это очевидно. Пожалуй, можно согласиться на предложение, не давая никаких клятв, а потом сбежать под шумок. Может, я бы и его в катакомбы привела, но проходимца убьют. Вести человека, пусть и инквизитора на верную смерть все равно не смогу.

— Покажу тебе, зачем мне требуется попасть в катакомбы, а потом ты определишься, куда тебе лучше пойти: в тюрьму или к своим чудным друзьям. Заодно можешь и помочь мне.

Райан, словно подтверждая свою доброту и ожидая от меня сговорчивости, вытащил из кармана ключ от оков.

— Пойдет, — медленно кивнула я. — Согласна.

Сложно признаться самой себе, что и меня одолело любопытство. На кой ему сдались бродяги? Об их местонахождении знали все. Не раз воины Монружа прочесывали городские подземелья в поисках банды. Бродяги, всегда следившие за чужаками, предупреждали друг друга по цепочке и прятались в малоизвестных ответвлениях.

Мужчина встал, прищурился, потому что до конца не поверил в мою покорность, подошел поближе и опустился, касаясь подбородком моего плеча.

Пока он отпирал хитрые замки, я боролась со смущением из-за внезапной близости. Чувствовала, как краска предательски заливает мое лицо. И раздражалась, что не могу контролировать некоторые эмоциональные порывы.

Инквизитор будто издевался. Совсем не торопился, а отперев первый железный браслет, еще меня и по спине погладил.

— Ты так напряжена. Расслабься. Тебе ничего не грозит... пока.

Ага, и без умников знаю.

Наконец, я услышала долгожданный звук щелчка. С облегчением потерла запястья и посмотрела на наглеца.

— И когда мы отправимся?

Полагала, что он потащит меня на мороз сразу, едва отопрет замки, но Райан лишь хмыкнул.

— Поутру. Видела же вьюгу за окном. Мы заблудимся, не добравшись до столицы. Придется потерпеть и выехать завтра.

— Значит, оставишь меня одну? — глупая надежда промелькнула в сознании.

Засмеявшись в голос, инквизитор уселся обратно в кресло.

— Я похож на дурака? Или на наивного ухажера, которому ты напоешь какую-нибудь слезливую песенку. Нет, Валери, — он сложил руки на груди, — принимай гостя. Я бы не отказался чем-нибудь перекусить.

Нахал, ох нахал. Появилась крамольная мысль, а не отравить ли мне мужчину. Не смертельно, но чтобы заснул или пострадал от несварения.

— Ведьма, как ты у бродяг-то продержалась? — отвлек меня Райан от обдумывания зловредного плана. — У тебя на лице все написано. Накладывай на стол, но прежде сама все будешь пробовать.

Да, дураком он точно не был. И наивностью не обладал. А самое отвратительное, он буквально отрезал все мои пути к отступлению.

Магией он запер все двери и ставни. Захочешь, не выберешься. А я рассчитывала ночью усыпить бдительность инквизитора.

Я впервые поняла, в какую передрягу попала. От этого Райана исходило могущество. Он не хилый колдун с посредственным даром, а один из самых сильных.

Смирившись с неизбежным, выложила из запасов, все, что у меня было. Обилием съестного я похвастаться не могла, перекус намечался скудным и не очень вкусным.

Подмерзший из-за сырости хлеб, чуть-чуть козьего сыра, соленые помидоры и чуть-чуть зелени. Поставила чайник на огонь. Хотя бы чая у меня было в достатке.

Демонстративно разложила все перед ним и принялась создавать из продуктов нехитрые сэндвичи.

— Ну-ну, — наблюдал за мной ищейка. — Ты так собиралась зиму пережить? Без мяса и дичи?

— В застенках мясо не полагается, — ехидно отозвалась я. — И если не нравится, ты всегда можешь отказаться. Мне больше достанется.

— Прикуси язык, ведьма, — покачал он головой. — Всегда удивлялся, как вы одни выживаете. У вас просто отсутствуют полезные навыки. На одной траве долго не вытянуть.

Я подняла на него глаза. Инквизитор меня раздражал. Мало того что пленил и стребовал сделку, так еще и возмущен моим негостеприимным отношением.

К сожалению, на мой яростный взгляд и поджатые губы мужчина никак не отреагировал. Встал, укутался в плащ и отпер входную дверь.

Сердце неожиданно забилось. Уйдет? Пойдет охотиться? Много ли у меня времени, чтобы сбежать?

— Сядь, — прочитал он моментально мои мысли. Что-то забормотав, он приблизился и коснулся моего лба. Отвернувшись от него, почувствовала резкую слабость в мышцах, по телу разлилось незнакомое тепло. Я словно на карусели перекрутилась. Веки налились свинцом. — Это для сохранности.

По-моему, меня подхватили, но это были последние слова, что я расслышала.

Очнулась уже в темноте, на своей постели. За маленьким окном погода совсем разбушевалась. Подступала ночь. Где-то вдалеке поблескивали огни столицы, но очень смутно, практически призрачно.

С комнаты, которая служила мне и кухней, и гостиной, и приемной раздавались звуки. Кто-то стучал ножом по столу. Поскрипывали зажженные свечи, а я всегда их экономила, зато доносился приятный аромат горячей пищи. Словно назло, мой желудок заурчал от голода.

— Пленница пришла в себя? — в проеме показалось лицо Райна. — Вставай, соня. У меня на завтра грандиозные планы, и ты нужна мне здоровой и сытой.

Я приняла вертикальное положение. Потрогала растрепавшиеся из косы волосы.

— Ты меня проклял, — зашипела на инквизитора словно дикая рысь. — Какое право ты имел...

— Успокойся! — он рявкнул. — Не собираюсь оправдываться. Ты в моей власти, и я поступил так, как счел нужным. Ты ведь намеревалась сбежать, едва бы я сошел с порога?

Фыркнула в его сторону.

— Вот и поговорили, — насмешливо высказался он. — Пойдем. Удача сопутствовала мне, и я поймал жирного кролика. Жаль, мои кулинарные способности не так хороши, как магические, — кажется, мне специально намекали, — но это лучше, чем трава, которую ты предлагала.

И опять мой желудок предательски взвыл.

Райан улыбнулся.

Да, я часто страдала оттого, что забывала о себе. Пытаясь накопить побольше денег, много работая, я постоянно забывала о завтраке, обеде и ужине. Подумать только, обо мне позаботился мой враг, человек, которого мне надлежит бояться.

С еще замутненным сознанием дошла до стола. Проходимец разложил еду в мою посуду. Разлил чай, но сам предпочитал флягу, припрятанную у него в кармане. Хозяйничал он в домике совсем не стесняясь.

— Знаешь, — Райан приступил к трапезе, а я все медлила, — твое поведение наводит на определенные мысли.

— Твое тоже, — пододвинула поближе тарелку и вдохнула аппетитный запах.

— Я от своих слов не отступал. — Закачал головой мужчина. — А ты плохо умеешь держать лицо, Валери. Не могу выполнять задание, пока ожидаю от тебя предательства и удара в спину. Ты дашь мне клятву в верности. Сегодня.

— Сегодня? — поперхнулась первым же куском мяса.

Это было именно то, чего я надеялась избежать. Дать магическую клятву в верности, это буквально подписать себе смертный приговор. Я не планирую возвращаться к бродягам. Попаду в катакомбы, но больше не выберусь. Но и на попятный с этим хитрецом не пойти. Он почувствует фальшь.

— Сегодня, сегодня, — продолжал настаивать он. — Сама понимаешь, что будет означать твой отказ.

Мне повезло, что нашлась отличная отговорка. Весь день я занималась зельями. У меня дар посредственный, лекарский. Ведьмы не колдуют в прямом смысле, мы — дети природы. Мы взаимодействуем с лесами, землей, водой. У нас получаются превосходные эликсиры, но создавать боевые заклинания, усыпить человека через проклятие, вот такие способности нам неподвластны, но...

— Сегодня не получится, — затараторила как на духу. — Ты сам наложил на меня заклинание, а перед этим я делала настойки. Да я завтра даже встать не смогу, если произнесу клятву.

Резерв у любого колдуна, любой чародейки ограничен.

Инквизитор сузил взгляд.Не верил, но и проверить меня не мог, впрочем, тут я не лгала. Требовать было опасно. Лишусь сил, его задание отложится на еще неизвестное количество дней.

— Ладно, Валери, — сложил он руки на груди. — Будь по-твоему. Но не радуйся, завтра мы достигнем города, и когда я доделаю свои дела, ты все-таки произнесешь клятву, а до этого... — он заложил ладонь во внутренний карман. Бряцнул железной цепью, которую сам же недавно с меня снял, — придется тебе некоторое время походить в браслетах.

Если бы можно было испепелять глазами, я бы это сделала.

Неловкий момент возник, когда нам пришлось готовиться ко сну. Дополнительных спальных мест у меня не было, как и лишних подушек с одеялами.

— Ты мужчина, — не испытывала к инквизитору никакой жалости. Будь моя воля, он бы давно лежал в каком-нибудь сугробе. — Располагайся хоть на столе.

— Э, нет, красавица. — Райан ухмыльнулся, закрыв затворы на моих запястьях. — Я устал. Сегодня я два раза охотился. Сначала на обманщицу-чародейку, а потом на кролика. Я заслужил мягкий матрас и удобную постель. Но я не буду против, если ты устроишься рядом. — Он уверенно сел на мою кровать и призывающе похлопал по покрывалу.

Пришел мой черед хмуриться.

У ведьм своеобразная репутация. Мы не жаждали брака, официальных отношений. Бросались в омут с головой, испытывая малейший интерес к избраннику. Детей колдуньи любили, особенно девочек, ведь им передавали знания и силу. Но я была не такой.

Понятия не имею, почему так получилось, но выросла-то я чуть в других обстоятельствах.

— Обойдусь, — дрогнули у меня уголки губ.

Признаться честно, я испугалась. С Райаном я не совладаю, он может получить то, что захочет. Ему ничего не стоило меня усыпить.

Если он будет напорист, не знаю, что с собой сделаю. Спать с инквизитором? С врагом, которого я ненавижу. Несколько веков назад противостояние ведьм и чиновников достигло своего апогея. Много его предков отправили моих предков на очищающий костер.

Нет, точно нет. Для меня его предложение почти равно смерти.

Он словно почувствовал, что я на пределе. Посерьезнел. Улыбка сползла с его надменного лица.

— Остынь, ведьмочка, — бросил он торопливо. — Я не насилую женщин. Я пошутил, перестань меня бояться.

— Легко сказать, — дрожащим голосом отозвалась я. — Ты пленил меня, требуешь привести в банду и угрожаешь темницей и судом. Как я должна к тебе относиться? Благосклонно?

— Это твой выбор, Валери. — Тон его не был насмешливым. — Я верю, что у тебя получиться объяснить мое появление в катакомбах Монружа. А перед этим объясню, зачем я так тебя стремлюсь. При хорошем исходе ты будешь хорошо вознаграждена. Прощение, деньги, лицензия, ты получишь все, что пожелаешь.

— Кто ты такой? — задала я очевидный вопрос.

Странно, что маг, обещавший мне богатство и свободу, прогуливался в предместьях и искал именно меня.

— Завтра и узнаешь, — он снял ботинки, развернул одеяло и устроился на самом краю. — Кстати, я не шутил. Ложись рядом или мне снова придется воспользоваться заклинанием.

— Нет, — истерически заголосила я.

— Когда вы, ведьмы, стали такими избирательными? — Выгнул он одну из бровей. — Я тебя не трону, клянусь.

После его слов я ощутила присутствие волшебства. Он не просто говорил, он подтверждал клятвой, что не коснется меня в неприличном смысле.

— Просто не хочу разыскивать тебя в сугробе, Валери, — заворчал Райан. — Ты полагаешь, что можешь уйти, но буря уже разбушевалась. Ты не пройдешь и десятка метров, замерзнешь, а мой план придется разрабатывать заново.

Боги, как тяжело далось мне это действие. В тяжелом, теплом платье я села на кровать. Инквизитор подвинулся, давая мне место возле стены, чтобы наверняка не убежала. Я легла, напряглась и считала свои и чужие вздохи.

Рядом горел камин, в нем потрескивали подброшенные поленья. Тусклый свет разносился по комнате.

Никто из нас не засыпал.

— Расскажи о себе, Валери, — внезапно попросил мой пленитель. — Ты ведьма, но заметно, что у тебя есть образование. Ты знатных кровей? Бастард?

— С чего ты сделал подобные выводы? — вжалась в самый уголок, чтобы ненароком не коснуться мужчины.

— Говоришь грамотно, умеешь читать и писать. Ты делаешь заметки на зельях, почерк у тебя красивый. Сразу заметно, что ты обучалась. — Перечислял он причины своего интереса.

Да, он был внимательным.

— Ты угадал, — я зарылась носом в единственную подушку. Он был столь благороден, уступив мне ее, а сам заложил руку под голову. — Я училась в женском пансионе. Обычном, не для магов. Там меня и обучили нехитрым наукам.

Как я туда попала, он расспрашивать не стал. На самом деле и не было никакого смысла. В похожие пансионы девочкам войти легко. Аристократам всегда требуется обслуга.

Любая симпатичная малышка с кротким нравом могла постучаться в дверь учебного заведения. Мне повезло, меня приняли.

— И что потом? — приподнялся он на локте и посмотрел на меня. — Зачем ты вступила в Подземных бродяг? Ты могла стать учителем, горничной, все лучше, чем делать карьеру среди воров и отщепенцев. Честный труд всегда в почете.

— Пусть меня судит суд, а не ты, — я мгновенно потеряла настроение. — Некоторые из бродяг гораздо честнее, чем владельцы этих самых домов.

Прошло достаточно лет, а воспоминания до сих пор бередили мою душу.

Ищейка замолчал, я уж подумала, что тот все-таки забылся сном, потому что дыхание стало ровным, но он опять подал голос.

— Ходят слухи, что в этих пансионах с безродными девочками обращаются жестоко.

— Ходят...

— А с тобой?

— А что со мной? — я делала вид, что не понимаю его вопросов.

Вместо следующей фразы он взял мою ладонь, покрутил, заметив на пальцах следы от длинной, деревянной линейки.

Да, обучение мало кому давалось легко. Получив красивый почерк, ты получала и ссадины, которые никогда не проходили. Кожа на солнце могла загореть, но шрамы бы остались, сияя тонкой полосочкой.

Проснулась я из-за неудобной позы, у меня затекла шея. Но открыв глаза, почувствовала себя совсем дурно.

Вот же хороша.

Устроилась на груди инквизитора, даже руку на него положила и ногу забросила. Стыдно.

Тот еще дремал, может, крепко спал, но при моем малейшем движении, очнулся, резко перевернулся и навис сверху, приставив мне нож к горлу.

— Прости, — он убрал лезвие. — Не люблю спать в незнакомых постелях.

— Тебя сюда никто не звал, — поморщилась я, отчаянно борясь с зевотой.

Погода за окном улучшилась. Стояло морозное утро, бушевавшая вьюга успокоилась, хоть и принесла много снега под мои двери и стены.

— Собирайся, — Райан встал и потянулся. Вел он себя как ни в чем не бывало. Подумаешь, уснула очередная девка возле него. Подозреваю, он пользовался успехом среди дам. Был в меру смазлив, силен, денежки у него водились. — У нас мало времени. Нужно взять лошадей, доехать до столицы, а там посетить одно место и заселиться в отель. И помни, — он смерил меня пронизывающим взглядом. — Ты должна мне клятву. Не бери ничего лишнего, я тащить не буду. Поверь, платья тебе не понадобятся.

Он вышел, оставил меня одну, но в тишине я слышала хруст снега, по которому он ходил. Кажется, он умывался в сугробе, взбодрился, а я не могла похвастаться подобной стойкости к температуре.

Воды у меня было мало, но сегодня я не экономила. Только боги знают, когда у меня получится вернуться в этот кособокий домишко. Я чудом сняла его на год. Срок еще не истек.

Я умылась, обтерлась и надела чистое платье. Сверху натянула шубку из козла. На погреб с зельями накинула дырявый коврик и задвинула вход сундуком. Интуиция подсказывала, что я не вернусь, но я отчаянно продолжала отгонять эти мысли.

Взяла самое необходимое. Пару эликсиров, увеличивающих мой потенциал, остатки денег и документы. Слова Райана про платья были лишними. Я владела всего двумя. В одном ходила исключительно дома, во втором принимала посетителей.

Когда я собралась, инквизитор уже сидел на кухне и тушил огонь в жаровне.

— Это твой дом?

— Нет, — я замотала головой.

— Надо уничтожить твои зелья, — произнес он то, чего я очень боялась.

А если я вернусь? А если я избавлюсь от мужчины? Там склянки, пузырьки, равные моему годовому заработку.

— Не думай, Валери, — инквизитор мгновенно прочитал мои мысли. — Мародеры найдут это место. Могут воспользоваться, в том числе и против тебя. Если все получится, ты обогатишься. Это будут жалкие крохи.

— А если не получится, то я умру, — ответила с вызовом. — К этому ты меня склоняешь?

Райан помрачнел. Стал похож на злобного зверя во время своей охоты. Голодного, активного, яростного.

— Я не даю обещаний, если не могу их выполнить. Ведьма Валери, поможешь мне, я помогу тебе. Но помни, что предложение действует недолго. Мне уже надоело беспокоиться.

— Ладно, — сквозь зубы забормотала я.

Не согласиться, воспротивиться —это обозначить себя. С другой стороны, я чуть ли не плакала. Чтобы воссоздать то, что он сейчас выливал, потребуется целое лето. Зимой те травы не растут.

Ищейка основательно заметал следы. Он проверил тарелки, тщательно их перемыл, разобрал постель. Удостоверился, что погреб пуст, и после уже подал свою руку.

— Идем, — он выводил меня на улицу. — Нам долго идти пешком.

Я и без него знала. Я специально поселилась на отшибе. Летом мне было удобно. Ко мне ходили, потому что логово ведьмы всегда в лесу, а зимой становилось все сложнее.

Распахнув дверь, я увидела его следы, но совсем не обрадовалась. До дороги каких-то пятьсот метров, но чтобы их достигнуть, придется прорываться с боем.

К счастью, мой провожатый сделал скидку на меня, мое платье и хлипкие ботинки. Посмотрел с жалостью, из-за которой хотелось выколоть ему глаза, вздохнул и пошел впереди.

Предместья мы достигли через два часа. Я замерзла и едва держалась, чтобы не упасть. Миллион раз я пожалела, что не убила Райана при встрече, что у меня не хватило храбрости перерезать его артерию, но чтобы я сделала? Мне он не по зубам.

Пока он договаривался о лошадях, я грелась в трактире. Держалась за чашку горячего чая, с благоговением смотрела на чайник с запахом липы и прислушивалась к новостям. Люди сплетничали об убийстве.

— Господин Ландорф, такое горе, — покачивала головой какая-то дама с крючковатым носом. — Он делал мне успокоительное.

— Он был не один, рядом нашли труп артефактора Артога, — поддакивала ей другая спутница. — Только богам известно, что они напридумывали. Наверняка из убили из-за их новшеств.

Про артефактора мне было ничего не известно, а вот Ландорф...

Он был нередким аптекарем Монружа.Знакомство у нас было шапочным, случайным. Я стояла в его лавке и дивилась открывшейся картине. Внутри, прямо на пьедестале он расположил несколько колбочек. Изображал силу гидравлики в изобретениях. Он был столь любезен, что водил меня по своему предприятию и все объяснял. И ведь знал, что я не покупатель. По мне видно, что средств у меня нет.

Магистр, как звали у нас ученых, Ландорф был добр ко мне. Потом заявил, что ждет меня на обучение, если у меня появится возможность. А в конце подсказал, что делать с зельем, чтобы превратить его в газ. В своей сфере он был новатором. Я бы многое отдала, чтобы обучаться у него. Не вышло...

Какой-то злоумышленник его убил.

— На расследование бросили все силы, — продолжала неприятная дама с длинным носом. — Отправили главного инквизитора. Райана Эдвордса.

Не успела я обдумать сплетню, как передо мной возник мой пленитель.

— Согрелась? — спросил он, придирчиво осматривая меня. — Пора выдвигаться.

Снежинки припорошили его пальто с обшлагами. На бровях и шевелюре тоже лежал снег. Я подавила в себе желание стряхнуть его с волос мужчины.

— Куда, в Монруж? — поинтересовалась с опаской.

Очень хотела отдалить момент с клятвой. Пока у меня не получалось далеко отлучиться от инквизитора, он не выпускал меня из поля зрения. Даже когда договаривался о средстве передвижения, я видела, что он заплатил человеку за стойкой, чтобы тот за мной приглядывал.

— Да, но не бойся. Спускаться в катакомбы сегодня мы не будем. — Он смахнул остатки влаги с макушки, снял перчатки и встал, намекая, чтобы я быстрее собиралась.

Хотя бы одна хорошая новость.

Допив свой чай, я поднялась. Ощущала, будто на меня набросили каменное одеяло, ни ничего не могла поделать. Как назло, я все равно чувствовала себя опустошенной, разбитой. Долгая дорога по заснеженным ухабам не прошла даром. Я уже выбилась из сил, а ведь предстояла прогулка верхом.

Райан, а теперь я понимала, что он и есть главный инквизитор, был весьма прозорлив и очень предусмотрителен. Догадавшись, что в спутники он выбрал себе не привыкшего к физическим нагрузкам воина, а маленькую ведьмочку со скромными данными и отсутствием выносливости, нанял экипаж.

Когда повозка подъехала, я не смогла сдержать улыбку, а обнаружив внутри несколько шерстяных пледов, мои губы поддернулись еще шире.

— Знал, что ты оценишь, Валери, — мужчина подал свою руку, помогая мне взобраться на ступеньку. — У тебя есть время расслабиться, поспать.

Я никак не могла его разгадать. Вел он себя необычно, учитывая его профессию. Знакомая со многими инквизиторами, я впервые встретилась с тем, кто не обзывал меня, не принижал за род деятельности и магию. Пожалуй, я бы сказала, что Райан был вежлив и обходителен, но иногда и у него проявлялись демонические черты.

Обманчиво полагать, что он проявлял ко мне заботу и внимание. Очевидно, что ведьма ему нужна, и именно я, а ни кто бы то ни было.

Колеса со скрипом покатились, постепенно я впала в прострацию думая сразу обо всем и ни о чем. Я наблюдала за человеком, сидящим напротив, а инквизитор за мной. Не сводил, темных, карих глаз и не скрывал усмешки.

— Что? — я первой не выдержала тягостного молчания.

Никогда не отличалась терпением.

— Смотрю на тебя и поражаюсь, как долго ты бегала от законников. — Складка залегла на его лбу. — Почему? Неужели в стражах работают ужасные простофили? Любая твоя мысль высвечивается на личике. Тебе придется с этим поработать.

— Волнуешься, что бродяги тебя не примут, — лишь сильнее укуталась в плед, пряча собственное смущение.

Да, лгала я плохо, старалась говорить исключительно правду, но недоговаривала я искусно.

— Есть опасения, — поморщился Райан. — Перед тем как пойти к ним, потренируемся. У нас на это будет сегодняшний вечер.

— И чем же мы займемся днем?

Из головы не выходила подслушанная беседа. Интуиция подсказывала, что это связано с убийствами в городе. С другой стороны, мало ли преступлений происходит на улицах Монружа? Он очень большой, широкий. В нем проживает невероятное количество жителей. А под землей еще и свой собственный мир, хоть и поменьше.

— Прогуляемся в одно место, ведьма, — продолжал насмешливо ищейка. — Я задолжал тебе пояснения, но я всегда следую правилу, что показывать гораздо лучше, чем рассказывать.

На том и порешили. Я откинулась на стенку экипажа и задремала. Проснулась за миг до резкого торможения.

Чуть не клюнула носом вниз, в ноги к своему соседу, но он поймал меня и удержал.

— Осторожней, — провел пальцами, убирая прядь, выбившуюся из заплетенной косы.

— Спасибо, — растерялась я и моментально отстранилась.

Стало неудобно... И как-то жарко.

— Мы почти приехали, — прищурился Райан. Его происшествие нисколько не задело. — Осталось минут десять.

— Ладно, — кивнула и посмотрела в окно, куда пробивался тусклый луч света.

Успела забыть, какого это, жить в крупном городе.

Повсюду сновали люди, повозки, запряженные лошадьми, нескончаемым потоком двигались по улочкам, вымощенным камнем. Дома теснились к друг другу, да так, что житель одних апартаментов мог пожать руку жителю других апартаментов. Каждые несколько метров расположили фонари. Ходили уборщики дорог, магией сметавшие снег в кучи, чтобы тот не мешал проезду. Было шумно, грязно и серо. В Монруже почти не росли деревья или цветы. Места для них не хватало.

Остановились мы почти в самом центре. Неподалеку находился королевский дворец с его обширной территорией, парламент, несколько зданий иностранных посольств. Район был благоустроенный, богатый, но впечатление портила зима. Она, как великая уравнительница, замела все белым покровом и лишила природу ярких красок.

Райан вышел первым, помог мне спуститься, а потом, осмотревшись по сторонам, проводил к крыльцу темно-синего многоквартирного дома. Я и мечтать не смела, чтобы поселиться в подобном месте.

Отпер входную дверь, поднялся под самую крышу и вытащил ключи. Войдя внутрь, я почувствовала противный, отвратительный запах. Так пахли мертвые.

Конечно, тел уже не было, но этот запах сложно вывести чем угодно, даже самые могущественные ведьмы не справятся с этим за считаные минуты.

— Не нервничай, — инквизитор закатил глаза. — И не стой столбом. Я бы не привел тебя на место преступления, если бы его тщательно не осмотрели.

«Лучше бы ты меня никуда не приводил, и вообще, со мной не встречался», — подумала я, но спорить не стала.

Райан не лгал, в комнатах действительно никого не оказалась, но бардак, разведенный в помещении, где мы находились, свидетельствовал о насильственной смерти.

А еще растения. Это не квартира, а какой-то ботанический сад.

— Смотри, Валери, — инквизитор ходил по комнате, словно знал в ней каждый уголок. — Здесь нашли два трупа уважаемых, ученых людей...

— Артог и Ландорф? — уже догадалась я.

Жилище точно принадлежало аптекарю. Те, растения, что он развел, и которые тянулись к скудному солнцу, имели целебные свойства. Хрустальные скляночки, плоские, прозрачные чашки, аптекарский стол — мебель и предметы моментально сообщали новоприбывшим о занятии хозяина.

— Ты кого-то из них знала?

— Нет, дамы в таверне сплетничали, — не скрывала я. — Они и сказали, что ты главный инквизитор королевства. Зачем главному инквизитору королевства заниматься скучным убийством?

— А чем ему еще заниматься? — хмыкнул Райан. — Но это главная причина, почему мне жизненно необходимо попасть к бродягам.

Я стояла посреди помещения и ничего не понимала.

— Почему ты решил, что в этом замешаны бродяги?

Насколько мне было известно, нынешний главарь банды не брал заказы на убийства. Ему хватало краж и взломов. Именно из-за тяжелых преступлений в катакомбы спускались стражники, а вот воришки мало кого интересовали.

— Как думаешь, зачем это сделали? — на мой вопрос Райан не ответил, но задал новый.

Я поняла, что инквизитор на что-то намекал, хотел, чтобы я дошла до ответа сама. Что же, противиться я не стала, прошлась мимо аптекарского стола. Специально ничего не трогала, мало ли ядовитых трав аптекарь накидал вокруг, но пару цветочков меня насторожили.

Узнала я серо-лиловые лепестки, темные ягодки. Из белладонны чего только не делали: и косметическое средства, и лекарства от желудочных язв, но больше всего кустарник прославился своими ядовитыми свойствами.

Самой опасной частью были именно ягоды. Они вызывали возбуждение, сухость во рту, галлюцинации, бессвязный бред, а потом паралич и мучительную, в судорогах смерть.

Проследила за цепью колбочек, скрепленных между собой.

— Он, что, создавал какой-то эфир? — посмотрела на ищейку. — Ощущение, будто часть посуды сняли и забрали с собой.

— А ты умная ведьма, Валери, — улыбнулся мне Райан. — Не зря мне тебя советовали.

— Кто?

Я напряглась. Нет, я буквально ошалела из-за случайно брошенной фразы. Меня предали. А у бродяг были свои правила о чести.

— Неважно, — отмахнулся он, делая вид, что информация несущественная. — А знаешь, что пропало из лавки артефактора?

Я закатила глаза.

— Откуда? Я никогда к ним не обращалась.

Мечтала, грезила об этом, хотела заказать специальные мензурки, но их услуги стояли баснословно дорого, невозможно для меня.

Инквизитор выдержал эффектную паузу для пущего эффекта. Он едва ли не лопался от собственной важности.

— Магистр Асторг делал артефакт по заказу нашего короля. Разрабатывал амулет, способный управлять другим амулетом на значительном расстоянии.

— Подожди, — из-за образов и мыслей у меня голова разболелась, и я прижала пальцы к вискам, — ты можешь изъясняться понятнее?

— Что здесь сложного, Валери? — по-моему, эта тема его живо интересовала. Он будто бы расцвел на глазах. — Управлять чем-то на расстоянии, это верх науки, настоящий прогресс.

— И все равно не понимаю...

Пожалуй, мне было чуточку стыдно. С другой стороны, чего Райан ждал от ведьмы с посредственным образованием?

— Сложи два и два. Сложный яд из белладонны, противоядие от которого помогает только тогда, когда его приняли сразу. И артефакт, способный запустить механизм со ста метров.

Глаза у инквизитора горели.

— Ааа, — протянула я и ужаснулась.

Совсем не понимала, чем здесь можно восхищаться.

Я ценила ученых, ценила передовиков, но всегда с опаской относилась к их деятельности.

— Хорошо, Райан, — я обессиленно вздохнула. — Аптекарь создал яд в виде эфира, а артефактор изобрел механизм, которым он запустит его незаметно, но при чем здесь бродяги? При чем здесь? На кой тебе сдалась ведьма, чье преступление состоит лишь в отсутствии лицензии?

Меня раздражала необходимость сотрудничать с инквизитором. Я терпеть не могла их службу, любого представителя, а конкретно этого почти ненавидела, хоть мы и провели два дня почти наедине.

Мужчина уже серьезно посмотрел на меня. Прищурился, опустив длинные, черные ресницы, сжал ладони в кулаки, словно говоря, что я ему надоела.

— Преступников застали на месте, Валери. Они бежали от наших стражей, скрылись, но спрятались они не на поле, не устремились в леса или на большие дороги, нет, они проникли в канализацию, а потом отыскали какой-то очередной поворот. А кто ориентируется в катакомбах, будто там родился?

Я застонала:

— Бродяги.

Райан кивнул.

— Да, бродяги. А на тебя мне указал тоже ваш бывший выходец. Он был в подобном положении, что и ты, но я, получив желаемое, отпустил его. Думаешь, хочу обмануть тебя? Или одарю, когда ты поможешь мне?

— Да, совсем никакой разницы, — я отозвалась с сарказмом, — этот некто просто показал на ведьму, нарушавшую идиотский закон, а от меня ты требуешь привести тебя в самое опасное место Монружа.

— Не просто привести, Валери, — ищейка закачал головой, — сделать меня там своим.

Я задохнулась от гнева. Скорее свиньи полетят, чем бродяги примут инквизитора.

— Райан, они тебе не поверят, ты погибнешь, — пыталась воззвать к его рассудку.

— Ведьмочка, ты, что, забеспокоилась обо мне? — вернулся он к своему образу, где насмешничал и хохмил. — Один день, и ты уже влюбилась?

— Скорее волнуюсь за свою жизнь. Привести чужака в катакомбы равно смерти, а за то, что я покинула ряды, меня тоже по голове не погладят. Могут и не принять.

Я, правда, понятия не имела, как уговорить банду поверить мне. Для них я тоже стала чужачкой.

Похоже, инквизитору надоело меня увещевать. Он пошел вперед, а я, следуя своим инстинктам самосохранения, попятилась. У него был такой вид...

Глаза полыхали.

Вжавшись в стену, ждала, что он сделает.

Райан выставил одну руку, совсем рядом с моим лицом, потом, чтобы я не убежала, вторую.

— Тогда лучше продумай, как меня представить, Валери, — выдохнул мне в губы. — Твоя судьба зависит от моей, а я буду зависеть от тебя.

И как после его жеста ему отказать? Он прямо высказался, что не отпустит. И мой дар, а может, клятая интуиция подсказывали, что от мужчины я не избавлюсь.

Мы покинули квартиру аптекаря. Напоследок я обернулась, думая, что замечу что-нибудь важное, но... там не осталось ничего интересного.

Я молча спустилась вниз и также молча ехала в экипаже. Должно быть Райан Эдварс — богатый человек, раз нанял повозку, которая его дождалась. Я не знала, сколько получают инквизиторы, но по его одежде, по прическе, по сапогам полагала, что те не бедствуют.

— Тебе нужно ограбить бедняка... — сообщила в прострации.

— Что? — не сразу понял мой пленитель. — Я не ослышался? Бедняка?

— Да, бедняка, — я сглотнула. — Бродяги разбираются в тканях и драгоценностях. Они мгновенно догадаются, как бы ты ни пачкал одежду, что ты не из низшего сословия. Выбери кого-то, кого не жалко, и раздень его.

— Носить чужое? — мужчина поморщился.

— Не все могут позволить себе новое платье, — я смеялась, но смеялась грустно, разглаживая свой серый, шерстяной наряд.

Для меня это была непредвиденная покупка. Мне так понравилось платье, что я не удержалась. Пышное, со множеством юбок и строгим корсетом. На взгляд какой-нибудь богачки, выглядела я дурно, но я, наоборот, себя ощущала самой красивой. И купила я его в лавке старьевщика. Наряд явно носили. Я устала чинить дырки на швах.

— Если все получится, ты сможешь позволить себе любое платье, — тихо отметил собеседник. — Хоть купайся в шелке и парче.

— Или мы оба погибнем, — парировала я.

Вскоре мы подъехали к гостевому дому, который ищейка выбрал для ночевки. Место было не самым респектабельным, в него то и дело заходили странного вида люди, но все равно оно было лучше тех заведений, где мне приходилось останавливаться.

У стойки возникла заминка.

— Нам одну спальню, господин, — инквизитор бросил на столешницу мешочек с монетами.

Пожилой старичок, что принимал гостей, недоверчиво на нас посмотрел. Слишком сильно мы различались. Райан в дорогом пальто, пусть и немного потрепанном, и нуждающаяся ведьма в козьем полушубке, изъеденным молью.

— Простите, господин, — хозяин гостевого дома не торопился принимать оплату. — У нас приличное место, мы не позволяем встречаться здесь с... с...

Он никак не мог договорить, но я поняла, за кого старик принял меня. Поняла и разозлилась.

Но прежде чем я успела вспылить, выдать праведную речь, пыл хозяина остудил сам инквизитор.

— Я встретил Валери и моментально влюбился. Мы женаты. Вы, что, хотите оскорбить мою жену? — нахал прижал меня к себе поближе.

— Н-нет, простите, конечно, не хочу, — рассыпался в извинениях пожилой мужчина.

— Тогда дайте нам лучшую комнату, принесите ужин и распорядитесь о завтраке. И чтобы я не видел вас больше на этаже! — строгим голосом произнес Эдвардс.

Я молча покачала головой. Роль мне не понравилась, но я с инквизитором не спорила. Все равно он добьется своего.

Расплатившись, к нам подбежала служанка в белом переднике. Она мило улыбнулась и проводила нас на третий этаж, где были расположены лучшие номера. Кажется, она флиртовала, но я сильно устала, чтобы напоминать Райану о фальшивом браке. Завтра я этих людей не увижу, поэтому мне абсолютно все равно на их мнение.

Войдя в комнату, вновь почувствовала себя в западне. Но хотя бы в теплой западне.

Инквизитор неспешно снимал с себя верхнюю одежду, развязал шейный платок.

— Ты голодна, Валери? — спросил он.

Как раз в дверь постучались и принесли горячий ужин.

— Да, голодна, — не отнекивалась, но мое сознание забивали совсем другие мысли.

Снова передо мной одна широкая кровать, снова нет никаких кушеток или кресел. Опять ночевать с ищейкой в одной постели?

А Райан будто и ничего не замечал.

— Прости, что требую с тебя выносливости, — начал он, — но перед тем, как продолжить, я хочу услышать твою клятву.

Я обреченно вздохнула. Пора признать, что от этого мужчины мне не избавится. Как бы я ни пыталась, как бы не искала лазейки, он девал мне ни малейшего шанса выбраться.

Но и клятву давать не стремилась. У него расследования, магия, сила, деньги, а у меня только жизнь. Больше ничего ценного я не имела и лишь за нее хотела бороться.

Кажется, ищейка осознал мои внутренние метания.

— Я вижу, что ты боишься, Валери. — Он подошел и утянул за собой, чтобы мы оба сели на постель. — И если бы ты вела себя по-другому, я бы насторожился. Взамен я тоже дам тебе клятву, что обязуюсь тебя защищать, что выполню наш уговор, и что решу твои проблемы с законом и лицензией. С такими условиями ты согласишься быстрее?

Нехотя, но я кивнула. Какая разница, все равно у меня нет выбора, но пусть я в безвыходном положении, то хотя бы заработаю на этом...

Райан явно обрадовался, тепло улыбнулся и пересел на пол, вытаскивая из своих карманов все содержимое.

Чего у него только там не водилось.Пара артефактов, их назначения я так и не поняла. Множество холодного оружия. Какие-то записки, кошелек с купюрами и монетами, зачарованная бумага. Мне пора привыкнуть к его способности все продумывать.

Для магической клятвы нужен был серебряный нож. Он протянул его мне, чтобы я начала первой.

Поразительно для ведьмы, особенно той, что создает целебные зелья, но боль и кровь я переносила плохо.

— Чего же ты медлишь? — не выдержал инквизитор.

Я никак не могла собраться, чтобы провести лезвием по своей ладони.

— Не люблю, когда мне делают больно, — честно проговорила я. — Мне может стать дурно.

— Ведьме? — его бровь дернулась вверх. Не верил. — Хорошо...

Вместо увещеваний, насмешек или еще какой-нибудь обидной реакции, он подошел к своему пальто. В нем он достал лоскут белой ткани и пузырек с неизвестной мне жидкостью.

Открыв его возле моего носа, он удовлетворенно отметил, что я узнала запах.

— Видишь, бояться нечего. Никакой заразы ты не занесешь.

Легко сказать. Боялась-то я не заразы.

Собравшись, закрыв глаза, я полоснула ножом по нежной коже. Оружие было хорошо заточено, поэтому лезвие прошлось по руке словно по маслу.

Я ощущала, что что-то липкое стекает с моих пальцев, но специально не смотрела. Повезло, что и Райан не тянул. Он-то привык ходить в ссадинах.

Протянув мне руку, мы скрепили рукопожатие. Вокруг запястий образовалось свечение, напоминавшее восьмерку. Я обещала, что приведу Райана Эдвардса к бродягам, что не подставлю его, не предам, что буду прилагать усилия для общей затеи. Он, сидящий напротив, не сводивший с меня глаз, обещал Валери Морган решить ее проблемы с законом, купить ей аптекарскую лицензию и защищать, пока она работает на него.

Холодными, яркими брызгами заклинание взорвалось, оповещая, что клятва принята.

Устало откинувшись на постели, я лежала и думала, как завтра ввести Райана, чтобы моя бывшая банда не сразу вычислила в нем представителя власти.

Зато у инквизитора будто открылось второе дыхание. Я отвлеклась от своих мыслей, потому что кто-то коснулся моей ладони.

Изменив положение, сев, поняла, что мой спутник уже подготовил бинт и смочил ткань заживляющим зельем.

— Что? — взглянул он на мое недоумевающее лицо. — Я всегда обходителен с дамами. Ты порезалась из-за меня.

— Заметно, что обходителен, — почему-то улыбнулась и руку не отняла. — Спасибо.

Действовал он аккуратно, осторожно, чтобы не разбередить свежую рану. Из-за зелья, хорошего ко мне отношения и мужского внимания боль притупилась. По крайней мере, я так полагала.

Он закончил с перевязкой, и к нам постучались. Я мгновенно всполошилась, совершенно забыв, что мы не у меня дома, не в доме ищейки, а на постоялом дворе.

— Я принесла ужин, господа, — раздался девичий голос.

— Да, заноси, — Райан встал и поправил на себе рубашку.

Выглядел он при этом ошеломляюще. Невозможно предположить, что мы половину дня провели в дороге, часть пути пошли по сугробам пешком. Он не завтракал и не обедал, нанял лошадей и сразу показал мне место преступления.

Похоже, что и подавальщица была такого же мнения. Она не сводила восхищенного взгляда с мужчины. Вздыхала периодически, завистливо посматривая на меня и неразобранную постель.

— Валери, отдохни, — предложил мне инквизитор. Он умылся, наскоро перекусил и принялся надевать верхнюю одежду. — В соседней комнате душевая, там для тебя нагрели воду.

— А куда направляешься ты? — я забеспокоилась.

Боги, сложно с этим смириться, но я к Райану как-то прикипела. К тому же я от него сильно зависела.

— Мне не дает покоя твое замечание касательно одежды, — повернулся он ко мне. — Раздобуду что-то скромнее. Можешь меня не ждать, я обязательно вернусь, но, возможно, под утро. Раз мы в Монруже, навещу собственный дом.