Запертые в академии

Как может академия называться лучшей, если она еще не выпустила ни одного студента?

Этот вопрос не отпускал меня, даже когда я уже стояла напротив этой самой академии и пути назад не было.

Железные ворота возвышались передо мной, словно клыки древнего чудовища. Кованые розы оплетали черный металл, а их шипы блестели в тусклом свете осеннего утра.

Я сделала глубокий вдох, но все равно не смогла решиться сделать шаг. Впереди меня был Десмонд, а позади – отец. Два человека, которых я ненавидела. Была еще Амелия, но она благо не приехала. Спасибо и на этом, мне и так хотелось убежать подальше от обоих. В лес, который опоясывал это странное место.

– Дес, помоги Алексе, – немного нервно крикнул отец.

Дес стоял во дворе, разговаривая с группой студентов. Солнечный свет, который еле пробирался сквозь нависшие тучи, слабо играл в его темных волосах, а на запястье поблескивали золотые браслеты. Он выглядел... напряженным. Даже на расстоянии я видела напряжение в его плечах, то, как он избегал прямых взглядов. Но стоило моему отцу окликнуть его, как он поднял голову и наши глаза встретились.

– Не надо, – тут же покачала головой я, подхватывая сумку.

– Но, доченька, родителям нельзя на территорию… – начал причитать отец.

– И не надо. Я справлюсь, всегда же справлялась без твоей помощи.

В этот момент я заметила, что железные ворота покрыты инеем, хотя на дворе сентябрь. Даже не хочу знать почему... 

– Добро пожаловать в ад, – пробормотала я, переступая порог. Мое предчувствие редко меня подводило, и сейчас оно буквально кричало, что мне туда не надо. Но...

– Дарина? – внезапно послышался голос сбоку. Он прозвучал одновременно сухо и громко. Согласитесь, странное сочетание. А при условии того, что Дариной звали мою маму, я просто не могла не обернуться. – Что ты тут делаешь?

К нам шел высокий мужчина с благородной осанкой и пронзительными карими глазами. Его темные волосы были тронуты серебром у висков, что лишь добавляло ему аристократичности. Черный костюм сидел на нем безупречно, подчеркивая широкие плечи и стройную фигуру. На лице мужчины читались властность, привычка командовать, но сейчас в его взгляде мелькнуло что-то похожее на... надежду?

– Виктор... – вместо мамы пробормотал мой отец, нервно поправляя галстук. – Я не ожидал тебя здесь увидеть.

Мужчина – очевидно, Виктор – остановился в нескольких шагах от нас. Его взгляд скользнул с мамы на отца, с отца на меня, и я увидела, как его глаза расширились от удивления. Он изучал мое лицо с такой интенсивностью, что мне стало не по себе.

– Ты... ты точная копия Дарины.

Вроде это был известный факт, многие отмечали мое сходство с мамой, но из уст странного незнакомца около черных ворот это звучало немного пугающе…

Отец еще больше напрягся, а я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Этот человек знал мою мать. И, судя по тому, как он на меня смотрел, знал ее очень хорошо.

– Позвольте представиться, – Виктор наконец выпрямился, вновь обретя официальный тон, но его глаза все еще не отрывались от моего лица. – Виктор Тер Авиль, ректор Академии теней.

– Ректор? – наконец-то и у мамы проснулся дар речи. – Но как?

– За заслуги перед короной, – коротко ответил он, переводя взгляд на маму, правда, ненадолго. Не прошло и пары секунд, как он снова посмотрел на меня.– Я вышел сказать, что студентам стоит поторопиться, через час начнется официальное приветствие, а вам еще необходимо занять свои комнаты и при необходимости переодеться.

Больше Виктор ни на кого не смотрел, вместо этого он направился к академии, а я поспешила следом. Десмонд сделал шаг в мою сторону, но, видя, что я его игнорирую, благоразумно отступил.

Итак, что же представляет из себя этот старинный замок, наскоро переделанный в академию?

Стоило мне зайти за ворота, как я услышала мамины каблуки. Она резко развернулась и поспешила уйти. Официально потому, что ей было сложно прощаться с дочкой. Реально потому, что ей было неприятно находиться с отцом.

– Дарина, – послышался голос отца, но мама его попросту послала. Ожидаемо… Им уже давно было не по пути.

Ректор тем временем уже успел скрыться, поэтому я в гордом одиночестве пошла навстречу новой студенческой жизни. Ну как в одиночестве? В парке академии весело общались студенты, а около ближайшего дерева, прислонившись к нему спиной, стоял Дес.

– Давай помогу, – произнес он, прожигая меня взглядом.

– Слышал, что моя мама сказала отцу? Повторить для тебя?

– Сумка тяжелая.

– Ничего страшного, справляюсь, внутри ведь мои вещи.

– Алекса, это неправильно… – начал парень, резко отрываясь от дерева и подходя ко мне. Но я тоже умела быть резкой. Остановилась, развернулась в его сторону и нагло перебила:

– Неправильно то, что я очутилась в этой академии. Неправильно то, что ты смеешь со мной говорить. Неправильно то, что мы оказались здесь вместе.

– Это лучшая академия в королевстве… – серьезно произнес Дес.

– Кто сказал? Как может академия называться лучшей, если она еще не выпустила ни одного студента? Да и не впустила, мы будем первыми.

– И что тебя не устраивает? Если не брать в расчет мое присутствие здесь?

– То, что я старалась! Я два выпускных года в магической школе добивалась гранта, чтобы иметь возможность отправиться в лучшее высшее учебное заведение, а меня отправили сюда!

– И ты прекрасно знаешь почему. Этот замок стоял закрытым много лет, и тут его стены начали шептать. Это высшая магия! Вот король и открыл здесь новую академию...

– Он это сделал, чтобы высосать деньги из богатых аристократов. Таких, как мой отец. Который, кстати, повелся и быстренько перевел тебя сюда. Это же теперь престижно! И теперь я не просто учусь не пойми где, но и вместе с тобой. Еще и отец приезжать будет!

– Студентка Лирт, вас что-то не устраивает? – неожиданно послышался голос ректора.

И когда он успел сюда подойти?!  И откуда он уже знает мою фамилию?

– Мне академия нужна, чтобы получать знания, а не чтобы радоваться говорящим стенам. Академия не место для развлечений! Почему я оказалась здесь? –  резко высказалась я. На самом деле я никогда не позволяла себе так общаться с педагогами, но сейчас мне очень хотелось показать Десу, что я уже не та маленькая девочка.

– Потому что вы одна из лучших. Потому что так решил король. Он отправил сюда самых талантливых.

– Нет, он отправил сюда самых богатых, заломив огромную цену за обучение. А уже для кучи еще и самых талантливых, чтобы поднять престиж своего нового заведения. «Там шепчут стены и учатся самые талантливые выпускники магических школ. Вашему чаду точно туда надо».

Все! Я высказалась, если меня сейчас за это выгонят, то я только выдохну с облегчением. Однако Виктор, очевидно, не собирался меня исключать. Пока…

– Каждый студент имеет право на свое мнение, – вместо этого сухо произнес он. – Моя задача как ректора – доказать делом, что данная академия будет давать замечательные знания. Позвольте помочь донести вам сумку?

– Что? – опешила я. – Не думала, что в обязанности ректора входит такая помощь студентам. Спасибо, я сама справлюсь.

Я резко подхватила брошенную в порыве разговора дорожную сумку и направилась внутрь. Десмонда отец привез давно, и он явно уже успел разложить вещи, а вот мы с мамой опоздали, поэтому стоит поторопиться.

Внутри пахло холодным камнем и едва уловимым озоном – как после заклинаний. Новые гобелены с позолотой и гербами не скрывали древних трещин в кладке. Отполированные веками ступени глотали шаги, а светильники под потолком горели слишком ровно, будто их заставляли. На первом этаже – ряд стоек, ровных, как по линейке, каждая с большой буквой. Я нашла стойку с буквой «Л» и спешно подошла туда. Меня встретили безупречно вежливо, выдали тяжелый латунный ключ с впаянным камнем, карту с переливчатыми линиями и отметили, где моя комната и где зал, в котором нас вскоре будут ждать ректор и преподаватели.

Я кивнула, подхватила сумку и пошла. Коридоры тянулись высокими арками, на стенах – портреты, а под ногами – новый ковер поверх старой плитки, лоснящийся так, будто по нему никто не ходит. Хотя почему будто? По нему и правда никто не ходил, сюда же все новое закупили… Только вот ничто не могло замаскировать старину заброшенного веками замка.

Карта в пальцах едва заметно шевелилась, подстраивая дорожку. И тут произошло нечто странное… Или, точнее сказать, непривычное.

Где-то в камнях внезапно послышался сначала легкий гул, а потом странный шепот: «…Левое крыло… третий этаж…»

Стены подсказывали мне дорогу. Я остановилась и уставилась на абсолютно ровную серую кладку. Ничего… Обычные кирпичи, как они могут шептать? Я, конечно, помню, что именно по этой причине здесь резко сделали элитную академию высшей магии. Но неужели это никого не смущает?!

«Собрание начнется через двадцать минут. Всем стоит поспешить…»

По моей спине пробежали мурашки. Я не думала, что это будет настолько пугающе.

Я снова поправила ручку сумки на плече и поспешила дальше, следуя уже не только карте, но и по подсказкам шепота.

Моя дверь нашлась в конце узкого коридора девичьего крыла, третья от окна, с табличкой 3-17 и крохотным отпечатком печати короля. Ключ в замке тепло вздохнул – и дверь послушно отступила. Комната оказалась на одного: кровать, стол, высокий шкаф, окно во внутренний двор, где уже собирался вечерний туман.

Я скинула сумку и быстро оценила стопку учебников на краю стола. Ну да, академия для самых богатых, такие сами в библиотеку не ходят…

Бросила взгляд на настенные часы, поняла, что переодеться уже не успею, поэтому просто привела себя в порядок перед большим зеркалом, запихнула ключ в карман, провела пальцами по холодному подоконнику – из щели дохнуло сыростью, и мне почему-то послышалось: «Не задерживайся». Нет, это правда ненормально… И поспешила на собрание. Вдруг что-то важное скажут.

В коридоре уже толпились студенты. Кашемир, лен, медные застежки – это все особенно сильно контрастировало с серостью старинной кладки.

Пока я двигалась по указателям к залу, некоторые стены не просто шептали – еле слышно напевали, смешивая старые слова с новыми именами. Но я сделала вид, что не слышу. На лестнице мелькнул Десмонд. Он стоял на пролете, прижавшись плечом к колонне, и смотрел так, будто хотел что-то сказать. Я прошла мимо, не замедлив шага.

Большой зал встретил меня черным блеском пола и висящими под куполом светильниками, что лили свет без огня. На дальней стене – очередной новый гобелен с королевским знаком, а по бокам – древние барельефы, упрямо проступающие сквозь свежую позолоту. Студентов строили в несколько рядов, преподаватели уже собирались у кафедры. Виктор стоял там же: ровный, собранный, с глазами, в которых выцветшее небо встречается со сталью. Он бросил на меня короткий взгляд – не испытующий, а отмечающий. Это пугало так же сильно, как стены, но я решила и это проигнорировать, втискиваясь в крайний ряд.

Где-то наверху скрипнула балка, и на секунду по залу прошел холодок, словно окно распахнули на зимний ветер. Шепот в стенах оборвался и, как показалось, сложился в одно-единственное слово, от которого кожу потянуло мурашками: «Смотри».

Я подняла глаза. Купол ярко вспыхнул и залился ночным небом. Светильники вспыхнули, вытянулись в тонкие нити света и, будто освобожденные из невидимых уз, стали струиться по воздуху, плетя над головами величественную сферу. В черном блеске пола, как в озере, отразились чужие звезды и тонкие очертания созвездий, которых я никогда не видела. Где-то в высоте тихо зазвенели стеклянные колокольчики, но, приглядевшись, я поняла, что это вовсе не колокольчики, а стая крохотных птиц из чистого света, складывающихся в герб короны.

Над кафедрой распахнулся очередной гобелен и на глазах стал живым: по золотым нитям пробежал огонь, прорисовывая силуэты первых правителей, башню, чьи окна светились изнутри, и дорогу, ведущую в город. С противоположных стен поднялись барельефы, и, размыкая камень, выступили вперед древние фигуры, склоняющие головы в знак приветствия. По краям зала вспухли кристаллические сосульки светильников и источили мягкое сияние, от которого тени ложились гуще, глубже, обволакивающе.

Я мысленно присвистнула. Ну и вбухали же тут… Из казны? Или родители скидывались, чтобы их дети шли под правильно настроенным небом?

Магия сменила лад: где-то сбоку брызнули искры, позолоченные узоры на колоннах ожили и побежали кверху, вырастая в угольно-черные ветви, на концах которых раскрывались цветы из голубого пламени. Они раскрывались бесшумно, один за другим, пока весь зал не оказался в легком саду света. А потом стены запели… Запели гимн нашего королевства… М-да…

Стоило последним словам о величии нашего народа раствориться в воздухе, как зал разразился аплодисментами, под которые Виктор шагнул к краю кафедры.

– Добрый вечер, – его голос не был громким, но каким-то образом наступила такая тишина, что даже последние ряды отлично все расслышали. – Рад приветствовать вас в стенах новой Академии теней. Нас сегодня много. И среди вас те, кто перевелся из лучших академий королевства. Это честь для нас. И ответственность.

Он сделал короткую паузу, и в полутени его профиль показался будто вырезанным ножом.

– Мы построили здесь место, где фамилии звучат, но не решают. Где ожидания высоки – и мы обязаны их оправдать. Мы дадим вам инструменты, доступ, наставников и время. Взамен потребуем дисциплину, труд и честность к себе. Вы будете делать ошибки – мы вас научим их ценить. Вы достигнете высот – мы вас заставим понять цену достижения. И предупреждение, – уголки его губ чуть тронула сухая улыбка, – не все двери открываются с первого стука, не все знания даются без стараний, и не все навыки приходят с первого раза. Только внутренний огонь поможет вам достичь величия. Позвольте представить вам тех, кто поведет вас.

К ректору поднялись преподаватели. Я слышала, что сюда собирают лучших (ну кто бы сомневался), но вот кого именно – узнать не смогла, это держали в тайне.

Вперед вышла высокая женщина с гладко зачесанными темными волосами.

– Магистр Мираэль Авро, – сказал Виктор. – Декан факультета бюрократической магии: печати, заклинания-договоры, аудит проклятий, протоколы развеивания. 

Женщина сдержанно поклонилась и сделала шаг назад, явно не желая излишнего внимания.

– Мастер Северьян Корвен, – сухощавый мужчина с узкими пальцами. – Декан факультета семиотики заклинаний: грамматика рун, пунктуация ритуалов, синтаксис жестов.

Мужчина лишь кивнул, даже не сделав шага вперед.

– Мадам Рената Вейль, – женщина в темно-зеленом, волосы схвачены медной спицей. – Декан факультета лекарских наук.

Я всегда боялась крови, поэтому этот факультет точно не рассматривала для себя при поступлении.

– Мастер Аурик Хольм, – широкоплечий, с механической перчаткой, на пластинах которой спокойно горели литые руны. – Декан факультета артефакторики.

Уверена, на этом факультете и будет учиться большинство талантливых и избранных. Богатые обычно выбирают что-то попроще.

– Архивариус Таддео Финн, – невысокий пожилой мужчина с тростью. –  Декан факультета защитной и контрмагии.

Мужчина кивнул и очень по-доброму всем улыбнулся.

– Ну и, наконец, магистр Франсес Нерин, декан факультета стихий и энергетики.

Шаг вперед сделал высокий накачанный мужчина. Что ж, факультет стихий и энергии подразумевает в первую очередь боевые навыки, а уже потом освещение, отопление и прочие бытовые мелочи. Уверена, Дес пойдет именно туда, ведь весь бизнес отца связан с отоплением, энергетикой. Не думаю, что он не найдет для преемника достойной должности.

– Факультетов шесть, – тем временем продолжил ректор. – Каждый из вас уже подал заявление на определённый факультет, тем самым определив свою судьбу. Завтра в девять утра деканы ждут своих студентов на первых общих лекциях, после которых они раздадут персонализированные расписания для каждого курса, – повисла пауза, во время которой Виктор еще раз обвел всех студентов своим цепким взглядом.  – Добро пожаловать, – наконец продолжил он. – Сделаем это место достойным вашего ожидания и вас – достойными этого места. А сейчас вас всех ждет праздничный ужин. Добро пожаловать!

Слова повисли, и зал ответил шепотом, который был не голосами стен, а дыханием студентов – облегчение, азарт, страх. Гобелен спокойно свернулся, птицы света растворились, оставив после себя только легкую искру в воздухе. Вновь загудели голоса, кто-то первым хлопнул, аплодисменты пошли волной.

Наконец студенты потянулись к выходу. Я пристроилась в самый конец очереди, отмечая, что на стенах уже вспыхнули указатели, показывающие, где столовая. К счастью, она находилась в противоположной стороне от жилых комнат, и в ту сторону я пошла одна. Точнее, я думала, что одна, на деле же меня догнал Дес. Дайте угадаю, ему интересно, на какой факультет я подала заявление.

– Алекса, – окликнул меня он.

– Что тебе надо?

– Давай поговорим. Нам предстоит обучаться в одном месте. Я предлагаю мир!

– Мир? Ты мне предлагаешь мир? – я чуть ли не рассмеялась. – А иначе что? Война? Дес, я, может, тебя, конечно, сейчас разочарую, но мне не нужны с тобой ни мир, ни война. Я вообще не желаю вспоминать о твоем существовании.

– Это невозможно.

– Это было бы возможно, если бы ты не искал общения.

– Я стараюсь вести себя по-взрослому!

– Пока ты стараешься вести как взрослый, я веду себя именно так. Не замечаю тех людей, которые этого недостойны.

– Нам обучаться вместе, – холодно отрезал парень.

– На разных факультетах и на разных курсах. Не думаю, что наш выбор совпал.

– И какой же факультет ты выбрала?

– Я не обязана отчитываться. Но уверена, ты выбрал факультет стихий и энергетики. Дай угадаю, мой папа уже пообещал тебе должность и стажировку?

Лицо парня напряглось, и это означало лишь то, что я все угадала.

– Поздравляю, прибыльное дело! – выпалила я и развернулась, чтобы уйти, но Дес нагло схватил меня за руку.

– Пусти! Мне больно!

– Не ври, я контролирую свою силу! Алекса, пойми же ты наконец, эта академия собрала почти всю элиту общества, а они не прощают ошибок. Ты либо с ними, либо они против тебя.

– И что ты хочешь этим сказать?

– Я не хочу, чтобы тебе здесь было сложно!

– Мне? А с чего ты взял, что их общества достоин именно ты? Да, мое платье стоит в разы дешевле твоего костюма, и добиралась я сюда на общественном транспорте, а не в личной карете, но аристократка из нас двоих именно я. Проверим, что победит: кровь или деньги?

– Вот об этом я и говорю: я не хочу войны!

– Я тоже, потому что воевать с тобой – это значит тратить на тебя время, а ты этого недостоин. Но если ради того, чтобы не общаться, нам придется воевать, я готова.

Я все же вырвала руку и гордо пошла вглубь коридора.

– А я думал, ты повзрослела, – послышался ледяной тон за спиной.

– А я думала, ты поумнел, – не осталась в долгу я, скрываясь за поворотом.

Что ж, это будет сложнее, чем я думала… И если раньше я еще надеялась, что король разрешит со временем перевестись даже тем, кого взял по гранту, то теперь я поняла, что перевестись – значит сбежать, значит уступить. Но второй раз я сбегать не буду!

В комнату я вошла на автомате. Щелкнула замком, прислонилась лопатками к двери и выдохнула. Холодный металл замочной скважины уперся в спину – отлично, возвращает в реальность.

Разобрала вещи, поставив на стол рамку с фотографией. Приняла душ, уверенная, что сегодня ужин точно пропущу. Переоделась и, наконец, села посмотреть учебники.

Правда, взгляд снова упал на фотографию. Я и мама. Две блондинки со светло-серыми глазами, две копии друг друга. Фотография была сделана через год после того, как родители развелись. Мама тогда снова научилась улыбаться…

Вздохнула и потянулась к учебникам. Грамматика рун. Пунктуация ритуалов. Синтаксис жестов.

Я расставила их по порядку: слева – теоретическое, справа – практикумы и сборники упражнений. На соседний стул – чистые тетради, подписаны аккуратно, крупно, чтобы не перепутать в спешке. Еще одна, поменьше, для личных заметок.

Я знала, почему выбрала именно этот факультет. Почему именно факультет семиотики заклинаний. Не потому, что это красиво, а потому, что это хлеб. Переводчики рун нужны всегда. Начертатели заклинаний – тоже. Если стать профессионалом, если складывать линии без дрожи, фильтровать смыслы через собственную голову, не ошибаясь в ударениях, можно жить без чужого кошелька у себя в кармане, ведь деньги отца мы с мамой не берем. Принцип иногда кусает за пятки, но лучше собственные зубы, чем чужая рука у горла.

Немного помедлив, я взяла учебник по пунктуации рун и перевернула первую страницу. Врезка с иллюстрацией: круг ритуала, разметка, тончайшая разница между «задержать дыхание» и «задержать жизнь». Тот, кто писал, делал это с любовью и страхом – прекрасная смесь, нужная для нашего ремесла.

Краем глаза поймала свое отражение в темном стекле окна: серьезные глаза, прямая спина и нахмуренный лоб. Дес в детстве всегда любил говорить: "Не хмурься".

Мысли снова вернулись к Десу. Он вырос. Наверняка имеет тонну поклонниц, но мне все равно. Я уже однажды ему поверила, и ничем хорошим это не закончилось. Но в одном он прав, общество тут подобралось еще то. Просто не будет ни с одногруппниками, ни с преподавателями, ни с выбранным факультетом. Но я справлюсь.

Завтра начнется мой персональный ад, но я не сбегу. Ни к кому. Ни от кого. У меня слишком много целей, чтобы тратить время на бег.

Утро началось с тихого шепота стен. «Просыпайся», – услышала я, и мои глаза сами собой открылись. Как же это было странно... 

Солнце еще не взошло, но в комнате было светло – от окна шел мягкий серый свет. Часы показывали без четверти семь.

Я встала, подошла к зеркалу. М-да… Выглядела так, будто всю ночь камни таскала…

Привела себя в порядок, быстро выбрала одежду: строгая белая блузка, клетчатая юбка чуть ниже колен, волосы собраны в аккуратный пучок. Никаких украшений, только тонкий серебряный медальон от мамы. Макияж минимальный – немного туши и блеска для губ. Собранность и сдержанность – мое кредо.

– Интересно, там есть самая обычная каша? – вслух, но очень тихо пробурчала я, закрывая дверь и упираясь взглядом в очередную позолоченную наскоро статую.

«Есть. Есть каша», – сразу же ответили мне стены, и я закатила глаза.

В столовой было многолюдно. Сразу становилась видна негласная иерархия королевского общества. У центрального стола – дети самых богатых и влиятельных семей. Справа – те, кто немного пониже рангом, слева – те, кто еще только надеется войти в высокую элиту.

Первым я заметила Ричарда Вольского – сына министра финансов. Темно-синий пиджак от лучшего портного, безупречная прическа, золотой перстень на указательном пальце. Рядом с ним Элиза Кроу – дочь главы королевской канцелярии. Ее платье стоило явно дороже моей стипендии.

Я прекрасно знала негласные правила такого общества. Здесь каждый знает каждого, каждый помнит каждую сплетню, каждый держит руку на пульсе. И каждый готов в любой момент использовать любую информацию себе во благо.

Десмонд сидел чуть поодаль, но было заметно, что он тоже в центре внимания. Приемный сын одного из крупнейших энергетических магнатов, еще и такой красавчик, он всегда привлекал внимание. Когда я вошла, Дес о чем-то негромко говорил с Маркусом Эверетом – наследником крупной торговой империи.

Он заметил меня сразу, но подходить не стал. Лишь ленивый взгляд в мою сторону, и все. Надо же, неужели понял, о чем я пыталась сказать вчера?

Я выпрямила спину и прошла к столику раздачи. Яйца пашот, лосось с укропом, манго, кофе с корицей. Чуть левее – аккуратные керамические тарелки, омлет с сыром, ветчина, булочки с маком, апельсиновый сок в стекле.

Девушка за раздачей приветливо мне улыбнулась и передала приборы. Я взяла овсянку, яйцо, яблоко, наливала чай, пока пар не залил очки парнишке позади. Он робко кашлянул, и я чуть подалась вперед, освобождая кран.

– Спасибо, – коротко сказал он. Пальцы в чернилах. Пахнет типографской краской. Интересно, артефактор?

Заметив свободный стол в углу, я направилась туда. Не то чтобы я хотела быть в стороне, просто не желала быть частью роскоши, из которой давно вылетела.

Поймала на себе недовольный взгляд Деса. Ну да, я села не с ними, а прошла к таким же стипендиантам.

Их было немного. Худой юноша с торчащими коленями и линованной тетрадью, испещренной формулами. Девочка с короткой стрижкой. Еще один парень в несуразной одежде явно на несколько размеров больше. 

Не успела я занять место за большим круглым столом, как к нам присоединился тот самый парень с паром на очках – сел напротив, осторожно, будто боялся задеть стол.

Стоило мне сесть, и стол стих. Вилки зависли, взгляды сцепились на мне. В таких местах внимание всегда звучало негромко, как тонкая трещина в стекле.

– Ты заблудилась, леди? – спокойно поинтересовалась девушка с короткой стрижкой, с любопытством разглядывая мой пучок и медальон. Голос без злости, скорее проверка.

– Нет, – я спокойно размешала овсянку, чтобы не обжечься, и подняла глаза.

Юноша с тетрадью дернул губами, пытаясь скрыть улыбку.

Правда, на этом повышенное внимание ко мне не закончилось. Не успела я съесть и пары ложек, как несколько студентов, сидящих за центральным столом, поднялись и направились в мою сторону.

Краем глаза я заметила, как Дес бросил в мою сторону быстрый взгляд. Он явно ждал, что я буду просить о помощи. Но не тут-то было.

– Что ты тут делаешь? – обратился ко мне Ричард Вольский, наклоняясь и упираясь руками в стол.

– Ем, – пожала плечами я, демонстрируя ложку с кашей.

– Но почему здесь?

– Потому что это столовая. Я думала, что она для этого и создана.

– Почему за этим столом?

– Тут было свободное место, и тут сидят стипендианты.

– Ты поступила сюда по гранту?

– Именно.

– Но ты аристократка.

– Бедная. Если бы не грант, мне бы не хватило денег на обучение в этом месте.

– Но аристократы сидят не здесь.

– А где? С вами? Но там есть и не аристократы, – пожала плечами я и демонстративно съела еще одну ложку каши. Да, я сейчас подставила Деса, но мне было все равно.

Повисла пауза, которой я нагло воспользовалась и продолжила:

– Я понимаю, что академия новая и вы пока еще не обдумали все правила досконально. Поэтому вы решите, кто сидит за вашим столиком: богатые или благородные. Тогда уже и будем решать, заслужила ли я ваши претензии. 

– Вот-вот! – неожиданно вклинилась какая-то девочка.

Мы одновременно обернулись и недоуменно на нее уставились. Невысокая, хрупкая, рыжеволосая и крайне недовольная.

– Опять ты? – нахмурился Ричард.

– Опять я!

– Я тебе уже все сказал, – Ричард произнес это так, будто перед ним стоял не человек, а какое-то недоразумение. Муха, мешающая своим жужжанием. Но, надо сказать, муха оказалась настойчивой.

– Но она правильно говорит, вы уж определитесь! – и рыжеволосая кивнула на меня. А я-то тут вообще при чем?

– Ты пока никто, – отрезал Ричард, причем таким тоном, что возражения не принимались. Но, увы, девушка явно не умела считывать интонации.

– Мой отец оплатил обучение, мой отец…

– Твой отец стал аристократом без году неделю. Мы его не знаем. Так что не надо лезть к нам. Этот стол тебе подойдет больше! – и Ричард сухо кивнул на пустой стул рядом с парнем в очках.

– Скажи им! – эта фраза рыжей была обращена ко мне, и это оказалось крайне неожиданно. 

– Что сказать? – я даже опешила, но быстро взяла себя в руки. – Я понятия не имею, что у вас случилось. И я уже все сказала. Пусть определятся!

– Вот именно, пусть определятся! – и рыжая с важным видом заняла пустой стул и уставилась на Ричарда так, будто она уже победила.

– Алекса, – прошептал Ричард, глядя мне в глаза. – Я знаю, чья ты дочь. Законнорожденная дочь. Единственная. И ты имеешь полное право сидеть рядом с нами. А также я знаю, кто такой Десмонд. Он находится на той ступени, когда ему позволено почти все. Когда у его ног лучшие девушки и завидные перспективы. Прости, детка, но он с нами.

– Значит, не с вами я, – холодно отрезала.

– Уверена? – тон Ричарда звучал хищно, но меня это не пугало.

– Более чем. Мы слишком разные, чтобы сидеть за одним столом, – проговорила и услышала собственный голос как чужой: ровный, почти ледяной.

Я посмотрела Ричарду прямо в глаза, он медленно выдохнул, будто пытался совладать с эмоциями. На секунду мне показалось, что он сейчас сорвется. Но нет, он быстро взял себя в руки: ровный прищур, отточенная улыбка, голос, в котором ледяные нотки смешаны с сахаром.

– Я дал тебе шанс, но ты его провалила. Я слышал о характере твоей матери. Это был громкий развод. Неужели ты такая же? Хотя не важно. Уверен, эти стены тебя быстро сломают.

Ричард повернулся ко мне на полшага, будто напоследок собирался сказать ещё что-то, но не сказал. Наши взгляды встретились в последний раз. Он моргнул первым и ушел обратно к своему столику, а я невольно бросила взгляд на Деса.

Все это время он смотрел на меня в упор, лениво крутя стакан сока в руках.

– Как ты его! Молодец! – вырвал меня из размышлений голос рыжеволосой. – Мы ему еще покажем, кто тут главный!

– Ты вообще кто? – повернулась в ее сторону, удивленно разглядывая. У меня никогда не было близких подруг, потому что я ценила тишину и одиночество. А эта девушка явно не соответствовала ни одному из этих понятий.

– Ия, приятно познакомиться.

Я кивнула и повернулась обратно к тарелке, надеясь, что это будет толстым намеком, что знакомство не такое уж и приятное.

– Мой отец недавно разбогател, – тем временем продолжала Ия, которой было все равно на мою реакцию. – У нас была старенькая ферма, и отец решил пруд выкопать. А там бац, драгоценные магические камни. Государство их и выкупило.

– Поняла, – лениво ответила я, понимая, что аппетит уже давно пропал.

– Но мы умные! Мы часть денег сразу вложили, и теперь у нас не только они, но еще и процветающее хозяйство. Представляешь! А они меня не принимают! А мы уже год, между прочим, как…

Наверное, Ия могла еще долго рассказывать про свою семью, но внезапно в зале наступила тишина, и даже она это заметила.

Виктор Тер Авиль, ректор, прошел между столами. Его взгляд остановился на мне, но я была сейчас в таком состоянии, что просто ответила ему тем же. Дес, Ричард, Виктор – чей еще взгляд я должна сегодня выдержать, чтобы от меня отстали?

– Уважаемые студенты, – громко произнёс ректор, магией разнося свою речь по всему помещению и наконец-то отворачиваясь от меня. – Напоминаю, что совсем скоро деканы будут ждать своих студентов на вводной лекции. Первая пара не зависит от вашего курса. Лишь от выбранного направления. Советую не опаздывать, ровно в десять двери залов будут закрыты.

Некоторые студенты начали торопливо доедать, а некоторые лишь лениво посмотрели на декана. Меня тоже его речь особо не впечатлила, но я училась бесплатно, а значит, прогуливать или опаздывать не имела права. 

Стоило Виктору покинуть столовую, как я подхватила свою сумку и понеслась искать нужную аудиторию. К счастью, помимо указателей на дверях, виднелись эмблемы. К несчастью, аудитории оказались еще заперты, поэтому мне пришлось ожидать начала первой пары в быстро увеличивающейся толпе.

Естественно, в этой толпе появился и Десмонд. Хотя нет, он не опустился до того, чтобы зайти в толпу. Вместо этого он остался стоять в проходе, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Его взгляд быстро скользнул с меня на эмблему аудитории, около которой я стояла. Ну да, теперь он знает, какой факультет я выбрала. И что он будет делать с этой информацией? Пойдет докладывать моему отцу?

Видимо, мой взгляд Дес расценил как призыв к разговору, иначе объяснить, почему он направился ко мне, я не могла.

– Ты еще можешь поменять факультет, – сухо сказал он, останавливаясь рядом.

– Почему мне сегодня все предлагают что-то поменять? Ричард – стол, ты – факультет. Неужели я сама не могу ничего выбрать?

– Зачем тебе это? Твой отец…

– Что мой отец? – перебила я парня. – С чего ты вообще взял, что я буду его обсуждать с тобой?

– Я лишь хотел напомнить, кто он. Ты его единственная наследница. Ты должна выбрать другой факультет. Факультет стихий.

– Если я наследник, то кто ты? Серый кардинал? Который будет всем руководить за моей спиной? Или цепной пес, который будет преданно меня слушаться? Уверена, что второй явно не для тебя. Вон, ты даже поморщился.

– Алекса, ты должна…

– Я никому ничего не должна! Уж тем более тебе и своему отцу! Я у вас ничего не занимала, чтобы оказаться в должниках…

Дес явно хотел возразить, но не успел, ведь стены неожиданно зашептали, отчего я снова невольно вздрогнула:

«Идут. Идут. Они идут».

И в коридор стройной толпой и правда прошли деканы. Они быстро открыли нужные аудитории и начали впускать студентов, что позволило мне избавиться от общества Деса.

Заняла первую парту, потому что я приехала сюда учиться, и нервно достала тетрадь и перо. Да пошел он… Да пошли все они! Мне надо думать только об учебе!

Декан стоял около кафедры в черном камзоле без единой пылинки. Никаких порхающих плащей, никаких пафосных тростей – только тонкие, почти прозрачные узкие пальцы, словно вытянутые перьями, и спокойный, внимательный взгляд серых глаз. Мастер Северьян Корвен. Он молча осмотрел аудиторию и провел пальцами по столешнице, будто проверяя ее на наличие пыли..

На полированном дереве вспыхнула линия – тонкая, ровная, из холодного света. Еще одна. Третья. Вместо мела – светящийся графит, вместо скрипа – легкое потрескивание магии. Вся комната сделала вдох. Я тоже.

– Факультет семиотики заклинаний, – произнес он так, будто мы забыли, какое направление выбрали. – Мы изучаем не силу, а смысл. Не огонь, а то, что его запускает. Грамматику рун, пунктуацию ритуалов, синтаксис жестов. И, прошу заметить, – он поднял взгляд, – молчание в магии важно не меньше, чем звук.

Я машинально сжала перо. Первая парта. Отсюда не спрячешься, но и ни одна тень на доске не ускользнет.

Корвен шагнул в сторону, и световые линии собрали слово из ломаных углов – простейший световой знак. Он коротко щелкнул пальцами, и знак вспыхнул мягким сиянием. Затем кончик его ногтя поставил едва заметную точку рядом.

Свет дрогнул, будто замялся, и начал мерцать с вопросительной интонацией.

– Точка рядом с корневой чертой, – спокойно сказал мастер, – это не украшение. Это вопрос. Вы спросили свет, уверен ли он, что должен гореть. Он засмущался.

В аудитории рассыпалось сдержанное хихиканье. Я огляделась. Зал уходил выше легким веером, каменные ряды из заполированной до зеркала плитки. На самых верхних рядах расположились старшекурсники: расслабленные, с легким превосходством, кто-то лениво смотрел на профессора, кто-то, облокотившись, бездумно перебирал четки из костяных сегментов, но пальцы у них были крепкие, натренированные, с заусенцами от бесконечных перьев и резцов. Ну да… Они уже фактически прошли свой путь в обучении, им осталось лишь получить диплом нового учебного заведения, обесценив тех, кто учил их все предшествующие годы в другом вузе.

– Пунктуация ритуалов, – продолжил Корвен, и в воздухе над кафедрой медленно сложился круг. – Это когда вы решаете, где поставить запятую между шагами. Пауза в один удар сердца, – он отмерил пальцами воздух, и круг на мгновение дрогнул, – оставит заклинанию место вдохнуть. Пауза в три – запутает дыхание. Вы удивитесь, как много несчастий рождается из неуместной паузы.

Он поднял руки, и я впервые увидела, насколько эти пальцы говорящие. Длинные фразы проступали в каждом повороте кисти. Сначала – короткий взмах – предикат, затем плавная дуга – дополнение, затем сдерживающий щелчок ногтем по основанию большого пальца – точка. Синтаксис жестов. В этот раз свет вспыхнул ровно, послушно, застыл и сам мягко погас, будто ему разрешили уйти.

– Обратный порядок, – предупредил мастер и зеркально повторил связку. Свет, едва родившись, споткнулся, дернулся, ткнулся в потолок и с плюхом распался на искры, которые прошли в опасной близости от нас. В тишине кто-то тихо выругался.

– Будете учиться распознавать ошибки по звуку, – пообещал Корвен, будто это что-то само собой разумеющееся. – Шипение – чаще всего неправильно снятая связка. Глухой удар – неверная пауза. Свист – чужая мысль в структуре.

Я судорожно записывала. Пальцы норовили повторять движения мастера, но я прижала ладонь к колену. Не хватало еще, чтобы меня дернуло что-то «включить».

– Теперь взгляните на соседа, – вдруг сказал мастер. – Возможно, это ваш будущий соавтор. Что еще хуже – ваш корректор. В группе вы выживаете либо вместе, либо поодиночке и недолго. Вам всем предстоит узнать важные азы, например, что моргание – это тоже пунктуация.

У меня дернулся уголок губ. Старшекурсники одобрительно ухмыльнулись – фраза была из тех, которыми щеголяют потом весь семестр.

– Но, несмотря на раздельные знания, – тем временем продолжал профессор, – высоких результатов всегда достигает слаженная работа.

Он говорил еще – про происхождение знаков, про «узлы смысла», которые нельзя перерезать, не заменив их на что-то равноценное, про то, как жест «за» и жест «после» одинаковы, если смотреть не теми глазами. Показывал простейшую ловушку: «кавычки» на круге, которые выделяют внутреннее действие, не дают ему испариться. Рассказывал, как опасно ставить «многоточие» – длинную тянущуюся паузу – в конце очищения. Конечно, многое из этого я уже знала. Профессор говорил азы. Но его задачей на первой паре и не было научить нас чему-то новому, он описывал процесс обучения в целом. Вскоре он перешел к правилам начертания рун, а также к риторике. Рассказал, какие преподаватели у нас будут вести и каких зачетов ожидать каждому курсу.

Я снова провела взглядом по аудитории. В первом ряду, левее, первокурсники сидели, сглотнув. На их новых манжетах еще блестели фабричные швы. У многих пальцы были чистые – слишком чистые для нашего направления. У старшекурсников – грязевые тени под ногтями от трав и материалов. Один парень на галерке вынул лупу с тонким руническим ободком, самодельную, и рассматривал линии света, прищурившись. Кто-то записывал не слова, а маленькие квадраты – схемы фраз, не перенося на лист ни одной буквы.

– С завтрашнего дня, – произнес Корвен после короткой демонстрации, – у вас начнутся разделенные занятия: теория и практикумы. Сейчас я раздам расписания для каждого курса. И да, если кто-то еще считает, что сила заклинания важнее смысла, выйдите сейчас. Нам с вами не по пути.

Никто не поднялся.

Мастер наклонился, вынул из ящика стопку тонких кремовых листов. На каждом переливались те же бледные линии, что и на доске, но в этот раз они складывались в сетку дней и часов. Он положил ладонь на верхний лист, набрал в грудь чуть больше воздуха – я снова услышала, как аудитория вместе с ним вдохнула, – и мягко выдохнул, отводя руку в сторону.

Листы поднялись полупрозрачными рыбами и поплыли над рядами, чуть трепеща углами. Каждый будто знал, куда ему, выбрал ладонь. Мой лег на тетрадь, пригладил перо как ни в чем не бывало.

– Это ваши расписания, – сказал мастер, словно случилось что-то совершенно обычное. – Смотрите, не потеряйте. Они привязаны к вашей подписи, уроните – вернутся ко мне. А у меня с теми, кто теряет важные бумаги, короткий разговор.

Я провела пальцем по строкам. «Понедельник: Введение в семиотику заклинаний – лектор М.С. Корвен. Практикум жестового синтаксиса – М.С. Корвен. Вторник: Материалы и носители – лаб. ассистент Грайн. Среда: Пунктуация ритуалов – Мастер Рытой…»

Что ж, начало многообещающе, но почему все начинается только завтра?

– И да, совсем забыл сказать, – задумался Северьян Корвен. – Сегодня вечером для студентов пройдет приветственная вечеринка в саду.

Зал разразился радостными выкриками, а я напряглась. С определенного момента времени я не любила подобные мероприятия. Хотя я их никогда не любила…

Так как я сидела на первой парте, к выходу подошла одной из последних. Еще умудрилась уронить сумку, из которой сразу же предательски выпала часть вещей. Пока собрала, пока подняла, оказалась одна в коридоре. Ну и хорошо.

Подошла к окну, положила руки на подоконник и осмотрелась. За окном лежал двор – неправильный прямоугольник свежей кладки и задумчивых луж. Дождь шел ровно и мелко, нитями, и каждая нить, ударяясь о новенькую плитку, собиралась в узких каналах, вырезанных между плит, и уносилась к круглой черной чаше посередине. На краю чаши шли тонкие гравировки бытовой магии.

Сад пока больше походил на схему будущего сада: молодые деревья, привязанные к колышкам, стояли ровными строками, и на каждом была намотана парусина с чернильными пометками садовника. Из стриженых кустов вывели аккуратные дуги и запятые, под дождем они блестели, как чернила на титульном листе.

Иногда по двору проходили студенты. У кого-то над головой дрожало куполом простенькое зонтичное заклинание: капли, касаясь, вспыхивали и пропадали, оставляя на воздухе краткие бледные ожоги, кто-то, видимо, из младших курсов прятался под обычным капюшоном. 

Тоже надо бы пройтись. Но не под дождем…

То ли из-за неба, то ли из-за геометрии, но звук во дворе вяз в углах и не долетал до окон – все казалось приглушенным, как в библиотеке. Наверное, именно поэтому шаги за спиной показались особенно громкими.

Я обернулась и увидела красивую фигуристую блондинку, которая гналась за белой кошкой.

– Принцесса, не убегай! Принцесса! – кричала она, на что эта самая Принцесса лишь фыркала.

Я инстинктивно сделала шаг вперед и присела, раскрывая перед кошкой руки. Она, конечно, оказалась против и решила меня обогнуть, но это отняло у нее те драгоценные секунды, за которые хозяйка успела схватить свою белую прелесть.

– Спасибо, – кивнула она, подхватывая кошку на руки.

– Не за что, – пожала плечами я.

– Принцесса, я же тебе говорила, это не дом! Тут нельзя спокойно разгуливать, – нравоучительно начала причитать девушка, удаляясь обратно вглубь здания.

Интересно, с обычным животным в академию явно бы не пустили. Только если эта кошка – фамильяр. Да и с фамильярами часто в академии не пускают, но это же место элитное.

Я грустно посмотрела девушке вслед. В нашем мире фамильяра мог получить только тот, кто потерял близкого человека. Магия будто пыталась хоть как-то восполнить потерю и дарила верного друга.

Я задумчиво посмотрела вслед девушке. Мне всегда было грустно видеть фамильяров. Как по мне, это было достаточно жестоко – привязывать к людям животных, которые будут постоянно напоминать о потере.

Я поспешила прочь от учебных аудиторий в сторону жилых, хоть мне и хотелось остаться учиться. Свободное время было отвратительным, ведь во время него в голову лезли непрошеные мысли. То ли дело тотальные завалы – нет времени, нет никаких проблем, кроме той, что у тебя нет времени.

Дойдя до комнаты, я решила все же посетить вечеринку. Больше скажу, мне даже стало стыдно за свое утреннее поведение. Зачем я предложила им выбирать между мной и Десом? Так я только себя выставила в некрасивом свете. Молодец, Алекса, не сдержала эмоций. На Деса мне все равно, даже если он будет сидеть со мной за одним столом. И на вечеринку я пойду, я же теперь студентка, а значит, должна жить студенческой жизнью.

И только я хотела открыть шкаф и подумать, что бы такого надеть, как в дверь постучали.

– Ура! Я тебя нашла! – радостно закричала Ия, буквально врываясь в мою спальню.

– А как ты меня нашла? И зачем? – я даже не знала, какой вопрос терзал меня сильнее. Возможно, тот, почему она вошла так бесцеремонно.

– Да это вообще было несложно, – махнула рукой девушка, оглядывая мою спальню. – Спросила у коменданта. А комната у тебя, кстати, поменьше моей.

– Логично, я по гранту учусь. Подожди, а как ты узнала, кто я?

– У стен спросила, – снова пожала плечами девушка так, будто я спросила какую-то глупость.

– Что? У стен?

– Ну да. Они же говорящие. Спросила, с кем я сидела в столовой, кем так заинтересовались старшекурсники.

– Интересно. А что ж ты у стен сразу и номер комнаты не спросила? – разозлилась я.

– Спросила, но они не ответили. Сказали, что это личная информация.

– Как и фамилия! Зачем я тебе вообще?

– Пойдем на обед, а то кто знает, чем на этой вечеринке кормить будут. Да и потом, не будем же мы при мальчиках много есть!

– А в столовой мальчики глаза закрывают? – не могу сказать, что меня это и правда интересовало, но просто такая наглость и бесцеремонность загнали меня в легкий ступор.

– Нет, но там мы не в платьях и там не вечеринка. Там все едят. Идем!

– А почему ты не можешь пойти без меня?

– Скучно. Я привыкла быть с подругами.

– Так будь. Я-то тут при чем?

– Так мы же подруги. Идем уже! Нам еще к вечеринке готовиться! У меня, кстати, такой артефакт для завивки есть, тебе дать вечером?

– Мне… Э… Нет. Я не…

– Да идем уже, – и девушка буквально потащила меня за собой. Причем осознала я это только к середине пути. И почему я вообще пошла следом?!

Мы снова заняли места рядом с другими ребятами, поступившими по гранту. В столовой в целом все сидели как утром.

– Вы пойдете на вечеринку? – смущенно спросила у нас девочка с короткой стрижкой. 

– Конечно! – сразу же ответила Ия. – А почему нет?

– Ну… – еще сильнее засмущалась она. – Там, наверное, будут придираться к внешнему виду…

– У тебя платья нет? Я одолжу, у меня много! У нас вроде похожий размер.

– Правда? – удивилась девушка.

– Конечно, почему нет? Тебя, кстати, как зовут? И вас? – спросила Ия, обращаясь ко всем ребятам. Это интересно: предложить платье тому, чьего имени даже не знаешь. Если это правда от чистого сердца, то она молодец.

– Катрина.

– Джозеф, – представился худой высокий юноша.

– Тод, – представился парнишка в очках. Сейчас у него руки уже не были испачканы чернилами.

– Приятно познакомиться. Я Ия, а это Алекса.

Я молча похлопала глазами и кивнула, потому что имя мое назвали правильно, а значит, спорить было не о чем. Тут и без меня прекрасно общались.

– Вы на кого будете учиться, кстати? Я на лекаря! – не унималась рыжеволосая.

– Мы вдвоем на артефакторов, – кивнул на Джозефа Тод.

– Я поступила на факультет защитной и контрмагии, – прошептала Катрина.

– Зря! – сразу же выпалила Ия. – Девушек неохотно берут на такие профессии.

– У нас в городке следователей не хватает, там можно хорошо заработать, – немного виновато ответила Катрина.

– Ия, хватит, – не выдержала я. – Каждый вправе поступать туда, куда захочет.

– А ты сама куда поступила? – ничуть не обиделась рыжеволосая.

– Я на факультет семиотики заклинаний.

– О нет, с него бы я сразу вылетела, – закатила глаза Ия.

– Я тоже испугалась туда поступать, – согласно кивнула Катрина. – Поступить бы я поступила, а вот отучиться там… Столько всего запомнить надо, столько нюансов. А проваливать экзамены мне нельзя.

– Ну, как я поняла из утреннего разговора, Алексе не страшно. У нее, судя по всему, деньги на такой случай есть, – кивнула Ия и придвинула к себе второе.

– Слушай, а ты вообще знаешь, что такое чувство такта? – уставилась на нее я.

– Нет, у меня плохо с музыкой, – честно ответила девушка, а я вздохнула.

В этот момент я заметила, что Дес поднялся со своего места и, не обращая на меня никакого внимания, направился к выходу. Хорошо, что он на меня внимания не обратил. Плохо, что обратила я на него.

– Ну что, идем готовиться к вечеринке? – счастливо отодвинула от себя пустую тарелку Катрина.

– Она только вечером.

– У нас уже меньше половины дня! А мы еще даже наряды не выбрали. Мальчики, вам помощь нужна?

– Нет! – хором выкрикнули Тод и Джозеф, которые явно испугались напора Ии. А вот мы отказаться не успели, поэтому быстро оказались в комнате Ии.

Ее спальня и правда оказалась побольше моей, но ненамного. И шкаф занимал примерно полстены.

Ия распахнула дверцы, и нашему взору предстали шелк, тафта, атлас, пайетки, ленточки и прочие детали декора.

– Фуф, – с видимым удовольствием сказала девушка, нырнув внутрь. – Катрина, ты у нас какая: «скромный шарм» или «молния в полночь»?

Катрина вспыхнула, но робко улыбнулась:

– Можно… просто чтобы не слишком броско?

– Броско – это вопрос уверенности, – отмахнулась Ия, уже что-то вытаскивая. – Вот! Дымчато-синее, мягкая юбка, спина закрыта, но линия плеч красивая. И пояс блестящий, но не крикливый.

Мы помогли Катрине переодеться за ширмой. Когда она вышла, я невольно кивнула – платье и правда село как влитое, подчеркивало тонкую талию и сделало её глаза глубже.

– Ох, да ты просто готовая контрмаг уже! – удовлетворенно заявила Ия. – Дай-ка я сюда брошь поставлю… нет, лучше ниточку серебра у горловины, чтобы свет ловила.

– Я не знаю, как за это расплачиваться, – пробормотала Катрина.

– Возвращаешь чистым и с хорошими воспоминаниями, – хмыкнула Ия. – Так, теперь я. Хочу зеленое.

– Тебе и правда зелёный к лицу, – не удержалась я.

– Мне все к лицу, – совершенно серьезно согласилась она и прямо-таки взлетела в изумрудное платье на тонких бретелях с мягкими складками, которые струились до колен.

– Неплохо, – сказала я.

– Неплохо – это когда ты выжила после зачета у семиотиков, – фыркнула Ия. – А это великолепно. Катрина, держи еще заколку с синими камешками. Считай, наша мини-команда уже сияет.

– Мы ещё про меня не думали, – напомнила я и тут же пожалела: у Ии в глазах вспыхнул огонек охотницы.

– Точно! Идем грабить твой гардероб! Хотя подожди… Стены! – крикнула она, смотря почему-то в этот момент на потолок. – Как там другие девушки одеты? Мы не хуже?

– Выбирают платья… – по стенам комнаты пробежался шепот, от которого я снова поежилась. – Вечерние… Красивые…

– Но не бальные?

– Нет… – и снова этот шепот.

– Ты так спокойно общаешься со стенами, – уважительно кивнула Катрина.

– Так это же фишка академии, так почему ею не пользоваться? Все, Алекса. Теперь к тебе!

Наши комнаты оказались не очень далеко. Я открыла свой шкаф и сразу почувствовала, как за спиной зависла тишина. Там висели темно-синее простое платье, серое с воротником-стойкой, пара блузок, юбка и пиджак. Все. Ровные линии, никакой роскоши.

– Это все? – спросила Ия осторожно. Не знала, что она так умеет.

– Все, – сказала я и потянулась к темно-синему. – Оно удобное.

– Но… – Ия повернулась ко мне и прищурилась. – То есть совсем-совсем без шелков с драконьей нитью? Без проклятых пайеток? Алекса, у тебя хоть один наряд для «ах» есть?

– У меня есть учебники, – коротко ответила я и отвела взгляд. – И комната, и приличная форма. Этого достаточно.

– Я думала… – начала она и запнулась. – Утром… ну… Там же говорили о твоем отце.

Я вздохнула. На этот разговор у меня не было ни сил, ни желания, но прятаться смешно, когда две пары глаз буквально прожигают.

– Я не беру деньги у отца, – сказала я. – Мы живем на то, что зарабатываем с мамой сами. Платья в этот бюджет не помещаются.

Несколько секунд стояла тишина. Потом Ия вдруг без своей обычной бравады сказала ровно:

– Приняла. Тогда давай сделаем «ах» из того, что есть. Или можем взять мое. Но ты худее и выше…

– Согласна, твои мне могут не подойти. Я лучше свое надену.

– У тебя красивые плечи, – спокойно заметила Катрина. – Если чуть открыть горловину и добавить свет.

– Свет добавим, – оживилась Ия. – У меня есть тонкая цепочка с маленьким кристаллом, я ее не чувствую даже. И пояс… Где твои пояса?

– Их нет, – призналась я.

– Но платье резать не надо. Оно еще пригодится. Я просто…

В этот момент в дверь снова постучали. И кого там принесло?

– Ты кого-то ждешь? – посмотрела на меня Ия.

– Нет.

И девушка, не дожидаясь моей просьбы, распахнула дверь, чтобы явить мне Десмонда.

Парень стоял с большой коробкой и пристально смотрел на меня, не замечая ни Ию, ни Катрину.

– Это тебе, – наконец произнес он ледяным тоном.

– Это что?

– Я рассказал твоему отцу про вечеринку, он прислал тебе платье.

– Мне не надо, – серьезно сказала я.

– Спасибо! – выпалила Ия, выхватила коробку и закрыла перед парнем дверь.

– Ия?! – уставилась я на нее.

– Что? Вернуть его обратно? Судя по всему, ты не очень хочешь видеть этого красавчика, вот я и…

– Я же говорила, что не беру от отца деньги.

– А это не деньги, это платье. Давай хотя бы посмотрим.

– Нет, я его верну!

Я выхватила у девушки коробку и выбежала в коридор, но Деса там уже не оказалось. Однако я не привыкла сдаваться. Сначала я спросила у стен, где он проживает, но мне они также не раскрыли конфиденциальную информацию. Тогда я не поленилась спуститься к коменданту, узнать номер комнаты и нагло начать туда стучать.

Дверь распахнулась на втором моем «тук-тук».

На пороге, естественно, стоял Дес с тем самым ленивым разворотом плеч. Он привалился к косяку, не отводя глаз, и уголок его рта дернулся.

– Сама пришла, – усмехнулся. – Этого я, признаюсь, никак не ожидал.

– Не привыкай, – выдохнула я и сунула ему под грудь коробку. – Забери. И передай тому, кто прислал, что я не нуждаюсь.

Дес даже не шелохнулся. Коробка уперлась в него и осталась у меня в руках.

– Я уже передал, – спокойно сказал он. – Точнее, доставил. На этом моя миссия закончена.

– На этом твоя миссия только начинается, – я попыталась снова впихнуть ему коробку. – Возврат. Обратно. В твой шикарный отдел «оказанных услуг».

– Я не пункт выдачи, – хмыкнул Дес. – И извини, но я выполняю просьбы твоего отца, а не твои. Так что нет. Я не буду делать то, что ты просишь. Такое отношение ко мне осталось в нашем детстве.

Меня обдало жаром – злым, колючим.

– Я к тебе никогда так не относилась, но это сейчас не важно. Твой ответ даже логичен, ты мастер выбирать, кому служить, – выдохнула я. – Удобно. Не надо думать.

На этот раз немного дернулся уголок рта Десмонда.

– Ты тоже мастер выбирать, кому перечить, – ответил он все так же расслабленно. – Тебе оно как будто вкусно.

– Мне тошно, когда за меня решают. И когда ты считаешь, что можешь тут раздавать указания.

– Я ничего не раздаю, – его взгляд скользнул на коробку. – Просто констатирую. Платье у тебя. Вечеринка сегодня. Точка.

– Платье мне не нужно.

– Не спорю, – он отчеканил это так, будто соглашался со мной на бумаге, где мелким шрифтом пряталась ловушка. – Ты все равно ведь не пойдешь на вечеринку.

– Это еще почему?

– Потому что ты привыкла сидеть одна и на всех обижаться. А сейчас у тебя даже причина нашлась. Отец оказал тебе помощь, как посмел, ты снова обижена.

– Помощь? Это не помощь. Это контроль.

– Зови как хочешь, – кивнул парень. – Но сейчас ты стоишь в моем коридоре и пытаешься перекинуть на меня свое решение. Не выйдет.

– Это не мое решение! – вырвалось у меня. – Я не выбирала ни это платье, ни то, что ты… – я споткнулась, потому что слова стали слишком горячими. – Просто перестань. Возьми и верни. Вот так ты можешь помочь.

– Нет, – сказал он так же ровно, как до этого. – Я не твой курьер, не твой спасательный круг и не твой громоотвод. Твоему отцу я сказал «да». Тебе я сейчас говорю «нет».

Мы уставились друг на друга. Он – спокойный до наглости. Я – ком в горле, металлический привкус злости на языке.

– Знаешь, – произнес он тише, почти доверительно, и это вывело меня из равновесия сильнее, чем его сарказм. – Ты так предсказуема.

– А ты ужасен, – сказала я почти шепотом.

– Привыкай, – отозвался он, отлипая от косяка. – Увидимся вечером.

– Не надейся.

– Не надеюсь, – и снова эта легкая усмешка, от которой хотелось либо ударить его, либо… лучше не думать. – Я просто знаю.

Он потянул дверь и параллельно отпустил коробку, а я автоматически ее схватила и отпрянула.

– И да, – добавил Дес, задержав полотно на сантиметр, – если решишь не идти – твое дело. Если решишь идти – надень. Иначе снова станешь королевой сплетен. Дочь магната без платья. Но… Если тебе нравится быть в центре внимания, то кто я такой, чтобы тебя отговаривать…

Дверь щелкнула, а я стояла еще секунду, две, пока шум в ушах не утих. Потом развернулась и пошла обратно, считая шаги, чтобы не сорваться и не вернуться, не выцарапать ему на двери все, что я думаю.

– Ну? – Ия вынырнула из моей комнаты раньше, чем я успела повернуть ручку. Ну да, я же оставила их здесь. – Вернула?

– Нет, – сказала я, втягивая воздух, как ледяную воду. – Курьер отказался принимать возвраты.

– Что он сказал? – спросила Катрина, появляясь за плечом Ии.

– Что он выполняет просьбы моего отца, а не мои, – я кинула коробку на кровать. Крышка подпрыгнула, и под ней мелькнуло что-то темное, гладкое, как ночь. – И что я все равно буду делать по-своему.

– И что ты сделаешь по-своему? – осторожно поинтересовалась Ия.

Я посмотрела на коробку, на свои дрожащие пальцы, на мир, который снова пытался за меня решить. И вдруг внутри стало холодно и ясно.

– Я надену его, – сказала я. – Назло ему.

«И себе тоже, возможно», – добавила мысленно.

– Отлично! Примеряй скорее!

Крышка скользнула в сторону. Под тонкой бумагой лежала ночь – гладкая, тяжелая на вид, с мягким блеском, будто в нее вмешали лунный свет.

– Ну? – Ия ткнула пальцем, не выдержав. – Доставай.

Я подцепила ткань. Шелк – или что-то очень похожее – охладил ладони. Платье оказалось проще, чем я ожидала: тонкие бретели, глубокий вырез, косой край и широкий пояс.

– Черное? – уточнила Катрина, хотя сама видела. – Очень черное.

– Как его чувство юмора, – пробормотала я и поймала собственное отражение в зеркале. Светло-серые пепельные волосы падали на плечи, и на этом фоне ткань выглядела еще темнее, ярче, конкретнее. Контур. Четкая линия.

Я спряталась в ванной и медленно начала переодеваться. Платье скользнуло вверх послушно, как вода. Боковая молния щелкнула, застегнулась, и чужой холод разошелся по коже, отступая.

– Ох, – сказала Ия, когда я вышла.

Я подняла взгляд. В зеркале – кто-то знакомый и чужой одновременно. Ключицы резче. Плечи шире, чем мне казалось, но спина прямая. Ткань легла идеально по талии. Цвет вытянул из моей кожи теплый оттенок, а волосы – светлые, пепельные – сверкнули серебром. Я автоматически передвинула бретель, подтянула, зацепила палец за маленький регулятор и укоротила на пару миллиметров.

– Подол нормальный? – спросила Катрина и присела, чтобы посмотреть, как он ложится у щиколоток. – Не споткнешься.

– Если споткнусь – это будет эффект, – ответила я, пытаясь отогнать внезапный ком в горле. – Запланированный.

Ия уже рылась в моей коробке с украшениями. Вытянула тонкое кольцо-чокер и приложила к моей шее.

К платью у меня нашлись универсальные лодочки.

– Остались волосы, – сказала Катрина. – Чуть собрать, чтобы открыть шею, и пару прядей оставить.

– И легкий блеск на губы, – добавила Ия. – Не спорь.

Я не стала спорить. И пока Катрина ловко скручивала мои волосы в неброский узел, а Ия наводила порядок на моем столе из хаоса закладок и чернил, я поймала себя на мысли, что знаю этих девочек всего пару часов. Как так получилось? В школе мне и нескольких лет не хватило, чтобы сдружиться.

– Ну? – спросила Ия, закалывая последнюю шпильку.

– Пойдет, – сказала я.

– Перевожу: «Я довольна, но никому не признаюсь», – удовлетворенно кивнула Ия. – Мы готовы. Почти. У меня есть маленькие защитные бусины. Ненавязчивые. Катрина?

– Я поставлю на твой пояс легкий щит от случайных разливов, – кивнула Катрина. – И от липких рук.

– От каких? – не поняла я.

– На всякий случай, – одинаково невинно ответили обе.

Ох… Ия оказалась права, оставшиеся до вечера часы пролетели незаметно. За это время не только студенты успели подготовиться к вечеринке, но и преподаватели высушили лужайку и накрыли ее защитным куполом.

– Там уже еду выставили? – сказал Катрина, выглядывая в окно. – Идем?

– Королевы всегда приходят последними! – задрала нос Ия.

– Ну, королевы, может, и приходят, а мы-то тут при чем? – усмехнулась я.

– О, Алекса, там твой красавчик с какой-то девушкой пришел уже.

– Что? – почему-то удивилась я и побежала к окну.

– Точно, он, – кивнула Ия, тоже заглядывая во двор.

Рядом с ним была та самая блондинка, которая утром искала кошку. Что ж, мне все равно.

– Мне все равно, – озвучила я эту мысль и отошла от окна. – Просто было интересно с кем.

– Ты ее знаешь? – посмотрела на меня Катрина.

– Нет. Я мало кого знаю, я давно не живу среди аристократов. Ну что, Ия, командуй, когда идти.

– Еще минут десять, и можно, – серьезно посмотрела девушка на часы.