Записки непрофессионала. Психологизмы.

Записки непрофессионала. Психологизмы.

Здесь — мои миниатюры, наблюдения, размышления, воспоминания, встречи, расставанияв стиле Телеграм.

Они об отношениях, о любви и боли, о взрослых и детях, о чувствительном и разумном, о житейской мудрости и смысле, о прикосновении красоты…

~ ~ ~

Каждый из нас, вы и я, — бескрайняя канва, по которой жизнь тонкой волшебной нитью вышивает причудливые узоры из того, что мы чувствуем, помним, думаем, — всё это прорастает, ветвится, остаётся…

В кисею воспоминаний обёрнута душа, шелковистый кокон связей обнимает тело, лёгкое облако мыслей укрывает голову, из цветных осколков счастья и горя — складывается наше лучистое, мерцающее «я».

~ ~ ~

Удивительно, как на перекрёстках жизни встречаются прежние знакомые и прежде незнакомые — и именно тогда, когда тебе это особенно нужно, появляются те, с кем вы одинаково чувствуете мир. Каждое такое касание открывает в тебе забытое или доселе неведомое: что-то повернёт, переключит, достанет из глубины. Приходят новые мысли, в живой дымке полутонов проступают, распрямляются и вырастают новые смыслы — только не пропустить...

~ ~ ~

Слова, обрывки фраз и строки
Теснятся, бьются, просятся на свет.
Так нелегко принять судьбы уроки,
Сомненья, слёзы, боль, вопрос, ответ…

~ ~ ~

«Над городом», Марк Шагал, 1918 год.

Как-то мы с невесткой сидели-говорили о проблемах и конфликтах. Она вспомнила одну из своих историй и обмолвилась о «людях, которые с ней на одной орбите». Я сразу увидела картинку: каждый из нас крутится на своей орбите, и иногда две из них проходят так близко друг от друга, что можно без труда перепрыгнуть на соседнюю и долго вращаться вместе. А если вдруг появляются небольшие «трения», легко вернуться назад и немного отдохнуть у себя в безопасности, чтобы потом вновь соединиться. Кому-то посчастливится остаться вместе навсегда — как случилось у нас с мужем. С другими наши орбиты расходятся дальше, и всё же на временами мы вполне можем лететь вместе. Мы такие разные, и нет ничего страшного в том, что с кем-то ты расходишься: иногда ненадолго, иногда надолго, а иногда и навсегда. Это жизнь.
А вот когда орбиты настолько перпендикулярны, что малейшее соприкосновение приводит к болезненному ожогу, тут уж ничего не поделаешь: надо быстренько разбежаться, чтобы сохранить себя и выжить.

А если у вас с кем-то не всё гладко, но вы всё-таки хотите лететь вместе, потому что есть много такого, что не хочется потерять, стоит научиться в любом конфликте остановиться, попробовать перейти на противоположную сторону и взглянуть на себя оттуда. Ведь мы склонны приписывать другим свои собственные мысли, и это часто порождает недопонимание: ждёшь одного, а получаешь совсем другое. Увиденное «иными» глазами может не очень понравиться, но новый ракурс позволит понять и объяснить себе его или её поступки. И тогда брошенное тебе в сердцах сразу потеряет для тебя обёртку личной обиды (когда бурлят эмоции, разум отдыхает).
Можно понять и, поразмыслив, согласиться — это не всегда просто, но вполне возможно. Или понять и, даже не соглашаясь, перешагнуть через обиду, сохранить свои и чужие нервы и найти верную тропинку к желанному миру на будущее.
Ведь правда?

Я, как и все, временами окунаюсь в поток эмоций, но, чуть остыв, всегда стараюсь осмыслить. И тогда приходит понимание, а вместе с ним возвращается радость близости.

~ ~ ~

Меня всё никак не отпускал образ орбит, по которым мы все вращаемся, и вот:
Мы все — пылинки в сгустке мироздания,
Закрученном в безумную спираль.
Летим, послушные творца желаниям,
Туда, где времени бесстрастная гризаль.
Не ведая судьбы предначертаний,
В переплетении спутанных орбит,
В плену химер и призрачных желаний,
Не зная, участь что для нас хранит.
В компании попутчиков случайных,
Бездумно тычась в запертые двери,
Пытаясь что-то изменить отчаянно,
В строю шагая и в себя не веря.
И думать хочется: в тумане наваждения,
В потоке суетных и мелочных обид,
В событий и забот нагромождении
Есть мудрый замысел, что нам благоволит.
Звучит депрессивненько, но вроде надежда просматривается. Ведь так?

~ ~ ~

Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу…

Анна Ахматова

Такая мудрая простота и кристальная ясность!
Очень созвучно мне нынешней. Относительно бога – в жизни были разные периоды и пока моя религиозно-философская эволюция ещё далека от завершения, а в остальном – про меня.

~ ~ ~

Когда мои глаза помолодели после операции, я снова увидела, как небо встречается с землёй; разглядела мягкую зелёную округлость холмов, убегающие вдаль поля, паутину мачт над тишиной озера, притаившиеся на тропинках камешки и выбоины, разноцветные пёрышки моей пернатой гостьи, нежную простоту луговых цветов…
Всё вокруг постройнело, подтянулось, приобрело чёткие, ясные очертания, изгибы и повороты.
А краски — голубое, зелёное, жёлтое, красное счастье!
Я легко вдохнула растворённую в воздухе красоту — хорошо-то как… Иди и смотри!

Мы прекрасно чувствуем и понимаем то, что психологи и нейрофизиологи скучно объясняют: «Когда человек смотрит вдаль на открытую линию горизонта, море или небо — активируются зоны мозга, отвечающие за пространственное восприятие и расслабление».
Всё так: глаза смотрят на «бесконечность » и отдыхают, а наша чувствительная миндалина, с поэтическим названием амигдала, мягко воркует — всё хорошо, опасности нет. Дышится свободно и глубоко; сердце успокаивается, кислород освежает мозг — приходят покой и ясность. Недаром наши неглупые братья-шимпанзе тоже любуются рассветами-закатами.

А ведь из наших крохотных миндальных зёрнышек-«куколок» может выбраться прекрасная бабочка с нежными, радужными крыльями и огромными, распахнутыми глазами, в чьих волшебных фасетках отражается, множится и лучится вся красота мира, а может и жутковатое чешуйчатое, перепончатое, рукокрылое существо с жестокими глазками и оскалённым ртом, из которого стекает вязкая злоба. Вот такого гостя нам не надо! Давайте видеть и различать красивое!

~ ~ ~

«Закрытые глаза», 1890, Оделон Редон, французский художник и мечтатель.

Впечатления… Как много в них…

Если ты видел, как в шумном горном водопаде прячется радуга,

или плавал среди скал и гротов в изумрудно-прозрачной морской воде, разглядывая далёкое дно,

или ранним утром в почти пустом зале стоял у Моны Лизы, не в силах отойти,

или мягко ступал валенками по деревянному мостику, покрытому искрящимся на солнце хрустким снегом,

или задыхаясь от восторга смотрел на мир с горной вершины,

или осторожно прикасался к раскалённым камням пирамид,

или с замиранием сердца слушал доносящийся из заснеженного монастыря колокольный звон, разгоняющий сонное оцепенение маленького городка,
или умирал и вновь возрождался в объятиях любимого человека,

или сдерживая рыдания прижимался лицом к камню Гроба Господня,

или заворожённо наблюдал, как в быстрых струях плещется форель,

или наслаждался восхитительно-отчаянной песней маленькой серой птички и видел как трепещет её напряженное горлышко,

или таял, впитывая сладкие, волшебные стоны скрипки Страдивари,

или гладил шершавые лепестки скромных эдельвейсов под мелодичный звон колокольчиков пасущегося на склоне стада,

или ронял слезы, слушая затихающие звуки органа в прекрасном, стремящемся ввысь соборе,

или задумавшись смотрел, как облетают, кружась, лепестки вишен, сорванные внезапным порывом ветра,

или нежно касался губами крохотных пальчиков своего малыша,

или...

Да, мало ли что ещё? У каждого своё… Главное то, что всё это в тебе, и всё это — ТЫ.

~ ~ ~

Иногда жизнь обрывается внезапно, без спросу. Только что тёплый, близкий и любимый человек был рядом — разговаривал с тобой, улыбался… Несколько безумно жестоких минут — и всё… Его уже нет.

И это «нет» обрушивается на тебя: огромное, безжалостное, непоправимое. Крадёт твоё дыхание, выбивает из-под тебя опору. Острая, ледяная игла прокалывает душу, и там закручивается неумолимая чёрная воронка — она выпивает твои силы, надежды, желания, смысл. Всё заполняет звенящая пустота. Как жить?

Я думаю, что меня спасло «писание». Первые тексты появились неожиданно: вспоминала, записывала, пыталась сохранить мужа через слова. Потом продолжала писать, уже стараясь выбраться из-под тяжести невыносимой боли, сдвинуть её гранитные глыбы, отползти, нащупать и расчистить тропинку в будущее, понять себя — новую. Внезапно пришли стихи, а с ними — освобождение. Захотелось дышать, делиться — появился телеграм-канал.

~ ~ ~

Стихи рождаются у меня на самом пике эмоций, когда не находится другого способа освободиться. Они постучались неожиданно, никогда этим «не грешила», разве что только в юности в период влюблённости и смятения чувств, а потом… так, по случаю. Но в отчаянно трудный период жизни, когда обрушившееся горе не давало вздохнуть, страдания терзали душу и рвали меня изнутри, непереносимое напряжение вдруг взорвалось … стихами. И пришло облегчение. И вновь будущее стало возможным.

Смотри, теплеет…

Тихо прошелестел дождь…

Как дрожат капли…

Вот сирень распахнула

лиловые ресницы…

~ ~ ~

Часто мы воспринимаем нашего ребёнка как недозрелого взрослого, который творит что-то не то и не так — маме с папой назло. Но ведь он со всеми своими фокусами и оттенками эмоций, от восторга до гнева, по сути мало отличается от нас. Просто ситуации, в которых они проявляются, детские, и на наш родительский взгляд — пустяковые.

Если присмотримся, то увидим, что и сами мы реагируем точно так же, только слова и поступки у нас другие, а модель-то — та же. Для нашего малыша оторванный хвост игрушечной собачки ничуть не меньшая беда, чем для нас сломанный холодильник. Их детские интересы и трагедии так же важны, как температура за бортом, курс валют, прорыв дамбы и наводнение, унесшее чьи‑то дома; засорившийся карбюратор; мяч, оказавшийся в воротах любимой команды; рухнувшая на голову крыша дома; отсутствие горячей воды; ужасная железнодорожная катастрофа; несколько лишних килограммов, внезапно обосновавшихся на вспухшей талии; упавшая бомба; проигрыш дебатов заокеанским президентом; подорожавшая куриная грудка; новый цвет волос скандальной блогерши; гора немытой посуды в раковине… Каждая молекула этого, ежедневно обрушивающегося на нас хаоса событий — для одних страдание и горе, для других — развлечение, а кому‑то всё это абсолютно параллельно.

Вот так и ребёнок барахтается в потоке своей маленькой жизни, пытается плыть, пока ещё не научился правильно работать ручками и ножками, понимать и различать свои чувства. Радуется, шалит, капризничает, рыдает, скандалит. А мы, уже не понимая своих эмоций, ощущаем себя вконец измотанными, так раздражены и охвачены гневом, что временами нам даже хочется его прибить. На самом деле наш малыш просто страшно расстроен, растерян, испуган и ему невыносимо плохо. Он ищет нашего внимания, сочувствия, помощи. Всё так просто: пойми и помоги.

~ ~ ~

Как же мне симпатична австрийская традиция приветствовать незнакомых встречных на улице: в небольших городках и деревнях, на туристических тропинках. Когда видишь улыбающихся тебе людей, на сердце теплеет, правильные эмоции ласкают душу, хочется всех обнять и полюбить.
Эти приветствия ни к чему не обязывают, но если захочешь перекинуться парой слов, люди обязательно остановятся и ответят. Особенно доброжелательны парочки пенсионеров и фрау с собачками. В общем: «Поделись улыбкою своей — и она к тебе не раз ещё вернётся!»
Не хотелось бы, чтобы эта традиция угасла со сменой поколений. В последние годы, увы, встречаются такие самоуглублённые (а может быть, просто дурно воспитанные) личности, игнорирующие всё и вся. Хочется верить, что она останется.

~ ~ ~

Как-то на вопрос: «Что для вас свобода?» - я ответила: «Для меня это возможность оставаться собой независимо от обстоятельств». Иногда это приносит трудности, но результат того стоит. Даже если ты отступил, но сохранил себя, выиграл в конечном счёте ты. У меня сложились строки:

Ирина - несущая мир и спокойствие.

«Что в имени тебе моём?» -

Бессмертные слова поэта.

Вопрос себе мы задаём,

Порой не находя ответа.

И в именах мы ищем смыслы

В раздумьях над людской судьбой —

Вот этот мелок и завистлив…

Тот одержим самим собой…

Не сотворив себе кумира,

Хранить себя на избранном пути,

Средь тех, что тщатся править миром,

Спокойствие и мир нести.

~ ~ ~

Когда мы за что-то берёмся, то часто недооцениваем «эффект плато». Я открыла его для себя, когда осваивала английский, но динамика эта универсальна. Нормально, что нам хочется всего и сразу. Часто после приступа эйфории — типа «Ура, я таки начал новую жизнь с понедельника!», или «Вау! Я научился болтать по-английски!», или «Я уже могу подняться на 3-й этаж без одышки!» — проливается холодный душ: чувствуешь, что всё как-то застопорилось и ты совсем не двигаешься дальше…

Хорошо, если ты всё поймёшь, наберёшься терпения и продолжишь начатое, со временем поднимаясь на новые ступеньки. А если решишь: «Ну, раз не помогает, то больше и не буду», — с облегчением вновь погрузишься в комфортное состояние «диван+тортик», продолжишь увлекательные занятия прокрастинацией.

Или поверишь, что уже всего достиг, можно расслабиться, ничего больше не делать — быстро скатишься туда, где был, а то и упадёшь ещё ниже.

Если в момент слабости и колебаний вспомнить об «эффекте плато», то есть шанс победить. Согласны?

~ ~ ~

«Всё пройдёт, как с белых яблонь дым». Думается мне, что эта мимолётная, хрупкая, ускользающая красота задержится в каких-то потаённых уголках нашей памяти, добавив умиротворения, спокойной мудрости и доброты. Ведь правда?

~ ~ ~

Из текста «Мысли о жизни и людях», 2021 год.

Мой муж был глубоким и мудрым человеком, обладал потрясающей интуицией и редким чувством здравого смысла, прекрасно понимал жизнь и людей — это было дано ему от природы. Прирождённый психолог, он чувствовал и понимал то, что другим приходится профессионально изучать годами.

Он ценил лаконичность, и многое из того, что он любил повторять, звучит очень просто, но в его словах скрывается куда больше смысла, чем может показаться:

Думай.
Будь честным с самим собой.
Контролируй себя.
Все замечай.
Не бойся нового.
Будь проще.
Не трать лишних слов.
Не суетись.
Делай только одно дело зараз.
Прежде, чем открыть рот, остановись и подумай.
Подними голову и смотри вокруг.
Не закрывайся от жизни.
Не жалей себя.
Не скули.
Не обольщайся.
Не оправдывайся.
Не зацикливайся.
Не принимай решений сгоряча.
Любую задачу можно решить, если упорно работать.
Учись.
Признавай свои ошибки.
Не упирайся, будь гибким.
Не стыдись меняться.
Никого не вини в своих ошибках.
Ты никому ничего не должен.
Никто тебе ничего не должен.
Ты не глупее других.
Ты не самый умный.
Не пытайся изменить другого.
Спорить можно только с единомышленниками.
Все люди хорошие, но верить никому нельзя.
Говори о человеке только то, что можешь повторить, глядя ему в глаза.
Не подставляйся.
«Не верь, не бойся, не проси».
«На обиженных воду возят».
Если тебя кто-то обидел, просто жди, он обязательно подставится сам.
Относись ко всему с юмором.
Прислушивайся к себе, тело подскажет.
Принимай боль, терпи.
Не бойся смерти, просто живи.

~ ~ ~

Ушёл ты в лучший из миров,
Мне без тебя прожить досталось
Судьбой отпущенную малость.
Там, впереди, — наш общий кров…

Тобой накинутый покров
Хранит меня, оберегает,
И жить, и помнить помогает,
И черпать силу мудрых слов.

2021

~ ~ ~

Однажды, в ответ на вопрос: «А кем бы вы хотели стать в другой жизни?», у меня внезапно выскочило — Богом.
Подумала, что это как-то нескромно, примерила на себя другие роли — одну, другую, третью… Нет, похоже, первый ответ верен: всё-таки Богом.
И тогда я допечатала: «Не для себя, конечно, а для того, чтобы сделать мир лучше».

И тут же родились строки:

Вам бы хотелось стать Богом?
Не для себя,
Для того, чтобы сделать мир лучше.
Не глядеть сверху на людей строго,
А помочь им построить жизнь круче,
Разобраться в себе, обуздать случай.
Их любя,
Подсказать, как найти дорогу.

А фокус здесь в том, что первая реакция всегда органична. Если вопрос тебя зацепил, то нажимаются нужные кнопки, и сознание выдаёт тот самый ответ, что отражает твою глубинную сущность.
Да вы, барышня, оказывается, всё ещё не избавились от иллюзий? А может, это совсем неплохо: житейская мудрость с едва уловимой и чуть парадоксальной начальной ноткой иллюзий (которые вполне осознаешь) — довольно необычный и пикантный коктейль.

Вспомнила открытие зоолога Ричарда Рэнгема о том, что в какой-то момент в группах сапиенсов стало смертельно опасно быть агрессивным, и случайная мутация инфантильного дружелюбия была поддержана отбором. Он назвал это явление «парадоксом добродетели».
Похоже, в этом смысле я — мутант.

~ ~ ~

Вспоминаю, как на далёком школьном выпускном вечере наша энергичная молодая учительница истории, Наталья Георгиевна, произнесла вдохновенную речь.
Закончила она словами Некрасова: «Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан».

Ответное слово доверили мне, как хорошей девочке и отличнице. Не помню в точности, что я говорила — да это и неважно. Как водится, погрустила, поблагодарила, пообещала. Но свои заключительные слова помню очень хорошо. Неожиданно для себя я выпалила, что мы постараемся стать не только хорошими гражданами, но и немножко поэтами…

Несколько лет назад я случайно встретила Наталью Георгиевну в автобусе — жива, всё так же энергична. Подчинилась импульсу, обратилась к ней, представилась.
Она, конечно, забыла: куда уж после 50 лет работы в школе вспомнить наивную девочку из своего первого выпуска.

А я и сейчас размышляю об ответственности поэта.
Ведь многое приоткрывается нам через тех людей, которым посчастливилось заглянуть чуть дальше нас. Они говорят с нами через написанные ими строки.
И если ты, прочитав, вдруг затаил дыхание… задумался… спросил себя… ответил, неожиданно открыв в себе что-то до поры тебе неведомое — то они писали не зря.

Из разговора с сорванным цветком.

Скажи, ты знаешь, алый мак,
Что в мире так, а что не так?
Куда идти? К чему прибиться?
Что в жилах — кровь или водица?
И слово, брошенное в строку,
Чем прорастёт?
Цветком? Пороком?

~ ~ ~

Эта книга оказалась тем мостиком, по которому я начала возвращаться к жизни. Для меня она стала настоящим открытием. Всё то, что я копила и собирала годами, встало на место, я стала лучше понимать своё тело, стали уходить тревоги и страхи, захотелось идти дальше.

А секрет — в усмирении вегетативной нервной системы путём несложных и очень физиологичных упражнений. Их можно выполнить за 10 минут! Те из моих близких и знакомых, с кем я поделилась, не разочаровались. Это и вправду работает!

~ ~ ~

Внук на детской площадке очень любил играть в волка и семерых козлят. Этот хит остался с той поры, когда он был совсем маленьким и прятался в домике, изображая всех семерых козлят разом. Как-то я сказала, что коза я не простая, а английская и выросла на зелёных холмах Озёрного края, поэтому и говорю только по-английски. Играть-то хочется, согласился. Ну, а когда устал, то, заглядывая «козе» в глаза, попросил: «Может ты теперь будешь говорить по-русски?». Добрая «коза» согласилась.

Ещё он очень любит выдумывать истории и разыгрывать их со своими плюшевыми зверушками. Так вот, я сообразила отправлять их в путешествие на самолёте или пароходе. «Капитан» или «стюардесса», как и положено, рассказывали о правилах поведения на борту (не занудно: хочешь плыть-лететь — выполняй их). Внук с воодушевлением изобретал бесконечные способы непослушания свободолюбивых зверушек, и мы вместе призывали их к порядку.

Как-то полетели в Лондон, и там, чтобы добраться до Букингемского дворца, пришлось разговаривать с «полицейским». Так он незаметно повторил все выученные до этого фразы. Фантазия фонтанирует — интересно обоим!

Бывало, что внук отправлял зверей в космос на поиски других миров. Обитатели планет, на которые мы садились, попадались разные: и дружелюбные, и не очень. Но главная проблема — как разговаривать, ведь языки у них тарабарские. Пришлось надевать особые шлемы для преобразования речи. Но снова возникли трудности: почему-то теперь они стали говорить по-немецки, по-английски или по-хорватски, а по-русски — ну никак.
Намучились мы с ними порядочно. Я утомилась и поняла, что пришло самое время погрузиться в состояние гибернации, где и плавала на обратном пути к Земле, а ребёнок вокруг хлопотал.

Чего только не придумаешь ради изучения языков!

~ ~ ~

Прочитанные на днях стихи о вечных вопросах, о смысле жизни и том, что мы оставим внукам, в который раз всколыхнули глубинное, и вот, что у меня получилось:
Вопросы задаёт нам вечность,
Ответы прозревают бесконечность.
Откуда мы? Куда мы? И зачем?
В моей душе взорвавшись хаос звуков,
Чем зазвучит для правнуков и внуков?
Безмерным чем-то, иль пустым ничем?

~ ~ ~

Закончила слушать книгу знаменитого австрийского психолога, философа, узника концлагеря и гуманиста Виктора Франкла «Сказать жизни «Да!». Психолог в концлагере». Страшная и жизнеутверждающая вещь о том, как найти смысл жизни и сохранить человеческое достоинство в самых «нечеловеческих» условиях. Есть о чем задуматься, над чем поразмышлять. Может быть, каждому из нас стоит немного сменить ракурс и взглянуть на «безнадёжную» ситуацию иначе — поискать смысл и надежду.

~ ~ ~

Взрослым не хватает времени читать, и часто они охладевают к «художественности» — не до того, успеть бы новости просмотреть. Круговорот жизни, да и: «Всё я уже видел, знаю, чем меня удивишь?»
К счастью, с возрастом это проходит: находишь время, новые темы, новых авторов, по-новому прочитываешь старых.

Мне думается, что в интимном диалоге между писателем и читателем главный — читатель. Именно его внутренние струны трепещут, отзываясь на звук авторского камертона. И часто это не связано напрямую с талантом писателя или гениальностью книги, хотя они, конечно, увеличивают шанс.

Как знать, что может затронуть тебя сегодняшнего?
Слышала истории, что люди обращались к вере после прочтения вполне себе беллетризованной книги о жизни святых…

Детям сейчас сложнее, чем было нам: уж слишком много соблазнов. Жюль Верн не слишком идёт, но есть «Гарри Поттер». Главное — чтобы книга будила желание думать.

И никто ведь не отменял вечерние домашние посиделки с чтением вслух по очереди. Только потом надо найти немного времени и поговорить с ребёнком. Спросить: что он понял, какие поступки ему понравились, а какие — разочаровали. Что бы случилось, если бы герой повёл себя немного иначе? Что бы он сам сделал? Как он рисует персонажей «в мозгу» — как говорит внук.

Мудрый и доброжелательный взрослый всегда найдёт, как заинтересовать ребёнка, а потом и сам удивится, что тот никак не может унять свою разыгравшуюся фантазию.
Вкус к чтению перетечёт во вкус к обсуждению.
Самое забавное — то, что и о Курочке Рябе можно поговорить так, что будет интересно ВСЕМ!

~ ~ ~

ЧатGPT — это наше всё.
По-настоящему познакомиться с ним мне пришлось по необходимости — из-за проблем со зрением: было сложно печатать на клавиатуре и читать с экрана.
Освоившись, я стала прилично экономить время и силы: гуляя, наговаривала свои тексты на смартфон, а чат переводил поток моего сознания в связный текст, сохраняя особенности стиля. Дальше — только поправить.

Мне так понравилось, что даже прозрев, от этого я не отказалась.

Увы, система звукового ввода пока не может считывать речь со всеми её эмоциями, паузами и интонациями. Но чат уяснил, что мои лексика и стиль — запретная зона, реагирует на команду «поправь» и послушно формирует удобоваримые предложения из записанного потока.

Пятый чат сильно поумнел по сравнению с четвёртым, но стал чересчур льстивым. Прошлось призвать его убрать «сладость».

По поводу страшной опасности ИИ для человечества: моя оптимистическая вера в человеческий разум подсказывает, что у нас есть время подготовиться — пока ИИ окончательно не оперился.

А знаете, мне очень симпатичны люди, которые включают свет, чтобы их робот-пылесос не блуждал по квартире в потёмках, и говорят своему чату: «Спасибо».
Хотя я не такая, мою эмоциональную половину это умиляет.

~ ~ ~

Я писала «Жизнь после жизни» в июне 2022. Это примиряло меня с потерей и давало силы жить дальше. Здесь отрывки:

«Жить всегда означало быть рядом с ним.
Вы были совсем юными (тебе 17, ему 19), когда впервые встретились, взглянули друг на друга и поняли, что «пропали», оба.
Прошло больше полувека — целая жизнь. Вы вместе радовались, вместе переносили невзгоды и справлялись с трудностями, вместе смеялись, вместе горевали и плакали, вместе взрослели, вместе растили сына, вместе старели.
Вы растворялись друг в друге, одновременно оставаясь такими разными. Вы дополняли друг друга и «не мешали друг другу жить».
Рядом с ним ты могла позволить себе быть слабой. Ты была ему опорой и утешением в трудные минуты — даже очень сильному человеку иногда нужно родное плечо.
И вот он ушёл… а ты осталась… его последний вздох… на твоих губах… и всё… пустота…
Боль…
Такая невыносимая…
Надо продолжать жить…
Но так тяжело…»

Распята…

Истекаю

Жизнью…

Грудь смята…

Боль — до дна…

И сердце — пепел.…

Дальше что?

Есть те, кому нужна…

Да… прямо спину…

с Голгофы вниз,

скользя и камни обходя,

туда, в долину,

где жизнь струится,

оливы шелестят седые,

порывистый Кедрон

шумит и к морю мчится…

«Человеку, такому хрупкому и уязвимому физически, даны необыкновенная внутренняя сила и способность снова и снова, вопреки обстоятельствам, возрождаться и возвращаться к жизни.»

Другая жизнь, другие страсти,
Другая я, но прежний ты.
Ложатся отголоском счастья
На камень для тебя цветы.
Живу… отчаянья, смятенья,
Привычной боли гнёт утих.
Теперь моё предназначенье —
Дарить любовь за нас двоих.

2022

~ ~ ~

Мы с невесткой говорили о странностях и изгибах человеческой натуры, и как это часто случается, когда одна начинает, а другая подхватывает мысль, у нас родилась понравившаяся нам обеим метафора: иногда у человека внутри не хватает каких-то клавиш, на которых можно сыграть по-настоящему прекрасную мелодию жизни, глубокую, яркую, цельную, наполненную смыслом.

Меня заинтриговала идея взглянуть на человека через призму музыки, и я представила, как каждый из нас ведёт свою партию жизни. Кто-то — бодрую и ритмичную, кто-то — нежную и печальную, кто-то — бурную и экспрессивную. Кто-то — загадочную и таинственную, кто-то — изящную и рафинированную. Полную обжигающей страсти или строгой гармонии льда, ласкающую слух или царапающую нервы и разрывающую барабанные перепонки. А есть и такие, кто обрушивает на мир сумбур и хаос звуков.

Ещё я подумала: счастлив тот, кому удалось услышать внутри себя собственную мелодию и, правильно разбросав ноты: целые, четвёртые, восьмые; диезы и бемоли по партитуре своей жизни, сыграть её без фальши.
Жизнь как симфония

Раскроем партитуру нашей жизни
И бросим россыпь разноцветных нот:
Горсть тремоло, стаккато и легато,
Щепотку пауз, связей конфетти.

Динамики и мягкости добавим,
Разбавим смесью форте и пиано,
Посыплем сверху зёрнами крещендо,
Укажем метр и тактов номера.

И если нам удача улыбнётся,
Пропорции мы угадаем верно,
Ноктюрн судьбы сыграем виртуозно
И замысел «маэстро» воплотим.

~ ~ ~

История моих взаимоотношений с английским языком не совсем обычна. Расскажу не для того, чтобы похвастаться, а просто, чтобы показать, что судьба открывает нам очень много дверей — войти или нет зависит только от нас с вами.

Язык меня всегда притягивал, но я училась в обычной школе по примитивным учебникам моего времени и, хотя побеждала в олимпиадах, говорить, конечно, не могла.

Мой двоюродный дедушка, профессор-стекловед, несколько лет преподавал в Индии, и, девочкой, я зачарованно слушала, как он, усмехаясь в седые усы, «журчал» по-английски своим приятным баритоном…

В институте я легко переводила технические тексты, и, когда потом мне пришлось на несколько лет оставить работу из-за болезни сына, я подрабатывала в реферативном журнале по своей специальности — микроэлектроника (просматривала научные статьи и писала краткие рефераты) — и здорово поднаторела. В конце 80-х мы остались без заказов и без зарплаты, откровенно скучали, и я подумала, что самое время научиться, наконец, говорить, и в свои 40 лет записалась на курсы разговорного английского.

Пришлось хорошенько попотеть: в какой-то момент я осталась в группе одна (не сломалась и не сошла с дистанции, как другие) и пару месяцев занималась с преподавателем face to face. Он был моложе меня, большой оригинал, кандидат физмат наук, получивший ещё и три языковых специальности (английский, немецкий и латынь). Рассказывал, как терроризировал своих университетских преподавателей тем, что останавливал их в коридоре, прижимал к стенке и разговаривал с ними на «нерусском» языке, от чего те безуспешно и вяло отбивались. Он ничему меня не учил, мы только говорили и говорили.

Он-то и посоветовал мне попробовать себя в учительстве, и я решилась: оставила свою диссертацию с чудным названием «Использование метода рабочих областей для прогнозирования радиационной стойкости микросхем» и ринулась в неизведанное.

Начала в обычной школе, быстро переместилась в продвинутую (где прежние отъявленные троечники быстро стали отличниками), потом — в лицей, в авторскую школу (там были потрясающие ребята, работать с которыми было сплошным удовольствием), в Колледж МИД (где я учила девочек — будущих секретарей, и взрослых — будущих атташе).

Тогда я и поняла окончательно, что взрослые — это моё. Восемь лет проработала на курсах МИД, сподвигла начальство осовременить привычные «старорежимные» экзамены, придумала и подготовила экзаменационные материалы. После первых «новых» экзаменов преподаватели говорили мне: «Ну наконец-то экзамены стали нескучными».

Меня настойчиво звали на руководящую работу, но я увиливала. Студентов я обожала — они меня тоже. Ко мне на уроки посылали других преподавателей, чтобы они «поучились», и неугомонных, «ищущих» студентов — посмотреть, что и как. В такие моменты сразу появлялся кураж, меня «несло», и я начинала творить чудеса, на ходу изобретая повороты, неожиданные даже для меня самой. Коллеги не скрывали восторгов, а студенты оставались со мной на долгие годы.

Было и такое, что на вступительном тестировании некоторые заглядывали мне в глаза и умоляли: «Только, пожалуйста, возьмите меня к себе». Чужие студенты любили, когда я принимала у них экзамены: я умудрялась разговорить даже тех, кто до этого упорно молчал в течение целого семестра. Они начинали улыбаться, фонтанировать и получали заслуженные четвёрки — к изумлению своих учителей. Многие вполне взрослые люди поверили в себя, и их судьба изменилась. Спустя годы они находили меня и рассказывали о своих успехах, а я искренне радовалась за них, и на сердце становилось очень-очень тепло.

Вообще, преподавание — это удивительная возможность удовлетворять своё любопытство и расти «за деньги заказчика»: я всегда училась вместе со своими студентами, осваивала новые и новые курсы, благо в те времена появились замечательные британские учебники. В какой-то момент я почувствовала, что моя душа «ждала чего-нибудь», и поступила на экспериментальный британский курс, сдала экзамены и получила сертификат преподавателя английского как иностранного.

Наша милейшая иностранная учительница и моя тёзка Ирена говорила: «Irina, you should definitely teach teachers. There are only a couple of teachers like you in Moscow». Я слушала её с недоверием: «Ну уж это как-то слишком».

Потом работала в частных языковых школах методистом, директором по образовательным программам и, да, обучала преподавателей. Дважды побывала в Англии, посмотрела, как там всё устроено в школе, колледже и университете, возила туда учителей. Радовалась, что мои интуитивные находки и вправду используются там на уроках.

Договорилась с экзаменационным советом AQA, привезла в Москву их языковые экзамены и несколько лет их проводила. Дружила с издательством Longman, вычитывала новые учебники и писала рекомендации. Как ни странно, к моим замечаниям британские авторы прислушивались и кое-что меняли, я даже удостоилась чести видеть свою фамилию на последней странице нового учебника 😊.

Приглашали поработать методистом в издательстве Longman, но меня это не очень-то прельщало: слишком много рутины и дисциплины. Почувствовав, что я сделала всё, что могла, и расти дальше особенно некуда, я вдруг как-то заскучала и решила уйти в свободное плавание, ограничившись только частными уроками.

Мы с мужем открыли новую страницу жизни и начали путешествовать. А свой «английский» пыл я временами с удовольствием трачу на моих любимых невестку и внука.

А вы говорите, что не сможете!

~ ~ ~

О «золотой середине».

Она вроде средней температуры по больнице. Учителю частенько приходится прерывать свой полёт, смирять творческую фантазию и ориентироваться на надёжного середнячка. Но огромная удача и бесконечное счастье появляются там, где удалось найти или воспитать свою аудиторию, с которой можно быть самим собой, делать то, что тебе самому безумно нравится, находить благодарный отклик и — учиться у своих учеников.

Что до меня, то непонятное меня никогда не раздражает, не разочаровывает, не отталкивает, а, наоборот, вызывает желание погрузиться, поплавать в этой неизвестной, но необыкновенно притягательной реальности, возможно — понять что-то новое. Но главное — открыть в себе доселе неведомое и, как ни пафосно это звучит, продвинуться в понимании себя и мира. А настоящие шедевры появляются там, где ты прорвался в бесконечность. Это цепляет других!

~ ~ ~

Для меня бесценны неспешные прогулки, наблюдения, разглядывание самых мелких, ускользающих деталей. Восхищаюсь причудливыми линиями, нарисованными природой: плавным изгибом зелёных холмов, расчерченных рядами виноградников; завораживающим полётом аиста, обнимающего небо своими сильными крыльями; совершенной красотой лугового цветка; прихотливым узором на крыльях опустившейся на него бабочки; филигранью зубцов на стройных ножках кузнечика, качающегося на сухой былинке. Или, о нет, — изяществом полупрозрачных пальчиков лягушки. Это раскрепощает, отгоняет тревоги, отодвигает ненужные мысли, дарит покой и исцеляет.
Возвращает туда, где свобода, беззаботность, гармония, лёгкость и утраченная, казалось бы, способность по-детски искренне и доверчиво удивляться жизни.

Воскресное утро. Зной, наконец, обессилел и отступил. Воздух посвежел, и ласковый ветерок поглаживает кожу лёгкими прикосновениями своих прохладных ладоней. Над головой плывёт приглушённый расстоянием звон колокола, созывающий прихожан на воскресную службу. Велосипедисты энергично крутят педали и проносятся мимо, повинуясь изгибам тенистой дорожки, петляющей вокруг озера. Мягко шелестит по рельсам проносящийся поезд. Тихо струится вода из источника у подножия горы. Виноград ещё зелен, пока.
А на табличке над источником — слова, которые можно перевести так:
«Пылающий гнев тёмных времён никогда не угасает,
Не утихают вопли сожжённых душ,
Костры продолжают гореть,
Вода течёт…»

Сильно, но как‑то уж чересчур мрачно. Ну нет — это не про нас. А вдруг всё-таки? Нет, мой настрой всё равно остаётся лирически‑восторженным, и мне хочется совершать подвиги.

~ ~ ~

Мы склонны очаровываться, а потом испытываем горькое разочарование. Мы ждём от людей понимания — и расстраиваемся, если не встречаем его именно тогда, когда оно нам особенно нужно. Кипят страсти, разум безмолвствует, мы попадаем во власть древнего, буйного, тёмного — того, что дано нам природой для выживания, — и забываем о том, что мы давно уже не в джунглях, а наш визави — не саблезубый тигр.

Мозг и тело нацелены на борьбу, нервы взъерошены, гормоны бесчинствуют, мы опускаем забрало и переходим в нападение: резкие интонации и жесты, выбор слов — всё отражает нашу обиду, раздражение, желание настоять на своём, а то и укусить побольнее. А для некоторых особенно впечатлительных последним аргументом становятся подручные средства — вроде старой доброй сковородки (была у меня одна такая знакомая из очень рафинированной семьи).

А что, если притормозить, отдышаться, задуматься: почему я так реагирую? И главное — зачем? Чего я хочу добиться? А что руководит противоположной стороной? Поймёшь природу своих и чужих реакций — придёшь к простому выводу: во всех наших жарких конфликтах виновато одно только неумение обеих сторон реагировать на ситуацию безопасным образом.

Если точно знаешь, что запускает твои раздражение и гнев, сможешь вовремя отвести их в другое русло — и тогда наступит сначала перемирие, а потом, возможно, и мир.

Понять это не так уж и сложно, научиться применять в жизни — нелегко. Но деваться-то нам некуда. Сколько копий тогда останутся целыми! Ведь так?

«Не требуй и не жди от человека, чтобы он стал таким, каким ты его себе представляешь или видишь».
Сомерсет Моэм

~ ~ ~

Босх. "Несение креста. Христос и святая Вероника. " (фрагмент), 1515.

Наткнулась на слова о поисках «островков нормальности» в сегодняшнем мире и мне тут же подумалось: ненормальная нормальность или нормальная ненормальность — где мы сейчас? Мы подозреваем, что это первое, а история скорее видит второе. Но как же непросто человеку жить в этом первом...

~ ~ ~

Дело было в Мюнхене. Однажды, пронзительно ясным январским утром, мы с сыном вышли из отеля. Зима сковала город крепким морозом, заботливо и щедро укрыв его снегом. Было невероятно холодно. Морозный воздух пощипывал лицо. Снег звонко хрустел под ногами. Парк дремал под тяжестью огромных сугробов. На улице — ни души. Мы перебежками добрались до музея Василия Кандинского, и нас сразу же согрели яркие краски его картин.

Переходя из зала в зал, мы отчётливо видели, как художник искал себя, примерял разные стили, дрейфовал от традиционности к языку цвета, потом — формы. Как он пробовал разные подходы и смешивал их в поисках наиболее выразительного сочетания. Всё это рассказали нам его картины. Такого глубокого, мистического погружения в мир художника, в многозначность его красок и образов, где разнообразие бесконечно завораживает и приводит к абсолютному пониманию, я не встречала ни в одном другом музее. А может быть, тогда я просто поймала волну и почувствовала его тайну…

Так музыкой цвета, поэзией форм,
Обыденной жизни забыв быстротечность,
Художник и зритель ведут разговор,
Пытаясь постичь красоты бесконечность.

Почувствовав смысл сквозь призрачность снов,
Взмах кисти оставил загадку, сомнения.
Гармонией красок, оттенков, тонов
На холст перенёс мимолётность мгновения.

~ ~ ~

Жизнь такова, какой её ты хочешь видеть:
Поверь, ты обречён страдать и ненавидеть,
Вообразив, что этот мир жесток и некрасив.
Что лучше выбери, ответь, себя спросив:
Искать с упорством безобразное в прекрасном
Или заметить отблеск света в безобразном?
Добро и зло в их тесном, сладостном сплетении
Богатство жизни порождают, чувств бурление,
Причудливый, лихой и яростный брейк-данс судьбы,
Калейдоскоп страстей, живую трепетность любви.
Всё хорошо, что делает тебя сильнее;
Напротив, плохо то, что делает тебя слабее.

Эдвард Мунк и Кацусика Хокусай очень точно попадают в то, что мне хотелось передать стихами.

~ ~ ~

Любое творение рук человеческих — людей великих или не очень, из мира живописи, литературы, музыки, архитектуры или чего-то более будничного и привычного — вызывает у нас немедленный отклик. Сначала мы бросаем рассеянный взгляд, оценивая: нравится или не нравится, притягивает или отталкивает, волнует, тревожит или нет. Потом начинаем замечать детали, прислушиваемся к звукам, присматриваемся к цвету, линиям, формам, текстурам, ощущаем запахи, вкусы. Постепенно мы вступаем в диалог с автором, и между нами начинается сложный танец взаимного узнавания, понимания, проникновения. Протягиваются нити, из которых плетётся прихотливая вязь сотворчества, принимающая нашу душу в свою мягкую невесомую пену и омывающая её волной щемящего восторга.

При этом совершенно неважно, кем был творец в своей частной жизни, каковы его грехи или несовершенства. Главное в том, что ему удалось разбудить в нас что-то, что продвинуло нас в понимании себя и мира, сделало духовно богаче и позволило ещё раз пройти по упоительно-захватывающему пути поиска и обретения прекрасного даже в обычном.

Но это — до тех пор, пока сквозь полотно, бумагу, камень, микрофон или экран не начинает кричать и вырываться нечто, что нам абсолютно чуждо, что мы, может быть, и способны понять, но никак не можем подпустить к себе близко. Внутри всё протестует, тонкая ткань понимания натягивается, трещит, рвётся. Такое бывает.

У меня это случается, когда я смотрю на женские портреты Пикассо. Согласитесь, они гораздо больше говорят о самом художнике, чем о его музах. Поначалу он видел женщин такими, как на первых двух картинах; затем — такими, как на третьей и четвёртой. А дальше?.. Посмотрите, как трансформировалось его восприятие Ольги, Доры, Франсуазы. Увы, эти «чудовища вида ужасного» — порождения его собственного разума. Да, никто не совершенен. Что тут скажешь.

~ ~ ~

«Святое семейство со святой Анной и юным Иоанном Крестителем», Эль Греко, 1601 год.

Семья — это место, где ребёнка понимают и принимают таким, какой он есть. Ведь для счастья ему нужно только одно — чтобы его любили всегда и без всяких условий. «Ты поступил не очень хорошо? Такое бывает, все ошибаются, и я тоже когда-то так поступал. Я тебя хорошо понимаю. Давай подумаем вместе, что можно сделать, чтобы такое случалось пореже…»

Дети воспитываются совсем не путём нравоучений, а только на примере. Если у нас царят тепло, любовь и уважение, они этому непременно научатся.

Хотим уважения со стороны ребёнка — учимся уважать его. Хотим, чтобы он не использовал обидных, оскорбительных интонаций и слов — следим за своим лексиконом и тональностью.

Начинаем с себя, а ребёнок, необыкновенно пластичный и безгранично способный к обучению, обязательно подтянется. И тогда всё получится. Не сразу, будут провалы, будут откаты назад. Но ведь главное — правильный вектор. Если нужно, признаем свои ошибки и извинимся за несдержанность.

И не будем забывать два очень простых, но безотказных приёма, которые совсем не вызывают желания сопротивляться:

- положительные понуждения (вместо «Не кричи» — «Говори потише, пожалуйста».);

- я-высказывания (вместо «Ну что ты так бежишь? Можешь идти помедленнее?» — «Ох, я за тобой совсем не поспеваю, и так из-за этого расстраиваюсь. Давай вместе пойдём помедленнее.»)

Чувствуете разницу? И самое замечательное — это и со взрослыми прекрасно работает!

~ ~ ~

Как-то в престижном квартале Рима 38-летний компьютерщик, любитель классической литературы, а по совместительству вор-рецидивист и похититель кошек, был застигнут полицией, увлечённо читающим книгу.
Он проник в квартиру через балкон с пакетом украденной где-то дизайнерской одежды и намеревался пополнить свою коллекцию, но его внимание привлекла книга на прикроватной тумбочке. Это была книга об «Илиаде» Гомера. Он присел и так увлёкся, что не заметил, как проснулся хозяин квартиры, который и вызвал полицию. Вот какую злую шутку может сыграть любовь к чтению — casus mixtus, юридически выражаясь!

~ ~ ~

Когда мы сталкиваемся с непонятным и неприятным поведением ребёнка, а привычные (не факт, что правильные) приёмы уже не работают, лучше всего остановиться и задать себе вопрос: зачем он это делает? Не почему, а именно зачем. С какой целью? Чего он хочет добиться?

Задумавшись об этом, мы поймём, что он это делает неосознанно, повинуясь внутренним импульсам, а совсем не для того, чтобы нам досадить. Как и всякое живое существо, он старается свить для себя удобное, мягкое, надёжное гнездо, изменить и подогнать окружающее под себя. Буянит — значит, ему чего-то не хватает. Имеет смысл задуматься, чего именно.

Нам кажется, что он испытывает наше терпение, а на самом деле у него просто не так много средств и инструментов, чтобы убедиться в главном: несмотря на то, что мама сейчас сердится, а папа повышает голос, они всё равно его очень любят. Он зондирует, проверяет: «Что, если я вот так? То они как?» А временами использует доступные ему наивные и неуклюжие приёмы, чтобы исправить (с его точки зрения) ситуацию, привлечь наше внимание, успокоить себя и нас, — а мы сердимся ещё больше.

Ребёнок постоянно пытается встать на цыпочки, заглянуть за высокий забор, найти в нём прореху и просочиться в загадочный, притягательный, неизведанный мир, где всё интересно и всё хочется попробовать, испытать, раздвинуть границы. То же и во взаимоотношениях. Как иначе ему научиться вести дискуссию и отстаивать свою позицию, если не пробовать — на нас, родителях? Наверное, неразумно обижаться на него за это желание — и стоит отнестись спокойно, бережно и уважительно к его попыткам, даже если его логика кажется нам не слишком умной. Лучше показать ему пример терпимости к мнению другого и готовность выслушать его. Ведь так?

~ ~ ~

Дерево мысли «Albero del Pensiero», Италия.

Как-то я услышала мудрые слова: «Научиться мыслить можно только наедине с собой». Подумала: как это верно и созвучно моим ощущениям!

Мне интересно оставаться наедине с собой, и это не из-за гордыни или нарциссизма. Так сложилось, что я всегда находила радость и смысл в размышлениях, внутренней работе, развитии. Для меня всё это — из числа самых увлекательных и благодарных занятий в жизни. Это так же естественно, как дышать: я так жила, живу и, надеюсь, буду жить. Да, такая работа требует усилий, но оно того стоит!

Рискну продолжить:

Научиться мыслить можно только наедине с собой.
Научиться любить — можно только, встретив любимого.
Научиться прощать — можно только, поняв.
Научиться ценить — можно только, потеряв.

~ ~ ~

Как-то Ирина Ясина, человек необыкновенной силы и стойкости, в ответ на вопрос «Как повлияла на вас ваша болезнь?» тихо сказала: «Она сделала меня лучше». И я тотчас же внутренне с ней согласилась. На первый взгляд звучит парадоксально, но ведь это действительно так: пройдя через испытания, горе, потери, многое переоценив и вернувшись к жизни, человек и вправду становится лучше.

Мне это знакомо. Внезапно обрушившаяся трагедия оглушила меня, я долго не могла найти в себе силы, чтобы выплеснуть боль и просто заточила её внутри, страшась выпустить, потому что, вырываясь, она приносила новые страдания. Надо было за что-то зацепиться и выжить. Освобождение пришло с неожиданной стороны.

Интуитивно я пыталась нащупать опору, вспоминая и записывая мудрые слова моего мужа, чтобы сохранить его рядом как можно дольше и помочь осиротевшим близким пережить их собственную утрату. Через много месяцев я отважилась открыто и честно описать свои чувства, переживания, колебания. Осмыслить непростой путь, который прошла, — и это стало началом постепенного, шаг за шагом, возвращения. Потом пришли стихи…

В какой-то момент мне захотелось поделиться мыслями не только с моими близкими, но и, может быть, поддержать кого-то ещё. Тогда возник мой телеграм-канал.

Так появляются новые смыслы. И да, я стала лучше.

Когда мозаику судьбы ты, наконец, собрал
И тайный смысл пасьянса жизни разгадал,
С разбитой колеи свернёшь, увидишь цель,
Начнёшь почти с нуля, открыв другую дверь.
Смахнёшь гудящий рой тревог, сомнений, бед —
Забрезжит в складке горизонта сути свет!

~ ~ ~

Во время прогулки меня вдруг охватило ощущение лёгкости и полёта, и слова сами собой сложились в такие строчки:
Я — ветер. Я — воздух. Я — птица,
Застенчивый шёпот криницы.
Я — кроны, я —ветви, я — травы,
Зелёная поросль дубравы.
Я — облако в кружеве света,
Пьянящая свежесть рассвета.
Я — бабочки нежные крылья,
Цветок, припорошенный пылью.
Я — горы, поток водопада,
Я — камни, притихшие рядом.
Колосья, согнувшие спину,
Над озером мачт паутина.
Осенней листвы трепетанье,
Томительный стон увяданья.
Природа сроднилась со мной.
Пожалуй, пора мне домой :).
Дома осталось лишь заглянуть в архив и подобрать фотографии.

~ ~ ~

И снова ты страшно расстроена, негодуешь, тебе сложно вырваться из силков обиды, отстраниться и посмотреть на глубокий разлад со стороны. Но если ты хочешь разобраться в истоках, усмирить свою внутреннюю стихию, использовать её в более мирных целях, переменить ситуацию и сохранить отношения, ты просто обязана понять побудительные причины поведения другого.

Спроси себя: зачем человек это делает? Не почему — это и так ясно: он раздражён, обижен, возмущён, зол. Ответить на вопрос «зачем?» потруднее.

Конечно, хочется отмахнуться и сказать: «Да понятно всё, он просто хочет сделать мне больно, укусить посильнее». Но ведь это не так. Неприятное для тебя поведение — это лишь внешнее. На самом деле это кричит его растревоженная и истерзанная душа, неспособная справиться с ураганным напором чувств. Боль рвётся наружу в последней надежде: «Ну пойми же ты меня! Помоги мне!» — и порой превращается в агрессию. Здесь впору пожалеть его за то, что он дошёл до такого, и найти в себе силы для сострадания.

Если ты сделаешь хотя бы попробуешь понять и перешагнуть через свою обиду, — ты сбережёшь силы и получишь шанс на совершенно иное, более счастливое будущее.

Удивительно, но дети интуитивно такое чувствуют. Они всегда готовы пожалеть родителя, который «не справился с управлением». Именно поэтому они так отходчивы и умеют любить и прощать.

И снова жизнь обрушилась… Ну сколько можно?
Почему у тебя всё так путано и сложно?
Где конец твоей вечной, безумной боли?
А это просто жизнь. И связей людских неволя.

Встань, оглянись, взгляни на мир глазами детства,
Прими падений, шишек и ссадин соседство.
Подумай, взвесь — тебе сохранить это нужно?
Если ответ «да», не рвись напролом натужно.

Начни по камушку строить прекрасный дом,
Где захочешь встречать рассветы вдвоём.

~ ~ ~

Не виноватая я!

Все мы знаем, как сложно бывает освободиться от накатывающего временами горького чувства вины — за какие-то свои ошибки, не слишком красивые поступки или несбывшиеся ожидания от самого себя. Я, бывало, погружалась в подобное самобичевание и доводила себя «до ручки». Увы, страдало здоровье.

Все мы — люди-человеки, и испытывать сожаление и стыд так естественно. Спрашивая себя: «Ну почему я так поступил?», мы часто проходим мимо самого простого объяснения: «Да потому, что тогда у меня просто не было сил поступить по-другому». Жизнь каждый день преподносит сюрпризы, с которыми наша нервная система и психика обречены справляться. Энергии это забирает очень много, поэтому, столкнувшись с какой-то острой ситуацией, мы иногда попросту не готовы отреагировать так, как нам в идеале хотелось бы: у нас закончилось топливо, и мы не в состоянии двигаться с прежней скоростью.

Надо бы проявить к другому сочувствие, набраться терпения, а мы не можем — потому что сейчас нам такого не потянуть. Находим другие пути, более «рациональные и технические», чтобы снизить для себя остроту ситуации. Вместо сочувствия предлагаем разумные выходы, которые человеку, ищущему нашего участия, никак не переварить. Ему и нужно-то только, чтобы его выслушали, обняли и искренне сказали: «Я тебя так понимаю. Тебе очень плохо. Я бы тоже расстроился и опечалился, если бы такое случилось со мной».

Или там, где нужно попросту пропустить, не заметить что-то колючее, прилетевшее в наш адрес, — мы вдруг взрываемся и даём выход эмоциям с известными последствиями.

Наломали дров… И как со всем этим справиться? Отнестись с сочувствием к самому себе: «Да уж, что-то не то я отмочил, но ведь это только потому, что я тогда просто выдохся и не сумел повести себя иначе». Пожалеем себя так же, как мы порой жалеем несчастного брошенного котёнка, — не будем упрекать и казнить. И такая нормальная, добрая человеческая реакция по отношению к себе сотворит чудеса, закроет случившееся навсегда и отнесёт его к огромной массе других проходных событий, приятных и не очень. А самое главное — это поможет остаться в своих глазах хорошим человеком, жить дальше без терзаний и быть готовым к встрече новых «чудес», которые ещё не раз преподнесёт жизнь.

У кого-то моменты, когда нет ресурса, случаются эпизодически, а бывает, что эт состояние длительное, а иногда даже хроническое. Для сохранения своего и чужого здоровья стоит это понимать и в такие моменты просто стать себе другом, которому всегда можно довериться и который всегда поддержит.

Мне очень помогли беседы на просторах YouTube замечательного, мудрого психолога Александра Колмановского. Он говорит о сложном просто, тепло, мягко — так, что его советы сразу же становятся твоими убеждениями. Как раз этих-то нескольких важных слов и не хватало для того, чтобы все долгие размышления и поиски вдруг выстроились, и тебе стало ясно куда идти дальше.

~ ~ ~

Отцы и дети — тема вечна. Мы были так близки, а стали далеки…
То, что мы есть, всё от отцов, конечно, благодаря им или вопреки.
Детей приводим в этот мир, чтоб отпустить их от себя однажды.
Бывает часто нелегко поладить с ними повзрослевшими, но важно
Вернуться в разноцветье дерзкой юности и трепетного детства,
И полустёртые страницы снова пролистать из памяти наследства.
Почувствовать кошачий запах бабушкиных капель с валерианой,
Пушистый коврик с влажноглазыми оленями над вышитым диваном.
И мамы руку нежную на жарком лобике твоём, дарящую прохладу,
И дедушку — ему ты, звонко хохоча, косички заплетала, сидя рядом.
И папин добрый взгляд, и кудри мягкие, и тёплые, уютные колени,
И то, как он бывало петь любил о сердце, склонном лишь к измене.
Увидеть вновь в глазах всю ночь тебя прождавшей мамы немой укор,
Когда ты до зари, пьянея от любви, гуляла с ним, нарушив уговор.
Они любили как могли, давали, что случалось. Смеялись, злились,
Негодовали, сокрушались, но гордились, то радовались, то сердились.
Не будем строго их судить — поняв, мы можем от былых обид уйти.
Глаза закроем, вспомним лица их, и тихо выдохнем: спасибо и прости.

~ ~ ~

Памяти мужа.

«…Ты поднимаешь в себе пласты прежнего и, казалось, совсем забытого, но, на самом деле, просто дремавшего внутри за ненадобностью, возрождаешь то, что было в тебе до него, добавляешь появившееся за долгие годы, проведённые вместе, и оставляешь место для того, что придёт к тебе в будущем. И появляется уверенность, что, черпая поддержку в памяти о нём, теперь ты готова прожить лежащую впереди «жизнь после жизни».
С тобой остаются благодарность, светлая печаль и тихая грусть. Отныне он занял своё новое место рядом с тобой - яркий, живой, близкий, родной, такой разный и такой любимый, со всеми его шероховатостями; тот, кого все окружающие, даже не слишком хорошо его знавшие, в один голос называли

ОЧЕНЬ ХОРОШИМ ЧЕЛОВЕКОМ.
Он продолжается в сыне и внуке, которых он безмерно любил, он останется в тех, кто придёт после них.
Он был, и он будет. Пока ты жива. Пока вы живы. Пока вы помните.

ДОРОГОЙ НАШ ЧЕЛОВЕК, СПАСИБО, ЧТО ТЫ БЫЛ С НАМИ.»
(2022 год, из текста «Жизнь после жизни»)
Прошло три года... Много это или мало?
С тобой они — всего лишь краткое мгновение
Той долгой жизни, где почти полвека
Встречали вместе мы рассветы и закаты.
А без тебя? Схватив, что под руку попало,
Закинув в сумку ворох горя и смятения,
Одной без близкого, родного человека
Пустую лодку лет тянуть сквозь перекаты?
Нет, подавлю привычный вздох усталый,
Смету осколки, кину прочь без сожаления,
Набравшись смелости, зайду по пояс в реку
И ринусь вплавь, как поклялась тебе когда-то.

2024

~ ~ ~

Дети и музыка.

Надо сказать, что внук начал слушать классическую музыку ещё до появления на свет — мама все последние месяцы крутила сборник классики, который мы с мужем ей подарили. Для малыша такая музыка была родной: он с упоением кружился под «Вальс цветов» и засыпал на груди у дедушки под классические джазовые композиции. Муж составил для него несколько сборников песенной классики, рока, романса, народных мелодий, и мы с ним временами слушаем «дедушкины песни».

Сейчас он любит «весёлые музыки» вроде «Турецкого марша» или «Маленькой ночной серенады» Моцарта и ритмичные мелодии, иногда совсем иного калибра — увы.

Научить ребёнка слушать классику — задача. Даже если ты сам её любишь, не факт, что он за тобой последует. Вокруг слишком много соблазнов и более лёгких удовольствий. Если пустить дело на самотёк, поп-музыка, несомненно, победит. Она быстро до отказа вдавливает клавишу самой грубой музыкальной настройки: «Нажми на кнопку — получишь результат!» А для того чтобы добраться до потайных кнопок тонкой эмоциональной чувствительности, нужно постараться.

Так что же делать? Уютно устроиться вместе в подходящий момент — дети любят совместные посиделки. Слушать музыку и фантазировать о том, какие образы она навевает: вот шорох ветвей, шум воды, порывы ветра, пение птиц, звон колокольчика, вот кружатся в вальсе цветы (какие?), фея танцует в хрустальных туфельках (как она выглядит?). Детям понравится. Можно внести соревновательную нотку: предложить выбрать, чьё описание оказалось самым красочным и интересным, или придумать что-то ещё. Это поможет развить вкус, научит замечать нюансы, чувствовать красоту и понимать, что музыка — не просто набор звуков, но и целый мир образов, чувств и переживаний.

Сначала — совсем недолго, потом — постепенно увеличивая время. Такое требует внутренней работы, и дети быстро устают. Но это очень нужное и полезное занятие, потому что оно вовлекает разные области мозга, прекрасно его стимулирует и развивает.

Почему бы не сходить вместе на концерт? Послушать живую музыку в зале с чудной акустикой и праздничной атмосферой — это замечательно и дарит совершенно особенное настроение! Ну а если удалось попасть на великолепных исполнителей, то это огромная удача и несказанное удовольствие. Самые незабываемые музыкальные впечатления у меня связаны с оперными театрами, консерваторией, храмом на острове Валаам, органом в Пражском соборе, Камерным залом Дома музыки, маленькой музыкальной гостиной в Царицынском дворце.

В общем, всё в наших заботливых руках. Мы можем приоткрыть для наших детей необыкновенный мир музыки, а дальше — всё уже зависит от них.

~ ~ ~

До сих пор никто точно не знает, как ребёнок, такое маленькое и слабое существо, может воспринимать огромное количество информации, анализировать её, вычленять повторяющееся, распознавать образы. Он быстро учится её использовать, не зная усталости и головной боли, использует все свои пять чувств, а может быть, и ещё какие-то, пока нам неизвестные. К счастью, эволюция наделила его бесконечными возможностями и огромным желанием учиться!

ИИ — прекрасный и незаменимый помощник, помогающий проводить расчёты, создавать новые материалы и лекарства, дающий людям, которые не могут двигаться, шанс управлять компьютером при помощи мысли, но…

Провели такой эксперимент: маленькая девочка и ИИ учили новые слова. Всё, что она видела и слышала, записывали и обучали ИИ. За какое-то время ИИ сумел выучить около 100 новых слов, а девочка — в несколько раз больше.

Почему? Да потому что дети учатся, взаимодействуя с родителями и другими людьми, воспринимая жизнь эмоционально, считывая настроение, атмосферу, цвета, запахи, вкусы, текстуры. И это помогает им лучше понимать и запоминать значения слов.

Учёные поняли, что ИИ никогда не сравняется с человеческим, если у него не будет детства, и пытаются что-то похожее для него придумать. Ну что ж, поживём — увидим.

А мы будем не просто любить наших детей, наших чудесных малышей, но и уважать эти совершенные, загадочные творения природы и постоянно восхищаться ими.

~ ~ ~

Учёные изучали влияние сладкого и жирного на работу мозга и пришли к выводу: регулярно есть чуть-чуть сладкого и жирного так же вредно, как есть много. Этот парадокс объясняется просто: для нашего мозга количество не играет особой роли. Достаточно совсем немного, чтобы запустить механизмы, построить устойчивые схемы, и поймать мозг в ловушку — он запоминает удовольствие и создаёт привычку, которая закрепляется и послушно сопровождает нас по жизни.

Увы, эволюция не наградила нас умением сопротивляться таким искушениям. В дремучие времена жирное и сладкое встречались так редко, что не возбранялось быстро схватить и проглотить. И это было "ненаказуемо", потому что главное заключалось в том, чтобы мы плодились и размножались, а нежданно попавшее на зубок вкусненькое этому совсем не мешало, а даже давало дополнительную энергию.
Учёные добавляли в рацион здоровых добровольцев один почти незаметный, маленький, жирный и сладкий йогурт и изучали реакцию областей мозга, отвечающих за желание съесть это «неправильное» и ожидание удовольствия — оно же «дофаминовый зуд».
После 8 недель испытаний при появлении на горизонте сладкого и жирного йогурта у тех, кто его ел, области мозга, отвечающие за предвкушение, активизировались гораздо сильнее, чем у тех, кто не ел.
«Жертвы эксперимента» начинали больше любить «запрещённое», даже если раньше получали не меньше удовольствия от нежирного и несладкого. Печально, что даже после прекращения испытаний тяга к жирному и сладкому сразу не исчезала — эффект долго сохранялся.

~ ~ ~

Как же «бороться» с желанием съесть запретное, но такое притягательно вкусное?

Каждый знает, как нелегко устоять перед тем, что источает божественный аромат и прямо-таки просится на язык, обещая блаженство. Представишь, как оно нежно обволакивает твои вкусовые бугорки, и ты уже почти пропал. А у тех, чей вес «сильно за», сигналы предвкушения вкусной еды просто зашкаливают, пересиливая робкие призывы притормозить от участков мозга, отвечающих за самоконтроль. Они едят не потому, что голодны (сигналов голода ещё нет), а потому, что испытывают непреодолимую тягу и точно знают: наградой будет у-до-воль-стви-е. И эх, была не была... но это уж точно в последний раз!
Наука давно доказала, что строгие диеты не только не полезны, но и опасны, к тому же они не приносят долговременных результатов. А то, что так красиво называют «осознанное питание», а проще — «можно, но чуть-чуть», тоже не работает, если такое «чуть-чуть» становится традицией.
Что же делать?
Воспитывать в себе силу воли — занятие неблагодарное. А когда это превращается в постоянное насилие над собой, то даже вредное. Если человек держится исключительно на этой силе, рано или поздно он не выдержит напряжения и сорвётся. Или удержится, но увязнет в стрессе со всеми вытекающими — нельзя же безнаказанно так себя мучить.
Решение проблемы соблазна: нет — значит нет.
В нашем холодильнике и на кухонных полках просто не должно быть продуктов, которые нам есть не стоит. Подумайте, что легче: раз в неделю отвернуться в супермаркете от полок со сладостями и жирным или каждый день подвергаться искушению, исходить слюной, открывая холодильник, и уговаривать себя: «Нет-нет, я только полюбуюсь и принюхаюсь, а дальше ни-ни. А вот в 17:00 только один разок кусну и всё.» Или, например, аккуратно шинковать единственную на сегодня конфету, чтобы съесть один кусочек утром, другой вечером, и ещё оставить про запас — а вдруг неожиданно и непреодолимо захочется? Уж лучше, чтобы всего этого дома просто не было. И точка.
Изредка позволить себе что-то запретное — почему нет? Главное, чтобы это не стало регулярным, и наш мозг не начал учиться тому, чему не следует.
Сладости легко можно заменить сухофруктами, а в натуральный йогурт или кашу добавлять ягоды и орехи. Вместо тортика вполне сойдут десерты из йогурта и фруктов. Мы с внуком иногда колдуем над ними и фигурно вырезаем фрукты для пущей красоты.
Закончу историей из разряда «и на старуху бывает проруха». Мне не сложно от чего-то отказаться и сформировать новые привычки. Но иногда меня заносит, и тянет на эксперименты — отголоски «научной молодости». Переехав в Австрию, я попала-таки впросак: немного изменила режим питания и стала частенько позволять себе ну совсем чуть-чуть — конфет, печенья, тортиков, ветчины, прошутто... Особенно, когда бывала у ребят и имела удовольствие созерцать всё это великолепие. И что вы думаете? Повышенный холестерин не заставил себя долго ждать. Пришлось экстренно вернуться на прежний курс, а заодно и ребят сподвигнуть на некоторые изменения. Через несколько месяцев всё вернулось на прежний уровень. Вот так-то!

~ ~ ~

.

Липпи, Боттичелли, Леонардо, Леонардо, Рафаэль, Рафаэль, Дюрер, Кранах-старший, Пармиджанино, Пармиджанино.

Временами я совсем по-детски наивна и доверчива — несмотря на прожитые годы. В этом — моя слабость. И в этом же — сила. Быть может, красота и не спасёт мир. Но вот в чём я нисколько не сомневаюсь — так это в том, что тех, кто готов ей открыться, она непременно сделает лучше.

Настоящая красота не укладывается в лекала. Она всегда индивидуальна — и именно этим притягательна.
Посмотрите на прекрасные женские лица с портретов великих мастеров. От этих, в чём-то несовершенных, но при этом совершенно удивительных ликов невозможно отвести глаз — они завораживают и околдовывают.
Разве их можно сравнить с однообразной, штампованной «анимешной» красотой, которая подчас окружает нас сегодня?
Чистые женские лики, прекрасные, дивные лица
Смотрят из прошлого, жизни раздвинув границы.
Юности, нежности вашей мгновения чудесные
Кисть удержала, и вы не мелькнули безвестными.
Так же, как мы, вы любили, мечтали, грустили,
Хрупкими, робкими, вздорными, страстными были.
Годы безжалостны, и красота быстротечна,
Ваша пленительность будет свежа бесконечно.
Взгляд ваш потупленный, тихо головки склонённые,
Те, кто вас близко увидел, стоят потрясённые.
Вновь приходя, не дыша, замирают в блаженстве —
Прелесть таится в чарующем несовершенстве.

~ ~ ~

Памяти друга.

Мы не были особенно близки, даже в студенческие годы. Сложно найти двух настолько непохожих людей: «волна и камень, стихи и проза, лёд и пламень».
Но он неожиданно позвонил мне, узнав о том, что не стало моего мужа. Сам к тому времени осиротевший, набирая мой номер, он просто повиновался импульсу: нужно помочь, поддержать...
И ведь действительно помог, хотя не совсем так, как ему виделось.

Поначалу я не выдерживала и брала отпуск на месяц-другой, чтобы снова вернуться. В сердцах удаляла нашу переписку. Однажды мы вдрызг разругались, что для меня абсолютно нехарактерно. Он жил на разрыв, был грешным и преданным, материально помогал совсем незнакомым людям. Общение с ним — таким нестандартным, порывистым, умным, интересным, часто категоричным, парадоксальным, невозможно патриотичным, мятежным, чувствующим, временами буйным — много мне дало. Наделило эмоциональной сдержанностью, научило находить взаимопонимание и строить гармоничные отношения с человеком, столь сильно от меня отличающимся. За это я ему бесконечно благодарна.

Я называла его попытки проникнуть на запретную территорию «сталкерством», а он сравнивал свои ощущения от наших разговоров с «прогулкой по минному полю». Но я разглядела за его внешней необузданностью и резкостью добрую и нежную душу. И он принял то, что я избегаю длительных и бурных дискуссий, предпочитая лишь обозначить свою позицию. Когда он слишком увлекался, я по-дружески шутила: «Евгений, не говори красиво!» А он: «Общение с тобой для меня бесценно».
Мы болтали обо всём: о жизни, людях, семейных сложностях, о родителях, бабушках, дедушках, детях и внуках, о прошлом и будущем. О музыке (у него был идеальный слух, чего у меня и близко нет), о кино, книгах, философии, религии, науке и образовании. О поэзии, живописи (сокрушался, что тут он хромает) и об очень-очень личном. Увы, больше этого не будет.
Он частенько повторял: «Сделаю, если не вымру». И вот … вымер…
Спасибо, Женя. Буду помнить.

~ ~ ~

Катастрофа! Наш нежный и ласковый ребёнок вдруг сошёл с катушек: сегодня обидел приятеля — словом или делом, завтра украл деньги, огрызается, врёт, изворачивается. Кошмар!

— Что ты творишь? Ты с ума сошёл? Мне перед людьми стыдно! Чтобы это было в последний раз, или… Стоп.

При желании каждый может продолжить. Беда случилась, и самое время призадуматься: почему ребёнок дошёл до жизни такой? Ведь не потому, что он негодяй или, хуже того, подонок. Такое поведение всегда сигнализирует о внутреннем неблагополучии. Ребёнку плохо, и его душевный раздрай превращается в агрессию или что-то аморальное.

Причины? Их не так уж много в «нормальной» семье. Может быть, он не находит достаточного понимания, не чувствует столько тепла и заботы, сколько нужно именно ему? И такими экстравагантными поступками пытается привлечь внимание родителей.
Или же он одержим таким страстным желанием что-то иметь, что у него случается «дофаминовый кризис», когда гормоны буквально «лезут из ушей», толкая на сомнительные поступки.

— Как же так? Я и так делаю для него всё, что могу! В лепёшку расшибаюсь: и секции, и кружки, и театр, и музей, и парк развлечений. Одежда, игрушки, гаджеты, сладости, фрукты… А у меня ведь ещё работа и дом!
А может, иногда нужно просто бросить все дела, сесть вечером в обнимку на диване, прижав к груди игрушку или подушку, и посмотреть вместе какой-нибудь дурацкий мультфильм, жуя не менее дурацкие чипсы. Иногда ведь можно (хотя лучше, конечно, смесь орешков с сухофруктами).
А потом совсем недолго и доверительно обсудить увиденное и слегка подтолкнуть ребёнка в нужную сторону. Тему для интересного разговора можно найти в любой «ерунде».
Секрет в том, что если разум ребёнка засыпает, а сердце начинает превращаться во льдинку, то его нужно отогреть. Все мы читали сказки и знаем, как это делается. Ведь правда?
Не бойтесь извиниться перед ребёнком и признать свою неправоту, если вы вспылили. Не обвиняйте его. Прямо так и скажите: «Я ужасно расстроился, и поэтому не сдержался. Извини». Это разрушит взаимное ожесточение, разбудит доверие и даст возможность родиться тому, чего он от нас ждёт— со-чу-встви-ю.

~ ~ ~

Занимательная астрология.

Кто-то верит, что планеты «сопровождают» нас в путешествиях, и поэтому образуются таинственные связи человека и места.

Я не астролог, но много поездила, полетала и поплавала, повидала свои и чужие края, и знаю: бывает, приезжаешь куда-то, и сразу ощущаешь, что это место твоё. Там хочется быть, там у тебя вырастают крылья. В России для нас с мужем таким местом был «Валдай» — дом отдыха, куда мы постоянно возвращались. Там мы чувствовали себя другими — и летом, и зимой. Я часто брожу именно по тем валдайским тропинкам перед тем, как заснуть.

У меня были ученики, которые бесконечно ездили: кто в Египет, кто в Сингапур, кто на Кубу — потому что там им было хорошо.
А синяки под глазами после возвращения домой просто от усталости: долгая дорога, смена погоды, другой воздух, ужас от того, что теперь надо ра-бо-тать. Хотя астрологическое толкование звучит загадочнее и добавляет будничной жизни драматизма.
Думаю, что в астрологии многовековые наблюдения просто предстают в необычных одеждах, а объясняют они вполне природные и физиологические вещи. И механизмы «влияния» планет — не чудодейственные, а вполне естественные. Даже родная Луна вызывает приливы и отливы не только в морях и океанах, но и в наших внутренних реках и озёрах. Я не права?
Родилось шутливое стихотворение:
Венера в Деве, Солнце в Козероге,
Со мной случится что-то по дороге?
Марс в Рыбах, а Меркурий в Близнецах —
Взорвусь я, вазу разобью в сердцах.
Юпитер в Раке, а Нептун в Стрельце —
Кто ждёт меня, пригнувшись на крыльце?
Сатурн уж в Рыбах, а Нептун в Весах,
О, ужас! Скоро полночь на часах.
Чтоб быть счастливым, нужно потрудиться,
И будет чем тогда в себе гордиться.
Так Аристотель мудрый завещал —
А он, бесспорно, в жизни смысл знал.

~ ~ ~

Мы не можем унять эмоции, вспыхивающие в ответ на критику, даже если понимаем, что она справедлива. Задевает форма, мы сразу ощущаем малейший напор и намёк на агрессию в тоне другого. И наш мгновенный ответ не отличается от реакции мохнатых предков — защищайся. Вдобавок, за прожитую жизнь мы обросли автоматизмами: «Ах, ты так? Тогда я — вот так». А наше разумное «я» так и не успевает проснуться. В результате — конфликт!
Не лучше ли, сокрушённо признать, что ты действительно сделал что-то не так, не сумел, не справился, упустил? Сказать что-то вроде: «Ну да, я знаю, что иногда поступаю не очень здорово. Бывает.» Когда ты так спокойно и мягко отвечаешь и признаёшь свои ошибки и несовершенства, этим ты, скорее всего, обезоружишь нападающего. Этому можно постепенно научиться.
Когда я думаю обо всём этом, у меня порой вырывается стон: «Господи, вот чему нужно учить в школе!» Ведь это в тысячу раз важнее, чем умение извлекать корни и помнить точные даты сражений. Мы выходим из школы, напичканные знаниями, которые, скорее всего, никогда нам не пригодятся в жизни, и оказываемся совершенно беспомощными в том, от чего зависит наше благополучие и счастье. Люди, привыкшие думать, постепенно доходят до всего своим умом, набив кучу шишек, а те, кто предпочитает идти по жизни, как «людокол на матомной энергии», просто ни о чём не задумываются. Они гордо раздвигают грудью осколки личного счастья и оставляют поверженных и выброшенных за борт обитателей своей семейной лодки барахтаться в одиночестве.

Даёшь уроки человековедения — с первого класса и по последний!

~ ~ ~

Бывает такое? «Я тебя предупреждала, что всё плохо кончится. Так и получилось. Значит, я была права!» Хочется в ответ огрызнуться? Конечно, хочется.
А если попробовать по-другому: «Я страшно расстроилась, что всё так получилось. Подозревала, конечно, но не думала, что так повернётся». Это не вызовет острой реакции, не даст разгореться пожару и, возможно, разбудит у другого желание спокойно поговорить сейчас или позднее.

Правильный разговор случается только тогда, когда другой готов тебя выслушать. А слушать он захочет, если почувствует уважение к своим переживаниям и готовность их понять. Если не найти в себе силы отреагировать спокойно и мягко, конфликт обостряется, а проблема так и не решается. Ну а подобрать подходящие и не обидные слова всегда можно, и этому стоит учиться. «Вижу, что ты расстроена. Я тоже. Может быть, попробуем, так ... как думаешь? …»
А если чувствуешь, что никак не получается сейчас притушить эмоцияии, унять раздражение и полемический запал, то лучше притормозить и перевести разговор в другое русло или вообще сменить тему — похоже, что сейчас момент неподходящий.

~ ~ ~

Четыре недели, прошедшие под знаком Рождественского календаря, для нашего впечатлительного ребёнка, как обычно, оказались серьёзным испытанием. Каждое утро он первым делом сбегал вниз за очередным мешочком с подарком, а потом ощупывал остальные, пытаясь догадаться, что ждёт его завтра.

Да, те, кто всё это придумал, явно не были слишком сведущи в детской психологии — дофамин-то куда девать?

А самый канун праздника — настоящее испытание для взрослых: дитя весь день не в себе, готовит рождественские сапожки и дрожит от нетерпения. О-о-ох!

~ ~ ~

Как-то я услышала фразу: «Диккенс придумал Рождество», и это меня озадачило. Я сразу же кинулась читать его удивительную историю «Рождественская песнь» о зачерствевшем коммерсанте Скрудже, в сердце которого давно пустили корни скаредность, бесчеловечность, стяжательство, чёрствость и бессердечие. Но однажды, в Сочельник, с ним произошло чудо. Тёплые воспоминания детства и юности омыли его душу, и он внезапно осознал, как много забыл и упустил в жизни.
Рассказ написан с необыкновенной теплотой, с мягким и добрым английским юмором. В нём скрыто столько мудрости, что хорошо бы его прочесть всем практикующим психологам, чтобы потом предлагать в качестве «лекарства» своим пациентам — с точки зрения науки, всё абсолютно верно, и при этом — бездна души!

~ ~ ~

Помните, как героиня фильма "Раба любви" в отчаянии воскликнула: «Люди, вы звери»? А я порой сожалею о том, что мы не звери.
Порой печалюсь я, что мы давно не звери,
Чтобы с природой жить в согласии и доверии.
Так понимать себя, как могут лишь они,
И принимать других — мы в мире не одни.
Но глаз не зорок, когти слабы, ухо туговато,
И нюхом несильны, и с мехом бедновато.
Забыли, как по солнцу засыпать и просыпаться,
Как чутко ощущать, когда и чем питаться.
Как меньших уважать, и быть, а не казаться,
Своих не поедать, чужих остерегаться.
Законы соблюдать, не рисковать напрасно,
Не беспокоиться о внешнем виде ежечасно.
Как в парах дружно жить и малышей любить,
Как зря не убивать и преданными быть.
И чистоту хранить в своём родном гнезде,
С заботой обустроив дом, не мусорить везде.
Опасность чуешь — бить или живей бежать,
Внезапно помертвев, не шевелясь лежать.
Создатель не вложил в них разума сполна,
Грущу я, думая: ведь наше горе от ума.
Есть многое, чему нам стоит поучиться,
Какую травку пожевать, чем полечиться,
Как различать, что обойти — что пригодится,
Как не будить того, что и без нас случится.
А если дыбом шерсть, так хочется подраться,
Что лапы чешутся — не лучше ли собраться
И в ночь уйти, в глухой тиши остаться одному,
Застыть, и с упоением выть страстно на Луну.