ЗАПЛЫВЫ В МОРЕ ЛЮБВИ I

Книга первая _____________________Заплывы в море любви I,

                                                              или Под колесом Тюхе

Книга вторая _____________________ 500 000 секунд счастья

Книга третья ______________________Утопая в заливе разлук

Книга четвертая ___________________ Отпуск без трусов

Книга пятая _____________________      По ту сторону моря любви

Книга шестая _____________________    Меняя берега любви 

© Макс Линн. ЗАПЛЫВЫ В МОРЕ ЛЮБВИ I, или ПОД КОЛЕСОМ ТЮХЕ

‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵

                                            Дорогим друзьям Мишико и Томиславу с любовью
                                         и пониманием постоянных поисков счастья

                                         п о с в я щ а е т с я...

‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵

ПРЕДИСЛОВИЕ

Кто с легкостью согласится отдать свое счастье, любовь и надежды на самое сокровенное?! Каждый борется, как может, за лучшее в жизни. Но иногда нелепый случай вносит свои изменения в судьбы людей. Или, как некоторые верят, причиной то самое колесо, которое Тюхе вертит куда ей угодно. Те, что еще вчера были на вершине успеха, вдруг замечают, как ускользает их удача. Что до этого казалось незыблемым и стабильным, меняется скоротечно, безнадежно и безвозвратно.

‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵‿︵

Эпиграф

Сегодня счастья нет, но завтра найдется.

Цыганская пословица.

- Дай мне снега, - попросил папа и протянул ладонь.

Я остановила и зафиксировала инвалидное кресло. Разделила спутавшиеся поводки у собак, гаркнув на них: "Сидеть!", и зачерпнула рукой в вязаной рукавице мягких хлопьев.

- Видишь?!

- Да. Снег тает, а ты снял перчатку. Пальцы быстро замерзнут.

- Это не важно. Счастье видишь?

- Нет.

- Счастье ведь как снег. Кажется, что можно зачерпнуть много. Только достаточно не будет никогда! И каждая снежинка, как прекрасное мгновение жизни человека, неповторима. Одно только похоже - недолговечность.

Склонив голову и рассматривая узорчатые кристаллики, отец некоторое время молчал, наблюдая, как из только что покрытой белым пухом ладони ему на колени падают капли влаги.

- Тает. Так и счастье не задерживается долго. Исчезает. Потом придет другое, но сегодняшнее его ощущение не повторится никогда!

- О'cko (*словац. - папочка), не мне, а тебе надо учиться на факультете философии!

Он взглянул на меня, оторвавшись от созерцания снежинок.

- В твоих глазах - тоска. Dcеra (*словац. - дочка), что мешает твоему счастью?

Вопрос застал меня врасплох и я, не подумав, что последует ненужное при его диагнозе волнение, нечаянно призналась:

- Кошмар. Снится часто. Начинается одинаково красиво, но потом меня убивают.

Отец ахнул и попробовал было меня приобнять, но слабые руки не послушались. Я наклонилась, попыталась вытереть мокрую ладонь, имевшую ожоги и мозоли из-за его прошлой работы кузнецом. Надела ему упавшую перчатку, поцеловала папу в холодную щеку, а затем подтянула одеяло из овечьей шерсти, обмотанное вокруг поясницы и ног.

Ощутив на запястье рывки поводков нетерпеливых собак, я покатила коляску дальше, но через пару метров еле различила из-за шуршания колес по прикрытой мокрым снегом дорожке:

- Расскажи мне с начала до конца!

"Нет. Тебе незачем огорчаться." - решила я, промолчав.

Не позволяйте вашим воспоминаниям

весить больше, чем ваши надежды.

Персидская пословица.

МИШИКО

- Как я за тебя рада, подружка! После непроглядной невезухи и зашквара, наконец-то ты в шоколаде! Кому рассказать, что ты натерпелась! Не жизнь, а кино с приключениями. Герои самых хайповых сериалов нервно курят в сторонке.

Мы с женихом переглянулись, а Жилка приблизилась ко мне и прошептала, чтобы уже никто не услышал:

- Поэтому, держи крепко счастье за хвост, надеюсь, приличного размера! А главное, соси регулярно!

Говоря, она обняла меня теплыми белыми руками в веснушках.

- Ты - мое любимое рыжее солнце! Как всегда, выражаешься без купюр и, появляясь, производишь фурор!

- А, как же! Лучшая подруга, хоть и второй раз замуж идет, но впервые венчается! Выглядишь очаровательно! Прическа, платье и эти кружева - отпад! Прелестнее невесты я никогда не видела!

Сказанные комплименты услышали все, кто был в церкви. Дальше Жилка снова понизила голос:

- Парней тут у вас - афигеть, а мне пришлось с ревнивым "довеском" приехать!

Я подмигнула подруге, но решила не продолжать заданную ею тему, лишь прошептав ей:

- Твой наряд еще лучше, тебе очень идет! Дорого?

- Я - дороже денег! Ладно, считай, что на мне машина надета. Крыстоф раскошелился! Все надеется, что скажу ему окончательное "да", а я, ты знаешь, ищу идеального!

Ее умопомрачительное изумрудного цвета вечернее платье в пол подчеркивало изящную фигуру и зеленые, как она сама определяла, травяные глаза. Яркая внешне и никогда не унывающая моя бывшая соседка по студенческой квартире, а теперь закадычная близкая подружка Анджела, в близком окружении - просто Жилка, успела примчаться из Чехии к самому началу свадебной церемонии.

Рыжая родилась и выросла в словацком городе Жилина. Поэтому почему-то решила, что с ее характером и замашками ей больше подходит не ангельское имя Анджела, и не ласковая его краткая форма - Джелка. Ее родители и друзья когда-то вынуждены были согласиться называть ее Жилка. Для Чехии и Словакии - необычно, но здесь, в Хорватии, это женское имя встречается.

С осанкой царицы под шепотки гостей в церкви она прошествовала к первым рядам, не обращая внимания на соскользнувшую с белокожего плеча тонкую бретель, а также на свою свиту, в виде семенящего за ее огненными завитыми локонами мужчины, лет на пятнадцать старше и по типу ботана.

Его я увидела в первый раз, но знала, что Крыстоф из очень обеспеченной семьи и руководит банком в Брно. Мужчина недавно предложил моей сокурснице выйти за него замуж и жить с ним в унаследованном от деда особняке на берегу реки Свратка. Жилка почти дала согласие.

Крыстоф, не знающий ее, как я, даже не представляет о количестве мужских разбитых сердец и надежд, что моя подружка, как шлейф своего платья, несет за собой. Влюбленный банкир не подозревает, какой сюрприз его избранница может выкинуть в любой момент!

Очкарик с непонятной стрижкой жидких темных волос самостоятельно нашел себе свободное место среди друзей жениха, а подруга, заметив заулыбавшихся моих родителей, поспешила к ним.

- Подбери челюсть, вытри слюни и подай мне Библию, - сквозь зубы, почти не шевеля губами, тихо процедил пресвитер своему помощнику, явно недовольный сумятицей, которую внесла опоздавшая рыжая бестия.

- Uz Božju pomoć, počnimo! (*хорват. - С Божьей помощью начнем!) - громогласно объявил он уже для всех собравшихся в церкви своим зычным голосом.

Низкого роста полноватый дьякон медленно, словно очарованный, протянул книгу служителю, все еще не отрывая глаз от опоздавшей яркой красавицы, сексуально оттопырившей попку в наклоне, чтобы поцеловать мою маму, и только после обмена парой слов вставшей в ряд с другими подружками невесты. Я оглянулась на них и невольно улыбнулась. Картина, радующая взгляд!

Никаких одинаковых платьев мы не придумывали. Катка, моя одноклассница и подруга детства, надела сиреневое облегающее макси со смелым вырезом на спине ниже талии и длинными рукавами. Она выглядела сексапильно с ее формами - с полной грудью и пышными бедрами. А моя новая приятельница хорватка Маре выбирала свой шифоновый прикид вместе с ее другом Дмитаром в бутике. Симпатичная брюнетка с синими глазами смотрелась очень элегантно в подчеркивающем все ее прелести и кажущимся воздушным васильковом платье с кружевным верхом и узкими рукавами, уголком закрывающими кисти, с глубоким декольте и боковыми разрезами юбки, показывающими стройные ноги в чулках и в совершенно одинакового по цвету с платьем полусапожках на каблуке.

Впрочем, можно было и не описывать подружек невесты, а только заметить, что свидетели со стороны жениха стояли и пялились на девчонок, мысленно фантазируя, как бы и в какой позе все у них происходило с этими sexy girl. При возможности! Поэтому не старались сосредоточиться на речи пресвитера и на его вопросах к нам - брачующимся. Стояли истуканами, истекали слюнями и ощущали тесноту в наглаженных узких брюках под смокингами.

Наше венчание ранним утром на острове Паг в Адриатическом море, накануне католического Рождества и Silvestrovo, как называется здесь 31 декабря, отличалось от других пар и проходило не по привычному сценарию.

Не папа вел меня к алтарю, а я медленно везла его в инвалидном кресле, успевая замечать, как некоторые приглашенные промокают или оставляют блестеть в глазах слезы, растрогавшись.

Эмоции гостей в костеле усиливали дети друзей жениха. Мальчик пяти лет, наряженный в смокинг, и трехлетняя малышка в платье принцессы. Они шли позади и с неподражаемой важностью крепко держали над полом не очень длинный кружевной шлейф моего свадебного платья.

После торжественного, полного умиротворения обряда в церкви Святой Катерины в Новалии (*хорв. - u Crkvi svete Katarine u Novalji) свадебный поезд понесло за сотни километров от любимой бухты на Адриатическом море. Попутно мы прихватили с собой всех, кто захотел разделить с нами суетливую атмосферу праздника.

По окончании католической церемонии мы с гостями отправились на машинах из Северной Далмации через городок Паг, на одноименном острове, в Загреб, чтобы там, уже на следующий день, в заранее зарезервированном ресторане всей компанией отметить начало семейной жизни.

- Нет, чтобы выйти замуж за своего парня! На родине. Без этих дерганых сборов, переездов, паромных переправ, виляний между скал по закрученным серпантинам, от которых меня одновременно тошнит и колбасит! А теперь мотаний по острову, по чужой стране - туда-сюда. На виллу у моря позарилась! Будет пахать с утра до ночи, как заведенная! Вот же дура! - бухтела семнадцатилетняя Нора на нашем родном словацком, то и дело одергивая подскакивающее вверх короткое шерстяное платье алого цвета.

Наряд, купленный родителями, ей очень шел и она, зная это, вела себя заносчиво. Откровенный низкий вырез на ее уже очень сформировавшейся груди не совсем прикрывался расстегнутой кожаной курточкой на меху черного цвета. А стройные ноги в телесных колготках подчеркивали такие же по цвету, как и куртка, стильные ботфорты выше колен.

- Заткнись, изобрази добро на морде лица и завидуй молча! - шикнула на Нору моя любимая подруга детства Катка.

Ворчание сестры за моей спиной не удивило. Хорошо хоть, что здесь не все понимают словацкий! Я привыкла к ее непростому характеру и частому сарказму, поэтому промолчала. Постаралась не портить ни себе, ни другим настроение, спокойно наблюдая, как мама вместе с крестной хлопочут над упаковками съестных припасов, прихваченных в дорогу, а папа, одетый в новый костюм и укрытый меховой накидкой из овчины, улыбается сидя в каталке и созерцая происходящее вокруг.

Огромного размера чесница, украшенная символическими крестом, звездами и солнцем из теста теперь была размещена в багажнике (*хорват., серб. česnica - дословно “кусочек счастья”, праздничный калач, традиционно украшающий рождественский стол. Его принято разламывать руками, а не резать. В тесте обязательно запекают символические сюрпризы в виде монеты, зерен пшеницы, кукурузы, фасоли). Чесницу преподнесла нам в подарок Тихана - знакомая хозяйка пекарни .

Мы сделали лишь остановку на перекус, дегустацию вин и другого фирменного алкоголя на сыроварне Глигора в Колане (*хорват. Sirana Gligora), нагрянув шумной толпой. Но и в их конобе долго не засиживались. Зимой темнеет рано, мгновенно сгущая тени от скал на перевалах. Хотелось побыстрее добраться до столицы. Попрощавшись с теми, кто останется на Пагу и отпразднует до закрытия ресторана нашу свадьбу, мы поехали дальше по привычному серпантину Новаля-Паг, менее закрученному, чем на другой стороне острова.

Паромной переправой Жиглен-Призна не воспользовались. Хотелось сделать памятные фотографии на синем фоне Адриатического моря, а главное - на Пажском мосту (*хорват. - Paški most), где разнаряженной в вечерние прикиды компанией, со всех сторон обдуваемой до дрожи влажным морским ветром, все, кроме моего отца, оставшегося ждать в машине, спустились к развалинам древней крепости времён владения островом венецианцами. От нее остались лишь просоленные добела руины с уцелевшими толстыми стенами без крыши.

Кто-то из наших друзей, позируя, прикасался к холодной каменной кладке. Я тоже провела ладонью по ставшей гладкой от соленых ветров поверхности стены. Удивительно, что спустя много веков строение не разрушилось, а чудом осталось стоять на краю острого мыса, выдающегося в сторону пролива между островом Пагом и материком.

Ступая осторожно на каблуках по каменистой дорожке, я заметила остроконечный камешек с несколькими круглыми дырками. Подняла и посмотрела сквозь щель в небо, где из-за облака, будто специально для меня, пробился солнечный луч.

- Куриный Бог, пожалуйста, подари мне счастье и море любви! - прошептала я, чтобы никто не услышал, и скорее спрятала камешек в карман мехового пальто.

Уединиться здесь для импровизированной молитвы, с подробным обдумыванием каждой просьбы к Куриному Богу, сейчас не представлялось возможным.

- Не отставай! Пойдем ко всем, общий снимок на фоне маяка и бухты сделаем, а потом - по машинам! - позвал мой новый муж.

Использовав еще нескольких остановок для фото, наша свадебная процессия наконец прибыла в столицу. Родители и все, кто постарше, после размещения в заранее забронированных номерах отеля, остались в тепле. Отдыхать.

Мы же с близкими друзьями решили совершить вечернюю прогулку.

Предновогодний Загреб сиял огнями гирлянд. Наши гости разбрелись по рождественской ярмарке в парке Зриневац (*хорват. - Zrinjevac). Он расположен совсем недалеко от квартиры свекра, заранее украшенной нами к Рождеству еловыми ветками.

Собравшись снова вместе, мы остановились у неперегруженного народом киоска. Купили белого и красного глинтвейна и теперь беспрерывно слушали пожелания, успевая чокаться пестрыми фарфоровыми чашками-сапожками друг с другом.

Пьянели быстро. Из закуски на витринах преобладали сладости. Поэтому одни лакомились загребскими штруклями, яблоками "в платочках", другие откусывали искусно разрисованные лицитарские сердца (*хорват. licitarsko srce – пряник в форме сердечка из медового теста ярко красного цвета. Он является частью культурного наследия Хорватии и традиционным символом города Загреб) или хрумкали папренячи (*хорват. рaprenjaci - пряничные печенья с перцем) и засахаренные жареные орехи, радостно поддакивая каждому, кто пил за нас - новобрачных. Пока не раздалось громогласное:

- Я предлагаю тост не за жениха и невесту! Не за них!

Все обернулись на голос незнакомца, продолжающего орать:

- Выпьем за прекрасную Тюхе! (*Др.-греч. Τύχη - «случайность», то, что выпало по жребию.) Пусть она иногда благоволит только что родившейся семье! Молодоженам нужны лишь умение и сноровка заполучить хотя бы крохи из божественного рога изобилия, а главное, оставаться на вершине её колеса чаще, чем падать мордой вниз!

Звучный голос, хорошо подходящий к большим лекционным аудиториям, тут же добавил иронично-язвительным тоном:

- Впрочем, это удается только очень искусным гимнастам! Являетесь вы таковыми или нет, решайте сами! Законы физики вам в помощь!

- Вот гад! - прошептала я любимому. - Откуда он здесь? Какому идиоту пришло в голову пригласить моего бывшего? Не выношу его заумную болтовню с непременным подъебыванием!

Ответа на мой вопрос я не получила. Муж сосредоточенно внимал всем пожеланиям непрошенного гостя, и уже протягивал навстречу всем свою чашку, чтобы чокнуться ею.

Оказалось, что в морозном воздухе эхо тоста далеко разносится по рождественскому базару. Потому что гулкие, будто в микрофон, поздравительные слова услышали не только наши гости, но и пол-ярмарки.

- Постойте, я не поняла! О каком колесе идет речь? - вдруг пропищал девичьим голосом, из начавшей смыкаться вокруг нас толпы, низко надвинутый капюшон в желтой куртке.

- Все устроено просто в этом мире! И неизменен закон колеса богини Тюхе! То, что было вверху, будет внизу! Сегодня тебе весело и фартит, а завтра накрывает волной несчастья, и все в твоей судьбе летит к чертям! Ты многократно падаешь и ударяешься, пока не разлетаешься в ошметки.

- Ого! Точно! Это про меня! Все идет прахом, только с работы уволили, вскоре с женой развелся! - выкрикнул кто-то низким прокуренным голосом из быстро растущей рядом с нашей компанией массовки.

- Чтобы было совсем понятно, напомню, что греческой богине Тюхе соответствует римская - Фортуна. Все конечно слышали о колесе Фортуны?!

Публика отозвалась нестройным хором поддакивания.

Тостующий, обратившийся в митингующего, наклонился к любопытной девушке в желтой куртке, а потом и вообще протянул к ней руку, и приобняв за плечи наклонился, чтобы рассмотреть лицо, закрытое черной опушкой капюшона. Не сбавляя громкости и ноток нравоучения в тоне, мужчина не упускал внимание толпы.

Объясняющий на пару минут отвлекся, получая новый заполненный горячим алкоголем стакан. Отглотнув из него, он снова прижался к незнакомке.

- Если кому-то вдруг и посчастливилось случайно оказаться наверху колеса Тюхе, не обольщайтесь! Чем выше вверх, тем быстрее и больнее скатываться вниз! Таков закон этого зловредного колесика! Решайте теперь сами, пить за Тюхе или не пить?! Быть новой семье или не быть?- так же кричисто, как и раньше, но уже изрядно остаканенным голосом, один раз икнув, спросил тостующий.

И вдруг раскатисто захохотал, словно исполнял на невидимой сцене роль Мефистофеля .

Массовка, настроенная на праздник и веселье, загудела недовольно, удивленная поворотом тоста из позитива в негатив. Но состояние публики подшофе и частые чоканья сапожков и керамических кружек с глинтвейном разрядили обстановку. Казалось, пора бы было и закончить выступление митингующего знатока мифологии, но он не унимался!

- Кто понял, что остается в остатке из мною сказанного? - спросил выскочка тоном преподавателя, завершающего успешную лекцию, и поднял вверх темную чашку с дымящимся на холоде глинтвейном.

- Счастье переменно! Миром правит случай!

Я удивленно обернулась на знакомый голос. Мой новоиспеченный муж улыбался и протягивал навстречу оратору свой стаканчик с горячим алкоголем.

- Цыганочка, а он у тебя не такой глупый, как выглядит! Сто пудов - серое вещество в наличии! Чего не могу тебе гарантировать в смысле мужской силы. Не пробовал, не видел, не знаю!

Наши друзья возмущенно загалдели все сразу. Но шум перекрыл голос мужа:

- Придержи свои выводы при себе, а то у нас на свадьбе как раз мочилова не хватает!

С его лица мгновенно стерлись улыбка и восхищение. Приятели кинулись успокаивать жениха и оттеснять подальше от нас всех "раздражителя" спокойствия.

- Мы сами все разрулим мирно и без крови, не стоит на нас тратить время! - услышала я сбоку, где друзья пытались обойтись без вмешательства полицейских, тут как тут оказавшихся в гуще свары.

Когда ссора была погашена, толпа постепенно стала рассеиваться. Над парком недавние сумерки совсем сгустились в ночь.

И вдруг из-за кого-то навалившегося сзади я пролила на белое венчальное платье обжигающий красный глинтвейн! Пока я отупело моргала глазами, пятно растекалось кровавым цветом по ткани.

Я оглянулась и разозлилась, потому что этот тип не собирался извиняться! Кому понравится, когда с самодовольной миной тебя сначала нагло толкает, а потом наваливается с ненужными медвежьими объятиями незаметно подкравшийся Djed Mraz (*хорват. - Дед Мороз)?! Я попыталась вырваться, но тиски сильных рук не отпускали!

На этом, как случалось уже много раз, но с новыми непредсказуемыми концовками, мой цветной кошмар вдруг стал превращаться в мелькание кадров, как на убыстренной прокрутке видео.

Словно со стороны я увидела себя и бывшего первого мужа. Он, теперь почему-то переодетый в белый с вышивкой костюм хорватского Дедека Мраза, властно прижимал меня. Я упиралась, пытаясь освободиться.

На свадебном платье под бежевым меховым пальто непоправимо мялись и портились восхитительные пажские чипки. Накрахмаленные затейливые кружева, ломаясь, издавали легкий хруст. Настойчивые поцелуи Дедеки Мраза в шею, покусывания мочки уха, его руки на моих бедрах, задиравшие пышный подол, оголяя мои ноги на виду у остолбеневшего и опупевшего от возмущения нового мужа, и будто устроивших немую сцену гостей свадьбы, а также незнакомых посетителей ярмарки, вконец вывели меня из себя. Я попыталась вырваться, но тщетно. Фальшивый Дед Мороз не только зажал меня, словно в тисках, но и насиловал! Сначала подвязка с голубой лентой, а затем и трусики из нового комплекта, разорванными тряпками упали вниз. Теперь кто-то по ним топтался. Я попыталась кричать, ощутив вставленный во влагалище prst (*словац. - палец).

- Тюхе, Тюхе! - звал на помощь голос, похожий на мой.

Только я сама молчала. Пребывая в шоке, не могла ни пошевелиться, ни произнести ни слова.

- Тюхе, помоги!

- Брось его! Будь со мной, любимая! Я хочу каждое утро просыпаться с тобой. Слышишь? Утони в моем море любви! Или жизнь со мной или...

Перед моим лицом блеснуло длинное металлическое лезвие...