Завод

Алексей припарковал свой джип около автобусной остановки. Слева мимо пролетали машины. Справа суетился, спешил народ. Даша с удивлением поглядела на него. Она сидела рядом. У неё был яркий макияж и мелированные волнистые волосы.
- Я не поняла, что это значит? - спросила она.
- Мы расстаëмся.
- Как это? Почему так резко? Так неожиданно? Что я тебе сделала плохого?
- Ничего, Даш. Зачем разводить весь этот цирк? Я тебе платил всегда за наши отношения.
- Но я люблю тебя.
Алексей усмехнулся.
- Любовь? За деньги? Я видел, как ты переписывалась с другими мужиками в своём телефоне. Прекращай. Выходи, пожалуйста.
Даша заплакала.
- Ты меня бросишь тут? Непонятно где? Мог бы довезти меня до дома.
Алексей достал из кошелька три сотни баксов и дал ей.
- Возьми. Это намного больше, чем стоит такси до твоего дома.

Близился вечер. Смеркалось. Было прохладно и ветренно, как часто бывает в октябре. Алексей припарковался у супермаркета и вышел из машины. Сбоку от магазина сотрудник выкатил тележку с просрочкой, на которую тут же набросились пятеро бедолаг. Алексей был рядом. Его взгляд зацепился за молодого парня с длинными светлыми волосами в синей бейсболке. Этот тип выхватил полбатона просроченной колбасы, банку рыбных консервов и две буханки. Он был счастлив, но счастье его вмиг улетучилось, когда он поймал на себе взгляд Алексея.
- Чего вылупился?
Алексей усмехнулся.
- Так. Сам не знаю. Увидел, интересно стало.
- Интересно, когда у других беда?
- Нет, не это интересно. Интересно, как можно оказаться в такой ситуации, когда руки и ноги на месте, когда голова вроде тоже на месте. Чудно.
Алексей снова усмехнулся и пошёл в супермаркет.

Было уже темно. Алексей Рубцов отдыхал на дне рождения бизнесмена, занимавшегося добычей и торговлей соли Сергея Политова. Празднество проходило под Москвой в большой бревенчатой усадьбе виновника торжества. Алексей Рубцов в свои двадцать пять лет успел открыть и развить свой бизнес в сфере айти. Он создавал мобильные приложения. Алексей был худым с невыразительными чертами лица и русыми волосами. Он сидел на диване в большой зале рядом с приятелем Олегом Ильиным, который занимался туристическим бизнесом. Он, как и Рубцов попал в круги возрастных бизнесменов и считал за большую удачу иметь возможность тусоваться с ними.
- Слышал, ты расстался со своей подружкой, - сказал Олег и отпил из трубочки слабоалкогольный коктейль.
- Она не подружка. Она эскортница.
- Хочешь других протестировать?
- Не знаю ещё.
- Все они одинаковы.
- Все женщины одинаковы - всем нужны только деньги от мужиков.
К ним подошёл виновник торжества с бокалом вискаря в руке.
- Вы чего молодëжь творите? Я дивлюсь на вас: поколение зумеров. Смотрите. Они коктейльчики пьют. Вы платье случайно не носите? Я в ваши годы уже мог две бутылки водки выпить и закусывать одними только карамельками. Слабаки.
К Политову подошёл его друг бизнесмен Владимир Огородников, занимавшийся медью.
- Серëж, отстань от молодых. Ты себя вспомни в их годы.
Политову было пятьдесят пять, а Огородникову пятьдесят лет.
Алексей выпил пива и немного захмелел.
- Я тоже могу водки выпить, - заявил он.
- Не надо, Лëш.
Дëрнул его за рукав Олег.
- Надо.
И Алексей выпил с Политовым три рюмки водки за его здоровье, талант и широкую русскую душу. Он несколько окосел с непривычки. А Политову было хоть бы что. Он завёл старую пластинку:
- Зумеры. Что вы за люди?! Неженки. Бабы. Я в ваши годы пуд соли съел уже. Вагоны разгружал, картошку воровал в колхозе. Трахался в лифте. В канаве трахался! Я на заводе работал! На заводе, мать вашу! Вы знаете, что такое завод?!
- И чего тут такого? Я тоже могу на заводе работать, - сказал Алексей и громко икнул.
- Ты? На заводе?
- Я на заводе.
- Да ты умрёшь там через неделю.
Алексей протянул тщедушную ладонь.
- Спорим, не умру.
- На что?
- На десятку штук баксов.
- Это фигня.
- На мой бизнес.
- А я что поставлю? Мой бизнес больше твоего в тыщу раз.
- Ничего не надо.
- Нет, это не по-людски будет. Если я проиграю, то отдам свою дочь Надьку в жëны тебе.
- Не надо.
- Сто штук зелени.
- Окей. Нормально.
- За неделю ты может не сдохнешь.
- Давай за месяц.
- Давай.
Политов пожал руку Алексею, а Огородников разбил их руки.

Офис фирмы Алексея находился на двадцать пятом этаже высотки на севере Москвы. У него был маленький кабинет огороженный матовостеклянными стенами от остального пространства офиса. Сам офис был невелик. В нём трудились лишь шесть сотрудников. Алексей сидел за столом перед широким дисплеем компьютера и стучал карандашом о стол. За ним было тонированное окно во всю стену. Посмотрел на часы. Шесть часов. Алексей нажал на кнопку на телефоне внутренней связи и сказал в трубку:
- Федь, зайди.
В кабинет вошёл мужчина двадцати девяти лет. Он был лохматый, бородатый, в очках с толстыми стёклами. Одевался Фёдор просто, как нищий провинциал.
- Садись, - сказал Алексей.
Фёдор сел на стул напротив Алексея. Тот протянул ему бумаги.
- Принимай. Это документы, позволяющие тебе руководить всей фирмой. Я надеюсь ты её не доведëшь банкротства.
- Ничего не понимаю.
Фёдор побледнел.
- Какой из меня руководитель?
- Надо Федя, надо. Никому другому я не доверяю. На тебя одна надежда.
- Случилось что-то страшное?
- Нет. Да. Вернее, пока нет. Меня не будет в Москве чуть дольше месяца. Все должны думать, что я во Вьетнаме занят продвижением совместного проекта.