Здравствуйте, я ваш ночной кошмар!

Это третье собеседование на сегодня. Если и тут не возьмут, то уже не знаю куда идти.

Как оказалось, диплом историка мало где может пригодиться. Ну что ж, будем надеяться на лучшее.

- Добрый день.

- Музей сегодня закрыт! – тут же перебил охранник.

- Нет, нет, – я всунулась в захлопывающуюся перед носом дверь. – Я по поводу работы.

Мужчина ухмыльнулся.

- Математик? Историк?

- Историк, - чуть запнувшись, ответила я, искренне недоумевая, зачем музею понадобился математик.

- Кабинет номер семнадцать, - кивнул он и зачем-то добавил: - Первый этаж.

- Естественно, первый… Каким же ему ещё быть в одноэтажном здании.

- Что?

- Спасибо, говорю, вы очень любезны!

Охранник что-то фыркнул, но посторонился и пропустил меня внутрь.

Зачем вообще в музее охранник? Не старенький дядечка-сторож, а дюжий мужик ростом под два метра и с плечами, едва пролезающими в дверной проход? Можно подумать, личного Тутанхомона в собрании заимели.

А вот и семнадцатый кабинет. Ну, была не была.

- Добрый день, - я решительно постучалась и, дождавшись отклика, вошла. – Я хотела…

- Математик? Историк?

Да что ж такое-то? Почему меня постоянно перебивают?

- Историк. Я вам звонила.

- Да, да, помню, - женщина, сидевшая за столом, устало потёрла переносицу. – С точными науками вообще не связаны?

- Нет.

- Жаль, - она протянула вдвое сложенный листок. – Отнесите в девятый кабинет, там же пройдёте собеседование.

Я, конечно, не поняла смысла в хождении из отдела в отдел, но в работе нуждалась, а посему послушно отправилась искать требуемый номер.

Табличка, возвещающая о кабинете «№9», впрочем, как и сама дверь, вскоре нашлась.

Глубоко вздохнув, я вошла.

- Добрый день! – и, не дожидаясь вопросов от стоявшего посреди помещения мужчины, твёрдо добавила: - Историк.

Мужчина хмыкнул, окинул меня заинтересованным взглядом, и жестом пригласил присесть.

- Как ваше имя?

- Романова Софья Алексеевна.

- Возраст?

- Двадцать пять. Закончила исторический факультет.

- Уже понял, - он мельком глянул на переданный мной листочек, и устало откинулся на спинку кресла. – А меня зовут Михаил.

Я ждала продолжения речи. Пока информации было не много, но предполагаемый начальник отчего-то замолчал.

Не зная, что сказать, наугад ляпнула:

- В честь Михаила Фёдоровича?

- В честь кого?

- Первого царя. В семнадцатом веке правил.

Ну а что? Показываю квалификацию.

- Нет, - улыбнулся мужчина. – В честь небесного архистратига. Теологией не увлекаетесь?

- А надо? – мне вдруг стало неуютно.

- Необязательно.

И вновь воцарилась тишина. Листочек так и лежал отброшенным на край стола, вместе с моим резюме, и совершенно не было понятно, подхожу я или нет для гордой должности – работник музея.

- Идёмте, - вдруг кивнул мужчина, словно что-то решил сам для себя. – Сегодня мы закрыты для посещения, но на то есть веская причина: прибыл новый материал. Вам любопытно?

- Да, очень!

- Это… некие существа.

- Бальзамированные экспонаты?

- Ну почему же. Вполне живые.

***

Михаил прошёл мимо больших залов, к маленькой неприметной дверке.

- Заходите.

Я опешила.

- Лифт?

- Вас что-то удивляет?

Он издевается? Лифт в одноэтажном здании? Конечно, меня это удивляет!

- Заходите, - повторил мужчина и первым сделал шаг внутрь.

Гм, ладно. Может это ритуал для новичков? Какой-нибудь тест на доверие. В любом случае, я согласна играть по вашим правилам.

Но стоило войти, как лифт дёрнулся и… поехал вниз.

И если моему удивлению не было предела, то стоявший рядом Михаил лишь приподнял брови, наблюдая за реакцией. Заметив столь пристальное внимание, я осторожно выдохнула, приподняла подбородок и уверенно взглянула ему в глаза. Лифты, везущие под землю? Эка невидаль. Каждый день на таких катаюсь.

Мужчина одобрительно улыбнулся.

- Даже не сомневался, - заметил он. – Вам так нужна работа?

- Очень.

- Ну, тогда, - лифт остановился, и створки разъехались в стороны, – добро пожаловать в святая святых.

Длинный, ярко освещённый коридор подземелья не казался чем-то особенным. Будто разгуливать под музейным зданием вполне естественно.

- Что вы знаете о мифах? – внезапно поинтересовался Михаил.

- Это повествование, передающее представления людей о мире, - обыденно начала рассказывать я, словно отвечала на экзамене. – О богах, героях, событиях или, например, о существах…

- Стоп. Вот тут подробнее. Перечислите.

- Существа? Ну-у… наверное, оборотни с вампирами самые классические.

- Слишком обыденно. Ещё?

- Драконы, феи, русалки, - я засмеялась. – Да мало ли их.

- Действительно, не мало, - Михаил опять кивнул, будто эти кивки способны хоть как-то прояснить ситуацию. – Пойдёмте, нам к дальней двери.

Коридор оказался очень продолжительным. Вереница наглухо закрытых дверей приковывала любопытный взгляд, но я мужественно удерживалась от вопросов.

- Нам нужен историк на бумажную работу, - вставил он вдруг. – Ничего опасного, только документы и отчёты. Вам нечего бояться.

Я пожала плечами. Кого бояться? Чучел? Так я вроде не из пугливых.

- Пришли.

Мужчина приоткрыл створку.

- Вы уверены, что согласны работать тут? Обратной дороги не будет.

- Да, конечно, уверена, - не раздумывая ответила я.

Думаю, на моём месте согласился бы любой. Уж очень странной оказалась беседа, и извечное женское любопытство достигло апогея. Я просто не могла отступиться.

- Знакомьтесь, наш новый сотрудник.

- Математик? – с надеждой в голосе поинтересовался какой-то старичок в кепке.

- Историк.

- Ну во-от…

За вожделенной дверью находилась небольшая группка людей, которую я почти не заметила. Всё внимание приковывала огромная клетка, занимавшая центральное место в помещении. А в ней…

- Что это? – я судорожно сглотнула.

- Где? – удивился старик.

- Там!

- Гамаюн.

- Что?

- Гамаюн вещий обыкновенный, - он метнул быстрый взгляд на Михаила. – Утром доставили. А что вас, собственно, удивляет, милочка?

Я изумлённо разглядывала находящуюся в клетке особу. Как это может не удивлять? Огромный белоснежный голубь с женской головой.

Существо улыбнулось и подмигнуло.

- Пророчество, вижу, сбывается, - пропело оно. – Человек предсказанный пришёл. Время верное я указала?

- Верное, - Михаил развернул листочек, что передала женщина из семнадцатого кабинета. На нём внятным почерком чернели цифры «14ч.03м».

- Свобода желанная обещана за правду мной предречённую, - Гамаюн расправила крылья. – Отворяйте же клети, смертные.

- Ты обещала двоих людей.

- Верно глаголешь, - птица тряхнула длинными волосами и рассмеялась. – Ждём прихода героя смелого, кто в науках точных сведущ да умом-разумом долог.

Михаил чуть тронул меня за плечо.

- Позвольте представить наших сотрудников. Ольга, Дмитрий, Анна…

Называемые люди кивали, и улыбались, а я по-прежнему таращилась на чудо-птаху.

- А это Аполлинарий Егорович.

Старичок в кепке махнул рукой.

- Выговаривать больно утомительно, так что зови просто – Егорыч. Я уж привык.

- Бывший охотник, - продолжил Михаил, - а ныне наш главный документовед. Если вдруг захотите узнать, не связаны ли с каким-либо пророчеством, спрашивайте у Егорыча. Он учёт всем птичкам ведёт.

Гамаюн толкнула голубиным задом клетку и вздохнула.

- Ведаю смятение в сердце твоём, - она вдруг склонила голову набок и  совершенно по-птичьи курлыкнула. - Но не страх. А хочешь, правду скажу? Что было, что будет…

- Чем сердце успокоится. Обязательно всё расскажешь, но не сегодня, - Михаил подал знак, и клетку накрыли тёмным покрывалом. – Полагаю, пришло время ответить на ваши вопросы. Ведь они у вас появились? Даже не сомневался.

***

Мне до жути было интересно, что тут, вообще, происходит. А потому, как только мы вернулись в кабинет, сразу же начала расспрашивать. Вот только ответы оказались совершенно фантастическими.

- Вы серьёзно? Настоящий Гамаюн? Как в сказках?

- Ну почему же в сказках, как видите, в реальности. Почему вас это так удивляет?

- Простите, но меня это больше, чем просто удивляет!

Михаил вздохнул.

- Послушайте, Софья. Вы, как историк, должны понимать, что верования древних славян основывались не на пустом звуке. Люди видели этих созданий и даже охотно сотрудничали с ними. Чем, кстати, нечисть активно пользовалась, - мужчина откинулся на спинку стула. – Хотя официальное христианство отвергает существование, скажем так, фольклорных элементов.

- А неофициальное? – мозг лихорадочно заработал, совмещая полученную информацию с тем, что было и так известно.

- А неофициальное создало нас.

- Музей?

- Организацию по борьбе с нечистой силой, - Михаил улыбнулся. – Пафосно, правда? Увы, название придумывали не мы, не нам его и менять.

- Но музей… нечисть… - я замерла. – Вы хотите сказать, что они обитают рядом с городом?!

- И в самом городе тоже. Не удивлюсь, если даже среди ваших соседей есть парочка нелюдей.

- Какая гадость…

- Гадость? Может быть. Но со временем, отношения человека и нечисти переросли из полного противостояния в дипломатическое сотрудничество. Мы не трогаем их, они не трогают нас. Полностью уничтожить их мы не можем, слишком много развелось, да и мстят отменно… Но отслеживать деятельность, перемещения и контролировать контакты с обывателями обязаны.

- Вот как? - хмыкнула я. – Значит, мне теперь тоже придётся бороться с ними? А что, я согласна. Звучит завораживающе.

Михаил понимающе кивнул.

- Когда-то я так же согласился. Под влиянием любопытства и жажды приключений.

- Потом пожалели?

- Нет, - он указал на листочек со временем. – Гамаюн сегодня предсказала ваш приход, а так же добавила, что будет выгодно взять вас на службу. Птаха редко ошибается, так что вам тоже придётся контролировать нечисть. Не бороться, а именно контролировать. Бумажная работа, помните? Одни ловят нарушителя, другие оформляют протокол.

- Фи, как скучно.

Я уже хотела было напроситься на должность супермена, точнее супервумен, но в этот самый момент дверь в кабинет распахнулась, и на пороге возник незнакомый мужчина.

- Когда, в конце концов… - повышая голос начал он, но узрев меня, чуть прищурился и рявкнул: - Математик? Нет?! Где этот чёртов математик?! Обещали час назад! У меня там анчутки разбежались!

Я, конечно, совершенно не знала, что это за существо такое «анчутка», но спрашивать не рискнула, и вместо этого тихонько поинтересовалась:

- А зачем вам математик?

Окинув меня хмурым взглядом, незнакомец обратился к Михаилу:

- Кто это?

- Знакомьтесь. Вацлав, наш сотрудник. Софья, твой новый документалист.

- Я просил нового охотника, а не бумагомарателя.

- С завтрашнего дня Софья поступает в твоё полное распоряжение, а уж какие обязанности на неё возложишь, меня не касается.

- Мне нужен охотник!

- И документалист.

- И охотник!

- Но есть только Софья.

Я прислушивалась к разговору и понимала, что быть охотником это намного круче, чем перебирать исписанные бумажки, попутно подшивая в толстую папочку. А потому нахально подняла руку:

- Могу переквалифицироваться в охотника!

Мужчины замолчали и переглянулись.

Бояться нечего, раз птаха велела взять на работу, обязательно возьмут. Осталось договориться о должности и зарплате.

- Нет.

- Почему? Вам нужен человек, а мне нужна работа.

- Нет!

- Я мифологию люблю, всех-всех знаю! – немного приукрасила я.

Михаил вздохнул.

- Нужна подготовка…

- Сделаю всё, что скажете! Окончу любые курсы!

- Ну если немного подучить…

- Я сказал «нет», - процедил сквозь зубы Вацлав.

- Пожалуйста, - я улыбнулась. – Всегда хотелось приключений.

Оба мужчины замолчали, думая о чём-то своём. Наконец, Михаил произнёс:

- Бегать умеете?

- В школе участвовала в соревнованиях.

- И?

- Была в самой серединке, - призналась я.

- Не так уж и плохо.

- Нет! – нахмурился Вацлав.

- Тебе же нужен человек. Поработай, научи. Через пару месяцев станет нормальным охотником.

- Если не сожрут раньше.

- Ну, зачем так сурово. Бегать-то умеет, - подмигнул мне Михаил.

Я кивнула. Убегу, спрячусь, буду сидеть тихо, как мышка.

- Чёрт, - Вацлав шумно выдохнул. – Мне бы того математика…

- Чего нет, того нет.

За окошком красовались первые золотые листочки на деревьях, солнце ласково согревало воздух, заползая тонкими лучиками даже в самые тёмные помещения. Пробегало по полу, задевало стол, и, в конце концов, усаживалось на противоположную стену, чтоб не пропустить ни слова из занимательной беседы.

- Ладно… попробуем, - безнадёжно махнул рукой Вацлав. - Приходите завтра к восьми.

Я довольно улыбнулась.

Сегодня определённо удачный день. Кажется, нашла работу мечты. Что может быть лучше оживших сказок? Йу-ху, буду спасать мир!

- Непременно приду.

- Уверен, из вас получится отличная команда, - подытожил Михаил, с усмешкой поглядывая на помрачневшего коллегу.

- О, да. Именно так должен выглядеть спаситель всего человечества, - я надела тёмные очки и улыбнулась отражению в зеркале.

Пришлось потратить целый час на подбор костюма. Сегодня первый день увлекательнейшего трудового опыта, а значит, и выглядеть надо соответственно.

Поправив тёмный жакет и прочертив пальцем идеально отглаженные брюки, придирчиво повернулась боком. Надо меньше жрать. А то как бегать-то?

Я чувствовала себя агентом 007, не меньше. И была согласна за самое-самое маленькое жалованье выполнять самые-самые опасные миссии. Кстати, насчёт жалованья… Надо бы уточнить этот момент.

Осознание того, что где-то, в стороне от обыденной жизни, есть новый уникальный мир с тёмными силами, совершенно не пугал. Наоборот, до безумства хотелось поскорее окунуться в приключения. К сожалению, тогда я даже не задумывалась, что это не добрые детские сказки, а значит, счастливый конец может никогда не наступить.

На данный момент, всю мою заботу составлял один-единственный вопрос: заплести волосы в косу или оставить распущенными. Что лучше подойдёт к образу?

Повертевшись перед зеркалом и решив, что с распущенными локонами кажусь симпатичнее, подхватила сумочку и, напевая бессмысленную мелодию, отправилась в музей.

Возле одноэтажного здания стоял вчерашний охранник и приветливо улыбался.

- Доброе утро. Значит, всё-таки вас взяли?

- Взяли.

- Это хорошо, - он расправил широченные плечи. – Надо же кому-то с бумагами разбираться. А то притащат всяких уродов, а сами ни единого документа не имеют. А вам уютно там будет. И безопасно. Заполните формуляр и свободны. Красота!

- А я буду не с бумагами сидеть, - почему-то захотелось доказать ему, что стою намного больше, чем посредственный секретарь. – Меня охотником взяли.

- Охотником? К Чеху, что ль?

- К кому?

Охранник чуть поморщился.

- Ну к этому… Вацлаву.

- Да. А что? Почему «чех»?

- Так он чех и есть. Национальность такая. А как ещё назвать? Имя-то не каждый человек запомнит.

Я хмыкнула. Интересно, его все так называют? Может он от этого такой вредный? Надо бы присмотреться, вдруг ещё какие особенности запримечу? Всё-таки работать вместе.

Вот с такими нехитрыми мыслями я зашла внутрь.

Музей работал. Шумел, как растревоженный улей. Несмотря на раннее утро, в павильоне толпились первоклашки, пришедшие вместе с учителем на экскурсию.

Толпа мелких семилеток создавала такой гам, что хотелось оглохнуть. Неужели и я когда-то была такой?

- Вы и сейчас не сильно отличаетесь, - прозвучал мужской голос.

Я обернулась. Позади стоял вечно недовольный Вацлав.

- А откуда…

- Вы сказали это вслух.

- Гм, бывает. Здравствуйте, кстати.

- Доброе утро. Идите за мной.

Мужчина направился к лифту. Проследив взглядом удаляющуюся спину, я задумчиво усмехнулась. Чех, значит… ну-ну. Посмотрим, как работается с нашими западными собратьями.

- Чем мы сегодня займёмся?

- Я буду работать, а вы опровергать анекдоты про блондинок.

- В каком смысле?

- В самом прямом. Покажете, на что способны, - зайдя в лифт, Вацлав нажал на кнопку и вперился в меня тяжёлым взором. – Запоминайте. Тут четыре подвальных этажа. В прошлый раз Михаил показывал второй. Я обитаю чуть глубже, на третьем. Вы теперь, соответственно, тоже. Надеюсь, проблем с клаустрофобией нет?

- Нет.

- Хоть что-то хорошее. На минус первом этаже общие аудитории и архив с весьма специфической библиотекой. Можете заглянуть при случае. Интернета под землёй нет.

- А почему?

- Не положено, - Чех устало пробормотал что-то неразборчивое про извечную глупость практикантов и добавил: - И запомните, что бы вы ни услышали из-за закрытых дверей, не смейте входить в чужие кабинеты.

Я насмешливо приподняла брови.

- Могу застать что-то неприличное?

- Можете застать свою смерть. Внезапную и нелепую.

Только сейчас до меня начало доходить, что радужная сказка закончилась и чем ниже едет лифт, тем реалистичнее становились древние легенды.

- А что на четвёртом? Вы так и не сказали.

- А вот туда соваться даже не думайте, – разом помрачнев, процедил он. – Теперь там обитает математик.

- О! Так он всё-таки появился? Пророчество сбылось? А чем он знаменит? А вы его покажете? Он тоже охотник? А мы с ним…

- Тихо! – повысил голос мужчина и, вздохнув, вдруг прошептал что-то на чешском.

Перевода, я, конечно, не знала, но поклялась сегодня же раздобыть словарь.

- Простите, что вы сказали?

- Мы приехали.

Лифт открылся.

Он вышел первым и повелительно кивнув, двинулся вглубь коридора.

Отрывистые, немного резкие шаги Вацлава притягивали внимание. Казалось, что вот-вот перейдёт на бег. Напряжённые мышцы перекатывались под белой рубашкой, вызывая у меня мимолётную улыбку. Интересно, он всегда так одевается или специально вырядился?

Высокий, темноволосый, черноглазый. А мне почему-то казалось, что чешские мужчины преимущественно низкорослые блондины. Надо же… ошиблась.

Я так засмотрелась, что едва не пропустила момент, когда он наконец-то остановился.

- Входите. Осторожно голову!

Неожиданно, что-то мелкое, но вертлявое, вцепилось мне в волосы.

- Ай! Больно!

- Я же сказал: осторожно, - Чех усмехнулся, и вдруг рявкнул: – Отпусти немедленно!

Я замерла, чувствуя как кто-то, обиженно фыркая, спускается вниз по моей спине.

- Примитивный анчутка. Они ещё вчера разбежались. Остальных нашли, а этот хорошо спрятался, зараза. Марш в клетку!

Нечто, именованное анчуткой, состроило гримасу и, гордо подняв мордашку с крохотными рожками, засеменил в угол.

 - Это кто такой?

- Бесёнок. Мелкий, но неприятности доставляет огромные, - мужчина приоткрыл железную дверцу, и, убедившись, что нарушитель спокойствия присоединился к пойманным собратьям, закрыл клетку. – Восточнославянская мифология.

- А подробнее можно?

- Библиотека вам в помощь, - довольно улыбнулся он.

Я хотела уточнить некоторые детали, но тут в дверь постучали.

- В чём дело?

- Чех…

В кабинет заглянул вчерашний старик.

- О, ты с Софьей? – Егорыч поправил неизменную кепку. – Не помешал?

- Чего тебе?

- Там математик работать отказывается. Михаил велел к тебе отвести.

- Математик? Конечно, веди.

- Только он это… немного шебутной.

Чех пожал плечами.

- Гении всегда со странностями.

- Это верно. Значит, веду?

- Веди.

Моё сердце замерло, предвкушая новые тайны. Кто же ты, загадочный жрец точных наук, любитель цифр и повелитель уравнений? Чем так знаменит, что поставил на уши весь музей?

В коридоре послышались шаги, а Егорыч посторонился, приоткрывая двери пошире.

Я торопливо растянула губы в самой очаровательной из своих улыбок и неосознанно сделала шаг вперёд.

- Доброе утро, - раздался тихий мужской голос.

Улыбка тут же угасла. На пороге стоял Михаил.

- А где математик?

- Я вижу и вас коснулся ажиотаж вокруг этого молодого человека, - улыбнулся мужчина.

- Где он? – повторил мой вопрос Вацлав.

Ага, нашему хмурому чеху не чуждо любопытство. Значит, темноволосый злюка обычный человек, а не машина по выплёскиванию негатива. Вот бы ещё узнать, отчего такой мрачный?

- Математик в библиотеке. Вацлав, поднимись туда.

- А почему не здесь?

- Я бы не хотел пугать нашего гения, он и так немного переволновался, - Михаил с намёком приподнял бровь.

Чех вздохнул.

- Ладно, иду. Софья, - он вдруг вспомнил про меня. – Осмотритесь пока. Только к анчуткам не подходите.

Кивнув и дождавшись, когда все уйдут, с предвкушением обернулась к клетке.

Подходить не буду, но рассматривать ведь никто не запрещал?

Мелкое создание  было очень похоже на мультяшного чёртика. Роста совсем небольшого – буквально двадцать-тридцать сантиметров - анчутка имел тёмную шёрстку, рожки и копытца, а под хитрыми глазками-пуговками посапывал свиной пятачок.

Я склонила голову, старясь осмотреть его сзади. И кажется, заметила хвостик…

- Чего уставилась? – неожиданно низко пробасил он.

- Ой! Что, простите?

- Чего, говорю, уставилась? Голых задниц никогда не видела?

- Это вы мне?

- Тебе, кому же ещё? Нагляделась?

От неожиданности я кивнула.

- Ну тогда, - бес прищурился. – Плати за просмотр.

Его собратья мерзко захихикали.

- Как платить?

- Как-как… Монетой!

Мне ещё никогда не приходилось разговаривать с чёртом, и поначалу немного растерялась, но потом взяла себя в руки.

- С какой стати? – усмехнулась я. – Вы сейчас тоже на меня смотрите, так что ещё подсчитать надо, кто кому должен.

Бесёнок ощерился.

- Новенькая, да?

- Неужто так заметно?

- А то как же. Пялишься бесплатно… традиций не знаешь…

- Каких традиций? – я присела на корточки перед клеткой.

Видимо, Чех не счёл нужным посвящать меня во все нюансы. Отправил в библиотеку, зараза. Ну, ничего, справлюсь как-нибудь сама.

- Какие традиции?

- Незыблемые, - односложно ответил бес.

- А подробнее?

- Монетку дашь, скажу.

Я аккуратно толкнула клеть.

- Землетрясение хочешь?

- Чего?

- Того.

Качнув железную тюрьму посильнее, с удовлетворением заметила, как парочка анчуток свалились с копыт.

- Ты что делаешь? – закричал чертёнок, цепляясь лапами за прутья. – Ошалелая. Понаберут всякий сброд.

- Так какие традиции?

Бесёнок что-то пробубнил сотоварищам, и вся нечисть, дружненько повернувшись задом, приподняли хвосты. Явив миру едва прикрытое шерстью мягкое место, синхронно вильнули им из стороны в сторону и, нагло ухмыляясь, вновь воззрились на меня.

- Ну как? Понравилось?

Я медленно выдохнула. Интересно, это реально их традиция? Вызывать гнев у каждого встречного? Или только мне так повезло?

- Чего молчишь? – продолжал бес, горделиво поглядывая на собратьев.

Довольный такой. Пятачок так и сверкает. Нелюдь, одним словом.

- А вы в парке аттракционов бывали? – расплылась в ответной улыбке я. - Нет? Зря.

Чуть приподняв клетку над полом, со стуком поставила обратно.

- Карусель первая. Всем пристегнуться!

Повезло, что клетка, как и сами анчутки, оказалась не тяжёлая. Хорошенько встряхнув, я подняла её повыше, намереваясь хоть как-то отомстить голозадым чертятам.

Но тут, как всегда, вмешался случай.

Мелкий пакостник, издав воинственный клич, со всей своей фольклорной дури, вцепился зубами прямо в пальцы. От боли и внезапности, я разжала руки, позволяя металлическому сооружению бухнуться обратно.

Клетка гулко клацнула.

- Ой…

Щеколда, придерживающая дверцу, сдвинулась в сторону.

- Твою ж…

Анчутки боднули рожками прутья, распахивая темницу, и неуправляемой гурьбой бросились врассыпную.

Мне рассказывали, что в критических случаях ощущение времени замедляется. Я не верила. Теперь понимаю, что оно не просто замедляется, оно движется как черепаха увязшая в болоте!

Столько разных мыслей и предполагаемых действий промелькнуло в этот момент в сознании, что Юлий Цезарь со своей многозадачностью просто курит в сторонке.

- Стоя-ять! – я бросилась за малышнёй.

Самый противный бесёнок, тот самый, что умеет лихо заговаривать зубы, остановился поодаль и, высунув язык, состроил хитрую рожицу.

- Догони! – фыркнул он, прячась в огромный шкаф, встроенный в стену кабинета.

Приняв решение поймать хотя бы одного, я успела всунуть руку следом, и меня тут же прищемило дверкой.

Ощущения, надо признать, не из лучших.

Тебя распирает от адреналина, а тут какие-то двери. Сразу вспомнилось, как Чех строго-настрого наказал не приближаться к анчуткам. Наверняка, сам так же бегал за ними. Ругаться будет…

Проскочила шальная мысль: а может уволиться, пока никто не увидел? И зарплату я до сих пор не обсудила, и про продолжительность рабочего дня ничего не узнала.

Но тут совесть взяла верх. Сама напортачила, самой и разгребать проблемы.

Стоило так подумать, как шкаф распахнулся, а вредный бес уже стремительно улепётывал в противоположный угол.

Я следом за ним! Осознавая, что догнать вряд ли удастся, решила хотя бы напугать. Криком.

Но те нечеловеческие звуки, которые начало издавать моё неприспособленное к подобным ситуациям тело, чертят, лишь, рассмешили.

Да и я сама, когда пыталась повторить их позднее, едва сдерживалась от улыбки.

- Ой, не могу! – прохохотал кто-то из нелюдей. – Бешеный олень!

Конечно, голосовые изыски не возымели должного действия, но хоть как-то смогли притормозить быстроходных анчуток. Те, просто передумали прятаться, наблюдая за цирком.

Заметив, что моя добыча тоже остановилась, я рысью кинулась вперёд.

Бес хрюкнул и, перепрыгивая через головы собратьев, метнулся к выходу.

- Стой, гад! Не уйдёшь!

В этот момент, у меня пронёсся целый вагон мыслей: «Не поймаю», «А что делать, если догоню?», «Как хорошо, что не одела каблуки», «Блин, я отстаю!», «О, появился шанс…», «Маникюру конец» .

Моих громких криков, конечно, никто не сумел разобрать, но как оказалось, слышали на всех этажах.

Стоило только дотянуться до зловредного гадёныша, чтоб наконец-то сомкнуть на его противной шейке дрожащие от напряжения руки, дверь распахнулась, и в проёме показался рассерженный Вацлав.

- Что тут происходит?! – не скрывая сердитого взгляда, прикрикнул он.

Я пискнула и, не удержавшись на ногах, повалилась на пол.

- Какого чёрта?!

- Вот этого, - изобличающе ткнула я пальцем в виновника всех бед.

Чех с шумом вздохнул.

- Я же просил не подходить к анчуткам. Или вы не слышали?

- Слышала.

- Так почему?!

- А у нас всё по плану, - я шикнула на хихикающую нечисть. – Учусь бегать.

И поднявшись с пола, под удивлённым взглядом Вацлава, широко улыбнулась.

- Обещала же тренироваться. Так что… вот.