Зелье для спящего некромага

Иди. Просто иди вперёд. Шагай твёрдо и уверенно. Следи за походкой. Никто не должен узнать, как трясутся от страха ноги, как подгибаются коленки. Стисни зубы и иди. Кого бы там ни встретила — призрака, полусгнившую нечисть, да даже лича! Всё будет лучше, чем оставаться среди этих нелюдей, скупающих людей за долги, как мебель в дом.

— И пока не откроешь центральные врата — не возвращайся! — кричали и улюлюкали вдогонку пропитые и прокуренные голоса пиратов.

— Какой это по счёту раб?

— Десятый. Дурацкие ловушки некромагов!

— Едрён-кротон, — выругался другой. — И не говори! Даже мёртвыми проблемы доставляют. Одним словом — нелюди.

Хриплые голоса пиратов отчётливо доносились до меня, разбивая звенящую тишину острова. Громче базарных бабок, они возмущались на тяжесть воровства в землях некромагов и как легко здесь расстаться с жизнью.

Я скрипела зубами. Как же, расстанутся они со своей жизнью! Не раньше, чем закончатся рабы. Я люто ненавидела пиратов, но прислушивалась к болтовне. Пока могла.

Тишина острова была неправильной, неестественной. Осознаёшь это не сразу. Чувствуешь лёгкий дискомфорт, начинаешь искать его причину и попадаешь в ловушку: чем больше вслушиваешься, тем отчётливее понимаешь, что ничего не слышишь. Ни пения птиц, ни шелеста деревьев — никаких звуков жизни, только собственные шаги — глухие и отчётливые. В полной тишине они звучат раскатами грома. От них каждый раз замираешь, боясь пробудить нечто, спящее в готическом особняке, — хозяина здешних мест.

Рядом с моей ногой с хрустом впилась ледяная стрела. Я вздрогнула и тут же себя за это отчитала. Сзади раздался недовольный голос:

— Пошевеливайся! В следующий раз буду целиться по твоим ногам!

Я судорожно вдохнула холодный воздух. В нескольких шагах передо мной виднелся узкий тёмный лаз. Он вёл куда-то вглубь мрачного дома некромага.

В груди тревожной птицей билось сердце. Как мне с высоким ростом туда пролезть? А что, если тоннель не завершён? Что, если предыдущие воришки погибли внутри, так и не закончив работу?

Позади раздался свист спускаемой стрелы. Он не дал обдумать все подсовываемые сознанием страхи. Я выдохнула, перекинула косы на грудь — не хватало ещё ими за что-нибудь зацепится — и нырнула в темноту.

Пыльный тёмный тоннель встретил сыростью. Выставив руку вперёд, я зажгла огонь на ладони, подсвечивая путь. При свете ощущение сдавливания усилилось в два раза.

— Да дери тебя ендук! — выругалась я морским прилипчивым ругательством. — Лучше без света.

Потушила огонь и поползла на ощупь. Стараясь прогнать нарастающую панику, разжигала в себе злость на отца, продавшего меня в рабство за долги:

— Это ж надо было так вляпаться! Вернулась из университета с дипломом. Получила родительские поздравления! Думала, какой отец заботливый — выпросил для меня контракт городского мага! Ага! Сейчас! Оказалось, это рабский! Говорит, ничего страшного, поработаешь сначала на пиратов двадцать лет. Выживешь и тогда поговорим! Ну, батя, подожди у меня... Приеду и подсуну тебе вместо лекарства эликсир превращения в... — я замолчала, усердно думая, во что бы превратить родителя. — Да пусть даже в табурет! Почувствует на себе, каково это быть использованным!

К моему облегчению туннель не закончился ногами трупа. Я почувствовала прилив свежего воздуха и осторожно зажгла огонь, выглядывая наружу. Пламя затрещало и трусливо попыталось потухнуть под действием густого мрака.

— Нет уж, давай-ка работай, — сварливо зашептала я, посылая огонь наугад в центр комнаты.

Тёплый оранжевый свет выхватил из мрака ряд стройных мраморных колонн, уходящих куда-то вглубь огромного дома. Пламя быстро исчезло из моего поля зрения, оставляя в недоумении.

Снаружи здание выглядело на порядок меньше. Это иллюзия?

Я взмахнула рукой, вытягивая шар в длинную огненную трость, и пошарила ей по сторонам, подсвечивая путь. Гладкая отполированная поверхность пола, подозрительно чистая от пыли, зеркально отражала огонь и моё удивлённое лицо. Фыркнув, я заметила, как похожа сейчас на сумасшедшего бродягу, околачивавшегося возле столовой университета. Зрачок в карих глазах максимально расширился, каштановые косы взлохматились и покрылись пылью. А ведь когда-то я была ещё той модницей...

Отогнав ненужные мысли, я размахнулась и ударила тростью об пол. Огненная вспышка пошла рябью, подтверждая догадку: это ловушка. Под поверхностью было что-то ещё. Трость резко дёрнули вниз. Я едва успела разжать руки, а она уже с шипением растворилась в чёрной глади пола.

— Зато пока нет ни одной нечисти, — нервно хихикнув, я попыталась себя взбодрить.

Делать нечего. Если полезу назад, меня убьют пираты. Надо искать способ пройти дальше.

Создав ещё одну трость, я начала методично простукивать пространство вокруг стены настолько далеко, насколько позволяла длина рук и сила моей магии. В конце концов, я определила траекторию тонкой дорожки, не пытавшейся утянуть вниз.

Помолившись огненному Богу Аресу и попросив больше сил, я пошла, надеясь не столкнуться с ожившими трупами своих предшественников.

Примерно представляя, какие ещё могут быть ловушки в доме некромага, я опустилась на корточки и, внимательно всматриваясь в пол, продолжила проверять каждый сантиметр перед собою. От шагов расходилась рябь по странной поверхности. Где-то под полом что-то хлюпало. Воображение рисовало ужасные, но красочные картины того, кто и чем там мог хлюпать, а коридор с колоннами и не думал заканчиваться, уходя в непроглядную бесконечность.

— Бог мой Арес, хоть бы там не оказалось рун. Меня же сразу разорвёт... — молилась я, прокрадываясь дальше.

Внезапно что-то вспыхнуло серебряным светом и тут же погасло. Я замерла, дрожа как зайр. Только не говорите, что это были чьи-то глаза... Вот опять, но уже ближе!

Я размахнулась и метнула трость, превращая её в копьё. Огонь пронзил мрак, на секунду освещая путь и выхватывая странные сгорбленные фигуры. Копьё погасло с шипением, оставляя меня в полной темноте. Правда, ненадолго.

Несколько пар серебряных глаз загорелись нездоровым интересом. На мои поиски у них ушло пару секунд. Раздался скрип ссохшихся костей, и обладатели глаз точно сфокусировались на мне.

Не ожидая тёплого приёма, я нырнула в куртку за заговорёнными огненными перьями и тут же кинула их во врага. Достигнув цели, они взорвались, давая время убежать. Только самоуверенный самоубийца будет открыто сражаться с нечистью некромага на его территории.

Зеркальный пол закончился, позади раздавались скрипучие догоняющие шаги, и я хотела полететь быстрей искры, но затормозила — это ведь идеальное время для ловушки! Самое то подловить врага, когда он расслабился! И точно.

— Фу... — передёрнула я плечами, рассмотрев предыдущих грабителей.

Их тела искорёжила магия рун. Стоило попасть в такой капкан, и несчастного разрывало на части от любого движения. Если уж посчастливилось оказаться внутри — никогда не выберешься живым самостоятельно.

Я подкинула вверх несколько огненных шаров и подслеповато всмотрелась: весь пол передо мной покрывали зловещие витиеватые узоры. Сглотнув, я понадеялась, что они не выгравированы в камне, а просто начертаны чем-то поверх, иначе мои шансы выжить равняются нулю.

— Слава Аресу, наши преподы добавили руны в курс университета, иначе лежала бы рядом, — ужаснулась я.

Разведя руки в стороны, я ударила широкой огненной волной по площади, сжигая письмена на полу. Чёрный зловещий густой дым заполнил всю комнату, оживляя мрак. Невозможно было ничего разглядеть. Я невольно шагнула назад. А если магия не сработала и руны всё ещё ждут меня?

Едкий запах заставил натянуть шарф на нос. Нечисть уже скрипела костями в спину. Я закрыла глаза, пытаясь прогнать подгонявшую панику, колотившую всё тело. Ну же, вспоминай! Что советовали делать на уроках? Чем я смогу обездвижить нечисть? У меня только огненная магия, но превратить их в пепел не хватит сил.

— А если... — шальная мысль молнией пронеслась в голове. Времени на обдумывание не было, и я решительно развернулась лицом к противнику.

Изувеченные тела нечисти оказались так близко, что я в мельчайших подробностях рассмотрела истлевшие серые тела, уже почти полностью ставшие костяными. Скелеты жутко улыбались во все тридцать два зуба и тянули скрюченные руки к моей шее. Серебряные глаза недружелюбно сверкали в провалах чёрных глазниц.

Главная проблема при встрече с нечистью: нельзя убить то, что уже и так мертво. Я взмахнула рукой, создавая длинные огненные шесты. Раскачалась и с разбегу перепрыгнула прямо над лысой головой центрального скелета, приземляясь ровно позади него. Он оценил мой пируэт звонким клацаньем челюстей. Как я и догадывалась — нечисть знала, где ступать, а я решила заманить их в трясину.

Раскачавшись, я как опытный циркач — на что только не пойдёшь, лишь бы живым остаться — стала ходить на огненных шестах, как на ходулях, наворачивая круги вокруг неповоротливой нечисти. План сработал: один за другим они оступались с дорожки и с сочным хлюпающим звуком уходили в небытие зеркальной глади.

Не успела я выдохнуть и порадоваться, как откуда-то сверху раздались аплодисменты, эхом отражавшиеся от стен.

— Вот так представление. Вынужден признать, вы самый талантливый вор за прошедшие полвека, — произнёс чей-то глубокий голос.

Я резко вскинула голову и обомлела: на меня снова смотрели серебряные глаза, только с глубоким голубым отливом, а их полупрозрачный обладатель светился изнутри потусторонним серебряным мерцанием.

— Призрак! — не веря самой себе, пропищала я.

От испуга я оступилась и слишком поздно поняла, что один из шестов с шипением утягивается под пол. Отпустив его, я опасно закачалась, быстро потеряла равновесие и, зажмурившись, полетела вниз, понимая, что даже жизнь перед смертью прокрутить в голове не успею.

Упала я во что-то упругое и холодное. Открыла глаза и в изумлении вытаращилась на точёный аристократичный профиль божественно красивого привидения. Привидения, у которого я была на руках!

— Я не призрак, — голосом, пустившим по мне мурашки, заверил он. — Просто вышел погулять из тела.

«Понятливо» закивав, я забегала глазами в поисках места, куда бы сбежать из рук холодного незнакомца. Под нами уже не было зеркального пола и непроглядной темноты. Секунда и я зажмурилась от яркого тёплого света свечей.

— Я приглашаю вас в дом, быть моим гостем, — поставив меня на твёрдую поверхность, заверил потусторонний хозяин.

Мы оказались в просторной и довольно уютной гостиной. Горели восковые свечи. На всех поверхностях вокруг кресел и диванов лежали стопки книг. Окна были плотно закрыты ставнями изнутри не только физически, но и магически — по ним бежали серебряные змейки охранной магии.

«Вот почему у пиратов не вышло зайти через окна», — отметила про себя я.

— С-спасибо.

— Альтаирис де Грат, — сухо кивнув, представился призрак.

— Палана С... — я прикусила язык и спешно присев в реверансе, продолжила: — Вы можете обращаться ко мне просто по имени, Палана.

Мужчина приподнял бровь:

— Я и не рассчитывал, что у вора будет фамилия.

Его слова кольнули ледяным шипом. Я натянуто улыбнулась. Да, именно такая у меня теперь роль. Роль, отведённая дрянным, обманувшим меня отцом, фамилию которого я больше не намерена носить.

Он оценивающе окинул меня взглядом. При свете я заметила, что глубокие глаза мужчины голубые и чистые, как замёрзшее озеро. Серебряным они светились только по краям, подчёркивая противоестественность существа. Длинные серебряные волосы шёлком рассыпались по широким плечам. Дорогой костюм выгодно подчёркивал полупрозрачную атлетическую фигуру. Несомненно, хозяина особняка можно было считать красавчиком. Девочки в университете от таких головы теряли. И судя по его мрачному выражению лица и ледяному взгляду, я тоже могу потерять голову, но, увы, в прямом смысле.

Эх. Вот если бы я сидела в гостях у такой высокородной особы, будь он живым — светилась бы от восторга! Но в гостях у мёртвого, ещё и некромага... Что он собирается со мной делать?

Я передёрнула плечами, физически ощущая острый взгляд.

— Вы невероятно гостеприимны к вору.

— Рад, что вы заметили. — Он подарил мне замораживающую душу улыбку. — Видите ли, я очень радушный человек, когда меня не грабят.

— Прошу прощения. У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда. Например: вы можете заключить со мной сделку и остаться живой или отказать и покинуть мир смертных, — приподняв бровь, ровным голосом сообщил Альтаирис.

— Какую сделку мне надо заключить? — ледянее спросила я.

— Пробудить меня ото сна.
— Что, простите?

Вокруг призрака резко похолодело. Казалось, я даже услышала треск льда. Интуиция заголосила во весь голос, требуя больше не злить некромага. Он посмотрел как на умалишённую и терпеливо объяснил:

— Видите ли, полвека назад в нашей империи произошла катастрофа: во время ритуала Бог смерти Мортис случайно утопил нас в своей энергии. Кто не успел спрятаться или уехать — погибли мгновенно. Благодаря отдалённости родового имения у меня было время подготовиться. Да и я предполагал, что это когда-нибудь произойдёт, о чём спорил с Дитосом... Гхм. Это всё уже неважно, — резко остановил он себя, поймав мой ничего не понимающий взгляд. — К сути дела: я погрузил себя в сон и собирался проснуться через несколько лет, но у меня не получилось. Если не хотите быть навечно заточённой со мной в этом доме, вам нужно пробудить меня. Я понятно объяснил?

Я спешно закивала, и в комнате тут же стало теплее.

— Всё понятно, только... — я глубоко вздохнула, набираясь решимости: — Почему вы считаете, что я на это способна?

Мужчина взмахнул рукой, и перед нами появился макет со странно знакомой комнатой. Я сглотнула, поняв, что прошла только малую часть ловушек.

— Как только вы оказались внутри стен моего дома, я всё слышал и видел. У вас живой ум и прекрасные способности. Вы что-то говорили про зелье и обещание превратить отца в гхм... табуретку? Вы изучали зельеварение? Предлагаю направить ваш алхимический талант в правильное русло, — победно улыбнувшись, заключил Альтаирис.

Кто бы мог подумать, что моя любовь болтать глупости вслух станет спасением от мучительной смерти! Я натянуто улыбнулась:

— У вас есть алхимическая лаборатория?

— Конечно! — он довольно кивнул и поманил рукой: — Следуйте за мной.

Я осторожно пошла за плывущим призраком. Внимательно всматривалась в окружение, пытаясь заметить намёки на ловушки и капканы. Некромаг, напротив, напевал какую-то весёлую мелодию и переливался серебряным светом. Узкая винтовая лестница вниз больше подсвечивалась его телом, чем тусклыми магическими огнями.

— Это святая святых. Вы удостоитесь чести посетить такое место, — самодовольно хмыкнул он, толкая тяжёлые дубовые двери.

Открывшийся вид выбил весь скепсис из моей головы. Детский восторг воспылал радостным огнём в груди, сжигая всю настороженность и рационализм.

— Невероятно! — хлопнув в ладоши, я подскочила к стеклянным перегонным трубкам и колбам, занимавшим половину огромной комнаты. — Такой лаборатории не было даже при нашем университете!

Я кидалась то к одному сокровищу, то к другому, уходя всё глубже и глубже в комнату. Лавировала между изящными перегонными устройствами, сосудами из разных материалов, всевозможными ступками и весами. Были здесь и паровые бани, и песчаные, и горны, и аж три печи с разными модификациями!

— Это тоже редчайший материал... ох, а это?! А что вот это?! — показала я на переливающуюся колбу.

— Это эссенция чёрного тумана из ониксовой пещеры, — покровительственным голосом объяснил Альтаирис. — У вас намётанный глаз. Вы сразу определили, какие ингредиенты и вещества здесь самые дорогие. Я не ошибся, выбрав вас. Слава Мортису, вор из вас вышел гхм... плохой.

Я нервно захихикала, не заметив, как застыло лицо призрака.

— Вы правы. Честно сказать, я им и не собиралась становиться. Другое дело прославиться алхимиком, сотворившим вечный огонь, подобный артефакту Бога Ареса! — я скинула куртку и закатала рукава, готовясь нырнуть в исследования.

— Не забывайте: сначала вам нужно разбудить меня.

— Да-да! Скажите, что вы уже пробовали? И чем отправили себя в м-м сон?

Альтаирис щёлкнул пальцами, и мне в руки приземлилась увесистая рукопись. Пожелтевшие листы были плотно исписаны изящным каллиграфическим почерком. Он на удивление легко читался, и я не заметила, как погрузилась в исследования с головой, усевшись в ближайшее кресло.

С каждой новой страницей я всё больше и больше восхищалась навыками нового знакомого. Он подробно излагал все процессы и этапы экспериментов. Объяснял, почему пришёл к таким выводам, а выведенные им схемы и формулы были понятнее тех, что я изучала в университете!

Чем больше я читала, тем сильнее печаль сжимала моё сердце. Какой ум! Какая изобретательность! Горечь раскатилась по языку, заставляя сожалеть о смерти человека, которого я почти не знала. Из головы совершенно вылетело, что по его вине я чуть не умерла, а возможно ещё и умру, если не смогу пробудить его.

«Но как? Как пробудить того, кто уже умер? Да и даже если это возможно, почему он со своим багажом знаний и временем всё ещё не смог?» — сокрушалась я.

Оторваться от дневника меня заставил возмутительно аппетитный запах. Я подняла глаза и обомлела — журнальный столик рядом с креслом ломился от горячей еды: жаренная в специях курица, тушёные в сладком соусе овощи, свежий ароматный хлеб, а ещё запотевший кувшин вина и засушенные фрукты!

Я сглотнула и потёрла урчащий живот. Когда последний раз мне доводилось есть такую роскошную еду? Год или два назад? Нервно оглянувшись и никого не заметив, я только сейчас обратила внимание на конверт, лежащий на подносе.

«Еда в моём погребе была надёжно законсервирована и прекрасно сохранилась. В моём состоянии она не нужна, так что наслаждайтесь блюдами и ни в чём себе не отказывайте.

P. S. Надеюсь, я скоро смогу разделить с вами трапезу.

Альтаирис де Грат».