Землянка для двух адмиралов

— Еще чаю?

Я смотрела в свою пустую чашку, пытаясь понять, как вообще всё к этому пришло? Я за пять дней отпуска на райской планете умудрилась вляпаться в историю, достойную самого дешевого голо-сериала. Я — Ольга Соколова, учитель русского языка и литературы, человек, чья главная суперсила — проверять тетради в час ночи и делать вид, что «Война и мир» — это увлекательно, теперь сижу в кресле, которое стоит больше моей земной квартиры, пью чай из сервиза, который, кажется, помнит какую-то древнюю династию, и пытаюсь переварить тот факт, что меня спас мужчина в боксерах, с которым я познакомилась на пляже.

Точнее, спас, как выяснилось только что, один из самых влиятельных людей в этом секторе галактики.

— Да, спасибо.

Я всё ещё чувствовала сильное волнение и унижение. В памяти оживали образы солдат с холодным блеском чешуи на хвостах, их жёсткая хватка и высокомерная улыбка той принцессы.

Принцессы, Оля. Ты умудрилась вылить кофе на самовлюбленную дочку императора и назвать её «пустоголовой курицей с плохим вкусом». Кто ж знал, что такая особа посетит такой обычный пляж?

— Надеюсь, вам лучше? — раздался вновь этот приятный голос, который после всего произошедшего действовал на меня успокаивающе.

Я подняла взгляд с пустой чашки. Он стоял напротив, облокотившись о массивную столешницу из темного дерева. Тот самый мужчина с пляжа. Только теперь в неформальной обстановке его собственного дома. Дом, кстати, тоже был тот еще — стильный, минималистичный, с панорамными окнами, выходящими на бескрайний океан. Но сейчас меня интересовал не океан.

Он был чертовски хорош собой. Я, конечно, заметила это еще на пляже, когда он подошел познакомиться. Представился Дареном, сказал, что отдыхает здесь пару недель, спросил, не составлю ли я ему компанию. Я отказалась — тогда мне хотелось побыть одной, а не флиртовать с незнакомцами, даже такими красивыми. Но сейчас, в полумраке гостиной, где играли тени от заходящего солнца, он выглядел иначе. Опаснее, что ли. Черные волосы до плеч, чуть растрепанные, обрамляли лицо с резкими чертами. Высокие скулы, прямой нос, чуть насмешливый изгиб губ. Он был одет в простую темную рубашку с закатанными до локтей рукавами, и я с какой-то запоздалой, совершенно неуместной остротой заметила, как напрягаются мышцы на его предплечьях, когда он подносит чашку к губам.

— Лучше, — подтвердила я, сжимая пальцами теплую чашку. — Спасибо вам... Адмирал Валор. Я даже не знала…

— Лучше просто Дарен, — он оттолкнулся от стола и взял изящный чайник, чтобы долить мне. Его движения были плавными, даже грациозными для такого крупного мужчины. — На пляже я вам представился именно так. И давайте сразу договоримся: меньше официоза. Меня от него тошнит.

— Дарен, — повторила я. — Тогда вы должны понимать, почему я немного... в замешательстве. Меня арестовали. Потом вы пришли, сказали пару слов, и эти... солдаты…

— Мои, — спокойно сказал он. — Формально все на планете подчиняются мне. И Кириану, — он кивнул куда-то в сторону, и я, проследив за его взглядом, только сейчас заметила в кресле у камина второго мужчину.

В отличие от Дарена, я его узнала. Видела его в новостях. Вроде что-то о спасении одной из наших колоний. Он был здесь с самого начала? Адмирал Кириан Рохш выглядел полной противоположностью Дарену. Если Дарен был огнём, Рохш — льдом. Короткие, почти платиновые волосы, идеальная стрижка, открывающая правильную форму черепа. Пока Дарен был расслаблен, этот застыл в позе абсолютного контроля. Он сидел, закинув ногу на ногу, в руке держал бокал с чем-то янтарным. И наблюдал за мной.

Вот прямо наблюдал. Взглядом светло-голубым, прозрачным, как вода в здешних лагунах. Он был красив той холодной, отстраненной красотой, которая обычно на обложках журналов или на экранах в новостях, когда показывают военных парады. Идеально выбритый, с четкой линией челюсти, он напоминал хищника в дорогом костюме. На нем был безупречный серый пиджак, под ним — тонкая черная водолазка, которая обтягивала широкие плечи.

— Адмирал Рохш, — представил его Дарен с легкой иронией в голосе. — Мой... друг и партнер. По планете и по службе.

— Кириан, — поправил тот. Его голос оказался глубже, чем я ожидала, и очень ровным. Безэмоциональным. — Не нужно пугать девушку званиями, Дарен. Она и так выглядит так, будто хочет убежать.

— Я не хочу, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойнее, чем я себя чувствовала. — Потому что всё равно бежать некуда. Принцесса... она ведь не успокоится?

— Проницательно, — Кириан сделал глоток из бокала. — Нет, не успокоится. Вы задели её самолюбие публично. Для зертанки, особенно императорской крови, это равносильно объявлению войны. Её хвост — это вопрос чести. А ваши слова о том, что «чешуя у неё похожа на дешевый пластик», стали вирусным мемом в местных сетях еще до того, как вас доставили в участок.

Я прикрыла глаза. Боже. Я просто вспылила. Она подошла ко мне на пляже, начала задираться. Я ляпнула первое, что пришло в голову.

— Я не знала, кто она, — выдавила я. — Для меня она была просто... неприятной особой с претензиями.

— Это не важно, — отрезал Дарен, присаживаясь на подлокотник моего кресла. Я ощутила исходящее от него тепло. Почему от него исходит такой жар? — Важно то, что она настроила отца. Императору плевать на земного учителя. Но он не может отказать своей единственной дочери, которая требует вашу голову.

— Головы не требует, — поправил Кириан. — Только пожизненной каторги на Эбоге.

У меня внутри всё оборвалось. Эбога. Планета-тюрьма, где не было сроков, только бесконечная добыча руды в радиационных шахтах. Я видела документальные фильмы. Оттуда никто не возвращался. Хотя туда и ссылают только тех кто не должен возвращаться. И я теперь в их числе.

— Я…

— Поэтому вы здесь, — Дарен неожиданно мягко накрыл мою руку своей. Его ладонь была горячей и шершавой. — Я вытащил вас под свою ответственность. Формально — для дознания. Но это временная мера.

— И что же мне делать? — я посмотрела на него, потом перевела взгляд на Кириана. Тот поставил бокал, поднялся и подошел ближе. Он двигался плавно, без лишних движений, как и Дарен.

— Есть вариант, — Кириан остановился напротив, скрестив руки на груди. — Он сработает, но потребует от вас... смелости.

— Смелости? — я нервно усмехнулась. — Меня хотят отправить на каторгу. Я готова на всё. Говорите.

Дарен переглянулся с другом, и в этом взгляде промелькнуло что-то, чего я не смогла расшифровать.

— Выйти за нас замуж, — сказал Дарен.

Я замерла. Чашка в моей руке дрогнула.

— Что, простите?

— Вы слышали, — Кириан говорил так, будто обсуждал тактическое построение флота. — У зертанов институт семьи отличается от земного. Из-за дефицита женщин многомужество — исторически сложившаяся и законодательно закрепленная норма. Особенно среди знати. Если вы станете нашей супругой, вы обретете статус, который император не сможет игнорировать. Он не пойдет на конфликт с двумя адмиралами из-за каприза своей дочери. Ссориться из-за этого с нами он точно не станет.

— Вы с ума сошли? — выпалила я, отодвигаясь от них обоих. — Я вас не знаю! Я вообще из другой системы! Я просто прилетела в отпуск!

— Это лучший выход, который у вас есть, — спокойно, без тени сомнения, произнес Кириан. — Альтернатива — Эбога. Там вы будете знать только одно — боль и холод. Мы же предлагаем вам год безопасности и относительной свободы.

— Год? — я зацепилась за это слово.

— Дело в том, — Дарен потер переносицу, словно подбирая слова, — что у нас тоже есть... свои резоны. Я не буду врать. Кириан — наследник рода Рохш. Его родители погибли полгода назад. По их завещанию, он получит полный контроль над семейным состоянием и сектором только через год после заключения брака. Условно — «год испытательного срока» для супружеской верности.

Я перевела удивленный взгляд на блондина. Тот не отвел взгляд, лишь на секунду его челюсть сжалась, выдав бурю эмоций под маской спокойствия.

— Родители знали, что без пинка я вряд ли заведу семью, — сухо бросил он. — Вот и прописали в завещании.

— А вы? — я посмотрела на Дарена. — У вас-то какая причина? Тоже наследство?

— Нет, — он усмехнулся, и в его темных глазах заплясали чертики. — Моя причина простая, но, надеюсь, не менее убедительная. Император уже год пытается сосватать мне эту самую принцессу. А я, как вы уже успели заметить, не в восторге от её характера. Вы были абсолютно правы насчет неё, когда красочно описывали.

Он замолчал, провел рукой по волосам.

— И знаете, — продолжил он, — я чувствую себя виноватым. Скорее всего, она докопалась до вас из-за того, что я подошел к вам на пляже. Не думал, что всё так обернётся. Так что, сделав вас нашей женой, я утру нос императору, избавлю себя от пожизненной перспективы слушать её визг и заодно исправлю то, что натворил. Это вопрос личного выживания. И совести, если хотите.

Значит, если бы он не решил со мной познакомиться, меня бы сейчас не пытались сослать на пожизненную каторгу. Иронично.

— То есть, если бы вы не подошли ко мне тогда, она бы не накинулась?

— Не факт, — вступил Кириан. — Принцесса вообще не отличает тех, кто ниже её по статусу. Вы могли просто не так на неё посмотреть. Но, — он бросил короткий взгляд на Дарена, — его внимание точно ускорило процесс.

— Отлично, — я усмехнулась. — Вляпалась в чужую драму, даже не участвуя в ней добровольно.

— Зато теперь у вас есть возможность испортить ей настроение, — усмехнулся Дарен. — Стать нашей женой — это хороший щелчок по носу. И для неё, и для её папаши.

Я растерянно смотрела на них. Огромный, черноволосый и теплый Дарен, который спас меня и правда возможно подставил. И ледяной, но какой-то невероятно честный Кириан. Два адмирала. Два красавца, от одного взгляда на которых у любой нормальной женщины слюнки потекут. Они предлагали мне сделку. Спасение в обмен на фиктивный брак.

Моё подсознание пыталось переварить тот факт, что двое самых опасных мужчин этого сектора галактики только что сделали мне предложение, от которого невозможно отказаться.

Где-то там, в глубине, настойчивый голосок нашептывал: «Соглашайся, дура. Ты посмотри на них. Это лучшее, что с тобой случалось за всё время. Даже если это безумие».

— А император? — спросила я поднимая взгляд на Дарена. — Вы же буквально насолите ему. Мало того, что дочка желаемого не получит, так еще и вы отказали получается. Не думаю, что ему это понравится.

Дарен усмехнулся. Он откинулся на спинку кресла, и рубашка натянулась на его широкой груди.

— Не думаю, что он решит ссориться сразу с двумя адмиралами из-за такого пустяка, — сказал он. — Понимаете, Ольга, император — прагматик. Дочка для него — инструмент политики. Да, он любит ее, но начинать вражду с флотами, терять контроль над двумя ключевыми секторами и получать проблемы от Совета Старейшин только потому, что какая-то земная девушка назвала хвост его дочери пластиковым? Нет. Он сразу поймёт, что игра не стоит свеч.

Я слушала их и чувствовала, как мой привычный мир, где проблемы решались звонком родителям или выговором завуча, рассыпается в прах. Здесь решали судьбы систем, а меня — обычного филолога — только что вплели в эту огромную, опасную игру.

— Я…

Как объяснить им, что я не готова? Что мой максимум риска за последние пять лет — это не выключить звук во время урока на личном коммуникаторе? Что я боюсь не только Эбоги, но и их самих? Не в смысле физической угрозы. А в смысле… их. Таких. Красивых. Властных. От которых веет опасностью и загадкой.

Я провела рукой по лицу, пытаясь собрать мысли в кучу. Они не торопили. Дарен просто ждал, поигрывая бокалом, а Кириан замер в своей идеальной позе, только взгляд слегка смягчился.

— Вы понимаете, насколько это безумно? — повторила я свой же вопрос, но теперь уже не им, а себе. — Я — учитель литературы. Моя самая сложная интрига за последний год — это угадать, кто подложил кнопку на стул Петрова. А вы предлагаете мне год играть роль жены двух адмиралов. Смотреть в глаза императору. Улыбаться принцессе, которая меня ненавидит. И… целоваться на публике.

Последние слова я произнесла, и меня бросило в жар. Потому что, если быть честной, проблема была не в том, что я не смогла бы. Проблема была в том, что мне бы это точно понравилось.

— Более чем, — хором ответили они.

Я взяла планшет и начала читать контракт. Пальцы немного дрожали, но сердце уже приняло решение. Потому что Эбога — это смерть. А здесь... здесь пахло морем, дорогим парфюмом и опасной, головокружительной авантюрой.

— Хорошо, — сказала я, поднимая глаза. — Я согласна.

Дарен выдохнул, и на его лице расцвела обезоруживающая улыбка. Кириан просто кивнул, но в его ледяных глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворение. Или даже предвкушение.

— Тогда, Ольга, — Дарен поднял бокал, который до этого стоял на столе, — добро пожаловать в семью.

Я подняла свою чашку с чаем. Сделка была заключена. И я очень надеялась, что это была не сделка с дьяволом. Точнее, с двумя.