⭐Землянка для Его Звёздного Величества

Амели

Чувствую тонкий аромат розового ладана.

О, нет. Опять начинается?

Бегу по лесной дорожке и пытаюсь не смотреть на трещину прямо в воздухе между соснами впереди.

Мне просто кажется. Так не бывает. Пространство не может трещать по швам.

Вдыхаю глубже, ускоряю бег, а лёгкие обжигает приторный запах ладана. Предвестник «галлюцинаций»…

Может, это последствия моих недомоганий? Побочный эффект?

Дыхание сбивается. Пульс зашкаливает. Пищит браслет на запястье. Жёлтый уровень… Красный! Противный писк режет по ушам, сигнализируя, что надо снизить темп, а лучше остановиться.

Внезапно пространство лопается передо мной, разваливается на две части. А я, так и не снизив скорость, заскакиваю прямо в чёрный провал трещины на пути.

Волосы взлетают вверх, а внутренности подскакивают к горлу, беспорядочно машу руками и ногами в кромешной тьме. Ничего не видно, а я ловлю яркое ощущение свободного полёта. Визжу во всё горло.

Темнота обнимает несколько секунд. И резко сменяется белым матовым светом.

Приземляюсь, словно кошка, на четыре конечности – упираюсь руками… в белый пол? Под ладонями мягкое упругое покрытие, от которого идёт приятное тепло.

Замедляю и выравниваю дыхание, как учил мастер йоги и мой духовный наставник.

Хорошо, что хоть браслет перестал пищать, правда, ещё сжимает запястье, давая понять, что пульс успокоился, но находится у верхней границы.

Оглядываюсь. Где я?

Что это за странная комната?

Просторная, с высоким белым потолком. Таким же белым, как и пол подо мной, и белые стены по периметру. Ровный матовый свет, не понятно из какого источника, заливает пространство.

Здесь ничего нет. Кроме странной вытянутой вертикально от пола до потолка… колбы? Капсулы? Барокамеры, блин! У дальней стены напротив меня. С матовой стеклянной округлой передней стенкой.

Всё стерильно чисто и… пусто. Как в медицинском центре.

Привстаю, делаю несколько осторожных шагов, оставляя на полу грязные разводы.

Ну, кто будет делать такой пол, на котором каждая маломальская пылинка заметна?

Подхожу к стене, зачем-то ощупываю поверхность – очень похоже на пол.

Краем зрения замечаю шевеление. Вздрагиваю и резко разворачиваюсь лицом к капсуле. Мне показалось или внутри неё огромная тень? Как будто там кто-то есть…

Пячусь, не отрывая глаз от капсулы, и упираюсь задом в стенку – дальше пятиться некуда. Только от моего прикосновения сзади раздаётся тихий шипящий звук. Теперь я резко разворачиваюсь обратно.

Приоткрываю рот, наблюдая, как стена отъезжает куда-то в сторону, оставляя передо мной тёмное открытое пространство… с редкими мерцающими… звёздами? Пугающая бездна под ногами и вокруг – на сколько хватает глаз! Так выглядит открытый космос?

С визгом отпрыгиваю. Дышу. Рассматриваю.

Любопытство перевешивает страх – вытягиваю руку. Стекло? Фух. А я уже подумала, что сейчас сорвусь вниз.

Передо мной огромное панорамное окно во всю стену. Я почти верю, что нахожусь в открытом космосе. На борту корабля?

Присвистываю. Космический туризм запрещён на Земле.

После выхода в космос люди узнали, что вовсе не одиноки во Вселенной. Но пока наши правительства не смогли мирно договориться ни между собой, ни тем более наладить дипломатические контакты с иномирными соседями.

Между Землёй и космосом висит ледяной занавес.

И тут мне становится не до глупых вопросов и размышлений. Я вижу в отражении стекла перед собой, как сзади в капсуле происходит движение. Опять дёргаюсь, разворачиваюсь обратно, сглатываю.

С еле уловимым шипением передняя матовая часть округлой камеры мерцает и исчезает.

И там, действительно, кто-то есть.

Ну, как кто-то?

Высоченный, широкоплечий, с невероятно развитой мускулатурой мужчина встряхивает головой с длинными влажными волосами, словно гигантский кот, отряхивающий шерсть от воды. Накачанное тело энергично дрожит волной, которая плавно переходит с головы на рельефный торс. Каждая мышца напрягается.

Эта капсула – типа, душ?

Нет, он – не кот. Сказочный барс. Хищный, опасный, и одновременно расслабленный, но готовый к прыжку, от которого не уйти его жертве. Сравнение с барсом приходит на ум из-за светло-серых волос с дымчатым оттенком, чуть длиннее моих собственных – ниже талии.

Волосы разметались по крепкому гибкому телу, частично закрыв крышесносный обзор идеального мужского образца… Совершенно голого образца… с абсолютно неприкрытыми частями тела, по которым можно изучать анатомию.

Сглатываю.

Нет, вряд ли по нему можно изучать анатомию – это мужское тело, скорее исключение из правил. Таких просто не бывает.

Если он, вообще – человек!

Прикладываю неимоверное усилие воли, заставляя себя оторвать взгляд от той части, между мужских ног, которая уж совсем не вписывается в представления об анатомии. У этого мужчины из странного сна всё нереально большое, начиная с роста – наверняка под пару метров, если не выше.

А его волосы…

Очень похожи на мои, из-за которых я столько намучалась, пытаясь скрыть седину, проявившуюся с самого рождения.

Только у мужчины волосы скорее серебристые, а не седые – шелковистые и отливают гламурным блеском. Как же за ними надо ухаживать, чтобы добиться такого эффекта? И он, похоже, совсем не стесняется такого цвета, в отличие от меня. С самого детства мама красила мои волосы, пряча седину.

Мамы уже нет в живых, а я продолжаю их красить.

А ещё волосы у мужчины частично заплетены в дреды. И это не колтуны, свалявшиеся из-за плохого ухода, а несколько толстых плотных жгутов. Туго скрученные и также ухоженные, как и всё остальное на этом эталоне, воплощающем даже не мужскую красоту – тут спорный вопрос – но однозначно суровую мужественность и силу.

И власть!

Которая читается не только в мощном развороте расправленных плеч, в широко расставленных для устойчивой позиции ног, но и в блеснувшем разрядом электричества взгляде.

Что?

Вздрагиваю, встретившись с его открытыми глазами. А меня будто прошивает этим разрядом. Мелкая волна дрожью прокатывается в теле. Пугает и волнует одновременно.

Он рассматривает меня. Совершенно не смущаясь наготы.

Несколько секунд мы пристально смотрим друг другу в глаза, и в тишине необычной комнаты, я отчётливо слышу удары своего сердца. Раз, два… отчего-то оно ускоряется. Разгоняя кровь в венах и посылая сигнал на браслет, который опять сжимается вокруг запястья, сигнализируя об ускорении пульса.

Мурашки пробегают по позвоночнику. Отче небесный, это он просто пристально смотрит на меня!

Не пойму, мне страшно или приятно от его внимания?

Храбрюсь. А чего мне бояться в собственном сне?

Какой горячий сон… Нафантазировать ТАКОГО мужчину! В реальной жизни на Земле я таких не встречала.

В реальной жизни мне нельзя иметь близость с мужчиной. Даже простой поцелуй, правда, против моей воли, вырванный у меня наставником в тот момент, когда я не подозревала о его намерениях, отправил наставника в больницу.

Недоумение мужчины напротив быстро сменяется оценивающим взглядом, скользящим по моему телу.

А я облизываю пересохшие губы. Он замечает – резко вскидывает прищуренные глаза на мой рот. Мне снова чудится блеск в мужских зрачках.

Смущаюсь. Опускаю взгляд ниже. Совсем низко не получается. Задерживаюсь на… впечатляющей части мужского тела, которая увеличилась и продолжает накапливать возбуждение… прямо на глазах… от того, что я туда пялюсь?

Воздух в груди перехватывает, а лицо обдаёт предательским жаром… Ну, в самом деле, чего я стесняюсь? В собственной эротической фантазии?

Вдруг, одним смазанным неуловимым движением, он оказывается прямо передо мной.

От неожиданности я глубоко втягиваю воздух и умопомрачительный запах чистого тела. Точно, это он из душа. Только мужской запах ничем не смыть. От него кружится голова.

А я практически утыкаюсь носом чуть ниже мощных контуров напряженных грудных мышц, рассматриваю капельки воды и кубики на прессе.

Сверху тоже шумно втягивают воздух, с удовлетворённым рыком выдыхают мне в макушку. Мужское дыхание разбегается мелкими дрожащими волнами по телу, ускользая в пятки. Ноги становятся ватными. Только бы не грохнуться перед ним.

Ага, прям носом в то, что недвусмысленно упирается мне в бедро.

— Тебя прислал Его Светлость?

Вопрос звучит на межгалактическом. Совсем недавно язык появился в факультативной программе, и наставник настоял на его изучении.

Мой уровень владения – выше среднего. Из-за настойчивости наставника. Не думала, что межгалактический пригодится в жизни.

— Меня? — мысли путаются, ничего умнее сказать не получается.

Мужские ладони оглаживают мои оголённые руки, медленно поднимаются от кистей до локтя, посылая рой мурашек, пищащих от удовольствия. Скользят выше, по предплечьям, половину которых закрывают плотно прилегающие к телу рукава моего коротенького рашгарда. Лёгкое сожаление от потери контакта кожи к коже вырывается едва слышным стоном.

Дальше он гладит плечи через ткань, лениво спускает пальцы ниже, на грудь. Ощупывает, по-хозяйски укладывает руки, примеряясь. Третий размер спокойно помещается в огромных ладонях, даже ещё место остаётся. Большой палец ныряет под нижний край рашгарда на рёбрах, дразнит грудь, пытаясь добраться до соска.

Наглая ласка незнакомца дарит новые ощущения. Я никому такого не позволяла. Так почему позволяю ему?

Пока я в ступоре таю от непозволительных прикосновений, он идёт дальше и задирает рашгард, освобождая груди. Теперь он нежно, но очень настойчиво ласкает голую грудь, изучая. Проводит большими пальцами так, что задевает туго сжавшиеся соски. Одобрительно рычит, присоединяясь к моему новому несдержанному стону.

Ладони жгутся. И это говорит о том, что сейчас они начнут светиться. О, нет…

Откуда в моей крови всплеск гормонов и почему либидо не просто проснулось, а подскочило на запредельный уровень несмотря на то, что после неудачного поцелуя с наставником, глушу его лекарствами?

Успокаивает то, что всё происходит в моей фантазии. В горячем сне. Ведь, этого всего не может быть на самом деле?

Не может же?

Или…?

Сомнения закрадываются потому, что так приятно мне ещё никогда не было. Ни в жизни, ни в самом сладком сне. Острые ощущения вонзаются в тело маленькими иголочками, покалывают, раздражая желанием продолжать.

Ещё никогда мне не хотелось ни одного мужчину в жизни так сильно. Ещё никогда я не была так близка к тому, чтобы перейти грань, которую не стоит переходить. Точно не стоит. Это во мне говорит разум, когда я замечаю яркий свет от своих ладоней.

СтОит – протяжно стонет тело вслух, заглушая в голове тонкий голос разума.

Мысли путаются. На задворках предающего сознания вертится что-то про то, что если ущипнуть, то можно проверить не спишь ли ты.

Вытягиваю руку, оглаживаю мужское бедро – приятная кожа, обтягивающая стальные мышцы. Скольжу ладошкой дальше, к мужской заднице – там же должно быть мягче. Мужчина одобрительно шевелит бёдрами. Отче космический! Вместе с бёдрами он шевелит и ещё кое-чем. Очень большим и твёрдым.

А его задница оказывается такой же плотной и накачанной. Как и все остальные мышцы тела. Со всей дури щипаю.

Запоздало доходит, что ущипнуть надо было себя…

Мой «воображаемый» ? мужчина грозно рычит и не остаётся в долгу. Он сжимает сосок, как следует прищипнув его. Видимо, призывая меня к совести. Что мигом приводит меня во вменяемое состояние. А ещё неожиданно вызывает прилив сильной волны возбуждения, стягивающей мышцы внизу живота в тугой узел.

Теперь они сокращаются вместе с биением сердца, стучащего в ушах. Всё сильнее и быстрее.

Это не сон?

Это так похоже на реальность!

Мужчина хрипло говорит куда-то в сторону, явно обращаясь не ко мне:

— Кровать.

Он тянет меня вниз, за собой. Готовлюсь упасть на твёрдый пол, но почему-то мы падаем на что-то мягкое…

Здесь появилась кровать? Не было же никакой мебели. Трансформировалась прямо из пола?

Чувствую мужскую руку на голом животе. Она собирается забраться ко мне в спортивные легинсы. Пальцы возятся с плотно прилегающим к коже краем толстого эластичного пояса, пытаясь залезть внутрь. Прикосновения окатывают теплом и подкожным тремором, как от небольших электрических разрядов.

Он точно чувствует бешеную пульсацию в моём животе. А я его тяжелое дыхание на шее.

Скашиваю глаза – его ладонь тоже светится? Также, как и мои собственные?

Виски пульсируют, отражая биение моего сердца всё сильнее, пока браслет на руке не взрывается оглушительной сиреной, призывая снизить нагрузку и успокоить зашкаливающий пульс.

От неожиданности незнакомец замирает.

У меня же немного проясняется в мозгах.

Тонкий знакомый аромат ладана ввинчивается в ноздри. Это точно не запах мужчины. А…

К большому удивлению я наблюдаю за тем, как огромный иллюминатор с космическим видом на всю стену даёт трещину. Пространство комнаты начинает раскалываться на части.

А чёрный провал трещины манит нырнуть в него.

Трещина становится шире, и сквозь темноту проглядывают очертания знакомого леса, тропинки… которая вдруг стелется до самой кровати.

Чтобы это не было – игры разума или реальное искривление пространства, мне необходимо вернуться домой.

Я спрыгиваю с кровати на тропинку. Голову болезненно дёргает назад. Он схватил меня за волосы? Оглядываюсь – нет, просто наши волосы переплелись и запутались. Резко тяну головой сильнее. Удаётся выдернуть свои волосы. С треском. И почему-то с искрами, рассыпавшимися вокруг.

Стоит ступить на тропинку у самой кровати, как пространство вокруг выворачивается так, что меня снова окружает лес. Я падаю без чувств.

А когда прихожу в себя, хлопаю глазами, оглядываясь: всё нормально. Я в лесу. Солнце в самом зените – прямо над головой, слепит по глазам. Снова грохнулась в обморок? Дурацкая слабость усиливается в последнее время. Ни медицинский центр, ни занятия с мастером не помогают.

До чего дошло, даже на пробежке потеряла сознание.

Зато какой яркий горячий сон приснился! Да, мечтательно вздыхаю. Таких мужчин только во сне встретить можно. Игра разгорячённого воображения.

Поправляю разметавшиеся в беспорядке волосы. С удивлением разглядываю прядь в руке – седая! Что случилось с краской? Опять облезла. В этот раз слишком быстро, не прошло и недели после окрашивания…

Перевожу взгляд ниже…

Отче космический!

Рашгард задран и на груди, которую ущипнул незнакомец, остался след засоса от его губ!

Не сон…

Волосы на голове шевелятся, словно живые.

Хочу поделиться с вами прикольными визуалами главных героев!

Нейросетка доставила массу приятных моментов и… отняла кучу времени. НО! Картинки двигаются, как живые! Только няшные)))

Знакомьтесь,

АМЕЛИ – земная девушка, которая не подозревает о своём скрытом потенциале, способном спасти или разрушить вселенную!

Ей пришлось обратиться в медицинский центр с жалобами на слабость и повторяющиеся обмороки. А там у Амели нашли ген, переданный по наследству мамой. Ген, который убил её мать…

ЭРДАН НАВЬЕР, ЕГО ЗВЁЗДНОЕ ВЕЛИЧЕСТВО – ИМПЕРАТОР МЕЖГАЛЛАКТИЧЕСКОЙ ОБЪЕДИНЁННОЙ КОНФЕДЕРАЦИИ (ОМК)

Император пугает Амели, потому что она чувствует мощь и непоколебимость его воли, когда он касается её. Его присутствие вызывает не только влечение, но и ощущение глубокого страха, словно он обладает силой, способной поглотить её. Эта реакция не осознаётся полностью, но она инстинктивно чувствует, что его присутствие влияет на её внутреннюю силу, о существовании которой она даже не подозревает.

Ну и, конечно, няшный поцелуйчик)))

Дорогие читатели, если вам понравилось начало, авторам безмерно понравятся ваши сердечки ❤️ на странице книги 

Не забывайте добавить в библиотеку, чтобы не потерять.

Пишите комментики))) ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА АВТОРОВ – будем знакомы!

— Ваше Святейшество, настоятельно рекомендую вам объясниться. Что здесь на самом деле происходит?

— Ваше Величество, ваши опасения не имеют оснований. Ритуал уже завершён. А я потратил много сил, и мне необходимо отдохнуть. К сожалению, вы не предупредили о визите, и я не смог подготовиться к встрече должным образом.

Он бросает взгляд на сломанный шлюз, выражая сдержанное осуждение, но не высказывает вслух. Лишь подавляет раздражение и продолжает вежливо увещевать:

— Предлагаю вам тоже отдохнуть после долгого путешествия в Бермудский Квадрант, который нелегко найти, — всё-таки досада проскакивает в интонациях Жреца. Я успел чему-то помешать? — А после мы поговорим и всё обстоятельно обсудим. Я отвечу на вопросы. Мне нечего скрывать.

— Не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством.

— Ну, что вы, для меня огромная честь принимать вас на борту своего корабля.

Окидываю неприглядную картинку передо собой внимательным взглядом, переходя на режим фиксации, которую могу позже воспроизвести в памяти, чтобы изучить. Стараюсь захватить каждую деталь. Для этого медленно обхожу зал по кругу.

Верховный Жрец переминается с ноги на ногу, сглатывая возражения. Но он явно настороже.

Задерживаюсь у алтаря. На нём потрескивает обычное белое пламя. Без лишних фоновых излучений. Хотя простого слова Тамира будет достаточно, чтобы последователи культа «Святой Плеяды» уверовали в святость огня.

Фиксирую в памяти трупы, затем руны, которые продолжают мерцать, отбрасывая неровный, дрожащий свет на неподвижные тела.

Показываю своим людям двигаться на выход.

Нам всем не помешает передохнуть. А мне надо собраться с мыслями перед разговором с коварным главой Плеяды.

Слышу его судорожный выдох за спиной.

Галактическая гниль! Скользкий астероид!

Захожу в предложенную каюту – пустое пространство заливает ровный матовый свет.

Времени и желания переделывать под себя нет. Чего мне сейчас точно хочется, так это для начала расслабиться и принять душ.

Командую модулю искусственного интеллекта, управляющего каютой:

— Биокапсула.

Часть дальней стенки трансформируется, выдвигается вперёд, перестраиваясь в капсулу.

Захожу внутрь. Активирую функцию душа.

Капсула сканирует лёгкий защитный экзо-костюм. Затем ультразвуковые ножи аккуратно разрезают швы, убирают застёжки. Гибкие манипуляторы стаскивают и убирают части одежды в отсек для чистки.

С наслаждением выбираю режим воды. Хочется тактильных ощущений. А не простого ионного очищения.

С чего бы это?

В памяти всплывает образ огненной девушки на алтаре. Жаль, не перестроил вовремя зрение на режим фиксации. Приходится воспользоваться остаточными ощущениями от восприятия того, что мне, возможно, просто померещилось.

Пожалуй, ментальный корректор сказал бы, что пламя вызвало образ в моём подсознании, отталкиваясь от ассоциативных желаний, которые я задвигаю на дальний план.

Какие приятные ощущения подкидывает подсознание. Соскучился по женской ласке. Возникает желание переключить капсулу в режим виара, побаловаться виртуальным сексом.

В последний момент откидываю идею. Нет, не сейчас. Да, и в целом, мне хочется тепла настоящего женского тела.

Отгоняю назойливые мысли, вызванные играми подсознания, подкинувшего манящий визуальный образ. Прокручиваю в голове предстоящий разговор со Жрецом.

С сожалением останавливаю поток. Пропускаю режим сушки. Мои дрейды шевелятся среди волос. Они впитывают всё до последней капельки, но продолжают недовольно ёрзать, заразившись моим желанием. Дрейды не хотят успокаиваться. Они тоже хотят «пошалить».

Прицыкиваю на них, призывая расслабиться и успокоиться.

Дверь капсулы мерцает растворяясь, выпуская наружу.

Довольно встряхиваю головой, разбрызгивая оставшиеся капли на длинных волосах. Встряхиваю и телом, разгоняя скопившееся напряжение в мышцах. Распахиваю глаза.

От неожиданности на мгновение замираю.

Снова игры подсознания?

Не похоже. На фоне панорамного окна во всю стену с видом на космос вижу прелестное создание из моих томных фантазий. Ту самую, которая мне мерещилась в якобы «Священном» пламени Верховного Жреца.

По крайней мере, очень похожа. Мне не удалось разглядеть её лица в ритуальной комнате, но сейчас я фиксирую женский образ, разглядываю каждую чёрточку, наслаждаясь воздушной красотой. Идеальна…

Хрупкая девушка жмётся к стеклу. Удивлённо моргает.

Дрейды шевелятся, требуя действовать.

Втягиваю воздух, пробуя запах незнакомки. Девушка вкусно пахнет. Настоящая!

Её волосы… Длинные, серебряные, очень напоминают волосы ардов. Только не вижу дрейдов. Сердце болезненно сжимается. Среди ардов больше не рождаются девочки. А что, если, всё-таки в каком-то дальнем уголке Вселенной, гены смогли возродиться в женском теле?

Она смотрит мне прямо в глаза, но долго не выдерживает, сглатывает и судорожно выдыхает, опускает взгляд ниже, застывает на середине пути… Смущается?

И заводит до чёрных дыр!

Чувствую, как нарастает моё возбуждение. Улавливаю, как учащается её пульс.

Скольжу взглядом по мягким изгибам женского тела. В ней всё идеально: черты лица, округлые формы груди и бёдер – на контрасте с юношеской худобой.

Девушка облизывает губы, взрывая мой мозг яркой вспышкой желания. Больше не могу оторваться от манящих губ. И не надо.

Использую частичную трансформацию для пространственного скачка, фиксируя точку выхода на сладком ротике.

Девушка утыкается лицом мне прямо в грудь. Чувствую её рваное дыхание на своей коже, пока зарываюсь носом в светлую макушку и с удовольствием делаю глубокий вдох. Оооо… Она точно настоящая. Не плод моих фантазий. Фантазии не могут так умопомрачительно пахнуть.

Улавливаю мелкую дрожь в женском теле. Какая чувствительная девочка, её потряхивает от желания близости со мной. А я уже давно полностью готов.

Только откуда она здесь взялась?

Почему так похожа на тот образ, который привиделся на алтаре? Сраный космос!

Неужели это происки Верховного Жреца? Кого он хочет подложить под меня?

— Тебя прислал Его Светлость?

Оглаживаю женские плечи, грудь, залезаю под короткую маечку. Девочка совсем теряется, растерянно бормочет:

— Меня?

Её голос срывается на хриплый шепот и заставляет задвинуть мысли о Жреце подальше. Не хочу отказывать себе в развлечении. Обо всем остальном я подумаю потом.

Задираю маечку и, наконец, добираюсь до аккуратных грудок с тугими сосочками. Мягко дразню, взвинчивая её возбуждение. Девушка стонет. У меня вырывается рык.

Выплёвываю команду модулю каюты:

— Кровать.

И утягиваю маленькую за собой вниз, предвкушая, как сейчас войду в неё. Сначала медленно, заставляя девушку громко стонать, требуя продолжения, а потом ускоряясь, пока не выплеснется всё скопившееся напряжение.

Веду ладонью по голому животику, и… запоздало понимаю, что экзокожа, которую я не снимаю с рук во время близости с женщиной, которая служит скинбарьером, чтобы не причинить партнёрше вред, осталась в биодуше… вместе со всей остальной одеждой.

Твою мать.

Чувствую, как теплеют ладони, краем глаза замечаю лёгкие отсветы на бархатной женской коже –мой неконтролируемый из-за желания поток ардовой энергетики прорывается наружу. Только… вовсе не оставляет ожогов. Наоборот, девушка лишь мелко подрагивает от микроразрядов, проскакивающих при соприкосновении.

Дрейды в моих волосах оживляются и пытаются вырваться из-под контроля. Они готовы попытаться установить с девушкой связь? Тугие жгуты дрейдов раскрывают свои кончики, распушая нервные окончания, подрагивают в предвкушении, тянутся к её волосам. Запутываются в них в поисках ответной реакции.

Серьёзно? Дрейды принимают её волосы за нервные окончания? Боюсь, моих ребят ждёт разочарование.

Чувствую, как пульсирует низ её живота, требуя продолжения. Девушка изнывает от желания, а я еле сдерживаюсь, чтобы не накинуться на неё и не испугать. Я войду медленно… Дам ей принять меня и привыкнуть. Слишком большие размеры не терпят спешки. Хочу подарить ей наслаждение.

Внезапно, оглушительная сирена сбивает настрой. Замираю, прислушиваясь.

Что случилось? Тревога на корабле?

Ошеломлённо наблюдаю, как огромная трещина ползёт по стеклянной стене иллюминатора, раскалывая её на две части. Но я не ощущаю нарушения герметичности.

А потом и вовсе выпадаю в осадок. Передо мной возникает очень реальная иллюзия – очертания зелёного уголка с какой-то курортной планеты. Высокие деревья выглядят очень натурально. И странная лесная тропа, которая неожиданно появляется у самой кровати, хотя я не давал команду трансформировать комнату, превращая её в природный пейзаж.

Девушка резко вскакивает, прыгает на иллюзорную тропинку, разбрызгивая искры, когда вырывает свои волосы из объятий моих проказничающих дрейдов. Дрейды обиженно шипят – очень чувствительные у них окончания. Зря она с ними так грубо.

Мне кажется или её ладони тоже светятся?

Она ступает на тропинку… и вдруг пространство словно схлопывается, а иллюзия исчезает. Вместе с желанной девушкой.

Без следа.

Сжимаю кулаки, пытаясь погасить энергетический выброс и успокоить возбуждение, которое разрывает тело от скопившегося и не нашедшего выход напряжения. Я бы, наверное, кончил, просто войдя в неё. Когда это я с таким трудом контролировал желание? Если только в подростковом возрасте, когда проснулся энергетический фон ардов.

Так отреагировать на воображаемую иллюзию, подсунутую мне Жрецом?

Что это было?

Ходят слухи, что в аномальном пространстве Бермудского Квадранта члены экипажей не редко видят галлюцинации. Но моя «галлюцинация» была слишком реальна!

Я её трогал, ласкал, распаляя страстное желание в чувствительном женском теле, вдыхал её головокружительный запах.

Бью кулаком по кровати и громко рычу.

Гаркаю:

— Доступ к видео записи каюты.

Механический голос дребезжит:

— Отказано.

Что за проклятые метеоры! Грёбаный Жрец со своими фокусами.

Я подключал личную фиксацию, сфокусировавшись лишь на лице девушки. Вызываю образ в памяти.

Рассматриваю. Идеальна.

И это – не галлюцинация!

В два прыжка оказываюсь в биокапсуле.

— Экзокостюм!

Расставляю руки и ноги, позволяя одеть себя. Убеждаюсь, что все девайсы на месте. По внутренней связи отдаю команду своим секьюрити:

 — Обыскать корабль.

Посылаю визуал девушки.

— Меня интересует она.

Верховный Жрец Тамир

В ритуальной комнате Верховный Жрец долго и медленно выдыхает. Стоит, прикрыв глаза. Его внимание обращено вглубь себя. Губы шевелятся в беззвучном шепоте.

Никто из священников не решается беспокоить Жреца, когда он сосредоточен на молитве.

Последователи в рясах стоят вокруг него, почтенно склонив головы, ожидая распоряжений.

Они не видят, как по лицу Тамира пробегает мелкая дрожь, как осунувшиеся черты искажаются, глазные яблоки и щёки проваливаются глубже, кожа натягивается так, что вместо лица проглядывает настоящий череп.

Если бы они могли разобрать его шёпот, то услышали бы два голоса. Диалог вместо внутреннего монолога.

— Ты нашёл её?

— Да, мой господин. Ритуал прошёл успешно, как вы и говорили.

— Так где же она? Мне не терпится скорее приступить.

— Ммм… — происходит неловкая заминка. — Светоч воплотился на алтаре. Теперь у нас есть её портрет, биометрия и точки координат места нахождения.

— Почему она ещё не здесь?

Со стороны кажется, что в груди Жреца нарастает утробный рык. Но послушники, привыкшие ничему не удивляться, не подают вида, что что-то не так. Лишь пристальнее всматриваются в древнюю каменную плитку ритуальной комнаты, выкопанную в процессе ритуальных раскопок на одной из отсталых планет.

Они избегают заглядывать в лица мёртвых братьев, принёсших себя в жертву и сейчас распластавшихся на полу. Вернее, братьев, которых принёс в жертву Жрец во время ритуала. Любой из присутствующих мог оказаться на их месте.

Невнятный внутренний разговор Жреца продолжается:

— Пространство искривилось во время ритуала, образовало щели для воплощения Светоча на корабле. Но нам помешали довести призыв до конца.

Утробное урчание превращается в грозный раскатистый рык.

Последователи лишь сильнее вжимают головы в плечи и усиливают внутреннюю молитву, перебирают чётки и громче шепчут вслух. Никто не смеет поднять глаз.

— Так доведи ритуал до конца! Призови её.

Жрец заикается:

— Время упущено. Аномалии Квадранта возрастают. Надвигается разрушительная сингулярность. Нам нужно срочно уходить.

— Где она?

— На отсталой планете, лишь недавно вышедшей в космическое пространство. Земля. Планета пока что на карантине. Но я вытащу её из-за ледяного занавеса. Обещаю.

— Это не только в моих интересах… — шипит сухой голос в нетерпении и постепенно слабеет.

— Знаю, мой господин. Это в НАШИХ интересах.

Жрец выдыхает, глазные яблоки возвращаются на место.

Он обращается к помощнику:

— Готовьте спасательные шаттлы. Сейчас здесь не останется ничего. Только чёрная пустота. Берём священный огонь и эвакуируемся. Срочно.

Один из послушников бросается к экрану корабельного модуля на стене, чтобы активировать тревожное оповещение.

Никто не видит, но его догоняет смертельный дротик, который Жрец выпускает из мини-арбалета на запястье, закутанного в складки мантии.

Священник падает замертво, не добежав до экрана.

Жрец воздевает руки к потолку:

— Кара небес постигла нашего брата. Поспешим же, мои преданные.

А своему помощнику отдаёт тихий приказ:

— Оповещение о тревоге вырубить.

— А как же Его Звёздное Величество?

— В Бермудском Квадранте часто пропадают даже самые смелые и отчаянные первопроходцы…

Жрец сдвигает брови. Взгляд его впалых потухших глаз пронизывает ледяным холодом до костей.

Помощник спешит выполнить приказ, осеняя себя обережной пядью скрещенных пальцев, имитирующих Святоч.

Амели

Вяло тащусь домой после пробежки. Надо принять душ и снова идти в медицинский центр.

Я опять пропускаю пары. А выпускной на носу.

Дожила. Уже небольшая физическая нагрузка вызывает обморок.

Нет. Не нагрузка, а моя эротическая фантазия с нереальным крышесносным мужчиной. Который напугал до дрожи в кончиках пальцев на ногах.

Простое воспоминание о том, как он смотрел на меня, уже пробирает мурашками до самых пяток. А этот его взгляд, в котором промелькнул электрический разряд? Качаю головой. Придумает же подсознание.

Меня слегка потряхивает, стискиваю ладони, пытаясь унять бесконтрольный тремор теперь уже в пальцах на руках. Они дрожат от того, что я его испугалась?

…или от того, что жалею о своём трусливом побеге? А что если, я бы…

Отче небесный! Мотаю головой, отгоняя дурные горячие мысли. Обхватываю себя руками, когда захожу в корпус общежития. Теперь меня знобит.

Да что ж такое! Бросает из жара в холод.

Нет. Это была не фантазия!

Всё было очень реально.

Пары уже начались, и общежитие опустело. Слава отче, меня никто не видит в таком растрёпанном виде с седыми волосами.

Забираюсь в душ под горячую воду.

Душ… тот незнакомец тоже вышел прямо из душа. В каюте космического корабля?

Капельки воды стекают по стенкам душевой кабинки, а у меня перед глазами эти самые капельки воды поблескивают на огромном мускулистом теле. Обнимаю себя, представляя его медвежьи объятия.

Смывая гель, глажу свою кожу, задеваю затвердевший сосок, посылая импульс желания в низ живота. Он меня ущипнул! И желание скручивается тугой спиралью.

…а мои ладони снова отсвечивают матовым светом.

Да, твою же мать! Бьюсь головой о стенку кабинки, сжимая пальцы в кулаки, пряча дурацкий свет. Что это? Что со мой происходит?

Мало мне проклятого гена в крови, который обнаружили в медицинском центре?

Мне пришлось обратиться к ним с жалобами на слабость и повторяющиеся обмороки. А они нашли ген, который по наследству передала моя мама. Ген, который убил её…

Врачи медицинского центра пожали плечами, почесали затылки в недоумении, отправили мою кровь для анализов в столичный научный центр.

Наставник Сергиус занимается нетрадиционными практиками и имеет своё мнение на мой счёт. Он говорит о запертом энергетическом потенциале в моём ДНК. О том, что обмороки случаются из-за того, что потенциал накапливается в теле и требует выхода.

Кхм… через интимную связь.

Кроме медитаций и дыхательных упражнений, Сергиус предложил попробовать тантрические практики. Исключительно в оздоровительных целях.

Откуда же я знала, что по факту, это он так «нетрадиционно» называл… секс?

Вот, когда он залез ко мне в рот своим слюнявым противным языком… при этом ловко сбросив рясу, проворнее любого стриптизёра, обнажив обрюзгшее немолодое тело… мои ладони и засветились первый раз. Напугав до чёртиков и меня, и самого наставника. Правда, Сергиус не отделался простым испугом.

Он получил «энергетический откат». Это его объяснение.

А врачи записали в истории болезни – удар электрическим разрядом.

Наставник предложил сохранить наш маленький секрет в тайне. Пугая тем, что меня запрут в каком-нибудь научном центре для проведения опытов. И посоветовал пока попить лекарства, приглушающие либидо. Во избежание… так сказать.

Самомнение у Наставника, конечно, зашкаливает. Его прикосновения не вызвали ни малейшего желания. Лишь тошноту.

Не то, что прикосновения пугающего незнакомца.

Из мыслей вырывает кипяток. Дёргаю кран, переключая на холодную воду. Задумалась и чуть не ошпарилась, пытаясь согреться от озноба.

Ледяная вода окончательно приводит в чувства.

Вылезаю, стуча зубами, и закутываюсь в длинное махровое полотенце.

Тянусь протереть большое запотевшее зеркало над раковиной.

Принюхиваюсь, вздрагиваю, уловив запах розового ладана. Да, раньше я безумно любила аромат, витающий в ритуальных комнатах Святой Плеяды. До тех пор, пока он не стал преследовать меня в повседневной жизни.

Только в зеркале почему-то отражается не моя светлая ванная комната, а тёмная серебристая… рубка космического корабля? Как-будто моё зеркало показывает фантастический сериал. Впереди огромное панорамное окно – лобовой иллюминатор? С видом в открытый космос? Панель со множеством кнопочек.

Спинка объёмного кресла перегораживает обзор.

А рука теряет опору и проваливается… прямо в зеркало, хватает воздух. Отдёргиваю ладонь, крепко прижимаю её к груди. Заодно прижимаю полотенце плотнее. Обеими руками.

Кресло медленно разворачивается…

А я попадаю под прицел знакомых мужских глаз. Не может быть.

В суровых глазах снова сверкает вспышка молнии… или мне так кажется от страха.

Мужские глаза расширяются, гипнотизируя, пришпиливают к месту, не позволяя двинуться.

Заторможено наблюдаю, как огромная крепкая фигура поднимается из кресла. Только сейчас он одет. В какой-то космический костюм? Который облегает мощное тело, словно вторая кожа, подчёркивая развитую мускулатуру.

Плавным хищным движением он оказывается прямо у самой границы зеркала. Которой больше нет. То есть он оказывается прямо передо мной, чуть наклоняется – мы стоим носом к носу.

Что ему нужно? Он преследует меня? Как такое возможно?

Сильнее сжимаю пальцы, плотнее прижимая к телу полотенце.

Чувствую рукой, как бешено бьётся моё сердце. Даже кажется, что слышу его стук.

Спохватываюсь. Делаю медленный осторожный шажок назад.

В висках пульсирует только одна мысль: «Бежать!».

Его губы двигаются. Он чётко выговаривает:

— Даже не думай!

И эти слова служат спусковым крючком. Не успев толком ни о чём подумать, на рефлексах разворачиваюсь, чтобы дать дёру, как требует инстинкт самосохранения.

Далеко убежать не получается.

Вернее, совсем не получается. Потому что сзади меня хватают за полотенце и удерживают, не давая улизнуть.

Я же крепко вцепилась в полотенце закостеневшими пальцами, прижимая его и пряча наготу. И я готова посверкать голым задом, а заодно пятками, лишь бы убежать от пугающего мужчины. Только пальцы не желают разжиматься.

Незнакомец же дёргает за полотенце, пытаясь развернуть меня. Но с такой силой, что ткань трещит, мои бедные пальчики так и не желают разжиматься, но он оказывается гораздо сильнее, вырывает из них махровые края, сдирая с меня полотенце, а заодно разворачивая к себе лицом.

Я визжу, пытаясь прикрыться руками.

Он оторопело разглядывает меня, застыв с полотенцем, зажатым в ручище.

Смаргивает и бросает его в меня, поднимает руки, раскрывая ладонями наружу в успокаивающем жесте:

— Тихо… Тшш…

Не успеваю среагировать и поймать полотенце, падающее на пол. Провожаю его растерянным взглядом полным сожаления. Вскидываю голову обратно вверх. Успокаивающий жест незнакомца гипнотизирует. Мой крик стихает, я захлопываю рот.

И пока я стою в полном недоумении, незнакомец снова одним смазанным движением оказывается прямо передо мной, приподнимает мою голову за подбородок, всматривается в лицо.

Ну почему от страха в моём теле снова вспыхивает жгучее желание? Особенно сильное из-за того, что я понимаю, что именно сейчас я в его власти. Он может сделать со мной, всё что захочет. От такой близости мужского тела, от его запаха, отключается мозг.

Он может сделать со мной всё то, что я хочу сама…

Ведь его не прошибло током, вернее, моим «энергетическим» потенциалом, когда он нагло ласкал моё на всё согласное тело.

Я стою совершенно голая перед ним…

Судорожно вдыхаю воздух, когда вижу, как он наклоняется ниже. Ещё ниже. Его губы совсем близко от моего лица и… я приоткрываю рот. От неожиданности и испуга… а вовсе не от ожидания поцелуя?

Только его губы так и не успевают коснуться моих.

Внезапно раздаётся противный громкий скрежет и пространство вокруг нас идёт трещинами. Только что не разваливается на куски.

За спиной незнакомца лопается зеркало. Когда оно успело стать нормальным? Он что, теперь останется здесь и не вернётся назад? Откуда бы он там не пришёл?

Не успеваю додумать мысль. Во все глаза наблюдаю, как зеркало разлетается на осколки, которые рассыпаются в разные стороны.

Зато успевает среагировать мой страшный сексуальный преследователь.

Он сгребает меня в охапку, вжимая в себя, и тем самым закрывает широкой спиной от острых осколков, которые могли бы поранить, если не убить.

Осколки ранят его. Он молча пережидает, пока зеркальная поверхность осыпается на пол.

Я так и застываю, голая, в удушающих объятьях. Дышу часто-часто. Чувствую, как что-то приятное нежно скользит по спине. Что это?

Наконец, он медленно распрямляется, оборачивается назад, разглядывает то место, на котором пару секунд назад было зеркало. Меня не выпускает, но я изворачиваюсь так, что тоже подсматриваю из-под его руки.

Вместо зеркала снова открыт проход в рубку космического корабля.

Только этот проход идёт рябыми волнами, и начинает стягиваться с углов к центру, уменьшаясь с каждой секундой.

Из дыры раздаётся ещё один мужской голос:

— Эрдан, куда ты делся? У нас проблемы, Эрдан!

Мужчина отстраняется. Он колеблется. Смотрит на меня, затем на затягивающуюся дыру. Которая, типа, портал? Разве такое возможно?

Шепчу онемевшими губами, догадываясь о его намерениях:

— Я никуда не пойду…

Он досадливо поджимает губы, цедит:

— Да куда тебе идти? Слишком опасно. Жди меня здесь. Я вернусь за тобой.

Секунду он борется сам с собой и нехотя разжимает объятия, выпускает, а сам прыгает в уменьшающийся проход в стене. И как только такое большое тело может быть таким пластичным и грациозным?

В последний момент он успевает проскочить, и дыра схлопывается, бесследно исчезает.

Протягиваю вперёд руку, в неверии делаю шаг к раковине, хочу потрогать стену, убедиться, что она на месте. При этом я наступаю на острый осколок.

Шиплю, поджимая ногу. Больно.

Осматриваю россыпь зеркальных кусочков на полу.

Это всё реально!

Мужчина существует на самом деле? Припоминаю, как его звали с другой стороны.

— Эрдан, — произношу имя вслух.

Красивое. Необычное. Кто он? И зачем я ему нужна?

Желание близости с незнакомцем затухает, скручиваясь тугой спиралью страха перед неизвестностью.

Мне уже бояться? Он сказал, что вернётся за мной.

Амели

Влезаю в университетскую форму. Одёргиваю юбку. И почему они такие короткие?

Надеваю парадную белую рубашку и повязываю голубой галстук медицинского факультета. Сегодня после пар общее официальное собрание, где мы будем давать клятву Гиппократа. Пять лет сложного обучения позади. Осталось защитить диплом. А перед защитой – клятва.

И если вместо пар мне придётся тащиться в мед.центр из-за утреннего обморока, то собрание пропустить нельзя. Главное не опоздать.

Поправляю браслет на запястье. Удивляюсь показателям – они в норме! Стряхиваю рукой. Может браслет барахлит? Ладно, сейчас в центре возьмут анализы и всё проверят.

Выбегая из комнаты общежития, с досадой бросаю взгляд в зеркало – ничего не успела сделать с непослушными волосами, с которых снова облезла краска. После мытья они поблескивают на солнце. И даже кажутся не седыми. А серебристыми… Как у пугающего незнакомца.

Трогаю губы пальцами. Он хотел меня поцеловать?

Скорее хлопаю дверью. Подальше от зеркал. Я теперь их боюсь.

В мед.блоке прохожу стандартные процедуры: забор крови, сканирование. Вспыхивают зелёные индикаторы, звучат приятные сигналы нормы.

Когда это в последний раз у меня были такие показатели?

Мой терапевт, Ирина Владимировна, удивлена даже больше, чем я сама:

— Ами, милая, так ты говоришь упала сегодня в обморок на пробежке? — она подозрительно щурится. Не верит? — Но твои предварительные анализы и сканирование показывают, что ты в отличной форме. Даже уровень гемоглобина чуть выше среднего. Мы никак не могли натянуть тебе его хотя бы до нижней границы. А сейчас – это просто какое-то чудо. Что на самом деле с тобой произошло?

Галлюцинации со мной произошли. Наверное. Не знаю.

Если расскажу и скажу, что верю, что всё было взаправду, боюсь меня точно отправят на проверку в психушку.

Поправляю браслет. Значит, он исправен. А я выгляжу врушкой.

— Но, я, правда, потеряла сознание пару часов назад. В лесу, — осекаюсь на полуслове под строгим взглядом врача.

— Ами, я допускаю, что ты переволновалась после всех выпускных экзаменов, с подготовкой диплома и перед общим собранием, где вы сегодня будете давать клятву. Но. Это не повод отлынивать таким образом. Не волнуйся, клятва – это совсем не страшно. Сканер считает биометрические данные и внесёт в общую базу врачей. И да, теперь, где бы ты не оказалась, если кому-то понадобится помощь, ты будешь обязана приложить все усилия, чтобы спасти человеческую жизнь.

Киваю, шепчу:

— Сделать всё, что в моих силах.

Вкидываю голову:

— Но я не собиралась пропускать собрание. Я столько училась ради диплома, ради того, чтобы помогать людям.

В глазах Ирины Владимировны читаю всё тот же упрёк. Она сомневается и договаривает за меня:

— Или ради того, чтобы разобраться, что за проблема с твоим странным геном…

И ради этого тоже. Ведь, мою маму убил этот ген. Когда мне было четырнадцать. Возможно, такая же участь ждёт и меня.

Моя врач как будто читает мысли. Она участливо уговаривает:

— Вовсе необязательно, что ты повторишь судьбу своей мамы. Смотри, сегодня у тебя отличные анализы.

Она светит фонариком мне в лицо, проверяя глазное дно. Удовлетворённо мычит себе под нос.

— Здесь тоже всё в порядке.

Ирина Владимировна бросает взгляд на настенные часы.

— Ами, детка, я напишу тебе освобождение от пар, но до собрания ещё есть время.

Я благодарю и поднимаюсь, спеша на выход. Как стыдно и неудобно. За беспокойство врача, за то, что я выставила себя лгуньей.

Все показатели в норме. Но почему я тогда упала в обморок?

Доктор останавливает:

— Подожди, Ами, пожалуйста. Пришли результаты одного твоего анализа. Из центра. Думаю, стоит их обсудить.

Я замираю. Это то, о чём я думаю? Скрининг того самого злосчастного гена?

— Побудь в кабинете, — она протягивает пульт от телевизора. — Можешь пока что-нибудь посмотреть.

Сначала пялюсь в закрытую дверь. Потом ватные ноги подгибаются, я плавно оседаю на диванчик. С пультом в руках.

Бездумно щёлкаю кнопками, переключая каналы.

Пока одна из картинок не заставляет замереть с поднятым над кнопкой пальцем и отвлечься от грустных мыслей и напряжённого ожидания анализа.

На экране телевизора мерцает бескрайний космос — бархатисто-черная бездна, усыпанная битыми осколками света – миллиардами звёзд. Точь-в-точь, как я видела утром в иллюминаторе.

Делаю громче.

Трансляция ведётся на межгалактическом. Хотя информационное поле Земли блокируется нашими властями и ледяным занавесом, некоторые галактические новости, всё-таки изредка просачиваются в медиа пространство.

— Экстренные новости.

Слышу упоминание «Святой Плеяды», и становится понятно почему информация просочилась. Культ распространил влияние на многие галактики, приобрёл бесчисленное множество последователей. Его влияние настолько велико, что вера проникла даже сквозь ледяной занавес, обросла храмами и преданными даже на закрытой карантинной территории Земли.

Я сама – воспитанница культа. После смерти матери они забрали меня в приют, оттуда я поступила в колледж и потом в медицинский университет.

У меня крепкая связь с наставником из Плеяды, который помогает справиться с мучающей меня слабостью. Была крепкая связь. Теперь и не знаю, как общаться с ним дальше.

Вслушиваюсь в голос диктора.

— Сам Верховный Жрец организовал и возглавил опасную миссию – экспедицию в Бермудский Квадрант, чтобы найти Светоч – мифическое «Негаснущее пламя». Древний источник божественной силы и озарения, способный исцелить души и принести галактике новое духовное возрождение.

На экране появляется изображение ритуальной комнаты, камера делает наезд на горящее пламя.

— Ритуал завершился успешно. Сейчас вы видите редкие кадры – священный огонь на алтаре сразу после призыва.

Заворожено наблюдаю за языками пламени, которые сплетаются в хрупкий женский силуэт. Или мне просто кажется?

— Сам Император межгалактической конфедерации, его Звёздное Величество Эрдан Навьер выказал честь, воздал дань и глубокое уважение, посетив церемонию, рискуя собственной драгоценной жизнью.

На экране появляются кадры стыковки небольшого шаттла с имперской маркировкой и огромного космического корабля. А затем, камера снова возвращается в тёмную ритуальную комнату, в которой теперь появляется массивная мужская фигура в сопровождении чуть менее объёмных охранников.

Вздрагиваю.

Запоздало доходит, что диктор сказала: Эрдан?

Вглядываюсь внимательнее. Не может быть… Это не может быть ОН?

В темноте ритуальной комнаты не разглядеть.

Я всё себе придумала. Теперь я даже не уверена, что слышала у себя в ванной именно это имя. Эрдан.

— Мы вынуждены сообщить и печальное известие. На корабль Верховного Жреца обрушилась вихревая сингулярность.

Снова на экране космос. Только картинка теперь пугает, запуская холодную струйку по позвоночнику.

Как будто ребёнок взял толстую кисть и водит кругами, смазывая мерцающие звёзды, тьму и туманные завихрения в воронку, которая заглатывает огромный космический корабль Плеяды, и выворачивается наизнанку зияющим зевом чёрной дыры.

— Верховному Жрецу в сопровождении некоторых служителей удалось покинуть корабль в последний момент. К сожалению, вывезти священный алтарь не удалось. Модуль ритуальной комнаты отстыковался в экстренном режиме автопилота, но не смог преодолеть притяжение сингулярности. Зато Жрецу удалось вывезти частичку священного «Негаснущего пламени», которое теперь многократно размножится и будет передано по всей Вселенной, до самых её отдалённых уголков.

А потом в телевизоре вспыхивает портрет. Прямо на весь экран.

Диктор вещает с надрывом:

— О Его Звёздном Величестве пока нет известий. Император не выходит на связь. Возможно, его жизнь стала ещё одной великой жертвой во имя Светоча. Склоним наши головы и помолимся.

Далее следуют пятнадцать секунд тишины.

В такт с тиканьем секундной стрелки, бьётся и моё сердце. Прямо в унисон. Отдаёт в виски.

Я играю в гляделки с экраном. Вернее, с портретом Межгалактического Императора.

Все мои сомнения рассеиваются.

Это ОН.

Тот, в чьих объятиях я сегодня побывала.

Тот, кто взорвал моё тело желанием, а голову иррациональным страхом.

Неужели он погиб?

Тогда мне больше ничего не угрожает?

Только почему-то вместо облегчения на душе становится очень тяжело.

Противный скрип несмазанных дверных петель заставляет оторваться от телевизора. Медленно оборачиваюсь, пытаясь переварить всё только что увиденное и услышанное.

В комнату тенью проскальзывает наставник Сергиус.

Только его мне не хватало. Успел оклематься?

— Амели! — шелестит умиротворённый голос наставника, — рад видеть тебя в добром здравии.

Мягкая улыбка трогает кончики его губ, руки невзначай перебирают чётки. Он делает шаг ближе.

Не могу ответить взаимностью на приветствие. Сглатываю.

Ряса Сергиуса подметает пол, голова чуть склонена в пол, выражая смирение. Ну, аки агнец Светоча.

А я видела его оплывшее немолодое тело с круглым животиком под рясой, в голом виде. Он касался меня и лез противным языком в рот. Тантрические практики?

— Прости. Мои расчёты были неверны. Уровень твоей запертой энергии оказался слишком высок для меня. Я переоценил силы в попытке помочь тебе справиться с обмороками и слабостью.

Отче небесный, слава тебе. Стоит представить, чем могла бы закончиться помощь наставника и к горлу подкатывает тошнотворный ком.

Изо всех сил подавляю реакцию тела, удерживаю бесстрастное выражение на лице. Всё-таки, Сергиус – мой наставник. Нельзя выказывать неуважение. Но, с ним стоит быть настороже. Больше я не подпущу его так близко.

Выдавливаю:

— Спасибо. Мне лучше. Надеюсь, вам тоже не слишком сильно досталось.

Безбожно вру. Надеюсь, моя «энергетика» хорошенько приложила наставника, и он больше не будет распускать руки.

Похоже, это так. Чувствую, что Сергиус опасается подходить близко.

— Я сильный. Я справился, — он горделиво выпячивает грудь. — Зато я помог тебе, — он самодовольно улыбается. — Твоё тело отреагировало на меня желанием и энергетический баланс восстановился!

Что? Моё тело отреагировало отвращением. Оно защищалось.

Смотрю на него во все глаза, не смея перечить.

Сергиус понижает голос до шёпота:

— Ами, девочка моя, ты кончила?

Что он себе напридумывал? Неотразим, мать его. Ни в одной луже. Нет слов.

Кончить от его прикосновений?

Внутри всё сжимается, а в голове прокатывается насмешкой эхо воспоминаний.

— Фригидная. Ты – как бревно!

Это было на втором курсе. Пару месяцев я встречалась с Максом, однокурсником. Мы держались за ручку, целовались и иногда он зажимал меня по углам. В очередной раз, он зашёл слишком далеко – залез рукой мне под юбку. Эти дурацкие короткие юбки университетской формы!

Несмотря на мой протест, Макс просто прижал к стенке так, что я не могла вырваться. Он вклинился коленом между моих ног, раздвигая их, а рукой порвал трусики, стал трогать там.

Не так я представляла себе свой первый раз. Не в грязном углу на улице. А, ещё, я ничего не почувствовала, когда он лапал меня своими грубыми пальцами под юбкой. Хотела только одного – чтобы отпустил.

Он и отпустил. Процедив мне обидные слова прямо в губы.

— Ты совсем сухая. У меня даже не встал на тебя.

Больше я не пыталась завести отношений. Погрузилась в учёбу с головой. И окончательно уверилась в своей фригидности после нескольких попыток удовлетворить себя в душе самой. Ничего не вышло.

Какая насмешка. Сергиус спрашивает, кончила ли я?

Наверное, моё лицо вытягивается, а наставник принимает на свой счёт.

— Видишь, Амели. Из-за сексуального желания твоего тела, произошёл выброс лишней энергии. Это, как спустить перекачанное колесо, чтоб не лопнуло. Твои анализы пришли в норму.

Думает, я его хотела? Сергиуса? Какое самомнение!

Кошусь на экран, где всё ещё транслируют портрет Императора, и идёт отсчёт секунд молчания.

Моё тело отреагировало желанием на НЕГО!? Из-за этого анализы пришли в норму?

Я даже открываю рот, чтобы возразить, но Сергиус договаривает первым, поражая ещё больше:

— Это временная передышка. Тебе нужен постоянный сброс. И постоянный партнёр, — он щерится в слащавой улыбке и подмигивает. — Я что-нибудь придумаю. Мы обязательно повторим…

В его глазах читаю недосказанное. Он хочет не просто повторить. Он хочет пойти дальше. А говорил, тантрические практики… Наставник называется. Просто он хочет меня.

А я… хочу… Снова смотрю на телевизор, на снимок Императора. Хочу ЕГО? Впервые в жизни?

Только он для меня недосягаем. Не знаю, что произошло и почему мы встретились, но ОН –Император огромной межгалактической конфедерации, а я простая выпускница медицинского университета с Земли. К тому же, его, вообще, считают погибшим.

Наставник следит за моим взглядом. Сухо комментирует:

— Его Звёздное Величество, — он пренебрежительно фыркает. — Сгинул во мраке Бермудского Квадранта. Туда ему и дорога, слава космическому Отче!

Перевожу на наставника удивлённый взгляд. Он никогда не позволял себе подобных высказываний. По отношению ни к кому. Сергиус всегда был полон сострадания и смирения ко всему сущему на свете.

Вопрос срывается с моих губ:

— Почему?

— Император угрожал нашей истинной вере. Подрывал и разлагал основы духовного порядка.

Сергиус говорит заученными фразами, а в глазах мелькает фанатичный блеск.

Раньше наставник казался мне безупречным. Раньше я такого не замечала за ним. Просто не хотела видеть? Пока он сам не обнажил передо мной тело, а заодно и свою похотливую суть?

— Император из расы ардов, созданной «Древними» с помощью искусственных мутаций, чуждых естественному порядку вещей. Арды – зло, гнилое пятно на теле Вселенной. Само их существование – ошибка природы.

Всего на мгновение, обычно смиренное лицо наставника искажает злоба. И тут же исчезает, словно тень.

— Арды живут несколько сотен лет, в отличие от человеческой, да и от других рас. Наша жизнь измеряется всего лишь десятками.

Наставник завидует? Культ Светоча проповедует расовую дискриминацию?

Сергиус вперивает пристальный взгляд в экран. Довольная улыбка медленно расползается по его лицу:

— Зато арды вымирают. Отживут последние столетия и вымрут, как динозавры в ледниковый период. У них не может быть детей.

— Как вы можете говорить такое?

Сергиус отрывается от экрана, складывает руки на груди и переводит задумчивый взгляд на меня.

— Ты тоже повелась на его смазливое лицо? Широкий разворот плеч, мускулатуру? Суровый хищный блеск в его глазах?

Сергиус говорит так, как будто ревнует? Его бесит превосходство императора над простыми людьми?

— Знаешь, сколько у императора восторженных поклонниц, падающих к его ногам? Нет такого уголка во Вселенной, где бы женщины и девушки, не зависимо от их расы и возраста, не пищали бы от восторга при виде Его Величества.

В слова наставника просачивается жгучая зависть.

— Ты тоже? Отвечай?

Мотаю головой. Получается недостаточно уверено, чтобы убедить наставника. Он распаляется, поражая откровениями:

— Арды пьют энергию других существ. Могут высосать до смерти. Чтобы продлить себе и так безумно длинный жизненный срок. А император – самый хитрый и жестокий ард. Ничем не гнушается, чтобы усилить свою власть и подавить всех, кто потенциально может его превзойти. Надеюсь, он, действительно, сгинул в Квадранте.

Не зря я испытывала животный страх рядом с Императором. Несмотря на дикое влечение. Он «пил» меня?

Речь наставника заставляет задуматься. Кто же потенциально может превзойти Императора? Неужели Верховный Жрец метит на его место?

Я щёлкаю пультом, выключая раздражающий наставника фактор. Показываю рукой на часы:

— Мне надо спешить на общее собрание.

Жуть, как хочется поскорее улизнуть.

Сергиус же выуживает папку из-за полы рясы на груди.

— Ещё несколько минут, Амели. Ты успеешь.

Он листает страницы.

— Пришёл результат твоего анализа из центра.

Я откашливаюсь, поперхнувшись воздухом. У него в руках мои данные по анализу?

— Амели, это я настоял на расширенном исследовании твоего гена. Когда ты уже поймёшь, что ты мне дорога? Я забочусь о тебе.

Наставник водит по листу пальцем и зачитывает вслух:

— Пластичный ген, который при половом акте подстраивается под мужчину, запуская перестройку всего женского организма под него. При этом возможен энергетический выброс, что опасно для мужчины.

Тишина становится вязкой. Мысли, наоборот, несутся с бешенной скоростью.

— Так, вот, почему у мамы больше не было мужчин, кроме моего погибшего отца.

Сергиус кивает, соглашаясь и договаривает то, о чём я почти догадалась сама:

— А так как у твоей мамы не могло больше быть мужчин – её тело не смогло бы принять постороннего, то и выброса энергии не происходило. Энергия накапливалась из-за гена, пока не убила её.

— Моя слабость тоже из-за того, что нет выхода энергии?

— Не сомневаюсь, моя девочка. Наш маленький эксперимент лишь доказал это. Ведь, после тантрической практики со мной тебе стало лучше.

Разве? Ну, не могу же я рассказать наставнику про Его Звёздное Величество. Про горячие прикосновения и желание, из-за которого я могла бы позволить Императору сделать со мной всё, что он хотел.

Его не вырубило током, как Сергиуса. И он был готов продолжать…

Невольно облизываю пересохшие губы.

Сергиус опять принимает на свой счёт. Да уж. Язык мой – враг мой. Чего ему не сидится за зубами? Того, что простое воспоминание о близости с Императором заставляет рот пересыхать.

Наставник расплывается в счастливой улыбке:

— Мы что-нибудь придумаем, Амели. У меня есть план. Мне выпала великая честь отправиться в паломническую миссию за частичкой «Негаснущего пламени», добытого Жрецом. Он сам указал на меня! — Сергиус преисполнен блаженного восторга. — А тебе выпала честь сопровождать меня! Не зря я настаивал на твоём изучении межгалактического.

Я оторопело перевариваю предложение. Нет, это не предложение. Похоже, Сергиус уже всё решил за нас обоих.

Да, вылететь за пределы ледяного занавеса – не каждому выпадает такой шанс! Я могла лишь мечтать о том, чтобы хотя бы одним глазком заглянуть в неизвестный мир за пределами нашей планеты. Огромный. Манящий. Другой.

Но следующие слова Сергиуса выдёргивают из розовых фантазий.

— Я подал прошение об аудиенции с Верховным Жрецом. Чтобы решить твою проблему, Амели. Уверен, он сможет помочь. Сделать так, чтобы мы могли быть с тобой вместе!

Я? С наставником Сергиусом? Отче космический, чего он себе придумал?

Наставник не даёт возразить, восторженно сообщает:

— Я даже не смел надеяться, но… Верховный Жрец назначил аудиенцию!

Сергиус протягивает планшет.

— Мне нужен твой отпечаток на Согласии, Амели. Документы на выезд почти готовы.

Пячусь бочком, обходя Сергиуса по дуге. Прячу руки за спину.

— Только Я не готова.

Да, я хочу за ледяной занавес. Но… связать свою жизнь с фанатиком Плеяды?

Хватаюсь за дверную ручку и бормочу извинения:

— Я опаздываю на Собрание. Мне нужно принести клятву Гиппократа. Иначе, мне не выдадут диплом.

И я позорно сбегаю. Затыкаю уши на бегу. Не хочу ничего слышать.

Наставник что-то кричит мне вслед.