Землянка для наемников

— Говорила мама, не суй свой нос, куда не следует, — вздохнула я, ерзая замерзающей пятой точкой.

Металл подо мной холодный, но двигаться бессмысленно — руки связаны, запястья горят от жёстких пут, впивающихся в кожу. Я сжимаю пальцы в кулак, пытаясь заглушить страх хоть иллюзией контроля. В груди тянется неприятная пружина осознания: больше никогда не буду мешать похищениям. Никогда.

Какая же я идиотка! Какой глупостью было бросаться в драку с похитителями, надеясь, что удастся спасти девушек, которых уводили прямо посреди дня? 

Результат был налицо — я сидела, притянув колени к груди, в тесном металлическом отсеке, который плавно, но неумолимо куда-то двигался. Куда — оставалось только гадать. Окон не было, воздух был спертым, со странной горечью на языке, а мышцы ныло, словно я долго лежала в неудобной позе. Меня похитили. Не просто схватили, не просто отбросили в сторону, а утянули за собой. Просто взяли, как ненужный мешок с картошкой, и закинули в фургон вместе с теми, кого я пыталась спасти. А потом… потом, похоже, что-то сделали с воздухом, потому что я отключилась, а очнулась уже здесь. Где «здесь» — загадка.Тогда, во время удара об пол, было больно — колено до сих пор не позволяло полностью вытянуть ногу, ныло неприятной тупой пульсацией, но адреналин делал своё дело, заставляя тело забыть о боли.

Рядом всхлипнули. Тонко, жалобно, словно сломанная птичка. Я подняла голову и покосилась на своих невольных спутниц по несчастью. Их было трое — все светловолосые, с одинаковыми узкими носами, большими глазами и идеально пропорциональными чертами лица. Не красавицы, нет — божественные создания. Настолько изящные, что в их присутствии можно было почувствовать себя кособокой неуклюжей девчонкой. Одна из них, та, что сейчас тряслась и вытирала слёзы о плечо сестры, выглядела самой младшей. Та, что её утешала — самой старшей. Средняя сидела напротив и сжимала кулачки так, что костяшки побелели, будто силой воли старалась не расплакаться вместе с младшей.

Я напрягаю слух, пытаясь разобрать, что они говорят, но не понимаю ни единого слова. Ни английского, ни французского, ни испанского — ничего знакомого. Их тихие, мягкие слова были похожи на звуки ручейка, журчащего где-то под плотно сбитым каменным сводом. Не грубые, не резкие — певучие, будто бы они даже сейчас не могли себе позволить как-то исказить собственные голоса страхом.

Я вздохнула и невольно сравнила себя с ними. Такими утонченными, воздушными, идеальными. А потом вспомнила своё отражение в запотевшем стекле кафе, из которого выбежала, пытаясь вмешаться в похищение. Темноволосая, с непослушными прядями, выбивающимися из косы. Глаза — слишком большие, нос — чуть вздёрнутый, губы — обычные, ничего особенного. В такой компании можно было запросто почувствовать себя серой мышью. Но сейчас это не имело никакого значения.

Они такие же пленницы, как и я.

И, судя по всему, мы все отправляемся туда, куда совсем не хотели бы попасть.

Металл подо мной холодный, но я уже почти не чувствую этого. Внимание приковывает нечто другое.

Одна из стен плавно отъезжает в сторону, и я вжимаюсь в стену, ощущая, как холод пропитывает мою спину. Не я одна — сёстры тоже сжимаются, будто хотят исчезнуть. И правильно делают.

На пороге стоит… не человек.

Дыхание перехватывает, в горле застревает ком, а я судорожно ловлю первую же мысль: головой я всё-таки ударилась. Иначе как объяснить такое?

Существо на двух лапах. Высокое, массивное, с шерстью, когтями и оскалом, который даже без эмоций выглядит так, будто мне собираются откусить лицо. Никаких привычных черт, но вот одежда… Одежда явно сделана под гуманоидное тело. Костюм, который в каком-нибудь фантастическом фильме смотрелся бы круто, но сейчас — просто пугает.

Мне хочется зажмуриться и пересчитать до десяти, но существо говорит.

Голос низкий, гортанный, а я не понимаю ни слова. И сёстры, похоже, тоже — та, что плакала, разрыдалась ещё сильнее, другая что-то забормотала, а третья выглядела так, будто вот-вот лишится чувств.

Я не моргаю, боясь хоть как-то привлечь внимание монстра, но он даже не смотрит на меня. Взгляд сосредоточен где-то за спинами сестёр, а в руке… бластер? Или что-то очень похожее.

Вот теперь точно всё. Галлюцинации. Стресс окончательно съехал крышей, и мой мозг просто не может принять реальность, превращая похитителя в чудовище. Ну а каким он ещё может быть, если просто так ворвался сюда с оружием?

Но он не успевает сделать ничего.

Позади раздаётся шум, хаотичные шаги, хлопок, похожий на выстрел. Монстр резко дёргается, разворачивается, зарычав, и исчезает в проёме.

Я замираю. В воздухе повисает тишина, если не считать всхлипов сестер.

Но не надолго.

В дверном проёме появляется человек.

Обычный. Человек.

Военный? Наёмник? На нём тёмный бронекостюм, из оружия в руках ещё идёт дым. Голос звучит резко, коротко. Всё ещё ни слова не понимаю, но он явно чем-то доволен.

Сестры, похоже, понимают. Одна из них радостно вскакивает и, насколько позволяют связанные руки, бросается ему навстречу, наталкивается грудью на его броню, прижимается. Он кивает ей и делает жест, предлагая остальным идти за ним.

Я всё ещё не шевелюсь.

Они разворачиваются ко мне и повторяют жест, мол, иди с нами.

Я иду.

Мы выходим из комнаты, и всё во мне холодеет.

Мы на космолёте.

Я понимаю это не сразу. Всё вокруг металлическое, холодное, тускло освещённое — но это не просто тёмный коридор какого-то подвала или грузового контейнера. Здесь воздух другой. В нём нет привычной тяжести, нет ощущения устойчивой поверхности под ногами. В груди разливается странное, неприятное чувство, словно желудок забыл, как работает гравитация. Не сильное, не как в лифте, но достаточно явное, чтобы вызвать дрожь в пальцах.

Потом я чувствую движение. Тихое, плавное, почти незаметное, но оно есть. Вибрация под ногами, лёгкий, еле ощутимый уклон, будто кто-то невидимый регулирует траекторию движения. Это не просто здание, не просто бункер. Это летит.

Желудок скручивается в тугой узел.

Я запоздало вспоминаю, как воздух в том фургоне — или что это было — изменился, как лёгкие наполнились чем-то неестественным, усыпляющим. Меня не просто похитили. Меня вывезли куда-то, где уже нет привычного мира, где нет дороги назад.

Господи, это не просто похищение. Это даже не торговля людьми. Это что-то совершенно не то.

В коридорах валяются трупы монстров. Тех самых. Их тёмная кровь растекается по полу, пропитывая металлические решётки. Запах металла и гари давит на нос, смешиваясь с чем-то кислым, химическим.

Меня почему-то это радует.

Но вопрос остаётся: кто нас спас?

Спасители выглядят, словно сошли с постера к фильму про косморейнджеров — снаряжение, оружие, серьёзные лица. Они точно не добрые самаритяне.

Нас переводят через шлюз.

Я даже не сопротивляюсь, только пытаюсь осознать происходящее. Другое судно. Другая каюта. Просторнее, но явно не пассажирский лайнер.

Внутри пять кроватей.

Нам развязывают руки.

Сёстры тут же сгруппировываются, садятся на одну кровать и обнимаются, но уже спокойнее. Они что-то шепчут друг другу, а я медленно опускаюсь на край другой койки.

Нас оставляют одних.

Я закрываю глаза и, наконец, перевожу дух.

Время тянулось медленно. Никто нас не трогал, никто не приходил, и я даже успела на какое-то мгновение поверить, что всё закончилось.

Но дверь открылась, и в каюту снова вошёл один из тех, кто нас «спас». Мужчина. Высокий, широкоплечий, в тёмной форме с какими-то эмблемами, которые мне ни о чём не говорили. Лицо жёсткое, губы сжаты. Он посмотрел на девушек и что-то сказал.

Я не поняла ни слова.

Сёстры тоже переглянулись, нахмурились, и одна даже слегка пожала плечами. Мужчина выдохнул, развернулся и ушёл.

Но через пару минут он вернулся. В руках у него были какие-то мелкие штуки — гладкие, тёмные, размером с монетку, с небольшим изгибом. Он молча протянул их нам.

Я повертела штуковину в пальцах, разглядывая её.

Девушки, в отличие от меня, сразу поняли, что делать. Одна вставила устройство в ухо, потом вторая и третья. И вдруг — о, чудо! — они начали разговаривать с мужчиной.

Я моргнула.

Переводчик?

Не может быть.

Я торопливо вставила штуку в ухо. О, чёрт… реально переводчик. Теперь я слышала каждое слово.

— …у меня есть дядя в Империи, он заплатит, — говорила старшая из сестёр. — Его зовут…

Она назвала какое-то сложное имя, в котором я бы сломала язык.

— Хорошо, — кивнул мужчина, глядя на устройство в своей руке. Похоже, он записывал. — Дальше.

Средняя назвала какого-то торговца, который тоже будет рад вернуть её.

Младшая всхлипнула, но всё же тихо выдала имя и номер какого-то… отца? Опекуна? Я не была уверена.

Но что меня действительно насторожило, так это сам факт.

Они что, называют контакты людей, которые их… выкупят?

В каком таком смысле выкупят?

Только тут мужчина повернулся ко мне.

— А ты? Кто тебя выкупит?

Я хлопнула глазами.

— Понятия не имею.

Он нахмурился.

— Ты что, не знаешь, кто за тебя заплатит?

— Эм… а вы вообще не спасли нас просто так? — мой голос звучал странно даже для самой себя.

Он засмеялся.

— Мы наёмники. Мы спасли вас, потому что нам заплатят за вас ваши семьи. Мы не работорговцы, и не нападаем на женщин. В отличие от тех, кто вас забрал. Но и в благотворительность не играем.

Я сжала кулаки.

— И кто они?

— Вайзары.

Слово прозвучало так, будто он выплюнул его.

— Те твари не собирались вас возвращать родственникам. Они планировали продать вас в бордели. Но перед этим… — он усмехнулся. — Ну, скажем так, научить работать, как полагается.

У меня всё похолодело внутри.

Я глубоко вдохнула, стараясь не задохнуться от внезапной волны ужаса.

— Ты откуда? — спросил мужчина, переключая внимание на меня.

— Я… с Земли.

Он нахмурился.

— С чего?

— С Земли, — повторила я, медленно выговаривая.

Молчание.

Одна из сестёр сказала что-то быстрое и чёткое, и я услышала, как мужчина понял.

— Ах, это, — он фыркнул. — Твоя планета считается недоразвитой. Неудивительно, что ты такая странная.

Я не нашла, что сказать, но он, кажется, даже не ждал ответа.

— Ладно. Подумаем, что с тобой делать.

Он развернулся и пошел к выходу, оставляя меня с кипящей в голове мешаниной эмоций.

И тут я заметила кое-что странное.

У него был хвост.

Довольно длинный, мускулистый, с короткой шерстью, как у кота.

Я уставилась на дверь, за которой он исчез.

Видимо, меня ещё не отпустило.

Через некоторое время дверь снова открылась, и в каюту вошёл тот же мужчина. На этот раз он выглядел ещё более сосредоточенным, взгляд — ровный, бесстрастный.

— Вы трое, выходите, — сказал он, делая жест рукой. — За вами прилетели.

Сёстры встрепенулись. Средняя тут же подхватила младшую, помогая ей встать, старшая вытерла остатки слёз с лица и, благодарно кивнув, пошла к выходу первой. Они не прощались со мной. Возможно, потому что я для них была всего лишь чужой пленницей, возможно, потому что просто боялись, что передумают их отпускать.

Я тоже поднялась.

Но когда сделала шаг в их сторону, мужчина посмотрел на меня и резко добавил:

— А ты остаёшься.

🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀🚀

Космические мои! 🚀

Добро пожаловать в новую историю о землянке-попаданке, которой точно не повезло... или наоборот? Как вы уже поняли, наша героиня — девушка порядочная, а вот наемники ей достались не промах! Посмотрим, что она предпочтет — сбежать или остаться. Пожелаем ей удачи, а вам — увлекательного чтения! 📖

Обнимаю каждого, кто ставит звездочки и делится впечатлениями! ⭐ Это невероятно вдохновляет меня писать дальше и радовать вас новыми главами! Жду ваши эмоции в комментариях! 💬

С любовью, ваша Тина. 🚀✨

История участвует в ЛитМобе КОСМОЛЕТ_ЛЮБВИ

Я сделала шаг вперёд, но мужчина не сдвинулся с места. Напротив — сложил руки на груди, перекрывая проход, и чуть склонил голову набок, словно рассматривал диковинную находку.

— А ты остаёшься.

Слова прозвучали ровно, без эмоций. Просто факт, который я должна принять.

Я застыла.

— Почему?

Он лениво качнул головой.

— Морвисы отказались тебя забирать.

Я моргнула.

— Как это — отказались?

Он чуть приподнял бровь, будто ему было лень объяснять очевидные вещи.

— А с чего бы им? Ты не их родня, не их гражданка, не их проблема. Они вернутся на свою планету, а ты… — он усмехнулся. — Ты нет.

Грудь сдавило тугой пружиной.

— Так отправьте меня домой.

Он даже не удивился.

— Можем.

Надежда вспыхнула — жалкая, но такая отчаянная.

— Но не будем.

И тут же умерла.

— Что? Почему?!

— Потому что мы не работаем бесплатно.

Улыбка у него была ленивой, самодовольной. Глаза — того жёлто-янтарного оттенка, который заставлял меня чувствовать себя пойманной.

— Ты можешь заплатить?

Я открыла рот, но слова застряли в горле.

Заплатить?

Мне вдруг стало холодно.

Два года. Два года назад умерла мама, и с тех пор у меня никого не осталось. Ни родственников, ни друзей, которые могли бы бросить всё ради моего спасения. Я никому не нужна.

А что у меня есть? Старая золотая цепочка, что осталась от матери? Пара тысяч на счету, которых и на билет до соседнего города не хватит?

Я молчала, стиснув зубы.

Мужчина смотрел на меня с тем же ленивым спокойствием, но в его глазах появилось что-то другое — не сочувствие, нет. Скорее утверждение очевидного.

— Ясно, — он развернулся, направляясь к выходу. — Тогда летишь с нами до космопорта.

Он уже шагнул за порог, но обернулся через плечо:

— А дальше сама по себе.

Дверь за ним закрылась, оставляя после себя звенящую тишину.

Я всё ещё стояла на месте, напряжённая, как перетянутая струна, вцепившись пальцами в ткань своей одежды. Всё? Это и есть мой приговор?

Глубокий вдох не помог справиться с бешеным стуком сердца.

Я сжала губы и сделала несколько шагов по каюте, пытаясь хоть как-то упорядочить мысли, но голова отказывалась работать.

Меня не просто не спасли, меня некому спасать. Я не знала, что делать со своей жизнью на маленькой, крошечной Земле, а теперь я посреди целого космоса. Где меня выкинут, как мусор на ближайшей же станции. 

Я лежала на кровати, глядя в потолок, но его серый металл не давал ответов.

Я не помню, сколько времени прошло. Два часа? Больше? Просто лежала, раздавленная осознанием.

А потом дверь снова открылась.

— Вставай, — знакомый голос раздался со входа.

Я не сразу среагировала, но это был он. Тот самый наёмник с жёлтыми глазами и хвостом, который пока определял мою судьбу.

Я приподнялась на локтях, глядя на него непонимающе.

— Что?

— Идёшь есть, — заявил он, скрестив руки на груди.

Я замерла.

Обедать?

Я действительно ожидала чего угодно — что меня запрут, оставят без еды, вообще забудут о моём существовании, но уж точно не то, что меня позовут на обед.

Должно быть, что-то из этих мыслей отразилось у меня на лице, потому что он усмехнулся и пояснил:

— Мы, ранкары, не обижаем женщин.

Я нахмурилась.

— Почему?

Он фыркнул, но в янтарных глазах мелькнула тень гордости.

— Потому что женщины — это святое.

От такого ответа я слегка опешила, но он продолжил, не давая мне вставить ни слова:

— На нашей планете женщин мало, поэтому они ценны. И в силу собственных традиций мы не станем морить тебя голодом.

Я моргнула.

Не станут морить голодом.

Это… странно.

Слишком цивилизованно для людей, которые только что зажали меня в угол и сказали, что выкинут на первой же попавшейся станции.

— Но, — он усмехнулся, прервав моё молчание, — не обольщайся. Это ничего не значит.

Ничего. Просто… поесть.

Я медленно встала, и он только кивнул, довольный тем, что я не устроила сцен.

Дверь за нами закрылась, и он повёл меня по коридорам. Судя по запахам, столовая была где-то недалеко — воздух пропитывала тёплая смесь специй, металла и чего-то, что пахло чертовски вкусно.

Я не ожидала, что буду настолько голодной.

Когда мы вошли, за столом уже сидели четверо мужчин. Все одеты примерно так же, как мой проводник — в тёмные, явно не дешёвые костюмы, которые выглядели больше боевыми, чем повседневными.

Они подняли головы, когда мы зашли, но никто не сказал ни слова.

Мне указали на свободный стул.

Я сглотнула и осторожно подошла, ощущая себя чужой в этом мире, но, кажется, отказываться было бы ещё большей глупостью.

Я села за стол, ощущая на себе несколько изучающих взглядов, но голод оказался сильнее неловкости.

Передо мной стояла тарелка с чем-то, что на первый взгляд выглядело странно. Мясо — или то, что я считала мясом — было покрыто золотистым соусом, источавшим пряный аромат. Рядом лежало что-то похожее на зерновой гарнир, но с фиолетовым оттенком. И… овощи? Они выглядели, как если бы баклажаны и перец решили объединиться в один продукт.

Я осторожно взяла прибор — тонкую металлическую вилку с чуть изогнутыми зубцами — и попробовала кусочек мяса.

Оно было вкусным.

Не резиновым, не странным, не с неприятной текстурой, как я опасалась. Пряности обволакивали вкус, а само мясо было нежным, чуть сладковатым, но насыщенным.

Я украдкой взглянула на остальных.

Мужчины ели молча, сосредоточенно. Видимо, за столом у них не было принято вести беседы, но никто не выглядел напряжённым или злым. Просто принимали пищу, как часть привычного ритуала.

Я не пыталась есть слишком быстро, но даже не заметила, как опустела тарелка. Пока я доедала последние кусочки, один из мужчин отставил свою посуду и откинулся назад, сложив руки на груди.

— Как тебя зовут?

Я подняла взгляд.

Он выглядел иначе.

Пятеро мужчин были похожи — сильные, высокие, со странной пластикой движений, но если присмотреться, разница всё же была.

Этот, например, имел другой цвет глаз — насыщенно-стальной, почти серебристый. И между бровями залегли глубокие заломы, будто он всегда хмурился.

Я сглотнула и убрала тарелку, чтобы не показывать, что немного нервничаю.

— Виола, — представилась я.

Он чуть кивнул, будто запоминая.

— Как ты оказалась похищенной?

Я моргнула.

— В смысле?

— Очевидно, что охотились за теми блондинками. Ты не похожа на одну из них, — он чуть повёл подбородком в сторону, словно напоминая, о ком речь.

Я вздохнула.

— Я была в том же месте, где и они. Когда поняла, что их похищают, попыталась вмешаться…

Он приподнял бровь, но не прервал, так что я продолжила.

— Думала, что кто-то заметит, поможет, что если не дам их увезти, они не смогут ничего сделать. Но они просто схватили меня за компанию и закинули в фургон.

Он молча выслушал.

А потом фыркнул, покачав головой.

— Женщины не должны так себя вести.

Я нахмурилась.

— В смысле?

Он посмотрел на меня так, словно я сказала что-то до смешного глупое.

— Вмешиваться в опасные вещи, лезть туда, где тебя просто убьют или заберут. Ты не была их целью. Но стала их добычей.

Я почувствовала, как внутри вскипает злость.

— Ну, извините, что я не люблю смотреть, как людей похищают, — пробормотала я, втыкая вилку в остатки соуса на тарелке.

Он снова покачал головой, на этот раз медленнее, с каким-то усталым пониманием.

— Ты не понимаешь, — сказал он. — В этом мире не так уж много тех, кто заботится о чужих. Ты просто подарила им себя.

Он поднялся, давая понять, что разговор окончен.

А я сидела, чувствуя, как что-то тяжёлым комом оседает в животе.

Мужчины закончили есть, один за другим отставляя посуду. Я ещё раз почувствовала себя чужой, будто оказалась не за своим столом.

— Можешь передвигаться по кораблю, — вдруг произнёс тот, что говорил со мной раньше с желтыми глазами.

Я подняла на него взгляд.

— В смысле?

Он фыркнул, словно вопрос был лишним.

— В смысле, можешь ходить, где хочешь.

Я нахмурилась.

— А если я попытаюсь сбежать?

Теперь уже фыркнул кто-то из остальных, и за столом раздалось короткое, негромкое «ха», как если бы я сказала что-то до смешного нелепое. Потом до меня дошло в чем дело. Я же на ракете? Корабле? Что это такое? Но сбежать с этого… Куда? Никуда.

— Ты для нас не опасна, — отозвался он, — едва способна позаботиться о себе.

Он задержался на секунду, задумчиво окинул меня взглядом и добавил:

— Хотя нет. Не способна.

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Но в этот раз не стала отвечать.

Вместо этого просто встала из-за стола и ушла обратно в каюту.

Неизвестно, сколько времени спустя…

Я сидела на кровати, прислонившись к стене, и глядела перед собой. Без часов или окна время потеряло смысл.

Как долго я тут? Час? Несколько?

Желудок уже не сжимался от страха, но внутри всё ещё было пусто. Как будто меня выбросили из моей старой жизни в ничто, и теперь я просто зависла между тем, что было, и тем, что ещё не определено.

Но сидеть вечно в этой маленькой каюте я не могла.

Я глубоко вдохнула, встала, направилась к двери и вышла в коридор.

Теперь, когда я не шла под конвоем, а просто двигалась сама, можно было наконец разглядеть детали.

Судно было огромным, но не казалось безликим. Широкие коридоры, гладкие металлические стены, кое-где покрытые следами царапин и вмятин, словно за плечами у корабля было немало боёв. Тусклое освещение, едва подсвечивающее поверхность, никаких ярких ламп или декоративных панелей — всё строго, минималистично.

Я прошла дальше, ступая мягко, вслушиваясь в глухое эхо шагов.

Через открытые переборки я видела технические помещения, какие-то панели с мерцающими символами, ряды оружейных стоек. В воздухе пахло металлом и чем-то маслянистым, но не было затхлости — судно поддерживали в идеальном состоянии.

Я свернула за угол… и чуть не врезалась в кого-то.

Он стоял, прислонившись к переборке, скрестив руки на груди, и смотрел на меня так, словно ждал, когда я сюда выйду.

Другой.

Не тот, с кем я разговаривала за ужином и не тот с желтыми глазами. Он был за столом, но я пока их плохо различала.

Этот был выше, плечи массивнее, руки покрыты чем-то похожим на едва заметный узор шрамов. Волосы тёмные, но с серебристым отливом, длиннее, чем у остальных, собраны в грубый хвост.

Но главные детали я увидела, когда он чуть склонил голову, рассматривая меня.

Глаза.

Они были разные.

Один — тёмный, почти чёрный.

Другой — бледно-голубой, с тонкой вертикальной щелью вместо зрачка.

Меня передёрнуло.

— Заблудилась? — его голос был ниже, чем у остальных, чуть хрипловатый.

Я не знала, что ответить.

Я сглотнула, ощущая, как внутри нарастает странное напряжение.

Этот Ранкар отличался от остальных. В нём было что-то хищное, но не агрессивное. Просто он смотрел не так, говорил не так.

Я почувствовала, как мои пальцы непроизвольно сжались в кулак. Было неловко. Разговаривать с ним казалось чем-то… странным. Как будто я вторгалась в пространство, куда мне не следовало соваться.

Но отступать было ещё глупее.

— Эм… — Я выпрямилась, пытаясь взять себя в руки. — Ты… один из них? В смысле, вы же все… Ранкары?

Он чуть приподнял бровь, словно раздумывая, стоит ли вообще отвечать, но всё же кивнул.

— Очевидно.

— А… как давно вы занимаетесь этим?

— Чем именно?

— Ну… наёмничеством.

— Достаточно давно, — уклончиво ответил он.

Я закусила губу.

— Это у вас… семейное? Или как-то по-другому?

Он чуть наклонил голову набок, разглядывая меня с выражением лёгкого недоумения.

— У каждого свои причины быть здесь.

Не слишком разговорчивый.

Но мне вдруг стало интересно.

— А у вас есть правительство? Какое-то единое объединение? Или каждый сам за себя?

— Есть. Но в нашем мире много кланов. Не все из них следуют одним и тем же правилам.

— Кланы?

Он кивнул, но не стал объяснять подробнее.

Я задумалась.

— А… твоя планета… какая она?

Он чуть дольше смотрел на меня, а затем медленно проговорил:

— Ты задаёшь слишком много вопросов, землянка.

Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание.

Кажется, перегнула палку.

Возникла пауза, неловкая и затянувшаяся.

Я не знала, как её заполнить, и первое, что пришло в голову:

— А как тебя зовут?

Он не сразу ответил.

Его губы чуть дрогнули, но выражение лица оставалось прежним — холодно-оценивающим.

Казалось, что он просто не хочет отвечать.

Но потом, словно нехотя, он выдохнул:

— Дрейан.

— Дрейан, — повторила я. Затем осторожно добавила: — Мне нельзя было спрашивать?

Он чуть сузил глаза, а потом склонил голову набок, разглядывая меня с каким-то странным выражением.

— В нашей культуре, — проговорил он медленно, — женщины не интересуются именем мужчины, пока не рассматривают его в партнёры.

Я застыла.

Губы приоткрылись, но слова застряли в горле.

Он не шутил.

Мои щеки вспыхнули.

— Ох… — Я стиснула зубы, не зная, куда себя деть. — Прости! Я… я не имела в виду ничего такого!

Он медленно кивнул, но взгляд его оставался непроницаемым.

— Конечно, — сказал он ровным голосом.

— Тем более, у тебя, наверное, уже есть… жена или любимая? — Я попыталась как-то вырулить разговор в более безопасную сторону.

Но стоило мне это сказать, как что-то изменилось.

В уголках его губ дрогнула горькая усмешка.

— Это была плохая шутка, — сказал он, и в голосе прозвучала странная усталость.

Я открыла рот, но не нашла, что сказать.

— Хорошей прогулки, землянка.

Он повернулся и ушёл, оставив меня глупо стоять посреди коридора с ощущением, что я вмешалась во что-то, чего не должна была касаться.

Я продолжала бродить по кораблю, пытаясь запомнить коридоры, переборки и двери, ведущие в разные отсеки. В какой-то момент я повернула за угол и оказалась в столовой, а там он.

Тот самый желтоглазый, который первым заговорил со мной.

Он сидел за столом, склонившись над каким-то устройством. Его длинные пальцы ловко двигались, соединяя детали, скручивая провода. Вокруг валялись инструменты, некоторые из которых выглядели совершенно незнакомыми, но определённо высокотехнологичными.

Я застыла, намереваясь развернуться и уйти, пока он не заметил меня.

Но он поднял голову и, не прекращая работы, спокойно сказал:

— Оставайся, если хочешь.

Я моргнула.

Ну, раз так…

Я неуверенно подошла, присела рядом. Чувствовала себя не в своей тарелке, но любопытство пересилило неловкость.

Наблюдать за его работой оказалось завораживающим.

Он двигался уверенно, спокойно, с какой-то особенной сосредоточенностью. В руках у него что-то мерцало, вспыхивало маленькими огоньками. Он соединял детали, сканировал их, подносил к глазам, проверяя результат.

Я молчала.

Мы сидели в тихом, почти уютном молчании, и я чувствовала, как напряжение понемногу отступает.

Но внутри всё равно зудел вопрос, который не давал мне покоя.

Я набрала воздуха в грудь и, прежде чем успела передумать, выдохнула:

— Я хотела бы понять… почему Дрейан обиделся, когда я сказала, что у него, наверное, есть жена или любимая?

Мужчина замер на долю секунды, а потом медленно поднял голову.

Бровь приподнялась.

— Дрейан?

Я чуть дёрнулась.

— Да. Я неправильно назвала его имя?

Желтоглазый прищурился, теперь уже с явным интересом.

— Откуда ты вообще знаешь его имя?

— Ну… — я неуверенно сглотнула. — Я спросила.

Теперь его удивление стало явным.

— Ты сама его спросила?

— Да, — я пожала плечами. — Я не знала, что это запрещено.

Он издал короткий, чуть насмешливый звук, но не выглядел сердитым. Скорее, будто его развеселил сам факт.

— Спрашивать можно, — сказал он, снова сосредотачиваясь на работе. — Но он так отреагировал, потому что у него не может быть жены.

Я нахмурилась.

— Почему?

Он бросил на меня быстрый, изучающий взгляд, а потом кивнул на своё творение, словно проверяя что-то в нём.

— Ты же видела его глаза.

Я моргнула.

— Да. Один у него… необычный.

— Необычный, — повторил он, усмехаясь. — Он урод. Как и мы все, отчасти. Просто уродства тоже бывают разными.

Я резко выпрямилась.

— Что?

Желтоглазый отложил инструмент и чуть наклонился ко мне.

— Я же говорил тебе, что женщин у нас мало.

Я кивнула.

— Они… переборчивы, — сказал он, и в голосе его не было ни злости, ни печали. Просто констатация факта. — За таких, как мы, не выходят замуж.

Я переваривала услышанное, пока наконец не выдохнула:

— А каких тогда выбирают ваши женщины?

Желтоглазый коротко усмехнулся и на мгновение оторвался от своей работы.

— Совсем не таких, как мы.

Я нахмурилась.

— То есть?

Он покрутил в руках какой-то инструмент, словно обдумывая, как проще мне это объяснить.

— Наши женщины ценят утончённость и красоту. Они выбирают мужчин изящных, элегантных, тех, кто умеет быть обходительным, вежливым, сдержанным. Тех, кто носит дорогие одежды, кто умеет красиво говорить, кто кажется… — он на секунду задумался, а потом добавил: — достойным украшением рядом с ними.

Я моргнула.

— Украшением?

Он фыркнул.

— Да. У нас считается, что мужчина должен быть гордостью своей женщины, чем-то, чем можно хвастаться.

Я попыталась представить этого массивного, хвостатого воина в дорогом костюме, с ухоженными руками, идеально подстриженной гривой и благородными манерами… и мой мозг просто отказался это обрабатывать.

— Ты удивлена, — заметил он.

— О… да, — выдавила я. — Не то слово.

Он снова взял инструмент, продолжая свою работу.

— Те, кто идут в наёмники, уже знают, что семья им не светит.

Я нахмурилась.

— Почему?

Он пожал плечами.

— Потому что мы не те, кого выбирают.

Я смотрела на него, ощущая, как что-то внутри меня холодеет.

— Но ведь… вы тоже можете стать богатыми?

— Богатство здесь не главное, — сказал он. — Это вопрос природы, статуса, происхождения. Мы грубые, неотёсанные, слишком сильные, слишком резкие. Мы не умеем говорить красиво. Мы не станем мягкими и послушными. Мы войны, а не украшения.

Он сказал это спокойно, без горечи, просто как факт.

— Женщины нашей расы имею право и возможность выбирать лучших, — добавил он. — Это нормально.

Я смотрела на него, и вдруг в голове всплыло что-то странно знакомое.

Такое было и на Земле. В древности или чуть позже… Я плохо помнила историю, да и вообще в ней никогда не разбиралась, но такое точно было. 

Только там мужчинам говорили, какими должны быть женщины. 

— В моём мире все друг к другу обращаются по именам, — сказала я, наблюдая, как его пальцы ловко перебирают детали устройства.

Желтоглазый не поднял головы, но я уловила лёгкую насмешку в его голосе, когда он ответил:

— У вас отсталый мир.

— Но моё имя вы тоже знаете, — я наклонилась вперёд, пытаясь заглянуть в его лицо. — А имя женщины спрашивать можно?

Он бросил на меня короткий взгляд, а потом снова вернулся к своему занятию.

— Можно. Имя женщины — просто имя женщины. В этом нет ничего особенного.

Я моргнула.

— А как тогда к вам обращаться, если имени не знаешь?

Он вздохнул, словно этот разговор начал его утомлять, но всё-таки ответил:

— По расе.

— То есть… — я нахмурилась. — Все мужчины — просто Ранкары?

— Да.

Я наморщила лоб.

— А к женщинам?

— По имени.

Я открыла рот, но слова не сразу нашлись.

— То есть… женщина — это личность, а мужчина — это просто представитель вида?

Он наконец оторвался от работы и изучающе посмотрел на меня, будто пытаясь понять, насколько серьёзно я это спрашиваю.

— Ты слишком много думаешь.

Я закусила губу, переваривая эту информацию, а потом, немного нервно, спросила:

— А если я всё равно буду называть вас по именам? Это… будет ужасно?

Он устало кивнул, проведя рукой по лицу, будто сдерживая раздражение.

— Да. Но ты явно не отстанешь, так что называй как хочешь.

— Почему?

Он тяжело вздохнул.

— Потому что мы тебя всё равно скоро высадим.

— И?

— И поэтому можешь делать, что хочешь. Ты как безобидный глупый зверек. Проще смирится с твоими странностями, чем дрессировать. 

Он отложил инструмент, наконец встретившись со мной взглядом.

— Можешь обращаться к нам по именам, если тебе так проще.

Я чуть расслабилась.

— Тогда, наверное, теперь твоя очередь представиться?

Он закатил глаза, но, кажется, решил, что проще смириться.

— Келлар.

Я улыбнулась, несмотря на всю абсурдность ситуации.

— Приятно познакомиться, Келлар.

Он хмыкнул.

— Ну-ну, посмотрим. 

Я посмотрела на Келлара внимательнее, пытаясь понять, что в нём такого, что делает его… другим.

— А у тебя какая… особенность?

Он медленно поднял голову, и я поспешила добавить:

— Я не хочу тебя обидеть! Просто… я ведь не видела других представителей твоего народа. Может, у вас все такие?

Он на секунду задержал на мне взгляд, а потом коротко хмыкнул.

— Нет.

— В смысле?

Он поставил инструмент на стол и, скрестив руки, спокойно пояснил:

— Ты видишь меня и думаешь, что я — обычный Ранкар. Но если бы ты увидела остальных, ты бы поняла разницу.

— А… какие они?

— Более… изящные. — Он слегка поморщился, словно само слово было ему неприятно. — Тоньше, пластичнее. Они знают, как двигаться, как держаться. Как говорить так, чтобы их хотелось слушать.

Я пыталась представить это, но образ не складывался.

Для меня он и так двигался плавно, уверенно.

Но их женщины, видимо, думали иначе.

Я посмотрела на него снова.

Если отбросить эти его хищные черты, жёсткие движения и хвост, он был… привлекательным.

Широкие плечи, сильные руки, уверенный взгляд.

Стоп.

Я резко прогнала эти мысли.

— Сколько ещё лететь до станции? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Келлар мельком взглянул на панель перед собой.

— Пару суток.

Я кивнула.

Два дня.

Остаток дня я бродила по кораблю, стараясь не мешаться под ногами.

Пару раз я заглядывала в открытые отсеки: в одном кто-то перебирал оружие, в другом проверяли оборудование, но на меня никто не обращал особого внимания.

Я пыталась привыкнуть к звукам судна, к его размеренному ритму, к тому, как иногда металлические стены глухо вибрировали от внутренних механизмов.

И всё же больше всего меня удивило то, что я интуитивно почувствовала момент, когда начался ужин.

Может, потому что коридоры стали чуть более пустыми, а может, потому что в воздухе запахло чем-то горячим и пряным.

Я свернула в сторону столовой и вошла внутрь.

За столом уже сидели четверо. Келлар появился следом за мной.

Они просто ели, не говоря ни слова, и я почти почувствовала себя лишней.

Но потом всё же села на своё место, мысленно настраивая себя просто поесть и уйти.

Келлар поставил передо мной тарелку с чем-то вкусно пахнущим.

Я взяла прибор, попробовала еду и, когда почувствовала, как вкус разливается приятным теплом, машинально пробормотала:

— Спасибо, Келлар.

В этот момент вся столовая будто замерла.

Четверо мужчин одновременно посмотрели на него, а затем их взгляды скользнули ко мне.

Я напряглась.

— Что?

Келлар слегка приподнял бровь, но потом с ухмылкой взял свою тарелку.

— Землянке так проще. Она будет обращаться к нам по именам.

Я вздохнула:

— Ну да, у нас… так принято.

Они снова посмотрели на меня, потом снова на Келлара.

А затем, после короткой паузы, переглянулись между собой и кивнули.

— Риан, — первым представился мужчина напротив.

Он был жилистым, подтянутым, с чётко очерченными скулами и пронзительно тёмными глазами. Казался человеком, который никогда не теряет самообладания.

— Вэлк.

Следующий оказался самым массивным из всех.

Широкоплечий, с коротко остриженными волосами, он напоминал каменную глыбу. На его руках были узоры, будто старые ожоги или вдавленные в кожу татуировки.

— Саэт.

Третий говорил тихо, но в голосе слышалась насмешка. Его волосы были чуть светлее, а движения — ленивые, но точные.

Последним заговорил Дрейан.

Он не стал смотреть на меня, просто сказал имя и продолжил есть.

Я уже знала, как он выглядит. Самый высокий из всех, с длинными волосами, собранными в хвост, и глазами разного цвета.

Когда все представились, наступила короткая пауза.

А потом мужчины просто вернулись к ужину, будто этот странный момент знакомства ничего не изменил.

Но для меня изменил.

Теперь у них были имена.

Я уже собиралась взять чашку, но локтем случайно задела её, и она полетела вниз.

Я замерла, готовая услышать звон разбитой посуды.

Но звук так и не раздался.

Чашка зависла в воздухе, затем плавно вернулась обратно на стол.

Я моргнула.

Только потом заметила, как один из мужчин — даже не отрываясь от еды, без единого лишнего движения — подхватил её хвостом и поставил обратно.

Я уставилась на чашку.

Потом на стол.

Потом на мужчин.

Потом снова на чашку.

— Что это только что было?!

Я перевела взгляд на того, кто это сделал, но он лишь спокойно продолжал есть, будто ничего особенного не произошло.

— Про хвосты, — выдохнула я, — мы можем поговорить про хвосты?!

Мужчины переглянулись.

— Это прозвучало… не очень культурно, — заметил Риан, приподняв бровь.

Я тут же подняла руки.

— Окей, возможно, я не выбрала самую вежливую формулировку, но, черт возьми, это же странно!

Я посмотрела на них с искренним недоумением.

— Вы хвостами управляете, как руками? В моём мире никто так не может! Ну, почти никакое существо… но определённо не люди!

Мужчины снова переглянулись.

— Ты категорически невоспитанная особь, — спокойно заключил Вэлк.

— Но забавная, — добавил Саэт, ухмыляясь.

Я сузила глаза.

— Значит, можете управлять?

— Разумеется, — ответил Келлар, лениво крутя в пальцах ложку. — Это часть нашего тела, не просто отросток.

Я всё ещё не могла в это поверить.

— И… и вы его чувствуете? Так же, как руки?

— Очевидно.

Я задумалась.

— Это… это же офигеть как удобно!

Мужчины снова переглянулись.

— Скажи, землянка, ты не собираешься потрогать чей-нибудь хвост? — вдруг спросил Риан, прищурившись.

Я пожала плечами.

— А, что можно?

— Нет.

Ответ прозвучал хором, резкий и единодушный.

Я аж обиделась.

— Ну и ладно, — буркнула я. — Просто интересно же!

— Очень интересно, — хмыкнул Саэт. — Слишком.

— Ладно, — я сделала вид, что не слышала этого, — тогда расскажите хоть что-то.

Келлар хмыкнул.

— Что именно?

— Ну… насколько сильно хвосты? Могут удержать вес человека?

— Спокойно, — кивнул Вэлк.

— Ого, — я моргнула. — А… драться хвостами можете?

— Можем. Но это не основное оружие.

Я кивнула, пытаясь осознать.

— А если… кто-то наступит на хвост?

— Скорее, он не успеет это сделать, — ухмыльнулся Саэт. — Но если вдруг… то быстро пожалеет.

— Невероятно, — я покачала головой, всё ещё пытаясь переварить информацию.

— Привыкай, землянка, — лениво бросил Келлар. — Ты ещё не такое увидишь. Хотя нет, не увидишь, потому что мы расстанемся через два дня.

Вот язва.

Несмотря на то, что по всем логичным причинам мне должно было быть страшно, страха не было.

С этими мужчинами… я чувствовала себя в безопасности.

Они могли сколько угодно ворчать, называть меня невоспитанной, закатывать глаза, но зла мне никто из них не желал.

Я всей сущностью ощущала, что для них я была не угрозой, не пленницей, не добычей.

Скорее, зверюшкой.

Странной, несуразной, немного глупой с их точки зрения, но, похоже, безвредной.

И в этот момент меня это устраивало.

Я ушла в свою каюту спокойной, впервые за последние сутки.

Теперь я знала их имена. Теперь я могла разговаривать.

А значит, утром, возможно, смогу выведать что-то полезное.

Мне нужно было узнать про станцию, на которой меня собирались оставить. Где это? Как там выжить? Что делать дальше?

Во сне я снова была там.

Под ярким дневным солнцем, среди толпы, в знакомом мире, в своей жизни.

Я стояла у уличной кофейни с чашкой капучино и свежим маффином.

Вкусный, мягкий, с кусочками шоколада.

Я откусила кусочек, наслаждаясь сладостью, пока в нескольких метрах шло похищение.

Блондинки кричали.

Кто-то пытался вырваться.

Люди вокруг торопливо отворачивались.

А я…

Я просто стояла с кофе и маффином в руках.

Не вмешивалась.

Просто делала вид, что ничего не происходит.

Как и все остальные.

Я хотела поднять руку, позвать кого-то, сказать что-то, но вместо этого я просто откусила ещё кусочек.

И в этот момент я проснулась.

Я открыла глаза, медленно приходя в себя.

Потолок был незнакомый — металлический, с мягким светом встроенных панелей.

Корабль.

Я снова здесь.

Глубоко вдохнув, я села, пытаясь отогнать сонные образы. Всё ещё ощущала на языке вкус шоколадного маффина, но он быстро растворился, оставляя только странную тяжесть.

Я умылась в крошечной каютной раковине, отряхнула капли воды с рук и, всё ещё полусонная, вышла в коридор.

Корабль был тихим.

Я лениво брела по коридорам, пытаясь хоть немного проснуться, когда вдруг захотелось потянуться.

Я остановилась, закрыла глаза, подняла руки вверх и сладко потянулась, выгибая спину.

И в этот момент корабль затрясло.

Внезапно. Сильно.

Я не удержалась.

Равновесие ушло из-под ног, и я полетела вниз.

Только до пола не долетела.

Меня что-то мягко поймало, обхватило, словно змея, и притянуло к чему-то твёрдому, горячему, сильному.

Я застыла, медленно открывая глаза.

Ранкар.

Я прижалась к кому-то тёплому и массивному, ощущая ритмичное биение чужого сердца.

Хвост.

Я моргнула, понимая, что меня держат хвостом.

И не просто держат — он был такой приятный.

Мягкий. Тёплый. Гладкий.

Не задумываясь, я осторожно, почти незаметно скользнула по нему пальцами, чувствуя, как текстура изменяется от основания к кончику.

Восторг!

Это было совсем не так, как я ожидала. Ни жёстко, ни шероховато. Приятно.

Но в следующий момент хвост резко вырвался, и я полностью обрушилась на землю.

— Ой!

Я подняла голову.

Мужчина — кто именно, я в панике не разобрала — уставился на меня, и в глазах его явно читалось недоумение, смешанное с шоком от моей наглости.

Я зажала рот рукой, осознавая, что только что сделала.

— Прости! — выпалила я. Щёки горели.

Он молчал.

— Я… я не удержалась, — пробормотала я, чувствуя, что голос дрожит. — И спасибо. За то, что не дал упасть.

Он моргнул, но ничего не сказал.

Только хвост его осторожно дёрнулся за спиной, будто проверяя, всё ли с ним в порядке после моего прикосновения.

Я медленно подняла голову, силясь разглядеть, кто именно только что спас меня от падения.

Один тёмный глаз — почти чёрный.

Второй — бледно-голубой, с вертикальным зрачком.

Дрейан.

Ну конечно.

Я приглушённо застонала про себя.

— Прости ещё раз, — пробормотала я, наконец вставая на ноги.

Он ничего не сказал, просто смотрел сверху вниз с выражением неизменного спокойствия, будто вообще не удивился произошедшему.

Щёки всё ещё горели. Я открыла рот, закрыла, а потом всё же выдохнула:

— У тебя потрясающий хвост.

Дрейан моргнул, затем его глаза сузились.

— Ты просто дикарка.

Я ахнула.

— Эй! Это был комплимент!

— Был? — Он сложил руки на груди, и в голосе скользнула насмешка. — Мне казалось, ты просто не можешь сдерживать свои порывы.

Я покраснела ещё сильнее.

— Ну, извини, что ваш вид настолько удивителен для меня, что его невозможно игнорировать!

— Не извиняйся. Просто учти — хвосты мы тебе трогать не позволяем.

Он развернулся, бросив через плечо:

— Но если не можешь сдерживаться, я подумаю, как тебя приструнить. Возможно, все же стоит закрыть тебя в каюте. 

Я замерла, чувствуя, как кровь ударила в уши.

Он ушёл, а я осталась стоять посреди коридора, понимая, что это утро точно не забуду. И его хвост тоже.

Я не сразу поняла, что уже утро.

Корабль мягко вибрировал, металлические стены отсеков всё так же мерцали холодным светом, создавая иллюзию вечных сумерек. Я умылась, пытаясь окончательно прийти в себя, но в голове всё ещё путались остатки сна.

Сегодня мне нужно было узнать больше.

О станции. О том, что меня там ждёт. О том, как выжить в этом новом мире.

Не желая снова теряться в своих мыслях, я направилась в столовую.

Она была пустой, но в воздухе уже витал запах еды. Тёплый, пряный, с лёгкими сладковатыми нотами — напоминал утренний аромат дома, который ты замечаешь только в детстве, пока кто-то взрослый готовит завтрак.

Меня будто потянуло за этим запахом, и я шагнула дальше, выходя на небольшую кухню.

За рабочей поверхностью, с ножом в руках, спокойно и сосредоточенно готовил Риан.

Он работал быстро, ловко нарезая что-то зелёное с тонкими прожилками, и раскладывал аккуратными порциями. Время от времени потягивал носом воздух, проверяя запахи, а хвост, как дополнительная рука, то открывал дверцу, то пододвигал поближе нужную пачку.

Я застыла в дверях, не сразу решаясь заговорить.

— Ты готовишь?

Риан даже не поднял головы.

— А как ты думала, еда появляется у нас на столе?

— Не знаю… — я замялась. — Просто не задумывалась об этом.

Он хмыкнул.

— И почему тебя это удивляет?

Я чуть дёрнула плечами.

— Не привыкла видеть, как мужчины готовят.

Теперь он всё же посмотрел на меня.

— А кто этим занимается на вашей планете?

— В основном женщины.

Он замер, словно пропуская эти слова через себя, и только потом сказал:

— У нас наоборот.

Я нахмурилась.

— В смысле?

— У нас готовка — это обязанность мужчины.

Я зависла, пытаясь осознать услышанное.

— Ты серьёзно?

— Разумеется.

— Но… почему?

Он отложил нож, опёрся на стол и посмотрел на меня так, словно не понимал, как можно задавать такие вопросы.

— Женщина не должна готовить.

— Почему?

— Потому что у неё другие задачи.

Меня это настолько поразило, что я даже не сразу нашлась, что сказать.

— А если она хочет?

— Зачем?

Я открыла рот, но сразу не нашла ответа.

— Просто хочет.

— Трата времени.

Я фыркнула.

— Ты так говоришь, будто женщины не умеют готовить вовсе.

Он улыбнулся краем губ, и в этой улыбке скользнуло недоверие.

— Умеешь?

Я сложила руки на груди.

— Конечно умею.

— Хорошо.

Он кивнул в сторону стола.

— Давай, покажи.

Я быстро огляделась, ища знакомые продукты.

На полке нашла что-то похожее на муку, рядом что-то вроде фруктов, из которых пахло сладостью.

В глубине холодильного отсека обнаружился кремообразный продукт, похожий на сливки.

Отлично.

Я решила сделать что-то сладкое, напоминающее пирожное или кремовый десерт.

Риан наблюдал молча, но я чувствовала его взгляд каждый раз, когда брала нож, мешала тесто или пробовала крем на вкус.

— Ты… делаешь еду, чтобы есть после еды? — наконец спросил он.

Я усмехнулась.

— Это называется десерт.

— Бесполезная трата продуктов.

— Подожди, пока попробуешь.

Я разложила порции на небольшие тарелки, взяла ложку, зачерпнула кусочек пышного, тёплого, сладкого крема и протянула ему.

Риан замер.

— Что ты делаешь?

— Просто открой рот, это вкусно.

Он посмотрел на меня так, будто я предложила ему самую нелепую вещь в жизни.

Но я не убирала ложку.

— Ну же.

Он поджал губы, но в итоге послушался.

Я покормила его с рук, наблюдая, как он медленно жует, пробуя вкус.

Я ожидала реакции на десерт, но вместо этого он вдруг напрягся, будто осознал нечто другое.

— Что? — спросила я, не понимая.

Риан прочистил горло.

— Это… вкусно.

Но голос у него звучал неуверенно, а взгляд избегал моего.

Я нахмурилась, покрутила ложку в руках, а потом решительно отправила её в рот.

Невкусно? Да нет, всё как надо.

Я сжевала последний кусочек, покачав головой, и в этот момент заметила, как Риан смотрит на меня.

Не просто смотрит.

Глаза по пять копеек, застывший, будто увидел что-то, чего никак не ожидал.

Я приподняла бровь.

— Что? Вкусно же.

Он медленно моргнул.

— Да… ты…

Он вдруг показал пальцем на ложку, которую я только что облизала.

Я посмотрела на неё, потом на него, потом снова на ложку.

— Ну и что?

— Я же с неё ел.

— Я тоже.

Риан открыл рот, потом закрыл, потом снова открыл.

— Ты…

— Ты брезгливый? — я сузила глаза.

— Какой? Нет! Я…

Он зажмурился, явно пытаясь объяснить мне что-то очевидное, но так и не найдя подходящих слов.

Я пожала плечами.

— Ну, забудь тогда.

Но судя по тому, как он отводил взгляд, он не забывал.

В этот момент в проёме двери показался Саэт, лениво опираясь на дверной косяк.

— Завтрак готов? — в голосе прозвучала лёгкая насмешка. — Что-то ты задерживаешься.

А потом его взгляд переключился на меня.

— А ты тут что делаешь?

Он скользнул глазами по столу, где стояли тарелки, потом снова на нас двоих, и уголки его губ дёрнулись вверх.

— Теперь понятно, почему завтрака до сих пор нет.

Я прищурилась.

— Мешаешь?

Я поджала губы.

— Я приготовила десерт.

Саэт моргнул.

— Что ты сделала?

В его голосе звучало искреннее недоумение.

Риан тяжело вздохнул, взял со стола тарелки с завтраком и, не глядя на меня, передал одну Саэту.

— Она решила, что может готовить, — сухо объяснил он. — И приготовила десерт.

Саэт моргнул, посмотрел на тарелку, потом на меня.

— Десерт?

— Да, десерт, — раздражённо повторила я.

Он задумчиво хмыкнул, но ничего не сказал, просто развернулся и, взяв завтрак, ушёл в столовую.

Риан взял оставшиеся тарелки и поставил передо мной одну.

— Поможешь, раз уж начала.

Я кивнула, подхватила свои тарелки и последовала за ним.

В столовой уже сидели остальные.

Когда мы вошли и начали ставить перед каждым завтрак, на меня сразу уставились пять пар глаз.

Но настоящая озадаченность проявилась, когда я поставила перед каждым ещё и тарелку с десертом.

Мужчины синхронно переглянулись.

— Это что? — Вэлк первым нарушил молчание, глядя на тарелку с подозрением.

— Десерт, — спокойно ответила я, садясь на своё место.

На секунду повисла пауза.

— И зачем? — Саэт скептически поднял бровь.

— Чтобы вы попробовали, — я сложила руки на груди. — Вы же вообще сладкое едите?

Мужчины впятером посмотрели сначала на меня, потом на свои тарелки, потом снова друг на друга.

Такое ощущение, будто я разрушила какой-то баланс в их мире.

Мужчины молча принялись за еду, сосредоточенно, как будто для них это был важный процесс, а не просто завтрак.

Я тоже попробовала свою порцию и довольно зажмурилась.

— Как же вкусно, — выдохнула я, глядя на Риана. — У тебя талант, честное слово.

Он не ответил, просто продолжил есть, но я заметила, как он коротко дёрнул хвостом, будто этот комплимент его всё же задел.

Я перевела взгляд на остальных.

Десерт медленно, но верно исчезал с тарелок. Никто ничего не говорил, но судя по тому, что они доедали до последнего кусочка, мой эксперимент всё же удался.

Только Келлар не тронул свою порцию.

Когда он встал из-за стола, я сузила глаза.

— Ты даже не попробовал.

— Я не ем сладкое.

— Ну же! — я хитро улыбнулась. — Не заставляй меня кормить тебя с ложечки, как Риана.

Я услышала приглушённый смешок и только потом поняла, что за столом стало слишком тихо.

Я подняла глаза.

Келлар замер, но не на меня смотрел.

На Риана.

Риан сильно прикусил губу, но я всё равно заметила лёгкое изменение в его выражении.

Я перевела взгляд на Келлара, потом снова на Риана.

— Что?

Келлар медленно вернул на меня свой внимательный взгляд.

— Ты покормила его ложкой?

Я моргнула.

— Ну… да.

— И он ел?

Я снова моргнула.

— Да. Только потом точно также, как и ты непонятно почему возмущался. Кажется, что все, что я делаю вас раздражает. 

Келлар наклонил голову набок, а потом тихо хмыкнул.

— Ладно. Давай сюда ложку.

Я улыбнулась, радуясь победе, но почему-то чувствовала, что мужчины явно что-то знают, а я пока не понимаю, что именно.

Келлар взял ложку, скептически посмотрел на десерт, потом зачерпнул небольшую порцию и попробовал.

Я внимательно следила за его лицом.

Он медленно жевал, затем хмыкнул и, не сказав ни слова, просто взял тарелку и ушёл.

Я моргнула, переводя взгляд с двери на оставшихся мужчин.

— Какие же вы все странные, — выдохнула я.

— Мы и так это знаем, — сухо отозвался Дрейан.

— Я не это имела в виду.

Он ничего не ответил, просто вернулся к завтраку.

После того, как все закончили есть, Риан собрал посуду и молча направился на кухню.

Вэлк и Саэт тоже ушли, оставив меня наедине с Дрейаном.

Я уже собиралась встать, но он заговорил первым.

— Ты ведёшь себя вызывающе.

Я остановилась и нахмурилась.

— Почему?

Он поднял на меня свой холодный, внимательный взгляд.

— Ты готовишь для нас.

— Ну да, и что?

— Это ненормально.

— В смысле?

— Словно мы тебе дороги.

Я застыла.

— Что?

— А то, что ты кормила Риана с ложки? — его голос был ровным, но в нем скользило напряжение. — Как любовница.

Я не сразу нашлась с ответом.

— Я… я просто…

— Зачем ты всё это делаешь? — перебил он. — Дразнишь? Потому что знаешь, что у нас этого никогда не будет?

Меня словно ударило.

— Нет! Я…

— Вот и прекрати.

— Но…

Он поднялся, его высокий силуэт затенил свет ламп, взгляд был тяжёлым, оценивающим.

— Ты либо жестокая, либо глупая, Виола.

Я не успела ответить.

Дрейан развернулся и вышел, оставляя меня одну за столом, с ощущением, что я только что наступила на что-то важное, сама того не осознавая.

Я шла по кораблю, проветривая мысли, но внутри всё ещё гудели последние слова Дрейана.

Жестокая? Глупая?

Почему?

Что я сделала не так?

Я не заметила, как ноги сами привели меня в одну из комнат.

Не каюта. Скорее комната для отдыха.

Такая же металлическая, строгая, как и весь корабль, но в ней хотя бы были места, где можно сесть с относительным комфортом — несколько кресел, пара столов, даже что-то похожее на экран на одной из стен.

Но самое главное — окно.

Или как они тут это называют?

Огромная, панорамная панель в самую глубину космоса.

Я подошла ближе и замерла, всматриваясь в бесконечную темноту, пронизанную редкими вспышками далёких звёзд.

Чернота.

Холодная, пугающая, бескрайняя.

Если долго смотреть, начинало казаться, что она живая, что она движется, что она может поглотить тебя без следа.

Я не слышала шагов, но почувствовала присутствие ещё до того, как он заговорил.

— Высматриваешь свою планету?

Я не вздрогнула — знала, кто это.

Вэлк.

Из всех мужчин он был самый крупный, и даже когда двигался бесшумно, его поступь ощущалась. Тяжёлая, основательная.

Я слегка склонила голову, не оглядываясь.

— Нет.

Моя планета где-то там, среди сотен этих далёких огоньков.

Но я не искала её взглядом.

Я просто смотрела в саму пустоту.

— Мне жаль, что ты не можешь вернуться обратно, — спокойно сказал Вэлк.

Я чуть качнула головой, но не отрывала взгляда от космоса.

— Если подумать… мне — нет.

Он не ответил сразу.

Я наконец повернула голову и увидела, как он внимательно смотрит на меня, будто оценивает смысл моих слов, а не просто слушает ответ.

Я выдохнула.

— Совершенно не важно, где быть ненужной.

Вэлк чуть склонил голову, но в его глазах не было ни жалости, ни осуждения.

Только спокойное понимание.

Я глубоко вздохнула, переводя взгляд обратно на темноту за окном.

— Где вы меня высадите?

Вэлк не сразу ответил.

— На станции Кайрон-5.

Я нахмурилась.

— Это планета?

— Нет. Это орбитальная станция. Она расположена на границе между центральными секторами и зонами свободной торговли.

Я повернулась к нему.

— И что это значит?

— Это значит, что там нет законов, — спокойно ответил он. — Официально — это торговый узел. Фактически — место, где можно купить, продать или потеряться.

Меня передёрнуло.

— И вы собираетесь меня там оставить?

— Где-то же тебя нужно оставить.

— А что будет со мной?

Вэлк чуть пожал плечами.

— Зависит от тебя.

Я напряглась, но он продолжил без эмоций:

— Кто-то ищет работу. Кто-то находит покровителя. Кто-то вливается в местные группировки. Кто-то уходит с первыми же нанимателями на дальние маршруты.

— Кто-то? — повторила я, чувствуя неприятный холод в груди.

— Те, кто попадает на Кайрон-5.

Я стиснула зубы.

— А если у меня не получится найти работу?

— Тогда ты станешь товаром, — сказал он так спокойно, что меня прошиб озноб.

Я судорожно выдохнула, чувствуя, как пальцы сжались в кулаки.

Кайрон-5.

Где купить, продать или потеряться.

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри поднимается глухое раздражение.

— Для расы, которая вроде как заботится о женщинах, это довольно жестоко.

Вэлк не сразу ответил, но его голос оставался таким же спокойным и уверенным.

— Мы не имеем права возить на судне чужую женщину.

Я резко повернулась к нему.

— Что?

— Мы можем доставить женщину до её родственников, опекунов или, если таковых нет, до ближайшей безопасной станции.

Я выпучила глаза.

— Ты считаешь Кайрон-5 безопасной?!

— Она — ближайшая.

Я глухо выдохнула, чувствуя, как внутри всё кипит.

— Вот уж спасибо.

Он посмотрел на меня, медленно, почти задумчиво, а потом тихо сказал:

— Мне жаль.

И почему-то его слова звучали правдиво.

Вэлк ушёл, оставляя меня наедине с собственными мыслями.

Я не представляла, как я выживу на Кайрон-5.

Сколько бы я ни пыталась планировать, ни один вариант не казался мне реальным.

Где я возьму деньги? Как найду работу? Что, если просто не успею и действительно стану чьим-то товаром?

Я обняла себя руками, словно это могло защитить от надвигающейся неизвестности, и не заметила, как время пролетело.

Только к вечеру я наконец вышла из комнаты и пошла в каюту.

Но стоило свернуть в коридор, как передо мной возник Келлар.

Его жёлтые глаза сразу уперлись в меня с лёгким раздражением.

— Ты не пришла на обед.

Я пожала плечами.

— Не хотела есть.

— Так не пойдёт.

Он схватил меня за запястье твёрдо, но не грубо и развернул в сторону столовой.

— Пока ты с нами, должна нормально питаться.

Я не сопротивлялась, хотя шла механически, чувствуя, как внутри всё тяжелеет от безысходности.

В столовой было пусто, только Келлар опустил передо мной тарелку и сел напротив.

— Ешь.

Я смотрела на еду перед собой, но не чувствовала ни малейшего желания прикасаться к ней.

Губы дрогнули, прежде чем я выдохнула:

— Какая разница? Если завтра я всё равно достанусь какому-то извращенцу или уроду? Если повезёт, он просто меня убьёт.

Я отодвинула тарелку и встала, но Келлар мгновенно замер, а потом поднял на меня острый, пронизывающий взгляд.

— То есть находиться с пятью уродами и извращенцами на одном корабле тебе не страшно, а один тебя страшно пугает?

Я поджала губы.

— Вы не такие.

Его глаза сверкнули в полумраке.

— Не такие?

Он поднялся, двинулся ко мне с медленной, хищной уверенностью, и я попятилась.

— А какие мы, по-твоему, Виола? А?

Я отступала, пока спиной не упёрлась в стену.

— Думаешь, мы милые и добрые?

— Нет… но…

— Мы такие же монстры, как и остальные.

— Нет! — я замотала головой. — Вы меня не тронули.

Келлар глухо усмехнулся.

— Не тронули, потому что нам нельзя, глупая ты землянка.

Он навис надо мной, так близко, что у меня похолодело внутри.

— Как ты думаешь, что бы мы с тобой сделали, если бы могли? А?

Я задержала дыхание, чувствуя, как его тепло буквально окутывает меня.

Келлар резко схватил меня за шею сзади, не сжимая, но заставляя смотреть прямо ему в глаза.

— Думаешь, мы играли бы в порочную невинность, Виола?

Его голос стал глубже, ниже, опаснее.

— Нет. Если бы ты осталась тут, мы бы регулярно пускали тебя по кругу и наслаждались твоим нежным телом.

Я затаила дыхание.

— И непременно бы заняли твой болтливый ротик работой.

У меня сжалось всё внутри — от страха? От стыда? Или… 

Я впилась в его взгляд, судорожно проглотив ком в горле.

— Да? Тогда почему всё это время "были такими, как я себе думаю"? Кормили меня и всё остальное?

Келлар щёлкнул языком и едва заметно усмехнулся.

— Потому что мы не можем тронуть чужую женщину.

Я моргнула.

— То есть по кругу вы бы пустили свою?

Я озадаченно нахмурилась, но почему-то от самой этой порочной мысли внизу приятно, сладко потянуло.

— Вы что, делили бы одну женщину на пятерых?

Келлар не отвёл взгляда, его голос остался глухим и ровным.

— Мы не можем возить с собой чужую женщину. Я же сказал. Если она чужая хотя бы кому-то из нас. Поэтому наёмники не имеют жён. И не возят их с собой.

Я пыталась осмыслить его слова.

— Я думала, потому что вы считаете себя уродами.

Он усмехнулся, но в этой усмешке не было радости.

— Это основная причина, почему мы становимся наёмниками. Потому что семья нам не светит. А чужие женщины нам не нужны.

Он отпустил меня, резко отстранившись, и сделал шаг назад.

— Поэтому ты сойдёшь на этой чёртовой станции.

Его глаза полыхнули жёлтым огнём, прежде чем он отвернулся.

— Тебе ясно?

Я не ответила.

Просто смотрела ему в спину, чувствуя, как всё внутри клокочет от сотни противоречивых эмоций.

Келлар резко пнул хвостом стул, на котором я до этого сидела, и тот со скрежетом скользнул по полу.

Я вздрогнула, но не пошевелилась, пока он не вышел из столовой, оставляя меня одну.

Некоторое время я просто стояла, пытаясь прийти в себя.

Грудь сдавливало, руки мелко дрожали, но я заставила себя глубоко вдохнуть и выдохнуть.

Есть больше не хотелось.

Я молча взяла свою тарелку, отнесла её на кухню, вытерла стол, подняла опрокинутый стул и аккуратно поставила на место.

Мелькнула мысль, что нужно бы прибраться, но сил не было совсем.

Вышла в коридор и направилась в свою каюту, пытаясь поймать хоть какое-то спокойствие, когда неожиданно наткнулась на Дрейана.

Я уже было хотела поздороваться, но слова застряли в горле, когда я увидела, что он несёт в руках.

Это было что-то странное.

Размером примерно с енота, но совершенно на енота не похоже.

Морда — как у ехидны, вытянутая, с короткими шипами по бокам, а тело — как у огромной белки-летяги, с широкими перепонками между лапами и пушистым хвостом, который казался слишком длинным и лохматым.

— Что это? — вырвалось у меня.

Дрейан холодно посмотрел на меня, как будто я снова спросила какую-то глупость.

— Вредитель.

— Что?

— Паразит. Видимо, подцепили на прошлой станции. Нашёл его в вентиляции. Хорошо не перегрыз там кабели. Просто не успел.

Он хмурился, и животное пискнуло, словно понимая, что речь идёт о нём.

— И что ты с ним собираешься делать? — я почувствовала, как внутри сжалось сердце.

— Выкинуть в открытый космос через мусорный бак.

— Нет! Нет, пожалуйста!

Он остановился, посмотрев на меня с явным раздражением.

— Виола, это вредитель. Он нам не нужен.

Я вцепилась в его взгляд, не отводя глаз.

— Дрейан, он такой… милый. Ну, больше странный и немного противный, но совершенно точно не заслуживает смерти. Пожалуйста! Пусть сойдёт со мной на станции!

— Нет.

Он развернулся и продолжил идти, но я кинулась вперёд и схватила его за руку, крепко сжимая пальцами.

— Дрейан, пожалуйста.

Мужчина будто вздрогнул, словно ударило током.

Он остановился, посмотрел на мою руку, обхватившую его запястье, затем медленно поднял глаза на меня.

Я смотрела на него с мольбой, почти забыв дышать.

Он криво усмехнулся, тяжело вздохнул и, словно сдаваясь, коротко бросил:

— Ладно. Держи.

И сунул зверюгу мне в руки.

Я растерянно подхватила пушистое существо, пытаясь не уронить, пока оно пищало и дёргалось.

— Иди в свою каюту, я принесу… клетку, что ли, — пробормотал он, глядя на меня, будто я была не совсем в себе.

— Спасибо! — выдохнула я, улыбаясь ему по-настоящему счастливо.

Дрейан посмотрел на меня, как на блаженную, и коротко покачал головой, скрывая какую-то эмоцию в глубине глаз.

Он развернулся и ушёл, а я, аккуратно придерживая пушистого паразита, поспешила к себе в каюту, наполовину счастливее, наполовину в растерянности.

Как только я оказалась в каюте, с облегчением отпустила пушистика на пол.

Он на мгновение замер, будто удивлён, что его не держат, а затем молнией рванул в сторону, с неожиданной прытью взлетая на стол и смахивая на пол мою чашку.

— Эй! — я метнулась за ним, но пушистое чудовище уже соскользнуло на пол, пролетело между моих ног и помчалось к шкафу.

— Да стой же ты, чудовище!

Но зверёныш только попискивал, ловко уворачиваясь от моих рук и петляя по комнате.

Я бросилась за ним, но он резко запрыгнул на кровать, оттуда на полку и, на удивление ловко проскользнув по ней, заскочил в вентиляционное отверстие.

— Нет, нет, нет! — я кинулась к решётке и успела схватить его за пушистый хвост.

Зверёныш заскрипел, дёрнулся, отчаянно трепыхаясь и пытаясь выскользнуть.

Я тянула его обратно, но пушистик ударил лапой по моим пальцам, а потом попытался куснуть, хотя и не слишком успешно.

— Ах ты мелкий поганец! — я вцепилась крепче и вытащила его наружу, с трудом удерживая в руках.

Он дёргался, крутился и пищал, а я пыталась его успокоить, но вместо этого только сама запыхалась и растрепалась.

— Да стой же ты, чудовище! Он же тебя выбросит!

Но чудовище, конечно, не слушало, продолжая извиваться и вырываться.

И в этот момент дверь открылась, и на пороге появился Дрейан с клеткой в руках.

Я замерла, растрёпанная, взмокшая, вся в пыли и с перекошенным лицом, судорожно удерживая зверька в руках.

Он медленно оглядел меня, потом — комнату, в которой перевёрнуты подушки, на полу валяются книги и чашка, а в воздухе ещё стоит пыльное облако.

— Ещё хочешь оставить? — он насмешливо приподнял бровь, указывая на клетку.

— Да.

Он покачал головой, на губах мелькнула едва заметная усмешка.

— Упрямая.

— Я и так уже поняла, что он проблемный.

Он подошёл ближе, поставил клетку на пол возле кровати и слегка наклонил голову, наблюдая, как я пытаюсь запихнуть зверёныша внутрь.

Тот упирался всеми лапами, распушив хвост, но я наконец втиснула его в клетку и захлопнула дверцу.

Пушистик насупился, недовольно раздув ноздри, а потом жалобно пикнул и попытался покусать прутья.

Я выдохнула, опустившись на пол рядом с клеткой, и обхватила себя руками, пытаясь прийти в себя.

Дрейан присел на корточки рядом, наблюдая за мной с каким-то странным выражением.

— И зачем оно тебе надо? — хрипло спросил он.

Я пожала плечами и устало посмотрела на него.

— Оно живое. Нельзя убивать просто так.

Дрейан медленно выдохнул, его лицо на мгновение стало менее жёстким, почти задумчивым.

— Ты… правда такая глупая, Виола.

Я тихо усмехнулась, хотя чувствовала, как глаза предательски жгут слёзы.

— Может быть.

Он ничего не сказал, просто поднялся на ноги, слегка качнул головой и вышел, оставляя меня наедине с этим странным чудом в клетке и хаосом внутри самой себя.

После того как Дрейан ушёл, я ещё несколько минут сидела на полу, прислушиваясь к тому, как пушистик попискивает в клетке, пытаясь прогрызть прутья.

— Ну и упрямый ты, — вздохнула я, поглаживая его по макушке сквозь прутья.

Животное фыркнуло и отодвинулось в самый угол клетки, свернувшись в плотный пушистый комок.

— Ладно, оставайся там. А я пойду приведу себя в порядок.

Я поднялась, провела рукой по лицу и поняла, что волосы растрепались, а сама я вся в пыли и грязи после этой битвы с вредителем.

Пара минут под тёплыми струями воды помогли вернуть ясность мыслей. Я отчаянно пыталась смыть напряжение, и пусть в голове всё ещё был бардак, но хотя бы тело теперь ощущалось живым и лёгким.

Надев чистую одежду, я собрала волосы в незамысловатый хвост и решила, что теперь нужно подумать о еде для нового питомца.

Я вернулась в столовую, а оттуда — на кухню, где уже вовсю шумел Риан, раскладывая что-то по контейнерам.

Я сразу подметила несколько мисочек, аккуратно сложенных на полке, и взяла две из них — одну для воды, другую для еды.

Риан заметил меня и приподнял бровь.

— Зачем это тебе?

— Я оставила себе... хм... — я замялась, пытаясь вспомнить название зверушки. — Не знаю, как он называется. Дрейан назвал его вредителем.

Глаза Риана округлились.

— Тсс’рион.

— Что?

— Это тсс’рион.

— Ох. — Я попыталась повторить. — Тсс… что?

— Тсс’рион. — Он ещё раз медленно повторил, будто я была непонятливым ребёнком. — И это вообще не домашний питомец.

— Да я уже поняла, поверь. Но я не хочу, чтобы он умер в космосе. Пусть лучше сойдёт со мной на станции.

Риан хмыкнул, уголки его губ дрогнули в намёке на улыбку.

— Странная ты.

— Может быть, — я пожала плечами и стала наполнять миски водой и едой.

Он мельком оценил содержимое миски и покачал головой.

— Он это не ест.

— А что он ест?

— В дикой природе — швас.

Я нахмурилась.

— Швас? Это что?

Риан отвёл взгляд, явно пытаясь подобрать слова.

— Ну… это перебродившее хлебное мясо.

— Хлебное мясо?

— Да. Оно пористое, влажное и слегка кислое. У нас такого нет.

— А чем его тогда кормить?

Он вздохнул, явно поражённый моим упрямством, и хмыкнул.

— Ладно, неугомонная, помогу тебе приготовить что-то похожее.

Я радостно хлопнула в ладоши, забыв про всё на свете, и прежде чем успела подумать, порывисто обняла его.

Он напрягся, словно ударило током, и на какое-то мгновение просто замер, даже не дыша.

Я тут же отпрянула, смутившись.

— Прости и… Спасибо!

Он медленно выдохнул, всё ещё глядя на меня с непониманием, и покачал головой.

— Ладно. Давай сварим ему что-то вроде каши с кислыми фруктами. Это будет похоже на швас.

Я кивнула и сразу принялась помогать — собирала ингредиенты, следила за варкой и время от времени задавала дурацкие вопросы, на которые Риан отвечал сдержанно, но не грубо.

Когда каша с фруктами наконец была готова, я зачерпнула ложку, посмотрела на неё с удовлетворением и повернулась к нему.

— Спасибо, Риан!

Он хмыкнул и чуть отмахнулся.

— Иди уже, корми своего монстра. Но на ужин не опаздывай.

— Да! Ты лучший! — я с улыбкой подхватила миску и, не дожидаясь ответа, выскочила из кухни.

Уже за дверью я услышала его короткий смешок и, сама того не замечая, тоже улыбнулась.

Я вернулась в свою каюту с мисками в руках, открыла клетку и поставила еду и воду внутрь.

Пушистик недовольно пискнул, понюхал содержимое и, не решаясь, потыкал лапой.

— Ну давай же, ешь, — я устало выдохнула. — Это лучше, чем умереть в космосе.

Малыш понюхал ещё раз, потом осторожно лизнул кашу и, видимо, решив, что это безопасно, начал медленно жевать.

Я присела на пол, наблюдая за ним, и вдруг услышала тихие шаги в коридоре.

Дверь приоткрылась, и на пороге возник Саэт, прожигая меня стальными холодными глазами.

Я непроизвольно вздрогнула, но постаралась сдержать эмоции.

— Я еще что-то забыла? — я чуть приподняла бровь, глядя на его жёсткое выражение лица.

Он хмыкнул, не сводя с меня взгляда.

— Думал, что Риан пошутил, когда сказал, что ты завела эту тварь в качестве питомца. Но вижу, что это не шутка.

— Нет, не шутка.

Он снова хмыкнул, но в его голосе не было ни капли веселья.

— Слава богу, завтра вы оба сойдёте с корабля.

— Да, — выдохнула я, ощущая тяжесть в груди.

Саэт застыл, будто удивившись моему тону.

— Не рада?

Я посмотрела на него, пытаясь подобрать слова. Его взгляд оставался жёстким и непроницаемым, но за этой маской я уловила что-то неуловимое — как будто ему самому неприятно было говорить эти слова.

Я медленно выпрямилась, машинально разглаживая ткань на коленях, и только потом взглянула на него снова.

Красивый мужчина.

Пусть грубый и хвостатый, но всё равно привлекательный.

Да и все они такие. Каждый по-своему: сдержанный Риан, спокойный Вэлк, насмешливый Келлар и… Дрейан.

Странно, что они считают себя бракованными.

Может, из-за тех странных стандартов красоты в их мире.

Я бы хотела остаться.

— Что?

Слова вырвались прежде, чем я успела осознать, что произнесла это вслух.

Саэт замер, его глаза на миг прищурились, будто он не был уверен, что правильно услышал.

— Что?

— Тут.

Он медленно качнул головой.

— Мы не можем катать чужую женщину.

— Я знаю.

Он стиснул зубы.

— Тогда что за глупость ты несёшь?

Я поднялась на ноги и подошла к нему, чувствуя, как в груди пульсирует страх и смелость одновременно.

— Вы бы могли меня оставить?

Он долго смотрел на меня, словно пытался найти что-то в моих глазах, проверить на правдивость или глупость.

И, не найдя, устало вздохнул.

— Ты не можешь остаться, Виола. Мы не можем возить чужую женщину. И ты прекрасно знаешь, что мы — уроды. Разговор окончен.

Он развернулся и ушёл, не дожидаясь ответа, оставляя меня стоять в полной тишине, с ощущением, будто в груди что-то оборвалось.

Я шла на ужин, не чувствуя под ногами пола.

Голова была тяжёлая, мысли путающиеся и бессмысленные.

Зверёныш в клетке тихо посапывал, уже успокоенный после своего первого приёма пищи. Я ещё раз проверила, что всё на месте, и неохотно направилась в столовую.

Когда я вошла, мужчины уже сидели за столом. Обычная еда, простая и сытная, но сегодня от неё не было ни вкуса, ни запаха.

Я молча присела на своё место и тоже начала есть, машинально пережёвывая, не особо понимая, что именно кладу в рот.

Мужчины молча ужинали, но я чувствовала на себе их внимательные взгляды.

То и дело кто-то из них косился на меня, но никто не спрашивал, что со мной.

Когда ужин закончился, все по одному молчаливо поднялись и разошлись по своим делам.

Риан остался на кухне, собирая посуду и складывая её в мойку. Я поднялась и начала помогать, собирая грязные тарелки с другого конца стола.

Он не сразу заговорил, но я видела, как он то и дело поглядывает на меня через плечо.

— Чего такая грустная? — наконец спросил он, не отрываясь от мытья посуды. — Ты же ещё час назад радовалась.

Я невольно вздохнула, поставив ещё одну тарелку в раковину.

— Поняла кое-что, — проговорила я глухо.

Он повернул голову, пытаясь понять, что именно я имела в виду.

— Я бы хотела остаться, — сказала я, чувствуя, как голос дрогнул. — Но Саэт сказал, что это невозможно.

Риан на мгновение застыл, словно переваривая услышанное.

— Он прав. Мы можем только перевозить чужих женщин от порта до порта. Но катать их с собой — не можем.

— Может, я и не хочу быть вам чужой! — выпалила я, почувствовав, как горло перехватило от волнения.

Риан замер, не веря своим ушам, а потом покачал головой.

— Ты не понимаешь, о чём говоришь.

Я стиснула зубы.

— Почему?

Он поставил очередную тарелку на сушилку и посмотрел на меня с серьёзностью и усталостью, которых я раньше не замечала.

— Ни одна женщина не согласится быть даже с одним из нас, не то что сразу с пятью. Ты боишься станции, и это понятно, но останешься с нами — и потом будешь жалеть, что не сошла.

— Почему ты так уверен?

Он снова покачал головой.

— Потому что мы просто не сможем отпустить тебя.

— Что?

Риан глубоко вдохнул, словно собираясь с мыслями, и только потом продолжил:

— Наша раса — однолюбы. Мы выбираем партнёра один раз. Навсегда. Если ты останешься с нами — это станет твоей жизнью. — Он обвел руками вокруг, явно имея ввиду судно. —  И нашей тоже. Ты не сможешь передумать. А мы — не сможем тебя отпустить. Поэтому тебе будет лучше уйти.

Он отвернулся, вновь занявшись посудой, но по тому, как медленно двигались его руки, было понятно, что разговор всё ещё вертится у него в голове.

А у меня в груди было пусто и невыносимо тяжело.

Ночью я почти не спала.

Ворочалась, кидалась с боку на бок, поправляла подушку, но сон так и не приходил.

Зверёк в клетке попискивал, время от времени переступая лапами, будто и сам чувствовал напряжение.

— Не переживай, — прошептала я, глянув на него в полумраке. — Я тебя отпущу. Как только окажемся на станции, ты будешь свободен. А я…

Я замолчала, понимая, что сама не верю в то, что говорю.

— А я тоже справлюсь.

Зверёныш прижал уши, улёгся в дальнем углу клетки и тихо замурлыкал.

Я закрыла глаза, но сон всё равно не приходил.

За завтраком я сидела молча, как и все остальные.

Мужчины ели молча, но чувствовалось напряжение в воздухе. Каждый из них время от времени бросал на меня взгляд, но никто не начинал разговор.

Наконец, когда все доели, Саэт коротко сказал:

— Приземлимся через два часа.

Я молча кивнула, встала из-за стола и вернулась в свою каюту.

Два часа тянулись мучительно долго.

Я то садилась на кровать, то вставала, то проверяла, как там зверёныш, то снова начинала ходить кругами.

Когда корабль начал снижаться, я почувствовала, как судно слегка тряхнуло, и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

Открыла клетку и аккуратно достала зверька, прижимая его к себе.

— Ну вот, пришло время, да? — прошептала я, погладив пушистую голову.

Он понюхал мой палец, но на этот раз не кусался, только поглядывал настороженно.

Я вышла в коридор с пушистиком на руках и почти сразу наткнулась на Дрейана.

Он усмехнулся, но в этой усмешке была грустная тень.

— Все таки тащишь его с собой?

— Конечно. Он ведь свободный зверёк.

— Упрямая.

— Знаю.

На этом разговор закончился, и я двинулась дальше, в сторону выхода.

У самого шлюза меня перехватил Келлар.

Он подошёл без лишних слов и надел мне на запястье странный браслет.

Я хмуро уставилась на него.

— Что это?

— Деньги, глупая. — Он бросил на меня короткий взгляд. — Они тебе пригодятся.

Я растерянно глянула на браслет и тихо сказала:

— Спасибо.

Он ничего не ответил, только коротко кивнул и отступил в сторону.

Когда люк открылся, на меня нахлынула волна запахов и звуков.

Тёплый воздух обжигал лёгкие смесью технических масел и разогретого металла, а в лицо хлынуло пыльное дыхание станции.

Передо мной раскинулась огромная многоуровневая платформа, на которой люди и не совсем люди спешили по своим делам.

Станция жила, словно многоногий гигант, а коридоры и проходы извивались, словно лабиринт.

Резкие голоса, глухие удары, звук работающих турбин и приглушённые разговоры сливались в хаотичный гул.

Мелькали яркие неоновые вывески, подсвечивающие входы в магазины и забегаловки.

Повсюду сновали существа, некоторые из которых казались полностью механическими, другие — наполовину органическими, с дополнительными конечностями или хвостами.

Разноцветные огни отражались в металлических стенах, придавая им зловещее неоновое сияние.

Я почувствовала дрожь в руках, крепче прижала пушистика к груди и сделала шаг вперёд, когда тот вдруг рванулся и выпрыгнул из моих рук.

— Эй! — крикнула я, пытаясь его схватить, но зверёк побежал вперёд, ловко уворачиваясь от прохожих.

Риан, который вышел следом, засмеялся, покачав головой.

— Не удивительно, конечно.

Я отряхнула одежду, смущённо поднимая глаза.

— Убежал…

— Убежал. — Он усмехнулся, потом указал на одну из вывесок сбоку. — Там можно поесть. Ещё вон там жилые сектора. Но в ту сторону лучше не ходить — это зона мародёров.

— Поняла. Спасибо.

Мужчины начали расползаться в разные стороны, каждый по своим делам.

Келлар только коротко кивнул, Вэлк бросил на меня быстрый взгляд и ушёл первым.

Последним остался Дрейан. Он посмотрел на меня через плечо, не говоря ни слова, а потом просто скрылся в толпе.

Я осталась стоять на месте, пытаясь собраться с мыслями.

Что теперь?

Живот сжимался от неприятного ощущения одиночества, но я взяла себя в руки и заставила сделать первый шаг.

— Магазины, — выдохнула я, решая просто пойти посмотреть, чтобы немного успокоиться и привыкнуть к новому месту. Да и одежды у меня совсем не было.

Люди и не-люди мелькали вокруг, но я старалась держать в голове указания Риана и не заходить туда, где вывески были слишком мрачные или стены слишком обшарпанные.

Первые минуты я шла медленно, приглядываясь к каждому прохожему, но постепенно шаги стали увереннее.

Я справлюсь.

Магазин с одеждой привлёк меня яркими витринами и манекенами, на которых были надеты удобные и практичные вещи.

Я зашла внутрь, оглядываясь по сторонам.

Просторное помещение было заполнено рядом стоек с одеждой, а на стенах висели полки с аксессуарами и обувью.

Я прошлась вдоль рядов, примеряя взглядом несколько комплектов.
Удобные штаны с множеством карманов, свободные футболки из мягкой ткани, куртка с капюшоном — всё это выглядело практично и комфортно.

Я выбрала пару нарядов и увидела на полке небольшие рюкзаки — удобные, лёгкие, с крепкими лямками. Один из них был тёмно-синего цвета с серебристыми вставками.

Решив, что мне точно понадобится сумка для всего этого, я взяла рюкзак и подошла к кассе.

— Здравствуйте, можно вас спросить? — обратилась я к продавщице — симпатичной женщине с короткими зелёными волосами и ярким макияжем.

— Да, конечно, — она улыбнулась.

— Я не очень понимаю, как проверить баланс на этом браслете.

Женщина коротко кивнула и указала на небольшой экран сбоку от кассы.

— Приложите браслет вот сюда.

Я сделала так, как она сказала, и на экране высветилась сумма:

100 000.

Я растерянно моргнула, не понимая, много это или мало.

— Подскажите, а какая средняя зарплата тут?

Продавщица прищурилась, будто проверяя, не издеваюсь ли я, но потом всё же ответила:

— Чтобы комфортно жить — около пяти тысяч в месяц.

Я застыла, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

Сто тысяч?! Больше чем на год! Ого… Келлар все же позаботился обо мне. 

Внутри стало тепло от этой мысли, но я быстро ее прогнала. Как и они меня.

Я не сразу нашлась с ответом, но внутри сразу стало намного спокойнее.

Теперь я уверенно сделала выбор, взяв ещё несколько комплектов одежды — удобные штаны, пару лёгких футболок, толстовку на молнии и сменное бельё.

После оплаты, пока я складывала всё в рюкзак, продавщица вдруг обратилась ко мне:

— Вы только приехали, как я понимаю. Знаете, я пару лет назад тоже оказалась тут случайно… Если ищете жильё, могу помочь.

Я сразу настороженно посмотрела на неё. Но выглядела она… Не знаю. Ей хотелось верить.

— Да? Я как раз думала об этом.

Она выудила из кармана маленькую визитку и протянула мне.

— Вот. В баре "Три звезды" можно найти этого Грона. Он держит несколько квартир на станции. Знаю точно, что одна из них пустует. Он — надёжный, не кинет.

— Спасибо, — кивнула я, забрав визитку.

— Не за что. Удачи.

Я улыбнулась, спрятала визитку в карман и вышла на улицу, чувствуя себя чуть увереннее.

Теперь у меня была одежда, сумка и хоть какой-то план.
Найти этот бар и поговорить с Гроном.

Я вышла из магазина, накинув на плечи новый рюкзак, и глубоко вдохнула тёплый, пыльный воздух станции.

Пойти сразу в бар?

Нет.
Я почувствовала, что мне нужно немного прийти в себя, осмотреться, привыкнуть к этому месту, прежде чем решаться на серьёзный разговор.

Решив не торопиться, я пошла по широкому коридору, стараясь держаться поближе к светлым витринам и людным местам.
Здесь всё выглядело живым и пёстрым, каждый уголок будто переплетался с чем-то новым.

Металлические конструкции обвивали коридоры, создавая ощущение, будто находишься внутри огромного стального организма.
Люди и нелюди спешили мимо, толкаясь, переговариваясь на разных языках, которые я даже не могла разобрать.

Мимо проехала платформа на магнитной подушке, на которой сидели какие-то механоиды — длинные конечности, светящиеся глаза и глухой механический голос, доносившийся из динамиков.

На углу я заметила лоток с едой — женщина с рогами и длинным хвостом продавала что-то вроде мясных пирожков.
Запах был резким и пряным, и прохожие с удовольствием хватали еду, расплачиваясь браслетами.

Я остановилась на мгновение, рассматривая процесс — как тонкие пальцы женщины ловко заворачивали начинку в тонкое тесто, потом пирожки опускались в кипящий жир, шипя и пузырясь.
Мимо пробежали дети, смеясь и толкаясь, а продавщица им улыбнулась и даже погладила одного по голове.

— Эй, двое за столом! Быстро платите или проваливайте! — раздался рёв откуда-то сбоку.

Я обернулась и увидела, как мужчина в массивной броне вытаскивает из-за стола двух подвыпивших типов и выбрасывает на улицу.
Никто не обратил на это особого внимания — видимо, такие сцены тут обычное дело.

Я свернула на боковую улицу и увидела ряд небольших лавок.
Каждая была оформлена по-своему — одна с ярко-красными фонарями и витриной, полной экзотических фруктов, другая — с мерцающими кристаллами и непонятными аппаратами.

У входа в одну из лавок сидел мальчишка, играя на странном инструменте — длинные металлические струны натянуты на полукруглую основу.
Музыка звучала нежно и грустно, как будто отражала все мои переживания.

Я остановилась, прислушиваясь, и мальчик заметил мой взгляд. Он тихо улыбнулся и продолжил играть, не требуя монет или внимания.
Мимо прошёл мужчина с кожаными нарукавниками и крупным кинжалом на поясе — наёмник, судя по всему. Он кинул мальчишке монету и ушёл дальше.

Люди говорили на самых разных языках, и я ловила обрывки фраз — кто-то обсуждал ремонт двигателя, кто-то жаловался на поставки топлива, кто-то ругался на конкурентов с соседней станции.

На большом экране над торговой площадью мигала реклама:
"Лучшие оружейные кибермоды на Кайрон-5! Гарантия на каждый выстрел!"

Я невольно содрогнулась, представив, как легко кто-то может просто вытащить бластер и начать стрельбу.
Но люди вокруг шли как ни в чём не бывало — видимо, здесь это нормально.

Я прошла чуть дальше и наткнулась на перекрёсток с большим светящимся экраном посередине.
На нём транслировалась карта станции, мелькали новости и объявления о розыске преступников.
У экрана стояла группа людей, внимательно вчитываясь в информацию.

Я подошла чуть ближе и заметила, как один из них оборачивается ко мне.
Он был низкого роста, с длинными ушами и острыми клыками, но его глаза оказались удивительно мягкими и доброжелательными.

— Потерялась? — спросил он, чуть прищурившись.

— Нет, просто… осматриваюсь, — ответила я неуверенно.

Он кивнул и махнул рукой на экран.

— Это карта станции. Запомни, если что. Кайрон-5 — сложная штука. Много ходов, много тупиков. Можешь легко заблудиться.

— Спасибо, учту.

Он снова кивнул и вернулся к обсуждению чего-то с товарищами.

Пройдя ещё немного, я остановилась у маленького фонтана с мутной водой и позволила себе глубоко вдохнуть.
Странно, но после этой прогулки стало как-то легче.

Я постепенно начинала понимать, что станция живая и пульсирующая.
Она шумная, непредсказуемая и опасная, но в ней тоже есть жизнь и ритм, к которым, возможно, можно привыкнуть.

Я уже собиралась идти в сторону бара, когда рядом раздался шум — два парня спорили у входа в какой-то антикварный магазин.
Не желая встревать, я пошла по другой улице, стараясь не привлекать внимания.

Наконец я решила, что пора заканчивать прогулку и направляться к бару "Три звезды".
Здесь я не пропаду.
Я найду своё место.

Я уже собралась свернуть на другую улицу, как вдруг передо мной возник высокий силуэт.

Мужчина — хотя, скорее, гуманоид с тёмно-синей кожей и золотистыми прожилками на лице — плавно склонился в лёгком поклоне.

Его движения были настолько грациозными, что казалось, он скользит по воздуху. Глаза — ярко-зелёные, словно светящиеся в полумраке станции.

— Простите за внезапность, миледи, — его голос звучал мягко и тягуче, как бархат. — Не мог не заметить ваше очарование среди всей этой суеты.

Я чуть растерялась, машинально поправив рюкзак на плече.

— Спасибо…

Он сделал ещё один шаг ближе, чуть приподняв голову, и я почувствовала лёгкий запах каких-то пряных трав и смолы.

— Позвольте пригласить вас на ужин, — продолжил он с улыбкой, которая была одновременно галантной и загадочной. — Я как раз знаю одно замечательное заведение неподалёку, где подают лучшие блюда из всех уголков галактики.

Я замерла, на секунду обдумывая его предложение.

Мужчина выглядел ухоженно, его одежда — тёмно-золотая с тонкой вышивкой — подчёркивала атлетичное телосложение. Но что-то в его взгляде казалось… неестественным. Слишком прилипчиво-внимательным.

— Спасибо за предложение, но я... — я замялась, пытаясь подобрать слова. — Наверное, откажусь.

Его лицо не дрогнуло, но я заметила лёгкое движение тонких щупалец на висках — словно разочарование.

— Неужели я вас испугал? — его голос остался всё таким же мягким, но в нём мелькнула тень грусти.

— Нет, вовсе нет, — я немного улыбнулась, стараясь не показаться грубой. — Просто… много всего на уме. И не самое лучшее время для ужинов.

Он чуть поклонился, не теряя своей изящности.

— Понимаю. Если передумаете, я буду рад увидеть вас снова, миледи. Ваше присутствие приносит на эту станцию редкое очарование.

Я только кивнула, чувствуя, как щёки слегка порозовели от неожиданного комплимента.

Когда он плавно развернулся и ушёл, я облегчённо вздохнула, понимая, что разговор был каким-то… чуждым и странным.

Ладно, Виола, сосредоточься на главном.
Пора найти бар "Три звезды" и узнать насчёт жилья.

Бар "Три звезды" оказался не таким, как я ожидала.

Уже снаружи было слышно грохот музыки, а дверь, покрытая облупившейся краской, явно пережила не один десяток пинков.

Я на мгновение замерла у входа, ощущая как дрожь проходит по пальцам, но затем глубоко вздохнула и вошла внутрь.

Внутри всё было гораздо ярче и хаотичнее.

Музыка гремела из огромных динамиков, световые прожекторы хаотично пульсировали разноцветными огнями.
Вдоль центральной сцены, которая тянулась вдоль всей стены, стояли металлические шесты, на которых крутилось сразу несколько девушек.

Их движения были плавными и завораживающими, а тела — покрыты яркими блестками и перьями.
Костюмы больше напоминали откровенные ленты ткани, обвивающие фигуры в самых неожиданных местах.

Несколько столиков стояли почти у самой сцены, и возле них скапливались пьяные мужики, пытаясь дотянуться до танцовщиц.
Официантки в коротких кожаных юбках и высоких сапогах метались между столами с подносами, ловко огибая клиентов.

Запах был тяжёлым и насыщенным — смесь алкоголя, пота и чего-то сладковатого, словно разгорячённого меда.

Я протиснулась к барной стойке и остановилась напротив бармена — массивного мужчины с татуировками на руках и плече. Он вытирал стакан, но заметил меня сразу.

— Эй, красотка, чего желаешь? — спросил он, склонившись ближе, чтобы перекричать музыку.

— Я ищу Грона, — ответила я, стараясь звучать уверенно.

Бармен прищурился, на мгновение оценивая меня, а затем кивнул на пустой столик у стены.

— Садись там. Он приходит в одно и то же время каждый день. Будет через час. Можешь подождать.

— Спасибо.

Я с облегчением отошла от стойки и направилась к указанному столику.

Я устроилась на жёстком металлическом стуле, пытаясь не обращать внимания на окружающее.
Но внимание само находило меня.

К столику подошли двое типов — один с бритой головой и в старой космической куртке, другой — мелкий, щуплый, с хитрым взглядом и длинным шрамом на подбородке.

— Эй, крошка, не скучаешь одна? — хмыкнул бритый, ухмыляясь и обнажив жёлтые зубы.

— Неинтересно, — я отвернулась, надеясь, что они отстанут, но те лишь переглянулись и рассмеялись.

— Ну не надо быть такой ледышкой, мы просто хотим немного пообщаться! — щуплый придвинулся ближе, и я почувствовала кислый запах его дыхания.

— Я сказала — нет, — холодно бросила я.

Парни насупились, и бритый уже потянулся ко мне, но вдруг рядом раздался грохот — на стол с глухим стуком встал бутылка.

— Она сказала "нет", — прорычал бармен, не сводя с типов мрачного взгляда.

Щуплый сплюнул в сторону, но быстро убрался вместе с напарником, не желая связываться с хозяином заведения.

Бармен покачал головой и бросил на меня оценивающий взгляд.

— Не лучшее место для одинокой красивой девушки, — сказал он, протирая стойку рядом.

— Да уж, я заметила, — выдавила я с натянутой улыбкой.

— Грон скоро придёт, не переживай. Если ещё кто полезет — скажи, разберусь.

— Спасибо.

Я попыталась расслабиться, но сердце всё ещё гулко стучало в груди.
А чего еще я ожидала от подобного места? 

Я откинулась на спинку стула, стараясь не смотреть в сторону сцены, где танцовщицы продолжали свои плавные движения под ритм оглушающей музыки.
Оставалось только ждать и надеяться, что Грон действительно скоро появится.

Бармен, видимо заметив моё мрачное настроение, вдруг подошёл к столу и поставил передо мной коктейль в высоком бокале.
Напиток был зеленоватого цвета, с искристой пеной сверху и маленьким зонтиком на краю.

— За счёт заведения, — сказал он с улыбкой и легонько подмигнул.

Я улыбнулась в ответ, но на душе стало неуютно.

Взяла трубочку и стала размешивать напиток, но пить не спешила.
Вдруг там что-то подсыпано? То, что он меня защищает, не значит, что сам не намерен воспользоваться.

Я продолжала помешивать, наблюдая за тем, как пена оседает, когда вдруг дверь бара распахнулась.
Вошёл Дрейан — и не один.
Рядом с ним шёл какой-то мужчина, и сначала я подумала, что это просто друг, но потом заметила — у того тоже был хвост.
Значит, он тоже ранкар.

Только вот этот мужчина выглядел... слишком женственно.
У него были длинные волосы, заплетённые в аккуратную косу, и одежда — яркая и облегающая, подчёркивающая худое телосложение.
На хвосте — какие-то украшения, звенящие при каждом шаге.

Совсем не похож на Дрейана — вот уж точно.
Они уселись за столик недалеко от меня, и я заметила, как Дрейан мельком взглянул в мою сторону, но тут же отвёл взгляд.

— Откуда ты вообще? — вдруг раздался голос бармена рядом.

Я вздрогнула и повернулась к нему, не спеша отвечать.

— Незнакомцам такого не рассказываю, — коротко бросила я.

Он ухмыльнулся, откинувшись на стойку рядом.

— Умная девочка.
Он посмотрел на мой бокал и добавил:
— Я тут ещё три часа, но потом был бы рад угостить даму выпить в заведении поприятнее.

Я покачала головой.

— Спасибо, не интересно.

Бармен усмехнулся, но не стал настаивать, только кивнул.

— Пока ждёшь Грона, можешь и передумать.

Он ушёл за стойку, а я мельком взглянула на Дрейана.
Он сидел неподвижно, но по тому, как он чуть напрягся, я поняла — он слышал весь разговор.
Зачем?

Внезапно до меня донёсся голос его спутника — певучий и неприятный.

— Чего ты на неё смотришь? Такая, как она, тебе всё равно никогда не достанется. Ты же урод.

Я вздрогнула и нахмурилась, стараясь не выдать раздражение.
Опять эти "уроды"! Что с ними не так?
Я бросила на того типа взгляд — его манерность и приторная улыбка раздражали.

Тут к ним подошёл ещё один мужчина — явно тоже ранкар, с таким же хвостом.
Первый тут же рявкнул весело:

— Эй, смотри, он на неё пялится!

Они заржали, а Дрейан просто молчал, не делая попытки оправдаться или вмешаться.

Нет. Я вот молчать не могу.

Поднялась и уверенно направилась к Дрейану, не обращая внимания на его спутников.
Мужчина поднял на меня удивлённый взгляд, но не успел ничего сказать, как я уселась к нему на колени, обвив его шею руками и поцеловала в щёку.

— Нет, дорогой, я больше не могу ждать, прости. Понимаю, почему ты не хотел меня с ними знакомить — они такие странные, — выдала я со сладкой улыбкой, игнорируя обалдевшие взгляды его друзей.

Я ощутила, как он резко напрягся, и вдруг его хвост плавно обвился вокруг моей талии, словно удерживая.
Не ожидал? Ничего, привыкай. 

Спутники Дрейана переглянулись, и один из них хмыкнул:

— Хочешь, чтоб мы поверили, что ты с ним? Прикольно, что решила поддержать этого урода, но мы никогда не поверим, что такая киса западет на кого-то подобного.

Я вздохнула и, прижимаясь к Дрейану ещё ближе, возмущённо посмотрела на него:

— Дрей, они что, неадекватные?

Он, кажется, наконец пришёл в себя, его руки обняли меня и он ответил спокойно, но с каким-то странным оттенком в голосе:

— Нет, Ви, они просто невоспитанные. Пара минут и мы уйдём, хорошо?

— Да, — я легко улыбнулась и чмокнула его в губы — коротко, но уверенно, а потом просто уложила голову ему на плечо, замечая, как его спутники в полном шоке вытаращились на нас. Видимо, тот факт, что я знаю его имя сыграло важную роль в их оценке ситуации.

Дрейан, будто ничего не произошло, вернулся к разговору:

— Документы на судне. Жду плату через пару часов. Или отправлю отчёт в командование.

— Ты серьёзно? — проговорил второй из хвостатых, до конца не веря в происходящее.

— Серьёзнее некуда, — бросил Дрейан, даже не посмотрев на него.

Спутники раздражённо фыркнули, но больше ничего не сказали, и я только тихо усмехнулась, довольная своей маленькой победой. 

— Пойдём, — сказал Дрейан.

Я осторожно слезла с его колен, чувствуя, как хвост медленно развязался, и встала рядом.
Когда Дрейан поднялся, я вложила свою руку в его, чувствуя его твёрдую хватку, и, бросив испепеляющий взгляд на спутников, гордо вышла с ним из бара.

Он шёл молча, и я чувствовала, как он обдумывает случившееся, даже не слыша его мыслей.
Наконец, на тихой улочке, он резко остановился, развернулся ко мне и выразительно посмотрел прямо в глаза.
От этого взгляда всё внутри замерло, но я тоже не отводила взгляда.

— Виола, что ты натворила? — Дрейан остановился и развернулся ко мне, его глаза сверкали яростью и непониманием, но голос звучал скорее растерянно, чем сердито.

Я подняла на него уверенный взгляд, хотя внутри всё трясло от напряжения.

— То, что должна была. Они идиоты, эти ранкары.

— Виола, они говорили правду.

— Нет. Ты чудесный, а они — дурацкие, как и ваши правила!

Он провёл рукой по лицу, словно пытаясь прийти в себя, и устало вздохнул.

— Надеюсь, ты действительно так считаешь, потому что ты пять минут назад назвала себя моей. И ладно бы кому-то другой расы, но ты заявила это ранкану — то же самое, что объявить себя моей женой. Ты вообще понимаешь, что натворила? У нас невозможно развестись. Если ты моя — то ты моя. Виола, чёрт побери!

Он выглядел злым и одновременно испуганным, и это на секунду выбило меня из колеи.
Я уставилась на него, пытаясь понять, почему он так резко реагирует.

— Ты так расстроен, что я так поступила? — спросила я, сжав пальцы на лямке рюкзака.

— Конечно! — Дрейан почти выплюнул это слово, прижав пальцы к вискам. — Ты себе всю жизнь загубила. Ты не можешь просто сказать, что пошутила. Могла бы, но ты назвала моё имя и поцеловала. Виола!

Он сказал это с каким-то отчаяньем, словно я подписала себе смертный приговор. Я подошла к нему, обняв за талию, и потянулась ближе, чтобы он не мог увильнуть от моего взгляда.

— Меня всё устраивает, — тихо сказала я, обнимая его снова.

Он замер, словно не поверил в то, что услышал, и подавленно выдохнул.

— Что ты несёшь?

Я обвила руками его шею, прижимаясь ближе, и чуть улыбнулась, заглядывая в его растерянные глаза.

— Ты чудесный, и я не жалею о том, что сделала.

Дрейан замер, его хвост снова обвился вокруг моей талии, словно сам собой. Он тяжело перевёл дыхание, и хотел что-то сказать, но его опередили.

— Дрейан, какого шилоса треклятого тут происходит?!

Я обернулась и увидела Келлара, который стоял на противоположной стороне коридора и смотрел на нас с таким видом, будто его только что прибило обухом по голове.

Дрейан напрягся, но его хвост не отпустил меня, только прижал сильнее, словно боялся, что я исчезну.

— Келлар, это не то, что ты думаешь.

— А я думаю, что ты вцепился в землянку, как утопающий в шлюпку, — усмехнулся тот, прищурившись. — Ту землянку, что мы недавно высадили тут и не собирались брать с собой. 

Дрейан хмыкнул, не отпуская меня. Да, он тоже меня высадил, но, видимо, его хвост таких идей не разделяет. Вот интересно. Он же им управляет вроде, как рукой, выходит, специально меня обнимает. Приятно. 

— Она… сказала Рикасу и Делу, что моя. И чтобы никто не усомнился, поцеловала меня, не забыв назвать по имени.

Келлар замер, глаза расширились, и он серьёзно посмотрел на меня, будто пытаясь понять, не сошла ли я с ума.

— Ты это серьёзно? — бросил он в мою сторону, явно пытаясь осознать услышанное.

Я уверенно кивнула, хотя внутри всё ещё была легкая дрожь.

— Абсолютно.

— Ты хоть понимаешь, что натворила, глупая землянка? Это не шутка. Ты не можешь быть женой только одного. Нас пятеро. Объявив себя женщиной Дрейана  — ты объявила себя женщиной каждого из нас. 

Я взглянула на него, приподняв бровь.

— Я помню.

— Ты что, с ума сошла? — Келлар прищурился, пристально всматриваясь в моё лицо, словно пытаясь найти следы безумия. — Ты вообще понимаешь, что делаешь? Мы — не обычные мужчины. Мы уроды, бракованные. И это навсегда. Ты не сможешь передумать, сбежать или уйти к другому. Пятеро бракованных на одну слабую неразумную человечку. Ты хоть представляешь, на что подписалась?

Я почувствовала, как гнев закипает внутри.

— Видела я сегодня двух "бракованных уродов", и это точно не вы оба, — огрызнулась я, поднимая на него прямой взгляд.

Келлар на мгновение замер, явно не ожидая такого ответа, и коротко выдохнул, будто силой сдерживая что-то внутри.

— Ты не понимаешь... — он хотел продолжить, но я не дала ему. — Может можно еще отвезти тебя на другую станцию… 

— Я всё понимаю, Келлар. Я не слепая и не дура. Я вижу, какие вы на самом деле. И не надо меня никуда отвозить. Достаточно. 

Он на секунду растерялся, а потом усмехнулся, скорее нервно, чуть наклонив голову.

— Знаешь, Дрейан, кажется, наша землянка не только упрямая, но и безбашенная.

Это его “наша” прозвучало… правильно. Тепло. Мне понравилось. 

Дрейан покачал головой, но в его глазах я увидела лёгкую усмешку.

— Ага, и ещё у неё невероятное умение вляпываться в неприятности, — заметил он, поглаживая мою спину хвостом.

— Ну да, иначе бы и не встретились, — я улыбнулась ему, и он тоже едва заметно улыбнулся, чуть склонив голову ко мне.

— Тогда готовься, — хмыкнул Келлар. — Ты только что подписала себе пожизненный контракт с пятью монстрами.

Я закатила глаза от этого чудесного определения моих новоиспеченных мужей и прижимаясь к Дрейану ближе и уткнувшись носом в его шею.

— Меня всё устраивает, — сказала я упрямо.

Келлар только закатил глаза и отошёл в сторону, бормоча себе под нос что-то похожее на:

— Боги, нам досталась совершенно поехавшая женщина. 

— Так просто? — я прищурилась, глядя на Дрейана с лёгким подозрением.

— Что просто? — он наклонился ближе, так и не выпуская меня из этих необычных объятий.

— Вот так просто я твоя жена?

Он чуть приподнял бровь, а уголки его губ едва заметно дрогнули в усмешке.

— Уже жалеешь?

— Нет, — я покачала головой, чуть улыбнувшись. — Так это правда? Без всяких церемоний и формальностей?

— Мы отправим регистрацию брака с судна, — спокойно пояснил он, обнимая меня руками и проводя пальцами по моей спине. — И всё. Или ты передумала?

— Нет, — я рассмеялась, чувствуя, как лёгкая дрожь пробегает по телу.

Я неожиданно для себя осознала, что каким-то совершенно дурацким образом навязалась в жёны пятерым сексуальным мужчинам, которые меня не то чтобы очень хотели, но теперь уже без выбора.

Хотя, судя по тому, как на меня сейчас смотрит Дрейан, его это всё более чем устраивает.

Его глаза были тёмными, почти горящими, и сейчас было невозможно разглядеть, что они разных цветов, а в уголках губ застыла тень улыбки. Хвост продолжал крепко обвивать мою талию, будто подчёркивая право собственности.

— Ты уверена? — спросил он, его голос звучал глуже и ниже, чем обычно.

Я подняла руку, осторожно проведя пальцами по его щеке, и улыбнулась:

— Да. Я уверена. Ты и сам не заметил, как я навязалась тебе в жёны, да?

Он хмыкнул, но не стал отрицать. Просто провёл кончиками пальцев по моей шее, заставляя меня вдохнуть глубже и ощутить всю тяжесть его взгляда.

— О, я заметил. Ты делала это довольно настойчиво, — пробормотал он с лёгкой усмешкой. — Но я рад, что ты упраямая и непослушная.

Я чуть покраснела, но отстраняться и не думала — наоборот, прижалась крепче, наслаждаясь этим новым, странным и тёплым чувством.
Мне казалось, что я попала в какой-то нелепый сон, где пятеро суровых наёмников вынуждены будут терпеть глупую и ошалевшую от счастья землянку.

— Ну что ж, жена, — проговорил он чуть тише, наклонившись так, что наши губы были всего в паре сантиметров друг от друга. — Теперь тебе придётся научиться жить с этим решением. И закономерными последствиями… 

Я улыбнулась, решив, что как бы там ни было — я не собираюсь отступать назад.
Мир вокруг словно замер, и я просто наслаждалась моментом, пока Дрейан нежно коснулся моих губ.

Он не дал мне и самой опомниться, углубляя поцелуй, уверенно и жадно, словно проверяя, правда ли я здесь, в его руках. 

Я ответила ему, прижимаясь ближе и ощущая, как его руки сжимают мою талию, удерживая от любых сомнений и попыток вырваться. Может он и ждал, что я резко передумаю и начну вырываться. Но дурочек тут не было. Это все теперь мое!
Его губы были тёплыми, чуть жёсткими, но невероятно нежными в движении.
Когда он чуть наклонил голову, я потянулась за ним, не желая, чтобы это заканчивалось.

Но всё-таки он отстранился, тяжело дыша и чуть касаясь лбом моего.
Хвост остался на талии, словно он не хотел меня отпускать.

— Если мы закончили с этим романтическим фарсом, то у Дрейана ещё есть задание на сегодня, — хмыкнул Келлар откуда-то сбоку, и я даже забыла, что он тут вообще стоит.

Дрейан помрачнел, явно не горя желанием прерываться, но хвост всё же отпустил мою талию.

— Так и есть, — нехотя признал он, отступая на шаг. — Скоро увидимся, Ви.

Я улыбнулась ему в ответ, но его уже не было рядом — он развернулся и ушёл по коридору, оставив меня с Келларом.

— Ви? — с подозрением посмотрел на меня Келлар.

— Что? — я пожала плечами. — Красиво же. Что опять не так?

Он качнул головой, на его лице промелькнуло нечто похожее на усмешку, но тут же пропало.

— Пошли.

— На судно?

— Нет.

— Но ты сказал...

— Не переживай, Виола. Теперь-то уж ты останешься на судне. Даже если тебе надоест и ты захочешь сбежать, мы всё равно тебя найдём и вернём.

— Келлар... — я нахмурилась, понимая, что он не шутит, явно предполагая, что я должна быть в трауре от подобного. 

— Но сейчас надо докупить тебе всё необходимое. Одежды, которую ты купила, недостаточно.

— Ты знаешь, что я купила?

— Конечно знаю.

— Ты... следил за мной?!

— Да.

Я растерянно моргнула, пытаясь понять, зачем он вообще это делал.

— Келлар, ты же сам не хотел, чтобы я уходила, да? Зачем тогда выставил?

Он замер, на секунду нахмурившись, будто собирался с мыслями.

— Надеялся, что ты умнее и не станешь разрушать свою жизнь, связывая её с нами, — глухо ответил он, не глядя на меня.

Я тихо вздохнула, чувствуя, как его слова вызывают странное тянущее чувство в груди.

— Кел...

— Пошли. Мы скоро должны отбыть.

Он развернулся и двинулся вперёд, не давая мне шанса продолжить разговор. Я последовала за ним, чувствуя, как внутри всё смешивается — радость и растерянность, смятение и теплота.

Мы прошли несколько витрин, прежде чем Келлар остановился у магазина одежды и коротко бросил:

— Иди выбирай.

— Что именно?

— Всё. Повседневное, тёплое, запасные комплекты. И рюкзак покрепче возьми, тот что ты выбрала не особо надежен.

Я кивнула и вошла внутрь, сразу погружаясь в мир тканей и цветов.
Здесь всё выглядело практично и удобно, но было и несколько рядов с более женственными вещами — лёгкие платья и топы с узорами.

Я выбрала несколько комплектов свободных брюк и кофточек, пару курток на случай холода и тёплый комбинезон на случай выхода на поверхность. Несколько комплектов “для радости мужских глаз” тоже не прошла мимо.
Рюкзак выбрала тёмно-зелёного цвета — крепкий, с несколькими отделениями и надёжными лямками.

Пока я примеряла вещи, Келлар молча стоял у входа, скрестив руки на груди, и время от времени поглядывал на меня, будто проверяя, всё ли в порядке.

Когда я выбрала всё необходимое, он кратко кивнул, подошёл к кассе и расплатился.

 Келлар не спешил, давая мне время оглядеться и освоиться, и даже выбрал ещё пару магазинов — ботинки, термобельё и пару тёплых накидок, магазины с женскими штучками, где ему было максимально неловко.

Когда я, наконец, справилась покупками, он сказал, что мне нужен ещё сухпаёк и немного аптечки на всякий случай, и отвёл к ещё одной лавке.

— Зачем всё это? Мы же скоро отправляемся?

— У тебя должно быть всё необходимое. Если где-то застрянем, нам не понадобится лишний груз, а ты сможешь быть самостоятельной.

Я кивнула, понимая, что он заботится обо мне, пусть и делает это с непоколебимым спокойствием и слегка угрюмым видом и довольно странным способом.

Когда всё было куплено и уложено, он, наконец, сказал:

— Теперь на судно.

Я устало вздохнула, но внутри было странное чувство радости.

Я поглядела на Келлара, обвешанного моими обновками, и он, заметив мой взгляд, только кивнул, молча принимая моё молчаливое спасибо.

Мы вернулись на судно, и Келлар повёл меня в другой отсек, отличный от того, где я жила раньше.
Когда дверь открылась, я невольно замерла на пороге.

Комната была небольшой, но гораздо уютнее, чем все остальные, что я видела на судне.
Здесь была одна кровать, а не четыре, как в общей каюте, и она выглядела широкой и удобной.
У стены стоял небольшой стол с монитором, а у двери — шкаф для вещей.

Келлар прошёл внутрь и поставил все мои пакеты на кровать — они мгновенно заняли почти всю поверхность, заставив меня тихо фыркнуть.

— Будешь жить тут, — коротко сказал он и направился к выходу.

Я растерялась, глядя на него.

— А ты куда?

Он остановился, будто неожиданно услышав нелепый вопрос.

— Мне ещё надо кое-что сделать на станции.

— Возьми меня с собой, пожалуйста!

Он устало вздохнул, словно я его настолько замучала, что проще согласиться, чем объяснять, почему нет. 

Я радостно вскрикнула, подбежала к нему и поцеловала в губы. 

— Спасибо!

Келлар замер, его глаза расширились на мгновение, но потом он снова вздохнул, словно смерившись с моим поведением.

— Что ты... эх, — покачал он головой, немного раздражённо, но без настоящей злости.

Я улыбнулась, видя, как он чуть покраснел, и потянулась ещё раз чмокнуть его в щёку.
Он нервно кашлянул, но не отодвинулся.

— Мы тебе правда не противны? — неожиданно спросил он, не глядя на меня. — Или это какая-то изощренная человеческая игра?

Я прищурилась, осознавая, что вопрос его действительно мучил.

— И это я глупая землянка? — хмыкнула я, скрестив руки на груди.

Он поджал губы, будто не хотел продолжать разговор, но всё-таки не ушёл.

— Ты могла нормально устроиться на станции, — тихо сказал он, смотря куда-то в сторону. — Моментально начала пользоваться популярностью, и денег у тебя было достаточно, чтобы устроиться. Почему?

— Почему что?

Он обернулся и посмотрел мне в глаза, и в его взгляде было столько недоумения и боли, что я невольно шагнула ближе.

— Почему ты от этого отказалась и выбрала нас?

Я не сразу нашлась с ответом, пытаясь понять, как объяснить ему это простое и очевидное для меня решение.
Но правда была в том, что я не могла бы их бросить, даже если бы всё было проще.

— Потому что вы этого стоите, — тихо ответила я, заглядывая в его непонятливые глаза.

Он плотно сжал губы, будто не зная, как реагировать на такие слова.
Затем резко покачал головой, отвернулся и прошёл к двери.

— Пошли уже, землянка. Иначе передумаю.

Я не удержалась от улыбки, чувствуя, как грудь наполняется теплом, и быстро пошла за ним.
Келлар открыл дверь, пропуская меня вперёд, но когда я прошла мимо, он на секунду задержал руку на моей талии, будто проверяя, на месте ли я.

Мы снова оказались на оживлённой улице, но теперь мне казалось, что станция выглядит не такой пугающей, как в первый раз.
Может, дело было в том, что я была не одна.

Келлар шёл рядом, молча следя за всем вокруг, и я не могла не заметить, как люди и нелюди инстинктивно отступали в сторону, давая ему дорогу.
Он действительно выглядел внушительно — высокий, широкоплечий, с хвостом, который плавно двигался позади, как живой.

— Кел... — позвала я тихо, и он обернулся на меня, вопросительно приподняв бровь.

— А когда ты понял, что я останусь?

Он покачал головой, усмехнувшись чуть кривовато:

— Когда увидел, как ты обнимаешь Дрейана. До этого я ещё надеялся на здравый смысл.

— Значит, не надеялся совсем, — усмехнулась я, а он хмыкнул, но не стал спорить.

Я знала, что он до последнего боролся с собой, пытаясь не допустить меня в их жизнь, но, кажется, теперь он тоже смирился.
Пусть не показывает, но я видела, что он уже не против.

— Не думай, что всё будет легко, — сказал он, не глядя на меня. — Ты ещё не представляешь, что значит быть нашей женой.

— Помнится, ты мне совсем недавно в красках все описал, — я фыркнула. 

— Видимо стоило испугать тебя чем-то другим. 

Я тихо хрюкнула, а он провер рукой по моей спине, едва касаясь. 

Мы прошли по узкому коридору станции и свернули на следующую улицу, как раз возле невысокого торгового комплекса.
На углу я заметила знакомые фигуры — Риан и Вэлк. Они стояли рядом с каким-то киоском и оживлённо разговаривали.

Когда Келлар подошёл ближе, они оба обернулись и синхронно подняли брови, явно удивившись нашему появлению.

— Землянка? — спросил Вэлк, нахмурившись.

Келлар пожал плечами и бросил коротко:

— Теперь эта неуемная женщина — наша жена.

Риан и Вэлк замерли, переглядываясь, как будто только что услышали что-то совершенно нереальное.
Я нервно хихикнула, чувствуя, как их взгляды буравят меня насквозь, но считать их эмоции по этому поводу мне не удавалось.

— Как это произошло? — Риан не выдержал первым.

— Она заявила Рикасу и Делу, что... я не знаю, что именно она сказала. Но теперь она летит с нами, — ответил Келлар, словно не понимая, как всё это вышло.

Риан прикрыл рот рукой, пытаясь сдержать улыбку, а Вэлк покачал головой, явно пытаясь осмыслить происходящее.

— Что же ты сделала? — наконец спросил Риан, снова переводя взгляд на меня.

— Ничего особенного, — я пожала плечами и небрежно махнула рукой. — Они меня выбесили. Я просто не могла это так оставить. Эти кретины назвали Дрейана уродом! Ну ладно, вы так друг друга называете — вы вроде как семья, а эти кто вообще такие?

Вэлк вдруг расхохотался так душевно, закинув назад голову, что аж прохожие начали оборачиваться, а Риан только потрясённо выдохнул.

— Они сказали как есть, — ответил Вэлк сквозь смех. — Мы на такое не обижаемся.

— А я вот обиделась! — резко заявила я, вскинув подбородок. — Никто не будет так называть моего мужчину.

— Твоего? — Вэлк перестал смеяться и посмотрел на меня с таким выражением, будто я только что заявила, что собираюсь завоевать галактику.

— Ну уже моего, — с вызовом ответила я. — В общем, я просто села на колени Дрейана и всё.

— И всё? — переспросил Риан, явно заинтригованный.

Я запнулась, понимая, что рассказ звучит как-то нелепо, но решила всё же договаривать до конца:

— Ну и поцеловала.

Риан широко улыбнулся, а Вэлк задумчиво почесал затылок.

— Вот так просто? — хмыкнул Вэлк. — Ты на колени к нему и поцеловала?

— Ну да, — пожала плечами я, будто это было самое естественное в мире действие. — И сказала что-то вроде "нет, дорогой, я больше не могу ждать". И ещё что-то про то, что они невоспитанные. Я уже не помню.

Риан рассмеялся, прикрывая глаза, будто не верил своим ушам.

— Ты просто разрушила их представления о мире, землянка.

— Ну и пусть, — фыркнула я. — Нечего моих мужчин оскорблять.

— Глупая ты землянка, — хмыкнул Вэлк, но в его голосе прозвучала тёплая нотка. — Зато упорная.

— И непредсказуемая, — добавил Риан, всё ещё улыбающийся.

Келлар только вздохнул, снова покачав головой. Я же улыбнулась, чувствуя себя на удивление легко и свободно рядом с ними. 

Келлар вдруг посмотрел на часы, нахмурившись.

— Мы с Вэлком опаздываем на встречу, — коротко бросил он и кивнул Риану. — Останешься с ней. Она под твоей ответственностью.

Риан только кивнул, а я заметила, как Вэлк постучал Келлару по плечу, указывая на дальний выход.
Они оба быстро растворились в толпе, оставив нас вдвоём.

Я посмотрела на Риана и, чуть улыбнувшись, расслабилась, чувствуя, как напряжение постепенно отступает.

— Что ж, остались вдвоём, — заметил он, и его тёплая улыбка снова вызвала у меня нежность.

Я подошла ближе, не отрывая взгляда от его мягких, карих глаз.

— Знаешь, — начал он, чуть наклонив голову и внимательно глядя на меня. — Когда мы тогда на судне говорили о твоем желании остаться... Я был уверен, что ты выкинешь эту мысль из головы, как только твои стройные ножки коснутся земли.

Я покраснела, но прежде чем успела что-то сказать, он сделал шаг вперёд, обхватив меня руками и притянув к себе.

— Ты совершила глупость, — его голос стал глуже, почти шепот рядом с моим ухом. — Но я рад.

Я задохнулась от близости, от его запаха — тёплого, пряного, словно с лёгким оттенком дыма.
Пальцы Риана осторожно скользнули по моей спине, и прежде чем я успела осознать происходящее, его губы накрыли мои.

Поцелуй был мягким, долгим и нежным, не похожим на тот, что мне подарил Дрейан.
Он словно исследовал каждый уголок моих губ, впитывая в себя всё, что мог, пока я не поддалась его настойчивости и не прижалась плотнее.

Его руки скользнули по моему телу, удерживая меня на месте, и я чувствовала, как его сердце быстро бьётся в унисон с моим.
Риан поглаживал пальцами мою шею, словно пытаясь убедиться, что я никуда не денусь, что всё это — не сон.

Когда он наконец отстранился, я прикрыла глаза, пытаясь прийти в себя после такого ощущения.
Он улыбнулся, глядя на меня снизу вверх, и провёл пальцем по моим щекам, от чего я снова задрожала.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я надеялся на такой момент, — признался он тихо, но с такой откровенной радостью, что я не могла сдержать улыбку.

— Ты... давно об этом думал? — прошептала я, стараясь не смотреть на его глаза — они были слишком откровенными.

— С первой минуты, когда ты зашла на кухню и сказала, что умеешь готовить, — мягко улыбнулся он. — Я тогда подумал: "вот ведь дикарка, но чёрт, как она хороша".

Я рассмеялась и покачала головой, всё ещё ощущая вкус его поцелуя на губах.
Риан снова притянул меня к себе, легонько прижимая лоб к моему и прошептал:

— А теперь ты моя и я могу не бояться поцеловать тебя. Могу почувствовать, как ты отзываешься на мои прикосновения. 

Я только усмехнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло, и, наконец, смогла обнять его в ответ. Кажется, этот хвостатый самый смелый. Мур.

Риан провёл пальцем по моей щеке, всё ещё улыбаясь, и тихо сказал:

— Нам нужно закупиться продуктами. Хорошо, что ты со мной. Может, выберешь что-то, что хочешь попробовать.

Я кивнула, довольная тем, что могу помочь, и вместе с ним пошла по коридору к торговым рядам.
Его хвост плавно обвил мою талию, удерживая рядом, и это было так необычно, но приятно, что я даже не удержалась от улыбки.

Когда мы шли по станции, я заметила, что на нас периодически оглядывались.
Некоторые бросали быстрые взгляды, другие — откровенно таращились, но мне было всё равно.
Я чувствовала себя под защитой, и даже если кто-то думал, что я сумасшедшая, меня это не волновало.

Мы заходили в разные лавки, и Риан показывал мне фрукты, овощи и какие-то странные продукты, которые я даже не могла опознать.
Он сам не спешил выбирать, явно давая мне возможность осмотреться и выбрать то, что понравится.

Я взяла несколько ярких плодов, которые напоминали персики, и попыталась выбрать что-то, похожее на ягоды.
Риан усмехнулся и обвил хвостом мою талию крепче, когда я протянула руку к колючему плоду.

— Не трогай. Это не для еды, а для настоек, — предупредил он, легко отводя мою руку в сторону.

— Поняла, босс, — хмыкнула я, всё ещё рассматривая ассортимент.

Но тут в магазинчике появились они — те самые двое невоспитанных придурков.
Я сразу узнала их голоса и подавила желание закатить глаза.

Один из них — тот самый женственный хвостатый тип с яркими косами, которого я уже видела с Дрейаном, — фыркнул, увидев нас, и громко проворчал:

— Так это реально правда? Вы уроды завели себе жену?

Я завелась с пол-оборота, но Риан быстро обнял меня, прижав к себе и утыкая мою воинственную мордочку в свою грудь.
Я дёрнулась, пытаясь вырваться, но он крепко держал меня на месте, его хвост продолжал плотно обвивать мою талию.

— У нас действительно есть жена, — спокойно ответил Риан, его голос звучал почти безразлично, но в нём слышалось лёгкое раздражение. — А что, Дел, завидуешь? Что даже такого урода, как я, выбрала красавица, а такого идеального ранкара, как ты, до сих пор никто и не захотел?

Я замерла, не ожидая, что Риан огрызнётся в ответ, и чуть приподняла голову, чтобы взглянуть на его лицо.
Он выглядел совершенно спокойным, но я заметила искру в глазах — похоже, ему не очень понравилось, что эти типы лезут со своими комментариями.

Дел нахмурился, а его напарник рассмеялся, похлопав его по плечу.

— Да ладно тебе, Риан. Мы все знаем, что таких, как вы, женщины сами не выбирают. Ты её нанял, признайся. Из "Сладких бубенцов", наверное? Ну же, не стыдись, всем понятно, что она тут за деньги.

В тот момент я почувствовала, как Риан напрягся всем телом, и его хвост резко разжал мою талию.

— Что ты сказал? — его голос стал опасно тихим, и даже я вздрогнула.

Дел снова усмехнулся, не понимая, что натворил.

— Да брось, ты же знаешь, что она...

Договорить он не успел.
Риан врезал ему так, что тот отлетел на прилавок, перевернув с десяток контейнеров с фруктами.

— Ты только что оскорбил чужую женщину, идиот. Об этом узнают главы, и ты ответишь, — сквозь зубы прорычал Риан, даже не взглянув на напарника Дела, который застыл на месте.

Дел затих, понимая, что сказал лишнего, и попытался подняться, но Риан снова прижал его к полу ногой, нависнув сверху.

— Отойди от него, Риан, — раздался холодный голос Саэта за спиной.

Я обернулась и увидела, как Саэт приближается, глядя на нас с недовольным выражением лица.

— Этот придурок обвинил нашу женщину в том, что она продажная, — рыкнул Риан, даже не оборачиваясь.

— Ты серьёзно, Дел? — Саэт сдвинул брови, и в его глазах мелькнул угрожающий блеск.

— Я... Я был уверен, что это подстава... — Дел попытался оправдаться, но Саэт его поднял за шкирку, не дав договорить.

— Если я ещё раз услышу от тебя подобное — главам уже нечего будет рассматривать и поверь, меня оправдают. Или ты уже настолько потерял страх, что не понимаешь последствий?

Дел заткнулся, не пытаясь даже оправдаться, только подавленно кивнул.
Саэт его отпустил, и тот, вместе с напарником, исчез в толпе, оставив после себя только разбитый прилавок и испорченные фрукты на полу.

Я неуверенно посмотрела на Риана, который всё ещё зло сверлил взглядом пустоту перед собой.
Он резко развернулся, подхватил меня за плечи и прижал к себе, его хвост мягко обвился вокруг ног, словно боялся, что я могу исчезнуть.

— Ри... — попыталась я что-то сказать, но он только вздохнул и уткнулся носом в мои волосы.

— Прости, что тебе пришлось это слушать, — пробормотал он, слегка поглаживая мои плечи.

— Они идиоты, — коротко бросил Саэт, всё ещё хмурясь, но в его глазах уже не было ярости — только усталость и досада. — Заканчивайте покупки и пошли на судно. Я хочу узнать, с каких пор Виола стала нашей женщиной.