Землянка для звездного маршала

 Я до последнего надеялась, что это всё просто страшный сон, и скоро я снова проснусь в своей мягкой и уютной постели, но нет. Меня и правда похитили пришельцы!

Это были не привлекательные красавчики из моих снов, а долговязые с большими чёрными глазами и серой кожей.

Пришельцы указывали на меня длинными пальцами и издавали звуки, похожие на чириканье птиц, а я прижималась к ледяной стене, глядя на моих похитителей через решётку. 

 Уснула у себя дома, а очнулась в вонючей камере, где помимо меня было ещё шесть девушек. Пришельцы скрылись из вида, а я снова потёрла уставшие глаза, надеясь, что всё это жуткая галлюцинация. 

Тут холодно и жутко воняет канализацией и металлом. 

Через решётку я вижу металлические трубы с огоньками. Синие и жёлтые, они будто бегают по трубам вверх-вниз. Если присмотреться, то вдали можно увидеть дверь, за ней и скрылись пришельцы.

Я пришла в себя около получаса назад.

От паники и страха даже не могла закричать, как это бывает в кошмарных снах. Открываю рот, но голоса нет. 

Вначале я увидела ослепляющий свет. Зажмурилась и попыталась отползти в сторону, и в тот момент поняла, что уже не в своей постели.

А затем был крик. Женский, истошный, будто кого-то убивают.

Тогда я увидела, что нахожусь в клетке, как и ещё несколько девушек. Девушка кричала, затем один из пришельцев открыл камеру и схватил кричащую девушку за горло.

Его длинные пальцы сжали так сильно, что я услышала хруст. Закрыла рот руками и завыла.

Тошнота подступила к горлу, и я еле сдержалась, чтобы меня не вывернуло наизнанку. Затем пришелец утащил девушку из камеры за ногу. Я зажмурилась и тихо постанывала, всё ещё надеясь, что сейчас проснусь.

Нет, это не сон. 

С того момента больше никто не подал голоса. Каждая из нас сидела на своём месте и пыталась справиться с паникой.

У меня это выходило очень плохо. Я тряслась, шмыгала носом и постоянно вытирала слёзы. 

Такого просто не может быть! Не может! 

– Они всех нас убьют. Убь-ю-ют!..

Завыла одна из девушек, у неё были светлые длинные волосы, которые влажными прядями свисали по телу.

Девушка была в одном банном полотенце, будто попала сюда прямо из ванной комнаты.

Хорошо, что я сплю в тёплой пижаме, а не как другая девушка, которая сидела на ледяном полу в одних трусиках, обхватив себя руками, чтобы прикрыть грудь. 

– Не ной, – послышался голос из темноты, – если не кричать, то они не приходят.

В клетке было темно, только одна часть освещалась прожектором. Я сидела ближе к свету.

– Давно ты тут? – спросила блондинка. 

– Почти неделю, – сказал голос из темноты, – они приносят еду раз в день, по моим подсчётам. – Хотя и едой это назвать нельзя. Похоже на корм для собак и воняет так же. 

Желудок скрутило от боли. Мне хотелось подскочить к решётке и попытаться найти выход, но мышцы будто одеревенели, не могла пошевелиться. Ещё и плечо так сильно болело, будто я упала или поранилась. 

Я расстегнула ворот рубашки и чуть спустила его на плече. Ощупала себя пальцами. Две небольшие шишки. Пульсируют.

– Что ещё за чертовщина?

– У нас у всех такие, – сказала одна из девушек, которая сидела ближе ко мне, – меня Яна зовут, я из Ростова, а тебя как зовут?

– Маша, – мой голос сел, в горле было так сухо, будто я не пила несколько дней. – Яна, ты давно тут?

– Сутки, может, чуть больше. Тебя забрали последней. Та, которая кричала, была первая… Ну это не удивительно после того, что с ней сделали.

– А что они сделали?

Я повернулась к девушкам, но все опустили взгляд. Похоже, что никто не хотел произносить это вслух.

– Лучше не жить, чем такое, – прошептала Яна. 

– Нужно выбираться…

– Уже не получится, – послышался голос из темноты, – мы уже в космосе, ты была последней. Меня, кстати, зовут Саша, я из Самары, а ты откуда?

– Из Ейска. 

Я прикрыла глаза и облокотилась спиной на стену. 

Голова тяжёлая и сильно болит. Совершенно не могу думать. 

В помещении такая сильная вонь, что постоянно подкатывает тошнота. 

Я видела, что в углу клетки нечто наподобие туалета, по сути, просто дыра в полу. Нас тут заперли и куда-то везут, будто мы животные. 

– А как вы узнали, что мы в космосе? – спросила я. 

– Один из пришельцев, – ответила блондинка, – у него на горле какая-то штука металлическая, он с нами говорил на нашем языке, остальные только чирикают, как птицы, ничего не разобрать. Пришелец сказал, что нас продадут на аукционе. Приказал молчать и не сопротивляться, а то будет хуже. 

– Куда уж ещё хуже, – я обхватила себя за плечи. – Я всё надеюсь, что это только сон, и я скоро проснусь.

– Я уже ни на что не надеюсь, – тихо сказала Саша. – Это конец.

Я сбилась со счёта, сколько дней уже нахожусь на космическом крейсере, а это был именно он. Нас выводили из клетки один раз для медицинского осмотра, во всяком случае, именно так я это поняла.

Нас заставили раздеться и выдали всем одинаковую одежду. Трикотажные штаны, футболки и толстовки. Затем засунули в стеклянную колбу, где всё светилось разными огоньками и символами.

Я смогла разобрать только цифры, они были такие же, как и у нас на Земле.

Судя по всему, эти пришельцы проверяли наше здоровье.

Затем нас вернули в камеру.

Кормили один раз в день, как и сказала Саша, еда была похожа на собачий корм и воняла точно так же. Удивительно, что сил и энергии она давала достаточно много. 

Мы часами сидели на полу, иногда разговаривали. 

Всего нас осталось шестеро. 

Яна, Саша, Вита, а ещё Лена и Лика.

Последняя постоянно молчала и, обхватив колени руками, покачивалась из стороны в сторону.

Мы с девочками постоянно пытались её покормить или напоить водой, но она отказывалась. В один из дней, когда мы проснулись, Лика лежала на полу, свернувшись калачиком, и слабо дышала.

Я не могла её разбудить. 

Девочки начали паниковать. Яна плакать, а я подбежала к решётке и постучала ладонью по металлическим прутьям.

– Эй вы! Девушке помощь нужна. Ей плохо! Эй, уроды! 

– Маша, сядь, – заскулила Яна. – Они же сейчас придут…

– Посмотри на Лику, она без сознания… Если они и правда везут нас на аукцион, чтобы продать, то почему относятся хуже, чем к животным. Ты хочешь, чтобы она умерла?

– Откройте! Девушке плохо! 

Я продолжала стучать по решётке, и тут неожиданно дверь открылась. 

Мы замерли. 

Я медленно обернулась на девочек. 

Яна и Саша поднялись и подошли ближе ко мне.

– Они открыли. 

– Да, открыли, – подтвердила я. 

Осторожно выглянула из клетки. 

– Что происходит? 

Тут неожиданно на стенах начали мигать красные лампы. Мы рванули назад и прижались друг к другу. 

Крейсер сильно тряхнуло, и мы чуть не упали на пол. Я успела удержаться за Сашу. 

Яна повалилась на пол и закричала. 

Мы с Сашей быстро схватились за решётку. Крейсер продолжало трясти. Мы сели на пол, стараясь прижиматься к полу. Было такое ощущение, что мы резко падаем.

– Держите Лику! – закричала я и обернулась.

Яна и Вита прижались к Лике. 

Лена тоже схватилась за решётку. 

А затем нас будто оторвало от пола, но только на мгновение, а потом резкое падение.

Я больно ударилась бедром и головой. Несколько секунд продолжала прижиматься к решётке. Повернулась к девочкам.

– Все целы?

– Рука болит, – застонала Яна, – кажется, я её сломала. 

– Сань, идём со мной на разведку, – я кивнула в сторону двери, через которую ушли серые существа. – посмотрим, что произошло.

– Может быть, останемся тут? – Предложила Лена. – Мне страшно.

– Хуже быть уже не может, – я поднялась, растирая ноющее бедро, – что еще может случиться?

Мы с Сашей направились к двери. Когда мы покинули нашу клетку, смогли рассмотреть помещение лучше. Тут повсюду были какие-то металлические трубы и шкафчики с разными датчиками. Не представляю, что это за место. 

В дальнем углу комнаты меня привлекло кое-что необычное. Там стояли огромные стеклянные колбы. Они подсвечивались голубовато-синим цветом. А если присмотреться получше, то можно было увидеть силуэт человека. 

– Саш, смотри, что там?

 Саша прижалась ко мне и посмотрела в сторону, которую я указывала. 

– Там тоже девушки?

 Мы сделали несколько шагов вперёд.

Стеклянная колба была в несколько раз больше человеческого роста, и наполнена какой-то жидкостью. От низа кверху двигались мелкие пузырики. Вода мутная, и не сразу можно рассмотреть содержимое этой колбы. Но затем мне удалось разглядеть. Там и правда была девушка. 

Полностью обнажённая, с закрытыми глазами. Её волосы развевались под водой. 

– Какой кошмар! Сколько тут их?

– Пять. – прошептала я. 

– Получается, похитили не только нас? Только зачем часть поместили сюда, а часть заперли в клетке? 

– Может быть, мы им не подошли? Ты же помнишь, когда нас осматривали на медосмотре? Я тогда разобрала только цифры, но смогла понять, что они смотрели наше сердцебиение и ещё кое-какие показатели. До того, как нас похитили, я сдавала анализы. И помню, некоторые цифры совпадали. 

– А я всё гадала, что они там пытались изучить. 

Может быть, у нас слабое здоровье, и мы не подошли? 

Я обхватила плечи руками. На самом деле у меня были проблемы со здоровьем с самого детства. Но я не хотела сейчас это обсуждать. 

– Может быть, – пожала плечами Саша. Затем взяла меня под руку, повела к двери. – Пойдём. Девчонки напуганы. Лучше не оставлять их надолго. Ты же уже заметила, что мы здесь самые стойкие?

А это было и правда так. За последние дни не плакали только я, Саша и Лена. Остальные держались хуже. Я слышала всхлипы, когда мы все спали. 

Мне было очень тяжело и хотелось поддержать девчонок, но я не представляла, как это сделать. Потому что чувствовала, что сама на грани истерики, но старалась не срываться, понимала, что если сейчас я впаду в панику, то будет ещё хуже. Это мне ничем не поможет. Я попала в безвыходную ситуацию, и единственное, что я сейчас могу, – стараться сохранять самообладание.

Мы прошли к двери. Она тоже была открыта. Хотя я точно помню, что когда инопланетяне уходили от нас, то раздавался щелчок, а затем над дверью зажигалась красная лампа. 

Я медленно приоткрыла дверь. Передо мной был длинный тёмный коридор. Вдоль пола светилась красная лента. 

– Ты знаешь, ощущение, что произошла какая-то аварийная посадка. Тебе так не кажется?

– Я тоже об этом подумала. – Саша посмотрела по сторонам. – Смотри, стрелки. Похоже, они указывают выход.

Под потолком и правда было несколько светящихся стрелок. Мы решили идти в эту сторону. Пока мы не покинули коридор, я ещё раз обернулась на девчонок. 

Я видела, как они сидят на полу, прижимаясь друг к другу. Я должна им помочь. 

Я должна найти в себе силы, чтобы им помочь. Лике очень плохо, Яна травмировала руку. Вита с Леной ещё держатся, но мы все истощены. Кормят нас хорошо, но вот отсутствие солнечного света и свежего воздуха сказывается плохо.

К тому же, в клетке полная антисанитария. Нам приносят воду только для питья. От нас так воняет, что хочется содрать с себя кожу и выбросить одежду. 

Мы сделали несколько шагов по коридору, и тут раздался дикий звериный рёв. Крейсер затрясло, а затем все лампы потухли, и мы погрузились в темноту. 

 – Ма-аш, ты что-то видишь?

– Нет, держи меня за руку, я точно помню, что нужно идти прямо, а затем поворот налево. Идём на ощупь.

– Но как же девочки?

– Если мы будем сидеть с ними в клетке, то ничем не поможем.

Мы выставили руки вперёд и пошли по коридору. Через несколько метров я нащупала стену. 

Повернули налево и увидели вдали слабый свет. Стало немного спокойнее. 

– Маш, как ты думаешь, что тут произошло? 

– Я не знаю. Скорее всего, крейсер приземлился, и, похоже, что посадка была не запланирована. 

– Интересно, где мы? Может, нас вернули на Землю? 

– Очень в этом сомневаюсь. Хочется надеяться, но я так не думаю.

– И как же мы так влипли? – скулила Саша. – Никогда не подумала бы, что со мной может такое случиться. Я слышала истории о похищениях инопланетянами, но всегда воспринимала это как фантазию. А теперь я тут…

– Мне и самой не верится. 

Я обхватила подругу сильнее за руку. Мне было так страшно, что тошнота подступала к горлу, руки и ноги тряслись. Но я заставляла себя идти вперёд. 

Я не сдамся, я не могу. Неделя в этой клетке чуть было не свела меня с ума. И сейчас я готова сделать всё, только бы выбраться наружу, только бы почувствовать снова свободу.

Все мои проблемы теперь казались незначительными. Ещё пару недель назад я переживала, что не могу оплатить коммунальные платежи, или о том, что мне задерживают зарплату, о том, что мой парень недавно мне изменил, и потом мы расстались. 

У меня так болело сердце, и я думала, что это конец. 

Но нет, всё это оказалось такими глупостями. Сейчас единственное, чего я хочу, – это спастись от этих ужасных существ.

Никогда не смогу забыть, что они сделали с той девушкой. Каждый раз, когда я закрываю глаза, я всё ещё вижу руку инопланетянина на её шее, а затем этот ужасный хруст, от которого сводит всё моё тело. 

Я будто бы ощущаю то, что с ней произошло, на себе. 

Каждая из нас, запертая в этой клетке, пережила ужас, и я не уверена, что мы сможем от этого оправиться.

Свет становился всё ярче и, наконец-то, мы оказались в огромной комнате. Перед нами было большое панорамное окно, а под ним столы с мониторами и большим количеством кнопок. 

– Я так думаю, что это капитанский мостик, – предположила Саша, а потом взглянула на меня. – Я смотрела фильмы про космос. 

– Надеюсь, там пригодятся твои познания. 

Я только хотела осмотреться, как из другой двери неожиданно на нас двинулся инопланетянин. Саша истерично закричала и забилась в угол.

Я отчаянно оглядывалась по сторонам и пыталась найти какое-то оружие для защиты, но ничего не видела. Но затем на столе попалась какая-то палка. 

Она была чёрная, продолговатая, с золотистым светящимся наконечником на конце. Я её схватила и замахнулась. 

– Стой, не подходи ко мне, чудовище!

 Инопланетянин начал что-то чирикать на своём языке и двигаться в мою сторону. Я заметила, что он прихрамывает на одну ногу, а из левого плеча стекает сероватая жидкость. Похоже, что он ранен. Когда инопланетянин подошёл ближе и протянул ко мне пупырчатую руку, то я сжала палку сильнее и замахнулась. 

Ярость, страх, паника, всё смешалось в одну кучу. Передо мной будто стояла белая пелена. Я совершенно не соображала, что творю. 

Я начала размахивать своим оружием в разные стороны. Мне удалось ударить инопланетянина по руке, брызги сероватой жидкости разлетались в разные стороны. 

Инопланетянин упал на пол, а я запрыгнула сверху и начала его бить. 

Тут я осознала, что происходит. Я остановилась и замерла. 

Он не шевелился. Сероватая жидкость лужицей растекалась по металлическому полу. 

Начала истерично кричать. Почувствовала, как Саша схватила меня за плечи и оттащила в сторону. 

– Маша, дыши. Дыши! Всё хорошо. Ты защищалась. Ты нас спасла.

– Нет… я не могла, – я выпустила палку из рук и попыталась справиться с дыханием. 

Я только начала успокаиваться, когда инопланетянин приподнялся и сел. Он снова качнулся в нашу сторону, и тогда Саша схватила наше орудие и засадила инопланетянину прямо в глаз. 

Отползла в сторону. Мои руки были в серой липкой жидкости, которая воняла металлом и тухлятиной. 

– Мамочки… – выдохнула Саша, – кажется, я его убила. 

Но времени на истерику и самобичевание не было. По коридору, из которого пришёл инопланетянин, мы услышали громкие шаги. 

Я продолжала сидеть на полу и прижиматься к одному из столов, а Саша стояла рядом со мной с палкой в руках, с которой продолжала медленно капать сероватая жидкость. 

Она капала на пол с гулким звуком, от которого у меня сжималось сердце.

Мы убили живое существо. Он был монстром и чудовищем, но он был живым. 

Громкий топот отвлёк от мыслей. 

Шаг и ещё один. На капитанском мостике появились то ли люди, то ли другие существа, я сразу не могла разобрать. 

Пятеро мужчин. 

Впереди стоял самый высокий и широкоплечий. Он был выше на голову обычного земного мужчины.

Он был одет в странную одежду, будто комбинезон или форма чёрного цвета, которая подчёркивала его сильное, мускулистое тело.

Но самое странное, что кожа у него была фиолетового цвета, а анатомия вполне человеческая. 

Если бы не фиолетовый цвет, то я бы сочла его даже привлекательным. У него правильные черты лица, волевой подбородок и тёмные, слегка взъерошенные волосы. 

Мужчина внимательно посмотрел на Сашу, затем на меня.

Прищурился и, мне показалось, что даже усмехнулся. 

– Помогите, – прошептала я.

– Схватить их, – сказал мужчина, – обыскать крейсер, если есть живые кморфы, то всех убить, в плен не брать. Землянкам надеть блокирующие браслеты и отвести к нам. А эту, – мужчина не сводил с меня внимательного взгляда, – а эту отвести ко мне. 

На девочек надели какие-то браслеты, которые незнакомцы назвали блокирующими. Они выглядели как обычный широкий браслет из металла медного цвета. 

Нас собрали в одной из комнат крейсера. Лику положили на диван, она по-прежнему была без сознания, Яна придерживала повреждённую руку и постоянно плакала. 

– Почему тебе не надели браслеты? – спросила Лена. 

– Я не знаю, – я потёрла плечи. – Не понимаю. Там был один из мужчин, и он сказал, что заберёт меня с собой. Кто они такие? 

Я взглянула на свою одежду. Она всё ещё была в серой жидкости, которая сейчас засохла и покрылась толстой коркой. Запах стоял отвратительный.

– Но нас же спасли, это хорошо? – сказала Яна. – Они же вроде бы люди. Я пыталась с ними поговорить, но они не отвечали на мои вопросы. Просто забрали нас из клетки и вывели. А затем мы очутились тут. В любом случае это лучше, чем те уроды с серой кожей.

– Да я уже не знаю, что лучше. 

Саша села на диван рядом с Ликой и бережно погладила её по голове. 

– Надеюсь, они нам помогут. Мне кажется, Лике становится хуже. Она такая бледная и губы синеют. Ей обязательно нужна медицинская помощь.

Неожиданно дверь открылась, и в комнату зашёл тот самый мужчина, который меня рассматривал с таким интересом.

– Значит так, землянки, – сказал мужчина спокойным голосом. – Вас везли как товар для аукциона. Это запрещено законом, поэтому мы обязаны уничтожить ваших похитителей, а вы будете доставлены в Суд. 

– Суд! – воскликнула Яна, – но мы же ничего не сделали. Почему нас не вернут на Землю? Мы хотим домой. 

Она расплакалась.

– Мы не можем вернуть вас домой, потому что с Землёй не заключено Межгалактическое Соглашение, – ответил мужчина и снова посмотрел на меня. – Пока вы пойдёте с нами. По закону мы обязаны доставить вас в Высший Межгалактический Суд. Но на данный момент мы это сделать не можем. У нас есть ещё одно задание. Поэтому давайте договариваться сразу. Либо вы будете вести себя тихо, либо мы запрём вас в камере.

– В камере… – нервно сглотнула Лена и попятилась назад. – Снова в темницу? Я не хочу снова в темницу. Пожалуйста, не запирайте меня больше. Я так больше не могу. Я сойду с ума. 

– Нашей подруге нужна медицинская помощь, – сказала я. – Вы ей поможете? Если вы нам дадите одежду и еду, мы будем вести себя тихо. И обещаем, что не доставим вам никаких неудобств.

– Нам нужно домой, нам нужно вернуться домой, – шептала мне на ухо Саша. 

– Саш, нас никто домой возвращать не собирается, ты поняла? Ты же услышала то, что он сказал? – я снова повернулась к мужчине. – Если вы выполните наши условия, мы выполним ваши.

– Ты не в том положении, чтобы мне ставить какие-то условия, – Мужчина сделал два медленных шага вперёд. 

Он двигался так плавно, будто хищник, который выследил свою жертву. Я еле заметно вздрогнула, но не подала вида. Продолжала стоять и смотреть ему в глаза. Он же человек, он просто человек. Пусть даже и со странной фиолетовой кожей. 

Почему я должна его бояться? После того, что делали с нами те уроды, мне кажется, меня уже больше ничего не испугает. Я даже не шелохнулась, когда мужчина подошёл ко мне вплотную.

– Я не ставлю вам условия. Я вас прошу. Вы хотите, чтобы мы вели себя тихо? Мы вам не нужны. Мы для вас просто груз. Мы так и будем делать. Только, пожалуйста, помогите моей подруге. Ей очень плохо. Мы сидели взаперти долгие дни. Да, нас кормили, но нам не давали даже принять душ или переодеться. У ещё одной девушки, – я посмотрела на Яну. – у Яны травма руки. Ей тоже нужен медик. А иначе кость может неправильно срастись.

– Ты дерзкая и спокойная, – мужчина продолжал меня рассматривать с явным интересом. 

Я не привыкла к такому вниманию. Да, я довольно привлекательная. У меня милое лицо и неплохая фигура. Но я всегда одевалась довольно невзрачно и была стеснительной. 

Но после недели в камере всё стеснение пропало. Сейчас для меня главное, чтобы мои девочки были в безопасности и им помогли. 

Я не смогу пережить, если с Ликой, Яной или остальными что-то случится. Я не могу позволить, чтобы они погибли на моих руках.

 Я уже видела гибель одной девушки и никак не смогла ей помочь. Больше я такого не допущу. 

– Откуда вы знаете наш язык? – неожиданный вопрос сорвался с моих губ. 

– Я знаю все языки. Абсолютно все. 

Мужчина с таким интересом рассматривал моё лицо, будто пытался, что-то найти.

– Почему вы не надели на меня браслеты? 

Он едва заметно ухмыльнулся, а затем я заметила, как его круглые зрачки на мгновение сузились, будто у ящерицы.

Дыхание спёрло, моё тело напряглось как струна. Я сжала кулаки. 

Боже, он же не человек! 

Он тоже не человек. 

Что же это ещё за существо, которое знает все языки, у которого глаза, как у ящерицы, и фиолетовая кожа? Меня пробивала мелкая дрожь, но я по-прежнему продолжала стоять перед ним, стараясь не показывать волнения. 

– Боишься, – тихо сказал мужчина. – Значит, всё-таки эмоции у тебя есть. Это уже хорошо. Сейчас придут мои люди и отведут вас на крейсер. По дороге не ныть и не устраивать истерик. Вам окажут медицинскую помощь. Дадут новую чистую одежду. Накормят. Об этом можете не волноваться. 

Мужчина резко развернулся и вышел из комнаты, а я просто рухнула на пол. 

Несколько минут не могла пошевелиться. Так и сидела и смотрела прямо перед собой. 

Во что же мы вляпались?

Первая ко мне подбежала Лена. 

– Маш, ну всё же хорошо, да? Хорошо, они же люди. Ну, они, наверное, тоже типа землян, просто живут где-то там. Они нормальные? Они же нам помогут? 

– Нет, Лен, они не люди. Я больше, чем уверена, он не человек. Он выглядит как человек, но я не знаю, кто он. И меня это сильно пугает.

Я думала, что, когда нас выведут с крейсера, я смогу увидеть, на какой планете мы очутились. Конечно, планету бы я не узнала, но мне хотелось увидеть, как там всё выглядит. 

Но нас провели через какой-то пластиковый переход, и пейзаж планеты я могла увидеть только через мутные панели. Мне удалось рассмотреть зелень, а где-то вдалеке что-то напоминающее горы. И это всё. 

Даже стало немного грустно. 

Мне так хотелось снова выйти на улицу и вдохнуть чистый воздух. Хотя, может быть, здесь и нет воздуха. 

Я же не знаю, где нахожусь. 

Лику нёс на руках высокий широкоплечий мужчина с длинной бородой. Он так аккуратно и бережно с ней обращался, что у меня снова зародилась капелька надежды. 

Я помогала идти Яне. Боль становилась всё больше, и она постоянно плакала, хотя изо всех сил старалась сдерживаться.

Мы снова очутились на крейсере, будто никуда не уходили. Тут всё выглядело точно так же, как и у наших похитителей. Серые металлические стены, светящиеся указатели и странные значки на стенах и на панелях.

Затем нас привели в большую светлую комнату, где мужчины в белых халатах работали за мониторами. Там нас и оставили. 

Как я поняла, это были врачи. Они не разговаривали на нашем языке, поэтому мы обменялись жестами, чтобы друг друга понять.

Лику тут же положили в большую стеклянную капсулу и подключили датчики. Все показатели её здоровья тут же выводились на мониторы. Затем капсулу закрыли, и мужчина в белом халате начал быстро нажимать кнопки на приборной доске.

Лицо Лики розовело, и она стала дышать ровнее. 

Яне наложили шину, но она выглядела не такой, как в моём мире. Она была из полупрозрачного материала, напоминавшего силикон. С её помощью Яна спокойно могла двигать рукой и сказала, что боль значительно утихла. 

Меня тоже осмотрели на предмет травм, заметили датчики, вживлённые мне под кожу, но трогать не стали. 

Затем нас отпустили. Нас отвели в одну большую каюту, где было восемь кроватей и одна душевая комната. 

Мы по очереди привели себя в порядок, а затем переоделись в одежду, которую нам выдали. Теперь мы снова выглядели, как какая-то волейбольная команда. 

Трикотажные штаны, свободные футболки и толстовки на замках. После горячего душа и кучи разных средств для ухода за кожей, которые я нашла в душевой, мне стало гораздо легче. 

Я чувствовала себя гораздо чище. Мы больше недели жили в антисанитарных условиях, из-за этого кожа стала сухой и появились небольшие ранки, но с помощью всех этих средств, которые были в душевой, моя кожа перестала чесаться и начала быстро заживать. 

Похоже, что медицина у них развита на высшем уровне.

Лику привели позже. Она уже пришла в себя, но выглядела ещё плохо. Практически сразу она легла на одну из кроватей и уснула. 

Теперь она дышала ровно и спокойно, а лицу вернулся здоровый вид.

– Что будем делать? – Лена села на одну из кроватей и поджала под себя ноги. – Мы же не знаем, кто они, и что они дальше с нами сделают. 

– Но они же сказали, что отдадут нас в суд, – сказала Яна. – В суд так в суд. Хуже уже быть не может. После того, что я видела, меня уже ничего не испугает.

– Я тоже не забуду, как они её изнасиловали, это было отвратительно, – тихо сказала Вита. 

– Ты серьёзно? – Я чуть было не подскочила со своей постели. Но как? 

– Поверь, там у них есть все, как у обычных мужчин. Только такого размера, что можно испугаться. – сказала Яна, – это было ужасно. Ты не представляешь, как она кричала. Это всё было практически на наших глазах. Тебе очень повезло, что тебя позже привели. 

– Боже, какой же ужас.

– Да это ужасно, они просто монстры.

– Я очень надеюсь, что эти не такие монстры. Но ничего, девчонки. – Я старалась говорить спокойнее. – Во всяком случае, они ничего ужасного сейчас с нами не сделали. Мы уже не в вонючей камере. Нам дали помыться, нам дали переодеться. И обещали, что даже покормят. Поэтому, может быть, всё не так ужасно.

– Интересно, а что с девушками в капсулах, – сказала Саша, – я их не видела. 

– Девушки в капсулах? – спросила Лена, и мы с Сашей рассказали то, что видели. 

Дверь каюты открылась, прервав наш разговор, и на пороге появилась молодая женщина. 

Она выглядела очень красиво в облегающем комбинезоне, который подчёркивал все округлости её тела. 

Тёмные волосы собраны в высокий хвост, А вокруг глаз какие-то блёстки, напоминающие маленькие камешки. Единственное, что её отличало от обычной человеческой женщины, – это хвост с пушистой кисточкой на конце, который покачивался при каждом движении. 

Она окинула нас презрительным взглядом и сказала:

– Землянки? Понятно, – потом ещё раз посмотрела на каждую из нас, остановилась на мне взглядом. – Ты пойдёшь со мной, тебя ждёт маршал.

Я медленно поднялась и на негнущихся ногах последовала за девушкой.

Мы идём по длинному коридору, ощущение, что грудь придавило бетонной плитой, не могу сделать вдох, не представляю, зачем меня ведут к этому странному мужчине. 

– А вы не подскажете, для чего я маршалу? – решаюсь на вопрос.

Женщина резко останавливается и поворачивается ко мне. 

– Задавать вопросы – это не твоё дело. Ты не в той ситуации.

– Я понимаю, извините за вопрос. Я очень благодарна вам за спасение. Я не представляю, что было бы со мной, с девочками, если бы мы остались с теми жуткими существами. 

– Кморфами, – поправляет меня женщина. – Они называются кморфы. 

Да, конечно, я совершенно незнакома с кморфами. С подобным первый раз встретилась, – заламываю пальцы, стараюсь успокоиться. – Но я хотела бы понимать, что меня ждёт. 

– Маршал тебе всё расскажет.

– А как вас зовут?

– Зоуи.

Женщина разворачивается и идёт вперёд. По дороге мы встречаем несколько мужчин, они с явным интересом рассматривают меня. 

Я опускаю взгляд, стараясь ни на кого не смотреть. Когда мы снова выходим в пустой коридор, то Зоуи говорит:

– С маршалом будь осторожна. Лишнего не говори. Старайся на него не смотреть и тем более не спорить. Он этого не любит. В самках он предпочитает покорность. 

Я нервно сглатываю. Самка. Звучит ужасно. 

 Мы останавливаемся, и Зоуи снова поворачивается ко мне:

– Если будешь вести себя хорошо, то будешь жить в нормальных условиях, относительно нормальных, лучше, чем в клетке кморфов или быть проданной на аукционе. Всегда помни об этом. 

– Спасибо, – я поднимаю взгляд. – Я вижу, что неприятна вам, но я правда благодарна за то, что вы мне сейчас говорите.

– Мне не нравишься не ты, а все землянки. Это не первое моё столкновение с вами. Вы очень наглые, лживые и корыстные. Мне это не нравится. И то, что мой маршал тебя вызывает к себе, – она замолкает, будто подбирает слова, а затем говорит дальше. – Мне это тоже не нравится. Но моё мнение и даже твоё мнение здесь не имеют никакого значения. Чем спокойнее ты себя будешь вести, тем лучше сложится твоя дальнейшая жизнь. Если, конечно, ты её ценишь. 

Я просто киваю, совершенно не понимая, о чём она сейчас говорит.

– Постарайся угодить маршалу Вийлексу и сделать всё, что он хочет.

С этими словами Зоуи касается панели, слева от двери, ладонью. 

Дверь отъезжает в сторону, и я делаю шаг вперёд. 

Я ожидаю увидеть нечто вроде кабинета, но понимаю, что это личная комната.

Оборачиваюсь. Зоуи исчезла. 

Я стою в просторном помещении с высокими потолками и обзорными экранами вместо окон. На экранах вспыхивают незнакомые мне символы.

Центральное место комнаты занимает массивная кровать с плавными обтекаемыми формами, покрытая тканью глубокого синего оттенка. Вдоль стен расположены встроенные шкафы и полки из тёмного блестящего материала, напоминающего карбон, а на них расставлены личные вещи из стекла и металла. 

Также я вижу несколько книг, которые похожи на обычные земные. В углу стоит рабочий стол с тремя мониторами. 

Освещение приглушённое, создающее пугающую атмосферу. Я нервно сглатываю и делаю ещё шаг вперёд.

Слышу какое-то шуршание, поворачиваюсь в правую сторону. Дверь отодвигается, и оттуда выходит тот самый мужчина с фиолетовой кожей. 

Он очень высокий. Моя голова ему достаёт примерно до середины груди, поэтому мне приходится задирать голову, чтобы смотреть ему в глаза. 

Он одет в брюки с широким поясом, на котором закреплено оружие.

Обнажённый торс… он полностью фиолетовый. Я стараюсь не пялиться на его рельефный пресс, массивную грудь и огромные накачанные руки. 

Боже! Если он схватит меня, то может просто сломать пополам, как же сильно я его боюсь… Не знаю, по какой причине, но у меня ощущение, что от него исходит какая-то особенная энергетика, которая пугает меня, подавляет. 

Хочется сбежать. 

Но я делаю вдох. Я должна быть сильной. Я не должна сломаться. Я уже пережила такие ужасы за эти дни, поэтому должна найти в себе силы.

– Землянка, – говорит мужчина. 

– Да, – киваю, не поднимая взгляд, смотрю в пол на носки своих ботинок. 

– Землянка. Не представляю, как ты оказалась среди кморфов, но надо сказать, они мне сделали просто невероятный подарок. 

– Подарок? – я быстро поднимаю взгляд и тут же вспоминаю слова Зоуи. Снова смотрю в пол.

– Да, подарок. Ты моя Звезда, землянка! 

Мужчина подходит ближе, берёт меня пальцем за подбородок и заставляет задрать голову. Смотрит в глаза. 

– Ты знаешь, что это значит?

Я молчу. Слышу стук своего сердца, он неприятно бьёт по ушам. 

Звезда… Подарок... Не понимаю, о чём он говорит.

– Конечно. Ты же землянка, ваш уровень развития и знакомства с другими цивилизациями и расами слишком низкий. Ты не знаешь, что это значит. Ты останешься со мной. 

Мужчина отпускает меня и отходит в сторону, наконец-то я снова могу дышать. 

– А девочки…

– Это похвально, что ты защищаешь чужих.

– Они не чужие. Я с ними через многое прошла. Может быть, мы и не так долго знакомы, но мы с одной планеты и мы будем защищать друг друга. 

– Они отправятся в Суд. 

– Это неправильно, мы ни в чём не виноваты. Мы не давали согласия на то, чтобы нас похитили. Вы же видели, что с нами там делали? Это ужасно.

– Мужчина внимательно смотрит на меня:

– Я не буду защищать твоих подруг. Для меня они не имеют никакого значения. 

– Что будет со мной? 

– Ты останешься на этом крейсере. 

Он говорит кратко, и я понимаю, что он что-то скрывает. 

Что кроется за этим названием Звезда? 

– Что значит Звезда?

– Ты привязана ко мне, – говорит мужчина и смотрит на меня в упор, а я вспоминаю совет Зоуи и опускаю взгляд, – Ты не имеешь права позволять прикасаться к тебе другим мужчинам. Теперь ты только моя. 

Сердце проваливается в пятки. Я была похищена инопланетянами, жуткими и мерзкими, а теперь попала к другому, который решил заявить на меня права. И почему-то мне кажется, что это только вершина айсберга. 

– Я не оставлю своих девочек, – отрицательно качаю головой. – Если они в Суд, то и я. 

– А ты считаешь, что у тебя есть выбор, землянка? 

– Меня зовут Маша, – говорю я. Стараюсь выглядеть уверенно, но в самом деле чувствую, как мои колени подкашиваются, хочется рухнуть на пол. Нервы натянуты до предела.

– Я не могу их оставить. Я должна им помочь. 

– О них позаботились. Их вылечили, дали одежду, еду. Пока у них будет всё необходимое. 

– Да, до того момента, пока они не попадут в Суд? Я не знаю ваших законов и правил и не имею представления, что там решат. Что, если их снова отправят в какое-нибудь ужасное место? – сердце бьётся всё чаще и чаще. 

Чувствую, что сейчас могу лишиться сознания. 

В ушах звон. 

Мне в жизни не было так страшно, как сейчас. 

Мне страшно не только за себя, но и за девчонок. Я правда к ним привязалась и очень волнуюсь. 

Мы сейчас одни в этом жутком космосе. 

У меня есть ощущение, что никто не хочет нам помогать.

– Нас было больше. Я видела ещё пять девушек. 

– Да, были ещё девушки. Они согласились полететь с инопланетянами добровольно. Подписали документы. Тут мы уже ничего не сможем сделать. Мы также их передадим Суду. Дальше они решат. 

Делаю короткий вдох, медленно выдыхаю.

– Для тебя это ничего не меняет, – продолжает мужчина, – ты остаёшься со мной. Зоуи сделает для тебя документы, выдаст всё необходимое. Ближайшие дни наш медперсонал ещё раз тебя осмотрит и проверит, готова ли ты к рождению наследников. 

А вот и айсберг! Врезается в моё сердце острыми осколками.

– Наследников? – выдавливаю с трудом.

– Да, Маша, наследники. Ты родишь мне наследников. Сильных, здоровых.

Отрицательно качаю головой и делаю шаг назад.

– Для тебя это лучший вариант. Тебе повезло.

Повезло? Он серьёзно? Он хочет, чтобы я родила ему детей? Футбольную команду фиолетовых человекоподобных существ? 

 Опора окончательно уходит из-под ног, и я облокачиваюсь спиной на стену, чтобы удержать равновесие. 

– Не считаю это везением, – тихо шепчу, – это какое-то проклятье. Наследники… Не может быть…

Поднимаю взгляд и вижу, что мужчина нахмурился. Наверное, он думал, что я буду прыгать от радости и ликовать. 

– Тебе выделят отдельную комнату, – продолжат маршал, – будешь жить там. С подругами можешь пока видеться. 

– Я не согласна, – собираю последние силы и стараюсь дать отпор. – Нет! Я не буду рожать никаких наследников. Я свободная женщина. У меня должны быть права! 

– Это другой мир, Маша. Ты уже не на Земле и обратно не вернёшься. Ты моя добыча. Ты моя Звезда и, согласно нашим законам, принадлежишь мне. Я был терпелив и всё тебе рассказал, а мог бы просто взять тебя, когда пожелаю. 

Будто белая пелена затягивается перед глазами. 

– Это варварство! А говорите, что на Земле неразвитая цивилизация. Нельзя вот так решать за другого человека.

– У нас свои законы. 

Тихо всхлипываю.

Стараюсь подавить слёзы. 

Мужчина с полным недоумением смотрит на меня. 

– Я не в курсе, какие у вас там познания в землянах. Я не знаю, с какими землянками вы встречались, но я не одна из них. Если вы думаете, что я буду радоваться тому, что должна родить наследников, то смею огорчить. Я была против того, чтобы меня похищали. Да меня никто не спрашивал! Меня просто забрали из тёплой постели и посадили в клетку. А сейчас вы говорите, что я должна кого-то рожать? Я считаю, что вы поступаете хуже, чем они.

– Свободна! – рычит мужчина.

Дверь открывается, и я вылетаю в коридор. 

Глаза застилают слёзы. Бегу по коридору. Не замечаю на своём пути Зоуи. Врезаюсь в неё и падаю на пол. Рыдаю, закрывая лицо руками. 

– Глупая землянка, – посмеивается Зоуи.

Я вытираю слёзы ладонями. 

Смотрю на женщину, которая стоит передо мной. Она расслаблена, спокойна, улыбается. Её хвост медленно покачивается из стороны в сторону. 

– Что, не понравился разговор с маршалом? 

– Да разве он может понравиться? – я всхлипываю. – Он мне сказал, что я буду рожать ему детей. Детей. Это ненормально. Это просто какое-то сумасшествие. 

– Ну, знаешь, многие бы на твоём месте были рады. Это всё-таки маршал Вийлекс. Ты даже не представляешь, какое положение он занимает в нашем обществе. 

– Мне всё равно. Я не собираюсь…

– Глупая, – Зоуи наклоняется ко мне, хватает меня за лицо и силой сжимает щёки. – Возьми себя в руки, соберись. Ты хоть понимаешь, в каком положении оказалась? Ты можешь извлечь из этого выгоду. Раскинь мозгами, если они у тебя остались, глупая землянка.

– Что я могу сделать? – спрашиваю Зоуи. 

– Проси помощи маршала, глупая!

Я и правда сейчас считаю себя очень глупой. Потому что не понимаю, о чем она говорит. Кажется, я не в той ситуации, когда могу о чём-то просить маршала. 

– Вот за что ненавижу вас, землянок, вы впадаете из крайности в крайность. Я сталкивалась с немногими землянками, – говорит Зои, – но наслышана о вас. Обычно такие, как вы, приходите и сразу требуете, выставляете свои условия. Ты не первая и не последняя, но ты ведешь себя странно. Хотя и такие были. Плакали, скулили, жаловались на свою жизнь. Вставай. Покажу твою комнату. 

– Я не жалуюсь, – поднимаюсь на ноги и отряхиваю штаны. – Я просто пытаюсь выбраться из сложившейся ситуации. Я должна спасти девочек, я должна им помочь. Или вы думаете, так просто попасть к лапам инопланетянам, просидеть в их клетке?

– В моей жизни были ситуации похуже, – высокомерно продолжает Зоуи, а затем быстро идёт по коридору. 

Я спешу за ней. Я не прошу от неё жалости или сочувствия. Я не прошу понимания моей ситуации. Но когда принижают чужие проблемы, это очень неприятно. 

Я не считаю, что мы пережили что-то вполне естественное. Нет. Мы пережили страшные дни. Да, мы целы, относительно здоровы, но я точно уверена, что нам еще долго будут сниться кошмары. 

Зоуи относится к этому, как к повседневным проблемам. 

Я иду за ней по коридору достаточно долго. У меня ощущение, что мы выходим в совершенно другую часть крейсера. Затем она останавливается у одной из комнат, прикладывает ладонь к приборной панели и говорит.

– Приложи сюда свою ладонь. 

Я прикладываю. 

– Теперь эта комната будет открываться при твоем прикосновении. 

Дверь отъезжает в сторону. 

Я делаю шаг вперед. 

Небольшая комната, маленькая кровать в углу. Стол, шкаф, встроенный в стену. 

Под потолком тонкая полоска освещения.

– У тебя своя ванная комната. – Зоуи указывает на правую сторону. Я вижу там узкую дверь. – Вполне достаточно, чтобы следить за личной гигиеной. Тебе выдадут одежду. Завтракать, обедать и ужинать будешь в столовой со всеми. Все по времени. 

– Спасибо. – Я поворачиваясь к Зоуи. – Я могу увидеть девочек? 

– Дорогу запомнила? 

– Да, – я киваю. 

– Тогда иди. На крейсере тебя никто не тронет. Но просто так по нему не болтайся. Сбежать у тебя не получится. Даже если мы пришвартуемся на какой-то станции, то крейсер ты не покинешь. Понятно? 

Я киваю. А у меня и мыслей таких не было. Даже если мы остановимся на какой-то станции, то куда бежать? В неизвестность? 

Я даже не смогу понять, что за станция, какая планета, есть ли там воздух, и могут ли там выжить люди. 

Зоуи уходит, я еще раз окидываю взглядом свою комнату, подхожу к шкафу, тут пусто, в столе тоже. Заглядываю в ванную комнату, маленькая душевая кабинка, туалет, умывальник. Над умывальником зеркало с полками, где стоят все необходимые средства по уходу. 

Жить можно, если не считать того, что я должна родить наследников. 

Выхожу из своей комнаты, дверь сама закрывается. 

Я иду в обратном направлении по коридору. 

Когда я возвращаюсь с девчонками, то они уже в панике, тут же бросаются ко мне.

– Рассказывай! Рассказывай, что случилось, что произошло? 

Я тяжело выдыхаю и сажусь на свою кровать. 

– Я буду жить в отдельной комнате. 

– Почему? 

– Мне ничего не объяснили, – вру я. Не готова я признаться в тех ужасных вещах, которые услышала от маршала. – Просто сказали, что я буду жить отдельно. Вас отдадут под Суд. Я говорила, что не хочу с вами расставаться, и мы должны остаться вместе, но…

– Не глупи, – вступает Саша. – Ты что, с ума сошла? Может быть, тебе подарят свободу? 

– Я очень сомневаюсь, что это будет свобода, Саш. Тут всё так запутано. Но в любом случае у нас есть некоторое время, мы должны выяснить, что это за законы здесь такие и почему отдают под Суд. Мы не виноваты, что нас похитили и не должны нести за это ответственность. 

– Нас водили на обед, – слабым голосом сказала Лика, – затем сказали вернуться в комнату, по крейсеру не ходить. Сидеть тут. Конечно, это лучше, чем клетка…

– Но чувствуем себя будто узницы, – продолжает Саша.

– Мы и есть узницы, – говорю я, – но сейчас ситуация и правда лучше, чем с кморфами. Мне разрешили ходить по крейсеру, но только к вам. Я попробую воспользоваться ситуацией и что-то разузнать. 

– А тут есть интернет или что-то такое? – Спрашивает Саша.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Я попробую разведать, увидимся в столовой за ужином. 

Мне очень хотелось остаться с девочками и никуда не ходить. Но сейчас я понимаю, что нам абсолютно не на кого положиться. Нужно выпутываться из ситуации самостоятельно.

Мы находимся на инопланетном крейсере. Маршал и его помощница, или кто она ему, Зоуи, знают наш язык. 

А вот остальные, судя по всему, на это не способны. 

Не думаю, что смогу найти тут книги на родном языке.

Но я уверена, что есть какие-то способы разобраться во всем. Я немного прошлась по коридорам крейсера, стараясь запомнить расположение комнат. Я уже могла найти кабинет маршала, свою комнату и комнату девочек. 

Также запомнила, где находится столовая. 

Еще мне попались пара комнат отдыха и оранжерея.

После пары часов поиска я попала в большое просторное помещение с панорамными окнами, через которые открывается вид на звездное пространство. Я вижу проносящиеся мимо метеориты, вспышки света и какие-то темно-фиолетовые сгустки. 

В центре комнаты возвышается кресло, где сидит Маршал. Перед его лицом голографические экраны со светящимися знаками и иконками. 

Вокруг маршала еще несколько кресел. которые занимают мужчины и женщины. Повсюду экраны, пульсирующие огни индикаторов. 

Отступаю назад пока меня не заметили, и тут слышу голос за своей спиной. 

– В комнате тебе не сидится. 

Зоуи.

– Я вышла прогуляться… – оборачиваюсь.

Вижу, что Зоуи переоделась, она сменила удобные брюки и куртку на легкое платье, которое смотрится довольно странно в такой обстановке.

Платье из тонкой ткани выгодно подчеркивает фигуру Зоуи, делая её талию тонкой, а бедра округлыми. 

О такой фигуре только мечтать!

– Пойдем. Я тебя везде ищу. На складе удалось найти кое какую одежду. Маршал приказал принарядить тебя к ужину. 

– Я не кукла, чтобы меня наряжать, – бормочу себе под нос. 

– Не кукла… Ты очень плохо понимаешь свое положение. Ты теперь принадлежишь маршалу и должна делать все, что он захочет.

– Только я на подобное согласие не давала.

 Складываю руки на груди, но иду следом за Зоуи. Оборачиваюсь через плечо. Все еще вижу маршала, который сидит в своем кресле. Он что-то нажимает на голографических экранах, отдает приказы грубым и жестким голосом. 

Я не различаю слова. Незнакомый язык.

Надо сказать, маршал довольно привлекательный мужчина. Но сейчас он меня абсолютно не интересует. Хотя бы потому, что вот такая позиция принуждения мне совершенно не нравится. 

Кто он такой, чтобы рассказывать мне, что я обязана рожать ему детей и быть с ним, тем более принадлежать ему? 

Совсем с ума сошли.

– Сейчас примеришь свою одежду и вечером пойдешь в столовую в ней. Тебе нужно выглядеть привлекательно. 

Говорит Зоуи, а я закатываю глаза, но никак не комментирую.

– Зоуи, а ты можешь мне рассказать, почему нас отдают под суд? Мы же ничего не сделали. 

– Такие правила и законы. 

– Да, это я уже поняла, но расскажи, пожалуйста, подробнее. Я бы сама хотела где-то об этом прочитать, но понимаю, что не найду никакой информации. Мы же имеем право знать, почему так. 

– Вы нелегалки, у вас нет документов. 

– Но это же произошло не по нашей вине. 

– Не важно. Межгалактическая ассоциация ведет строй и учет всех переселенцев. Это очень важно, чтобы не было демографических ям или, наоборот, большого прироста населения. Вы же землянки…

Прикладываю ладонь к приборной панели, дверь с шелестом отъезжает в сторону.

– Все время забываю, что ты абсолютно ничего не знаешь. 

– Так помоги мне, Зоуи, пожалуйста. Или, может, ты мне дашь что-то прочитать, где-то узнать информацию. Мне правда очень интересно. Раз я уже попала в такие условия, то хочу во всем разобраться и знать, что именно меня ожидает. 

Зоуи первая проходит в комнату и сразу подходит к шкафу, открывает дверцу и начинает доставать оттуда платья и швырять их на кровать.

– Самое главное, что тебе нужно знать – ты обязана красиво выглядеть, быть привлекательной и покладистой для маршала. 

– Это я уже поняла. И родить ему кучу наследников. Ну так что там с тем судом? 

– Как же ты мне надоела!

Возмущается Зоуи, поворачивается ко мне, а я тем временем рассматриваю платья, которые она бросила на кровать. 

Они все такие разноцветные, блестящие, из очень тонкой ткани. Мне даже кажется, под таким платьем будет видно нижнее белье. 

Какой кошмар. Не собираюсь я в подобном ходить.

– Между Землей и Межгалактической ассоциацией нет никакого договора, потому что Земля наотрез отказывается его подписывать. А на данный момент мы находимся на той стадии, что не собираемся никого к этому принуждать. Тем не менее, землянки очень ценятся на некоторых планетах, потому что только вы можете родить наследников. Именно у землянок есть необычайная способность рожать детей от разных рас. На такое, к сожалению, не все способны. Например, моя сестра ларийка. Она никогда не сможет выйти замуж за дракона. Потому что у них несовместимость. Понимаешь, о чем я? 

– Да, кажется, понимаю. 

Наверное, это что-то вроде отрицательного и положительного резус–фактора в моем мире. Но и с этим уже земляне разобрались. Делаешь уколы, и всё. 

– Вот именно поэтому мы не можем просто вас отпустить. Есть определенный закон. Мы должны вас передать суду, где они решат, на какой планете вы будете жить дальше. 

– Но в тюрьму же их не посадят?

– Не должны. 

– Звучит не очень. Хорошо, а дальше? Их тоже принудят стать чьими-то любовницами? 

– Все зависит от того, на какую планету они попадут, – пожимает плечами Зоуи. – Такие правила. Я с этим ничего не могу сделать. Если бы Земля подписала договор с ассоциацией, все было бы гораздо проще. Но они наотрез отказываются. Ты лучше думай о том, что попала не в самые плохие условия. 

– Как сказать. Из меня инкубатор для детей пытаются сделать. 

– А что здесь плохого? Многие девушки мечтают о семье и детях. В чем проблема? 

– Да, серьезно, в чем проблема? Может быть, в том, что всё это происходит без моего согласия? 

– Собирайся. После ужина маршал захочет видеть тебя в своей комнате. Постарайся выглядеть привлекательно. 

Ни одно из платьев, которые мне показала Зоуи я выбрать не смогла. Слишком вызывающие и экстравагантные. Поэтому я осталось в спортивном костюме, который мне дали, когда привели на крейсер. 

В назначенное время я пошла в столовую, где встретилась с девочками. 

Саша и Лена молча ели свой ужин, Яна рассматривала странную субстанцию на своей руке, которая фиксировала перелом, а Вита и Лика о чем-то тихо перешептывались.

– Как твоя рука? – спросила Яну. 

– Лучше, – Яна пошевелила пальцами, и прозрачная субстанция засияла синим цветом. – Больно, но уже неплохо шевелю пальцами, даже сил прибавилось, еще несколько часов назад я вилку держать не могла.

– Тебе удалось что-то узнать? – спросила Саша. 

– Кое-что узнала, – начала я шепотом и девочки придвинулись ко мне ближе. – Мы, землянки, находимся тут нелегально, потому что Земля не подписала какое-то там соглашение. Поэтому мы должны быть переданы Суду, там решат, что делать дальше.

– И какие перспективы? – спросила Яна.

– Не очень радужные. Скорее всего, решат, чтобы мы стали чьими-то женами. Землянок ценят за способность к деторождению от разных рас. 

– Ну, тогда меня в открытый космос выбросят, – усмехнулась Вита, – я бесполезна. 

– Почему?

– Я бесплодна, у меня… вырезана матка. 

– Мне жаль. 

Мы с девочками сочувственно посмотрели на Виту. 

– У меня тоже проблемы со здоровьем, – сказала Саша, – поэтому я не самый ценный экземпляр для продолжения рода.

– Девочки, а тут у всех какие-то тяжелые болезни или это совпадение? – спрашиваю я и окидываю взглядом своих подруг.

– Тетрада фалло, – говорит Лика, – это порок сердца, очень серьезно. Я не должна была дожить до четырех лет, так врачи говорили, но мне сделали операцию в десять лет, и вот… Правда, одышка на всю жизнь и быстрая утомляемость. В моей карточке написано, что рожать мне нельзя, я беременность не переживу. 

– А у тебя что? – спрашиваю Яну. 

– Несколько курсов химиотерапии, мои яйцеклетки пустые. 

Мы замолкаем. Не хочу говорить о себе. Слишком больно. 

У меня были подозрения, что мы по каким-то причинам не подошли кморфам, поэтому нас и заперли в клетках. 

– Что же с нами будет? – выдыхает Саша. 

– Ну, может их медицина лучше нашей? – Яна рассматривает свою руку. – Не то, чтобы я стремилась рожать детей для инопланетян, но еще год назад я думала, что моей жизни конец. У меня большие долги, кредиты и я уже просто не справлялась с навалившимися проблемами. Я лишилась квартиры, пришлось бросить работу. Еще несколько недель назад я думала, что конца и края нет моим проблемам. У меня не было денег даже на еду, а сейчас… Честно, я не думаю, что мне где-то будет хуже, чем на Земле. 

– А, если они смогут и правда вылечить нас? – я вижу в глазах Виты надежду, – я всегда мечтала о детях… 

Я удивлена. Думала, новость о подобном воспримут гораздо хуже. 

– Будь что будет, – говорит Саша, – только бы не к кморфам, этих гадов я запомню на всю жизнь, и если встречу еще хоть одного…

Я вздрагиваю от воспоминаний. Никогда не забуду, как Саша проткнула кморфу глаз.

Мы замолкаем. Девочки смотрят за мою спину, и я медленно оборачиваюсь.

Зоуи.

– Ты почему не переоделась? – она смотрит на меня с укором.

– Размер не подошел.

– Сама будешь с маршалом разбираться. Десять минут, и иди к нему. 

Зоуи уходит, а девочки смотрят на меня.

– Что он хочет от тебя? – спрашивает Саша.

– Детей. 

Я встаю со своего места и иду к кабинету маршала.

Нет смысла ждать десять минут, мне кусок в горло не полезет. Нужно идти к маршалу.