Землянка для звёздных повелителей

Шипящая радужная жижа неумолимо ползет из ванной. Красивая, зараза, переливается всеми оттенками космоса, но мой любимый коврик она сожрала за тридцать секунд.

Теперь ее цель — моя правая тапочка. Не успеваю отпрыгнуть, завороженная тем, как пена касается подошвы, и с тихим пшиком… растворяет.

Но плевать на тапочку. Плевать на всё.

Бросаю взгляд на реставрационный стол в центре комнаты — моя личная святыня. Там, на бархатной подложке, лежит древний фолиант: «Кодекс Расколотой Зари».

— Чёрт! — вырывается у меня. — Если эта дрянная пена до него доберется, аварийная служба будет собирать останки своего сантехника по всей галактике! Да где его носит?!

Хотя кого я обманываю? Аварийка тут ни при чем. Это всё я.

Давно заметила: сильные эмоции превращают меня в ходячий электромагнитный импульс.

Сегодня моя эйфория от расшифровки первого абзаца Кодекса спалила насос с магнитным приводом, устроив банальный потоп.

Потом, когда я в панике ринулась в ванную, с ума сошёл ионный душ. Теперь он генерирует эту дрянь, пожирающую любую синтетику. Хорошо хоть пол в моём старом жилом блоке из цельного нано-керамита, иначе я бы уже здоровалась с соседями снизу.

Воздух в маленькой квартирке гудит, потрескивает от статики, а я стою посреди апокалипсиса — насквозь мокрая, в коротких шортах и тонкой майке, которая неприятно липнет к телу.

Пена нацелилась на стол. Нет. Не позволю!

Делаю отчаянный рывок. Нога скользит по радужной луже, и я с размаху шлепаюсь своей пятой точкой прямо в нее.

Жижа холодная, липкая и щекотно-агрессивная. Тут же вскакиваю на ноги, отряхиваюсь, и с ужасом смотрю вниз. От шорт остались лишь жалкие, дымящиеся ошметки. И даже они исчезают прямо на глазах…

Я стою посреди собственной квартиры в мокрой майке и кружевных стрингах.

Слава Космическому Отче, это всего лишь шорты!

Потерю семейной реликвии, моего Кодекса, я уж точно не переживу.

Скрип входной двери. Наконец-то!

— Ну слава Отче! Где вас носит?! — кричу я, не оборачиваясь. — У меня тут апокалипсис в миниатюре!

Судорожно пытаюсь остановить поток пены.

Проблема в том, что прожорливая дрянь, кажется, жрёт всё. Я уже скормила ей старую папку из полимера, пытаясь сгрести поток в сторону. Теперь на очереди декоративная подушка с дивана.

И она тоже исчезает в пене с влажным, чавкающим звуком.

Мой гениальный план — закормить её до смерти. И я как раз нашла для этого идеальное топливо — коробку с вещами бывшего. Его любимая толстовка отправляется в радужную пасть первой.

— Жри! — бормочу я, с мстительным удовольствием наблюдая, как пена с аппетитом поглощает вещь. — Подавись!

— Для апокалипсиса, — раздается за спиной низкий, вибрирующий рокот, от которого у меня по спине бегут мурашки, — здесь слишком много жизни.

Замираю. Голос совсем не похож на сварливый тенор сантехника из диспетчерской. Я медленно поворачиваюсь и… теряю дар речи.

На пороге стоит гора мышц, упакованная в черные кожаные штаны и татуировки.

Высокий, широкоплечий, с дикими, серебристыми волосами до плеч. И нечеловечески, до неприличия красивый.

Мой мозг лихорадочно перебирает варианты: розыгрыш? Стриптизер по ошибке? Рок-звезда, перепутавший сцену с моим жилым блоком?

Такого голыми руками не возьмешь… Это его-то я грозилась распылить по галактике? Не очень-то и хочется пытаться. Пусть уж лучше чинит душ.

А мужской, хищный взгляд… который, видимо, только что был крайне заинтересован моей голой попкой с стрингах, теперь медленно скользит по моей мокрой майке, задерживается на груди.

— Какой… мощный выброс, — произносит он, а я чувствую, как щеки моментально вспыхивают.

Он говорит о погроме или о… моей груди?

Отче, да я как будто голая стою перед ним. Мокрая ткань совершенно не скрывает ни округлые полушария, ни острые от холода соски.

От холода? По телу разливается волна удушливого жара. Это всё от смущения!

А что он так смотрит?

Мне кажется, или он только что слегка поиграл внушительными мышцами под татуировками? Чего он с голым торсом? Новая форма у сантехников, чтобы не намочить лишнее?

Под его лёгкий вздох сожаления, скрещиваю руки на груди, в жалкой попытке прикрыться. Пусть уж лучше пялится на мои голые ноги.

— И что здесь произошло? — мужской голос становится серьезнее, пока он осматривает комнату. — Энергетический всплеск такой силы…

Ну да, сейчас я тебе так и расскажу. «Знаете, я тут расшифровала пару строк в древней книге о какой-то богине и ее троих любовниках, так обрадовалась, что у меня, кажется, взорвалась вся техника в доме».

Он точно решит, что я сумасшедшая.

Сама не так давно осознала, что мои эмоции действуют на электронику, как граната. Но чтобы ионный душ начал плеваться пеной, растворяющей одежду... Это новый уровень.

— Просто прорвало трубу, — озвучиваю очевидное и перехожу в наступление: — А вы, простите, кто? Специалист по особо влажным ситуациям?

На мой язвительный выпад незнакомец не отвечает. Вместо этого он делает медленный шаг ко мне, сокращая дистанцию.

Мужские губы трогает кривая, ленивая ухмылка, от которой у меня по спине бегут мурашки. Взгляд становится еще более наглым.

— Специалист по влажным ситуациям... — медленно повторяет он, и в его голосе слышится что-то такое, от чего у меня внутри всё переворачивается. — Можно и так сказать. Я умею обращаться с... перегретыми системами.

Он смотрит так, что мне кажется, будто я стою перед ним не в мокрой майке, а совсем без нее.

Щеки полыхают еще сильнее. Этот тип явно издевается надо мной!

Отче, да мой бывший, Дэн, при виде такого погрома уже бился бы в истерике и звонил мамочке, жалуясь на испорченные ботинки. А этот… этот будто родился в самом сердце хаоса и чувствует себя здесь как дома.

Он делает ещё один шаг вперед, и я невольно отступаю. Но тут до моего слуха доносится новый звук — тихое, зловещее шипение.

Пена добралась до ножки стола.

Мой Кодекс!

Забываю про все на свете. Плевать на этого наглого красавца, плевать на то, что я стою перед ним почти голая. Есть вещи поважнее стыда.

— Нет! — кричу я и бросаюсь к столу.

Между спасением бесценного артефакта шестнадцатого века и тем, чтобы демонстрировать собственный зад в стрингах перед незнакомцем, выбор очевиден. Пусть хоть вся галактика смотрит — я не дам этой дряни уничтожить семейную реликвию!

От моей решимости и всплеска эмоций в воздухе резко потрескивает статика. Лампочка над столом взрывается снопом искр, осыпая всё вокруг стеклянной крошкой.

А ещё что-то щекочет мои щеки. И трещит прямо над ухом.

Отче!

Крошечные, раскаленные частички света пляшут на периферии моего зрения, и я с ужасом понимаю, что они летят с моих волос. С волос цвета клубничного заката, как назвал их Дэн.

Я никак не могу понять почему мои волосы стали такого странного кораллово-розового оттенка. Он проявился пару недель назад. Как раз перед самым расставанием с Дэном.

Но мне даже на искры от моих волос плевать! Я почти у цели, рука тянется к Кодексу...

И тут передо мной возникает стена из мышц и татуировок.

Он двигается с нечеловеческой скоростью, оказываясь между мной и столом за долю секунды. Мужские пальцы обхватывают мое запястье, останавливая.

— Тише, искра, — его голос становится мягче, но в нем слышится непререкаемая власть. — Перегоришь…

Он шепчет, а его глаза цвета расплавленного серебра смотрят прямо мне в душу:

— Мне надо «заземлить» тебя.

Весь мир сужается до точки нашего контакта, до его обжигающего касания.

СГЕНЕРИЛА МАЛЕНЬКИЙ КУСОЧЕК СО ЗВУКОМ по первой главе))
Но здесь звук не получится загрузить.

Кому интересно, ЗАГЛЯДЫВАЙТЕ КО МНЕ В ТГ КАНАЛ!

ищите по ссылке на вкладке ОБО МНЕ https://litnet.com/ru/lana-voroneckaya-u10849157/aboutlana_voronetskaya

или по моему нику ФЛР: lana_voronetskaya

там РОЗЫГРЫШИ ПРОМО, новости о моих историях, спойлеры, арты и немного о реальной жизни автора (life-style) 

Его прикосновение, как запуск звездного реактора в моем теле.

По венам ударяет разряд, но он не обжигает, а… наполняет.

Удар тока. Но не болезненный, а обжигающе-сладкий. Будто каждая клетка моего организма внезапно вспыхивает ярким светом.

Тепло от его горячих, почти обжигающих пальцев растекается под кожей.

Вся паника, весь страх и адреналин мгновенно испаряются, сменяясь волной такого интенсивного возбуждения, что я едва не теряю равновесие.

Шипение пены стихает. Потрескивание статики исчезает. Даже искры в волосах гаснут. Мир вокруг словно замирает, оставив только нас двоих, его горящие глаза и мое сбившееся дыхание.

Он стоит слишком близко. Настолько близко, что я чувствую жар его тела, вижу, как под кожей перекатываются мышцы.

Волна жидкого огня, стартовавшая от его пальцев, проносится по моей руке, заливает плечи, грудь, живот, катится вниз по ногам.

Он выше меня головы на полторы, и мне приходится задрать подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом. Он нависает надо мной несокрушимой скалой. Я тону в его запахе. От него пахнет чем-то диким и первозданным, от чего перехватывает дыхание. Как будто грозой в космосе, озоном и чистой энергией.

Мой бывший, Дэн, был моим первым и единственным. Да он вообще рядом не стоял — максимум, что от него можно было ожидать, это скучное «ну, тебе хорошо?». С ним было… по-разному. Иногда нежно, иногда неуклюже, иногда просто нормально. Но это? Это как сравнивать искру от зажигалки с рождением сверхновой.

От мысли о бывшем меня еще сильнее накрывает смущение.

Я тяжело дышу, грудь предательски вздымается, спина влажная — будто пробежала марафон.

Недосантехник, маскирующийся под рок-звезду, тянет меня чуть ближе. Его дыхание тяжелеет. Черт, я едва стою на ногах, а он, кажется, наслаждается каждой секундой, пристально следит за мной.

Внутри разворачивается целая галактика ощущений. Простое прикосновение мужских пальцев к моему запястью, его жаждущий взгляд, и меня швыряет в гипер-пространство удовольствия.

Я чувствую, как плавится ядро где-то внутри. Все запреты, страхи, остатки здравого смысла улетают в открытый космос. Возбуждение взлетает кометой по венам. Такого со мной не было никогда.

Волна за волной накатывает снизу живота, разливается по всему телу, заставляя каждый нерв вибрировать на невозможной частоте.

Невольно выгибаюсь дугой, и я бы рухнула на пол, если бы его вторая рука не обвила мою талию, прижимая к себе.

Я тяжело дышу, судорожно разжимаю и сжимаю пальцы. Волосы, еще секунду назад искрившиеся статиками, затихают. В голове — пустота и только одно желание: чтобы он не отпускал. Чтобы этот контакт не заканчивался.

Я задыхаюсь. Сердце бешено колотится. На долю секунды я теряю дыхание. А внутри начинается фейерверк: невидимые разряды прокатываются по коже, вызывают дрожь в ногах, зажигают искры внизу живота.

Меня пронзает жаром до самых кончиков пальцев на ногах.

И происходит невозможное!

Меня накрывает мощный оргазм. Вспышка такой яркости, что перед глазами взрываются звезды. Тело пронзает волна сладкого, неудержимого экстаза — я просто таю, растворяюсь в этом ощущении.

Из горла вырывается стон, который я не могу сдержать.

Космос, что со мной происходит?!

А он... он наблюдает. Его взгляд не отрывается от моего лица, читает каждую эмоцию, каждое ощущение. Его внимание только подливает масла в огонь смущения.

Он все понимает. Видит, как я растворяюсь под его прикосновением, как мое тело предает меня самым постыдным образом. Он определенно знает, что со мной происходит. И смотрит так, будто только что наблюдал за рождением новой звезды, вгоняя меня в краску еще глубже.

Я думала такое бывает только в голофильмах.

Миг почти нескромной близости. Между нами не осталось ничего — ни воздуха, ни логики, ни моих прежних страхов. Только жар, только мы.

Грудь вздымается, я тяжело дышу, пытаясь прийти в себя. Но он не отпускает моего запястья. Его большой палец медленно поглаживает мою кожу, и от этого простого движения по телу вновь пробегают электрические разряды.

Серебро мужских глаз темнеет, разгораясь хищным голодным огоньком.

Отче космический! Он всё знает. Он видел. Он понял, что только что произошло со мной от одного его прикосновения.

Я ошарашенно смотрю на него — у меня всё еще звенит в ушах от того момента, когда он, по сути, перезагрузил мне всю нервную систему одним касанием.

Я пытаюсь вдохнуть, но грудная клетка будто не слушается. Мне даже начинает казаться, что он как-то питается этим моим смятением — наблюдает слишком пристально, слишком… довольно.

Но тут эту интимную, заряженную до предела тишину нарушает тихое шипение. Оно раздается откуда-то с пола.

Мой взгляд скользит вниз. С изумлением осознаю, что мы оба стоим в луже прожорливой радужной жижи. И если на мне она уже сделала свое черное дело, то для моего «специалиста» веселье только начинается.

Он уже босиком. От его ботов не осталось и следа. А прочная, на вид вечная кожа его штанов начинает пузыриться и расползаться, словно мокрая бумага. Сначала по швам, потом все шире, открывая вид на очень мускулистые голени, накачанные красивые бедра и... весьма стильное нижнее мужское белье. Что-то дизайнерское, инопланетное. Черное, с серебристыми рунами. Облегающее его… выпирающий огромный член.

Невольно сглатываю. Отче, такие размеры существуют?

И почему пена не разъест его боксеры?

А…аа… о чём я думаю. Любопытство кошку сгубило.

Моргаю, отгоняя непристойные мысли подальше. А шок сменяется чувством чистого, злорадного триумфа. Ага! Так-то! Не одной мне тут сверкать нижним бельем!

Роли меняются. Теперь он — тот, кто оказывается в пикантном положении. Несмотря на всю эту космическую дурь, что творится у меня в голове, я не могу сдержать ехидной ухмылки.

— Ну как, мастер? — язвлю я, наслаждаясь моментом реванша. — Кажется, ваша экипировка не очень подходит для работы с агрессивными средами.

К моему удивлению, он не злится.

Он опускает взгляд, оценивает ущерб. В серебристых глазах мелькает изумление, и тут же сменяется почти мальчишеским азартом. На мужском лице расцветает хищная ухмылка. Только теперь в ней читается не насмешка, а что-то совсем другое. Более опасное.

— Что ж... — он медленно поднимает глаза, встречаясь со мной взглядом. — Похоже, твой дар разрушает не только технику.

Что? Что он сказал? Как он догадался?

Остатки смущения вспыхивают снова, а он чуть склоняет голову, и между нами на секунду застывает что-то почти осязаемое — искра, электричество, двойственная неловкость и интерес вперемешку.

Мы стоим посреди апокалипсиса моей квартиры — мокрые, полураздетые, связанные этим странным, интимным моментом. Воздух между нами накален, и я чувствую, как мое сердце колотится где-то в горле.

И именно в эту напряженную, вибрирующую тишину вклинивается третий голос. Холодный, стальной и полный ледяного неодобрения. Голос, от которого и радужная пена, кажется, попыталась сдрызнуть под плинтус.

— Наигрались?

Я резко отшатываюсь, медленно оборачиваюсь к источнику ледяного голоса. И... снова теряю дар речи.

Знакомьтесь с нашими новыми героями поближе!

Итак, Алиса - девушка с Земли, 23 года, работает реставратором антикварных книг. 

У нее получается восстановить то, что другие считают безнадежным. Она интуитивно чувствует, как «хочет» быть исправлена та или иная вещь.

Она полна сюрпризов, о которых еще не знает даже сама… 

Например, пару недель назад её волосы стали оттенка клубничный блонд и не поддаются перекрашиванию назад.

И ТРИ могущественных бессмертных аватара со своими тайнами и прошлым, о котором нам предстоит узнать вместе с Алисой

Рэйвон (Рэй) — Аватар Хаоса, Сенсорный Настройщик

Страстный, импульсивный, ведомый инстинктами. Он — тот, кто сначала действует, а потом думает. Его мир — это эмоции, ощущения, тактильность. Он будет постоянно вторгаться в личное пространство Алисы, потому что для него прикосновения — естественный язык общения и способ «заземлить» её силу. Он будет её самым яростным защитником и самым опасным соблазнителем.

Киртон (Кир) — Аватар Порядка, Ментальный Настройщик

Логик, стратег, педант. Он стремится всё упорядочить и взять под контроль, потому что панически боится повторения прошлого хаоса. Его забота проявляется в создании для Алисы идеальных, безопасных условий, которые ей самой будут казаться позолоченной клеткой. Он будет общаться с ней через ментальные тренировки, логические задачи и попытки оградить её от «излишних» эмоций, чем будет постоянно конфликтовать с Рэйвоном.

Сансар (Сар) — Аватар Тени, Духовный Настройщик

Мудрый, циничный, отстраненный наблюдатель. Он — хранитель знаний и памяти об их прошлом. Обращение «сенсей» (учитель) к нему идеально подходит, потому что именно он будет учить Алису не контролировать силу, а понимать её. Он будет говорить загадками, задавать неудобные вопросы и заставлять её саму искать ответы. Его доверие будет завоевать сложнее всего, но именно его одобрение станет для Алисы самым ценным.

❤️‍🔥❤️‍🔥❤️‍🔥

ВСЕМ ПРИВЕТ!

РАДА ПРИВЕТСТВОВАТЬ В НОВОЙ ИСТОРИИ,

В ГОРЯЧЕМ МИРЕ НАСТОЯЩИХ МУЖЧИН, где нас с вами ждёт брутальная нежнятина и истинная любовь суровых и властных аватаров - воплощений древних богов ❤️

БЕЗМЕРНО ЦЕНЮ ВАШИ комментики и СЕРДЕЧКИ❤️ на странице книги

НЕ ЗАБЫВАЙТЕ КИДАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ, чтобы не потерять

А пока ждём продолжение, приглашаю вас в другие жаркие истории МЖМ, строго 18+

- ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА! До обеда (21.07) можно успеть купить по цене подписки со скидкой! 

- сегодня на историю МАКС.СКИДКА -30%!

УСПЕЙТЕ ПРИКУПИТЬ)))

На пороге стоит другой мужчина, словно сошедший с обложки энциклопедии «История императорских династий галактических систем».

От одного его вида вся моя маленькая квартирка кажется еще меньше.

На нем не одежда, а что-то вроде доспеха из жидкого серебра, который переливается и пульсирует едва заметным светом, идеально подчеркивает не просто мощь, а выучку и власть. Что за спецэффекты?

Высокий, темноволосый, с лицом, будто высеченным изо льда — идеальные, строгие черты, глаза цвета глубокого космоса и взгляд, который сканирует, анализирует и выносит приговор. О, этот взгляд мог бы заморозить звезду.

Судорожно втягиваю живот, на автомате прижимаю ладони к бедрам.

Он делает шаг в квартиру, и я замечаю самое поразительное: пена под его ногами не просто не разъедает его одежду — она отступает. Буквально. Радужная жижа словно боится его коснуться, расползается в стороны, образуя сухой островок вокруг его ботов на ногах.

Что за...?

Мой мозг лихорадочно пытается найти логическое объяснение.

Да, Земля долго была за карантинным занавесом, и только недавно с нами наладили контакт представители ОМК — Объединенной Межгалактической Конфедерации. Переговоры идут полным ходом. Но эти двое... они слишком нереальные. Слишком совершенные. Будто живые воплощения каких-то космических архетипов.

Костюмы? Может, это косплееры? Аниматоры адрес перепутали? Хотя экипировка выглядит настолько дорогой и технологичной, что я сомневаюсь в этом.

А еще этот новый... по всему видно, что он какая-то шишка. Форма, выправка, сама аура власти — все кричит о высоком положении. Не иначе, шишка из новостей. Могли бы хоть предупредить, что к нам начнут забрасывать имперцев!

Я видела изображения инопланетян, но эти двое… они нереальные. Слишком крутые. Словно сошли с какого-то галактического блога о космических миллиардерах.

Тем временем, двое инопланетян, будто меня и не замечают, переругиваются на какой-то недосягаемой частоте превосходства и язвительности.

— Твои методы примитивны, Рэйвон, — голос нового гостя лазером режет воздух, а я понимаю, что он знает имя моего «сантехника». — Её энергию нужно было не заземлять, а структурировать. Ты мог ей навредить.

Рэйвон — значит, так зовут красавца в боксерах, который все еще держит меня за руку.

Наконец, он отпускает и фыркает в ответ:

— Зато я действовал, а не читал лекции с порога, Киртон. Она была на грани перегрузки.

Киртон. Имена у них определенно не земные.

— Послушайте, — пытаюсь я вмешаться, но они продолжают препираться.

Только Рэйвон бросает на меня горячий взгляд, от которого я снова краснею и забываю, что хотела сказать.

— Твоя импульсивность уже однажды привела к катастрофе, — холодно продолжает Киртон. — И теперь ты стоишь полуголый перед...

— Завидуешь, что ли? — лениво отзывается Рэйвон, красуясь боксерами. — Некоторым не нужна броня, чтобы защитить себя.

Ловлю себя на том, что шарю глазами по лицу второго гостя (Киртон? Хм!), а он смотрит… на меня. Пронзительно, изучающе…

Отче! Он тоже пялится на мою просвечивающую грудь?

Хватаю Кодекс со стола, прикрываюсь словно щитом, прячу грудь за огромным фолиантом в кожаном переплёте. Растерянно хлопаю глазами, слушая, как незнакомцы спорят прямо над моей головой, будто меня здесь и нет.

Жар от прикосновения Рэйвона всё ещё бушует под кожей, но теперь к нему примешивается паника. Они слишком большие, слишком мощные для моего маленького мира. От их ауры, кажется, стены начинают дрожать.

— Эй! — выдавливаю я, но под очередным взглядом Рэйвона опять смущенно захлопываю рот.

Два огромных, нереальных мужчины просто игнорируют меня. Их непонятный спор для них, очевидно, важнее моего маленького бытового апокалипсиса.

Сердце колотится где-то в горле. Мне нужно их остановить, мне нужно, чтобы они починили душ, мне нужно, чтобы они просто… ушли!

От моего растущего беспокойства в воздухе снова начинает потрескивать статика.

Остатки техники в квартире реагируют на мое состояние: холодильник начинает гудеть на невозможных частотах, а коммуникатор на стене вспыхивает и начинает проигрывать случайные голосовые сообщения на максимальной громкости.

Раздаётся голос Дэна:

«Алиса, это глупо. Я знаю, что ты скучаешь. Мы были хорошей парой, пока ты не начала со своими… выдумками. Давай встретимся, поговорим нормально. Без всех этих твоих странностей. И верни себе уже нормальный цвет волос!»

О нет. Только не это.

Выставлять свои отношения и разборки с бывшим напоказ.

Мои коралловые волосы стали последней каплей в терпении Дэна. Как будто я этого хотела! В один прекрасный миг они вдруг поменяли цвет…

Дэн требовал, чтобы я их перекрасила обратно.

И я пыталась. Но не одна краска не справилась. Максимум через пару часов, они возвращали свой цвет.

«Ты делаешь это назло! Это какая-то секта или психическое расстройство! Я не буду встречаться с фриком».

Никак не забуду его обидные слова…

— Довольно! — выпаливаю я, из последних сил цепляясь за реальность, и все устройства разом затихают.

Мои незваные пришельцы переводят удивлённые взгляды на меня.

А что? Аварийка так и не объявилась. Пена, хоть и перестала разливаться по комнате после прихода второго незнакомца, но надолго ли? Что он с ней сделал? Остановил каким-то полем?

— Раз уж вы здесь, то почините мне ванную! Или перекройте поток… ну, вы же мужчины! Разберитесь уже, пожалуйста! У меня вся система сейчас взлетит.

Подумываю, может припугнуть жалобой в Межгалактический Суд?

Мои нервы на пределе. Я так взвинчена (и так хочу исчезнуть в трещину на полу), что даже странные гости с их спором и чудо-костюмами уже не кажутся такими пугающими… Был бы толк!

Киртон бросает на меня новый пристальный взгляд, и его голос звучит не просто строго — в нем слышится абсолютная власть, которая пригвождает меня к месту.

— Женщина, возьмите себя в руки, — произносит он тоном, которым, наверное, отдают приказы целым армиям. — Ваши эмоции создают опасные флуктуации.

Женщина?!

Всё. Это последняя капля. С меня хватит. Хватит пены, хватит полуголых красавцев и их властных замашек. Я разворачиваюсь, хватаю первое, что попадается под руку — старую швабру, и выставляю ее вперед, как копье.

— Так, всё! Оба на выход! — рычу я. — Если вы не сантехники, то проваливайте! Я не заказывала стриптиз в стиле «Звездных войн»!

Замахиваюсь шваброй, целясь в сияющий доспех, но он даже не двигается. Лишь смотрит на меня. И его голос, лишенный всякой эмоции, обволакивает мое сознание, проникая в самую глубину.

— Успокойтесь.

Одно слово. Но оно не звучит — оно ощущается.

Будто невидимая рука касается моего разума. Весь мой гнев, вся паника и страх… они не исчезают. Они… выстраиваются в идеальные, кристальные ряды. Хаос в моей голове сменяется идеальным, совершенным порядком. Каждая мысль — на своем месте. Каждая эмоция — в своей ячейке.

Это ощущение настолько чистое, настолько правильное, что по телу прокатывается волна совершенно иного удовольствия. Не обжигающего, как от прикосновения Рэйвона, а холодного, ментального, абсолютного. Экстаз от идеальной гармонии.

— Спокойно, — внушает голос Киртона, тянет сознание куда-то в глубину. — Вдох. Выдох. Просто отпусти напряжение...

И я… расслабляюсь. Мысли становятся вязкими, как мед, а тело — податливым.

Удовольствие медленно разливается в моём сознании, и я понимаю, что это не я так реагирую — это он что-то делает с моими мыслями!

Но сопротивляться не хочется. Наоборот, хочется подчиниться бархатному голосу, раствориться в нем.

На мгновение я ощущаю невероятное — жидкое тепло накрывает тело, как морское течение: расслабляющее, но одновременно пугающее. Мужской голос будто гладит изнутри, проводя по нервам, и я непроизвольно закрываю глаза, поддаваясь его призыву.

И в этот момент чувствую — нет, не только разум растворяется. В теле вспыхивает тот самый голод, тот жар, который только что взорвал меня при прикосновении Рэйвона… но теперь это другое. Больше, глубже, как будто он тянет меня в какой-то внутренний космос, где я легко теряю над собой контроль.

Боже, как приятно…

Я впервые узнаю, что можно реагировать так — не только на кожу, но и на голос, один лишь шёпот в голове.

Швабра выпадает из моих ослабевших пальцев. С губ срывается тихий вздох. Я пячусь назад, ошеломленная, пытаясь вырваться из ментального плена, который ощущается так… правильно.

Сердце заколачивается, дыхание становится тяжелым, внизу живота — подрагивающее, сладкое тянущее ощущение. Я вся горю, пульсирую: он даже не касается, а меня настигает… новый оргазм. Я растворяюсь в чужой командной воле.

В голове взрываются фейерверки, и я задыхаюсь от внезапного, острого пика наслаждения, который проносится по всему телу.

— Не-еет, — выстанываю я, и голос дрожит от того самого удовольствия, против которого я пытаюсь бороться.

Руки дрожат от желания и невозможности сопротивляться.

Рэйвон, видя мое состояние, шипит на Киртона:

— Не смей. Это сейчас было лишним!

— Надо было успокоить её панику. Структурировать её сознание… а не заземлять! — гнёт своё темноволосый менталист, вызвавший оргазм у меня в голове.

И тут мой гигантский фикус, тот самый, который я забрала почти засохшим пеньком после смерти бабушки и который теперь разросся в настоящие джунгли, резко оживает.

Длинная, упругая лиана выстреливает из гущи листьев и с сочным шлепком хлещет незнакомца по сияющему наплечнику.

Киртон отшатывается, на его лице мелькает удивление.

Ментальное воздействие мгновенно обрывается. Я хватаюсь за стену, тяжело дышу.

Я ошеломлена: растения снова сошли с ума — это они, кажется, ревнуют… или пытаются меня защитить?

Когда бабушка умерла, я забрала из ее квартиры единственную память: засохший фикус в горшке. Сидела дома в слезах, гладила его мертвые листья, шептала: «Ну хоть ты живи». А утром он был покрыт зелеными побегами.

С тех пор все растения вокруг меня словно чувствуют мое настроение. И сейчас они явно не одобряют поведение моих «гостей».

Рэйвон делает шаг ко мне, протягивает руку:

— Дай я помогу...

Отче космический! Не надо… Пячусь задом.

Мужские пальцы почти касаются моей кожи, когда маленький колючий кактус на подоконнике вдруг стреляет очередью тонких иголок прямо ему в руку.

— Ай! — он отдергивает ладонь, глядя то на кактус, то на меня с новым, еще более глубоким интересом.

Растения как-то подозрительно поворачиваются в сторону мужчин.

— Я… — запинаюсь, бросаю почти обвиняющий взгляд на обоих. — Только попробуйте ещё раз меня контролировать.

Я стою в центре апокалипсиса — взъерошенная, разгорячённая, и ни один из мужчин (или грозных инопланетян) в моей квартире в этот миг не выглядит могущественнее меня.

Киртон и Рэйвон переглядываются, и на долю секунды в их взглядах мелькает что-то похожее на… уважение? Или просто шок от того, что жалкая землянка только что натравила на них комнатные растения.

— Контролировать? — Рэйвон первым приходит в себя, выдергивая иголку кактуса из предплечья. Он криво ухмыляется, и его взгляд снова теплеет, но становится опасным. — Милая, я всего лишь хотел помочь.

Он окидывает взглядом коробку с кучей вещей, которые я скармливала пене — остатки гардероба бывшего, — и с хищной усмешкой подбирает уцелевшие джоггеры и футболку.

— Откуда у тебя мужская одежда? — резко бросает Киртон, и в его голосе звучит что-то опасное.

— Просто... бывший, — выпаливаю я, чувствуя, как оба мужчины напрягаются.

В глазах Киртона мелькает что-то хищное, почти собственническое.

— Бывший? — повторяет он с такой интонацией, будто готов материализовать этого самого бывшего прямо здесь, чтобы выяснить отношения.

Обстановку разряжает Рэйвон.

— Что ж, — произносит он, натягивая штаны, которые несмотря на модуль эластичности Х2, трещат по швам от его мускулистых бедер, — твой бывший был... миниатюрный.

Киртон между тем поднимает бровь с выражением легкого отвращения:

— Ты собираешься облачиться в одежду... предшественника?

О чём он говорит? В смысле предшественника?

Но я не успеваю додумать мысль, потому что заливаюсь краской, пытаясь не заржать. Во все глаза разглядываю сурового инопланетянина… в штанах, которые превратились в капри и в футболке с надписью «Я люблю котиков», которая натянулась так, что вот-вот лопнет по швам.

— Мило, — ехидно комментирует Киртон. — Очень... земное.

Но даже в слишком коротких штанах и смешной футболке Рэйвон умудряется выглядеть хищником, который просто надел маскировку.

— По крайней мере, теперь ясно, почему «бывший» остался в прошлом, — холодно замечает он. — Некоторым мужчинам просто не хватает... масштаба.

Я чуть не задыхаюсь от его откровенной наглости. А Рэйвон медленно поворачивается ко мне, его взгляд становится жестче.

— Если это был твой поклонник, он имел весьма сомнительный вкус в одежде.

Он рассматривает надпись на майке. А потом вдруг хмыкает.

— Вполне удобно. Не хуже боевой брони, — усмехается он, и подмигивает мне, демонстративно напрягая бицепсы... а рукава всё-таки лопаются по швам.

Зато градус напряжения резко падает вниз.

Я пытаюсь задавить неуместную улыбку, глядя на этого космического воина в розовой футболке с котиками.

Но тут из ванной раздается новый зловещий звук — что-то вроде предсмертного хрипа.

И виртуальный помощник подает голос:

— Внимание. Критическая ошибка контура. Перегрев. Будет произведён аварийный сброс через две минуты.

— Кажется, нас зовут в инженерный отсек, — сухо произносит Киртон.

— Куда? — чуть не срываюсь на истеричный смех. — Это просто ванная!

Рэйв выпрямляется во весь рост, и даже в нелепой одежде он всё равно выглядит тем самым опасным незнакомцем, который появился на моем пороге.

— Похоже, пора заняться настоящими мужскими делами, — произносит он, направляясь к ванной. — Инструменты есть?

Из-за того, что его рельефные мышцы перекатываются, котята пляшут на майке, создавая нереально милый контраст с его брутальным видом и татуировками, которые не скрывает ткань.

И вот два немыслимо крутых инопланетянина, один в сияющих доспехах, второй — в забавной одежде, но с такой уверенностью, будто ему все равно, что на нем надето, идут спасать мою квартиру от техногенной катастрофы.

— У тебя есть ионный резонатор? — холодно интересуется Киртон.

— Или хотя бы плазменный ключ? — кричит из ванной Рэйвон.

— Да… в ящике под душевой… — сильнее прижимаю к себе фолиант, пряча за ним смешок.

Из ванной высовывается мужская рука.

— Это? — она потрясает старым, покрытым ржавчиной, разводным ключом.

Проглатываю смешок.

— Все, что есть. Разбирайтесь.

Из ванной доносятся звуки, которые больше напоминают демонтаж космической станции, чем ремонт душа. Что-то гудит, шипит и периодически взрывается. Кажется, эти двое действительно пытаются что-то починить. И почему-то мне кажется, что сейчас моя ванная комната рискует превратиться в портал в другое измерение.

Прислушиваюсь к приглушенным мужским голосам. Киртон командует что-то про «стабилизацию потока», а Рэйвон, похоже, матерится на незнакомом языке.

Это определенно самый странный день в моей жизни.

А я стою посреди космо-кастрофы и думаю, что меня уже ничего не удивит. Но…

Меня привлекают странные звуки, доносящиеся с лестничной площадки блока.

Я аж приоткрываю рот.