Землянка. По ту сторону неба

— Ты с ума сошла, Ална! — отчего-то буква «ё» не употреблялась на Зеноре и во вполне себе земном алфавите ее не было, поэтому профессор Дмитрий Горич, ставший здесь моим «родственником», оформив мне документы, как своей сестре, называл меня не Алёна, а Ална.

А сейчас он с ужасом смотрел на бумагу с гербовой печатью, на которой было написано, что меня приняли в студентки Высшей школы космической авиации, в простонародье Вышка.

— Ты знаешь, кто там учится?! — если бы у профессора были свободны обе руки, то он наверняка бы вцепился ими в свои белокурые кудри.

— Кто? — поинтересовалась я, не понимая, что за бурная реакция от обычно всегда спокойного и даже флегматичного Дмитрия.

— Тенорцы! — голос моего «брата» даже сорвался на тенор. — Имперская раса!

Я смотрела непонимающе, но Дмитрий, всмотревшись в написанное на бумаге, вдруг уронил ее и прикрыл глаза:

— Это я виноват, я не успел тебе все рассказать.

После чего снова открыл глаза и стал метаться по комнате:

— Ты не поедешь!

Я улыбнулась:

— Дима, я уже подтвердила, я не могу не поехать.

Он буквально упал в кресло, закрыл лицо руками и замолчал. Мне до этого было даже немного весело наблюдать за его метаниями, но вот сейчас, глядя на сгорбленную фигуру человека, ставшего мне родным, я испугалась.

— Что в них такого? — спросила тихо.

— Не в них, — почти что простонал он, — в тебе.

***

Я сидела в комфортабельном салоне нейромобиля, даже не пытаясь смотреть в окно. Такие машины ездили только по выделенным линиям воздушных трасс и только на автопилотах.

Это был личный автомобиль профессора Горич. В сумочке у меня были документы на имя Алны Горич, полноценного гражданина планеты Зенора, входящей в Альянс свободных миров.

Я летела в Высшую школу Космической авиации, в простонародье Вышка.

Вышка находилась на другой стороне планеты, там, где видно «глубокий космос». Потому что там нет городов, только леса, горы и озера, похожие на моря.

Лететь мне еще несколько часов, несмотря на скорость. Я откинулась головой на кресле, прикрыла глаза и вспомнила, как год назад впервые здесь оказалась.

Дорогие читатели!
Рады приветствовать вас в нашей новой истории "Землянка. По ту сторону неба"

Вас ждут космические приключения, любовь, тайны и интриги

Добавляйте книгу в библиотеку! Если вам нравится, то обязательно поставьте звездочку ⭐️⭐️⭐️

С любовью, ваши Екатерина и Адель

Книга выходит в рамках литмоба Завоевать землянку

Другие истории вы можете прочитать здесь: https://litgorod.ru/books/list?tag=15845 

Алена Птицына (Птица)

Часы показывали без двадцати восемь, а кофе горчил. Какая связь спросите вы? Самая что ни на есть прямая. Если что-то может пойти не так, то оно обязательно пойдет. Я опаздывала с выходом вот уже на десять минут, а напиток, сваренный для того, чтобы разбудить все еще спящую выпускницу летной Академии, невозможно было пить. Горечь оседала на языке, как предвестник неудачного дня. А чувство тревоги зудело где-то глубоко внутри под кожей. 

И все это происходило во второй самый важный день моей жизни. Первым было само поступление в Военно-воздушную академию. Сейчас я могла спокойно поминать бессонные ночи за лекциями по, математике и физике, бесконечные формулы и теоремы, от которых рябило в глазах. Но тогда все это казалось чем-то недостижимым. Но, упорства мне было не занимать и результат превзошел даже мои нескромные ожидания.

И вот теперь я опаздывала на квалификационный экзамен. Не сдам его — не допустят до остальных. А принимать его будет сам! Николай Гаринборг. Легенда авиации, человек, чье имя произносили с придыханием даже бывалые пилоты. От предвкушения и нетерпения все внутри тряслось.

Вылив горькую жижу в раковину, я придирчиво оглядела себя в зеркало. Темно-синяя форма сидела безупречно, каждая складка на месте, золотистые пуговицы начищены до блеска. Убедившись, что выгляжу превосходно, выскочила из дома.

— Птица, я уж думал, ты сдрейфила! — как только я вошла в аудиторию, мне на плечо упала тяжелая рука сокурсника.

— И позволила тебе опередить меня по итоговым баллам? — усмехнулась, глядя в карие глаза парня. — Не слишком ли легкая победа?

— Уж и помечтать нельзя?! — он приобнял меня за талию и притянул ближе.

— Руки, Баранов! Чай не твоя девушка, — я хлопнула по ладони наглеца.

— Недотрога! — недовольство так и сквозило в голосе, но все же он сделал, как я просила. — Ты многое теряешь, между прочим.

— Переживу. Все лучше, чем потом сопли на кулак наматывать, как твои бывшие, — я стала для Баранова этаким недосягаемым алмазом, который он все никак не мог получить. И все бы ничего — он был парнем видным, с деньгами и связями. Но вот незадача, на свою беду поспорил с парнями, что уложит меня в койку за месяц. Может, и вышло бы, не узнай я об этом. Так что шансов для выигрыша не было. А вот его настойчивость порой поражала.

— Да замолчите вы, — шикнула на нас Светка. — Вам лишь бы шушукаться. Тут, между прочим, экзамен скоро начнется.

— Что? — закричал на весь кабинет Баранов. — Какой экзамен? Я думал нам так в зачетки «отл.» поставят. За то, что вообще пришли сюда.

Светка уже открыла было рот, чтобы выдать лекцию о тематике нашей встречи и напомнить имя преподавателя, но, увидев, как я давилась со смеху, гневно сверкнула глазами и отвернулась от нашей кампании.

Когда в классе появился преподаватель, воцарилась тишина. Размеренным уверенным шагом он прошел до середины аудитории и смерил нас оценивающим взглядом.

— Ну что, будущие пилоты, готовы? — засунув руки в карманы, он перекатывался с пяток на носки.

— Да, сэр, — отсалютовал ему Баранов.

«Ох, и шут, но харизматичный, мерзавец», — думала я, глядя на блондина.

— Тогда приступим. Выдам вам координаты, надо как обычно — полет туда, отметка у диспетчера со всеми входными, и обратно. Все понятно? — убедившись, что все кивнули, продолжил. — Алёна первая. Дальше Максим, Светлана и …

Окрыленная, я уже не слушала. Полностью ушла в себя, повторяя пункты протокола полета до заданной точки. Каждый из группы летал по такому плану много раз, но сегодня не было права не то, что на ошибку, даже на малейшую неточность. Я шла к этому несколько лет и не могла срезаться на финишной прямой.

— Птица, — подмигнул мне Баранов. — Не оплошай!

— Тук-тук, — сердце отбивало бешеный ритм, словно я первый раз села в кресло и взялась за штурвал. Наверное, волнение будет всегда.

Я провела рукой по горячей от солнца пластмассовой поверхности, поглубже вдохнула воздух с примесью запаха смазки самолета, уже ставшие знакомыми и родными.

Поворот тумблера, вибрация кабины и вид облаков из иллюминатора. Я посмотрела на нужные мне координаты, сверяясь с датчиками на панели, и взмыла вверх.

— Ну, Птица, вперед! — меня затопило ощущение свободы и полета.

В небе я чувствовала себя особенно хорошо. Казалось, за плечами и правда вырастают крылья. Здесь я могла дать волю чувствам и желаниям, отдаться во власть стихии и парить в потоках ветра, жадно ловя блики солнца в отражении приборной панели. Штурвал под ладонями казался продолжением моего тела, каждое движение — отточенным и выверенным.

Все происходило как надо, я бы даже сказала «слишком как надо». Никаких встречных птиц, стремящихся залететь в турбину, никакого турбулентного воздуха, даже намека на него. Никаких неопознанных объектов и помех от спутников. Мне бы радоваться такому везению, но внутренний голос все так же настойчиво шептал, что надо быть настороже. Я повертела головой в поисках возможного источника опасности, но вокруг меня было только небо — голубое и безоблачное, да кромка горизонта где-то далеко внизу, размытая утренней дымкой.

Впереди маячила нужная мне точка отметки, до нее оставалось совсем немного, когда передо мной внезапно разверзлась в буквальном смысле черная дыра. Она появилась из ниоткуда — просто соткалась из воздуха, как прореха в ткани мироздания. Датчики столкновения тут же загорелись красным и запищали, предупреждая об опасности. Я хотела повернуть штурвал, но в нем что-то щелкнуло, и он перестал реагировать на повороты, намертво застыв в одном положении.

— Си...цы, вы … перейти на … впереди…, — диспетчер что-то кричал мне в наушники, но я не могла разобрать слова из-за нарастающих помех, а потом они и вовсе издали жалобный писк и замолчали. Ожидаемо, меня тоже не было слышно.

Отбросив ставший бесполезным микрофон, я еще раз оценила масштаб катастрофы и нажала на кнопку катапультирования. Драгоценные доли секунды на срабатывание механизма, но и их оказалось много. Меня начало затягивать в вязкий сумрак, засасывая в открывшуюся темную воронку, как в гигантскую водосточную трубу. Последнее, что я успела подумать: «Вот и пригодились те часы по квантовой физике…».

Птица

Пришла в себя в больничном боксе. Подвигала руками, ногами.

«Слава богу, жива и цела».

С удивлением огляделась — палата была супернавороченная, и я в ней лежала одна. Сразу пришла мысль: «Наверное, были какие-то неполадки с самолетом и Министерство обороны или училище решили таким образом реабилитироваться, поместив меня в крутую клинику».

Я о таких случаях еще не слышала, но все же когда-нибудь бывает впервые.

Вдруг что-то запищало, бесшумно отъехала незаметная дверь и в палату вошел … шикарный красавчик в белом комбинезоне, не скрывающем атлетическую фигуру и остальные подробности анатомии.

— Доброе утро, — заявил этот голливудский доктор с внешностью киноактера и подошел к моей кровати, что-то разглядывая на мониторе, установленном чуть выше сбоку.

Так состоялось мое знакомство с мульти миллиардером, гениальным ученым и просто прекрасным человеком, который стал мне братом в этой части Вселенной.

Дмитрий рассказал, что он занимается исследованиями в области мгновенных гиперпереходов органических тел. И в злополучный день и час моего экзамена он тоже проводил эксперимент, но на планете случилась аномалия, на долю секунды произошло колебание энергетического поля планеты, и эксперимент «провалился».

Вернее, так и образовался портал, в который я и попала, почти мгновенно оказавшись на Эло. Так называлась планета, на которой жил Дмитрий.

Когда я вывалилась Диме и его команде «на головы», голая и без сознания, они сперва подумали, что это нападение и обездвижили меня.

Не рассчитали разряд, и у меня произошла остановка сердца. Но потом быстро разобрались и сами же и спасли.

Поместили в отдельный бокс, ввели в искусственный сон, провели полную диагностику, взяли кучу анализов и сегодня по графику я должна была «проснуться».

Я проснулась.

Во время нашей беседы что-то периодически пикало. А я обратила внимание, что я как-то поразительно спокойно реагирую на то, что попала в некий портал, лежу в боксе на другой планете, и в докторах у меня миллиардер-ученый с внешностью голливудской кинозвезды. Об этом и спросила у «доктора».

— Да, Ална, — мы познакомились, но как оказалось в алфавите элонцев не было буквы ё, поэтому Дмитрий называл меня Ална, — ты права, диагност химически регулирует уровень стресса, поэтому ты так невозмутима.

— То есть вот это пиликанье, — возмущенно спросила я. — Это когда мне впрыскивается лекарство?

Стоило мне возмутиться, как что-то снова запищало. И я провалилась в сон.

***

Отправить обратно меня не могли, никто вообще не знал в какой части Вселенной находится моя планета с «поэтичным» названием Земля. Дмитрий предположил, что где-то произошел еще и временной сбой, именно поэтому оборудование не сохранило координат входа.

А я думала:

«Ну надо же, всему учат в летном училище, а вот координаты родной планеты я не знаю».

Зато здесь были межпланетные перелеты, гиперпереходов, над которыми работал Дмитрий, пока не изобрели, поэтому летали. А еще здесь шла война с врагом, который был чужд человечеству настолько, что договориться с ним не было возможности.  Шла она, как я поняла, уже много лет. Примерно пятьдесят лет назад люди объединились с другими гуманоидными расами и создали Альянс, чтобы выжить. Так образовался Альянс свободных миров. Но прекратить войну так и не смогли.

Именно поэтому спрос на военные специальности был высоким, а куда может пойти выпускница летного училища, попав в галактику, где есть звездолеты?

И я подала документы в единственную на планете школу пилотов. Экзамен был странный.

Надо было проложить навигационный маршрут и высадиться на планету. Мне прислали файл, который и содержал задание. Решать его надо было в симуляторе.

Сначала все шло весьма стандартно, потом начали происходить какие-то нелогичные вещи. Например, при входе аппарата в атмосферу отключился автопилот. Хотя во всех учебниках было написано, что автопилоты не отключаются в двух случаях.

Первый — когда никого живого не остается на борту корабля, и второй — когда идет сближение с планетой при входе в атмосферу.

А у меня в задании отключился. Но я же военный летчик с Земли, с российской школой, я взяла управление на себя и посадила звездолет.

И в конце еще одна странность. На планете, куда я «высадилась», якобы не было разумной жизни, но я «познакомилась» с маленькой белочкой, вернее, со зверьком похожим на белочку. Поделилась с ней пайком, предварительно проведя анализ на совместимость продуктов.

Поскольку в симуляторе казалось, что я «прожила» на той планете несколько дней, то с белочкой я разговаривала и вообще общалась, потому что чувствовала себя одинокой и мне надо было с кем-то говорить.

Получив результаты экзаменов, ахнула. Мое общение с «белочкой» было принято, как высший уровень интуиции при установлении контакта с негуманоидными расами.

В Вышке было правило: пока ты не подписал контракт на обучение, которое для сдавших экзамен было бесплатным, ты гражданское лицо. Как только поставил цифровую подпись — все, назад пути нет.

Никакие деньги не освободят тебя от обучения. Можешь не являться, но тогда тебя ждет военный трибунал по законам военного времени.

Именно поэтому Дмитрий и расстроился, когда я сказала, что уже подтвердила согласие на обучение.

Вспомнила напутственные слова.

— Используешь только это средство, после душа тоже. —  Дмитрий передал мне целую «батарею» геля для душа и спрея. — Вот эти флаконы для походов. Когда кончится, напиши, пришлю.

Оказалось, что раса теноров очень чувствительна к запахам. Они чувствуют кто с кем и как. А у меня еще не было мужчины.

— И они это сразу поймут, Ална, — трагическим голосом произнес Дмитрий.

Укоризненно посмотрел, как я улыбаюсь:

— Зря улыбаешься, они объявят соревнование и пока кто-то из них не возьмет тебя, не дадут тебе проходу.

— Меня что изнасилуют? — в ужасе воскликнула я, представив себе толпу здоровых тенорцев, набрасывающихся на маленькую и беззащитную меня.

— Нет, конечно, — выдохнул Дмитрий, — все только по добровольному согласию.

— А, ну тогда можем не волноваться, — уверенно сообщила, даже не сомневаясь, что уж мне-то никакие тенорцы не страшны.

Дмитрий покачал головой:

— Вот этого я и боялся, нельзя их недооценивать, нет ни одной женщины, которая бы устояла перед тенорским магнетизмом и обаянием.

И вот Дмитрий специально для меня разработал универсальный нейтрализатор запахов.

Птица

Я в очередной раз проверила флакончик с блокирующим зельем в кармане. Три капли утром, три вечером — и никто не узнает, что я не из этой реальности. Правда пока с трудом верилось, что есть какая-то опасность, и что эти капельки помогут мне их избежать. Но Дмитрию я верила. Поэтому решила принимать, как он и советовал. Сделаю все, что поможет мне учиться в Высшей школе космической авиации.

Я стояла перед величественным зданием академии пилотов и у меня до сих пор не укладывалось в голове, что я здесь. Целый год после перемещения в этот мир я готовилась к поступлению, зубрила местные законы и теорию управления космолетами. И вот я здесь.

Белоснежные стены Вышки, я снова посмаковала это название. Оно напоминало мне Землю, там тоже одно из самых престижных и дорогих учебных заведений носило такое название, поднимались, казалось, до самого неба, а огромные окна из силового стекла отражали лучи двух солнц — большого красного и маленького голубого. До сих пор не могла привыкнуть к этому зрелищу. На Земле такого точно не увидишь.

Все вокруг суетились с вещами — новоиспеченные студенты как раз заселялись в общежитие. Я крепче сжала свою сумку и направилась к главному входу.

— Новенькая? — раздался звонкий женский голос за спиной.

Я обернулась и увидела миниатюрную девушку с типичными для местных иссиня-черными волосами. Она была одета в белоснежный обтягивающий комбинезон с отличительными нашивками.

— Да, только прибыла. Я Ална.

— Рина, — улыбнулась она. — Я куратор группы первокурсников на первое время. Рассказать, что где находится, помочь с заселением, ну и прочее. Ты, — она сверилась со списком на планшете. — Да, ты последняя! Сейчас я тебе покажу куда идти, чтобы не заблудиться.

Пока мы шли по светлым коридорам, Рина без умолку болтала о правилах академии, расписании и преподавателях. Я честно пыталась запомнить хоть что-то, но пока удавалось с трудом пробираться сквозь поток речи куратора.

Наконец мы дошли до небольшой комнатки с высоким столом, больше похожим на барную стойку, за которым сидела полная женщина с большими очками на носу.

— Имя? — строго спросила администратор на ресепшен, не поднимая глаз от головизора.

— Ална Горич, — произнесла я имя, которое получила в новых документах.

— Факультет? —  все так же отрывисто спросила строгая администраторша.

—  Космического пилотирования — заглянув в бумаги, как будто сама все еще сомневалась произнесла я.

И администратор и Рина, обе уставились на меня так, словно я сказала что-то совершенно несовместимое с реальностью.

— Дайте, — и администратор протянула руку за бумагой, с которой я зачитала ей название факультета.

—  М-да, — задумчиво протянула женщина, — действительно космического пилотирования. — Убрала ключ, который собиралась выдать до этого и достала другой, больше похожий на карту.

—  Вот, — протянула она мне ее, — тебе на десятый.

Потом будто бы спохватилась и достала еще небольшой металлический цилиндрический предмет.

—  Это ключ для гравилифта.

Посмотрела на меня и вдруг совершенно другим тоном, более человечным что ли, сказала:

—  Удачи!

— Собрание для всех первокурсников в шестнадцать по полудню в главном атриуме.

Рина дождалась, когда я возьму бумаги, и только после этого сказала:

—  Я первый раз вижу девушку не с Теноры и не с Артемис, поступившую на этот факультет.

Меня же в этот момент волновало другое:

—  А зачем мне ключ от гравилифта?

— Ну как же! —  с придыханием воскликнула Рина. — Студенты факультета пилотов живут не на планете, ваши комнаты находятся на космической станции.

— Ну вот, в принципе и все, — радостно проговорила девушка, когда мы дошли до большой двери, за которой был гравилифт, потеребила волосы, собранные в хвост и неожиданно прошептала. — Если вдруг будет нужна моя помощь, то нажми вот сюда, — она ткнула пальцем в панель и быстро забила свои координаты. — Вот, I2R5, мой короткий код.

— Ага, — я кивнула, мысленно повторив путь, куда она нажимала. — Поняла.

— Ну все, до встречи на практике, или еще где-нибудь, — Рина подмигнула и быстрым шагом скрылась за поворотом коридора, уткнувшись лицом в планшет.

Я же поспешила к лифтам. Пока поднималась, мысленно повторила легенду — родилась в дальней колонии Эола-5, родители погибли при аварии на космической станции, воспитывалась братом Дмитрием. Целый год я зубрила историю этой колонии, чтобы не попасться на мелочах.

Как оказалось, на станции еще и гравитация была другая, я почувствовала, что меня придавило, точно раза в полтора выше, чем внизу. Я вспомнила, что гравитация на Теноре, родной планете имперской расы, гораздо выше, чем на других планетах Альянса. Кстати, сведений что о тенорцах, что об их планете было крайне мало. Мне повезло, что электронная библиотека Дмитрия была гораздо «богаче» чем то, что можно было найти в космонете.

На станции было довольно просторно, и я бы даже сказала, что стандартно, если не обращать внимания на черноту космоса за иллюминаторами, то можно было подумать, что это просто такое модерновое общежитие с экстремальными условиями. На первый взгляд стандартный коридор, со стандартными дверями комнат.

Я нашла комнату, номер которой совпадал с цифрами, указанными на карте, но не могла понять, что делать с картой — дверь была совершенно гладкой: ни ручки, ни щелочки, ни какого-то еще признака наличия замка.

Оглянувшись и не увидев никого в коридоре, я стала пробовать прислонять карточку к двери. Но дверь отказывалась открываться.

Птица

Вдруг из-за спины раздался смешок. Я оглянулась.

Там стоял высокий симпатичный парень и откровенно ржал.

—  Ты кто такая, и что ты здесь забыла?

— И тебе здрасти, — раздраженно произнесла я, понимания что действительно выглядела смешно, не зная куда ткнуть карточкой.

—  Так ты не ответила, как ты сюда пробралась? И если что, то это не его комната, — парень перестал смеяться и продолжил допрос.

Я непонимающе на него посмотрела, но решила, что вежливость лучшее оружие:

—  Я Ална, поступила в этом году, вот приехала. Мне дали ключ, и я не знаю, как открыть дверь, — я показала парню карту.

—  У кого ты ее украла? —  незнакомец сделал шаг ко мне, и я, если честно, слегка испугалась, потому как в коридоре больше никого не было, и совсем забыла про браслет.

Парень совершенно неожиданно схватил меня за руку, и в этот момент его ударило импульсом от браслета.

Он отскочил и с обидой произнес:

—  И что сразу не могла сказать, что ты новенькая?

Хотела сказать ему, что он дурак, но потом вспомнила, что представители имперской расы защищены законом, и можно получить не только штрафные баллы, но могут отправить под суд, поэтому просто кивнула и снова спросила:

—  Поможешь разобраться с замком?

— Так дверь заперта изнутри, а твой ключ не работает, потому что он еще не активирован. Надо хотя бы один раз отпереть дверь, чтобы ключ заработал.

—  Круто! И как мне туда попасть?

—  Ты дикая? —  парень закатил глаза к потолку. — Постучи.

Теперь пришла моя очередь закатывать глаза: «Чего! Серьезно? Попасть в далекое будущее в космоакадемию и колотить кулаком в дверь?».

Но судя по скепсису, отразившемуся на лице тенорца, это был единственный путь. И я, сжав руку в кулак, постучала костяшками несколько раз.

—  Так, отойди, — раздалось из-за спины, и парень просто «обрушился» на дверь, своим немаленьким кулаком.

Дверь распахнулась, и в проеме появился огромный мускулистый красавец, и я … узнала, что тенорцы ничем не отличаются от мужчин с земли. Ну, если только статью и… размерами. Парень стоял в двери и пораженно смотрел на меня, совершенно не стесняясь своего «вооружения», которое, кстати, было в полной боевой готовности.

Когда у него прошел первый шок, он, наконец-то заметил, что в коридоре не только я, но и его соотечественник, и рявкнул:

—  Чего надо?

А я, заметив, что на двери примерно посередине появилось ромбовидное светящееся пятно, ткнула туда картой, которая пиликнула одновременно с моим браслетом, и я поняла, что теперь фиг кто от меня закроется в этой комнате.

Этот «голый король» посмотрел на меня, на карточку и на браслет, и надо отметить, что соображал он быстро:

—  Новенькая?

У него из-за спины показалась яркая девица, судя по фигуре тенорка или с Артемис, тоже планета Тенорской империи, но зависимая, только у их женщин так красиво и в то же время женственно обозначался рельеф мышц.

Девица была в длинной футболке, и судя по просвечивающей груди, под футболкой ничего не было. В руке у нее было полотенце, которое она передала парню, и он, наконец-то, прикрылся.

— Риан, ты с кем…— начала она говорить, и вдруг заметила меня, посмотрела куда-то вправо и закатила глаза, — они что, совсем рехнулись? Подселять ко мне человечку?

Я решила, несмотря на ситуацию, надо попробовать мирно заселиться. Поскольку в полотенце тенорец смотрелся не так страшно, то попросила:

— Всем здрасти, я новенькая, пришла заселяться, буду благодарна, если лишние освободят помещение.

Сказала и поняла, что только что назвала тенорца лишним.

Но, по всей видимости, или у меня все-таки были права, и они чем-то были подтверждены, или «голый король» был ошарашен настолько, что мне никто ничего не предъявил.

В общем, в комнату я проникла. Соседка, отказавшись со мной знакомиться, куда-то ушла вместе со своим «королем».

Комната оказалась довольно просторной, с двумя кроватями и рабочими столами у окна. На одной из них лежали вещи, а другая была специфическим образом смята.

Я решила, что раз уж они эту кровать помяли, то пусть соседка на ней и спит.

Разложила свои немногочисленные пожитки и осмотрелась.

Нашла очиститель, и прогнала все белье через него, а то мало ли что, а я брезгливая.

Около двери справа увидела панель, на ней светились два имени. Одно из них было мое, а второе Кайра Нэвар.

«Вот и познакомились, Кайра,» — проговорила я про себя.

Любопытно, а как зовут «голого короля»?

Птица

Браслет запиликал, напоминая, что мне пора на собрание первокурсников.

Только спустившись вниз на гравилифте я поняла, что полтора джи все-таки чувствуются. Немного, когда взлетаешь, причем на гражданском самолете, то такую нагрузку ощущают пассажиры. Интересно, сколько мне понадобится времени, чтобы привыкнуть?

Сразу увидела Рину, она стояла с еще одной девушкой и, увидев меня, жестом показала, чтобы я шла к ним.

— О, привет! Ну как ты? — с искренним интересом спросила Рина, — видела его?

Ее подруга заинтересованно смотрела.

—  Кого его? —  с подозрением спросила я, кажется, догадываясь о ком пойдет речь.

—  Наследника, — тоном, обозначающим, что это очевидно, пояснила Рина.

Я отрицательно помотала головой:

—  Наверное, нет.

— В смысле? Нет, или видела? —  Рина рассмеялась, выставляя напоказ белоснежные зубы.

— Не знаю, видела двоих, но не знаю, был ли среди них наследник, — пожала я плечами.

—  Если бы увидела, то сразу узнала бы, — неожиданно довольно низким грудным голосом сказала вторая девушка, и протянула мне руку, — Миранда Логан.

Я улыбнулась. Выглядела Миранда интересно, волосы у нее были темные, как и у всех, но перемежались с ярко-розовыми прядями, а собранные в высокий хвост, смотрелись очень прикольно, полосатенько.

Она тоже меня изучала и вдруг сказала:

—  Больше тридцати процентов нельзя, даже на твоем крутом факультете.

Я сначала не поняла, о чем она, а потом до меня дошло, что она про цвет волос и я рассмеялась:

—  Так это мои, некрашенные, родилась такая.

Мне показалось, что Миранда мне не поверила.

Но, когда мы расходились после собрания, именно Миранда меня предупредила:

—  Советую, все-таки найти в космонете фото наследника и постараться с ним не пересекаться. Если, конечно, не хочешь пополнить ряды его безутешных поклонниц.

И мне бы последовать совету, но я решила, что сделаю это потом, потому что все побежали на тренажеры-симуляторы. Места были ограничены, и кто первый добежит «того и тапки».

У первокурсников Вышки была традиция. После заселения они шли в комнату тренажеров. Надо было обязательно совершить пробный полет в легких условиях. Разумеется, все это делалось под присмотром опытного преподавателя. По поверью, если все пройдет хорошо, то и в учебе будет просто. Хотелось сказать, что все зависит от знаний, но мне и самой было интересно попробовать себя в деле.

Я побежала в тренажерную комнату одной из первых и по дороге, когда оставалось совсем немного, столкнулась с «голым королем», который в этот раз был одет. В прямом смысле столкнулась — он вылетел из-за поворота, даже не глядя по сторонам.

— Смотреть надо, куда идешь, — процедил он, окидывая меня надменным взглядом.

Я застыла, разглядывая его помимо воли. Высокий, широкоплечий, с классическими чертами лица и этими необычными черными волосами до плеч. Красивый, зараза. Но взгляд холодный, как лед.

— Простите, ваше величество, — протянула я с сарказмом, имея в виду то прозвище, которое ему дала. — Не заметила табличку «Дорога для королей».

В его серых глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся раздражением. Неожиданно он схватил меня за ворот формы, и приподняв над полом, прошипел:

—  Что, человечка, жить надоело?

Ну я ему и саданула ногой, совершенно случайно. Так сказать, непроизвольно дернулась конечность.

И испугалась, потому что его зрачки вдруг стали вытягиваться.

Я с перепугу и процитировала пункты устава, о том, что драки и унижения между студентами запрещены.

А он вдруг взял, притянул меня к себе и … понюхал.

После чего скривился и, оттолкнув меня, сказал:

—  Держись от меня подальше, человечка.

Но подальше держаться не вышло, потому что в следующий раз мы с ним столкнулись уже в комнате тренажеров, через пять минут. Этот гад был помощником инструктора. Ну и началось...

— Неправильно держишь руки, — раздался его холодный голос за спиной, когда я села в тренажер. — У нас тут не телега с лошадью.

— Я знаю, как управлять флаером, — процедила я сквозь зубы.

— Неужели? А по твоим действиям и не скажешь.

Час пролетел как в аду. Он придирался к каждому моему движению, отпускал язвительные комментарии о «примитивных планетах и их не менее недалеких жителях» и их неспособности освоить современную технику.

Я терпела. Правда терпела. Пока этот напыщенный индюк не выдал:

— Слушай, дикарка, может, тебе лучше вернуться к своим повозкам, на свою отсталую планету? Не стоит позорить академию своим присутствием.

Что-то во мне щелкнуло.

— Знаешь, что? — я встала и посмотрела ему прямо в глаза. — Засунь свое высокомерие себе в задницу. Я не знаю кто ты, что позволяешь так себя вести с будущими сослуживцами, — я посмотрела на табличку на форме, там было написано имя, которое показалось мне знакомым, — Адриан Вэлк, будь ты хоть самим наследником императора, но это не дает тебе права вести себя как последняя сволочь.

В аудитории повисла мертвая тишина. Кажется, кто-то охнул.

— Что ты сказала? — прошипел Адриан, делая шаг ко мне.

— То, что слышал. Пошел к черту!

Развернувшись, я вылетела из аудитории. Сердце колотилось как бешеное, а руки дрожали от злости. И плевать на последствия!

Уже у себя в комнате я вдруг вспомнила, кого звали Адриан Вэлк. Схватила планшет и залезла в космонет, набрала императорская семья Теноры, наследный принц. И в ужасе застыла. С экрана планшета на меня смотрел Адриан Вэлк, тенорский принц и наследник звездной империи.

Молодец я! Нахамила наследному принцу, послала его... Мама дорогая, меня же выгонят! Год подготовки коту под хвост.

Но где-то в глубине души я не жалела. Потому что успела заметить, как изменился его взгляд в конце — от ледяного презрения к чему-то другому. Удивлению? Интересу?

«Не думай об этом, Птицына,» — приказала я себе. — «Он просто избалованный придурок. И точка.»

Я не знала тогда, как сильно ошибаюсь…

Адриан

Никогда еще никто из женщин меня так не раздражал. Что она себе позволяет!

Знаю, что нельзя срываться. С детства мне внушали, что главное для меня самоконтроль. И я всегда гордился своим хладнокровием. Но та пигалица одним своим появлением разрушила так тщательно возведенные стены.

Мало того, умудрилась появиться в неподходящий момент, когда я был уязвим. Секс мне необходим, и с Кайрой у моей семьи договор, она сдерживает меня, а взамен ее семья получила шанс войти в аристократию Артемис.

Знаю, что Кайра хочет большего, но пока я не готов ей что-то обещать. Она хорошая девочка, но хороших много, а я один.

Когда раздался стук в дверь отсека, я подумал, что-то случилось. У меня договоренность с Лоренсом, если я у Кайры, то отключаю конектир (браслет для связи). И меня можно беспокоить, только если что-то случается.

Например, на академию напали сааги, или приехал отец. А здесь, я же почувствовал, что стучит именно он. Открываю дверь, и сначала даже ее не увидел, потому что голова девчонки находилась где-то на уровне моего пупка.

А она стоит и с таким видом на меня смотрит, словно это не я, а она надо мной возвышается, и не я наследник императора, а она. И еще это ее «лишние освободят помещение».

Совсем сумасшедшая. Ей повезло, что Кайра уже постаралась, и я был более-менее стабилен.

Когда узнал, что ее приняли на наш факультет, был потрясен, думал, что обманывает, но ее браслет и то, что она активировала вход в комнату, указывали на то, что так оно и есть.

Руководство академии совсем ошалело, у нас совершенно другие условия обучения, она же либо не доживет до конца, либо подведет кого-то.

В общем мое удивление было настолько велико, что я не стал ничего выяснять, сразу ушел. И пошел к ректору. Ректор академии, Эван Декартид, был бывший военный адмирал, эолец, конечно, но на его победах учились и в наших академиях на Теноре, и его я уважал.

Когда он мне ответил, что девчонка прошла испытания так, как будто она уже имеет диплом академии, и подавала она именно на этот факультет, то у меня сразу возник вопрос, а не может ли она быть «засланной птичкой».

Помимо сааги, Эола, постоянно сталкивается с пиратами, которые захватывают мирные корабли и даже людей. Особенно охотятся за учеными. Нам никак не удается обнаружить их базу. Говорят, что они нашли способ прятать ее в свернутом пространстве, именно поэтому их еще и не обнаружили.

Ректор сообщил, что она сестра известного ученого, и ее сто раз проверили, и это подтвердилось.

В общем, после разговора с ректором я принял решение игнорировать девчонку.

Но на посвящении первокурсников, все пошло не так.

Эта «птичка» врезалась в меня, когда я шел в тренажерную. Наш последний курс привлекали к занятиям на симуляторах в качестве инструкторов. И надо же так случиться, что мне попалась именно она.

Так еще и начала хамить, она что не в курсе закона об оскорблении членов императорской семьи?!

Я не сдержался, чуть не прибил пигалицу, а она меня еще попыталась ударить, и что самое ужасное, она вообще ничем не пахла, словно труп. Стало противно. Так не бывает. Что с ней не так?

На занятии она снова попалась именно мне, была даже мысль уйти, но ее нахальные серые, словно грозовое небо на моей планете, глаза смотрели с вызовом: «Я знаю, как управлять флаером».

«Ну-ну» и я погнал ее по симулу* третьего курса. Не такой сложный, конечно, как выпускной, но и не такой примитив, как на первом.

(*симул — вариант нейрозанятия, симулирует реальность в тренажере)

И эта «птичка» действительно вела себя, как настоящий ас. И такая спокойная, у меня внутри все кипело, а она словно Ледяная королева, да еще эти ее огненные волосы.

И я не знаю, что на меня нашло, я как дурак начал придираться ко всему, мне хотелось, чтобы она вышла из себя, чтобы проявила эмоции, может тогда наконец я смогу почувствовать хоть что-то. Ее аромат, вкус эмоций, энергию. Я почти готов был раскрыться, но если бы я это сделал, то боюсь, что живых бы в помещении не осталось.

И я ее все-таки достал. Но эта «птичка» взяла и отчитала меня при всех, меня, наследника империи.

Когда она вышла из аудитории, хлопнув дверью, в аудитории стояла напряженная тишина. Девчонка нарушила три закона и в то же время она была права.

Лорен подошел ко мне и спросил:

— Гардов вызываем? Свидетелей полно. Девка тебя оскорбила.

Я вдруг понял:

— Она не знала, что я наследник, и… она права. Я перегнул.

— И что? Незнание не освобождает от ответственности, — Лоренс никак не мог успокоиться, — ты забыл историю?

Я очень хорошо помнил, это первое, что нам рассказывали, когда начались первые контакты с людьми.

Когда-то наши предки тоже были людьми, но одни люди решили, что они лучше других, и нашим предкам досталась планета Тенория, на которой тяжелейшие условия жизни, зато полно полезных ископаемых, и, как оказалось, определенного вредного излучения. Это сейчас на нашей планете безопасно жить. Во-первых, потому что мы фактически мутировали, подстроившись под условия существования, а, во-вторых, потому что благодаря ученым удалось снизить излучение, идущее от ядра планеты. Хотя полностью нашей расе последствий избежать не удалось. Женщин рождается в соотношении примерно одна к десяти, а с женщинами других рас мы мало совместимы. Там вообще соотношение один на миллион, если в ДНК есть так называемый изначальный ген, благодаря которому женщина может зачать от тенорца.

Хорошо, что, еще есть планета Артемис, которую мы освоили, уже став теми, кто мы есть, и те, кто там родился, ареты, совместимы с нами, но есть один маленький минус, те женщины, кто там родился, не могут родить тенорца, даже от коренного тенорца рождается арет или арета.

Но по энергетической структуре ареты очень близки к тенорцам, поэтому ареты, женщины с Артемис, могут стабилизировать беснующуюся в наших жилах энергию нашей бешеной планеты. Именно поэтому у нас приняты договорные отношения, особенно у высшей аристократии. Естественно, жен для нас фактически выращивают, каждая, родившаяся на Теноре девочка с детства знает, кто будет ее муж, но до взросления тенорки, которое наступает в тридцать лет, мужчинам надо дожить, и, особенно за пределами планеты, никого не покалечить. Отпусти кто-то из нас энергию и мозги расплавятся у всей академии. Поэтому и живем мы вне ее, хотя для всех, чтобы не пугались существует версия с усложненными условиями.

И в нашей истории кровавыми буквами было прописано — не верить людям, не давать им ни малейшего шанса получить превосходства, поэтому и законы были такие жесткие. Оскорбление тенорца наказывалось административным взысканием, оскорбление члена императорской семьи, уголовным.

Но мне стало жалко девчонку. Дурная. Поэтому, выслушав идею Лоренса, я кивнул, давая добро на то, чтобы проучить грубиянку, не привлекая гардов*:

— Хорошо, но учитывай, что она человек, а то знаю твои шуточки, останется без рук без ног.

(*гард — специальная служба охраны, полиция)

— Да ей вообще ничего не грозит, — ухмыльнулся Лоренс, — но спеси точно поубавится, когда ее попросят из академии за плохую успеваемость.

У Лоренса, как и у меня был допуск к программированию симулов, но умеючи, можно было запрограммировать таким образом, что программа начинала оценивать результаты с завышением. То есть брала завышенные критерии.

Такую градацию ввели специально, чтобы те, кто успевал лучше, не равнялись на тех, кто усваивал медленнее. Ничего сверхъестественного, просто напротив имени ученика ставился плюсик или два, или три, и он, чтобы сохранить отличные оценки, начинал стараться в два или в три раза больше.

«Хорошо иметь таких друзей, здорово придумал, хороший урок для выскочки», — подумал я и постарался забыть про девчонку.

Какое-то время спустя

Птица

День в ВЫШКе начался как обычно — с пронзительного сигнала нейро-будильника в шесть тридцать. Я с трудом разлепила глаза, глядя на голографические часы, парящие над прикроватной тумбочкой. Моя соседка Кайра уже была на ногах, как всегда безупречная в своей дизайнерской униформе с золотыми нашивками отличницы.

Все же она любила выставлять на показ свою принадлежность к аристократии. Богатая наследница одного из самых знатных родов планеты Артемис с молоком матери впитала в себя чувство собственного превосходства над людскими планетами. И хотя в общении она была довольно проста, весь ее внешний вид просто кричал о том, что у нее безлимитная карта с кредитами.

Меня Дмитрий, конечно, тоже не обделил виртуальными деньгами, чтобы я могла себе ни в чем не отказывать, но выглядела я на фоне соседки по комнате намного проще. А может все дело в характере. Ну не привыкла я сорить деньгами, прекрасно понимая, как порой трудно достается каждая копейка. Да-да, земные привычки и выражения все еще иногда давали о себе знать.

Я молча надела белую форму своего факультета, застегнув молнию до горла. В отличие от многих учениц, выставляющих напоказ свои пышные формы, я как-то наоборот старалась не выбиваться из общей массы и прятать как можно надежнее свой третий размер. В обтягивающей форме получалось так себе, но зато я не сверкала округлыми полушариями на лекциях.

—  Ална, — Кайра отвлеклась от зеркала и смерила меня придирчивым взглядом. Я прямо физически почувствовала, как она рассматривала меня, начиная от кончиков черных ботинок и заканчивая завитушками на рыжем хвосте. —  Напомни, у тебя был парень на твоей… как там она называется?

—  Эола, — я сделала вид, что меня не задел ее пренебрежительный тон.

—  Да, точно! —  она звонко щелкнула пальцами. —  Так он был или ты проводила вечера одна?

—  Личную жизнь обсуждать будем? —  я прищурилась, глядя на нагловатую девицу. Ну есть у нее парень, это ж прекрасно. Ко мне-то зачем с расспросами лезть? Советами делиться?

—  Ну вот еще! — она резко отвернулась от меня, доставая с полки флакон с духами.

—  Может пойдем, — я взглянула на мигающие цифры часов. —  Опоздаем на завтрак.

Первой парой стояло «Проектирование квантовых систем». Профессор Харгрейв, как обычно, начал с проверки домашнего задания. Мои пальцы скользили по голографической клавиатуре, выводя расчеты на общий экран. Три недели в академии научили меня делать вид, что я полностью понимаю местные технологии. На самом деле, бόльшая часть того, что здесь считалось базовыми знаниями, на Земле существовало только в теории. Дмитрию пришлось буквально вбивать в меня навыки владения основной техникой, чтобы ненароком не спалить дорогостоящую аппаратуру. Нет, он бы, конечно, оплатил ремонт, но светиться лишний раз все равно не стоило.

—  Отличная работа, кадет Горич, — профессор одобрительно кивнул, и я заметила, как Кайра демонстративно закатила глаза.

Я напряглась. Мне не нравилось это. Мы с ней не ругались, да и вообще вели себя друг с другом просто как соседки, никакого намека на вечную дружбу.

На «Межпланетной навигации» ситуация стала еще напряженнее. На мое удивление, Адриан сегодня выступал в роли помощника преподавателя. Зайдя в аудиторию, он обвел присутствующих взглядом, задержавшись на мне дольше положенного, и только затем, поздоровавшись со всеми, прошел к столу. Я обратила внимание, что на Кайру, которая сидела в первом ряду, он даже не обратил внимание. Хотя девушка пожирала его взглядом, даже прекратив разговор с соседкой.

—  Ална, ты удивительно хорошо разбираешься в траекториях, — похвалил меня он, когда я правильно рассчитала маршрут через астероидное поле. —  Словно выросла на космической станции.

Я нервно улыбнулась, чувствуя, как холодеет спина. Если бы он только знал, что еще год назад я была обычной студенткой на Земле, не имеющей понятия о межзвездных перелетах.

После занятий я спешила в свою комнату, надеясь успеть подготовиться к завтрашнему тесту по квантовой механике. Но стоило мне войти, как я поняла, что этим планам не суждено сбыться.

Кайра сидела за своим столом, небрежно перелистывая голо-страницы учебника по квантовой механике. Ее нейро-импланты тускло мерцали за ухом, выдавая повышенную эмоциональную активность, а идеально уложенные черные волосы поблескивали в свете прожекторов за окном.

—  Знаешь, Ална, — начала она, не поворачиваясь, —  я провела небольшое расследование.

Мое сердце замерло. Нейро-сенсоры на моем запястье предательски замигали красным, фиксируя всплеск адреналина.

—  О чем ты? —  на секунду я перестала дышать.

—  О тебе, — она резко развернулась в кресле. —  Странно, но в базе данных академии так мало информации о твоем происхождении. Только какие-то размытые данные, будто наспех сгенерированные.

Я попыталась сохранить невозмутимое выражение лица, хотя внутри все похолодело.

—  Должно быть, какая-то ошибка в системе, — я равнодушно пожала плечами, устало садясь в соседнее кресло. На счет этого я была спокойна. Дмитрий сделал так, что комар бы носа не подточил. А то, что она нашла —полный бред.

Или блеф, который нужен, чтобы вывести меня на эмоции. Все же, не стоило забывать, что я не тенорка, а всего лишь человек. Я была как «белая ворона» для таких, как она. Тенорцы смотрели на меня странно, только преподаватели благосклонно относились к необычной студентке. Люди тоже порой обходили стороной, я ведь была единственная из них, кто жил на космической станции. В общем, везде чужая.

—  Ошибка? —  Кайра поднялась. —  А, может, ошибка в том, что ты вообще здесь находишься? Что ты постоянно крутишься рядом с Адрианом?

—  Я не кручусь рядом с ним. Это он… — я было начала объяснять, а потом махнула рукой. —  Да кто ты вообще такая, чтобы я перед тобой отчитывалась?

—  Ты?! —  Кайра активировала голографический проектор, и комната наполнилась трехмерными изображениями. —  Посмотри! —  она агрессивно ткнула пальцем в воздух. — Вот ты на квантовой практике, расстояние между вами всего полметра. Вот в столовой, он «случайно» садится рядом. А здесь? —  она пролистнула еще несколько кадров, — ты явно флиртуешь с ним после занятий!

—  Это называется «деловое общение», — я фыркнула, стараясь казаться спокойной, хотя сканеры жизнедеятельности на стенах наверняка фиксировали мое учащенное сердцебиение.

—  Я его невеста! И наследница дома Нэвар! А ты... самозванка с какой-то захолустной планетки! —  она гордо выпятила грудь вперед, словно это такая большая честь, спать с будущим наследником Империи.

Я расхохоталась, намеренно провоцируя ее.

—  Невеста? —  мой смех эхом отразился от стен. —  А он об этом знает? Может, покажешь контракт о помолвке? Или хотя бы сообщение, где он называет тебя невестой?

Кайра побледнела, ее пальцы судорожно сжались на кристалле связи.

—  Ты... — прошипела она.

—  Что я? —  я шагнула ближе, чувствуя странную уверенность. —  Знаешь, в чем твоя проблема, Кайра? Ты так боишься потерять Адриана, что сама его отталкиваешь. Следишь за ним через нейро-сеть, контролируешь каждый шаг, устраиваешь истерики... А он просто задыхается от такой «любви».

—  Заткнись! —  она активировала защитный экран, но я видела, как дрожат ее руки.

Я успела заметить, как расширились ее глаза, прежде чем дверь с шипением закрылась за моей спиной. В коридоре я прислонилась к стене, пытаясь унять дрожь. Я прекрасно понимала, что только что сделала свою жизнь в академии намного сложнее.

Птица

Я сидела за партой и боролась с желанием погрызть колпачок ручки. Так всегда, бывало, когда я о чем-то напряженно думала. Преподаватель — мужчина лет сорока, абсолютно лысый, но зато с бородкой, заплетенной в косу, внимательно следил за нами поверх очков.

—  Увижу, что списываете — мигом вылетите отсюда без права на восстановление! —  он стукнул кулаком по столу, и шепотки на задних рядах парт мигом прекратились.

Сколько бы веков ни прошло, но студенты везде одни и те же — кто-то зубрит весь материал и не спит ночами, а кто-то надеется на вечное «авось» и списывает со шпор.

Конечно, можно оправдаться тем, что проверочная внеплановая, да и тем мы прошли еще не так много. Но кого это будет волновать, когда на корабле случится экстренная ситуация? Да, не «если», а «когда». Потому что все были реалистами и понимали, что в космосе ни для кого нет второго шанса. Ты должен всегда мыслить ясно и беспристрастно.

Маятник Ньютона отбивал ритм, а я вспоминала запутанные формулировки параграфов по «Техническому обслуживанию космических кораблей». Итак, я прикрыла глаза, вспоминая электронную страницу учебника: «Космический аппарат состоит из множества систем, таких как жизнеобеспечение, навигация и связь, каждая из которых требует регулярного контроля и обслуживания для предотвращения отказов».

Проставив верные ответы, я отправила тест на проверку, щелкнув по зеленой кнопке справа в углу. Здесь в обиходе не было бумажных форм. Все оцифровано и при необходимости переведено в двоичный код. Очень удобно — все документы подписывались электронной подписью, подделать которую было просто-напросто невозможно из-за встроенного ДНК кода носителя, который был уникальным для каждого жителя галактики.

Мне нравилась моя новая жизнь в эпоху развитых технологий. Леса никто не вырубал ради заветной бумаги, а к экологии относились с почтением — редких зверей оберегали получше драгоценностей во дворце императора.

Дальнейшие лекции прошли вполне обыденно, а уже после обеда мне на почту пришел результат тестирования.

—  Так, если будет больше девяноста баллов, то порадую себя пирожным, — в голове сразу возник образ розового безумия, которое продавалось в кафе на планете — ежевичное суфле, которое таяло во рту, нежный пропитанный бисквит и много пышного крема. Стоило оно, конечно, прилично, но именно поэтому я решила, что для меня оно будет наградой за что-то. И талию сберегу и брешь в бюджете не сделаю. В предвкушении я открыла файл и увидела горящие красным цифры.

—  Пятьдесят? Это, что шутка такая? —  Я перепроверила фамилию, даже сверила уникальный номер по штрих коду. Ошибки быть не могло — это позорный результат принадлежал мне. —  Я этого так не оставлю!

Разгневанная, я соскочила с кровати и, мигом облачившись в комбинезон, отправилась в деканат. Разборки я не любила, но в своих ответах была уверена. На ошибку системы тоже было не похоже. Хотя бы потому, что вероятность этого была меньше одной тысячной процента.

Сверившись с картой, спустилась в космолифте вниз, а затем перешла на второй уровень, туда, где находились преподавательские кабинеты. Проходящие мимо студенты ошеломленно взирали на меня, но никто не решался остановить. Еще бы. У меня сейчас был такой воинственный вид, что я не побоялась бы и самого императора, окажись он у меня на пути.

Как порядочная и воспитанная ученица, я постучала два раза и толкнула дверь:

—  Здравствуйте!

Сразу несколько преподавателей повернулось в мою сторону, а некоторые даже отложили свои дела.

—  Это она?

—  Та самая?

Из деканата раздавались плохо скрываемые шепотки. Стало неприятно. Понятно, что они это про меня, тут и семи пядей во лбу быть не надо.

—  Господин Эдвардс, — я нашла взглядом преподавателя по техническому обслуживанию космических кораблей, старательно делая вид, что другие меня просто не интересуют. —  Я бы хотела обсудить с вами результаты сегодняшней проверочной работы.

—  Вы правда считаете, что имеете на это право? —  Он недовольно сдернул очки с носа и начал протирать их платочком.

—  Иначе и не пришла бы сюда, — все происходящее нравилось мне все меньше. И моя уверенность в том, что это действительно недоразумение, стала безудержно таять.

—  Думаю, здесь нечего обсуждать. Вы получили ровно те оценки, которые заслуживаете, — холодный тон преподавателя буквально пригвоздил меня к полу. —  На этом разговор окончен, прошу вас освободить помещение.

И ладно бы я и в правду была виновата, но нет же. Внутреннее чувство обостренной справедливости просто кричало, что мои права ущемлены, но, к сожалению, я знала не понаслышке, что тягаться с вышестоящими по иерархической лестнице себе дороже.

Обратный путь был словно в тумане. В комнату идти не хотелось. Настроение совсем испортилось, и датчик на запястье мигал фиолетовым цветом, сигнализируя о том, что мне срочно нужен дофамин. Но в таком состоянии даже пирожное стояло поперек горла. Сама не осознавая, я свернула куда-то в сторону, даже несмотря на навигатор. Просто шла, куда глаза глядят и думала о своем. Остановилась только тогда, когда чуть ли не носом уперлась в неоновую вывеску «Зоопарк».

—  Хм, — я задумчиво сверилась с картой. Здесь я еще не была. Признаться честно, зоопарк не совсем то место, которое будешь посещать, оказавшись в академии мечты. —  Посмотрим, кого здесь можно встретить.

Здесь звери, в отличие от привычного нам земного зоопарка, находились совсем в других условиях. Тут не было клеток, ограничивающих свободу животных. Ходить, где вздумается они не могли, но площадь обитания была довольно большой и окруженной силовым полем, которое нельзя было преодолеть. Каждый отсек имитировал ту природу, в которой животное и родилось. Будь то степь или наоборот, тропический лес с мошкарой — все было воссоздано с поразительной точностью.

Первым увидела нечто бордовое и похожее на паука, собранного из конструктора. Табличка на стенде выдала краткую характеристику: «Гравитационный Ползун» — шестиногое создание с металлическим экзоскелетом, способное манипулировать локальным гравитационным полем для передвижения по любым поверхностям.

Я постучала по стенду и животное оторвавшись от своих каких-то важных дел, посмотрело на меня множествами маленьких глаз. Казалось, он видел даже то, что находилось у меня на спине. Я медленно подняла руку, и голова Ползуна проследила за ней, в то время как лапы не прекращали медленно двигаться, приближаясь ко мне.

Махнув головой, я пошла дальше, с интересом разглядывая питомцев Академии. Где-то здесь должна была находиться и «моя Белка», знакомство с которой мне обеспечила экзаменационная программа на вступительном экзамене. На одной из практик я узнала, что это крайне редкий вид полуразумных млекопитающих с одной из необитаемых планет. Дмитрий говорил, что, возможно, когда-нибудь, если человечество не станет вмешиваться, там разовьется цивилизация. Я даже зажмурилась, представив себе цивилизацию, состоящую из разумных белок.

Но это может случиться только через много веков, пока же, эти любопытные «белки» то и дело попадали на другие планеты, тем или иным способом пробираясь в космические корабли исследователей, нарушая все известные законы безопасности. Никто так толком и не мог понять, как они это делают. Поэтому здесь, на Зеноре, вполне могли содержать этих «белок» в тех условиях, которые им благоприятны.

Еще немного побродив между вольеров, решила, что успокоилась достаточно, чтобы вернуться к себе.

На кровати как обычно лежала Кайра. Только вместо недовольного лица, которое я наблюдала вот уже которую неделю, девушка в кои-то веки светилась счастьем. Не иначе, как со своим «королем» встречалась. Так что даже хорошо, что я не сразу вернулась к себе.

—  Ну, — Кайра подняла на меня голубые глаза. —  Как успехи в учебе?

«А вот это уже интересно», — подумала я, закрывая за собой дверь.

Птица

—  Почему спрашиваешь? —  мысль о том, что она так сильно радеет за мой красный диплом даже не пришла мне в голову.

—  Ну вот и кончились твои счастливые деньги в Академии, — она удовлетворенно кивнула чему-то известному только ей одной.

—  Ты знаешь, — я подошла ближе, практически нависая над ней. —  Что бы ты там себе не напридумывала…

—  Угу, — она резко соскочила с кровати, сравнявшись со мной по росту. —  Мне тут птичка нашептала, что кое-кто тебе помогает в ответах. Нельзя быть родственницей самого Дмитрия Горича и не пользоваться этим преимуществом.

—  Так дело в этом? —  издала я усталый смешок. —  Завидуешь, что у меня в роду затесался хоть кто-то с мозгами? И правильно, за нами — будущее. А вот на счет блестящих перспектив вашего я что-то начинаю сомневаться. С такой-то наследницей.

Слушать, что еще мне скажет эта сумасшедшая я не стала и просто скрылась в ванной, включив воду на максимум. Я еще долго стояла под струями воды, стараясь привести мысли в порядок. Потоки теплой воды сбежали по мне, унося прочь тревоги и сомнения.

Подумала о том, что хотела бы переехать в другую комнату. Меня не прельщала перспектива делить комнату с этой мегерой. Если раньше я надеялась на хрупкий нейтралитет, то теперь о спокойствии можно было забыть. А все из-за этого несносного Адриана! Когда он уже отстанет от меня и обратит внимание на свою девушку? Хуже некуда, чем быть третьей в чужих отношениях, особенно против своей воли. Вот только свободных комнат больше не было, а значит с Кайрой надо было быть вдвойне осторожной — мало ли, что еще взбредет в ее прекрасную голову.

На следующее утро столовая встретила меня непривычной тишиной. И что самое странное, воцарилась они именно тогда, когда я перешагнула порог. Кто-то громко прошептал «Смотри, это та самая», и все — все разговоры сразу затихли, сходя на нет. Я внутренне собралась, предчувствуя беду. А шестое чувство вообще вопило о том, что надо бы повременить с приемом пищи, а еще лучше вообще перейти на фотосинтез.

Сделав вид, что меня совсем не трогают внимательные изучающие взгляды студентов Вышки, я прошла к раздаточному столу и взяла стандартный завтрак номер три. В него входила яичница, йогурт с фруктами и несколько печенек. Я нашла взглядом столик, за которым сидели Рина и Миранда, и направилась к знакомым.

Но Миранда демонстративно положила на стул свой рюкзак, когда я взглянула на Рину, та как-то странно дернула плечами, как будто бы ей было неловко, но тоже положила сумку на свободный стул рядом с собой.

Я стояла с подносом в руках, чувствуя себя каким-то огородным чучелом на поле. Смотрела на девчонок, с которыми еще вчера мы весело хохотали над проделками Кайры, а сегодня Рина даже не поднимает голову, чтобы посмотреть мне в глаза.

Я развернулась и направилась к свободному столу, за котором почти никогда никто не сидел. Только иногда я краем глаза замечала, кого-то, но то ли кадет не хотел, чтобы его видели, он очень быстро ел и исчезал.

Проходы между столами были достаточно широкими, но проходя мимо факультета, на котором учились приспешницы Кайры, через нее надеявшиеся получить знакомство с парнями-тенорцами, я все-таки не заметила, что мне подставили подножку и споткнувшись полетела на пол.

Но не долетела, потому что меня подхватили, причем вместе с подносом. Я только и успела, что отметить отменную реакцию спасителя.

—  Осторожнее, — раздался незнакомый голос, и чужая рука ловко подхватила поднос, спасая меня от неминуемой катастрофы.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с парнем, на которого никогда раньше не обращала внимания. Высокий, с растрепанными темно-русыми волосами и глазами необычного янтарного оттенка. На форменной куртке красовалась нашивка старшего курса, но я не помнила, чтобы раньше где-то с ним встречалась. Но похоже было, что это он занимал тот самый столик, к которому я направлялась.

—  Спасибо, — пробормотала я, забирая поднос. —  Можно к тебе присоединиться?

—  Можно, — он улыбнулся одним уголком рта. —  если ты будешь есть, а не трепаться.

Я молча уткнулась в свой завтрак. Настроение было на нуле, но не в моей привычке было сдаваться, особенно когда я точно знаю, что правда за мной.

«Ну и пусть, — ушла я в размышления, —  больше времени останется на занятия».

Вдруг услышала голос моей соседки по комнате. Она говорила нарочито громко, чтобы слышали все:

—  Вот так теперь становятся гениальными студентками!

Я обернулась. Кайра стояла в окружении своих подружек — Петры и Моники. Все трое поглядывали в мою сторону, изображая презрение.

В руках у Кайры был коммуникатор, с большим выдвигающимся экраном, на который была выведена какая-то текстовая информация.

—  Вот, — продолжала Кайра —  посмотрите, здесь доклад ее братца о том, что он успешно провел испытания на передачу информации, и якобы это работает без опасности травмирования тканей, потому что используются нано-импланты.

И вдруг Кайра, увидев, что я смотрю на них, почти что крикнула:

—  Что, старший брат уже все загрузил в твой имплант? Может тебе и учиться уже не надо?

Я понимала, что не стоит вступать с ней в диалог, но как же она меня вывела из себя.

—  Снова твои больные фантазии? —  я старалась говорить спокойно.

—  Да неужели? —  тут же вступила в разговор Петра, известная своей любовью к скандалам. —  А как объяснишь свои идеальные ответы? Ты ведь порой даже формулы не записываешь, а просто выдаешь готовое решение!

—  Потому что я их знаю! —  я почувствовала, как начинаю закипать. —  Слышали про такую штуку как память?

—  Ага, квантовую нано-память твоего братца, — усмехнулась Моника.

Столовая затихла. Все смотрели на нас, ожидая продолжения.

—  Знаете, что? —  я встала и уже собиралась сказать что-нибудь колкое этим «Королевам Академии», как внезапно нас прервали.

Птица

— Что здесь происходит? — в столовую на помощь своей королеве вошел «король».

И я решила, что против целой «королевской четы» мне не выстоять. Не стала садиться и доедать, а, подхватив поднос и сумку, направилась на выход из столовой.

Спектакль же продолжался, а мне всего лишь надо было пройти мимо стоящих прямо напротив выхода аристократов. Вот уж не думала, что когда-нибудь буду с такой злостью произносить это слово.

Я видела, как Кайра сунула под нос Адриану свой коммуникатор, тот стал читать, а я, воспользовавшись паузой, вызванной появлением наследника, вышла из столовой.

Когда я проходила мимо наследника на секунду мне показалось, что, его ноздри стали как-то опасно раздуваться. Да и вообще, черты будто бы заострились, и он стал походить на хищника, приготовившегося к атаке. А потом все так же быстро закончилось, словно ничего и не было. Но что-то в его взгляде заставило меня похолодеть. Словно он о чем-то догадывался.

Не успела свернуть в коридор, ведущий в учебный корпус, как меня кто-то схватил за локоть.

Я даже испугалась, настолько бесшумно ко мне подкрался мой невольный сосед по столу.

— Разве можно так пугать? — спросила я, — я вообще не слышала, как ты подошел.

Он ухмыльнулся:

— Годы тренировок, — и добавил, — кстати, я слышал ваш разговор.

— Его только глухой не слышал, — буркнула я, не желая обсуждать эту ересь, которую несла Кайра.

Но мой новый знакомый вдруг сказал совсем не то, что я подумала.

— Я не верю им, — уверенно сказал он.

— Почему? — удивилась я от неожиданности такого поворота.

— Ну, во-первых, потому что я слежу за новостями науки гораздо более аккуратно, чем твоя соседка, а, во-вторых, ты вовсе не гениальна и твои успехи на достаточно среднем уровне, — добавил он улыбнувшись.

И эта улыбка заставила меня проникнуться к парню доверием, такая она была искренняя и открытая.

— Спасибо, конечно, только вот остальным теперь этого не объяснишь, — мрачно сказала я.

— Ну почему же, — вдруг заявил мой новый знакомый, — я могу.

— Как же? — с недоверием спросила.

— А то, что у меня есть способ доказать твою невиновность, — он наклонился ближе и понизил голос. — Если, конечно, ты действительно невиновна.

— С чего ты решил мне помогать? — я прищурилась. — Мы даже не знакомы.

— Ларс Артис, — он протянул руку. — Скажем так, у меня есть личный интерес в этом деле.

— Какой же?

— Расскажу, — он достал из кармана маленький серебристый диск. — Если придешь сегодня в десять вечера в старую лабораторию на пятом этаже. Ту самую, которую давно не используют.

— С чего ты взял, что я приду? — я скептически посмотрела на загадочного студента.

— Потому что это, — он показал диск, — Я знаю способ это доказать, правда не совсем законный.

Я колебалась. С одной стороны, идти ночью в заброшенную лабораторию с незнакомцем — не самая умная идея. С другой — мне отчаянно хотелось очистить свое имя. И что-то в его глазах говорило, что он действительно может помочь.

— Хорошо, — решилась я. — Но учти, если это какая-то подстава...

— Никаких подстав, — он спрятал диск обратно в карман. — Просто, возможно, мы оба ищем ответы на одни и те же вопросы.

С этими словами он развернулся и исчез в толпе студентов так же внезапно, как появился. А я осталась стоять, размышляя, во что ввязываюсь. И главное — почему у меня такое чувство, что этот загадочный Ларс знает гораздо больше, чем говорит? И действительно ли он тот, за кого себя выдает?

Что ж, похоже, сегодня вечером мне предстоит это выяснить. Если, конечно, я наберусь смелости прийти на эту встречу.

***

Началась учеба и мне стало не до размышлений. Я старалась досконально записать лекции, потому что никак не могла понять в чем подвох? Тысячу раз сверяла свои ответы с учебником, все было верно, почему мне не засчитывали ответы?

И я бы еще могла понять, если бы проверяли люди, но ответы проверялись ИИ, программой, которой было все равно кто я, и в каких с кем отношениях.

Поскольку сегодня с утра были только общие лекции, которые большинство тенорцев игнорировали, то на симуляторы я неслась одна. И, конечно же, на своем «любимом» повороте, снова встретилась с «непреодолимым» препятствием в лице Адриана.

И почему мне кажется, что каждый раз он пытается меня понюхать? Но пока, судя по брезгливому выражению, каждый раз появляющемуся на его лице, ничего «вкусного», того, чем пугал меня Дмитрий, унюхать тенорцу не удалось.

Я надеялась, что, как и в прошлый раз, Адриан меня оттолкнет, и я благополучно побегу в аудиторию, но он вцепился мне в плечи и пристально глядя мне в глаза, так, что я даже почувствовала будто бы глазам стало жарко, спросил:

— Это правда?

— Что? — опешила я.

— То, что ты используешь разработки своего брата? — резко, даже с какой-то злобой прозвучал вопрос.

А я поняла, что да, я использую, в памяти сразу всплыли флакончики, это, конечно не нано-импланты, но если я скажу нет, то тенорец сразу поймет, что я вру. Они это чувствуют.

Но мне даже не пришлось ничего говорить. Видимо, тенорец почувствовал мои колебания и решил, что все, что обо мне сегодня говорили в Вышке чистая правда.

— Л-люди, — злость все-таки «вылилась» из него в этом коротком слове, и он, оттолкнув меня первым прошел в симуляционный зал.

А когда я попыталась туда войти, то мне объявили, что я мне вынесен штраф помощником куратора, за дисциплинарные нарушения, который я должна отработать.

Так я снова попала в зоопарк.