Зимние врата

За окном падали снежинки. Неторопливо, одна за другой оседая на темно-серый асфальт и разъезженную землю. И тут же тая. Не зима, а недоразумение.

— Чего ты хандришь с самого утра? — спросила подруга. — Пойдем вместе. Вот увидишь, будет весело! И парней на выбор!

— Ир, отстань, — отмахнулась я. — Ты же знаешь, я терпеть не могу этот «праздник». Кто вообще придумал эту чушь? Продавцы открыток? Поп-культура, пропагандирующая, что если у тебя нет партнера — ты пустое место?

— Оу, Аврора, остынь. Не хочешь — не иди. Я же не заставляю. Но тебя ведь не только четырнадцатого февраля — в любой другой день на свидание не вытащишь.

Я отвела глаза, понимая, что она права. Ни свиданий, ни тем более отношений.

Двадцать один — совсем юный возраст по меркам интов, да и по людским — вполне подходящий. Казалось бы, рано отчаиваться! Но не в моем случае. Для инта, которым я являюсь на большую половину, найти пару — почти нереально. Слишком мало нас осталось в родном мире отца, почти невозможным стало обретение той самой загадочной привязки, без которой семью инту не создать. Кратковременные отношения — да, но ничего более серьезного.

И всему виной магия, от которой на Земле все равно никакого толку!

Ира успела сменить десяток парней, я же так просто не могла! Как встречаться с ними, зная наперед, что ничего не выйдет? Да, я старомодная и непонятная, но в конце концов я и не обычный человек! Вот только Ира об этом не знает...

Извинившись за в общем-то несвойственную мне резкость, я попрощалась с подругой и поехала домой.

«Запрусь в комнате с большой банкой мороженого, прижмусь к теплому Гусе и буду смеяться над самой тупой комедией, которую только найду!» — убеждала я себя по дороге.

Увы. Мама попросила помочь с ужином, а потом невзначай сообщила, что папа пригласил к нам сегодня одного из своих друзей. Инта. С сыном.

— Это такая издевка? — вспылила я. — Ни в какой другой день друга с сыном он пригласить не мог?!

— Аврора, — мама выглядела расстроенной. — Ты же знаешь, как мы любим тебя. И сколько твой отец ждал, прежде чем встретил меня. Надо просто верить и радоваться жизни. Общаться с другими людьми! И не людьми.

— Я знаю, мама. Прости, — сказала я и двинулась прочь из кухни. — Только на ужин не останусь. Не уговаривай.

Мама всегда пыталась убедить меня, что чудеса случаются, и тот самый может отыскаться где угодно. И среди вымирающих интов, и даже среди людей, как это произошло с ними — человечкой и интом. Хотя их случай до сих пор остается уникальным и почти неизученным.

Я не верила. Ни в то, ни в другое. Знала — ничего не выйдет.

Я не рассказывала родителям, они не очень-то ладят с семьей отца, но бабушка подошла к вопросу моего одиночества с размахом. За те короткие тайные вылазки в Энсколд, что я предпринимала без сопровождения отца, она перезнакомила меня буквально со всеми интами, не обретшими пару. Даже с теми, у кого имелись временные избранницы. Конечно, не все можно понять за одну мимолетную встречу, но, поверьте, я бы зацепилась даже за призрачную надежду! Но ни один из них не поколебал ни мое сердце, ни магию.

Метель кружила, собирая снежинки в настоящий вихрь. Если бы я была обычным человеком, они давно в кровь изранили бы мне лицо. Но интов не напугаешь морозной стихией, она часть нашей силы. Силы, которую я так ненавижу.

Мне было стыдно, что я сбежала. Да еще и прихватила с собой Альгуса — огромного арата, спасшего когда-то отцу жизнь. Могла бы просто остаться в комнате! Я слышала, как стучится мама ко мне мыслью. Такое иногда случалось, когда она чересчур сильно переживала за меня. Особенно, если я отлучалась в недоброжелательный Энсколд. Особенно во время семейного торжества... Но вернуться я не могла. Не хотела. Только послала в ответ волну спокойствия и благодарности — ничего со мной не случится! Тем более в компании верного Альгуса.

Арат — не только невероятно красивый, похожий на снежного барса, но еще и очень сильный зверь. Кстати говоря, именно он помог маме развить в себе телепатические способности, которых обычно ни у интов, ни у людей не встречается. Жаль, я его мысли слышать так и не научилась. Куда же он подевался?

— Гуся! — позвала, стараясь перекричать завывания ветра. Бесполезно. Ветер, словно откликнувшись на мой зов, завыл еще громче, а я наконец поняла, что метель разыгралась не на шутку. — Альгус!

По спине побежали мурашки, и я начала жалеть, что поступила столь опрометчиво. Не все местные рискуют наведываться в заброшенные земли. Зачем же сюда понесло меня?!

На эмоциях редко принимают правильные решения, не стоило уходить так далеко...

Упругое голубое сияние заметила уже после того, как прошла его насквозь. Хотела было тут же проскочить назад. Мало ли что! Но услышала рычание и чьи-то возгласы.

— Альгус, стой! — опасаясь, что арат навредит случайным встречным, я бежала вперед. Зря. Опасаться следовало за самого Гусю.

Трое крепких мужчин накинули на него сеть и стягивали веревками. Альгус сопротивлялся, но почему-то не мог сбросить путы.

— Кто вы такие? — прокричала я. — Оставьте моего арата в покое!

— Невероятно! — воскликнул один из мужчин и хищно потянул носом. — Еще один дар, да какой!

Двое других смотрели на меня плотоядно и предвкушающе. Напрочь забыв о Гусе.

Гуся дернулся и, разодрав сеть, прыгнул.

Однако один из охотников (как я думала, охотников) тут же замахнулся и ударил его чем-то с такой силой, что арат повалился на землю, посмотрел на меня полным сожаления взглядом и затих.

— Ты чуешь это? Добей! — словно обезумев, крикнул другой.

Я метнулась вперед и загородила собой любимца.

— Не надо!

Заозиралась по сторонам в поисках хоть какой-то поддержки и увидела стремительно приближающегося высокого инта. Невероятные ярко-синие глаза, темнее, чем у папы, но также как будто подсвеченные изнутри, короткие темные волосы, выбритые на висках, меховая жилетка и голые накачанные руки. Я еще раз оглядела его целиком и только тогда поняла: здесь нет снега! Совсем!

Обескураженная и растерянная я переводила взгляд с опасной троицы на незнакомца, не зная, с какой стороны теперь ожидать беды.

— Кто ты такая? Как попала сюда? — спросил мужчина.

— Аврора, — выдохнула я. — Если мы нарушили какой-то запрет или границы, мы сразу уйдем! Пожалуйста.

— Гартур, не вздумай, — прошипел один из троицы. — Посмотри только, это же живой арат! А сколько силы! Неужели ты не чуешь этот пьянящий аромат. Не малышка, а лакомый кусочек, — бросив на меня сальный взгляд, ухмыльнулся он.

— Включи мозги, Тран. С такой находкой будет разбираться Совет. А пока... — он подошел ко мне, схватил за руку и помог встать. — Ты пойдешь с нами.

Во все глаза глядя на мужчину, я никак не могла поверить, что вместо того, чтобы помочь, он... берет меня в плен?! Сердце, отчаянно колотившееся в груди, почему-то упорно твердило об обратном. Он не такой, как они!

— Где я? — спросила едва слышно.

— Зависит от того, где ты была изначально. Здесь или... там, — сказал он с непонятной тоской в голосе и подтолкнул меня вперед.

Гусе связали лапы и волоком потащили его за нами. Я постоянно оглядывалась и норовила подойти к нему, но названный Гартуром аккуратно подталкивал меня в спину, не давая отставать.

— Не трогайте его, пожалуйста. Он не дикий зверь — друг семьи. Он спас жизнь моему отцу, слышите?

Опавшая листва шуршала под ногами, редкие деревья были покрыты зелеными листьями. Да и вообще здесь было тепло! Как же так? Это ведь Энсколд?

Эту мысль я и озвучила следующей, но по-прежнему не получила никакого ответа.

Мы подошли к поселению. Явно старые деревянные домики с дымом, валящим из перекошенных труб, неуютные улочки и замирающие при виде нас прохожие. Все слилось в одну однообразно-унылую картину.

Гуся пришел в себя как раз напротив одного из домов. Зеваки с визгами разбежались по сторонам, а я отпихнула своего конвоира и подскочила к арату.

— Наконец-то, ты как? — шепнула ему, пытаясь развязать веревки. От вида грязной шкуры и слипшихся глаз любимца наворачивались слезы.

— Не делай глупостей, — зло сказал Гартур, на что я не менее зло на него посмотрела.

— Можешь оглушить меня так же, как недавно оглушили его. Добровольно я не уйду, даже не надейся.

— Девчонка, — обронил он и кивком приказал «охотникам» окружить нас.

Так, в оцеплении, мы и добрели до большого каменного дома, почти замка. Но увы, знакомить с хозяевами и приглашать нас на ужин никто не стал. Завели за дом и, судя по всему, через черный ход отконвоировали вниз, прямиком за решетку! Хуже того, прежде чем запереть — надели и мне, и арату на шеи громоздкие металлические ошейники.

Ничего говорить я не стала. Какой смысл, если слушать все равно не будут? Проводила сурового инта злым взглядом, мечтая испепелить ему затылок, и обняла Гусю.

— Прогулялись, ничего не скажешь, — шепнула, привалившись к теплому боку. — Надо собраться и что-то придумать. Только сначала немного отдохнуть, — добавила я, зевая. Обстановка темницы и близость Гуси подействовали странно — нестерпимо захотелось спать.

Однако долго побыть одним нам не дали. Отворив скрипучую решетку, внутрь зашла средних лет женщина в простом сером платье и белом переднике. Подумать только, принесла еды!

— Прости, — сказала она вместо приветствия и поставила поднос с дымящимися чашами прямо на пол. — Это дурал, — указала она на мою шею, — он...

— Блокирует магию. Я знаю, родители мне рассказывали.

Да, похоже, не зря они предпочитают не общаться с родней. Инты порой ведут себя более чем недоброжелательно...

— У тебя в самом деле она есть? — как будто набравшись смелости, спросила женщина. И тут же опасливо заозиралась по сторонам.

— А у тебя нет? — вопросом на вопрос ответила я.

— Уже не одно столетие в наших землях нет магии, — сказала она, и на лице ее отразилась смесь грусти, надежды и жгучей зависти.

— И где эти земли находятся? — спросила я.

— Не знаешь? Быстро же о нас забыли, — сказала она уже совсем недружелюбно и, с грохотом заперев дверь, ушла.

— Что за народ? Мы еще ничего не сделали, а нас уже не любят, — сказала я Гусе и потянулась за подносом. Поесть, пока не остыло, все же стоило.

До самой ночи на нас приходили посмотреть. Как на настоящую диковинку. Неухоженные, старые или просто бедно одетые. Как я поняла — обитатели замка и слуги. Одни едва ли не облизывались и пожирали глазами, другие перешептывались, жалуясь, что магия почти не чувствуется, и обсуждали, как снять ошейники. Я бы тоже была не против! Возможно, даже попыталась бы использовать силу, которую после инициации в знак протеста вообще не развивала. Но увы.

Когда окончательно стемнело, Гартур сам принес еду и обычный факел. Он молчал, но я отчего-то была уверена — хочет поговорить. Что ж, я только за!

— Я отвечу на твои вопросы, если ты ответишь на мои, — сказала быстро и бесстрашно заглянула в ярко-синие глаза.

Мужчина хмыкнул и сел, привалившись спиной к решетке. Кажется, начало диалога положено.

— Мы в Энсколде? — начала первой.

— В Энсколде, — кивнул он. — Инты так сильно изменились? — я приподняла бровь. — Твои глаза. Ни разу не видел интки с зелеными.

В самом деле, синие, серые, голубые, но никогда — карие или зеленые.

— Я полукровка, — ответила я, чем, похоже, порядком удивила собеседника.

— Так не бывает! — воскликнул он, вставая. Подошел и рывком приподнял мое лицо за подбородок.

Рассерженный, грубый... но вырываться почему-то не хотелось. Хм...

— Моя мать — человек, — сказала просто и чуть пихнула рычащего Гусю. — Отец — инт. И да, так не бывает, но, как видишь, произошло.

— Невероятно, — прошептал инт и нехотя опустил руку, продолжая буравить взглядом.

— Ты задолжал мне ответы, — напомнила уговор, когда Гартур все-таки отошел.

— И никаких следов магии на коже. Она в тебе вообще есть? — будто не слыша, вновь спросил он.

— В чем подвох? — нахмурилась я. — Какое вам всем дело до моей магии?

— Да уж, есть дело, — усмехнулся он, неожиданно развеселившись. — Наш народ лишился магии так давно, что забыл, чем она пахнет! А тут являешь ты, да еще на пару с полным дурманящей силы аратом. Смотришь широко раскрытыми глазищами и ничего не понимаешь!

— Не понимаю! — рассердилась я, и Альгус, тут же приподнявшись, оскалился. — И тебя это, судя по всему, забавляет! Так трудно объяснить, что происходит?!

— Ты очень горячая, — вдруг улыбнулся мужчина и снова бесстрашно подошел ближе. — В тебе не может не быть магии. Наши женщины поблекли и замкнулись. Впрочем, как и мужчины.

— Есть магия, — буркнула я. — Но совершенно ничего выдающегося. Так и будешь молча любоваться?

— Мне понравилось говорить с тобой, наполовину интка, но мне пора, — сказал он, широко улыбнувшись. И ушел!

Я долго не могла заснуть, ворочаясь на жестком холодном полу и вспоминая невозможного инта. Гуся сладко сопел рядом, от него исходило тепло и та особенная дрема, которая помогает унестись вслед за спящим. Но это не помогало! Внутри меня все бурлило и клокотало: как он мог уйти? Оставить в этой жуткой темнице? Ничего не объяснить? Негодяй! Синеглазый, заносчивый негодяй!..

А утром... у меня попытались отнять Гусю!

В темницу зашли трое мужчин под предводительством высокого широкоплечего инта, отдаленно напоминающего Гартура. Синие глаза, темные волосы и печать жестокости на лице.

— Что вам надо? — проблеяла я, когда двое из них, обходя по сторонам, начали приближаться.

— Мы всего лишь заберем твоего котика, — сказал главный. — Ты поигралась, теперь наш черед.

— Он не просто котик. Вы не посмеете!

— Поразишь нас силовой волной? — скривился он в усмешке. — Пришло время делиться, крошка. Скажи спасибо, что первым будет он, а не ты.

Гуся рычал, и я с трудом сдерживала его, чтобы он не набросился на негодяев. На их стороне был дурал, стальные цепи и бугристые мускулы. Без магии ему с ними не совладать.

— Вы совсем обезумели? Зачем он вам? Пожалуйста, не надо.

От отчаяния туманилось в голове. Что же делать? Что делать?..

— Краг, что ты творишь? — раздалось разгневанное от двери.

— Я с тобой поделюсь, братец. Или ты предпочитаешь красотку? Оставим ее на десерт.

— Что за расправу ты задумал? Совсем не в себе?!

— Тут ты прав, от этого аромата у меня помутился рассудок. Заберем ее силу, и пусть идет. А вот с аратом... Его шкура станет достойным украшением спальни будущего короля.

— А если я расскажу об этом нынешнему? — грозно спросил Гартур. — Убирайся. Я согласился оставить пока их здесь, но не убивать!

— Как бы тебе не пожалеть, — процедил Краг и, махнув рукой дружкам, в самом деле ушел!

— Спасибо, — выдохнула я и привалилась к Гусе.

— Знаю, что тебе здесь не место, — сказал Гартур, медленно подходя под рычание арата. — Но, поверь, наверху не лучше.

В считанные мгновения он оказался совсем рядом и провел пальцами по моей щеке, стирая слезы.

Почему Альгус до сих пор его не сожрал — оставалось загадкой.

— Чего они хотят? Чего хочешь... ты? Отпусти.

— Не могу, — покачал он головой. — Вы первые гости из внешнего мира за все время.

— Из внешнего мира? Что это значит?

— Все то, что не ограничено кольцевыми горами Артлока и непроницаемой энергетической пленкой, отнявшей у нас зиму и магическую силу.

— Артлок? Но ведь это... большая часть всех заброшенных земель. Да что там! Почти четверть всего Энсколда, если я верно запомнила карту. Как же так?!

— Заброшенные земли, — хмыкнул Гартур. — Быстро же о нас забыли.

— Как странно. Гартур, я ни разу даже не слышала о том, чтобы здесь кто-то жил! Инты буквально вымирают. Организуют программы поиска тех единиц, что затерялись в других мирах. Собирают всех. Даже пересмотрели случаи всех отверженных и вернули назад большую часть из них!

— Приятно знать, что наши собратья не скучают.

— Ты не понимаешь. Если бы кто-нибудь знал о вашем существовании, они сделали бы все возможное... Что за пленка? Почему вы не можете уйти?

— Магия, Аврора. Очень сильная магия, которой не осталось у нас.

— Нет зимы... Папа говорил, что дело в ветрах Энсколда, несущих частицы морозной силы этого мира. Как же это случилось?

— А этого уже не помнят даже здесь, — усмехнулся он горько. — Но твое появление вселяет надежду.

— Кому? Тем храбрецам, что хотят убить моего арата? — спросила я, помолчав.

— Я не могу отпустить тебя сейчас, но не позволю навредить. Ты можешь мне верить.

Не знаю, почему, но я в самом деле ему верила. Он не такой, как те, что приходили. Особенный. А еще смотрит так, что сердце вдруг замирает, а потом стучит настолько громко, что кажется — он услышит.

— Интересно, а кормить нас сегодня будут? — спросила Гусю, глядя в спину уходящего Гартура. — А то сам знаешь, какой у меня аппетит от нервов просыпается!

— Мявк, — согласился «котик» и мягко зацепил здоровенной лапище мое плечо, вынуждая присесть рядом.

Надо сказать, голодными нас не оставили. Еду приносили исправно, выдали тазик для умывания, теплый плед и даже чью-то облезлую шкуру, которую я сразу же отбросила подальше в угол.

Я оставалась пленницей, но не чувствовала ненависти к пленителю. И что еще более удивительно — не стремилась домой. Там некого будет ждать. А я ждала.

Гартур приходил каждый день. Обычно рано утром и перед самым сном и оставался, бывало, на несколько часов. Он просил поведать во всех подробностях о современной ситуации во внешнем мире, о королевской семье, политике и изменениях во взаимоотношениях со сколдами — отчасти притесненной коренной расой этого мира. Я нечасто бывала в Энсколде и знала, конечно, не все, но глаза Гартура загорались даже от этих крупиц информации. Он ходил из стороны в сторону, заламывал за спиной руки и много думал. А я... начинала понемногу рассказывать и о другом: о Земле, необычной судьбе моих родителей и всех тех невероятных историях со всего Шестимирья, о которых мне было известно. В ответ Гартур делился сведениями об устройстве их жизни здесь, в резервации. О борьбе за власть вымирающих кланов, отчаянии и угасшей надежде.

А однажды вдруг подошел и провел шершавыми пальцами по моей щеке. Нежно, почти интимно. От одного этого прикосновения у меня сбилось дыхание, а по спине побежали мурашки.

— Он не хочет так просто отдавать тебя, — сказал Гартур, глядя мне прямо в глаза. — Считает лучшим козырем в борьбе за власть. Мне нужно посетить Совет. Я приставлю к тебе охрану, но... Не могу быть уверен до конца ни в одном из местных воинов. Будь осторожна.

— Раз плюнуть, — усмехнулась я, изо всех сил стараясь не выдать волнение. И крепко обняла Гусю, когда Гартур ушел. Не хотела, чтобы он уходил.

Вечером второго дня, когда от тоски я готова была лезть на стену, к нам заявился Краг со своими прихвостнями.

— Время пришло, — сказал он и, не дав опомниться, схватил меня за руку и выволок из «клетки".

Гуся метнулся ко мне, но у него перед носом уже защелкнулась решетчатая дверь. Вот так просто.

Я переводила растерянный взгляд с ухмыляющейся рожи на арата и не знала, что делать.

— Знаешь, я ведь могу там еще посидеть, — ляпнула я на нервах.

Краг рассмеялся и потянул носом у самого моего уха.

— Даже сквозь дурал твоя сила сочится наружу. Дурманит. Но как знать, долго ли она продержится в мире, теперь полностью лишенном ее крупиц. Мы проведем обряд прямо сейчас. Момент как нельзя лучший, ты не находишь? Я очень спешил, поднял всех оставшихся древних стариков, кто еще помнит, какого это — ощущать в себе силу. Отыскал книги и выбрал подходящий ритуал. Но и награда того стоит. Пойдем, — и он дернул меня за руку, вынуждая идти за собой.

— Что ты собираешься делать?

— Заберу у тебя то, что мне куда нужнее.

— Послушай, но это же бессмысленно. Даже самый сильный артефакт, наполненный моей силой, продержится самую малость! Почему ты не хочешь найти другой выход. Ведь я как-то попала сюда!

— И даже не представляешь, как вовремя, — протянул он, явно не желая вникать в суть сказанного мною.

Меня привели в небольшую неуютную комнатку с темными каменными стенами и грубо усадили на стул, связав руки за спиной.

Дряхлый старик, каких я еще не видела среди долгоживущих интов, бормотал что-то себе под нос и вытирал отрезом не самой чистой ткани длинный нож. Рядом на столе лежала раскрытая книга и стояла пустая глиняная чаша.

По коже прошел озноб от осознания, что никакого артефактора в безмагическом мире не может быть в принципе. А вот древние как сама жизнь обряды с кровью...

— Послушай. Меня ведь будут искать. И рано или поздно найдут. Все узнают об этом...

— Начинай! — скомандовал Краг старику. Лезвие блеснуло в неярком свете. Я дернулась, но Краг удержал за плечи.

— Не навреди себе, — гоготнул он. До чего мерзкий!

Принимать опасность лицом к лицу — то, чему всегда учил отец, но я слишком боялась крови и постыдно зажмурилась. А потом услышала грохот и распахнула глаза.

Повалив двоих у входа, в комнату ворвался Гартур.

— Что ты творишь?! Это зашло слишком далеко. Отпусти ее немедленно, — процедил он.

— Быстро же ты управился! — рассмеялся Краг и двинулся на него. — Где же маги Совета? Неужели не поверили твоим россказням?

— Брат, ты не в себе. Одумайся, все еще можно исправить. Просто отпусти девушку, и никто не будет тебя преследовать.

— Преследовать? Преследовать... — протянул он и ударил Гартура непонятно откуда взявшейся металлической дубинкой. Гартур пошатнулся и ответил ударом ноги в живот. Но сзади на него тут же набросились очухавшиеся дружки Крага.

— Не надо! — прокричала я и дернулась, когда один из них накинул Гартуру петлю на шею и резко дернул на себя.

Краг, гадко ухмыляясь, подошел к брату и приставил к его груди клинок.

— Никак не пойму, на что ты рассчитывал? Уж я-то надеялся, ты как минимум притащишь с собой кого-нибудь из задохликов от Совета.

— Даже если у тебя получится, — процедил Гартур. — Среда впитает магию в мгновение.

— О нет, не среда. Ее впитаю я! — рассмеялся этот ненормальный. — А вот ты этого уже не увидишь.

— Нет! — в ужасе закричала я, когда по груди Гартура начало расползаться бурое пятно. Краг медлил, явно наслаждаясь представлением, и это дало мне шанс. — Не трогайте его! Я могу дать больше! Я верну вам зиму. И магию.

Краг замер и заинтересованно посмотрел на меня. Затем на Гартура. Безумец явно колебался.

— Думаешь, во мне много магии? — взволнованно выдохнула я. — Вовсе нет. Твой брат прав, она просочиться сквозь пальцы в мгновение, и ты останешься ни с чем! Сними с меня ошейник, и я проведу тебя туда, где магия разлита в самом воздухе.

— Связать! — приказ он своим прихвостням, пихнув к ним Гартура. — А теперь идем! — толкнул его вперед, когда те закончили.

Мы вышли на улицу, и, воспользовавшись тем, что меня никто не держит, я прошмыгнула мимо громил к Гартуру и пошла вровень с ним, почти касаясь плечом.

— Ты соврала? — спросил он негромко.

— Да, — призналась я. — А что еще было делать?

Он не ответил. Конвоиры, идущие по обе стороны от нас, смотрели недовольно и подозрительно. Да и что тут ответишь?

Несколько дней в заключении давали о себе знать — ноги гудели, и идти с каждым шагом становилось все труднее. Когда наконец достигли скал — я не сразу узнала место. Догоняя Гусю, в тот раз я даже не обернулась! А выходит, прошла сквозь скалу. Как же мне удалось?

— Не вздумай меня обмануть! — гаркнул Краг, голыми руками сломал мой ошейник и схватил за запястье. — Открывай!

Я покосилась на Гартура, стоящего в окружении двоих громил. Всего двоих — видимо, Краг опасался конкуренции.

— Нужно найти верное место, — сипло выдавила я. — То самое, — и выдернув руку из захвата, нарочито медленно пошла вдоль скалы. В голове же стучало только одно: «Что делать? Что делать?!»

Неровности, сколы и наконец вход в небольшую пещеру. Я явно проходила не здесь, но...

— Сюда, — сказала зачем-то и осторожно ступила внутрь.

Дальняя стена, гладкая и как будто отблескивающая в темноте, в самом деле привлекала внимание, будто притягивала.

Я обернулась и неуверенно двинулась вперед.

— Ну уж нет, — выкрикнул Краг и вновь грубо схватил за руку.

— Это не дверь, конечно, — пробормотала я, припоминая принцип действия дара ключника, которым владела мама. — Но ладонь мне понадобится!

— Будете ждать здесь, — приказал дружкам Краг, и я услышала, как усмехнулся Гартур. За что тут же получил под дых.

Я вздрогнула и посмотрела на него с укором и сожалением.

— Откроешь, проведешь только меня и вернешь обратно, — сказал Краг, перемещая руки мне на плечи.

— Но...

— А ты думала, я захочу делиться? Открывай! Иначе он умрет!

Глубоко вдохнула и приложила ладонь.

Ничего.

Разумеется, ничего. Я ведь не ключник!

— Где мои врата! — взревел Краг. — Решила меня обмануть!

Он в ярости отскочил, а затем замахнулся, чтобы ударить. Не успел. С диким рыком в пещеру ворвался Гуся и, в один прыжок миновав стоящих ближе к входу громил, бросился на Крага.

Я прижалась к стене. Мужчины замерли, явно пытаясь решить: сражаться с освирепевшим аратом или свалить.

Гартур кинулся ко мне.

«Зачем? Мог бы убежать», — пронеслось отстраненное в голове.

А затем произошло и вовсе непредвиденное. Своды пещеры задрожали и обрушились, придавив Крага и отрезав от нас его подручных.

Стало совсем темно и тихо. Гуся уткнулся в меня холодным носом. Живой.

— Как же ты сбежал?

Я нащупала его ошейник и стала давить. Но магия не откликалась вблизи дурала, а просто физической силой мне с ним было не совладать.

— Давай я, — услышала где-то совсем рядом.

— Спасибо, — шепнула в ответ и только тогда поняла, что опираюсь спиной на крепкую грудь Гартура. — Твои руки, я помогу.

Магия щекотала кончики пальцев. Непривычно. Будто чуяла, что нужна и наконец-то желанна. В мгновение веревки, связывающие мужчину, опали, и он также быстро сломал ошейник из дурала.

Пещера озарилась блеклым голубоватым светом. Шерсть Гуси слегка искрилась. Он отряхнулся и осыпал в пространство крупинки волшебного света.

— Завораживает, — тихо сказал Гартур. Я повернулась и с удивлением поняла, что смотрит он не на искры. На меня.

— Он красивый, — сглотнула я.

— Он? Да. Он спас тебя. А я глупец, которому нет прощения.

— Нет же, — возразила я, но он не дал сказать. Прижал пальцы к моим губам и продолжил:

— Я не должен был оставлять тебя одну. Прости меня, моя ортарэ.

— Что?.. — ошарашенно выдохнула я. — С чего ты решил?

Слова, глупые и ненужные, слетали с языка, а мудрое сердце ликовало и громко стучало в груди.

Гартур обхватил мою лицо руками и произнес:

— Ты так прочно засела в моем сердце, что не нужна никакая магия, чтобы это понять. Ведь так? — шепнул он, наклонившись. И поцеловал.

— Да, — согласилась я, обхватывая его шею руками и приподнимаясь на цыпочки, чтобы прижаться сильнее. — Я так долго тебя ждала.

Гартур ничего не сказал, только хмыкнул и скрестил наши пальцы.

Стена засияла и истончилась. Уже не стена — полупрозрачная голубая пленка.

Широко улыбнувшись, я посмотрела на арата и потянула Гартура за собой.

Ключи от дома-перехода, в котором мы жили, остались где-то в потерянной резервации Энсколда, а потому я просто позвонила в звонок.

— Аврора? — воскликнула мама. — Слава Богу! — она крепко обняла меня, но вдруг отстранилась. — А это кто?

Во все глаза она смотрела на незнакомого инта.

— Это Гартур, мама. Он...

— Ортар вашей дочери, — чуть поклонившись, сказал он.

Мама перевела недоуменный взгляд на меня.

— Так и есть, — подтвердила я, улыбаясь. — И, знаешь, нам надо кое-что рассказать вам.

_________

Дорогие читатели! Если вы еще не читали романы, то с ключниками, переходами, интами и другими необычными расами можно поближе познакомиться в романах цикла :
1. 
2.  
  

Ну и , если еще не подписаны, чтобы пропустить новые истории!