Зимние звезды.

- Девчонки, мы это сделали! - бежит к нам Алеся и прыгает с обнимашками на меня и Агату, сжимает обеих.

- Задушишь, дурочка, - смеюсь я и активно вырываюсь. Не люблю обнимашки и все в таком духе. Для меня важна дистанция, прикосновения, поцелуи и разного рода близкие контакты, немного невыносимы. Подружек я люблю, но дистанцию больше.

- Ладно тебе, Васька, — треплет мне волосы.

Я самая, низкая среди них, поэтому кажусь маленькой и очень худой.

- Гномик ты наш, ворчливый, - смеётся Агата и тоже подключается к Алесе.

- Фу, противные, - шутливо ворчу. Ну вот как злиться на этих двоих, за короткий срок ставшие мне, как сестрёнки. Не знала, что так бывает. Говорят, что со школы самая крепкая дружба, а у меня, похоже, будет с Университета.

- Всё, мы свободны и готовы ехать домой! Ну вы, что такие невесёлые? -продолжает лучиться весельем Алеся.

- Просто я боюсь не сдам, - тут же призналась Агата. Самая скромная и тихая среди нас.

Мы все вместе познакомились первого сентября, когда пришли в Университет на занятия, прошло всего четыре месяца, но очень сдружились. Возможно потому, что ещё были соседками по комнате.

- Что этот гадкий Тёмный Лорд опять драконит тебя?

- Ну можно и так сказать. — скромно прячет глаза, кажется, скоро ее голова, ниже пола окажется.

- А давай я ему что-нибудь сделаю? - кладу руку на плечо и пытаюсь поддержать подругу.

- Васька, тебе бы лишь бы кому-нибудь насолить. Но она права, если будет прикапываться без причины, ответь ты ему уже.

- Кому?

Ой-ёй, я вот этого мы как-то не ожидали, резко разворачиваемся и видим нашего преподавателя, которого все называют Лордом, за стан, манеры и аристократичное лицо. А вот мы с девчонками добавили ещё «Тёмный», потому что как только Агата приходит на лекции, на его лицо ложится тень, и он враз, становится не в духе.

Агата тут же бледнеет и, кажется, в обморок хлопнется, Алеся, ненадолго замирает и прикрывает рот, а вот я решаю быстро пойти в атаку, так как задал такой вопрос, то думаю, разговор он не слышал, лишь последнее предложение. Только вот смотрит исключительно на Агату, причём так пристально исподлобья, наверно я бы тоже испугалась. Вот же прикопался к девочке, причём самой доброй и милой на всём белом свете. У неё даже волосы почти белоснежные, и губки бантиком, ну ангелочек, ей-богу.

Немного загораживаю её собой и отвечаю:

- Тут один парень к нашей Агате пристаёт, вот и посоветовали ей, что если не нравится, то пусть сразу ему все скажет. - почти, правда.

Переводит своей тяжёлый взгляд на меня. Ого, сколько же там энергии клубиться, причём кажется, грозовая тучка собирается. Наша Агата, точно никогда ему не ответит, не тот совет Алеся даёт.

- Правильно, мужчинам нужно сразу показать рамки дозволенного, иначе не отстанет. А что сильно докучает? - вот я же говорю Лорд, где он только такие словечки берёт? Только он снова переводит свой взгляд на подругу, та уже за руку Алесю схватила. Боится его как огня.

- Да нет, мы думаем, что после новогодних каникул, он уже и забудет о нашей Агате, его девчонки очень любят, без внимания не останется, - подключается Алеся.

Хоть бы не засмеяться, говорить о нём при нём же очень забавно.

- Ясно. Вы, если что говорите, Агата, я помогу.

Ого! А вот тут и у нас дар речи пропал, что, мы, кажется, уставились на него обалдевшими глазами.

- Ладно, девочки, с Наступающими праздниками и счастливого Нового года. Надеюсь, вы хорошо проведёте эти зимние каникулы, - переводит взгляд снова на Агату и улыбается совсем слегка, почти незаметно. Кивает и уходит.

Мы всё ещё стоим как живые ледяные статуи и смотрим ему вслед.

- Девочки, кажется, я не дышала, — тихо пищит Агата, переводим на неё взгляд, а потом взрываемся хохотом.

За окном летят белые хлопья снега, и я боюсь, что сегодня совсем заметёт. А нам каждой ехать ещё до дома и лучше успеть до обеда. Припозднились мы с девчонками совсем. Почти последние выезжаем из общежития, а всё, потому что Агата, сегодня утром сдавала последний свой экзамен, который благодушно согласился еще раз провести Тёмный Лорд. Вот все у него сдали еще на прошлой неделе, а Агату и трёх парней мучил до последнего, а мы с Алесей, как то не хотели оставлять её одну, ну и готовиться помогали. Вот так вот, тридцать первое декабря, а он как будто отпускать её не хочет.

- Ну что там?

Звонит уже пятый раз Алеся, эта кулема забыла про подарки, поэтому бегала с утра как угорелая по магазинам.

- Её ещё нет.

Продолжаю смотреть в окно и любоваться снегом. А всё же красиво как. Немного ёжусь — холодновато уже в комнате, решаю накинуть пледик на плечи.

- Эй, гном, позвони, как придёт, хорошо?

- Да, да, ты лучше там заканчивай с подарками, а то сама на самолёт опоздаешь.

- Я уже всё, бегу в общагу. Ужас, так метёт, что дальше своего носа не вижу, как бы рейс не отменили. - хнычет подруга.

Слышу, как открывается дверь.

- Алеся, она пришла! — говорю в трубку и отключаюсь.

- Ну что, как? — чуть ли не подлетаю к грустной Агате.

Нос красный, щёки тоже, если бы не мороз и снег на улице, подумала, что плакала. А может так и есть?

- Сдала. — говорит тихо и поднимает на меня свои огромные голубые глаза. Ну вот что за новогодний олень, не иначе.

- А почему тогда такая расстроенная? - не понимаю я настроение подруги. И беспокоюсь еще сильней, все же мы столько дней её готовили и все вместе переживали, как будто сами пересдавали.

- Не знаю, как то грустно стало, когда уходила из-за аудитории.

Выдохнула. Вот умеет грустить просто так. То птичку ей жалко, то рыбку выпустить надо обратно.

- Тебе что препода жалко стало? - догадалась я.

- Ага, - кивает и начинает раздеваться. Решаю заварить горячего чаю, скоро и Алеся придёт, надо моих снегурочек отогреть.

- С чего вдруг? - уже посмеиваюсь над ней.

- Просто он вдруг такой грустный стал и знаешь, даже вопросов в этот раз никаких не задавал и не перебивал, просто выслушал мои ответы, взял молча зачётку и поставил почти самые высокие баллы. Все.

- Так, ты радоваться должна, что так всё прошло, - заходит Алеся и сразу отвечает ей, запыхавшаяся, довольная и вся в снегу.

- Я рада, просто... - садиться на кровать и призадумывается.

- Что просто? - пыхтит Алеся, пытаясь занести все свои пакеты, ещё и на ходу раздевается.

- Вы бы его видели, девочки, я никогда не видела, чтоб Александр Матвеевич, был таким подавленным. Может, у него что-то случилось? — обеспокоенно задет она вопрос и встаёт аж от своих эмоций, которые только, что резко проявились от жалости и предполагаемой мысли.

- Даже если и так, он тебе этого точно не скажет, - делает вывод Алеся.

А она права, с чего бы ему с ней делиться. Агата тут же грустнеет и садиться обратно на кровать. Подаю ей чашку горячего чая с мятой, как она любит. Надеюсь, это ей поднимет настроение.

- Так, девчонки, хватит думать о том, с чем мы помочь не можем, лучше смотрите, какие я вам подарки накупила.

- Алеся, мы же договаривались после Нового года, — тяну недовольно я.

- Да, я помню, это так призентики.

Неугомонная, обожает подарочки и праздники, вот в ком плющиться настоящая детская непосредственность. Даже завидую.

- Только откроете после того, когда часы пробьют полночь, — выставляет на нас указательный палец и строго произносит.

- Прям инструкцию выдала для золушек. — посмеиваюсь, но делаю, как она говорит, кладу свой подарок в портфель.

- Да, это очень важно, потом напишите мне свои эмоции с поздравлением.

Растягивает губы в улыбке и идёт укладывать в подарки уже собранный чемодан.

- Боюсь, у тебя они туда не поместятся, - говорит Агата, кутаясь ещё сильней в одеяло, — совсем замёрзла.

- Ну-у-у, тянет, недовольно нависая над вещами и упирая руки в бока, как будто они от её грозного вида уменьшатся.

- Алеся, а тебя твой парень встретит? - Отвлекаю её, а то снова будем слушать с Агатой её нытьё насчёт маленького чемодана. Второй раз не выдержим, хотя чемоданов больше этого уже просто не бывает.

- Да, - тут же загорелись глаза и улыбка появилась на ее лице.

О своём Романе, она могла говорить часами, а главное, у неё сразу же поднималось настроение. Только вот учились они в разных вузах, так ещё и разных городах. А вот встречаться стали в одиннадцатом классе, влюблена девушка по уши и все парни, что пытались подкатить к ней в Университете, были жестока отшиты. Может Алеся и кажется ветреной, но она скорее весёлая и общительная, но очень верная, как в любви, так и в дружбе.

- Ой, девчонки, времени осталось всего ничего, мой самолёт через четыре часа! - Всполошилась она, посмотрев на часы. «А я говорила»: — так и хочется повторить Алеси, свои слова.

- Может тогда тебе помочь уложить подарки, — встаёт Агата и начинает рассматривать её чемодан, так, как будто там бомба. Хотя учитывая количество вещей, что сейчас выпадают оттуда, так и есть.

- Нет, вам самим ещё собираться надо, а я всё сейчас в один большой пакет переложу и так сойдёт, правда, жалко новогодние пакетики.

Ну началось, всё же нытья не избежать.

- А пока давайте попрощаемся сразу, сделав кое, что. - Загадочно и довольно потирает руки и достаёт из сумки шампанское Алеся. Вот авантюристка, всё время что-то выдумывает.

- Сейчас же ещё утро! — смеюсь я.

- Ну и что, и вообще это для дела, — с напускной серьёзностью начинает открывать бутылку.

- Ой, только осторожно.

- Ага, как то ты это не безопасно делаешь, — отходим с Агатой от неё на несколько шагов.

- Не боись...

Не успевает это произнести, и пробка с шумом вылетает, мы пищим и садимся резко вниз, закрывая головы.

- ОЙ.

Вот тебе и ой. Алеся разбила нашу единственную лампочку в комнате.

- На счастье, - улыбается нам смущено и пытается вытереть полотенцем разлитую пену, что выходит из бутылки.

- Ну не смотрите так на меня. Всё, расслабьтесь, приедем после Нового года, и все я заменю, а пока, Бэмби и Гномик Ворчун идите ко мне и загадывайте желание.

- Сама к нам подходит с двумя кружками, куда налила шампанское. Да специальных бокалов у нас нет, поэтому только так.

- А что именно надо делать? - смущено спрашивает Агата, рассматривая пузырьки в бокале.

- Моя бабушка говорила, что они так с девочками на первом курсе тоже загадали желание и у них все сбылось, поэтому подумайте хорошо, чего хотите, сбудется обязательно. Итак, думаем, загадываем про себя, можете глаза закрыть, чтоб ещё и представить всё хорошенько, а потом одновременно шепчем желания в бокал с шампанским и вместе выпиваем его до дна.

- Ну ты как что-нибудь придумаешь, - мне кажется, это немного по-детски, как в Деда Мороза верить.

- Это не я, а моя бабушка. Так что посерьёзней.

- Ладно, давай хотя бы, в Новый год чудеса должны случаться.

Говорю это, больше для поддержки волшебного момента, что пытается создать для нас Алеся, а сама не верю вовсе это и уже давно.

Закрываем глаза. Думаю над желанием и понимаю, что на самом деле хочу лишь одного, и пусть это глупо, ведь обычно этого хотят маленькие девочки, если недостаёт любви родителей, но, видимо, мне её всё же до сих пор не хватает. Слышу, как каждая из нас начинает шептать в стакан.

- Хочу обрести дом, в котором меня будут ждать и будут рады. - шепчу настолько тихо, насколько могу. Не хочу, чтоб девочки услышали, я им не всё рассказывала и боюсь, что могут возникнуть вопросы. Открываем глаза и глупо друг другу улыбаемся.

- На раз, два и три. — командует Олеся.

И три девушки ровно в двенадцать часов дня, выпивают шампанское с тремя желаниями. А за окном снег начинает идти ещё сильнее. Накрывая снежинками всё и всех вокруг, даря новогоднее настроение и предвкушение чего-то волшебного.

По сугробам пытаюсь пробраться к автобусу. Коммунальщики не успевают убрать снег, поэтому на дорожках для пешеходов, всё совсем плачевно. Сапоги у меня, конечно, не такие высокие и уже начинает попадать снег прям в обувь. Неприятно очень, А мне ещё почти четыре часа трястись в дороге. Алеся уже давно должна была сесть в самолёт. Очень переживает, что могут отменить рейс, а Агата поедет на поезде к своей бабушке и дедушке почти в деревню. Уже отписалась, что села. Ну хоть кто-то точно будет дома в Новый год.

Так как я тоже боюсь, что автобус может не поехать. Слишком много снега, и пассажиров почти нет. Но через минут пять водитель радует меня новостью, что мы трогаемся в путь. Фух! Наконец-то домой.

Соскучилась очень сильно по папе. Пишу ему, что уже выехала и через несколько часов буду дома.

Папочка

«Дочь, мой рейс отменили из-за непогоды, поэтому я не смог приехать домой. Вначале тебе не хотел писать, надеялся, что хоть сегодня полетим, но нет. Сегодня здесь стало ещё хуже. Поэтому Новый год вы отпразднуете без меня. Люблю тебя, дочь»

Вот такое сообщение мне пришло почти на середине дороги к дому. Расстроилась, и очень сильно. Горечь какой-то детской обиды растекается по груди и начинает душить. Тихие слёзы сами собой начинают капать мне на тыльную сторону ладони. Ведь я еду только ради него. А что мне делать с мачехой и сводной сестрой в такой день? Боюсь, они мне не очень обрадуются.

Мама умерла ещё при родах, и я её никогда не видела. Бо́льшую часть моего детства меня воспитывала бабушка. И нам было вдвоём очень хорошо, раз в месяц приезжал папа, всегда старался остаться подольше, но больше недели никогда не мог. Он строил здания в разных городах, поэтому мог уехать надолго, пока не сдаст объект, а мог отсутствовать ещё дольше. Но на Новый год мы были всегда вместе. Это наша маленькая традиция: я жду папу за день до праздника и готовлю подарок своими руками, а он всегда, в костюме Дед Мороза заходит с подарками. И этот день всегда окрашивается теплом, чувством долгожданной встречи и рассказыванием историй друг другу. В этот раз решила, что я надену костюм, а папа меня встретить, так как он должен был приехать ещё двадцать восьмого. Но вот приходит от него сообщение и мой самый любимый праздник в году, окрашивается серыми красками. А за окном наблюдаю, такую красивую снежную красоту. Зимний узор нарядил мое окошко, как будто поддерживает. Касаюсь его кончиками пальцев и ощущаю холод. Все верно, так и у меня внутри начинает покрываться инеем. Не скажу, что мачеха меня прям не любит. Ну или, как говорит Алеся, это я привыкла просто к ее нападкам и так как у меня не было мамы, пытаюсь оправдать и ищу хоть капельку тепла к себе. Она всегда относится ко мне с пренебрежением, и даже где-то высокомерно, считает, что я должна всё делать по дому и чуть ли не прислуживать ей. Агата, как то сказала, что похоже на сценарий Золушки. Помню, как посмеялась, а вот сейчас не смешно совсем, боюсь, что она меня впустит в дом, только для того, чтоб убирала со стола и готовила. Мачеха — женщина с характером и любит вечеринки. Только вот готовить не умеет, а ее дочка, по сути еще совсем ребёнок. Ане всего двенадцать. Папа повторно женился всего пять лет назад, и тогда ей было семь. Мы хорошо сдружились и часто вместе играли, только её мама постоянно пыталась сделать так, что ей лучше общаться с девочками со школы, а мне лучше работать по дому даст, а то и отругать может, что я трогаю чужие игрушки. Но нам всё равно это не помешало общаться. Правда, меня ведь не было долго, пока я была в Университете, Аня мне ни разу не написала и на мои сообщения не ответила. Думаю, влияние мамы на неё стало сильней. Как бы её влияние, не усугубило всё. Аня девочка хорошая.

Осторожно вытираю слёзы и пытаюсь смириться, что папы впервые не будет в такой день. Всё-таки я уже не маленькая, может, сестрёнка мне обрадуется.

Вспоминаю про своё загаданное желание. Не работает оно Алеся. Ну или оно исполнится только после Нового года. Утешая себя и наблюдая за снежной вьюгой, время пролетело быстро. И вот я уже в своём маленьком городке, в таком родном. Поднимаюсь по лестнице на третий этаж и уже слышу громкие голоса и музыку. Правда, она доносится не только из нашей квартиры, ещё на первом и последних этажах веселятся от души. Но в данный момент меня волнует только моя дверь. Наконец-то дотаскиваю чемодан до своего этажа и ставлю рядом. Уф, аж вспотела, вроде у меня не так много вещей, как у Леси, но всё равно получился тяжёлым.

- Иду! Не нужно так долго звонить!

Слышу голос мачехи.

- А как ещё до вас дозвониться? Уже пятый раз звоню. — ворчу, но тихо и почти себе под нос.

- Васька?

Юля Михайловна одета празднично, видимо, уже даже гости есть, хотя сейчас только семь вечера. Удивление в глазах неподдельное, смотрит так, словно я ей мерещусь. Похоже, мачеха и правда меня не ждала. Ну в отличие от меня, она узнала намного раньше, что папа не приедет.

- Здравствуйте, да, у меня каникулы новогодние, — говорю ровно и спокойно, это уже привычка так с ней общаться. Так меньше конфликтов, если тон ровный, ей не к чему прикапываться и главное, вежливость. Причём это у меня за пять лет, уже до механизма выработалось.

Берусь за ручку чемодана и поднимаю, чтоб занести, но тёть Юля стоит прямо в проёме и не двигается. Поднимаю на неё непонимающий взгляд.

- Васька, а ты знаешь, что отца не будет? — сообщает мне немного ехидно и скрещивает руки на груди. Стоит в красивом красном атласном платье до пола. Ей очень идёт. Она вообще эффектная женщина. Рыжие пышные волосы и округлые бёдра. Не худая, но и не полная. Как говорят парни в универе, самый сок. Я бы в её возрасте, тоже так хотела бы выглядеть.

- Да, уже знаю, написал мне недавно, — не могу скрыть грусть в голосе и всё ещё не понимаю, почему она меня держит в подъезде.

- Ну тогда, что припёрлась, оставалась бы в общаге или к подружке какой поехала.

От услышанного я дар речи потеряла, можно сказать, она не намекала, а прямым текстом говорила, что мне не рады в собственном доме.

- Тёть Юль... — свою мачеху я исключительно называла только так. Помню, как после их свадьбы с папой, я решила, что у меня теперь есть мама, и назвала ее так. Она так сильно разозлилась, что я дня два боялась выйти из своей комнаты. Нет, она не била, вы не подумайте, но то, как она говорила и объясняла... что у такой, как я нет мамы и быть не может, я поняла свою ошибку.

- Так, ты давай, разворачивайся туда, откуда пришла, и не появляйся на горизонте до приезда отца. Видеть тебя не могу.

Вот вечно повторяющаяся фраза от неё, что видеть меня не может, а почему так ни разу не объяснила. А я всё же привыкла ещё с детства робеть перед ней и немного бояться. Я не из робких, всегда могла ответить и дать сдачи, но её — боялась. Даже не знаю почему.

Таких слов не ожидала, даже мысли не закрадывалось, что мачеха может так со мной поступить. Начинает немного трясти, и страх паутинкой расползается по венам, кажется, паук всё туже и крепче плетёт свою паутину, которая вот-вот кого-нибудь поймает, и, похоже, это будет моё и так израненное сердце. Вначале папа пишет, что его не будет, теперь мачеха на порог дома пускать не хочет и всё это под Новый год, а на улице уже темно и зима уже вступила в свои суровые холодные права. Куда я пойду?

- Тёть Юль, вы серьёзно? Уже темно во дворе, да и куда я пойду? — предпринимаю ещё одну попытку. Ну не может же такого быть, чтоб она так сделала.

- Серьёзней некуда. Ко мне сестра приехала с сыном, я куда их укладывать, по-твоему, буду. И ты даже не предупредила. А куда пойдёшь, это твои проблемы, не маленькая и уже совершеннолетняя, а всё у папки на шеи сидишь. Давно уже самостоятельной должна стать. Вот твой шанс, Новый год и новая жизнь, — с этими словами берёт и закрывает перед моим носом дверь.

Хлопаю глазами, как немая рыбка. Руки стали настолько холодными от моих эмоций, что я их почти не чувствую, будто снежки играла без перчаток.

Я всё ещё не верю, что она закрыла передо мной дверь, нахожусь в каком-то коматозе. Стою на месте и не двигаюсь.

- Вася, — зовёт меня баба Маша из соседней квартиры напротив, медленно разворачиваюсь к ней. Сталкиваюсь с сочувственным взглядом и меня, как током прошибает, немного прихожу в себя. Жалость — вот это не люблю, совсем. А баба Маша именно так и смотрит.

- Ты, лучше папке позвони и скажи, что эта рыжая ведьма творит.

Киваю и решаю побыстрей спуститься, а лучше на улицу выйти. Потому что если баба Маша, будет слышать и мой разговор с папой, то после Нового года мы будем знамениты на весь двор, хотя нет, на весь наш маленький городок.

Не знаю как, но эта одинокая старушка, разглашает новость, лучше, чем вайфай.

Спускаю свой чемодан вниз, снова немного взмокла, но руки все такие же холодные. Нужен срочно свежий воздух. И пусть там холодно, возможно, мороз отрезвит меня.

Метель уже закончилась. И снег тоже перестал идти. Люди с трудом передвигаются на заснеженных дорожках. Все спешат, кто с подарками, кто за продуктами. Многие ещё не успели что-то купить. Но всё равно большинство, уже делают оливье и селёдку под шубой или крабовый салат, запекают курочку, делают сырную нарезку. В общем, неважно, главное они в тепле, уюте, возле своих родных и близких, а я сижу на детской площадке возле дома и медленно раскачиваюсь на качели. Пытаюсь прийти в себя и понять, что мне делать.

Холод и правда помогал, меня одолела злость. Всё же это моя и папина квартира, а ещё начало раздражать, почему я робею перед ней, чего боюсь, сама на себя ещё злюсь. Надо было оттолкнуть её и зайти. Имею права. А я и правда сейчас, папе позвоню.

Набираю номер, жду. И в уши бьёт, как молотком по сердцу, автоответчик, о том, что папа вне зоны доступа. Вот же! Хочется выкинуть телефон в сугроб, но сдерживаюсь, рычу, а потом от бессилия и всего ужаса ситуации начинаю плакать, почти навзрыд.

Всё, похоже, меня пробило, трясти начинает сильнее, вот и мой скопившийся шок выходит и не высказанные слова. Почему она так со мной? Я каждый день надеялась, что она станет мне мамой, хоть когда-нибудь. Возможно, когда я все быстро выполняла по дому или после вкусно приготовленного обеда, а может, после того, как я убралась, и у себя, и у сестрёнки. Ведь Тёть Юля всегда рассказывала Ане сказки перед сном, а ещё целовала в щеку и восхищалась ее достижениями. А я ждала. Когда же я заслужу того же.

Опускаю лицо в руки и плачу. Не чувствую, как снова пошёл снег и стал укрывать меня.

- Чебурек, это ты, что ли?

Слышу обращение возле себя. Меня, как током ударили. Потому что этим прозвищем меня дразнил только один мальчишка в школе — Артём Власов.

- Эй, чебурек, ну-ка ручки убери, я уверен, что это ты, — продолжает мужской приятный тембр. Совсем не узнаю этот голос, а может это всё же не Власов? Пробегает во мне надежда. Ну пожалуйста, судьбинушка, не надо так со мной. И так всё пошло коту под хвост, а если ты еще решила меня добить самым моим жутким кошмаром из детских, школьных лет, то я, и не знаю, что еще может быть хуже.

В такой момент и такую жалкую, уж точно ему бы не хотела показывать.

Василиса

( ноябрь, 9 класс)

- Ненавижу, ненавижу, ненавижу! - чуть ли не кричу на весь школьный коридор.

- Васька, ну, стой!

Догоняет меня моя лучшая подружка Лера. Сидим с ней за одной партой и живём по соседству, но подружками стали не поэтому. Она умеет поддерживать, а ещё никогда меня ни за что не осуждала.

- Нет, ну ты слышала?! - гневно разворачиваюсь и бешусь, нахаживаю круги. Пытаюсь успокоиться.

- Да, слышала, и не только я. Почти вся школа. — сочувственно напоминает мне о том, что я и так знаю.

Шумно выдыхаю и зачёсываю рукой волосы назад.

- Он гад, придурок, козёл! — не могу успокоиться, во мне всё кипит, как вода в чайнике. И готово вырваться наружу, только вот незадача, здесь тоже всё прикрыто крышкой.

- Да, забей на него и всё, — пытается успокоить меня Лера.

- Забить?! Да я его скорее прибью.

В этот раз Артём перешёл все границы, мало ему была постоянных издёвок и придумывания мне новых кличек, так теперь он решил начать шутить по-крупному. Вначале подменил моё сочинение, и мне в итоге поставили двойку, потом тест вдруг пропал по математике, а он, между прочим, решил мою оценку в четверти. Вчера ведро воды на меня вылил вместе с тряпкой, одно радовало, техничка, хотя бы не успела ещё полы помыть. Но всё же бабушка была в шоке от моего вида, чуть инфаркт её хватил. А теперь он умудрился сорвать олимпиаду, где я должна была участвовать. А я очень хотела, потому что главный приз, поездка в Питер. Я так хотела поехать, что готовилась к ней почти две недели. И главное, я не пойму в чём причина такой атаки на меня. И почему сейчас?

- Слушай, ну её же перенесли, а не отменили полностью. Посмотри на это с другой стороны, ты уже готова, а те пробелы, что ты не успела прочесть, успеешь подготовить , есть теперь время.

- Но Питер теперь могут отменить, - чуть ли не захныкала я.

- А ты переживаешь, что чебуреки их не поешь? Я тебе и так могу сказать, они такие же. - вот лучше бы он мне сейчас не попадался на глаза, выцарапаю же.

Вижу Артёма со своими друзьями, как он, вальяжно идёт по коридору, словно король, и доволен собой. Вот как кинусь на него дикой кошкой.

- Что ты ко мне своими чебуреками пристал? — хотелось сказать это грубо и язвительно, но получилось жалко и почти умоляюще. Не было настроения у меня снова с ним ругаться, нет сил уже бороться с этим мальчишкой.

- Так, Васька, ты же сама кроме, них больше ничего не ешь, посмотри на себя. — указывает на меня рукой, а парни вокруг начинают ржать и оценивающе глазеть на меня.

По сути, мне стесняться нечего, я, может, и маленького роста, и худенькая, но нестрашная и не толстая, ни кривая и не хромая. Одежда на мне приличная и чистая. Вот что он прицепился ко мне? И так последние два года. Когда этот парень здесь появился. Новичок приехал с другого города, вначале всё было относительно спокойно, я его даже и не замечала совсем. Он выделялся сразу, как переступил порог, но ко мне не лез и мне был неинтересен, а потом его, как подменили, через два месяца начались его издевательства. Он не просто замечал меня, казалось, он меня специально преследовал и даже искал, лишь бы поиздеваться. Ловил мои колкие ответы и гневные взгляды и, кажется, наслаждался этим. А когда доводил до слёз, то всегда шёл за мной, и, пожалуй, только это его ещё кое, как останавливало. Это была его цель на каждый день. Добить меня до конца, тогда его день прошёл хорошо. Но в этом году я пообещала, что не пролью ни слезинки из-за него. Буду кусаться, царапаться и рычать, но не заплачу, может, тогда, он от меня отстанет. Все же я стала старше, мне уже пятнадцать.

- Вот что во мне не так? - развела я руками, как бы демонстрируя себя. Было немного неловко, всё же так делать ещё и перед кучей парней. Я, конечно, не стесняшка, но и не звезда школы. Власов как бы почесал свой подбородок, задумавшись, и впился в меня взглядом. Ничего особенного на мне не было одето: белая блузка, клетчатая юбка и сверху тёплая кофта. Единственный аксессуар, который мог выделиться — это чулки, но тут не понять, все закрывала юбка, так что можно было подумать, что это колготки. Так что этой информацией владею только я.

Пробегаясь по мне сканирующим взглядом, Артём точно задержался на моих ногах. Текли секунды, и я уже стала думать, что он знает.

- Ничего интересного, я бы даже не взглянул на тебя, если ты бы сейчас сама не предложила, — ухмыльнулся и перестал прожигать мои ноги. Уф, не знает, а то наверно и тут бы нашёл как поиздеваться. Но меня всё равно задели его слова. Может, я и ненавижу этого мальчишку, но слышать, что ты не привлекаешь, неприятно.

Начинаю закипать заново и готовлю ему колкую фразу, но Артём резко делает пару шагов ко мне, и хватает прямо за бедро. Ахаю и хочу резко отойти, но тут же чувствую вторую руку на талии. Упираюсь руками ему в грудь и чувствую его мышцы. И это так непривычно, вообще ощущать рядом с собой мужское тело, а уж тем более касаться его. Это настолько сбивает столку, что я просто замираю и стою послушной девочкой. Перестаю слышать поддакивания его друзей или смех, кажется, посторонние шумы вообще исчезли.

- Больше никогда не надевай их в школе, поняла меня, — прорычал командным и жутко угрожающим голосом мне прямо в ухо. Отпуская меня, он провёл рукой по бедру, касаясь тех самых чулков.

Как? Как он узнал? Их не видно, я двести раз дома проверила, что юбка достаточно хорошо всё прикрывает. Мамочки, одела первый раз в жизни их, так чтоб попробовать, что это такое вообще и то этот мерзкий парень заметил. Ещё и командует. Но возмутиться по этому поводу не могу.

Отстраняется, и я вижу его наполненные грозовыми тучами, почти замутнённые глаза. И мне становится страшно. А вдруг он остальным расскажет? Или действительно придумает новую изощрённую издёвку. Нет, я лучше помолчу. Сглатываю собравшуюся слюну и слегка, согласна, киваю.

Власов резко меняет лицо на весёлое и подмигивает мне.

- Удачи на олимпиаде, если попадёшь на неё, конечно.

Нет, я всё-таки выцарапаю ему глаза при следующей встрече.

- Пошли пацаны, а то скучно.

Как громом проносятся воспоминание перед глазами. Было ещё очень много разного, но это был первый раз, когда он коснулся меня и первый раз, когда улыбнулся, так мне.

Мои любимые, добро пожаловать в мою новую новогоднюю историю про Василису и Артёма. Она будет молодёжной, яркой и эмоциональной. Эта история — маленький подарочек вам к Новому году. Желаю вам удачи и семейного тепла в Новом году. Пусть мечты сбываются чаще, а надежда будет с вами всегда. Любовь греет по ночам, а счастье преследует круглосуточно.

Буду благодарна вашим реакциям и комментариям. Так, я и Муз будем знать, что вам нравится.

Моих запястий касаются тёплые мужские руки и убирают от лица.
- Привет, Василиса. - Хмыкает парень.
Смотрю на него и не могу сказать точно, вроде и черты Артёма, и вроде и нет. Или это у меня просто от слёз всё расплывается. На меня смотрят удивительно живые и радостные глаза парня. Да пожалуй их я помню очень хорошо. Потому что, он часто любил во мне дырку сверлить этими глазами. А вот лицо стало более острым и взрослым, учитывая, что на ней была ещё небольшая щетина, то делала его ещё старше. Губы такие же пухлые, а нос уже не был идеально ровным, появилась небольшая горбинка. Но главное — это его волосы. Они были все такими же светлыми, правда, сейчас их цвет напоминал лучи солнца. Он всегда их немного обесцвечивал почти до белизны, сейчас же, кажется, он стал более натуральным. Ему однозначно так лучше. Кажется, он ещё больше вырос. Он сидел на корточках напротив меня, и мы были на одном уровне, но широкие плечи, что были укутаны в зимнее пальто, очень хорошо подчёркивали их.
Шмыгнула носом и выдохнула обречённо: всё-таки это он.
- Привет. — говорю чуть смущённо и пытаюсь спрятаться за ресницами. Вид у меня не самый лучший, тем более для встречи со своим школьным кошмаром.
- А ты всё такая же мелкая, - хмыкает он. И смотрит так, как будто не замечает моего состояния, и что я, тут ревела навзрыд.
- Давай посидим, чай попьём? - резко предлагает он и кивает на кофейню в другой стороне улицы. - А то ты уже совсем замёрзла, похожа на снеговика, ну или на сосульку, - смеётся и начинает стряхивать с моих плеч снег, что уже успел там улечься. А потом берёт и рукой начинает отряхивать мои волосы.
- Я так рад видеть тебя.
А я в шоке, слёзы высохли, даже как-то успокоилась, наверно потому что я не понимаю, что происходит и его действий, и уж тем более, от последней фразы. Власов рад меня видеть? Это что-то новенькое.
- Ты хочешь попить чай? — смотря на него в упор и даже не мешая ему стряхивать с меня снег, удивлённо спрашиваю. Кажется, у меня глаза на блюдца похожи. И теперь я застыла не от холода, а от шока.
- Да, я помню, ты любишь чёрный чай с большим количеством сахара, вот прям сладкий, сладкий, чтоб был.
Встаёт в полный рост и подаёт руку.
- Ты помнишь? - еще более севшим голосом спрашиваю
Я полностью растеряна и дезориентирована его поведением, и, кажется, предел моего удивления достигает пика, потому что он вообще знает о моих вкусах, не то что помнит. На автомате беру его руку и встаю.
- Конечно, - снова ухмыляется, но как-то про себя. - Давай свой чемодан, а то ты его вряд ли сейчас по сугробам сможешь катить.
Берёт его сам, не дожидаясь моего ответа, и идёт уже по направлению кофейни. Припускаю за ним, только спрашивается, зачем? А, ну да, я замёрзла, и он мой чемодан утащил.
Меня окутывает тёплый воздух, стоит только открыть дверь, и я сразу же ощущаю насколько продрогла. Стряхиваю остатки снега с себя и только потом прохожу. Артём уже выбрал место, почти самое дальнее у стены, но с прекрасными видами из окна, даже успел позвать официанта и попросить меню. Я быстро заказала горячий чай и круассан, есть хотела очень сильно, последнее, что было у меня во рту, это то самое шампанское, что мы выпили с девочками. И быстренько убежала в уборную. Всё же нужно было умыться, стёрлась правда вся косметика, но от неё и так только разводы остались из-за слёз, так что уже не жалко. Правда, снова не хотелось быть такой при Артёме, ну и ладно, он мне не парень, чтоб я парилась об этом.
- А ты всё такая же, почти не изменилась.
Не успеваю сесть напротив, как он начинает меня пристально рассматривать. Ловлю неловкость и смущение. Вот, блин, с чего вдруг смущаюсь-то?
- А ты изменился, я тебя даже вначале не узнала. — говорю тихо, сама не знаю почему. Поднимаю на него взгляд и немного теряюсь. Он так смотрит...Как будто очень рад видеть своего лучшего друга или любимую девушку. С чего такое дружелюбие ко мне? Ты же меня ненавидел, Артём, так, почему так смотришь?
- Сколько мы не виделись? — задаёт вопрос и отвлекается на официанта, что принёс наш заказ.
- Ну, ты, можно сказать, испарился в конце второй четверти, поэтому... — задумчиво приложила палец к губе, — Получается почти три года, — вспоминаю момент, когда заметила, только на третий день, что Власова нет, и мне так спокойно в школе. А, оказывается, он все это время не ходил и вообще перевёлся. Как же я радовалась, это был мой лучший день, и даже дождь со снегом, его не омрачил.
- Да, я тогда даже не попрощался с тобой, - почему-то грустно вздохнул и стал помешивать свой горячий шоколад, смотря исключительно на него, как бы что-то вспоминая. А я воспользовалась этой возможности, стала его рассматривать. Он, правда, изменился, но всё же это был Артём Власов, красивый, зараза стал. И так все девчонки кипятком писали, а теперь наверно отбоя нет совсем. Только я его красоту не замечала, он меня настолько раздражал и пугал, что я дёргалась, стоило ему зайти в кабинет, а мои нервы при виде его начинали выплясывать тумба-юмбу и не хотели успокаиваться даже тогда, когда он меня не замечал.
- А зачем тебе со мной прощаться было, мы с тобой, вроде терпеть друг друга не могли? - хмыкаю, отвожу взгляд и начинаю пить свой чай. Горячий напиток немного обжигает язык и горло, но мне нравится, чувствую, как жидкость начинает меня согревать изнутри. Беру кружку двумя руками и грею руки.
- Ну ты первая начала.
Ничего себе заявление!
- Я?! - показываю на себя пальцем, — Ты серьёзно? Да, я вообще тебя не замечала даже и не общалась с тобой, когда ты пришёл в наш класс.
- Да, вот твой игнор меня и взбесил.
- Что?! Тебе что, внимание было мало? Все сразу стали восхищаться тобой, и парни в свою компанию приняли. Я то тебе, зачем ещё нужна была?
Смешно. Делаю ещё глоток, но больше чтоб скрыть улыбку.
- И вредность твоя никуда не делать, — упирается локтями о стол и тоже делает глоток. Мельком замечаю, что и он прячет за ней улыбку.
- Ну вот да.
Не выдерживаю его замечание. Я ещё и вредная, значит?
- Я всё ещё та самая Вася, с мужским именем и повадками парня. Как ты там говорил, маленький гном, так ещё с настоящим мужским телом. - Развожу руки в сторону, говоря «на, смотри».
Хотя я никогда не была похожа на парня: очень маленькой и низкой, это да, худой, но всё же фигура всегда была видна. И волосы носила длинные. Они у меня хорошие, я ими прям горжусь: густые, шелковистые и длинные. Причём до сих пор. В универе, благодаря им, на меня почти все обращают внимания. И только Власов в школе добавлял мне комплексов. То у меня имя мужское, то потом к фигуре, к моей приставал. По этой причине я стала носить юбки, хотя раньше мне нравились исключительно брюки. В них удобно и практично. А потом и те самые чулки решила надеть, для собственной уверенности и женственности. Где-то, помню, прочла, что, даже если нижнее бельё не видят, оно всё равно должно быть красивым, ведь так вы сами чувствуете себя уверенней и раскованней. А Артём меня сразу же спалил. Больше я их не надевала.
Выслушал мою тираду и чуть наклонился через стол ко мне, облокотившись на локти.
- Ты для меня эльф, не гном.
И мило так улыбнулся, а потом резко поднял руки вверх, как бы сдаваясь.
- Ну, да, я признаю, был тем ещё засранцем.
Неужели я сейчас услышу извинения? Сижу в ожидании и даже в предвкушении, получить то самое, что ждала при каждой его издёвке. Вот так подарок под Новый год. Но нет, он берёт кружку в руки и снова пьёт, причём уже не пряча улыбки. Вот же засранец, похоже, понял, что я жду тех самых, запоздалых извинений и продинамил меня.
Но как-то мягко и по-доброму, что ли. Это так... непривычно. Мы и правда сидели как два старых друга и вспоминали прошлое, смеясь над тем, что было. Не обычно, но странно, что он никуда не торопится, а сидит со мной в кофейне, можно сказать, что почти в новогоднюю ночь, ведь уже восемь часов вечера, даже кофейня скоро закроется, а я ещё не нашла себе место, где могу хотя бы поспать, не то что Новый год отпраздновать.
- Ты всё так же любишь шоколад, — говорю первое, что приходит на ум, лишь бы разбавить скапливаемую неловкость и теплоту между нами, что стала летать в воздухе.
- Ты помнишь? - искренне удивляется он, приподнимая брови и ставя кружку между нами.
Ещё бы я не помнила. Он мне весь мозг проел, чтоб я ему плитку шоколада купила за молчание. Ещё и с каким вкусом и от какой компании. И напоминал каждый день, пока я, не разозлившись, не притащила ему пять плиток. Правда, вручила я их очень своеобразно. Зато, мне кажется, он этот день запомнил.
Поймав его взгляд, стало понятно, что мы вспоминаем одно и то же.
Улыбки на наших лицах появились, почти одновременно.
- Маска из шоколада была супер, — заразительно так начинает смеяться, что я отвечаю тем же.
- Это было шоколадное обёртывание... — сквозь смех пытаюсь ещё подшутить.
- Ну вы девочки в этом лучше разбираетесь.
- Кто ты? И Куда дел Артёма Власова? — отсмеявшись, задаю вопрос вполне серьёзно. Не могу понять его, и вообще я всё ещё жду подвоха, как будто он враз скинет маску дружелюбности и я снова увижу надменную улыбку и услышу едкую издёвку.
- Он остался с тобой в школе. А это. — указывает на себя пальцем, — Новая улучшенная его версия.
Ухмыляюсь в кружку с чаем и допиваю.
- Тебя выгнали из дома? — задал вопрос внезапно и без единой смешинки в глазах.
Чуть не поперхнулась, хорошо уже успела проглотить последний глоток. Вот чего я боялась, этого вопроса и что он может всё понять. А ведь так хорошо делал вид, что не понял, и вообще благодаря беззаботному разговору я успокоилась. Новогодняя ночь перестала казаться такой ужасной. Даже план в голове созрел, как быть дальше. Артём меня хорошо отвлёк и согрел. Но ведь надо было ему всё испортить? Сидел бы дальше, ещё бы минут двадцать посидели да разошлись снова как в море корабли.
- С чего ты решил?
- Ты сидела одна возле своего дома, ещё и с чемоданом...
- Я только приехала и решила не заходить домой, так как папа написал, что будет ждать меня в ресторане, они решили праздновать там.
Перебиваю его и торопливо говорю. Не смотрю на него, боюсь, что он заметит ложь. И быстренько начинаю одеваться.
- И вообще, он меня уже ждёт, мне нужно ехать.
Кладу на стол несколько купюр за свой чай и хватаю чемодан, намереваясь уйти. Блин, круассан не съела, ну и ладно.
Всё, хороший Атрем испарился, вернулся мой школьный кошмар, Власов. Я даже энергию от него туже почувствовала, давящую и нагнетающую.
Махнула рукой и развернулась, но тут меня схватили за запястье.
- Василиса, ты плакала, - почти с нажимом и даже грубо слышались мне его слова. Всё внутри переворачивается.
- Ногу подвернула.
Вырываю руку и всё так же не оборачиваясь спешу на выход.
- Хорошо провести сегодняшнюю ночь!
Также кричу ему и не смотрю. Даже когда вышла из кафе, даже когда прошла почти три квартала. Я правильно сделала, его наверняка друзья или семья уже заждались, а он со мной сидел. Снова наворачиваются слёзы. Но я вытираю их рукавом и прохожу ещё пару кварталов. Здесь недалеко есть одна гостиница, надеюсь удаться снять номер. Хорошо, что папа кидал мне денюшку в этом месяце на карту, на расходы в Университете, а я их не потратила, все равно сидели, зубрили с девчонками, было просто некогда.
Просматриваю еще, что есть в нашем небольшом городке, пока иду. Но вижу, что два отеля заполнены, а ещё несколько просто не работают в новогоднюю ночь. Остаются два хостела, которые я безумно боюсь. Папа всегда меня предостерегал о них, так как в одной комнате могут быть и парни, и девушки, и ты никогда не знаешь, кто тебе там попадётся в следующую ночь. Даже если заселят одних девушек, всё равно есть риск, что своруют вещи, или побьют. Поэтому хостелы точно нет. Остаётся надеется, на отель «Мария», до которого я уже дошла. На вид здание довольно большое, в минималистическом современном стиле. И выглядит аккуратным.
- Пожалуйста, пусть для меня будет номер.
Сверяюсь с интернетом, показывает, что ещё есть свободные. Но это новогодняя ночь, и кто его знает. Вдыхаю морозный воздух поглубже в лёгкие и вхожу.

- Девушка, ну, посмотрите ещё раз, пожалуйста, — умоляю и мучаю бедную девушку на ресепшене уже минут тридцать. Ну неужели мне настолько сегодня «везёт», что я не достойна даже крышу над головой иметь, в такую-то ночь?
Алеся, где твоё хвалёное исполнение желания?! Так и хочется позвонить и высказать ей. Хотя она в этой ситуации совершенно невиновата.
- Девушка, я ведь вам уже третий раз повторяю, ну нет у нас свободных, до вас пришли два человека и сняли последнее.
Вижу, что уже раздражаю её. Но я так боюсь идти в хостел. Уверена, что там даже пьянка будет в номерах. Бр-р-р... Нет, не хочу туда! Готова снова зарыдать.
Решаю больше не мучить её, всё равно к ней подошёл посетитель и стал уточнять насчёт горячей воды в номере.
Разворачиваю свой чемодан и начинаю, сонной черепахой ползти к выходу. Мне открывают дверь снаружи, даже не смотрю, кто помог, просто нет сил поднять голову, говорю спасибо и хочу уже взять чемодан в руки, чтоб спускать его вниз по лестничке, их тут всего три, но его у меня перехватывает мужская рука и почти вырывает. Пугаюсь, но больше возмущаюсь и поднимаю глаза на похитителя моего чемодана.
- Власов?! - округляю глаза до максимального, а голос пищит и садиться. Вот кого я не ожидала снова встретить. - Что ты тут делаешь?
- А не видно? — почему-то немного нервно отвечает вопросом на вопрос. - Тебя, глупую и гордую здесь жду. Промёрз уже. — немного ведёт плечами, как бы пытаясь скинуть холод. - Ты ещё там до последнего что-то тёрлась у ресепшена.
- Но...зачем?
- Идём уже.
Бреду за ним почти один квартал и молчу, просто смотрю на его спину. Он ни разу не обернулся, был уверен, что я иду. Нет сил спорить и что - то объяснять, я вообще не понимаю, что мне делать, но снег усилился. Мне нужно хотя бы куда-нибудь сесть погреться и найти все же эти хостелы в интернете. Но мы подходим к чёрной иномарке, и Артём кладёт чемодан в багажник, а потом открывает мне пассажирскую дверь. Ого, у него машина, да ещё какая! Интересно, он сам водит?
- Артём, слушай... — пытаюсь начать разговор, всё же я была не готова с ним, куда-либо сейчас ехать. И вообще, его самого никто не ждёт в такой день?
- Чебурек, не зли меня. Садись.
По коже пробежал холодок, я хорошо помню его эти нотки. После них мы либо ругались в пух и прах, либо он доводил меня до слёз. Прекращаю спорить и юркаю вовнутрь.
Куда мы едем и зачем? Почему Артём это вообще делает, и зачем пошёл за мной? Смотрю на его профиль. Сосредоточен и немного раздражён. Смотрит исключительно на дорогу, руль сжимает слишком крепко, мне кажется, он там, мою шею представляет. А я даже немного залипаю на том, как он водит. Никогда не видела его за рулём и приятно удивлена. Мне не страшно с ним ехать. Хотя со мной приключилось уже всё, что возможно, страх наверно отключился и спать пошёл.
Едем уже минут двадцать в полной тишине. Идти мне некуда всё равно, но переживаю, что и в хостеле может не оказаться место. Хотя туда жуть как не хочу, поэтому наверно, и выбираю сейчас компанию парня. От него хотя бы знаю, что ожидать. Но не факт, он сильно изменился, всё-таки три года мы не виделись.
Решаю написать папе, может, сообщение дойдёт, но желанные галочки так и не окрашиваются в синий. Набираю. Всё ещё женский голос оповещает, что он недоступен. В машине тепло и чувствую, что Артём включил подогрев сидения, поэтому немного расслабляюсь, но как только замечаю, что за окном, закончились улицы нашего городка, начинаю напрягаться.
- Куда мы едем? — обеспокоенно спрашиваю.
- Почему ты не сказала, что тебе некуда идти? - Вместо ответа, снова вопрос, спокойный, но вижу, как напряжена его челюсть. Пытается себя сдержать.
- Это тебя не касается. Ты просто мой бывший одноклассник. И вообще, сейчас Новый год уже будет через три часа, а ты со мной. Тебя семья не ждёт? — всё же, наконец, задаю ему этот вопрос. Ну ладно, он в кафе со мной посидел и проводил, это однозначно, меня до отеля. Всё-таки темно на улице. И праздновать уже многие начали. Но так нет, он отчего-то ждал меня всё это время у отеля, а теперь ещё и везёт куда-то.
- Ждут, уже весь телефон оборвали. А я здесь с тобой вожусь.
- Вот и ехал бы к ним, зачем за мной попёрся?
Ждёт его кто-то, ну и прекрасно. Сто процентов такая же длинноногая блондинка. Злость так и растекается в груди, а еще обида и зависть. Что меня никто не ждёт.
- А я, по-твоему, как у твоего дома оказался? За тобой приехал, вообще-то. — впервые поворачивается ко мне и смотрит на меня.
- Чего? Зачем? — чуть ли не фальцетом звучит мой голос. Смотрю в его глаза и просто готова утонуть. Там такой шторм бушует. Кажется, волна с головой накроет и в свои глубины заберёт.
- А зачем, по-твоему, парень может ехать за девушкой почти тридцать километров в новогоднюю ночь? — говорит уже спокойно, и голос стал хриплым немного.
- Да, я откуда знаю, что тебе вдруг от меня понадобилось, спустя три года.
Начинаю заводиться и не на шутку нервничать. Он меня пугает. Я думала это случайная встреча на улице, мало что ему там могло понадобиться. Возможно, к Ромке приходил, он напротив живёт. Они в школе друзьями были.
 - Хотел пригласить тебя на Зимний бал, что организовывает моя семья уже второй год. Прям в канун Нового года.
Открываю рот и молчу, закрываю. Словно немая рыбка, выброшенная на берег. И что сказать? У меня нет слов. Мысли все спутались, он меня в ступор вогнал.
-Власов, это издёвка такая? — спрашиваю почти чуть ли не шёпотом, — Понял, что мне идти некуда, и решил снова позабавиться со своей школьной игрушкой. Знаешь, а не пошёл бы ты... останови машину!
Глаза уже на мокром месте. Мне сегодня и так стресса хватило, нервы не выдерживают. Просто хочу выйти на мороз и, чтоб снег меня в сугроб превратил. Там под снегом, нет грязи, что случилась сегодня со мной, спокойно и всё в белом цвете.
Жмет на тормоза, и мы резко останавливаемся, несмотря на него, быстро выбираюсь и отбегаю от машины. Начинаю плакать и смотреть по сторонам. Ёлки-палки, где это я? Лесополоса, мы за городом на трассе. Быстро укутываюсь в пуховик и накидываю капюшон. Ветер тут сильнее, но он немного отрезвляет.
Снега почти по колено, поэтому идти сложно, блин, я ведь даже не знаю, в какую сторону идти. Достаю телефон, чтоб открыть карту и сориентироваться.
Не хочу оставаться с ним рядом, у меня всплывает слишком много негативных чувств. И я ему не верю. Руки дрожат от холода и, кажется, смартфон тоже, он почти не реагирует на касания. Снег ещё ложиться на экран и тает.
 - Вася! — меня хватают за плечи и разворачивают.
- Прости, слышишь?! - немного стряхивает меня и сжимает плечи сильней. Чувствую через пуховик, как его руки горят, и насколько сильно держут.
 - Прости, что был таким засранцем, я просто... - замолкает на полуслове и вижу, как мучительно подбирает слова. Губы сжимаются в тонкую линию, а желваки так и играют маленький танец. Он не похож на себя, это не тот Артём, что я помню со школы. Это уже мужчина, который пытается выразить всю бурю желаний, что сейчас у него бушует. Но такое ощущение, что он боится напугать меня. Потому что я вижу, как из него вырывается это, чувствую, как сильный ветер со снежинками несёт всё это в мою сторону, обдувает лицо, треплет волосы, и лавина признания надвигается. Мне страшно, я растеряна, а ещё от чего-то в лёгком трепете,  как снежинка, которую ветер отправляет в ту сторону, что ему нужно, а она послушно выполняет, так как слишком лёгкая, нежная, но сто́ит коснуться тепла, как растаю. И  как будто только этого и ждала. Но чего? Мне разве был когда-то нужен Артём? Нет, я его ненавидела, да и сейчас тёплых чувств не испытываю, просто знакомый. Но именно этот момент во мне что-то меняет. Эта вьюга, что вокруг нас - меняет, его взгляд и попытка удержать, вот эти тёплые и крепкие руки, что держат, потому что ветер,  унесёт меня как ту самую снежинку.
- Просто поехали со мной. Новогодняя ночь уже начинается. Я не знаю, что случилось у тебя с твоими родными и как ты оказалась на детской площадке вся в слезах, и если не хочешь, то больше не буду спрашивать. Обещаю, даже не затрону этот момент. Просто доверься мне и давай встретим Новый год вместе.
Не то. Не это я хотела услышать. Потому что чувствую, как растекается разочарование по замершим рукам и ногам. Но тогда что? Мне ведь от него ничего не нужно, но почему-то я реагирую именно так. Стараюсь скрыть своё состояние, потому что сама его не понимаю. Власов всегда будил во мне именно такие противоречивые чувства, только это со школы не изменилось.
- Обещай, что больше не будешь называть меня чебуреком. — шёпотом произношу именно это. Мне до сих пор обидно это прозвище, и как только слышу, сразу дёргаюсь, обида начинает душить, и смертельно хочется ему врезать за все годы в школе.
На его лице появляется та самая мальчишеская улыбка. Он качает головой.
- Я обещаю тебе, мой снежный эльф, что больше никогда.
Его голубой океан сменяется на летнее небо с белыми перистыми облаками. Вот так просто. Почти враз его взгляд меняется. Я никогда раньше не замечала, что его голубые глаза могут быть такими... разными, что там находятся все его чувства. Я лишь помню ту бездну, когда он издевался надомной , ту ненависть, что они транслировали. Почему же сейчас я все это вижу?
Он приобнимает и помогает мне вернуться в машину. Я настолько задушена своими эмоциями, что кажется, готова просто распасться на атомы. Столько для меня сегодня произошло, что уже ничего не понимаю, а уж тем более, что с этим делать. Не могу уложить в голове почти признание Артёма, поступок мачехи, и тот момент, что на помощь ко мне пришёл именно ОН. Кажется, сейчас от меня ничего не зависит, а ещё больше, меня смущают мои чувства, которые от каждого слова Власова, впадают в панику и разбегаются как муравьи. Я отвыкла от него, от его напора, слишком.
Привыкла ненавидеть. И сейчас сложно принимать его помощь, и тем более заботу.

 - Власов, ты куда меня привёз?

Открывает мне дверь и подаёт руку, чтоб помочь выйти из машины.

А я смотрю на огромный дом, что украшен различными фонариками и гирляндами, а во дворе стоят фигурки оленей и сани.

Мы заехали в коттеджный посёлок, прям как в американских фильмах, стоят рядом красивые двухэтажные домики с газончиками, которые сейчас полностью белоснежные. Словно воздушное одеяло лежит. Так, красиво, будто в кино оказалась. Снежная вьюга закончилась, и поэтому вид открывался просто потрясающий.

- Учитывая, что уже десять часов ночи, магазины не работают, а у меня лучшей идее не нашлось.

Открывает дверь и заходим в дом.

- Какая идея? — всё ещё не понимаю его странного монолога. Помогает мне снять куртку.

- Где найти для тебя подходящее платье.

-Ну наконец-то! Арт, мама мне уже пять лекций прочла, отругала, и я вместо тебя выслушала всё... — замолкает, спешащая к нам миловидная девушка, с каре, как только видит меня.

- Здрасте, — кивает и удивлённо таращит глаза.

- Здравствуйте. — немного скованно отвечаю в ответ.

Она очень красивая, а ещё... Просто жутко похожа на Артёма, кажется, будто они близнецы. Если бы не знала его ещё со школы, то решила бы именно так.

- Эльф, знакомься, это моя старшая сестра Алёна. Вредная просто жуть, но всегда выручит, когда нужно, а и ещё... Она очень любит командовать, поэтому просто делай, как она говорит. — улыбается мне подбадривающие и чуть толкает вперёд.

- Алька, вручаю тебе в заботливые ручки, нужно сделать из этого гномика, прекрасного зимнего эльфа. У вас минут тридцать от силы, — смотрит на наручные часы и прикидывает время. - Дольше удержать лавину, под названием «мама» не смогу.

- Ну, вообще-то, ты сам виноват, — берёт меня за руку и тянет за собой, параллельно смотря на брата и общаясь с ним. - Как можно было сбежать под вечер и где-то пропадать столько времени? Я, между прочим, тоже волновалась, мог бы и ответить хотя бы на один из моих звонков. — хмурит лицо, пытаясь сделать его грозным, но как итог, она стала ещё более милой. Вряд ли это подействует на него. Бросаю мимолётный взгляд на Артёма, перед тем как меня совсем не утащили вверх по лестнице, и так оно и есть, он провожает нас с милой такой улыбочкой, ещё и подмигнул мне.

- Ну теперь, конечно, понятно куда он пропал, точнее, из-за кого,— заводит меня в спальню, похоже, в свою. Попутно ворчит и преступает сразу к делу. Начинает меня рассматривать, постукивая указательным пальцем по подбородку и задумчиво тянет:

- А у эльфа есть имя? — задорно улыбается и, похоже, пытается сделать так, чтоб я расслабилась. А я не могу.

- Вася...Василиса. — говорю от чего-то неуверенно, как будто перед своей мачехой стою.

- Погоди-ка, а не ты ли та самая Вася, что лишила моего брата покоя ещё в школе?

Удивлённо приподнимает брови и теперь смотрит пытливо. Мне даже немного не по себе становится. Кого я там покоя лишила?

Похоже, на моём лице отразилась вся гамма чувств, от удивления до возмущения. Потому что Алёна начинает смеяться и уходит в гардеробную комнату, подыскивать мне что-нибудь.

- Так вот почему на самом деле вернулся мой братишка из-за границы! Во всём виновата миленькая девушка, которая доставала его в школе.

- Это я его доставала? — всё же не выдержала и задала вопрос. Так вот что он обо мне родителям рассказывал.

- Конечно. — выглядывает из комнаты и улыбается мне, убедившись, что стою всё ещё удивлённой и на месте, снова скрывается. - Как он перешёл в новую школу, через полгода, Арта как будто подменили. Мы с мамой думали дело в переходном возрасте, а потом узнали, что его достаёт одна девчонка. Ну подумали, сам разберётся, ближе к девятому классу, стал жаловаться, что ещё теперь и в мысли его проникла и не вылазает. Ух, как ты его бесила, — снова слышу звонкий смех.

 Её это явно веселит. А меня всё больше удивляет. Я ещё виновата, оказывается, что он думал обо мне. Он, между прочим, тоже поселился в моих мыслях, особенно в девятом классе, потому что я переживала каждый день, что ещё может выкинуть этот несносный мальчишка, как мне не заплакать и отбиваться от него. Как на поле боя каждый день. Даже перед зеркалом репетировала.

- А потом, когда родителям из-за бизнеса нужно было переехать в Англию, естественно, забрали Артёма собой, там и школу закончил и в вуз поступил. Только родители вернулись, а он из-за вуза остался. И мы все уже думали, что всё, с Европы он точно не вернётся. А нет...

Выходит из гардеробной и выносит пышное платье. Выкладывает его на кровать.

- Он прилетел и не ради того, чтоб с родными Новый год отметить, а за своей головной болью, которая ещё со школы не хотела уходить. И, похоже, настроен решительно. Удивлена. Не забыл...— загадочно протянула.

Алёна

(10 декабря, 9 класс Артёма)

Поднимаюсь в свою комнату и уже на лестнице слышу шум, что-то с треском разбивается. Бегу на шум и влетаю, как вихрь, в комнату братишки. В этот самый момент он кидает маленькую колонку со своего письменного стола об стену.

- Атрем, ты что делаешь?!

Не узнаю брата, он никогда спокойствием не отличался, но и такого не творил.

- Я не уеду!

Берёт свой портфель, что валялся у двери, и теперь бросает его.

- Что?!

Подбегаю всё же к нему и пытаюсь развернуть его к себе. А это задачка уже не из лёгких, у нас четыре года разницы, а он больше меня уже чуть ли не в два раза. Но он поддаётся и поворачивается ко мне, а потом тут же падает спиной на кровать.

- Что значит ты не поедешь? Почему? - Ничего не понимаю.

Родители собрались в Англию, налаживать бизнес, будут там не меньше двух лет, решили забрать Артёма собой, там и школа лучше и поступит потом, куда захочет. Я уже учусь в Университете, поэтому решила остаться, мне здесь нравится. Но со мной всё понятно. А вот что с братишкой? Мы думали, он будет рад, ведь постоянно бывает не в духе после школы. А тут и смена обстановки и, возможно, ему легче будет.

- Не могу я уехать, — тяжело вздыхает и закрывает лицо локтем.

Уже чуть ли не нависаю над ним и пытаюсь посмотреть в лицо. Ну и лапищу отрастил, ничего не видно. Сажусь рядом и поднимаю руку, поглядывая на него из-под неё.

- Дело в девочке?

Решила предположить я. Помню, что там есть какая-то Василиса, с которой он постоянно ссорится. Она его прям бесит. А может здесь дело не просто в неприязни? Вдруг стало до меня доходить.

Он тяжело сглатывает и садиться, смотрит на свои руки, что нервно потирает за костяшки.

- Алька, я, похоже, только что осознал, что не хотел себе признавать все эти годы, — невесело усмехается и так и не смотрит на меня.

Значит, всё-таки дело в девочке. Странно, я привыкла видеть его маленьким мальчишкой, который творит пакости и может попадать в неприятности, но чтоб страдал от любви, это что-то новенькое. Похоже, мальчик вырос, а мы с родителями и не заметили.

- Алён, она мне нравится, похоже...— проводит рукой по волосам, зачёсывая их назад, но непослушная чёлка падает сразу обратно.

- Знаешь, — вздыхаю подобно ему, — раз сомневаешься, то нужно ещё проверить, может, просто ты привык, что эта девчонка тебя постоянно достаёт, а проверить чувства, как раз поможет расстояние.

Арт не рассказывал подробности никогда их ссор и в чём вообще причина, но мы с мамой уже привыкли и знали, что если пришёл без настроения, дело не в оценках и учёбе, а поссорился снова с Василисой. Уж имя мы её хорошо запомнили. Хотя он её всегда по-разному называет, то чебуреком, то гномом. Забавно, если честно.

- Ты меня только путаешь, — резко встаёт и отходит, — Я тебе говорю, что я, похоже, это только сейчас понял, а ты мне уже про проверку чувств и расстояния.

Хочу уже ему ответить, но он успевает первым:

- Сам разберусь. Ты вон до сих пор со своими чувствами не определилась.

Открываю и закрываю рот. Ну он в чём-то прав. Советчик насчёт такого я так себе.

- А в Лондон-то поедешь?! - кричу уже его удаляющейся спине.

- Да! И это... — останавливается на середине лестницы, — ты маме не говори, что я комнату разнёс, всё уберу, как вернусь.

Василиса.

 Замечаю, как Алёна как будто возвращается из воспоминаний, что на неё нахлынули. Но это почти незаметно, ведь девушка, всё это время поправляла юбку.

Её слова смущают и вгоняют в краску, думаю, её не туда понесло. И вернулся он точно не из-за меня, хотя мне до сих пор непонятен его поступок. Ничего ей не отвечаю, я слишком растеряна от её слов.

Подхожу, чтоб посмотреть.

Всевозможные цвета голубого и синего открылись моему взору.

- Как красиво, — почти с придыханием проговорила и коснулась пальчиками пышной юбки.

- Да, я его ни разу не надевала. Мне синий не идёт.

Мне кажется, она на себя наговаривает, такой блондинке подойдёт всё.

Но молча соглашаюсь. Следую совету Артёма.

- А вообще, это именно васильковый оттенок, так что...

Поднимает платье и прикладывает ко мне.

- Васильку, васильковое платье. Давай надевай и будем быстренько делать мейк и причёску, а то мы так не успеем никуда.

Алёна очень нравится мне. Она весёлая и жизнерадостная, а ещё такая лёгкая на общение. Пока помогала мне собираться, успела меня разговорить. Мы с ней обсудили почти всё, но больше всего университет, учёбу и её парней. И, конечно, за такой красавицей ухаживает не один парень, а она всё не может определиться, кто ей нравится больше.

- Ну вот знаешь, у Макса есть харизма, хулиганство, а ещё он такой прям мачо, а у Антона аристократизм, умеет красиво ухаживать и даже немного романтик. Как выбрать, скажи?

Похоже, парни у неё больная тема. Я, к сожалению, с этим помочь ей не могу. У меня не было отношений. В школе благодаря Артёму, меня все шугались или дразнили вместе с ним, а после того когда он ушёл, издёвки прекратились, но вот с кем-то встречаться, так и не стала, да и парни меня как будто стороной обходили. А в универе я всего четыре месяца, есть прогресс с противоположным полом, но я не тороплюсь.

- О-о-о, с таким вопросом точно не ко мне, — смеюсь я от её выжидательного взгляда.

- Почему? У тебя есть один-единственный...а хотя погоди, это мой брат, да? — прекращает застёгивать на мне платье и тут же встаёт напротив.

- Что?! Нет, конечно, твой брат, не в обиду будет сказано, но он последний парень на земле, с которым, я бы стала встречаться, — смеюсь её предположению.

- Но ты ведь сейчас здесь, — уже без юмора в голосе озвучивает основной аргумент и факт.

И я замираю. Осознавая этот момент. Алёна не задавала ни одного вопроса, почему я здесь, почему меня привёз её брат и что между нами. Она вообще никак не коснулась этой темы и почему меня сейчас нужно наряжать даже. Но и не утверждала, что я с Артёмом или его девушка. Просто приняла тот факт, что её брат обратился за помощью и она её оказала. Не задавая лишних вопросов и не влезая в ситуацию. Удивительные у них отношения. Как настоящая сестра, просто помогла, раз надо. Но ей всё же любопытно.

Мои мысли утекли в ту сторону одного вопроса, почему я здесь? Почему доверилась Артёму и пошла, почему всё же даю себя наряжать и соглашаюсь на всё. Потому что хочу быть нужной в такой день? Не хочу проводить Новый год на улице и готова доверится даже своему школьному кошмару? Наверняка именно это.

- Девочки! Пожалуйста, скажите, что вы готовы, и мы можем ехать, иначе мама меня на британский флаг порвёт, — страдальчески тянет Артём и заходит в комнату. Его лицо из уставшего и замученного, сменяется чуть ли не на каменное.

Милый дом Алены.

Артём

(15 декабря, 9 класс)

Наблюдаю за ней все эти дни. Я ни разу не задел её ничем и даже, как обычно, не дразнил. Хотел посмотреть, заметит ли. И в итоге встретился снова с игорном. Причём полным. Такое ощущение, что если я её никак не буду задевать или мелькать перед ней, то меня для неё, не существует. Она даже ни разу не поздоровалась со мной. И за всё время я удосужился лишь её взгляда. И то только потому, что задел её рукой, когда заходили в класс. И она с такой лютой ненавистью на меня посмотрела, что у горла стал ком. Ещё вчера бы, я улыбнулся и по венам потекло радостное удовлетворение, что я вижу это в её глазах, но сейчас, будто меня ударили хлёсткой пощёчиной. И я до сих пор слышу шум от неё и чувствую боль. Потому что понял, почему так стремился её задеть, зачем мне были так необходимы её эмоции. Пусть даже ненависть, но только не безразличие.

«Василиса, я здесь!» — Вот что я ей кричал. А ни она, ни я, не поняли этого. Да и как? Что за тупой метод я выбрал? Даже то, что я был ребёнком ещё два года назад, меня не оправдывает. А теперь я не знаю, как это исправить. Ещё эта поездка в Лондон.

Как я оставлю своего эльфа? Мне кажется, что и дня не выдержу. А во всём виноваты по сути её чёртовы чулки. Вот зачем она их надела? Я всё равно тогда всего этого не понимал, и уехать мне было бы проще. А как увидел, и впервые к ней так прикоснулся, как к чему-то мне дорогому, драгоценному. Боялся, она почувствует, как у меня чуть ли рука не задрожала, от выплеска эмоций и тех чувств, что нахлынули. Как в голову выстрел. Бам! И всё, передо мной, не гномик, не чебурек, а милая девушка, которую я только в мыслях называл эльфом. Ни разу я не произнёс это прозвище, что дал ей в первую нашу встречу, вслух. Только в своей голове, только во снах. Боялся, что если скажу, она станет для меня чем-то большим... и всё равно стала. Только правда, она об этом не знает, и сейчас, даже стоя у доски и решая пример, я знаю, что она чувствует мой взгляд. Она всегда его ощущает, научился понимать, по ее рукам и спине. Как только я смотрю на неё, она начинает выпрямлять её, а руки немного дрожат. И такая реакция всегда. Только теперь мне стало интересно, а от страха ли это действие или, может, она тоже немного волнуется, может, испытывает трепет и ей нравится мой взгляд? Но за дни понял, что нет. Она меня ненавидит. Да и что я ожидал, что она так же, как и я, вдруг поймёт, что у неё не только ненависть ко мне. Учитывая, как мы ссорились и всегда старались друг другу сделать гадость. Только я, чтоб получить хоть крупинку её внимания, а она чтоб защитится от меня.

Боже! Какой же я идиот. Готов сам себе морду набить.

- Вася, я хочу в магаз сбегать, тебе что-нибудь купить?

- Нет, я в столовку пойду и там тебя подожду.

Она сидит впереди меня, и я слышу их разговор с подругой. И я знаю, чтобы я сделал раньше. Пошёл бы в столовую и испортил ей обед. Любым способом. А сейчас мне хочется, чтоб она повернулась и просто улыбнулась мне, а я бы купил ей этот чёртов обед, да хоть всю столовую.

Иду за ней, словно тень, и специально захожу одновременно с ней в дверной проём. Учитывая, что я очень крупный, мы по-любому с ней соприкасаемся. А приложи чуть больше усилий и застрянем. Что я и делаю, ещё и ногу выставляю, чтоб она наверняка не проскользнула. Она оказывается чуть ли не в моих объятьях.

 Наслаждение! Вдыхаю её запах волос, она всегда пахнет какими-то цветами. Больше похожие на полевые, такой тонкий, почти неуловимый запах как лёгкий ветерок.

- Власов, какого чёрта? — шипит на меня змеёй и вскидывает взгляд.

Выглядит как грозный хомячок, хочется даже улыбнуться на эту умилительную картинку. Я думал, что мне будут нравятся, девушки исключительно длинноногие  и высокие. Учитывая мой рост, могу позволить себе хоть самую высокую на каблуках. Но как встретил этого гномика, так понял, что мне нравится смотреть на неё с высоты, знать, что я могу её поднять и нести так очень долго. Хорошо помню тот момент, когда закинул ее на плечо и закапал в сугробе, был жесток и не стоило этого делать. Но тогда она меня сильно взбесила, болели, правда, оба, почти неделю. Но пока нёс, ловил такой кайф, что еле удержался, чтоб не шлёпнуть её по аппетитному месту. Может она и маленькая, но этот девятый класс, она, видимо, решила проверить мои мужские инстинкты на прочность. С первого сентября начала носить всякие юбочки, сарафанчики, платьица, обтягивающие блузочки. Ещё и каблуки. Я думал, моему эльфу плевать на эту часть женской обуви, но как оказалось, что нет. В тот день еле челюсть подобрал и слюной чуть не подавился. Ну нельзя же так?! И чем больше я её называл бесформенной куклой, доской и мальчишкой, тем больше она наряжалась. Ещё и округлилась где надо за это лето. Готов всем пацанам глаза повкалывать, чтоб прекращали глазеть. Пришлось всем объяснять, чтоб даже не думали, а уж руками точно трогать нельзя. Это только моё. Правда, ржали надо мной долго, но пофигу, главное я добился того, чего хотел. Она продолжала одеваться всё сексуальней, будто не замечала и так направленные на неё взгляды.

 Стервочка.

И вот здесь начались мои мучения: сны, мысли, желание, всё только о ней, ради неё. Даже пусть смотрит волком и жалит своим жалом, лишь бы смотрела, лишь бы говорила со мной, лишь бы коснулась.

- Похоже, у кого-то попа в проём не влазит, — говорю чуть ли не со скрипом в зубах, потому что понимаю, насколько это тупо, но не могу удержаться.

- Это похоже у кого-то толстые бёдра. Да убери ты уже ногу! — пытается оттолкнуть её своими ручками. И от её касаний мурашки побежали, готов завыть голодным волком. Вот так всегда. Я её довожу, а потом кайфую.

- Мы вход закрываем, — выдыхает мой эльф и сдувает прядку с лица от усилий, аж немного взлохматилась. Хочется потрепать ее по волосам, но если это сделаю, то не остановлюсь, снова захочу провести рукой по её шеи. Поэтому держусь как могу, убирая руки в карманы.

- Да? — осматриваюсь по сторонам притворно. - Я что-то не вижу желающих пройти, — лениво отвечаю, но вру, все смотрят и ждут. Никто не рискнёт вмешиваться, даже если надо срочно кому-то в туалет. Все знают, что башку откручу потом. Пацаны давно уяснили, что это только моя игрушка, а девчонки тупо бояться. Я могу быть ужасно грубым, что расплачется любая, от одного моего слова.

Эльф рычит от безысходности, и я все же не сдерживаю улыбку. Забавная, зацеловал бы.

Теперь, когда полностью осознал свои чувства и с горем пополам, но принял их. Мне стало так хорошо, что хочется порхать, кажется, камень в груди раскололся и стало легко дышать. Теперь все её фырканья воспринимается как что-то милое. Капе-е-ец, я влип!

- Власов, что тебе надо то от меня? Может, уберёшь все же свою ляжку. Я есть хочу! — поднимает на меня свои карие глаза.

Всё! Не могу сдержаться. Перезаряжаем обойму. Сейчас был выстрел в сердце.

Склонясь к ней так, чтобы наши лица разделало всего несколько сантиметров. Вижу, как она теряется и в глазах неприкрытая паника. Как грудь стала вздыматься часто-часто. Я волную её. И от этого открытие, по венам бежит адреналин.

- А что мне за это будет? — выгибаю бровь, привычка, но её это отвлекло, так как она, кажется, застыла.

- Что?!

Похоже, перестарался, так и в обморок упадёт. Совсем девчонка от меня такого не ожидала. Да, понимаю, я сам от себя вообще всего этого не ожидал. Снежный эльф, я влюблён в тебя, и, похоже, тебе надо к такому привыкнуть.

- Ну ты же хочешь, чтоб я выпустил тебя. Так что готова сделать за это?

- Ну да, конечно, а я уже подумала... куда это Власов свою сволочную натуру подевал.

Скрещивает руки на груди и, похоже, приходит к неправильным выводам. Что же ты там надумала, Василиса?

 - Поцелуй. И я тебя отпущу.

- Что?! - чуть не упала на меня от шока. Это она точно не ожидала от меня.

- Власов, ты головой нигде не бился? Это ведь Я. Вася с внешностью мальчика.

Указывает на себя, и у меня невольно падает взгляд на её вырез в блузке. Ну вот зачем искушаешь?

- Звёзды быстрей с небес падать начнут, чем я тебя поцелую, - резко с чего-то разозлилась она и толкает так, что я от неожиданности, все же убираю ногу. Стало теперь еще больше любопытно, какие же выводы в ее милой головке, так разозлили. Но одно я сейчас усвоил точно. Она мне не верит, и вряд ли я могу пока это исправить.

Смотрю на удаляющуюся фигурку, которая даже не оборачивается. И понимаю, что я уеду. Оставлю её в покое. Она действительно ненавидит меня. И вряд ли увидит во мне парня.

- Наверно нам нужно время, Эльф.

Мне, чтоб я больше разобрался в своих желаниях и чувствах, возможно, Аля права, и время покажет, насколько я влюблён. А ей, чтоб забыть обиды. И увидеть меня наконец. И так я меньше допущу ещё ошибок. Боюсь, что по привычке буду её донимать, потому что снова безразличия не выдержу.

Василиса.

- А мы готовы, мне только пять минут дайте, я переоденусь, но своего снежного эльфа можешь забирать уже.

Убегает снова в гардеробную, оставляя нас почти наедине. Меня начинает смущать его взгляд, мне вообще кажется, что Артем не моргает и не дышит. Совершенно не могу, понять его реакцию.

- Тебе не нравится? - осторожно задаю вопрос и делаю один круг вокруг своей оси. Больше, чтоб убрать неловкость и хоть как-то разрядить нависающую над нами тишину.

Артём сглатывает и отмирает.

- Тебе помочь надеть? — берёт с кровати серую меховую шубку, что для меня приготовила Алёна к этому платью, и раскрывает, предлагая мне только просунуть рукава.

Подхожу ближе к нему и поворачиваюсь спиной. Слышу его тяжёлое дыхание и ощущаю лёгкое волнение.

- Ты очень красивая...— говорит тихо, мне в волосы. Если бы я была выше, то наверно ощутила его дыхание на шее и наверно смутилась еще сильней, чем сейчас, но я действительно, очень маленькая и, поднимая взгляд, вижу нас в отражении зеркала. Кажется, будто Артём огромный Серый Волк, а я тот самый маленький гномик.

Но мне так нравится, как мы сейчас смотримся. Красивый высокий парень в белой рубашке, небрежно с закатанными рукавами и в чёрных классических брюках. Он всегда делал так с рукавом рубашки, даже в школе, помню, ходил исключительно так, и когда было холодно. Казалось, он никогда не мёрз.

- Ты что решил выбесить маму ещё сильней?

Задет вопрос его вернувшаяся внезапно для меня сестра, и, похоже, не только для меня, так как он отмирает и отводит взгляд от зеркала, что мы оба только что уставились.

- С чего ты решила? - говорит он и начинает выходить из комнаты, а мы направляемся за ним.

- Почему не надел тот самый костюм адъютанта восемнадцатого века, что мама для тебя приготовила? - слышу нотки злости в ее голосе, похоже, кто-то решил побесить брата.

- Я не надену это.

Коротко сообщает он и берёт по дороге с кресла жилетку и пиджак. Со стола ещё развязанную бабочку и просто накидывает её на шею, даже не удосужившись завязать.

- Давай завяжу.

Подходит к нему сестра с твёрдым намереньем помочь, но он ловко уворачивается, и она лишь успевает задеть его ворот рубашки рукой. Если бы я попыталась ему также сделать, то даже бы до ворота так просто не достала. Ему точно нужна высокая девушка иначе такая, как я, даже бабочку ему не завяжет без стульчика или лестницы. Вот же вымахал, шкаф.

- Эй!

- Идёмте уже, опаздываем. - И с усмешкой выходит из дома.

А я резко торможу в коридоре. До меня доходит, что я в своих уггах и как я их надену под это платье? Прям вандализм над платьем будет.