Змей Искуситель. Искупление

Услышав странный шорох в гостиной, она улыбнулась. Конечно, первичная реакция никуда не делась — вздрогнула, но смогла успокоиться. Ей больше нечего бояться. Не здесь и не сейчас. Муж обещал вернуться в канун Рождества, но похоже ему удалось решить рабочие вопросы чуть раньше.

Спустя несколько минут ожидания улыбка медленно сползла с ее лица. Шорохи затихли, а в гостиной так никто и не появился.

Безотчетный страх сковал горло. Наплевав на доводы рассудка и логику, она метнулась в сторону детских спален.

Все произошло слишком быстро. Она даже не успела среагировать и понять, как нападавший материализовался в гостиной. Кто-то высокий и очень сильный прижал ее к себе и закрыл рот рукой в кожаной перчатке.

— Вот и попалась. Думала, сможешь от меня спрятаться?

До боли знакомый голос шевельнул ее волосы возле уха, посылая волну мурашек. Пока она пыталась совладать со своим дыханием и паникой, он ловким движением отвел ее руки назад и сцепил наручниками. Холодный металл обжег запястья.

— Что ты делаешь? — она все же попыталась вырваться и дернуться, но это уже не имело смысла. Похититель закинул ее к себе на плечо. — Я закричу!

— Тебя никто не услышит, — холодно предупредил он.

Тяжело соображать вниз головой, когда твои руки в наручниках, а ноги крепко держат мужские руки. Халат трусливо сполз с ее тела, оставив ее ягодицы в интересном виде.

Зайдя с ней в лифт, похититель заботливо прикрыл ее обнажившуюся филейную часть.

— Ты собрался похитить меня зимой в одном халате?

Она задала странный вопрос. Очевидно же, что злоумышленник не будет ждать, пока она оденется и приведет себя в порядок.

Молчит.

На подземной парковке кто-то их встретил и передал какие-то ключи. Значит, у него есть сообщники.

— Пусти меня! — она все-таки закричала. За что получила смачный шлепок по ягодицам. Опешила от шока. Такого она точно не ожидала.

Открылась дверь машины и ее бросили лицом на заднее сиденье. Стоило подняться, как на глазах оказалась черная повязка.

С нее сорвали халат с треском, оставив лишь в нижнем белье. Остатками халата связали брыкающиеся ноги. Ну и силы у этого верзилы!

— Попробуй что-нибудь выкинуть и отправишься в багажник, — предупредил похититель.

В багажник зимой в обнаженном виде она точно не хотела. Она услышала смешок позади себя. Противный.

Все же удалось его пнуть. Он выругался и захлопнул дверь.

— Куда ты меня везешь? — скрючившись в позе червяка спросила она.

— Будешь задавать вопросы и разговаривать, завяжу не только глаза.

Опять угроза.

Он включил музыку достаточно громко и отправился в путь.

Она стала подпевать, фальшивя. Похититель резко затормозил.

Остаток пути она провела с липкой лентой на губах.

— Ты теперь живешь здесь?

Джон открыл глаза, не сразу сообразив, где он находится и кто перед ним. Так, он лежит на диване у себя в кабинете.

Он почти всю ночь не спал. Даже не стал возвращаться домой. Знал, что не уснет там без Натали. Тревожные мысли не давали покоя. Радует, что Натали с дочками в неприступном особняке Лагранжей, где де Сантисы до них не доберутся.

Перед ним возникла фигура Марка.

Джон сел, спустив ноги с дивана на пол. Шея затекла. Он поморщился от зарождающейся головной боли. Смех смехом, а возраст подкрадывался к сорока и надо бы прекратить заниматься стрельбой, погонями и мафией. Прекратить это можно только свернув головы его брату и отцу.

— Поздно освободился. Не было смысла ехать домой, — зачем-то оправдался Джон. — Есть новости?

— Есть. И они тебе не понравятся, — Марк рухнул в кресло напротив Джона. — Твой отец…

— Нет у меня отца, — отрезал Джон. — Что с де Сантисом?

— Он исчез.

Джон уставился на побледневшее лицо Марка, борясь с желанием выкинуть его с окна небоскреба. Жаль будет его дочь. Останется ведь без отца. Подавив в себе кровожадный порыв, он спросил:

— Как это произошло? Ты же полностью поменял охрану дома. А Ванесса? Серена?

— Ванесса уверяет, что заснула с Тео в одной кровати. Утром его рядом не было. Серена осталась в доме вместе с мужем.

Джон размял шею. Боль в висках немного затихла.

Телефон на журнальном столике засветился от входящего сообщения. Взяв его, Джон увидел сообщение от Натали.

“Это утро могло быть добрым, если бы ты остался. Надеюсь, вечер будет добрее”.

Он прикрыл на мгновение глаза и снова окунулся в ночной кошмар. Его Натали без сознания и истекает кровью. Рид дает четкие инструкции парамедикам, пока они кладут ее на носилки.

Джон мысленно ругался. Отборно и сочно. Из-под земли достанет обоих де Сантисов.

— Перевези Серену и Ванессу в Нью-Йорк, чтобы они были у нас на виду.

— А Шеппард?

— Да насрать мне на него! Хочет — пусть там остается. Вообще какого черта он на ней женился?

Ему нужно успокоиться. А потом посадить Ройса к себе в машину и найти этих двух ублюдков.

Лицо Марка застыло. Без каких-либо эмоций. Джон вообще всегда в любой ситуации оставался хладнокровным и собранным. Но когда дело касалось Натали, он готов зубами в горло вцепиться любому, кто задает много вопросов.

— Я узнаю, — пообещал Марк.

— Поедем в особняк де Сантисов вместе, — немного спокойнее сказал Джон. Встал и широкими шагами прошел до двери в кабинет, чтобы попросить Керри отменить все встречи на сегодня, но опешил, увидев Рида на пороге.

— Найдется минутка? — друг выглядел не лучше него. Тоже весь помятый и тревожный. Не спал.

Джон впустил его. Рид поздоровался с Марком и попросил его оставить с Джоном наедине.

— Мог бы просто позвонить, — Джон пригласил сесть в кресло. — Кофе будешь?

— Боюсь, понадобится что покрепче.

Джон ненавидел подобные прелюдии в разговорах.

— Я бы пригласил тебя в больницу, но ждать не было сил. Знал, что ты сидишь в этой Темной башне, — вспомнил Стивена Кинга Рид.

— Натали называет этот офис Башней Мордора, — немного повеселел Джон.

— Я знаком с Натали два дня, а уже ее обожаю. Потрясающая женщина, — Рид устало провел рукой по лицу.

Джон все же попросил Керри принести им кофе.

Рид вернулся к теме спустя несколько минут, когда секретарша принесла кофе и покинула кабинет.

— Джон, ты хорошо знаешь Натали?

— Странный вопрос. Конечно, — Джон отпил глоток горячего напитка и почувствовал вкус к жизни. То ли от мыслей о своей невесте, то ли от кофе. А может это солнечный свет так влияет? Новый день давал надежду.

— Я не имею права этого говорить. Но ты мой друг, а она указала тебя, как человека, которого наша клиника может информировать об ее здоровье. Так что формально я не нарушаю никаких клятв, хоть мне и не по себе от этого.

Джон нахмурился. Слова друга не предвещали ничего хорошего.

— Говори.

— Линда поделилась со мной очень неприятными подробностями. Десять лет назад она проходила практику в одной частной клинике, куда обратилась девушка после группового изнасилования. Этой девушкой была Натали.

Эта тема тут же вернула мысли об убийстве. Причина номер один, по которой Чезаре де Сантис не имеет права ходить по этой земле.

— Я знаю, что с ней произошло и кто в этом виновен. Спасибо, что как друг проявляешь заботу обо мне и моей невесте, — Джон тяжело вздохнул и снова выпил кофе.

— Хорошо, что она не скрыла тяжелое прошлое от тебя.

Это было бы невозможно скрыть. Джон скрипнул зубами, вспомнив, как она шарахалась от него первое время. Агония, в которой он находился до того, как заполучил ее в своей постели, едва не свела его с ума.

— Ты лично финансируешь мой фонд по борьбе с сексуальным и домашним насилием. И ты прекрасно знаешь, что я участвую в научной деятельности по этой теме. Недавно познакомился с одним любопытным исследованием о последствиях физического насилия у беременных.

Вот это вообще не понравилось Джону.

Утро ни черта не доброе.

— Меня на эти мысли натолкнула Линда. Натали чересчур хорошо чувствует шевеления, а на осмотре вела себя очень странно. Даже пол ребенка отказалась смотреть. И сразу же отмела предложение о психологе, хотя он ей безусловно нужен.

— Рид, или ты говоришь, что происходит с Натали, или я пойду заниматься своими делами, — пригрозил Джон, допивая кофе.

— Натали сейчас — твое основное дело! Как ты не понимаешь? — взорвался Рид, что вообще не похоже на него. — Вы планировали ребенка?

— Нет… я не знал, что моя операция не поможет.

— Я рад, что отказал тебе в услугах клиники и ты обратился к рукожопу.

— Так, давай не начинай, — Джон вспомнил, как Рид на него ругался из-за идеи сделать вазэктомию. Это был глупый порыв. Если бы операция прошла успешно, он бы безумно жалел об этом до конца жизни. Оказывается, ничто не сравнится с эмоциями и счастьем, когда ты знаешь, что твой ребенок растет в животе любимой женщины.

— Хорошо. Хотя нет. Плохо. Дерьмово я бы сказал, — Рид встал. Без пиджака и галстука в помятой рубашке. С бейджиком врача на груди. Похоже, сразу метнулся из клиники к нему. — Все изменения в своем теле Натали на подсознании воспринимает и будет воспринимать как физическое насилие. Больше всего я боюсь родов и послеродовой депрессии.

— Рид, не знаю, что за исследования ты изучал, но это звучит как бред. Натали рада своей беременности и счастлива.

Это правда. Видел много раз, как она гладит живот и разговаривает с их малышом.

— Я говорю — на подсознании. У таких женщин даже с планируемой и желанной беременностью от любимых мужей происходит катастрофа в родах. Любые манипуляции и прикосновения Натали воспринимает как насилие. Во время родов ребенок будет причиной ее боли. А потом после родов она свяжет свое состояние с тобой. Я не предрекаю, я тебя предупреждаю. Ей нужен психотерапевт.

Джон слышал здравое зерно в словах Рида. Но голова сейчас забита тем, как предотвратить реальную угрозу жизни и здоровью его семьи. Со всем остальным можно разобраться позже.

— Есть еще одна проблема. Джон, пожалуйста, будь предельно внимательным. Я скажу это Натали в более мягкой форме, чтобы не расстраивать ее. Утром я просмотрел анализы…

— Что-то с ребенком? — у него чуть сердце не остановилось. Он не выдержит.

— С ребенком все хорошо. Пока что. Но угроза очень высокая. Она вчера от небольшого ранения кровью истекла. Ты это тоже заметил. Я еще поговорил вчера с мадам Катариной Лагранж. Есть наследственная предрасположенность, к сожалению. Мать Натали чуть не умерла в родах от сильного кровотечения. Она вела более размеренную жизнь, чем Натали, да и лаборатории не показывали таких точных данных, поэтому вскрылось все в последний момент. У Натали появились проблемы со свертываемостью крови. Это может привести к выкидышу или преждевременным родам. В лучшем случае.

Джон закрыл лицо руками. Этого он не ожидал. Рид не договорил, но в худшем случае Натали может умереть.