Золушка на космостанции

Космическая станция класса А.

Свет в резервном коридоре несколько раз моргнул перед тем, как все лампы последовательно зажглись. Я сделала пометку в отчете-проверки: выровнять на три секунды время включения первых ламп, чтобы избежать двойной загрузки системы.

Прошла вдоль недавно установленных панелей защиты и провела «ИТ-ом» (инструмент тестировщика) в швах скрепления. Прибор зафиксировал оптимальный уровень герметика и выше среднего степень защиты. Хорошо, очень хорошо, значит, когда поставят основные декор панели в коридоре, то его можно будет сдавать с пометкой «безопасно».

Мимо моих ног прошмыгнула белая ящерка с длинным и тонким хвостом.

— Ты опять решил составить мне компанию? — ласково проговорила, доставая из кармана горсть миндальных орехов.

Клим зацепился длинным хвостом за потолочную переборку и свесился головой вниз. Протянул ко мне когтистые лапки и заграбастал все орешки с ладони.

— Ты хорошая, — пробубнило это чудо, — у тебя есть орехи.

Клим — биомеханический робот, созданный специально как животное-антистресс при дальних перелётах и длительных контрактах рабочих на кораблях и космостанциях. И орехи для пропитания ему не нужны, только зарядка батареи, но Клим их искренне любил.

А ещё, насколько я знаю, это первое существо, которое говорит. Обычно роботы-антистресс молчаливы, максимум, могут издавать некоторые звуки наподобие земных животных, которые исчезли вместе гибелью планеты Земля. Кроме кошек, разумеется, их спасли яхмосы.

— На сегодня закончили, — сказала я Климу. — Прогуляемся до конца и осмотрим спальные каюты. Датчики зафиксировали повышение уровня шума. Если всё в норме, то сдадим этот коридор службе ремонта и пускай заканчивают.

Клим моргнул и пополз по потолку в указанном направлении. Отчего зверёк привязался ко мне — не понятно, так же я не знала, кто его хозяин. А он должен быть, иначе как бы Клим появился на борту строящейся космостанции.

Я приложила черный ключ-карту к панели, и дверь-перегородка бесшумно отъехала в сторону. В отсеке спальных кают царил полумрак. Коридор делал плавный поворот направо за счет кольцевой части станции. С одной стороны — четыре двери жилых отсеков, с другой — стена, отделяющая нас от холодного космоса.

Датчик упорно показывал наличие шума в четвертой каюте. Очень странно. Этот отсек ещё не сдали как «готовый». Неужели нарушена целостность? Теперь придется проверить его сверху донизу, пока не найду причину. А ещё же идти в утилизационный центр и следить за переработкой. Вчера, буквально, один шкаф вышел из строя, инженер его подключил, но протокол тестирования повесили на меня. А на кого же ещё? Никто, кроме меня, и не согласится сидеть, грубо говоря, на помойке и следить как перерабатывается мусор работников космостанции.

Клим повис на двери и внимательно на меня посмотрел. Я взяла ключ-карту и немного подождала, набираясь смелость. А вдруг и правда нарушена целостность? А датчики не фиксируют утечку кислорода. Мало ли.

Зажмурившись, провела ключом — дверь отъехала почти бесшумно. Внутри помещения свет не включился автоматически — датчики ещё не подключили. Только через окно пробивалось скудное освещение со стороны резервного помещения.

Шум раздавался сбоку от входа, и я увидела только мельтешащие темные силуэты и… «Оу!» — я наконец-то поняла, что тут происходит, и решила тихонько выйти, чтобы не мешать влюбленным.

— Алим, кто-то вошел, — услышала я женский шепот.

Я застыла на месте и потянулась к ручному выключателю освещения. Мне нужно было убедиться, что я не ослышалась… Алим — мой парень.

Яркий свет, из-за отсутствия защитных панелей на лампах, резанул вспышкой и перед глазами на мгновение запрыгали светлые пятна. Зажмурилась, чтобы переждать, пока глаза привыкнут. Я слышала только шум, и шелестение нанопростыней.

— Илана, что ты тут делаешь? — заявляет Алим.

Открываю глаза и вижу. Он стоит уже в штанах и ботинках. Красивый, зараза! Широкие плечи, узкая талия, накаченные ноги. Кожа смуглая и гладкая. Глаза зеленые, немного раскосые, губы — полные и чувственные… Сердце рухнуло куда-то в пропасть, и разлетелось на осколки. А сколько же он мне обещал! Он был лучиком света в этой кромешной тьме бесконечного выживания.

Она… Нет, не желаю даже рассматривать, на кого меня променяли. Она прикрывается простыней и отступает на шаг. В глазах — паника и непонимание. Да ладно, неужели не знала, что местная Золушка встречается с Алимом? Хотя этот гад мог найти её в другом секторе. На космической станции трудятся около пятисот граждан федерации. Не все же должны знать о нашем уже не романе.

— Обход, — пожимаю плечами, вспоминая, что не ответила на его вопрос. — Проверочное тестирование швов крепления панелей коридора. Ты должен был об этом знать, сам же подписал акт работы на сегодня.

О да, Алим был начальником тестировщиков. Они проверяли работу инженеров-строителей и проектировщиков. Я была в его команде, следила за мелкими протоколами, которые требовали лазить по грязным закоулкам… го сейчас не об этом.

Я огляделась. И краем глаза увидела форму девушки. Ну, разумеется, отдел администрирования. Никогда ничего тяжелее планшета в руках не держала. Висит, наверное, на коммуникаторе целый день и вежливо на звонки отвечает. Как банально. Естественно, она не знала о моём существовании, чем и воспользовался Алим.

Невольно отметила её изящный костюм с эмблемами. У меня были тяжелые гравитационные ботинки, мешковатый термозащитный серый комбинезон. А ещё защитные крупные очки, с датчиком на ухе, чтобы в любой момент трансформировать их в шлем. Мало ли, вдруг будет разгерметизация. Так никуда не улечу и не задохнусь, минут пять.

— Давай поговорим после, — предложил Алим.

Я качаю головой и отступаю назад. Не о чем разговаривать — и так все понятно. И неожиданно замечаю, как Клим нависает над девушкой. В руках горсть орехов.

— Получай, — верещит он и начинает кидать их в ей голову.

— Прекрати, — кричу ему в ответ и подбегаю к ним. Клим — робот! Он же не оценивает силу удара, а орехи грецкие, в скорлупе, где их только раздобыл, у меня же миндальные были, ненароком пробьет голову девушке.

Любовница, или уже любимая Алима, в общем, нынешняя пассия, визжит и пытается отмахнуться от нападающего Клима. Я тяну гадёныша, но он зацепился за перегородку. Девушка пытается спрятаться за мной. В пылу разборки, я наваливаюсь на окно, пытаясь сдержать нападение робота и со всей силы ударяюсь локтем о стекло.

Мгновенная боль прокатывается по нервам, я еле сдерживаюсь, чтобы не заорать. И тут слышу подозрительный треск. Мы втроём мгновенно замерли.

И молча наблюдали, как трещина разрастается в красивом узоре через всю площадь остекления. Миг, — и окно осыпается мелкой крошкой. Девушку уносит в резервное помещение. На ней не было гравитационных ботинок, в отличие от меня и Алима.

Клим победно хлопает лапками, болтаясь на хвосте туда-сюда. Я наблюдаю за красивым полетом голой девицы, держащей простыню. Ей не повезло вдвойне. Мало того, что резервное помещение размером со стадион, потому что тут должны будут ботаники вырастить лес, и почти все окна жилых и административных отсеков выходят на него. А сейчас время, когда все отдыхают и могут посмотреть представление. Так ещё здесь не подключили полную гравитацию. И первым же попавшимся потоком воздуха, девушку, словно пушинку, уносит в вентиляционное отверстие.

Занавес…

***Дорогие читатели!

История пишется в рамках космического литмоба

Больше историй вы найдете, нажав на баннер.

Приятного чтения!

Алим стоял на месте и даже не пошевелился. Его девушку унесло, а он не пикнул. Ладно, теперь это не моя забота. Я протянула руку, и Клим перебежал ко мне на плечо.

— Ты что натворила? — о, наконец-то наш горе любовник очнулся. — Как ты умудрилась сломать высокопрочный стеклопакет?

Мне кажется, даже Клим поперхнулся от услышанного. То есть, получается, его не смущает, что его новая девушка, сейчас бродит по вентиляционной шахте, прикрытая простыней. А там температура отличается от комфортной, застудит же себе все.

— Сообщи службе безопасности о происшествии, пока тебя не оштрафовали за бездействие, — напомнила ему и пошла на выход.

— Ты куда? — увязался он за мной. — Как мне вот это все объяснить? — указал на окно, точнее на его отсутствие.

— Оснащение спальной каюты не прошло проверку на безопасность, — предложила ему вариант.

Сделала несколько шагов вперед по коридору.

— Илана, — орет мне в след Алим.

Да сколько можно уже?! Он совсем не понимает, что натворил?

— Я твой начальник. Сейчас же остановись! Я тебя уволю.

Клим вытаскивает из моего кармана пару миндальных орешков, вздыхает, явно из-за того, что такими не пробьешь голову, и кидает их прямо в лоб Алиму.

Он сквернословит, трёт лоб, но наконец-то замолкает и уходит в каюту искать коммуникатор.

Мы с Климом стукнулись кулачками.

— Отличная работа, — похвалила его. — Иди отдыхай, теперь я справлюсь сама.

Он мне кивнул, перебрался на стену и дальше убежал по потолку в другое ответвление коридора. Да, Климу на космостанции раздолье. С учетом того, что его хозяин не контролирует перемещение биоробота.

Здесь всё было по-другому. Это не первая космостанция, на которой я работаю, но в этот раз мы строили на Дальнем рубеже. А сюда пока долетит приказ высшего руководства, вся власть поменяется.

В этом отдаленном месте федерации нашли несколько планет пригодных для жизни, и наши умники планировали их колонизировать. А для того, чтобы была бесперебойная поставка оборудования и материалов, требовалась космостанция. Как высаживать космические корабли на планеты, так чтобы не разориться, умники ещё не придумали.

Поэтому первым делом отстроили порт для стыковок, и доки — для ремонта и дозаправки. А потом — первое кольцо с жилыми помещения для строителей, тестировщиков, а уже далее — остальную часть космостанции.

В этом проекте во внешний вид внесли изменения. Теперь это по форме, грубо, не круг в круге, а шар в круге. Если жилая и рабочая зона раньше не делилась и разветвлений коридоров не было, и все гуляли по кругу, то теперь получился целый лабиринт из переходов и отдельная, в «шаре», рабочая зона.

Я притормозила и задумалась, о чем бы ещё повспоминать, лишь бы не думать, что произошло? И тут вспомнила, что меня ждёт тестирование работы утилизатора. Как это символично, рыдать на помойке о любви, которую растоптали.

Я свернула из строившегося жилого отсека в коридор ведущий в рабочую зону. Так мне сейчас предстоит пройти под взглядами всех, кто стал свидетелем происшествия. Впервые за всё время работы я перестану быть невидимкой. Какой кошмар!

Достала ключ-карту и… дверь открыли с другой стороны.

— Ты почему коммуникатор отключила? — на встречу мне вышел Сендер. — Меня отправили на твои поиски.

Темноволосый, кареглазый огромный шкаф из службы безопасности, именуемый моим братом, оттеснил меня обратно в коридор.

— Неужели Алим не разобрался? — я досадливо поморщилась, мне хотелось бы укрыться, спрятаться от всего и от души пореветь. Нервы уже на пределе были.

— Тебя вызывает начальник космостанции к себе в кабинет, — припечатывает брат. А я некрасиво открываю рот.

— Шутишь? — едва успеваю его закрыть, чтобы пробормотать что-нибудь в ответ.

— Нет, — он качает головой и подталкивает меня в другом направлении от того маршрута, что я избрала. В сектор «начальства», как мы его про себя называем.

— Меня-то зачем? Или там уже Алим? — допытывалась я.

Сендер — безопасник, должен больше об этом знать.

— Тебя, одну, лично вызвал к себе начальник космостанции, — повторяет брат, делая между словами многозначительные паузы. — Поторопись. Он ждать не любит.

— Иду-иду, — буркнула я. Даже переодеться не дают.

Сендер пропустил меня своей ключ-картой в административный сектор. И мы будто очутились в другом мире. Бесшовные серебристые панели на стенах, мягкий наноковер светло-голубого цвета под ногами. Освещение мягкое, линиями встроенное в потолок. Никаких переборок, выступов, всё красивое и блестящее. В отличие от другой части космостанции, где Климу нравится гулять — там есть за что зацепиться и куда спрятаться.

— Провожу тебя до кабинета, чтобы… — Сендер замолчал, подбирая слова.

Я недовольно задрала подбородок, что рассмотреть его. Он возвышался надо мной  заметно, я была ему где-то до груди. Черные волосы и глаза, широкий подбородок, немного квадратное лицо. Такая внешность грозного амбала помогла ему выжить в трущобах и защищать меня с нашим вторым братом.

Сендер — сводный. Его отец женился на моей матери, и на тот момент у него было два сына. Да, второй братец у нас самый умный, поэтому я с Сендером поднапряглись и отправили его учиться в летную академию.

Поначалу мы, естественно, не ладили. Но то было до того, как наш отец погиб в пожаре в трущобах на бедной отсталой планете, а мать серьезно из-за огня пострадала. Деваться было некуда, и мы сблизились как никогда. Выжить на планетах дальнего рубежа, ох, как не просто. Одна только надежда на дотации от федерации — рабочий или брачный контракты.

Сендер работал уже третий, заключительный год. А дома его ждала подруга, с которой у него брачный контракт. Это позволяло кормить две семьи. Плюс, я работала второй федеративный год, и этим оплачивала обучение брата. Ещё получала дотации на мать, но их оставляла полностью ей, потому что в трущобах нет работы.

— Ты как? — в итоге, выдал он.

— Нормально, — пожала плечами и отвернулась. Затем сняла очки-шлем, потому что голову сдавили они изрядно. — Хотелось бы пореветь, но дела, дела, — размяла кисти рук, чтобы не тряслись от волнения.

Сендер хмыкнул. И потянулся своей лапищей, чтобы взлохматить мне волосы, я увернулась отработанным до автоматизма движением за долгие годы жизни под одной крышей.

Всё случившиеся за сегодня собралось в огромный ком, и теперь я даже не знаю, что произойдет. Если начальник космостанции меня вызвал, чтобы уволить…

— Не переживай, — будто прочитал мои мысли Сендер. — Не первую станцию мы с ним строим. Он всегда нормально к работникам относился.

— Но никто пока не выкидывал никого из окна, — нервно хихикнула я, видать, скоро шок пройдет, и я разревусь. Хоть бы не в кабинете начальника.

— Зная тебя, мы с ребятами удивились, что в полет отправился не Алим, — брат смотрел на меня, не скрывая желания вызнать все подробности.

— В отличие от девушки, Алим успел обуться в грави-ботинки, — разочарованно ответила ему.

— Хочешь начищу ему морду? — предложил Сендер и показал мне свои внушительные кулаки.

— Клим его уже закидал орехами, думаю, это больше уязвило самолюбие Алима, чем предполагаемый синяк на красивом лице.

— Безобразник до сих пор с тобой в обходы ходит? — брат неопределенно махнул рукой. Будто схватил за воображаемую шкирку биоробота. Ему Клим не нравился, да и это было взаимно. Братец не носил орехи и вечно его шугал, потому что Клим портил камеры видеонаблюдения. Робот это делал специально, чтобы никто не засек его проделки. Служба безопасности не переносила Клима и пыталась его безуспешно отловить. Пока Клим выигрывал в этой гонке.

— Просто я хожу там же, где и биоробот, так что, возможно, это я за ним повсюду следую.

Я тяжело вздохнула:

— Алим грозился меня уволить.

— Не имеет права, — чересчур быстро вставил Сендер и отвернулся от меня.

Да, братец знал, что если меня уволят из службы тестировщиков, то делать мне на станции больше нечего. Такой низкоквалифицированной работы в других службах не было. И тогда пострадает вся остальная семья. Был, конечно, один выход. Для этого мне придется вернуться домой, а там... я передернула плечами. Даже думать об этом не хочу.

— Девушку нашли? — перевела тему я.

— Да, почти сразу, — кивнул брат. — Она даже не успела замерзнуть и замараться. Только пара шишек на голове. Отправили в медотсек. Пару дней полежит под капельницами, и все пройдет.

— Жалобу писать будет? — досадливо поморщилась, все же Клим слегка перестарался.

— Нет, — мотнул головой Сендер. — Она сказала, что ей жаль. Она не знала, что Алим несвободен.

— Хоть в этом повезло, — невольно обрадовалась новостям. Нет жалобы — нет причин для увольнения. Осталось понять, зачем я нужна начальнику станции.

Сендер впустил меня внутрь, но за стойкой администратора никого не было. Я огляделась. Насколько помню из чертежа плана, кабинет начальника делился на две части. Сейчас я была в первой. Большое смотровое окно, серые панели на стенах, круглые споты освещения, белый столик со стулом для администратора, небольшой диван темно-синего цвета для посетителей.

Вторая дверь была без слота для ключа, вероятно открывалась автоматически, по датчику движения. Я несколько мгновений постояла, сжимая кулаки. Меня нагнал запоздалый страх. Никогда такие, как я, простые работники, не забирались так далеко. Наша работа и спальные места находились в другой части космостанции, и с администрацией сталкивались только в новостной ленте в общем инфополе.

Я сделала несколько несмелых шагов, будто в холодную воду собралась прыгнуть, и подошла к двери. Она бесшумно открылась, запуская меня внутрь в, практически, идентичное первому помещение. Только стол был больше и стоял по центру. И смотровых окон было три.

У одного стоял начальник. Высокий, в коричневом тонком скафандре, и в удобных ботинках. Черные волосы, ровная спина, руки он держал за спиной. Наблюдал, как рядом с космостанцией проходил розово-белый спутник планеты, и казалось, что сейчас мы с ним столкнемся, таким огромным он виделся в смотровом окне. Хотя по габаритам космостанция ничем от него не отличалась.

Начальник повернулся ко мне и внимательно осмотрел. Мне стало неуютно под этим сканером темно-синих глаз, будто что-то такое древнее смотрело на тебя из глубин космоса. Б-р-р, жуткий взгляд. Чтобы отвлечься, я решила тоже его внимательно оглядеть. Благородные черты лица, смуглая кожа, красивый… и он даже ещё рот не открыл, но уже чувствовалась харизма, как говорит Сендер. Человек передо мной привык командовать, и чтобы ему подчинялись. Власть его окружала всегда, не только на этой космостанции. Такое сразу чувствовали и определяли все жители трущоб.

— Проходи, садись, — голос глубокий, хорошо поставленный. Он указал на стул для посетителей за столом.

— Можно сразу перейти к делу? — грубость слетает с губ, прежде чем я вообще поняла, что творю. Он удивленно вскидывает бровь. — Там утилизатор сломался, если я не сдам протокол тестирование вовремя, то четырнадцатый отсек будет завален мусором. — закончила раз уж начала.

— Хорошо, — он улыбается и в несколько шагов подходит ближе. Меня невольно охватывают уже совсем другие мыли от этой близости. В пятнадцатом секторе у яхмосов есть кошки, и они иногда позволяют за ними понаблюдать. Так вот, любимая забава их питомцев — охотится за добычей. Играть с ней, загонять в угол. И я четко сейчас осознала, что я мышь. А рядом хищный кот, узревший игрушку для своей коллекции.

— Как ты себя чувствуешь? В медотсеке была? — интересуется он.

— Я не пострадала, благодарю за заботу, — сдерживаю желание отступить на шаг от него.

— Замечательно! — отвечает и возвращается к себе за стол. Я мысленно глубоко вздыхаю, будто опасность миновала. — Я назначил тебя на новую должность.

— Что, простите? — глупо переспрашиваю я. — Я полагала речь пойдет о происшествии.

— Да, это задание с ним и связано. — он смотрит на меня, а затем рукой указывает на планшет рядом с собой на столе. — Не беспокойтесь. Там были камеры наблюдения и мне понятно, что произошла досадная случайность. Если бы она вам не разбила сердце, то я бы с удовольствием над ней посмеялся. Полагаю, Алим был вам дорог?

Я стояла и глотала воздух, как рыба без воды. Это был предельно странный диалог. И откуда начальник знает о делах сердечных своего персонала? Ему заняться нечем?

— Что за работа? — наконец выдавливаю из себя вразумительные слова.

— Ассистент по сбору данных, — отвечает мне, и я опять чувствую себя глупо. Впервые слышу такую непонятную формулировку для должности.

В кабинете повисло молчание. Я не решилась спросить, что это за должность такая, ждала, когда начальник сам всё расскажет.

— Мне нужно, чтобы ты проверила всё остекление станции, — нарушил он тишину. — Как независимый эксперт, без тестировщиков и поставщиков.

— Что, простите? У меня нет квалификации, — начала было я, но он меня перебил:

— Ты сломала стеклопакет. Я видел на видео, что это далось тебе очень просто. А это ненормально. Космос ошибок не прощает, — серьезно говорит мне и пододвигает планшет поближе. — Тем более, должность тебя спасет от увольнения из команды тестировщиков.

У меня похолодели руки от такого заявления.

— Да, Алим уже подал прошение, но я его отклонил, — его слова сняли груз проблем с моих плеч, а ещё я заметила, что он не общается ни ко мне, ни к Алиму по должности и фамилии.

— Почему я? — лучше уж сейчас спрошу, чтобы потом не вылез какой-нибудь непредвиденный «пушистый зверёк».

— На твоём месте мог быть любой, просто тебе удалось сломать стеклопакет первой и у тебя нет выбора, — ещё немного придвинул планшет к краю стола.

Честно. Ничего не скажешь. Как-то я себе не так представляла начальника космостанции. Да и без разницы! Главное, я буду получать дотации до конца федеративного года, а это позволит брату доучиться, а матери — не работать до полного восстановления.

Я взяла планшет и приложила большой палец, чтобы программа считала мой уровень доступа. Планшет оказался пустой, нет ни данных, ни распорядка, ни списка заданий!

— Отлично. Свой старый отдашь Сендеру. Завтра приступай к обязанностям. Сегодня отдохни, — и отворачивается от меня, усевшись на крутящийся стуле.

— А что я должна делать? — опешила я. — Никаких инструкций?

Он разворачивается обратно и проникновенно произносит:

— Импровизация. Мне от тебя нужны необычные и нелогичные действия. Согласись, если бы ты не стукнула локтем в определённой точке, стекло бы так и стояло целое.

— Предлагаете мне ходить с молотком и стучат по окнам? — на мгновение мне показалось, что я сплю.

— Если будет таково твоё желание. Полная свобода действий, — он даже руками помог расставить воображаемые слова в воздухе.

— А что скажет служба безопасности? — на всякий случай уточнила я.

— Я с этим разберусь, — он улыбается, и я, глядя на его довольное лицо, вспомнила опять сказку про Золушку. Дать мне бестолковое и невыполнимое задание. Как это мило со стороны начальника космостанции. — Можешь идти. Я занят. — И рукой помахал, выгоняя меня.

И я пошла. Во второй части кабинета так администратор не явился, в коридоре никого не было. Только в переходе из сектора в сектор я наткнулась на Сендера.

— Ну, как? — обеспокоенно спросил брат.

— Дал мне новую должность и сказал вернуть тебе старый планшет, — сказала я, наблюдая как удивленно вытягивается его лицо.

— И всё?

— И разрешил бить окна молотком, — добавила я.

— Точно?

— Да, — я протянула брату старый планшет, а новый положила обратно в специальный карман в штанах скафандра. — Знаешь, я лучше пойду в каюту и посплю, как-то все очень странно. Голова уже не соображает.

— Да, а я пока у своих ребят поспрашиваю, что происходит, — ответил мне Сендер.

На том и разошлись.

Космостанция делилась на двадцать отсеков, и на два уровня. Первый уровень и его десять секций принадлежали административной верхушке и начальству. Второй, он же нижний уровень, для рабочего персонала. Я жила в девятнадцатом отсеке тестировщиков на нижнем уровне. И для того, чтобы попасть от кабинета начальника в спальную каюту, мне пришлось сорок минут идти пешком. Лифты и прочие средства передвижения ещё не подключили, потому что не проверили.

Отсек в котором я спала ещё не «украсили», так сказать. Отделка была в черновом варианте. Можно просмотреть все внутренности стен космостанций. Обшивку внешней стены, панели термоизоляции, контур освещения, волокно для передачи данных. И нет остекления. Каюты и коридор расположены в боковом кармане «шара», и после того, как мы съедим это пространство трансформируют в местную «кладовку».

Едва я подошла к своей двери, как вспомнила про утилизатор. Ё-моё, тестирование шкафа никто же мне не отменял! Я уткнулась лбом в электронный замок и посчитала до десяти. Хочу просто лечь и полежать. Дайте мне, пожалуйста, полчаса пореветь.

В специальном кармане скафандра пикнул планшет. Рабочий инструмент любого на станции. В нем записаны все акты работ, графики, сроки и дедлайны. Вся работа хранится в этом устройстве.

Я вытащила свой новый помощник, как мы его называем между собой. У особо высокопоставленных специалистов есть ещё ИИ, который руководит мелкими процессами. Говорят даже, что один из них эволюционировал в синтетического андроида. Только нам, обычным смертным, таких технологий не видать.

— И чего ты пищишь? — спросила у него, «смахнула» экран, открыла сообщения.

«Задача тестирование утиль-шкафа — отмена. Вам надлежит отдохнуть не менее двенадцати часов».

«Рекомендовано трехчасовое восстановление в зоне отдыха. Расписание вы получите завтра».

Я несколько раз перечитала сообщения и не могла в это поверить. Я могу просто поспать и отдохнуть? И нет нужды идти на мусорку?

— Спасибо вам, начальник, просто огромное, — сказала я в сторону видеокамер и радостно провела картой-ключом по замку.

Свет включился автоматически. Две тусклые лампы. Ещё у меня была узкая койка. Небольшой шкаф и отдельный душ. В углу кучей лежали приборы тестировщика. Некоторые вышли из строя, и я пыталась их починить. Только руки все не доходили закончить.

Я, не мешкая, пока не передумали, что у меня выходной, скинула скафандр и направилась в душ. Наглым образом провела там больше пяти минут.

Свои темные волосы я заплела в косу. Переоделась в серую футболку и синие спортивные брюки. Легла на кровать и расслабилась. Тут же в голове появился вихрь из мыслей о предательстве Алима. Как я вообще умудрилась ему поверить?

Я помассировала виски, чтобы хоть так отвлечься от происшествия, и тут услышала, что кто-то скребется в дверь. Прислушалась — вдруг показалось. Но тут услышала настойчивый стук маленьких кулачков.

— Клим, проходи, — крикнула я, улыбаясь. Дверь автоматически, по моей команде, открылась, и биоробот прошмыгнул внутрь.

Запрыгнул на кровать и высыпал на меня орехи.

— Пекан! — сообщило мне это чудо. — Кушай.

— Спасибо, — взяла орех и откусила кусочек. — Где взял?

— Взятка, — Клим устроился на выступе между койкой и шкафом. — Тут спать буду.

Пару мгновений, и он перешел в режим энергосбережения. А мне от его присутствия стало намного спокойнее. Положила горсть орехов на стол. Отряхнула кровать, и задумалась, о том, кто дал Климу взятку и за что? Но самый главный вопрос был: кто его хозяин?

Ни слез, ни сна. Только пролистывание ленты в инфополе. Бесполезное времяпрепровождение. В итоге, я встала и направилась в зону отдыха.

Пройти пришлось через десять секторов, а ещё подняться на первый уровень. Никогда прежде я не была в этой зоне в такое время. Обычно приходила, когда уже все спать легли.

Огромное пространство было разделено прозрачными перегородками, которые, в случае чего, можно было затемнить. Где-то был мягкий пол, в других — гладкая плитка. Стены разукрашены, так как требует тематика зоны.

Я прошла мимо секции яхмосов. В ней жили их питомцы — кошки. Раз в месяц стены делали прозрачными, чтобы на животных посмотрели. Сейчас вот, например, там было темно.

Если пройти дальше, то можно зайти в секцию к музыкантам. Иногда местные давали там концерты и можно было сходить на танцы. Алим, в начале наших отношений, приглашал меня на такое мероприятие, но я не смогла прийти из-за работы.

Ещё тут проводили мастер классы по кулинарии, гончарному делу и многим другим занятиям. Потому что, если ты живешь в замкнутом пространстве, да ещё в открытом космосе, и далеко от родных и твердой поверхности, могут случатся разные проблемы с головой. Все же гуманоиды не привыкли постоянно находиться на космостанции, а такие зоны помогали отвлечься.

Я бывала тут редко, набегами. В минуты свободного времени. Мне как разнорабочему всегда было чем заняться, и из-за этого задумываться о себе не было времени. И вот оставшись наедине со своими мыслями, я их испугалась и прибежала сюда. В любимую секцию единоборств.

К сожалению, сегодня тут было пусто, придется запускать спарринг партнёра из системы, что я очень не любила делать. Почти все его программы я уже знала наизусть, а новому он не обучался. Поэтому я решила просто побегать по кругу.

Только мысли так же решили крутиться в голове. Наша первая встреча с Алимом. Как он пригласил меня пообедать. Как мы с ним гуляли, как были рядом. Все те слова, что он мне говорил, а я в них верила. Сердце сдавило тупой болью, и я остановилась, выравнивая дыхание. Болит в груди же от бега, а не от того, что меня предали? Да?

— Тебе было порекомендовано поспать, — услышала я голос начальника космостанции.

— Хотела отвлечься, — ответила ему. Вот кого тут увидеть вообще не представляла. Он ходит сюда тренироваться? Я думала, для таких, как он, есть свои зоны отдыха.

Он стоял у входа, облокотившись о стену, сложив руки на груди. Одет в спортивную серую форму и белые кроссовки.

— Обычно, в это время тут никого нет, потому что все знают, что я тут тренируюсь.

— Извините, я не знала, сейчас уйду, — пошла в сторону выхода, но он меня перехватил, взяв за локоть.

— Останься, составь мне компанию, — неожиданно попросил он.

Я растерялась. Отказать нельзя — он начальник, но и остаться я не могла. Сейчас мне было не до общения, даже ради соблюдения субординации.

И тут открылась дверь и внутрь заполз Клим. Он оглядел нас, прищурился и вздохнул.

— Ты что тут делаешь? Я тебя не видел уже пару месяцев! — возмущается начальник, но не отпускает мою руку.

— Вы знаете Клима? — спрашиваю я и отхожу подальше, отчего начальнику приходится меня отпустить.

— Разумеется, он — мой биоробот, — выдает он, а я хватаю ртом воздух, потому что не ожидала такого поворота событий. Просто что-то сверхъестественное происходит, что все дороги ведут к начальнику космостанции.

Клим гордо поднимает голову и важно идет к нам. Затем берёт и нагло забирается по мне, и садится мне на плечо. Свешивает свой красивый хвост мне на грудь.

— Что происходит? — теперь удивляется начальник.

— Ты орехи принёс? — выдает враждебно Клим.

— Нет, — строго говорит он.

— Дверь вон там, — отвечает биоробот и указывает когтистым пальцем в нужную сторону.

Лицо начальника приобрело такое выражение, что я не смогла разгадать этот коктейль из эмоций. Ему явно никогда не указывали на выход. И, тем более, он не ожидал этого от своего биоробота.

— Вы научили его новым словам? — выдает начальник.

— Он всегда говорил, — растерялась я.

— Раньше Клим говорил только «Орехи» и «Дай».

— Неожиданно, — я погладила по спине ящерку. — Молодец какой, учишься. Завтра тебе ещё орехи принесу, если найду.

— В столовой специально их для него выдают, — сказал мне, — просто он их прячет, и приходится вычищать его заначки.

— Ворует, — печальным голосом пожаловался Клим.

— На космостанции нельзя хранить орехи в неположенном месте. Я тебя предупреждал…

— Так, секунду, подождите, — остановила их перепалку. — Клим любит орехи, поэтому их прячет. Но, думаю, всегда можно с ним договориться, чтобы он указал, где прячет свои запасы. Да, Клим?

— Ты хорошая, я теперь с тобой спать буду, — выдает это чудо.

Начальник на нас с интересом посмотрел, мне стало неловко. Он посторонился, отпуская нас.

— Поговорим завтра в моем кабинете, — напоследок сказал он, а я подумала, чтоб ему икалось, и так, сна никакого, а теперь ещё буду думать о разговоре наедине в его кабинете.

Новый рабочий день я встретила в столовой. Пришла сюда в футболке и брюках. Без рабочего скафандра, так как ещё слабо представляла, что мне делать с новой должностью. На плече сидит Клим.

Помещение для приемов пищи нам выделили небольшое, тут помещается с десяток столов. У каждого в планшете график приема еды, чтобы всем места хватило.

Серые стены уже покрыты декор-панелями. Пол был зеленым, не знаю для чего, но, видать, решили сделать имитацию газона. Столы из коричневого пластика, стулья из желтого. Линии световых ламп закрыты прозрачными панелями, рассеивающие свет, создавая иллюзию солнечных лучей.

Наборы еды выдавали на стойке поименно. Подходишь, прикладываешь ключ-карту в слот, а рядом тут же ставят с тобой поднос. Сегодня нас обслуживал меланхоличный яхмос. На космостанции не работали только кумдары. Слишком холодно для них было здесь, не спасали ни их чудо маски, ни новейшие термоскафандры.

Я забрала свой поднос и села за свободный стол. Сегодня на завтрак нас кормили высокобелковой массой в виде каши и витаминным коктейлем. Со временем привыкаешь к этой безвкусной и однообразной еде. Один раз в неделю нам выдавали продукты в натуральном виде, чтобы мы не разучились её переваривать за время работы на космостанции. А ещё постоянно выделяли пакетики с орехами, вероятно, благодаря Климу.

— Что ты пообещала начальнику?

Я вздрогнула и бросила недовольный взгляд на Алима. Он даже бровью не повел и сел напротив со своим подносом.

— Отвечай!

— Иди на… — я запнулась, потому что хотелось выругаться, но вокруг сидят работники и прислушиваются к нашей беседе. Никогда не поверю, что они не в курсе происходящего. Хоть и не косятся на меня особо, но слухов не избежать.

— Я тебе помог в свое время, из грязи вытащил, — начал Алим.

— Я тебя не заставляла мне изменять, — возмутилась в ответ. — Мог бы просто ртом сказать, что между нами больше ничего нет. Любовь прошла и все такое. Зачем было устраивать такие сцены?

— Я ничего не устраивал, — смутился он и съел ложку каши.

— Да неужели? Как я говорила ещё тогда, ты написал мне план работы и знал, что я окажусь в том секторе. Так что нечего тут невинность изображать, — я начала злиться и меня было уже не остановить. Руки сами потянулись к подносу. Так и хотелось размазать кашу по его красивой морде.

— Почему я тебя не смог уволить? — неожиданно перепрыгнул на другую тему.

— Тебя только это волнует? — я сложила руки на груди, чтобы не провоцировать себя. И задумалась, отчего после расставания бывшие возлюбленные открываются с другой неприятной стороны. Никогда не замечала, что Алим такой бесчувственный.

— Просто теперь, раз тебя прикрывает начальник космостанции, с тобой не выгодно ссорится, — он мне улыбается, и я опять понимаю, что играет на публику. — Мне нужно повышение, понимаешь?

— О времена, о нравы! — проворчал Клим. — Иди поешь за другой стол, — приказал ему биоробот.

Лицо Алима удивленно вытянулось. Явно не ожидал, что Клим на такое способен. Я, правда, тоже. Интересно узнать, кто его обучил разговаривать? Потому что даже я таких выражений не знала.

— Жду тебя на планерке, — бросил Алим, вставая.

— Пришли задание на планшет, просто так я теперь тебе не буду подчиняться, — ответила ему, борясь с искушением показать ему неприличный жест в спину.

Еда стала ещё более безвкусной после этого разговора. Планшет запиликал. В сообщении было написано: «Вас вызывают в кабинет начальника».

Точно, я уже и забыла о разговоре наедине с начальством. Придется идти.

— Ты со мной? — спросила Клима. Биоробот отрицательно покачал головой и скрылся из вида, где-то за перегородкой.

Вероятно, Клим все же боялся своего хозяина и старался лишний раз на глаза ему не попадаться. Или все совсем не так и у биоробота свои тайные делишки.

Путь мой опять был долог и тернист, один из коридоров ремонтировали и пришлось пробираться через стопки панелей и мотки проводов. Получилась такая мини-тренировка.

Двери передо мной открывались без карты-ключа. Явно мне дали допуск, чтобы система автоматически пропускала по биометрической идентификации. Начальник не желает, чтобы мои данные по перемещению отображались в общих данных. Интересно.

Я вошла в первую часть кабинета и чуть не споткнулась на ровном месте. За стойкой администратора сидела та, на кого меня променял Алим.