Зов ледяной крови, часть 1 Тьма

Его любимая жена Мойра умирала, так и не родив их пятого ребёнка. Король Леса, Маир, три дня сидел у постели умирающей, держа любимую за руку. Схватки, которые продолжались уже третьи сутки, сейчас почти прекратились, лишь иногда по телу проходила лёгкая судорога и больше ничего.

Комната, превратившаяся за время родов в место пытки, не казалась такой уютной и красиво обставленной. Покрытый коврами каменный пол, искусно вышитые Мойрой гобелены на стенах, окна с резными ставнями – всё было окутано лечебным дымом, которые творила Нэн. Нянька, не очень умелая лекарка, что-то смешивала в своих многочисленных ступках, периодически подбрасывая пучки трав в очаг. Почти два года, как их старая целительница покинула этот мир, а новая так и не появилась в замке, замены ей пока не нашлось.

Огромный камин был полон дров, которые тихонько потрескивали, шипя и потрескивая в тишине комнаты. Ветер завывал в трубе, отвечая буре, что началась пару суток назад. Стихия кидала в замковые окна пригоршни колючего снега, проверяя их на прочность. Не утихая уже два дня, буря пробовала сам замок на вкус, кусала его каменные стены и крышу.

В комнате было тепло, точнее жарко. На лбу Маира выступил пот, и он в который раз вытирал его рукавом чёрного камзола, расшитого золотыми нитями. Наконец Маир снял камзол, в котором был два дня, оставшись в прилипшей к телу белой рубашке. Мойра лежала тихо под большим пуховым одеялом. Огромный живот выпирал над её худеньким телом и казалось, что он давит на неё, своей тяжестью. Дыхание роженицы было тяжёлым и хриплым.

– Муж мой – почти шёпотом, пожав руку Маиру, проговорила Мойра.

– Что, радость моя? – тут же, пряча слезы, ответил Маир.

– Я умираю. – С белых и потрескавшихся от жара губ слетел то ли вздох, то ли тихий стон.

– Не говори глупости, ты не умрёшь, – как можно громче и убедительнее сказал Маир.

– Позови наших сыновей, я хочу дать им своё благословение. – Слова Мойре давались с трудом.

– Нет, ты не будешь ни с кем прощаться, я не отпускаю тебя.

Белая, с синими прожилками рука Мойры чуть ощутимо сжала руку мужа. Королева снова впала в лихорадочный сон. Маир ещё посидел, ожидая, когда опять жена придёт в себя, и, не поворачивая головы в сторону няньки Нэн, процедил сквозь зубы:

– Позови Ведьму.

– Нет! – Нэн отвернулась от стола со своими травами и громко повторила уже твёрже: – Нет! Этому не бывать!

– Это не тебе решать, женщина! – рявкнул Маир – Отправь за Ведьмой, я сказал! – Он повернул к ней лицо, и его глаза, покрасневшие от бессонных ночей, гневно уставились на служанку. – Я приказываю, – твердо и жёстко сказал король.

– Но, мой господин, вы не знаете, что Ведьма ничего не делает просто так.

– Знаю, пусть просит, что захочет, всё моё золото, всё станет её.

– Боюсь, что Ведьме не нужно ваше золото – проговорила она, переводя взгляд на свою измученную хозяйку.

– Боюсь, что это будет что-то совсем другое.

– Мне всё равно, я хочу, чтобы моя жена жила, – сказал король и отвернулся от служанки. – Немедленно пошли за ней!

– Если найду, кто это сделает, – проворчала Нэн, подчиняясь однако приказу короля.

– Отправь Грейсли, скажи – сколько запросит… Сколько запросит, – повторил он для верности.

Нэн, что-то бурча себе под нос, вышла из комнаты. Хлопнувшая за нянькой дверь впустила в комнату немного свежего воздуха, и король вздохнул полной грудью, снова вытирая пот.

Двадцать лет назад Маир нашел свою будущую жену на границе Древнего леса. Но если бы не её верный пёс, что был с ней, король не заметил бы её. Она лежала у пруда за кучей кустарника. Пес выскочил на дорогу, прямо под ноги коню Маира и чуть не угробил короля. Конь встал на дыбы, и Маир свалился с него, как куль с костями, на потеху своим оруженосцам, которые в открытую, конечно, не смеялись не могли смеяться над королем, но его командующий и друг Грейсли долго потом подтрунивал. Жеребец у короля был непростой – мощный боевой вороной, высотой в холке почти с самого короля. Упасть с него и не свернуть при этом шею, было практически невозможно, но Маир даже не ушибся. Было ощущение, что он упал на перину из листьев.

Маир вскочил, отряхиваясь от кучи листвы, и увидел того, кто, можно сказать, свалил его с лошади. Пёс, коричневый с белыми подпалинами, был больше похож на огромного волкодава, размером с крупного пони. Король занервничал, положил руку на рукоять меча, встретившись взглядом с жёлтыми глазами, практически на одном уровне со своими. Пёс тихо зарычал, показав огромные розоватые клыки, и шагнул к Маиру.

Охрана очнулась и двинулась на своих боевых конях наперерез, но пес остановился и, спрятав клыки, повернул голову в сторону кустов и громко залаял. Король, почему-то, сразу понял, что ему, надо именно туда. Ноги сами понесли его в сторону, указанную псом.

За кустами, с опущенной в воду рукой, лежала девушка. Вся она представляла собой сплошную рану. Тонкие белые руки были покрыты грязью и кровью. Лицо тоже было залито кровью, сгустки ее засохли на лбу и в волосах, ноги – в глубоких царапинах. Было похоже, то её сбросили с высоты, предварительно протащив через кусты. Свечение, тонкими дымчатыми нитями шло от пруда по пальцам и по венам руки, которая была опущена в воду. Маир подошёл и сделал знак охране оставаться на месте. Присел на корточки разглядывая девушку.

– Грейсли, принеси одеяло и мазь для перевязки – крикнул король. Грейсли спешился и достал из седельной сумки баночку с мазью, белые льняные полоски ткани для перевязки ран и небольшое легкое одеяло. Набрав в котелок воды, он подошел к королю.

– Что это с ней? – спросил капитан.

– Я не знаю – задумчиво проговорил король. Он попытался убрать руку девушки от воды, и уже протянул к ней свою, но пёс прыгнул к нему и зарычал, оскалив пасть.

– Я только хочу её закутать в одеяло и убрать от ледяной воды, – оправдываясь перед грозной собакой, глядя той в глаза, сказал король. Но пёс не перестал рычать, пока Маир не отодвинул свою руку от руки девушки.

– Что нам делать? – спросил Грейсли, прикидывая, сколько людей понадобится, чтобы убить пса.

– Я думаю, вода её лечит – обернувшись к капитану, сказал король. На этих словах пёс перестал рычать и кивнул, почти как человек. Грейсли и Маир уставились на него, как на чудо. Через мгновение Маир кивнул в ответ псу, сам себе удивляясь.

– Давай устроим привал, принеси мне мою сумку и ещё одеяло. – Грейсли понял и ушёл, отдавая приказ.

Стражники разводили костёр чуть поодаль, сооружая место для ночлега. Двое направились в лес, добыть что-нибудь на ужин.

Маир же, намочив одну из тряпочных полос, внимательно посмотрел на пса, как бы спрашивая у него разрешения притронуться к хозяйке. Тот немного отошел и лег, внимательно наблюдая за королем. Маир стал осторожно протирать раны, слегка касаясь тела девушки. Промытые раны он смазал мазью и перевязал чистым белым полотном. Рану на голове девушки Маир промыл с особой тщательностью и наложил мазь. За всеми процедурами, внимательно следил пес, слегка рыча и обнажая клыки, когда король мыл руку, которая спускалась в воду. Серебристые нити моргали и струились по телу, подсвечивая его изнутри. Маир удивленно проследил за бегущими нитями и заметил, что все нити скапливаются, окружая раны. Король положил одно одеяло под девушку, немного ее приподняв, и накрыл другим сверху.

Только теперь он смог рассмотреть её лицо. Хотя в темноте это было непросто, но и так было понятно, что девушка необычайно красива. Густые спутанные волосы, чуть вздёрнутый носик, утратившие яркость чувственные губы и маленький с ямочкой подбородок. Даже израненная и без сознания, девушка была прекрасна. Маир встал и посмотрел на пса:

– Откуда вы? – спросил он пса, как будто тот, сможет ему ответить. Однако пёс внимательно посмотрел на Маира и отвечая, поднял морду к небу. Маир тоже задрал голову, всматриваясь в ночное небо и плывущие по нему облака, смотрел так пару минут. Потом чертыхнулся и сказал:

– Вот ещё с собаками я не разговаривал – проворчал король и сердито пошёл к костру. Вслед ему раздался – нет, ну он готов был поклясться! – ехидный тихий смех пса.

– Да он издевается надо мной! – сердито, чтобы никто не слышал, проговорил себе под нос Маир.

Подойдя к костру, он взял из рук Грейсли чашу с элем и кусок кролика, поджаренного на костре.

– Ну как она? – спросил Грейсли.

– Да кто его знает, – жуя мясо, задумчиво ответил Маир. – Раны я промыл, мазью смазал, накрыл её одеялом, но эта псина не дает осмотреть ее. Однако девушку, похоже, лечит река – слышал о таком?

– Да, – задумчиво произнёс Грейсли, – в Королевстве Озер мне рассказывали про подобную магию. Ею владеют духи леса, друиды, но я их давненько не встречал.

– Так ты, думаешь, она оттуда? – спросил Маир.

– Ну не знаю – развел руками Грейсли – все это странно. Раны у неё не совсем обычные, будто ее скинули сверху, предварительно проведя ее телом по всем верхушкам деревьев.

– Да, я тоже так подумал – ответил Маир и снова повернулся к девушке. Теперь она уже вся светилась под одеялом. Верный пёс лёг почти вплотную к ней, положив голову на её ноги и наблюдал за огоньками, что бежали под кожей на руке.

– Странная псина, я таких не встречал, – Грейсли кивнул в сторону пса, и Маир согласился, пожав плечами. Он передал свою чашу стражнику и улегся на расстеленное одеяло, спиной к костру, положив под голову седельную сумку. Маир долго смотрел, как и пёс, на светящуюся девушку, пока глаза его не закрылись, и он провалился в глубокий сон.

– Маир, Мой король, – тихий голос, похожий на журчание ручья, вторгся в его сон. Король во сне открыл глаза и посмотрел на девушку. Та стояла по колено в воде и, наклонившись, опускала свои руки в воду. Маир встал и огляделся. Стража спала, расположившись вокруг костра, который медленно догорал. Грейсли не было видно, видимо, отошёл в лес.

– Маир, мой король, иди ко мне, – девушка протянула ему светящиеся руки. Маир сделал шаг, удивляясь, как легко ходить во сне. Он будто бы летел к ней, едва касаясь земли ногами. Король приблизился к ней и тоже зашёл в воду.

– Теперь мы связаны, связаны, – эхом пролетело над его головой.

– Я искала тебя, ты мой король, моя любовь, я нашла тебя, мы связаны, связаны, – снова раздался голос. Девушка стояла рядом с ним, положив руки ему на плечи. Ни следа от ран, ни крови и грязи, безупречная чистая кожа. Чёрные волосы закрывали спину, спускаясь к пояснице. Белая кожа, еще немного светилась, но уже не так ярко. Огромные зеленые глаза вспыхивали желтыми бликами, как искры от костра. Девушка встала на цыпочки и подняла руки, обняв Маира за шею. Король наклонился и поцелуй, которым она его наградила, просто как будто взорвал что-то в его теле. Легкое прикосновение теплых губ – и перед глазами заморгали звёзды. Маир как будто поднялся над землёй.

– Мы связаны, связаны, – эхом пронеслось над озером, и король проснулся. Всё было так же, как во сне, только девушка уже не светилась, лежала у пруда, завернутая в одеяла. Руки были сложены на груди, дыхание как у глубоко и спокойно спящего человека. Маир подумал, какой удивительный сон ему приснился, и снова уснул, на этот раз без сновидений.

Утром его разбудил Грейсли, тихонько потрепав по плечу:

– Смотри, мой король, – прошептал он, кивком указывая в сторону пруда.

Маир открыл глаза и замер. Девушка стояла спиной к нему в красном бархатном платье, украшенном золотой вышивкой по подолу и рукавам, сквозь прорези была видна белая атласная юбка. Чёрные волосы спускались ниже талии, а на голове был тонкий золотой обруч со слезинками из драгоценных камней. Она повернулась к королю, лёгкие юбки развевались за ней, прошелестев по траве. Прекрасна, она была прекрасна. Девушка протянула руки Маиру, и он заторопился к ней, на ходу поправляя камзол

– Мойра, моя Мойра – прошептал король, почему-то совсем не удивляясь тому, что знает ее имя. Маир подошел к ней и взял ее руки в свои. Изящные пальчики были теплыми и нежными, ни капли призрачного свечения, как во сне.

– Мой король, я твоя, – лёгким нежным голосом, подтвердила девушка.

Больше ничего не понадобилось. Маир обнял её и осознал, что нашел свою половину, свое счастье на всю жизнь. Нежный и страстный поцелуй теплых губ лишь подтвердил, что Маир уже не спит. Неизвестно, сколько времени прошло, а они все стояли, взявшись за руки и целуясь, пока сзади не раздались тактичное покашливание Грейсли и недовольный рык пса. Девушка отстранилась от Маира, обняв его за талию. Она была такой миниатюрной, что макушкой доставала королю до подбородка.

– Это Валис, вампал, мой друг, – сказала Мойра, указывая на огромного пса. Валис важно уселся и, высунув язык, кивнул.

– Теперь он и твой друг, – сказала Мойра. Король поклонился Валису и готов был поклясться, что и тот слегка склонил голову в ответ. Грейсли стоял, открыв рот, переводя взгляд с одного на другого.

– А это Грейсли, мой командующий, а также друг детства, моя королева.

Грейсли закрыл рот и упал на одно колено, склонив голову.

– Моя госпожа, – проговорил он, и сзади него послышался грохот: это на колени попадали стражники, бормоча клятвы верности. Мойра улыбнулась им в ответ и тоже поклонилась. Затем все сели на лошадей, Мойру король усадил впереди себя, и поскакали в замок, до которого было полдня пути.

Свадьбу гуляли почти неделю. Король, которому давно уже нужно было жениться, взял в жёны не принцессу, не знатную даму, а неизвестно откуда взявшуюся девушку, красивую и добрую. С тех пор прошло двадцать лет, двадцать счастливых лет и в королевской семье, и государстве. Король никогда не спрашивал жену, откуда она, что тогда случилось, как она там оказалась, вся израненная и истекающая кровью. Он просто любил её, как никого в этой жизни никогда не любил, защищал её, оберегал и баловал. Мойра была добра, нежна и весела. Дни и ночи с ней дарили королю счастье, о котором он не мог и мечтать и которое берег пуще своей жизни.

Мойра родила четверых крепких, здоровых и красивых сыновей. Старшему сыну Марчу исполнилось восемнадцать. Взрослый, крепкий, парень весь пошёл в отца, такой же статный, высокий и красивый, с волосами цвета воронова крыла. Марч уже был сильным и могучим воином, который много обучался ратному искусству и совсем не интересовался властью, хотя и был наследником. Силь и Крег, братья-близнецы, проказники и шалуны, по пятнадцати лет от роду, и затем Рик, которому было три года.

Маир всегда хотел дочь, которая бы походила на его любимую жену, но та жена почему-то, радовалась рождению сыновей. После появления Рика Мойра сказала, что больше детей не хочет – она боится, что родится девочка. Маир спросил почему, но королева не ответила на этот вопрос, только сказала, что девочку им нельзя, и перевела разговор на другую тему. Получилось так, что она все же понесла, и всю беременность не находила себе места.

–Я боюсь, я знаю точно, что это девочка, – плакала она в минуты отчаяния по вечерам.

– Но почему ты, боишься? – удивлялся кроль, успокаивая свою королеву, но та только качала головой в ответ, не решаясь выдать какую-то тайну.

И вот когда с королевой случилась беда, Маир, убитый горем, решил прибегнуть к помощи Ведьмы, Гекаты.

Ведьма жила на самом краю королевства и пользовалась дурной славой. Много разных слухов ходило про её колдовство и тёмные ритуалы. Говорили, что Ведьма превращается в летучую мышь по ночам, забирая младенцев для жертвоприношений. Что засуху, которая была летом и от которой погибло много урожая, навела тоже Ведьма, и это наказание за плохое отношение жителей. Однако же сами эти жители ходили к ней за различными травами и мазями. И несмотря на это, люди не раз просили короля сжечь Ведьму, но каждый раз что-то останавливало Маира.

Раздался осторожный стук в дверь, король вздрогнул, он полностью ушел в воспоминания, на какое-то время забыв, где он и что происходит. Глянув на Мойру и отметив, что изменений никаких нет, как хороших, так и плохих, он встал и открыл дверь. В комнату вошла Нэн и сразу отошла в сторону, пропуская Ведьму Гекату. На ней было чёрное платье с длинными рукавами и без какой-либо вышивки. Рыжие волосы были распущены и плавно стекали по спине. Геката красивая, стройная, высокая, с белой, алебастровой кожей, черными глазами. Но её красота скорее отталкивала, чем привлекала. Ведьма склонилась в поклоне и скосила взгляд на постель, где лежала королева.

– Покажи свою руку, – приказал король. Геката подошла и вытянула правую ладонь внутренней стороной вверх.

– Так я и знал, – сказал Маир, разглядывая ведьмин знак, тонкие и мелкие морщинки скопились ближе к холму луны, образуя глаз. Дар по наследству. Ведьмин дар.

– Кто была твоя мать? – строго спросил Маир.

– Королю незачем знать про мою мать, – усмехнувшись, ответила Геката. – Я знаю, зачем я здесь, и я знаю, чего ты желаешь.

– Вылечи её, – приказал король.

– Король знает, какая цена за мою помощь?

– Проси всё, что хочешь, мне всё равно.

– Не говори так, королева родит дочь, и ты потом отдашь ее мне.

Король вскочил со стула и схватил Ведьму за горло:

– Никто, слышишь никто, не смеет угрожать мне и отнимать моё! – прокричал он.

Геката молча стояла перед ним, опустив руки. Рука короля почувствовала, как кожа на шее Ведьмы становится нестерпимо горячей, невыносимый жар обжёг его. Маир отдернул руку.

– Я могу и уйти, – прошептала Геката, – и твоя жена умрёт, и до конца дней своих ты будешь оплакивать её.

– Я не могу отдать тебе свою дочь, – сломленным голосом прошептал король.

– Свою нерождённую дочь, дочь, которую ты не увидишь, которая никогда не родится, если я не помогу твоей жене.

– Когда я должен отдать тебе свою дочь?

– В шестнадцать лет я её заберу, ни днём позже.

– А до этого дня?

– Делай с ней, что хочешь, но потом она не останется с тобой. А королева будет жить, и умрёте вы в один день.

– Делай, что надо, Ведьма, – махнул рукой король, снова усаживаясь у кровати жены.

– Все должны выйти. – Король уставился на ведьму. – Я тоже?

– Если хочешь, можешь остаться, но отойди к камину, огонь защитит тебя.

Нэн, фыркнув, удалилась, закрыв дверь. Король встал, поцеловал жену в горячий лоб и отошёл к камину. Геката достала из-за пояса длинный острый кинжал. Король метнулся и схватил ее за руку.

– Ты должен доверять мне, – мягко освободившись, сказала Геката. – Дай мне руку. – Король протянул свою могучую мозолистую ладонь, и ведьма схватила её цепкими руками с острыми длинными ногтями. Затем полоснула по внутренней стороне его руки кинжалом, оставляя неглубокую ранку. Такую же рану она нанесла на своей руке и приложила к ране короля.

–Ты, Маир, Король леса, клянёшься отдать мне свою дочь навеки. Как только ей исполнится шестнадцать, я приду и заберу её, клятва на крови нерушима. Несоблюдение клятвы – твоя смерть, король.

– Я, Маир, клянусь отдать тебе свою дочь, Геката. – Король смотрел на Ведьму и думал, как он объяснит все Мойре, если королева выживет.

Геката убрала руку, и кровь, что текла, превратилась в огненный ручеек и исчезла. Рана затянулась и не оставила следа. На запястье Маира, с внутренней стороны, появилась чёрная полоса, знак священного обета.

– Теперь отойди и, что бы ни случилось, не издавай ни звука, не шевелись, – не глядя на короля, приказала Ведьма.

Геката подошла к постели Мойры и запела на незнакомом языке, водя руками вдоль тела королевы. Мойра лежала, почти не дыша, ни на что не реагируя и не шевелясь. Геката все громче пела песню, звучание которой пробирало Маира до дрожи. Подняв кинжал и закричав, Геката делала движения, как бы ударяя себя в живот. Вдруг тело королевы свела сильная судорога, она выгнулась дугой, затем вытянулась в струну и застыла. Голос ведьмы продолжал нарастать всё сильнее и сильнее. Свечи потухли по всей комнате и снова зажглись. Ведьма отрезала прядь волос с головы королевы и бросила в огонь очага, где она вспыхнула и растворилась в черном дыму. Мойра, практически приподнявшись над постелью, начала извиваться, катаясь по кровати. Вдруг она скорчилась в потугах, дикий крик вырвался у королевы из горла, и между ног выскользнул на кровать младенец. И сразу всё смолкло, тишина была почти ощутимой, даже огонь в камине притих. Мойра упала на кровать и не дышала, ребёнок тоже лежал окровавленный грудой на простынях, по которым медленно расползалась кровь.

– Ты её убила! – Маир попытался рвануться к постели жены

– Стой там, где стоишь, – крикнула Ведьма, – если хочешь увидеть их живыми. – И продолжила свою песню. Ее голос уже звучал по всему замку, жуткие завывания не перекрывал ни шум бури, ни гул ветра в камине. И вот Ведьма замолчала. Мойра вздрогнула и сделала вдох, ребёнок у её ног тихо захныкал. Геката посмотрела на младенца и отвернулась, глядя прямо в душу Маира:

– Я сделала, король, как ты хотел, не забудь теперь свое обещание. – И Ведьма ушла. Мойра раскрыла глаза, села на постели и увидела ребёнка, затем перевела взгляд на Маира.

– Что ты натворил?! – закричала она и упала замертво на постель.

Маир спустился вниз уже почти на рассвете, держа в руках свёрток – укутанное в шаль тело младенца. Грейсли сидел в тронном зале за большим дубовым столом, попивая тягучий эль. Увидев Короля, Грейсли встал, но тот махнул рукой, отбрасывая церемонии. В зале было темно, лишь огонь очага, освещал небольшую часть комнаты. Король присел на скамью рядом с капитаном и посмотрел ему в глаза.

– Скажи мне, Грейсли, верный мой друг, – тихо пробасил он – ты был со мной всё время, с самого детства, с того первого дня, когда мы встали друг против друга с маленькими деревянными мечами. Если я пошлю тебя служить мне не на войне, оберегая то, что мне дорого, ценой своей жизни. Если я попрошу тебя отказаться от всего, всех благ, воинских подвигов, друзей, что окружают тебя здесь и посвятить свою жизнь защите и охране лишь одного человека, попрошу держать всё в тайне и вести одинокую жизнь в далёком краю, подчинишься ли ты мне? Не затаишь на меня злобу и обиду? Будешь ты служить мне вдали так же верно и преданно, как здесь?

Грейсли поклонился королю, встав на одно колено, сказав лишь одно слово:

– Клянусь!

Король развернул немного свёрток, что держал в руках, и показал Грейсли ребенка, свою дочь. Сморщенное, красное личико, почти белые волосики и огромные темно-синие глаза.

– Это девочка, моя дочь, Дениза – любуясь ребёнком, сказал Маир. – Я должен увезти её отсюда, так как она рождена с помощью магии. Я не знаю, останется ли на ней печать той силы, что дала ей жизнь. Ее я хочу доверить тебе, моему другу. Ее жизнь… – Младенец смотрел прямо в глаза Грейсли, сопя и мусоля маленький кулачок, который держал во рту. Множество вопросов вертелось у командира в голове, но он не посмел задать их.

– На рассвете я скажу всем, что королева родила дочь, но ребёнок не выжил, и сам отвезу её на Священный холм, в дар духам мёртвых. Возьми все, что нужно для жизни в лесу: корову, кур и коз, также все, что тебе необходимо, и поезжай до границы Тёмного леса, там мы с тобой встретимся. Поплотнее завернув ребёнка, Маир встал.

– Старушка Нэн поедет с тобой, будет ухаживать за дитем, – сказал, уходя, король, и Грейсли облегчённо вздохнул, так как клятва клятвой, но что делать с младенцем он не представлял. Нэн-то уж точно знала, как ухаживать за детьми, побывав нянькой у всех сыновей Маира.

Часа через два, когда ночь начала уступать место новому дню и солнце осветило горизонт жёлтым светом, из ворот замка выехали две повозки. К ним привязали корову, козу и взгромоздили в кузов несколько клеток с курами. Одной повозкой, тихо понукая лошадей, управлял Грейсли, второй – Нэн. Повозки тронулись в сторону дальних холмов, где начинался древний Тёмный лес. Чуть погодя из замка, кутаясь в широкий плащ, выехал одинокий всадник и направился в противоположную сторону, к Священным холмам. Стража на воротах и сторожевых башнях, преклонила копья, зная, куда отправился их король и что за ношу он везёт под чёрным плащом.

Король и Грейсли встретились в середине дня и продолжили путь вместе. Девочку передали Нэн. Та отнесла её в свою повозку, где быстро поменяла мокрые пеленки и дала тёплого козьего молока. Попутно она не забывала сердито бранить короля, передавшего ей орущего от голода младенца. Ребёнок жадно зачмокал, схватив маленьким ротиком сделанную из кожи свиньи соску. Король с Грейсли остановились у повозки, наблюдая за девочкой. Та вертела глазками, смотря то на одного, то на другого, не переставая при этом насыщаться.

– Моя дочь будет очень красивой, жаль, что никто про неё не узнает, – с тяжёлым вздохом сказал король, глядя на ребёнка, и направил лошадь вперед.

Грейсли немного задержался, разглядывая девочку, которая перестала есть и теперь с интересом наблюдала за ним. Вдруг она улыбнулась ему милой, беззубой улыбкой. Воин почувствовал, как волна восторга и любви всколыхнулась по всему телу. Своей семьи он так и не завёл, хотя король часто сватал ему богатых дочерей своих вельмож, но не настаивал на его женитьбе, в тайне понимая, что тогда на озере Мойра забрала сердце не только Маира, но и смелое и верное сердце капитана.

Все эти годы Грейсли был верен королевской семье и ни словом, ни взглядом не показал, что любит королеву особой любовью. Но Маир понимал, что это другая любовь, любовь с преданностью своему королю и восхищением красотой женщины. И нисколько не ревновал, тем более что Мойра отдала королю своё сердце полностью, без остатка. Сейчас дочь Мойры также захватила сердце грозного воина и теперь держала его крепко и на всю жизнь в своих малюсеньких кулачках и синих глазах.

Когда стемнело они сделали привал и поставили повозки поближе к костру, чтобы поочередно охранять их. Нэн с ребенком удобно расположились в повозке, заставив ворчащего Грейсли достать из поклажи перину, которую она прихватила с собой. Грейсли накормил животных, но отпускать не стал, так как в лесу было много диких зверей. Они с королём сидели у костра, тихо беседуя, когда раздался хруст веток за их спинами. Лошади забеспокоились, натягивая привязанные к деревьям поводья. Из повозки раздался плач ребёнка и тихий, успокаивающий голос Нэн. Маир и капитан вскочили, молча обнажив мечи.

Из леса вышли два волка, вернее вампала. Один могучий и второй – намного меньше по сравнению со своим собратом, всего лишь с большую собаку. Вглядевшись в них, король убрал меч. Оказалось, их догнал Валис и его сын Мастис, которых они оставили в замке, чтобы не привлекать внимания к своему отъезду. Валис медленно подошёл к королю, подталкивая носом второго вампала, тот безоговорочно подчинился, припал на передние лапы и склонил перед королем голову. Король недоуменно смотрел на них не понимая, что они от него хотят.

– Я думаю, он отправляет нам своего сына служить принцессе, – раздался голос Нэн, которая подошла, держа на руках уснувшую девочку. Глядя королю в глаза, Валис кивнул, а Мастис поднялся и сел у ног Нэн, заглядывая ей в руки. Нэн наклонила ребенка и откинув шаль, показала вампалу. Мастис потянулся к ней, понюхал и чихнул. Затем лёг и склонил голову на передние лапы, соглашаясь с решением отца.

– Благодарю тебя, – сказал Валису король и строго посмотрел на Мастиса, как бы оценивая его.

Скоро они все снова устроились у огня. Нэн с ребёнком на руках немного посидела с ними, пока все поужинали жареной рыбой, пойманной в ручье, и вернулась на свою перину. Мастис лёг под повозкой, охраняя свою новую маленькую хозяйку. Где-то вдалеке выли волки и трещали ветки, но приблизиться к ним никто не посмел. Валис покинул их утром, отправившись в замок. Сколько лет прошло, а его преданность Мойре вызывала восхищение. Он никогда не удалялся от королевы далеко и покидал ее ненадолго, лишь чтобы навестить свою подругу, которой тоже был верен.

Повозки и всадники тронулись на рассвете и продолжили свой путь. На следующий день после полудня они достигли невидимой границы. Король спешился и остановил их небольшой караван. Взяв из рук Нэн спящего ребёнка и велев ждать его здесь, он отправился в чащу леса. Только Маир знал про то место, окруженное магическими стенами, что сотворил когда-то Им-Дугуд, он же волшебная птица Анзуд.

Им-Дугуд был изгнан из Небесного царства, за то, что когда-то украл таблички с судьбами. Зачем они ему понадобились, так никто и не понял, даже он сам. Таблички он, конечно, потом вернул, когда за ним пришёл посланный богами воин Нинурту. Но, как оказалось, не все. Боги оставили Им-Дугуда в покое, и тот осел здесь на тысячелетия, свил огромное гнездо и не пускал к себе ни людей, ни магов.

Однажды он спас Маира, который попал в сильную снежную бурю и заблудился, замерзая в горах у Темного леса. Им-Дугуд тогда развлекался, облетая свои владения и еще больше разгоняя бурю. Он подобрал замерзающего путника и укрыл его от снежных вихрей в своем гнезде. С тех пор Маиру был открыт доступ во владения Анзуда. Недалеко от гнезда когда-то давно Король Леса построил хижину, точнее хороший дом с очагом, колодцем, сараями и конюшней. Куда любил приезжать раз в год, чтобы поохотиться и пообщаться с мудрым Анзудом. В эти дни они коротали вечера вдвоем, так как хозяин этих владений любил позабавить себя разговором. Птица была проводником между двух миров, и в мире людей его имя было Анзуд, а в мире магии он был известен как Им-Дугуд. Король знал только одно имя.

Сейчас, прижимая дочь к тревожно бьющемуся сердцу, король мысленно молился, чтобы Анзуд разрешил укрыть здесь девочку. Птица ждала его, расправив грозно крылья и пристально глядя королю в глаза. Тело и могучие крылья орла, закрывали всю крону огромного дуба, золотистая голова льва без гривы. Анзуд стоял в гнезде, грозно рыча и поглядывая на свёрток, что нес Маир, прижимая к груди.

– Приветствую тебя, благословенный Анзуд, – встав перед птицей, поклонился Маир. Анзуд приоткрыл пасть, с острыми белыми клыками и взмахнул крыльями, от чего крона дерева зашаталась.

– Как ты посмел, Маир, сотворить такое и пойти на сделку с ведьмой?! – гневно прорычал Анзуд.

– Я не мог потерять свою любимую жену, – виновато склонив голову, сказал Маир.

– Сделкой ты разрушил многое, что ещё веками могло жить без войны и крови, которые принесёт в этот мир Проклятое дитя, она не стоила жизни твоей королевы!

– Она не проклята! – воскликнул, крепче прижимая к себе дочь, Маир. – Я прошу твоей защиты, чтобы никакая магия не нашла и не забрала её.

– Заключив сделку, ты отдашь её в шестнадцать лет этому миру, чтобы он воспользовался её силой, и сила её проклятья принесет войну в эти края, – ответил Анзуд.

– Поэтому я прошу тебя спрятать её здесь и защитить ото всех. – Маир, прижимал свою дочь, зная, что сейчас все зависит от решения мудрой птицы.

– Хорошо, – задумчиво проговорил Анзуд, как будто что-то увидев, просматривая будущее. – – Я разрешу тебе оставить ее здесь под моей защитой и буду оберегать твое дитя, пока ей не исполнится шестнадцать лет и пока она не вступит в силу. Но ты должен обещать, что больше не переступишь границы моих владений и не увидишь дочь, пока она находится под моей защитой. Ты можешь выдать её своими посещениями. Выдашь её своей жене и тем, кто будет её искать. На шестнадцать лет ты забудешь это место и забудешь, что у тебя есть дочь.

Маир горестно вздохнул, вглядываясь в личико спящей дочери и поднял мокрые от слез глаза на Анзуда.

– Обещаю, – сказал король, и птица молчаливо склонила голову, принимая обещание.

– Теперь иди и приводи своих слуг. Я разрешу им пройти через заклятие, – сердито сложив крылья и плотно прижав их к туловищу, сказал Анзуд и скрылся за ветками, которые скрывали гнездо.

Маир тяжело вдохнул и направился обратно к повозкам, чтобы показать Грейсли дорогу к месту, которое станет ему и Нэн домом, на долгие шестнадцать лет. Благополучно устроив свою дочь, Маир пробыл с ними пару дней, затем собрался обратно в дорогу. Провожая его на крыльце дома, Нэн плакала, держа в руках спящее дитя. Грейсли вызвался проводить немного короля, до ближайшей большой деревни. Нэн составила внушительный список покупок, записанный Грейсли, так как нянька не умела ни читать, ни писать. Там было все самое необходимое, начиная от пряжи с тканями и заканчивая покупкой ещё пары коз.

Маир, выехал за ворота и обернулся, послав печальный взгляд дочери, которую вряд ли когда-нибудь увидит. А она вряд ли поймёт, почему он так с ней поступил. Грейсли и Нэн строго запрещалось рассказывать девушке о том, кто она такая, и обо всём, что связано с ее рождением. Каждые три месяца в один и тот же день король и Грейсли должны были встречаться на той поляне, где к ним присоединились вампалы. Маир должен был знать, как растёт его дочь. Грейсли получил внушительный мешочек золота для покупки всего, что им необходимо.

Дениза росла, ничего не зная о тайне, которая окружала ее рождение. Для нее Нэн заменила мать, а Грейсли отца. Она знала, что у нее где-то есть родители, но ей нельзя по каким-то причинам жить и видеться с ними, нельзя покидать дом и окрестности. Да у нее бы и не получилось, так как Анзуд наложил заклятие и Дениза не могла перейти границу. Нэн учила ее готовить, шить, вышивать. Грейсли – пользоваться всеми видами оружия и азам боевой подготовки.

Мастис рос и становился ростом выше девочки, пока она была маленькая, часто использовала его как лошадь, на что тот совсем не обижался. Он всегда сопровождал ее, участвуя во всех проказах. Пока Дениза была совсем крошкой, Мастис часто сидел, положив огромную мохнатую морду на ее колыбельку и наблюдая за ней. Пока девочка была маленькая он забирался спать в ее кроватку, откуда его часто прогоняла Нэн, ругаясь и замахиваясь на него тряпкой. Но потом он вырос и перебрался на пол.

Дениза ни в чем не нуждалась, но и ничего не видела, кроме их добротного домика и окружающей местности. Анзуд иногда рассказывал ей о другом мире, о магах, людях, фейцах и чудовищах, что когда-то населяли этот мир. Мудрая птица видела, как зарождается, пока еще слабая, магия в Денизе. Анзуд видел, кем она станет, и это пугало его. Он боялся, как бы Дениза не направила свою силу на сторону зла и поэтому старался привить ей понимание добра, любви и красоты.

Анзуд учил ее некотором заклинаниям, пока еще мелким и неважным, так как что-то более сильное у Денизы пока не получалось. Она умела разжечь костер, вызвать воду и полить, например, грядки на огороде, наполнить ведра в доме чистой и прозрачной водой. Кое-какие мелочи она начинала делать и сама, заставить мокрую тряпку мыть полы или иголку самой вышивать узор. Нэн ругалась, глядя на ее чудачества, как она их называла, и запрещала ей пользоваться магией. Грейсли молча наблюдал за всем этим, но не рассказывал королю, все больше убеждаясь, что магия не обошла стороной девушку, печать проклятия осталась на ней.

Пятнадцать лет пролетели незаметно. Дениза выросла и расцвела, превратившись под неусыпной заботой няньки и могучего воина Грейсли из маленького неуклюжего ребенка в красивую, высокую молодую девушку. Капитан знал, что она познакомилась с Анзудом, и не противился их дружбе. Для всех полной неожиданностью стала быстрая смерть старой Нэн. Грейсли часто с грустью наблюдал за девушкой, понимая, что срок его службы подходит к концу. Маир сдержал данное Анзуду обещание и не видел дочь со дня рождения. Но подходило время решить, что делать дальше с дочерью.

Его лошадь всё-таки упала, увязнув без сил в глубоком снегу. У её губ скопилась белая пена, бока тяжело приподнимались, она еще пыталась встать на ноги, но быстро слабела от полученных ран, окрашивая снег в алый цвет.
– Нет! Ну нет, Леди! – Кристоф чуть не заплакал, упав вместе с ней на бок и провалившись в глубь снежного плена.
Нога, прижатая боком лошади, утопила его в сугроб, и он цеплялся за седло, пытаясь вылезти из-под тяжелого тела. Наконец, высвободив ногу, Кристоф склонился к лошадиной голове, обняв за шею и уткнувшись в белую гриву. Леди была его лошадью с детства. Отец посадил его на лошадь в три года. С тех пор Леди никогда его не подводила. Кристоф просто не мог её потерять, он горестно рыдал, уткнувшись в ещё тёплую морду лошади, не чувствуя холода и ветра. Его рана кровоточила, смешиваясь с кровью из ран Леди и оставляя расползающееся красное пятно на снегу. Он тоже умирал и ничего не мог с этим поделать. Прощаясь с Леди, он поцеловал ее в морду своими солеными от слез губами. 
Кристоф попытался приподняться и не смог. Силы были на исходе. Разгребая руками рыхлый снег и проваливаясь в него, он попытался ползти. За ним тянулся кровавый след, руки утопали в мягком снегу, тщетно пытаясь найти опору для толчка, лицо уже не чувствовало холода. Кристоф из последних сил приподнял голову и оглянулся назад. Расстояние почти не сократилось – в лунном свете Леди рыла ногами снег, все еще пытаясь встать. 
И тут раздался вой. Волчий вой. Вот и конец, подумал Кристоф. Он хотел достать с пояса меч и не смог его нащупать. Дотянувшись до сапога, достал кинжал и крепко зажал его в руке. Выбросив руку вперед, он попытался воткнуть кинжал в землю, чтобы помочь себе ползти, но тот проваливался, утопая в снегу и не находя твердой поверхности. Окончательно теряя силы, Кристоф упал лицом в холодную пропасть снежного покрывала и силы окончательно его покинули. Уже уплывая в спасительную темноту, он услышал волчий вой, совсем рядом и потерял сознание. 
Когда, шумно вздохнув, Кристоф на мгновение пришел в себя, прямо перед своим лицом он увидел жёлтые глаза с красными крапинками. Глаза окружала шерсть непонятного цвета, хотя какой там цвет – ночью все кажется черным.
– Я умер – подумал он, почувствовав, что какая-то неведомая сила потащила его неизвестно куда. Постоянно теряя связь с реальностью, он ненадолго приходил в сознание и чувствовал, как его тащат, волоча по сугробам. Кристоф замерз и не чувствовал боли в теле, не осознавал окружающего мира. 
В очередной раз придя в сознание, он почувствовал, как все изменилось: его тянули за все жилы, болело всё, даже волосы (у него вроде были волосы?). И с благодарностью снова скользнул в гостеприимную тьму. 
Неизвестно сколько времени прошло, когда, в следующий раз приходя в сознание, Кристоф услышал голос, похожий на перезвон колокольчиков, который сказал:
– Мастис, быстро согрей его. – И всё. На него навалилась такая горячая тяжесть, что Кристоф решил не сопротивляться и просто умереть под этой каменной глыбой, горящей огнём.
Придя в себя в следующий раз, Кристоф почувствовал, что боль отступила. Медленно он открыл глаза и уткнулся взглядом в большую красивую шпалеру. На ней разноцветной шерстью и шёлком была выткана изумительная картина, изображающая лес, озеро и стоящую спиной женщину с длинными черными волосами и в алом платье. Кристоф лежал и рассматривал рисунок, сделанный талантливо и с душой. Он пошевелил ногами и руками, чувствуя, как кровь растекается по застывшим мышцам, оживляя и наполняя их силой. 
Кристоф повернул голову, разглядывая комнату, в которой оказался. Свет солнца проникал сквозь мягкие шторы с цветочным рисунком. Чисто отполированные светлые доски пола покрывал светло-серый изящный ковер с рисунком из виноградных лоз. Кристоф лежал на огромной железной кровати, завернутый, как в кокон, в теплое пуховое одеяло. Слегка сморщив лоб, он попытался сообразить, как здесь оказался, но не мог вспомнить ничего, кроме снега и бури. Голову пронзила мысль о Леди, о том, что она осталась где-то там, в мерзлом снегу. 
Кристоф попытался сесть на кровати, чувствуя, как слегка закружилась голова. На нём была надета ночная рубашка ниже колен, отороченная кружевом у ворота и по рукавам, больше ничего. Ощупав грудь, он почувствовал тугую плотную перевязь. Чуть ее приподняв сверху, он разглядел всего лишь розовый шрам почти у самого сердца, а не страшную кровавую рану. Вытянув руки, увидел, что они покрыты мелкими шрамами. Кристоф попытался встать, ноги противно дрожали, и ему удалось схватиться за железную спинку кровати. Голова продолжала кружиться, и он резко сел обратно на кровать, мягко скрипнув пружинами. 
И тут дверь открылась, поддетая в щель чьим-то большим, чёрным носом. В дверь просунулась голова огромного волка. Что это был за волк! Огромный, ростом почти с дверь, шерсть на холке приподнята, пасть оскалена, обнажая острые клыки. И вдруг это чудовище подскочило к Кристофу и лизнуло его в лицо. Кристоф в страхе начал искать меч на боку, но его там не было, только эта дурацкая сорочка в кружевах. Снизу раздался мелодичный голос.
– Мастис, иди сюда. – Волк ещё раз взглянул на Кристофа и, развернувшись и задев хвостом вазу на прикроватной тумбочке, выскочил за дверь.
Ваза упала на пол и разбилась на множество мелких осколков. Снизу раздалось мягкое чертыханье, и всё стихло, кроме топота волка по лестнице вниз. Кристоф изумлённо уставился на дверь и затем встряхнул головой, почти как собака. Он снова улёгся на мягкую постель. 
Где он? Что это за место? Что это за зверь? Вопросы оставались без ответа. Но главное, он был жив, остальное выяснит потом. Кристоф начал вспоминать, что случилось. 
Он со своим отрядом возвращался домой в Королевство Равнин. И тут на них налетела такая снежная буря, что через десять минут он потерял всех своих сопровождающих и заблудился. Они с Леди долго блуждали, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь снег и темноту, какую-нибудь деревню, хижину, где можно укрыться, но он почти ничего не видел на расстоянии вытянутой руки. А потом на него напали, и он не знает, кто это был. Эти твари окружили его какими-то сгустками теней и просто начали убивать. У них было почти невидимое оружие, прозрачное, как осколки длинного стекла. Леди тоже получила несколько ударов и понеслась, не разбирая дороги. Так они летели по лесу, пока их не поймала буря, снова закружив в своих объятиях. Глубокий колючий снег превращался в огромные сугробы прямо на глазах. Лошадь, выбиваясь из сил, пыталась продвигаться дальше, упала, истекая кровью, и уже не смогла подняться. Кристоф, тоже получивший ранения – в ногу, плечо и грудь – упал вместе с ней. После таких ран невозможно было выжить, но он жив… или нет? Может быть, он попал в Небесное Царство и голос, похожий на перезвон колокольчиков, это голос ангелов?
Голос внизу точно принадлежал человеку, вряд ли это Небеса. Кристоф встал с постели, немного постоял, ощущая, как утихает головокружение и гаснут звёзды в глазах. Затем оглядел комнату в поисках одежды. На кресле у небольшого камина лежал светло-зелёный бархатный халат. Кристоф взял его и надел, халат как будто расширился в плечах и вытянулся в талии, изменяясь под его размеры. Недоумённо ощупав ткань и не найдя никакой обуви, Кристоф, осторожно ступая, босиком вышел из комнаты, опираясь на стены, и начал спускаться по деревянной лестнице.
Рядом с лестницей он заметил ещё три двери, видимо в другие комнаты. Спустившись, поднырнул под низкую притолоку, сделал пару шагов и застыл на месте. Небольшая гостиная, украшенная вышитыми шпалерами на светлых бревенчатых стенах, окна, заставленные цветами и мягкими шторами, с веселым рисунком из цветов. Тёплый пол из полированных досок с пятном пушистого зеленого ковра, пара кресел у камина и мягкие диванчики, обитыми темно-зеленой шерстью, но всё это Кристоф практически не заметил.
Она стояла у окна, поливая из маленькой лейки стоявшие там цветы. Светлые, почти белые с серебром волосы, как лунная дорожка, спускались ниже талии, завиваясь в крупные локоны. Сама же талия была настолько узкая, что, казалось, ее можно обхватить двумя его ладонями. Стройная девушка наклонилась, что-то шепча цветам. Обернувшись на звук его шагов, она поставила лейку на подоконник и сделала шаг в сторону Кристофа. Лицо ее было прекрасно. Особенно выделялись на нем глаза, самые синие, которые когда-либо видел Кристоф, цвета темного аметиста. Высокие скулы и слегка заостренный подбородок, выдавали в ней знатную особу. Кристоф оставался застывшим в благоговейном молчании. 
Девушка тоже разглядывала его. Кристоф надеялся, что не сильно напугал ее своим растрепанным видом и зеленым халатом. Ему казалось, что он читает в ее взгляде: «Какаой красивый мужчина!» Кристоф знал свои преимущества: он широкоплеч, высок и имеет военную выправку. Девушка подошла к нему и, мягко взяв за руку, подвела к небольшому мягкому креслу, заставив сесть. 
В дверь тихо поскреблись и просунулся нос, а следом за ним и волк, который был в комнате Кристофа. Похоже, у волка было в порядке вещей так открывать все двери.
– Знакомься, это Мастис, – звонким голосом, сказала девушка, указав на волка, – а мое имя Дениза.
– Ах Мастис!
– Да, он лечил тебя все эти дни.
– Я и не думал, что у волков, есть такие способности, – слегка улыбнувшись, но даже не взглянув на Мастиса, сказал Кристоф, который не мог отвести взгляд от девушки, полностью утонув в синеве ее глаз.
– А он и не волк, – засмеялась Дениза, – он собака, вернее вампал.
– Собака?! Эта собака как маленький конь! – наконец-то заинтересовавшись псом, Кристоф перевел на него взгляд.
– Эта собака мой друг, сын вмпала моей матери, Валиса, – пояснила Дениза. Окрас у вампала был медный, в полоску, грудь же светлая. Длинный хвост и грива отличали его от волка, но форма головы и туловища была очень на него похожа. Мощные лапы с огромными когтями черного цвета выглядели устрашающе. Судя по тугим перекатам мышц, вампал несомненно обладал огромной силой.
– Никогда не слышал про вампалов. – Кристоф с удивлением разглядывал Мастиса. Дениза засмеялась, зарываясь изящной рукой в плотный мех пса.
Тот прошёл мимо Кристофа и улёгся невдалеке от камина, осторожно косясь на огонь. Положив голову на передние лапы, следил желтыми глазами за Кристофом, чуть прищурившись.
– Я хочу поблагодарить тебя, девушка. – Кристоф перевел взгляд от Мастиса и снова утонул в глубине синих глаз красавицы, которые смело смотрели на него, влекли к себе и не отпускали.
– Ты был сильно ранен, когда Мастис тебя притащил.
– Мастис меня притащил? – Кристоф опять взглянул на вампла и вспомнил, как ему казалось, что кто-то тащит его за шкирку по сугробам. – Так это он нашёл меня?
– Да, когда Мастис принёс тебя, ты был похож на огромный снежный ком, пропитанный кровью. Он потом не отходил от тебя, когда ты был в лихорадке и мерз, вампалы намного теплее людей по температуре тела. Ты, наверное, голоден?
Кристоф кивнул, почувствовав, что действительно в животе у него давно было пусто.
Девушка прошла в небольшую кухоньку, где была большая печь с очагом и откуда шёл очень вкусный запах хлеба и жареного мяса. Когда она стала накрывать на стол, Кристоф хотел ей помочь, но всё, что смог, это дойти до стола и присесть на большую скамью. На скатерти появились оловянные тарелки и приборы, затем из печи Дениза достала хлеб и большой котелок с тушеным мясом и овощами, булькающими в густой подливе.
Мастис оживился и перебрался поближе к столу и уселся возле него, наблюдая за движениями девушки. Его морда была вровень со столом и при желании он бы мог есть прямо из тарелки.
– Сколько я был без сознания? – спросил Кристоф, тоже наблюдая за восхитительной, стройной фигуркой.
– Пять дней, – не оборачиваясь, сказала девушка – ты был серьёзно ранен, царапины на ноге и руках не сильно меня беспокоили, а вот рана на груди была большой и кровоточила, ты потерял много крови. Поэтому мне пришлось держать тебя во сне несколько дней, чтобы ты быстрее восстановился. Мастис согревал тебя, когда начинался озноб. – Вампал услышал своё имя и тихо гавкнул, подтверждая, как будто всё понимал.
– Так вот кто на меня падал, как горячая каменная стена, – засмеялся Кристоф и протянул руку, чтобы потрепать Мастиса по мохнатой голове. Тот обнажил клыки, зарычав. Кристоф быстро убрал руку. Дениза рассмеялась, глядя на них, взяла кувшин, стоявший у печи, налила Кристофу пахнущий травой горячий напиток.
– Вот выпей и будем обедать.
Запах трав был приятный, Кристоф смело глотнул и чуть не выплюнул обратно. Жидкость была горькой, ужасно горькой, но, поглядев в четыре глаза, что следили за ним, с трудом проглотил жидкость и выдохнул.
– Пей маленькими глотками, – посоветовала девушка, – это восстановит кровь и силы. – Мастис тоже кивнул, как бы подтверждая. Кристоф снова уставился на него, забыв про напиток. Дениза засмеялась и, потрепав пса по голове, сказала:
– Он все понимает, так что можешь говорить с ним.
– Да, но как он отвечает? – удивился парень.
– А ты разве его не понимаешь? Он же кивает тебе, рычит, – указала глазами на вампала девушка. Тот снова кивнул и гавкнул для пущей убедительности.
– Ты здесь живёшь одна?
– Нет, я не одна, здесь мой дядя и раньше жила ещё бабушка, но она умерла, – уклончиво проговорила хозяйка.
– А почему вы здесь живёте одни?
– Я не могу тебе этого сказать. – Девушка встала и, поправляя фартук, отошла к окну. – А ты почему здесь?. – «Сюда редко кто заезжает, вернее, никто не заезжает», – подумала про себя девушка.
– Я ехал из Королевства Озер, но нас застала буря. Своих друзей я потерял в темноте, потом на меня напали какие-то тени, лошадь понесла.
– Какие тени? – нахмурилась Дениза
– Не знаю, помню только что-то похожее на сгусток тьмы, оно движется около меня и наносит раны странным прозрачным оружием. Ни лица, ни рук, ничего. – Кристоф поставил чашу и привалился к теплой стенке печи. Рана на груди заныла.
– Тебе нужно отсюда уходить, здесь тебе нельзя долго оставаться, – грустно сказала девушка.
– Но я еще слишком слаб и к тому же моя лошадь, погибла там, в снегу. – Кристоф уныло, поглаживал себя по груди, пытаясь успокоить рану.
– Иди сюда, посмотри.
Кристоф встал и, чуть хромая подошёл, к девушке. Встав рядом, он почувствовал ее запах, запах только что распустившейся розы, ему ужасно хотелось потрогать эти волосы, эти серебристые нити, узнать их мягкость и шелковистость. Красавица нетерпеливо вздохнула и силой повернула его к окну, заставляя смотреть, приобняв за талию. Сначала Кристоф ничего не мог разглядеть, ощущая лишь запах и прикосновение девушки, но, почувствовав ее нетерпение, взглянул в окно и с возгласом радости выбежал на крыльцо.
Девушка накинула шаль и тоже вышла во двор. Вокруг был лес, усыпанный снегом. Мохнатые ели, как часовые в мягких белых шапках, окружили дом. Кристоф, поражённый, уставился на лошадь, что стояла у открытого стойла, это была его Леди. Она медленно жевала пучок сена. Узнав хозяина, она мотнула головой и приветствовала его громким ржанием.
– Как!? Она же умерла?
– Ты тоже, – ответила девушка и, кутаясь в шаль, вернулась в дом. Кристоф ещё немного полюбовался своей лошадью, но подойти к ней не смог – только сейчас осознал, что выскочил с босыми ногами.
Он вернулся в дом. Хозяйка уже накрыла стол на кухне и жестом пригласила его к столу. Дверь с улицы открылась и в комнату вошёл могучий воин. Пока он раздевался, глаза цвета стали с подозрением смотрели на Кристофа из-под густых бровей.
– Кто ты? – рявкнул воин, встав и положив руку на рукоять меча, что висел на поясе. Кристоф удивился. Откуда в этой глуши меч воина, причем воина знатного, украшенный золотом и драгоценными камнями? Одежда у воина, хоть и без вышивки, была из шерсти хорошего качества, туника покрашена в синий, самый дорогой, цвет.
– Грейсли, ты его пугаешь, – мягко упрекнула воина девушка. Тот хмыкнул, садясь за стол, всем своим видом показывая, что именно напугать этого юнца он и собирался.
– Я Кристоф. – Он постарался осторожно расправить плечи, чтобы не причинить себе боль, но казаться шире и крепче в глазах этого могучего богатыря.
– И это всё? – с издевкой спросил Грейсли.
– А что ещё ты хочешь узнать? Я про тебя тоже ничего не знаю, – твёрдо и тихо, проговорил парень.
Грейсли ещё немного посверлил Кристофа взглядом и, как будто успокоившись, начал накладывать в тарелки аппетитно пахнущую еду.
Оловянная посуда и чаши говорили Кристофу о том, что его новые друзья не из знати, но их прямые спины, гордая осанка и воинская выправка Грейсли заставили Кристофа усомниться. Вся обстановка комнаты: ковры, свечи в серебряных канделябрах, ткани и бархатная обивка на креслах – все говорило о достатке и привычке жить в роскоши. Кристоф отложил свои мысли на потом и взял из рук Грейсли протянутую тарелку, наполненную густым и ароматным рагу. Зачерпнув ложкой божественную еду, одновременно макая туда ещё тёплую корочку хлеба, Кристоф чуть не заурчал от удовольствия – как давно он, оказывается, не ел. Мясо кролика было сочным и мягким, маленькие морковки утопали в густой подливе со специями. Специи? Откуда здесь специи? Специи были очень дороги на рынке и позволить их себе могла лишь знать, но в подливе явно присутствовали чеснок и жгучий перец. Еще одна загадка.
– Я подлечил твою лошадку, она была совсем плоха, – не глядя на Кристофа, сказал воин, продолжая уплетать рагу. – Зачем так издеваться над лошадью? 
Кристоф чуть не подавился коркой.
– Я не издевался над Леди, на нас напали.
– И кто же это на вас здесь напал?
– Дядя, он был ранен и лошадь тоже, на них в бурю напали тени, – объяснила девушка, гоняя одинокую морковку по своей тарелке.
– Тени? – Грейсли немного помолчал и продолжил есть. Потом буркнул: – Леди – хорошее имя для такой лошади.
Дальше обед прошел в тишине.
– Ну ладно, парень, на ногах ты стоишь, пора тебе и домой, – вставая, приказал Грейсли.
– Но я ещё не готов уехать, – тоже вскакивая, возмутился Кристоф. – У меня ещё голова болит и рана, – для большей убедительности пожаловался он, глядя в глаза Грейсли. Тот усмехнулся и начал подниматься на второй этаж. Девушка тоже встала из-за стола, собирая миски и ложки для мытья.
– Давай я тебе помогу, – предложил Кристоф. Она указала ему на большой медный таз с тёплой водой и баночку с жидким мылом. Кристоф быстро ополоснул посуду и вытер насухо. Хохяйка убирала со стола.
– Тебе действительно лучше уехать, – сказала она.
– Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, – поворачиваясь к ней, неожиданно для себя выпалил Кристоф. Тонкий мелодичный смех прозвучал в ответ.
– Мне всего пятнадцать и ты ничего обо мне не знаешь.
– Я знаю лишь то, что хочу на тебе жениться. А возраст твой вполне пригоден для брака. Я принц, я богат, я могу делать всё, что захочу, а хочу я, чтобы ты была моей женой, – с юношеской горячностью сказал Кристоф.
– Нет, – покачала головой девушка, – ты не можешь меня полюбить так быстро. Ты не знаешь, кто я, откуда и что я за человек. Я тоже тебя вижу первый раз. Давай завтра или на днях, как ты наберешься силы, ты вернешься к себе домой и забудешь об этом приключении.
– Мне всё равно, кто ты, откуда ты. Я вижу тебя, я понимаю, что ты моя судьба, моя половина. – Кристоф был вполне серьёзен.
– А твои родители? Они вряд ли обрадуются, что ты женишься на мне, а не на какой-нибудь принцессе или знатной даме.
– Они сделают всё, как я хочу. Если я сам буду счастлив, они тоже будут за меня рады, – не сдавался Кристоф.
– Но ты не можешь быть уверен, что со мной ты будешь счастлив. – Девушка не была столь наивна, как этот свалившийся им на голову принц. – Иди ложись, тебе надо больше лежать, набираться сил.
Скоро в доме всё стихло. Кристоф долгое время просидел в гостиной в кресле, потягивая темный эль и обдумывая слова девушки. Он все больше убеждал себя в том, что нашел свое счастье именно здесь, в этом укутанным тайной и снегом доме, окруженном еловым лесом.
Он размышлял, над предложением, которое сделал девушке. Принц не врал, он действительно желал сделать её своей женой. Кристоф был единственным сыном и наследником короля Равнин и с детства получал всё, что ему хотелось. Но как ни странно, это его нисколько не избаловало, скорее всего благодаря тому, что он рос не один. Три сестры не давали ему изнежиться, как единственному ребёнку наследника. Да и сам король не спускал глаз с сына. С детства его окружали наставники, Кристоф изучал языки, философию, математику, танцы и, конечно, воинское искусство. Которому, кстати, он отдавал всё своё свободное время. Наставник принца в чём-то был похож на Грейсли, из кельтской породы из Королевства Леса. Могучий сильный воин гонял Кристофа так же, как и остальных оруженосцев, возможно даже строже. Мечи, копья, кинжалы, лук – всем этим Кристоф владел искусно. Его обожали девушки за его красоту, ум и умение веселиться. Кристоф любил подурачиться, но сейчас он был серьёзен, как никогда. 
Девушка ему очень сильно понравилась, принц не встречал никого красивее. Добрая, нежная – всеми этими качествами, как думал Кристоф, она обладала сполна. Принц решил срочно ещё раз поговорить с ней о замужестве и вскочил с кресла, забыв о своих ранах. Тяжело ступая и кряхтя, как старый дед, он начал подниматься на второй этаж. Главное, не ошибиться и не попасть на порог к Грейсли. Кристоф тихонько открыл одну дверь и по запаху сразу понял, что попал куда надо. Тонкий запах розы был только у хозяюшки этого дома, вряд ли Грейсли или Мастис пользовались такими же духами. В комнате было темно и Кристоф, тихо крадучись, сделал пару шагов. Слабенький ветерок прошелестел мимо него и тонкое, острое лезвие кинжала упёрлась в горло.
– Ещё один шаг, и я увижу, какого цвета твоя кровь, снова, – прошептала ему на ухо девушка.
– Я не причиню тебе вреда, – подняв руки, проговорил принц, – я просто хочу спросить, почему ты не хочешь выйти за меня замуж?
Кинжал так же быстро исчез от горла Кристофа, как и появился. Девушка открыла дверь в коридор.
– Тебе необязательно обо мне много знать.  Я не могу выйти за тебя замуж. На днях ты покинешь наш дом и больше никогда не вернёшься. Забудь про это место, – мягко подталкивая в бок Кристофа к двери, девушка тут же закрыла её. Кристоф уткнулся носом, уже в закрытую дверь. Из-за угла коридора вырулил Мастис и, поглядывая на Кристофа жёлтыми глазами, улёгся у порога.
– Меховая мочалка – проворчал парень и отправился к себе.

На следующий день Кристоф проснулся поздно. Он долго ворочался ночью в постели, думая о девушке и к тому же у него разболелась рана на ноге. Уснул он, когда окна уже стали серыми, постепенно избавляясь от ночной черноты. 
Утром, едва открыв глаза и увидев солнечный свет, принц услышал лязг оружия, который доносился со двора. Кто-то сражался на мечах. Кристоф кубарем скатился с кровати, охнув от резкой боли в груди и ноге. Накинув уже привычный ему бархатный халат, он поискал глазами свой меч или кинжал и, не найдя ни того, ни другого, схватил кочергу и выбежал на крыльцо. Видимо, передвигаться в этом доме на босу ногу входило у него в привычку. Взглянув в сторону небольшого кусочка земли, что оттаял от снега, принц застыл. Огромный могучий воин, в котором Кристоф узнал вчерашнего Грейсли, нападал на хрупкую защищающуюся Денизу. Удары, следуя один за другим, не давали девушке передохнуть. Держа в одной руке меч, в другой кинжал, слегка отступая, Дениза храбро отбивала удары. Кристоф нахмурился – бой не выглядел тренировочным. Крепко сжав в руке кочергу и собрав все силы, Кристоф закричал:
– Эй ты, брось меч! – как ему показалось грозно, но голос предательски дрогнул, наполненный утренней хриплостью, и получилось не очень впечатляюще.
Грейсли остановился, и Дениза тоже, вопросительными взглядами шести пар глаз они уставились на принца. Шести, потому что из-за угла конюшни выглянул и Мастис. Хотя нет, восьми. Леди, стоявшая рядом с другой, черной, как зола, лошадью, тоже перестала жевать и смотрела на хозяина. Черная лошадь даже не подняла морду от кормушки с сеном. Минуту длилось молчание, затем Дениза начала хохотать, прижав руку с мечом к животу и запрокинув голову. Грейсли стоял, ухмыляясь во весь рот, убирая меч в ножны, висевшие на кожаном поясе. 
Только сейчас Кристоф оценил свой внешний вид. Он стоял на ледяных досках крыльца в бархатном халате с выглядывающим из-под подола и у ворота белым кружевом сорочки, с босыми ногами и с кочергой в руке. Дениза продолжала хохотать, согнувшись в колене и отбросив меч. Мастис испарился, Леди отмерла и продолжила жевать свой пучок сена. Кристоф, рассердившись на кочергу, отбросил ее в сторону, чертыхнулся и ушёл в дом. До самой комнаты его преследовал хохот Денизы. 
Чуть позже, постучав и не получив ответа, она осторожно вошла в его комнату, думая, что он уснул. Она принесла ворох отстиранный от крови и аккуратно зашитой одежды. Видно было, что девушка пытается сдержать улыбку всеми силами, но глаза сверкали, когда она поглядывала на надувшегося принца. Кристоф сидел на кровати, сложив руки на груди и демонстративно отвернув от Денизы голову. Та, увидев его, положила одежду на стул и, зажав ладонью рот, выбежала из комнаты, с лестницы раздались торопливые шаги и хохот уже снизу.
К завтраку Кристоф спустился полностью одетый в свою одежду, принесенную Денизой. Грейсли проводил его взглядом, довольно ухмыляясь. Он намазывал края теплого румяного хлеба маслом из горшочка, поливая все янтарным мёдом из маленького кувшинчика. Глядя на стол, Кристофа почувствовал, как у него заурчало в животе. Всё было просто, но выглядело так аппетитно. Хлеб под белой льняной салфеткой, ещё тёплый, каша, творог и молоко в запотевшем большом кувшине. Принц щедро наложил себе каши, сдобрив ее сливками и добавив мёд. Налив молока в большую деревянную кружку, Кристоф с удовольствием начал есть. Грейсли продолжал ухмыляться. Дениза скармливала Мастису, сидевшему с довольной мордой у стола, кусочки хлеба, которые она предварительно макала в мед. Усы Мастиса топорщились во все стороны, блестя сладкими каплями. Кристоф поблагодарил хозяйку за одежду и за вкусный завтрак и попросил немного с ним прогуляться, показать окрестности, чтобы вернуть силу ногам. Девушка согласно кивнула, вампал тоже, Грейсли недовольно что-то проворчал.
Вышли они из дома примерно час спустя, когда зимнее солнце уже начало припекать и наполнило звонкой капелью всё вокруг. Молча, поглядывая друг на друга, они дошли до озера. Мастис бежал впереди, виляя хвостом, и сразу зашёл в воду, высматривая что-то на глубине. Кристоф пытался начать разговор, но ему почему-то сложно стало подбирать нужные слова. Сегодня девушка была просто очаровательна. Румянец играл на щеках, серебристые прядки вырвались из-под тёплого, подбитого белым мехом капюшона, глаза сверкали яркими синими искрами. Принц не мог на нее наглядеться. Дениза сама начала разговор, шутливо пихнув его локтем в бок.
– Утром ты выбежал на крыльцо такой грозный в своём зелёном халате с кочергой в руках, что мы очень сильно за тебя испугались.
Кристоф тоже улыбнулся, вспомнив весёлое утро.
– Я подумал, что кто-то напал и вы отбиваетесь.
– Ну мы с Грейсли не совсем немощные, кое-что умеем, да и Мастис не даст нас в обиду.
–Ты здорово владеешь оружием, – сделал комплимент принц. – Я, когда увидел, думал, что Грейсли на что-то рассердился, так яростно он на тебя нападал.
– Нет, его уроки так со стороны выглядят, раньше старушка Нэн часто сердилась, глядя на наши тренировки, ей казалось, что Грейсли слишком жестко меня учит, – улыбнулась девушка, присев на корточки и опуская руки в воду.
–  Нэн, это твоя бабушка, что умерла? – присаживаясь рядом, спросил Кристоф. Он хотел как можно больше узнать о девушке.
– Да, она ушла в Небесное царство, как Грейсли сказал, – грустно ответила Дениза.
– Она была старая?
– Думаю да, у нее были седые волосы, и она жаловалась на боли в груди и ногах. Я не смогла ей помочь. У Грейсли тоже седые, белые волосы, – грустно сказала Дениза. Кристоф задумчиво смотрел на прозрачную воду.
– Ну, я думаю, Грейсли еще не так стар – вспоминая подтянутую, могучую фигуру воина, успокоил девушку принц.
Мастис бегал по воде, гоняясь за водомерками. Кристоф подобрал палку и, помахав перед носом вампала, запустил её в воду. Пес проводил палку взглядом, но не тронулся с места, всем видом показывая, что он серьёзная большая собака и за палками не плавает. Дениза улыбнулась и тоже взяла другую палку, Мастис вскочил и игриво запрыгал, глядя на палку в ее руке. Девушка размахнулась и запустила её в воду, вызвав фонтан брызг. Вампал с радостным визгом бросился за палкой и. схватив ее в зубы, поплыл обратно хозяйке. Дениза бросила снова. Кристоф опять надулся, но ненадолго. 
Очень скоро они уже играли, кидая камни в воду, а Мастис пытался нырять и достать их из воды. Они вернулись, держась за руки и разговаривая обо всём на свете. Дениза расспрашивала Кристофа о его доме, о родителях и сестрах. Он рассказал ей о больших городах, праздниках, что устраивались в них. Девушка показала ему большой кокон-улей с мёдом, вокруг которого кружились гневно жужжащие пчелы. Потом Кристоф, заостренной палкой, а Мастис зубами поймали в весело журчащем у дома ручье пять больших рыбин и вернулись в дом готовить ужин. Около дома Грейсли водил Леди, давая ей размять ноги и восстановить силы после ран. Оставив Денизу на кухне, Кристоф присоединиться к Грейсли, взяв с кухни для лошадки большое красное яблоко. Та встретила его радостным ржанием, кивая головой. Грейсли передал поводья и наблюдал, как принц водит свою лошадку по кругу, так как она ещё была слаба и нежелательно было её сильно нагружать быстрой скачкой и седоком.
– Ты хороший парень, принц, – сказал Грейсли, когда Кристоф подошёл к нему, – но забудь ты про это дело с женитьбой.
– Но почему? Я действительно хотел бы взять Денизу в жены, я готов просить руки у её отца. И даже если у неё нет приданого, не беда, я достаточно богат, я могу ее обеспечить, дать ей достойную королевы жизнь и сделать ее королевой в будущем, – уныло возразил Кристоф.
– Дело здесь не в богатстве, Дениза ведёт свою линию судьбы, ты свою, и они пересеклись лишь на время, – неожиданно по-философски выдал капитан.
– Я могу остаться ещё хотя бы на пару дней? – спросил Кристоф, в тайне надеясь, что за это время Дениза и Грейсли передумают.
– Она не передумает, – как бы прочитав его мысли, сказал Грейсли – И я тоже. На пару дней оставайся, но не задерживайся с отъездом.
Дениза с Кристофом гуляли, потом катались на лошадях, разминая Леди ноги. У Денизы была замечательная серенькая лошадка, спокойная, с густой длинной гривой. Вечером они сидели у очага, Кристоф рассказывал ей сказки, которые помнил с детства, так как Дениза, как оказалось, не знала ни одной. 
В первый же вечер к ним присоединился Грейсли, принеся сверху свою любимую лютню, и спел им несколько красивых песен про древние легенды, драконов, любовь и колдовство. У Грейсли оказался красивый бархатный голос, глубокий и чувственный. Дениза слушала балладу о несчастной любви и каждый раз вытирала слезы, когда Грейсли ее пел. Кристоф тоже был очарован красивой историей и получал истинное удовольствие от музыки и умелой игры Грейсли на лютне. 
Два дня пролетели незаметно, настал день отъезда. Утром, после молчаливого хмурого завтрака, Кристоф оделся, оседлал лошадь и подвел ее к крыльцу, где стояла Дениза, которая вышла его проводить. Сунув ему в руку узелок с пирожками и кожаный мех с легким вином, она молча смотрела, как Кристоф складывает все в дорожную сумку, закрепленную ремнями на боку Леди. Грейсли планировал доехать с Кристофом до ближайшей деревни, ему надо было там что-то купить и подковать лошадь. Взяв ладони девушки в свои тёплые руки, Кристоф слегка тронул её губы губами и вручил ей что-то завернутое в красный бархат. Дениза приняла лёгкий поцелуй, зажмурив глаза, и, отстранившись, развернула подарок. На красной поверхности мягкого бархата лежал золотой браслет, сверкающий тонкими полосками изящной огранки. Кристоф взял браслет и надел его ей на тонкую кисть.
– Если когда-нибудь тебе нужна будет помощь, если тебе некуда будет идти, и ты будешь в опасности, прошу тебя приехать ко мне в Королевство Равнин или передать с кем-нибудь этот браслет, я сразу пойму, что ты нуждаешься во мне, и приеду к тебе. Я буду ждать тебя, и я вернусь, чтобы ещё раз попросить выйти за меня замуж, – с искренним и глубоким чувством сказал принц.
В горле Денизы стоял ком, не давая ей произнести ни слова, чтобы не залиться слезами и не просить его остаться, но этого нельзя было делать. Кристоф поцеловал её нежную, ледяную руку и, легко вскочив на лошадь, выехал со двора, постоянно оглядываясь. Он последовал за Грейсли, который уже порядочно отъехал от дома.
Девушка махала ему рукой, сдерживая слёзы, пока он не скрылся из виду. Затем села на крыльцо и зарыдала, обняв подошедшего Мастиса и слезами орошая его шерсть.
 

Гладин сидел, развалясь на троне, положив ногу на ногу и прикрыв глаза ладонью правой руки. На руке поблескивал золотой перстень с дымчато-белым камнем. Тёмно-каштановые до плеч волосы, были стянуты кожаным ремешком. На Гладине была длинная черная туника, с прорезями на рукавах и по бокам, сквозь которую проглядывала серая ткань, с серебристой вышивкой. Чёрные бриджи и высокие сапоги из мягкой кожи, на руке золотой браслет с искусной гравировкой. Трон и такой же, стоящий рядом с ним, был из красного дерева, в верхнюю его часть были вставлены драгоценные камни, изумруды и рубины. Сиденье у трона было крайне неудобным, оно скользило. Бархатная, зелёная подушечка, только ухудшала положение, придавая скорости соскальзыванию. Уже час Гладин мучился, периодически съезжая с трона и возвращаясь обратно

– Поджечь что-ли его? – подумал в очередной раз Гладин, глядя на своего советника, сквозь прикрытую руку. Не советника, конечно, поджечь, трон, хотя и советника слегка подпалить тоже можно – опять вторглись дурные мысли в его голову. Ирмас, первый советник королевы и не подозревал, какие мысли бродят в голове у принца, который, как казалось Ирмасу, терпеливо и внимательно слушал его уже час. В зале было душно, почти жарко. Гладин своей магией прибавлял температуру, надеясь, что советник быстрее закончит. Но тот стойко стоял, обливаясь потом. Сам Гладин создал у трона легкий ветерок и теперь почти засыпал, убаюканный монотонным рассказом Ирмаса. Прикрыв глаза рукой, чтобы тот не видел, как Гладин засыпает.

– И так – продолжал Ирмас – на праздник первого снега практически всё приготовили: десять туш свиньи, пятнадцать туш телятины, один олень, сто каплунов…

– Стой, а почему олень только один? – лениво, подразнил советника, Гладин.

– Но ваше высочество, ещё больше двух недель до праздника, наши охотники, думаю, поймают ещё пару. В крайнем случае, у нас есть несколько бочек с лососем во льду, форелью и устрицы…

– Нет, ну так не пойдёт! Нам срочно нужно ещё пару оленей – в очередной раз почти съехав с трона, Гладин начал приподниматься.

– Но Ваше Высочество, я ещё не доложил о фруктах и овощах – обеспокоенно завопил советник – тем более о тканях, что я подобрал для ваших нарядов. Несколько рулонов голубой и белые расцветки, они велико…

Гладин махнул рукой, рот советника закрылся и слипся.

– Ирмас, я не хочу ничего слышать про этот праздник, ты двести лет занимаешься подготовкой к нему, сам знаешь, что нужно делать, а я поеду на охоту – легко вскакивая с трона и радостно улыбаясь, Гладин нашел причину, чтобы отвязаться от скучных обязанностей. Советник пытался что-то сказать, но губы не расклеивались.

Гладин лениво развернул его жестом руки и подтолкнул к дверям, которые тут же открылись и закрылись за вылетевшим из них советником. Гладин спустился с тронного помоста и подошёл к окнам, которые были по всему залу. Большие окна от пола до потолка, украшенные полосками цветной мозаики, с цветочным рисунком, открывали вид на покрытые снегом горы, потонувшие в лучах утреннего солнца. На замковой площади шла тренировка лучников и копьеметателей. Как бы Гладин хотел туда, размяться до хруста и боли в мышцах, чтобы пот заливал глаза, а голова стала совсем пустой от всех мыслей. Королева – мать уже неделю, где-то отсутствовала по своим тайным делам и даже не сказала куда отправилась. А он, Гладин должен был тут сидеть и заниматься всякой ерундой, решая вопросы, что ему хочется на обед и ужин, сколько ещё понадобится камней и дерева для новой конюшни. Из воздуха возник небольшой лист сложенного пергамента. На нем стали появляться строчки, которые выводило пушистое черное перо. Буквы возникали на письме из воздуха, округлым почерком матери.

– Скоро буду, Геката – мать никогда не писала по-другому. Затем пергамент сложился в маленькую корону и пропал, растворившись в воздухе.

Гладин улыбнулся, наконец-то он будет свободен от королевских дел и займется своими. Он радостно зашагал к дверям, но небольшой ветер пронесся по залу, остановив его. Затем перед принцем появилось черное облако и немного погодя, как туман рассеялся, являя Гладину его мать, Гекату. Молодая, стройная, с рыжими длинными волосами, которые сейчас были заплетены в косу и уложены короной на голове, Геката была красива. Алебастровая кожа, черные, изогнутые брови и такие же чёрные глаза с золотым ободком, высокие скулы и упрямо сжатый рот, с чуть полными, красными, как кровь губами. Геката оглядела своего сына, отмечая его присутствие и скрывая раздражение. Высокий, стройный, с тонкой талией, но упругими бедрами, переходящими в мускулистые ноги. Сильный, твердый подбородок с ямочкой, высокие скулы, губы, сейчас изогнутые в ухмылке и как синяя ночь глаза, смотрели твёрдо и строго. Широкие плечи были гордо расправлены, на крепкой груди сложены руки, с изящными, но сильными кистями воина.

– Я скучала по тебе – лениво бросила мать, снимая шёлковый, алый плащ и оставаясь в белой рубашке с длинными рукавами, отделанной кружевом. Коричневые кожаные бриджи обтягивали длинные, стройные ноги, обутые в высокие сапоги, украшенные пряжками с топазами.

– Ты оставила меня на неделю, слушать всякую чушь от Ирмаса и заниматься постройкой никому ненужной новой конюшни и всего лишь Я скучала?! – возмутился Гладин.

Мать приподняла чёрную бровь

– И что? – сын перестал возмущаться, только махнул рукой, отвернулся к окну

–Через неделю здесь должна появиться девушка – повернувшись к сыну спиной и отходя к трону, продолжила мать – особенная девушка – добавила Геката.

– И? – Гладин заинтересовался. Нечасто посещали этот замок гости.

– И ты её будешь искать эту неделю

– Зачем? – удивился принц – если она и так здесь появится

– Я хочу, чтобы ты нашёл её раньше, сама она сюда не придет. Мне нужно чтобы ты присмотрелся к ней, какая она, как живёт, чем дышит, Я искала её всё это время, но не смогла найти, а сейчас у меня есть дела. Осталось лишь одно место, где она может быть, но мне туда вход закрыт. Туда ты и отправишься.

– Кто она? – Геката немного помолчала, смотря на сына – это Проклятое дитя

– Что?! Проклятое дитя?! – очень удивился Гладин – зачем она тебе? Геката постучала острым ногтем по подлокотнику трона и села поглубже. Сын, усмехнулся про себя, заметив, что мать тоже соскальзывает с неудобного сиденья

– Я должна найти её, чтобы на определённое время она попала под мою власть. Ей предстоит обучение магии в замке

– Ну нет! – вскричал Гладин – То ты мне присылаешь каких-то знатных девиц, то принцесс, чтобы я женился. Теперь эту девку, Проклятое дитя. Я тебе уже сто раз говорил, что жениться я пока не собираюсь!

– Она не для тебя – раздраженно сказала мать и гнев Гладина куда-то испарился.

– Я тебя не понимаю – уже спокойнее сказал он – Я не хочу искать её и приводить в замок – он повернулся к дверям, пытаясь сбежать от разговора. Двери тронного зала захлопнулись и Гладину пришлось развернуться к матери – Я ведь могу и открыть – прорычал принц

– Знаю, но ты должен отправиться в Королевство Равнин, что на границе с Королевством Леса и привести девушку сюда.

Гладин вышел из тронного зала и пошёл вниз, прошёл через внутренний двор и вышел на тренировочное поле. Здесь шел учебный бой. Воины сражались, как обычно, использу различное оружие. Немаги, фейцы пыхтели и потели под тяжелыми доспехами и мечами с копьями. Так как применение магии в бою строго запрещалось, то приходилось сражаться обычным способом, для того, чтобы повысить выносливость и боевые способности.

Он строго следил за обучением своих людей, часть из которых была без магического дара. Все столпились, смотрели учебный бой между двумя воинами. Детство Гладина прошло с Хезелом, пока к ним не примкнул баггейн, Бааван. Баггейн появился у них недавно, в природе эти оборотни были очень злыми и агрессивными, были способны вырастать до огромных размеров и принимать какое угодно обличье. Но Бааван был полукровка смесь оборотня и Гианы, духа леса. Отец баггейн, которому не нужен был сын, никогда не видел его, но с матерью Бааван часто встречался. Обычно баггейнов отличали от людей лошадиные копыта, но у Баавана только слегка заострялись к верху уши. Друг детства Гладина, Хезел-полумаг, имел дар Берсерка и был с ним уже примерно лет сто. Он побеждал без магии, которая у него была слабой, в основном с помощью своего двуручного меча, который одним своим видом распугивал врагов. Когда Хезел начинал раскручивать его, создавая воронку, что затягивала, а потом с силой обрушивала врага об землю, разбивая кости и нанося серьезные увечья, врагу приходилось не сладко. Сейчас два друга Гладина затеяли бой, победителем которого мог быть и тот, и другой. Хезел пытался закрутить Баавана, а тот превращался во что угодно, вплоть до маленького муравья и оба только пыхтели, создавая потеху окружающим.

– Вы мне нужны – подзывая друзей, этим останавливая их веселый бой, сказал Гладин и направился от поля в сторону небольшой рощицы, где виднелась река.

Берсерк и оборотень, в образе молодого, симпатичного парня, пихая друг друга и смеясь, последовали за ним. Их место сразу заняли другие, обычные фейцы. Отец Хезела был небогатый, фермер-феец, которого когда-то, тоже соблазнила Гиана, получалось, что они с Бааваном были братьями, по матери. Феец повстречался с их матерью пару месяцев, на удивление остался жив. Затем вернулся в деревню, а через год нашёл на пороге возмущённо кричащего ребенка. Хезел был большим ребенком, громко кричал во всю силу своих легких. К тому времени его отец женился, но его жена не выгнала Берсерка, начала кормить и приняла в семью, так как сама недавно родила девочку. Хезел ненамного был старше своей сестры, но размерами отличался уже с пеленок. Так они и росли вдвоём, пока отец не отвёл его в замок на обучение, где в первый же день Хезел подрался с Гладином. Так и началась их дружба. Хезел обладал даром Берсерка, но магия его была слабой по сравнению с магией Гладина, который кроме дара Матера Теней, был чистым магом. Хезел мог разжечь костёр, запустить небольшой ветер, но более крупные вещи ему были недоступны. Когда Гладин мог вызвать смерч и молнии, заставить кого-то повиноваться одним движением руки. Да много всяких мелочей, которыми не могли владеть его друзья. Например, очистить от грязи свою одежду. Гладин всегда ходил в чистом, аккуратно очищая плащ и сапоги. Его же друзья, прежде чем зайти в замок чистили себя щётками, смахивая с подола плаща и сапог комки грязи. Дойдя до реки, Гладин остановился и повернулся у друзьям.

– Мне нужно сделать одно дело, могу вас взять с собой

– Я совершенно свободен – весело улыбнулся Бааван.

– Ещё бы – проворчал Хезел – это же тебя отправили в наказание на кухню, мыть посуду чистить картошку на неделю.

– Ну, а что такого? – возмутился оборотень – Ну прогулялся я с дочкой повара один раз.

– Да, но не надо было превращаться у неё на глазах в огромного дракона, плюющего огнём- строго сказал Гладин – дочка повара до сих пор, кроме визга, ничего сказать не может

– Да ладно, она и до этого не особо разговорчивой была – оправдывался Бааван

– Ладно, с твоим наказанием разберемся потом – сердито ответил принц и Бааван виновато опустил голову – Мне надо найти одну девушку

– О, девушку – оборотень снова оживился, Хезел закатил глаза и дал ему легкий подзатыльник. Гладин посмотрел и тоже добавил

– Ну что вы? – обижено потирая, подвергшееся двойному нападению, место на голове, пропищал Бааван

– Не знаю я, что за девушка, но мать сказала найти. Это Проклятое дитя – глядя на друзей, тихо сказал Гладин. Оборотень зашипел, Берсерк положил руку на рукоять меча.

– Но Гладин, ты же знаешь, что Проклятые дети опасные, тем более совершеннолетие

– Знаю, мы должны найти её раньше, чем ей исполнится шестнадцать

– И что, убить?! – с ужасом предположил оборотень. За что получил еще пару подзатыльников.

– Нет, понаблюдать за ней и привезти сюда, чтобы знать, какая сила в ней и какой дар- сказал Гладин, объясняя – отправляемся завтра на рассвете, так как я вас не могу переместить, берите хороших лошадей и следуйте за моим следом.

Гладин, как Мастер Теней обладал даром перемещаться на большие расстояния, просто обращаясь в черный туман. Друзья кивнули и решили, что им срочно нужно помыться перед дорогой. Все дружно разделись и прыгнули в реку, завопив от ледяной воды. Осень уже подходила к концу и вода в реке была по морозному жгучей. Бааван в образе русалки, с огромными грудями, начал гоняться за Хезелом. Гладин плыл за ними смеясь, рассекая мощными движениями, кристально чистую воду.

Вечером все, кроме оборотня, собрались на ужин в каминном зале. Баавана мать Гладина категорически не переносила, за его сущность баггейна и доступ в замок ему был строго запрещён. В каминном зале было тепло и уютно. Мягким, ровным огнем горели, поддерживаемые магией свечи, в огромных хрустальных люстрах, что свисали на толстых золотых цепях, с высокого потолка. Свет от них разноцветными бликами играл на шёлковых гобеленах, украшавших стены. Огромный, полированный, красного дерева стол был покрыт белоснежной скатертью. На столе сверкал хрусталь с тонкими линиями золотого рисунка на тему охоты. Золотые и серебряные тарелки с приборами были начищены до блеска, отражая грани хрусталя. В зале собралась часть местной знати, разряженная в свои лучшие одежды, с богатой вышивкой золотом и камнями. Хезел с Гладином сидели на мягких диванчиках, что стояли недалеко от камина и тихо разговаривали, ожидая королеву. Двойные двери в зал открылись и вошла Геката. На ней было платье из тонкого шёлка, переливающееся красным цветом, словно рубин. Пышная юбка, с боковыми разрезами, открывала бело-розовую ткань, расшитую золотой нитью. Блестели и были забраны вверх, попадая мягкими локонами на спину рыжие, с краснотой волосы. На шее сверкало рубиновое колье, переливаясь красными бликами с такими же серьгами в ушах. В волосах сверкали золотые гребни, украшенные рубинами. Гладин тоже сегодня принарядился, одев серый камзол с золотой вышивкой, черные бриджи, высокие сапоги, начищенные до блеска. Он подал руку матери и подвел к её месту за столом. Сам принц сел напротив, в другом конце стола, рядом с Хезелом по правую руку. Слуги фейцы начали разносить разные блюда. Первыми подали в белом вине креветок, затем жареную морскую форель и устриц, каплунов в лимонно-имбирном соусе, жареных до румяной корочки голубей, маленькие луковички, обжаренные в кисло-сладком винном соусе и варёную морковку. Красное, белое вино в кувшинах наполнялось сами с собой. Были большие вазы, где блестели оранжевые бока сладких апельсинов, бархатные черные виноградины, марципаны, присыпанные сахарной пудры. Хезел наелся и откинулся на спинку, заявив, что сейчас лопнет от переедания. Неспешный разговор тек над столом. Гладин сидел, о чём-то крепко задумавшись, смотря на танец маленьких вишенок, которых он сам и наколдовал. Вишенки двигались танцуя, кружась друг за другом и разъезжаясь в разные стороны.

– В чём дело, Гладин? – тихо спросил Хезел, наклонившись к другу – Что тебя тревожит? Вишенки прекратили свой танец и попрыгали обратно в вазу. Гладин отпил вина и задумчиво взглянул на Хезела.

– Да её задание. Я не понимаю, зачем нужно нам искать это Проклятое дитя, да еще и наблюдать за ним. Раньше проклятых детей убивали ещё младенцами, так как их магия была слишком сильна и не обуздана. Слишком опасно ввязываться во все это, зная, что они не управляют своими силами. Я могу понять, когда дите только родилось, а тут появляется Проклятое дитя, в возрасте, практически достигшее своего Открытия и мать велит притащить его сюда. Зачем?

– Но Гладин, Открытие Проклятых детей не всегда происходило

– Да, но это потому, что они не доживали до этого – поморщился Гладин – Почему нам нужно её искать? Скрывать ото всех? Про нее и так узнают, как только она пройдет Открытие?

– Ну если твоя мать хочет найти её раньше срока, скорее всего она хочет взять её себе в подчинение

– Возможно, если у неё это получится. Этим мы привлечем внимание ненужных магов. Поэтому я не хочу, чтобы здесь появилось это чудовище и начались раздоры с остальными магами – громко произнес Гладин, забыв про остальных. Все гости замолчали, посмотрев в их сторону. Принц сделал вид, что ничего особенного не произошло и схватился за вилку. Шум разговора возобновился

– Кто ж его знает, Её величество, зачем ей это – прошептал в ответ Хезел и тоже начал что-то жевать.

Дениза сделала новый выпад, пытаясь достать Грейсли мечом, но тот предусмотрел ее уловку и уклонился в сторону. Девушка снова отскочила, теперь уже уходя от его удара. Они упражнялись во дворе дома, где было по суше. Почти растаял небольшой пятачок земли, около дома и немного просох, хотя ноги всё равно скользили по мокрой земле. В руке Дениза держала большое боевое копьё, за поясом маленький топорик и кинжал, украшенный драгоценными камнями, за спиной ещё два меча наперекрёст. Лёгкие кожаные доспехи и кожаный обруч на голове, удерживающий выбившиеся из заплетенной косы волосы. Грейсли заставлял её сражаться при полном обмундировании, так как на бой она выйдет не в лёгкой рубашке с деревянным мечом. Что это будет за бой он конечно не сказал, но она привыкла, когда в трёхлетнем возрасте он дал ей свой первый боевой кинжал. Каждый день они по три, а то и четыре часа упражнялись во дворе, а иногда уходили на холм, в любую погоду. Так как это тоже входило в планы обучения Грейсли, снег, дождь, ночь, день было неважно. Иногда в эту игру звали Мастиса, и он скакал рядом, похожий на большого пони, пытаясь легко цапнуть Денизу со всех сторон. Грейсли объяснял это тем, что она должна предусматривать и отбивать атаки другого врага, защищая себя со всех сторон. Грейсли сделал выпад, практически достав до её незащищённого горла, но Дениза уклонилась. Воин хмыкнул и как будто танцуя, снова заскользил вокруг девушки. Та устала, пот стекал по шее и лбу, рука с копьём слегка подрагивала, ноги еле держали её и легко скользили по мокрой глине. Воин снова сделал обманное круговое движение, пытаясь достать её бок и в это время Денизу за ногу прихватили острые зубы. Девушка, гневно вскликнув, обернулась к новому врагу и воспользовавшись этим, Грейсли выбил из ее рук копье. Девушка рассерженно погрозила кулаком Мастису, обещая ему все потом припомнить. Грейсли рассмеялся, наклоняясь, чтобы поднять упавшее копьё, а вампал отскочил в сторону и Дениза могла бы поклясться, что его кряхтение, это был волчий смех.

– Вы меня перехитрили! – воскликнула она

– Ты должна прикрывать свой зад – проворчал Грейсли, подавая ей копьё и взяв свое оружие, зашагал к дому.

Девушка оглянулась гневно на Мастиса и тоже пошла в дом, отмывать пот и грязь. Позже Дениза с вампалом уже шли по направлению к холмам и лесу. Девушка хотела навестить Анзуда. Вампал носился по дороге, гоняя птичек. Дениза, пройдя границу, сбросила куртку. Здесь, на территории Анзуда, всегда была весна. Зеленели деревья, цвели цветы и светило солнце. Тепло, даже слегка жарко. Рядом с тропинкой показалась небольшая полянка, где Дениза любила собирать травы и цветы домой. Острое, натренированное зрение, выхватило из кустов силуэт человека. Дениса попятилась и резко отпрыгнула за ближайшее дерево. Никогда здесь не было человека, кроме неё. Магия окружала это место защитой. Человек или другое существо просто шли мимо, даже не понимая, что обходят логово Анзуда стороной. На большой полянке, выйдя из листвы деревьев, среди цветов и трав стоял человек. Высокий мужчина, в черном плаще и капюшоне. Подняв руки, показывая, что он без оружия, мужчина заговорил, мягким глубоким голосом

– Я не причиню тебе зла, выходи – чувственный голос проник в разум Денизы, и мужчина поднял руки, сбросив капюшон.

Он был прекрасен, если можно так сказать о мужской красоте. Темно-каштановые волосы до плеч, высокий, широкие плечи, узкая талия. Твердый подбородок с небольшой ямочкой и глаза, цвета грозного неба. Дениза вышла из-за дерева, пытаясь нащупать на бедре меч, но его она оставила перед границей. Гладин, а это был он, молча стоял и разгадывал девушку. Он и не ожидал, что Проклятое Дитя окажется такой ослепительной красавицей, которая настороженно рассматривала его в ответ. Девушка стояла, сложив руки на груди, облокотившись на ствол дерева, за которым до этого пряталась. Проклятые Дети обычно имели какой-нибудь изъян, будь – то родимое пятно на часть лица или слегка искаженный рот, широко посаженные глаза. Здесь же, как бы Гладин не вглядывался, видел только совершенство линий высоких бровей, стройное, с изящными изгибами тело, под тонкой, цвета зелёной травы туникой и чёрными тёплыми бриджами, обтягивающими соблазнительные ножки. Причём тело, хорошо натренированное, с узкой талией и высокой грудью. Но цвет ее волос, серебро с лунным отсветом, заставили сердце Гладина забиться быстрее, что привело его в изумление, такого с ним не было. Глаза, темно-голубые, под черными пушистыми ресницами, осторожно следили за его движениями.

– Я Гладин, маг из Королевства Гор – поклонившись, приветливо, сказал мужчина.

– Как ты смог проникнуть сюда? В это место никто не может попасть.

– У меня особое разрешение – улыбнувшись, ответил Гладин.

Он разглядывал её и чувствовал исходящую от неё силу, незнакомой ему магии. Гладин не мог распознать эту силу и сущность, что зарождалась в ней. Она ещё не вошла в полную силу, не пройдя Открытие, но исходящие от неё свет уже не был маленьким огоньком, а ощутимо большой силой и это его немного пугало. Проклятые дети не могли научиться управлять своей силой. Ее сила только зарождалась, а уже сияла вовсю.

– Ты должна пойти со мной – приближаясь к ней, проговорил Гладин

– Ещё чего! – девушка начала отступать под тень деревьев – С чего это я должна пойти неизвестно с кем, неизвестно куда – ступая по хвойным иголкам, усыпавших землю, она двигалась в сторону гнезда Анзуда.

– Я пришёл, чтобы отправить тебя на обучение к себе в замок, Королевство Гор, где живёт магия.

– Еще чего! – повторила Дениза, как будто это были все слова, что она знала – Зачем бы мне с тобой идти и о какой такой магии идёт речь?

– О твоей, магии – приближаясь к ней, делая маленькие шаги, как бы боясь её спугнуть, продолжал Гладин – Ты чувствуешь её себе и во мне, а что с ней делать, я научу тебя.

Дениза и правда ощущала какую-то незнакомую силу, исходящую от него. Такое она не чувствовала ни в Грейсли, ни в Кристофе, лишь Анзуд вызывал у неё такие ощущения. Но к нему она привыкла с рождения и не думала, что это оказывается и есть сила магии. Затем девушка резко развернулась и побежала в сторону гнезда. Раздался негромкий смех и мимо прошелестел ветер. Почти у гнезда появился Гладин, самодовольно улыбаясь и сложив руки на груди. Дениза недоумённо остановилась, немного не добежав и оглядываясь назад, потом вперёд. Путь к гнезду был отрезан, и она встала, не зная, куда ей дальше бежать. Ветки над гнездом зашевелились и раздвинулись, показав голову Анзуда, затем и весь он вышел из веток и расправил огромные крылья, отливающие серебром. Никогда Дениза не видела его целиком. Он всегда разговаривал с ней, высунув голову из веток. Она стояла, в изумлении открыв глаза и разглядывая эту красоту, что открылась ей. Крылья Анзуда были, как серебряные, тонкие, острые перья, плотно покрывали все тело, кроме головы. Гладин повернулся к стоявшему в гнезде Анзуду.

– Приветствую, тебя, старейший Им-Дугуд – поклонился он птице.

– Что привело тебя сюда, Принц Гор? – тоже в ответ поклонился Анзуд.

–Ты знаешь, зачем я здесь – глядя в глаза птицы, ответил принц

–Да, знаю, ты рано, время еще не пришло – задумчиво ответил Анзуд – Ты пришел за Фулоной, но я не думаю, что отдать ее тебе, лучший выход.

– Скоро Открытие и ты должен расстаться с ней, потому что я единственный, кто не ищет в этом выгоду.

– Ты нет, но твоя мать ищет – слегка зарычал в ответ Анзуд.

– Им-Дугуд, ты знаешь, что начнётся после Открытия. Я смогу уберечь ее от других.

– А от своей матери ты ее тоже убережешь? – грозно ответил Анзуд.

– Я сделаю все, чтобы девушка была в безопасности, даже от моей матери.

– А вы никого не забыли? – спросила Дениза, подходя к ним – Я тоже здесь и тоже имею право знать или что-то решать – четыре пары глаз уставились на неё в недоумении, спрашивая, зачем ей вообще что-то решать.

– Фулона, скоро тебе исполнится шестнадцать, и ты пройдешь Открытие. В тот же день, все силы магии, узнают о твоём существовании и начнут охоту на тебя из-за твоей силы – голос Анзуда, был мудрым и уставшим, он плотно сложил свои крылья, прижав их к телу.

– Какой еще силы и почему она кому-то мешает?

– Силой, которая раскроется в тебе после Открытия. Мы пока не знаем, какой она будет и остальные тоже, поэтому они будут тебя опасаться, искать возможность уничтожить. Твоё время пришло, девочка. Ты должна отправиться с ним – грустно сказал Анзуд.

– А как же Грейсли и Мастис?

– Вампал может отправиться с тобой, страж нет – сказал Гладин и Дениза гневно взглянула на него – Людям не позволено входить мой замок.

– Тогда я никуда не пойду – надув губы, сказала девушка

– Ты всю жизнь прожила в этом лесу, в этой хижине и не знаешь ничего, кроме этого, пора вернуться в мир, девочка – Анзуд склонил к ней львиную, мудрую голову и девушка погладила его между пушистыми ушами.

– Я приду за тобой сегодня в полночь, можешь ничего не брать с собой, только то, что нужно в дорогу. У меня в замке всё будет тебе предоставлено, встретимся здесь – повернувшись к Анзуду, Гладин сказал – Благодарю тебя, Им-Дугуд – он поклонился и растворился.

– Не грусти Фулона, он Принц Гор и могущественный маг, он убережет тебя и научит пользоваться магией. Но вот его мать, ты должна ее опасаться, в ней зреет темнота – Анзуд грустно смотрел на Денизу – Геката, королева Гор, могущественная Ведьма, полная противоположность своему сыну, будь с ней осторожна!

– Кто я, Анзуд? – все еще всхлипывая, спросила девушка.

– Не мне отвечать на этот вопрос. Ты должна отправиться с ним, это твоя дорога.

– Но как же Грейсли и Мастис?

– Ни храбрый воин, ни вампал не защитят тебя от других магов, а Гладин силен и благороден, он сдержит свое обещание – раздражённо сказал Анзуд – Иди с ним, будь под его защитой – повторил он. Дениза обняла за шею крупную морду льва, прощаясь и повернулась, чтобы отправиться к своему дому, в котором она прожила почти шестнадцать лет.

В полночь, заливаясь слезами и выходя, крадучись, из дома Дениза остановилась в гостиной, оглядывая единственный известный ей дом, родной дом. Здесь она выросла, здесь прошло ее детство и теперь она покидает его, уходя украдкой во взрослую, незнакомую жизнь. Грейсли бы не отпустил ее, если бы узнал куда и с кем она уходит. Она накинула тёплый шерстяной плащ, взяла узелок с едой и оставила записку Грейсли. Объяснив, как могла, что за ней пришел могущественный маг и забрал её с собой, чтобы она была под его защитой. Она идет с ним по доброй воле и Грейсли не нужно искать ее, она сама, как сможет, даст ему знать, что с ней. Также она добавила, что ни в чём не будет нуждаться, пусть Грейсли не беспокоиться за нее, Мастиса она берёт с собой. Около дерева с гнездом, стоял Гладин и о чём-то тихо разговаривал с Анзудом. Последний раз обняв птицу, Дениза пошла за Гладином к краю защиты, где они взяли с собой вампала, который настороженно поглядывал на принца. Мастис шел рядом с девушкой, прижав хвост и с вздыбленной шерстью на загривке, готовый напасть и защитить, даже в случае своей смерти, любимую хозяйку. Он чувствовал, что Гладин не просто обычный человек и вряд ли вампал справится с ним, поэтому шел постоянно, тихо рыча и готовый дать отпор. Дениза пыталась успокоить его, но вампал только еще больше напрягся, идя между ней и магом. Пройдя немного, они вышли из леса и встретились с ещё двумя мужчинами, которые стояли рядом с лошадьми. Один был, мрачный богатырь с огромными тяжёлыми руками, но довольно-таки симпатичный. Волосы мужчины были заплетены в тугую белокурую косу, а на теле были кожаные доспехи, украшенные вышивкой с неизвестными знаками и символами. Руки покрывали татуировки, изображающие драконов, огонь и молнии. Второй молодой человек был высоким, худощавым, тоже привлекательный с чёрным ежиком на голове и улыбкой на губах, в темноте блеснули его белоснежные зубы. Оба учтиво поклонились и Гладин представил их Денизе:

– Это мои друзья, знакомься. Вот этот огромный богатырь, мой друг детства Хезел, а второй оборотень, Бааван.

– Оборотень? Что это? – удивлённо спросила девушка.

Тут же вспыхнул свет, но мгновенно исчез, а на месте Баавана, появилась маленькая пушистая кошечка, которая села на задние лапы, поджав огромный черный хвост и стала вылизывать свою шёрстку. Мастис пришёл в полный восторг, увидев новую игрушку и побежал знакомиться, заигрывая с ней, крутясь вокруг. Кошечка ничуть его не испугалась, лишь выгнула черную спинку, мурлыкая. Дениза утратила дар речи, глядя на кошку. Такого она никогда не видела, она вообще оказывается ничего и никогда не видела.

– Ладно, хоть не в дракона – проворчал Хезел, и они с Гладином переглянувшись, разразились громким смехом.

Принц посадил Денизу на лошадь, которая косилась на вампала, слегка подрагивая шеей. Дениза ее успокоила, ласково прошептав на ухо пару слов. Бааван обернулся вампалом, покрытым коричневой шерстью, с серыми носочками на ногах. Мастис завизжал от восторга и Гладин с его неизвестной угрозой, был им забыт полностью. Так они не торопясь, тронулись навстречу новой жизни и неизвестности. Вампалы бежали впереди, обгоняя друг друга и виляя хвостами.

К вечеру они решили сделать привал. Хезел с Бааваном в человеческом обличии, ушли поймать что-нибудь на ужин и Мастис побежал с ними. Гладин расседлал лошадей, дав им зерна и воды. Дениза прошла к большому ручью, что был рядом и умыла лицо и руки от пыли. Завтра, вернее уже сегодня ночью ей исполнится шестнадцать. Дениза гадала, что за Открытие произойдет с ней и как это будет. Пока она не чувствовала каких-либо изменений всё, как и прежде, но времени гадать осталось мало. Солнце только зашло, небо окрасилось в красные тона. Стало немного прохладно, вокруг ни души, ни деревни, ни единой хижины. Они сделали привал посреди леса, на небольшой полянке, укрытой от ветра, могучими елями. Гладин разжег костер, стало темнеть. Пока ждали Хезела с Бааваном, вернулся Мастис и поймал в ручье три больших рыбины, заслужив похвалу Гладина и Денизы. Нанизав две из них на ветку, они положили их над костром периодически переворачивая. Вампал наслаждался своей рыбиной, зажав ее между лап и неторопливо отрывал от неё кусочки, довольно урчал. На запах вернулись охотники, принеся лишь одного фазана и небольшой узелок красных сочных ягод, оборотень наткнулся на дикую землянику. Небо было усыпано звёздами, лёгкий ветерок слегка колыхал верхушки елей, но на поляне было тихо. Дениза поплотнее закуталась в принесенное принцем одеяло, так как становилось зябко, и он это заметил. Невидимая магия окутала её теплом, девушка благодарно кивнула принцу, поняв, кто ее создал. Бааван после ужина улетел, превратившись в сову, сказав, что хочет пообщаться с местными птичками. Мастис лежал, прикрыв глаза у Денизы в ногах, посапывая. Девушка расплела толстую косу, пытаясь расчесать волосы пальцами. Расчёска осталось в седельной сумке, лежащей со всеми вещами у дерева, не хотелось вставать, чтобы взять ее. Ноги и плечи ныли от непривычно долгого сидения в седле. Спокойно сидя у огня, Гладин смотрел на неё, опираясь на локти и поигрывая травинкой во рту.

– Давай я – предложил он, указав кивком на Денизу. Та не поняла его, недоумённо уставившись на принца. Но тут волосы зашевелились сами собой, заплетаясь в красивую, тугую косу. На кончике, неизвестно откуда, появилась аккуратно повязанная, небольшая красивая ленточка. Откуда только он её взял. Спасибо – удивлённо оглядывая красиво заплетенную косу, поблагодарила девушка – расскажи мне.

–Что рассказать? – удивленно поднял на нее синие глаза Гладин.

– Расскажи, покажи, что такое твоя магия, пожалуйста – попросила она.

Гладин задумался, но затем сел на одеяло в позе лотоса, выплюнув травинку. Поднял руки и развёл их немного в стороны, на уровне груди. Из одной руки появился яркий огонёк, затем из другой и скоро их стало очень много. Они скапливались, образуя шар, принимали его форму. Затем из шара вытянулся светящийся стебель с одним листом, потом появился бутон, который начал расти и раскрываться. Вскоре в руках у Гладина сверкала роза, состоявшая из крошечных шариков, похожих на маленькие бриллиантики. Дениза открыла рот, гладя с восхищением. Лицо Гладина, отражало отблеск сияющего цветка и над поляной поплыл лёгкий запах розового сада. Мастис открыл глаза, понюхал и чихнул, проворчав про себя – Опять эти цветы. Гладин дунул и множество огоньков разлетелось по всей поляне, стукаясь друг об друга и улетая в верх. Хезел проводил взглядом быстро исчезающие огоньки и хмыкнул, повернувшись лицом к костру, закрыв глаза.

– Моя магия похожа на силу, что образуют твои мысли, собираешь в одно и соединяешь, делая из них нужную тебе форму. Придёт время будет легче это понять, проще эту форму осязать, видеть и создавать – тихо проговорил Гладин.

– Тогда ты сможешь делать, что угодно со своей силой, выражая мысли в действие. Магия похожа на невидимую нить, которую ты тянешь и превращаешься в форму. Сейчас у тебя всё разрозненно, нет целостности силы, там чуть-чуть, тут чуть-чуть. То в пальцах рук, то в мыслях в голове – Дениза вздрогнула и правда, она бывало ощущала покалывание в подушечках пальцев. Гладин продолжал

– Ты посмотришь и мысленно меняешь, двигаешь и предмет тоже, как бы расплывается или сужается в твоих глазах – Гладин говорил прямо и понятно.

– Как оно будет? – спросила девушка – как я чувствую силу?

– О, Открытие у всех происходит по-разному – улыбнулся Гладин – Я, например, хотя нет… – и он вдруг замолчал.

– Да он шмякнулся на землю и приклеился к ней, как тесто к рукам – открыл один глаз Хезел, выдав тайну Открытия Гладина – и лежал, не шевелясь почти полчаса, а потом взлетел, напугав нас и лошадей.

Гладин хмуро поблагодарил Хезела за подробности, тот ухмыльнулся и снова сделал вид что спит.

– А Бааван, он как?

– Но Бааван, он не маг – ответил Гладин.

– Бааван болван – опять встрял Хезел – превращается во всякую живность, толку от него– проворчал он снова.

– А что такое Берсерк? – с интересом спросила Дениза

– О, это крутой и могучий воин – оживился друг Гладина

– Видишь тот двуручный меч – кивнул Хезел себе за спину и указывая на огромный, железный меч с острыми зубцами с одного конца и лезвием с другого – с помощью его, я создаю мощную воронку, которая притягивает врага прямо к лезвию или отталкивает его, ударяя о землю. Так что всякие кошечки и птички оборотня, мне не угроза.

Гладин с Денизой рассмеялись. Костёр разгорелся ярче, кидая искры в ночь, лошади тихо дремали, повесив головы, Мастис уже похрапывал, дёргая во сне лапами.

Дениза сидела, держа в руках кружку с чаем, что ей подал Гладин. Она осторожно дула на чай, что был слишком горячий. Нет он был не просто горячим, он был огненным, проглоченная жидкость растекалась вниз огненной нитью, обжигая всё внутри. Дениза заволновалась, поставила кружку с недопитым чаем на землю, чувствуя, как внутри груди все горит, обжигает.

– Что? – спросил Гладин, глядя на нее с тревогой, заметив ее беспокойство.

Дениза вскочила, прижав руку к груди, пытаясь вздохнуть. Внутри, нестерпимо жарко горело пламя, обжигая лёгкие, перетекая в руки и спускаясь к ногам. Такого жара девушка никогда не чувствовала. Гладин тоже вскочил, пытаясь понять, то с ней. Хезел сел, встревоженно оглядывая обоих.

Дениза вдруг закричала, больше не могла терпеть этот огонь, что жег ее изнутри. И тут из ее груди вырвался столб голубого огня, освещая все вокруг и бьющий вверх. Гладин с Хезелом встревоженно заметались, боясь подойти к ней, не знали, что делать, заслоняясь рукой от яркого света. Мастис заскулил и отпрыгнул, шерсть с одного бока дымилась. Жар в груди Денизы постепенно начал стихать и она почувствовала, как холод идет от пальцев рук, покрывая холодным потом руки, грудь и шею. Ее волосы покрылись инеем и пошёл снег.

– Обалдеть – прошептал Хезел, глядя как падающие снежинки, шипя растворялись в огне костра.

Лошади заржали, нервно переступая ногами. Дениза упала на колени, жар прошёл, теперь ей было очень холодно. Гладин подбежал к ней и укутал одеялом, прижимая к своей широкой, тёплой груди, укачивая, как ребёнка. Мастис, осторожно переступил ногами и опасливо подошёл к хозяйке, поскуливая.

– Вот и свершилось – улыбнулся Гладин, рукавом рубашки вытирая холодный пот со лба Денизы. Та тяжело дышала, пытаясь восстановить дыхание и дрожа всем телом.

– Обалдеть – повторил Хезел и сел на своё одеяло.

Король Солнца проснулся от толчка, который чуть не свалил его с кровати. Было темно, окно закрыто тяжёлыми, атласными шторами, что не пропускали лунный свет. Рядом тоже проснувшись, испуганно озиралась его жена. Волосы соломенного цвета, ярко светились в темноте, выдавая её тревогу. Когда она волновалась или смеялась, они всегда вспыхивали, играя солнечными бликами.

-Это... Это - встревоженно оглядывалась она, приложив руку к груди

-Да, это Открытие Проклятого дитя - тихо сказал король, вставая

-Не может быть - прошептала Королева - Ты ведь знаешь, что это значит?

В дверь раздался стук и в комнату влетел один из стражников Власти, Ёкай, подданный короля. Тень с очертанием очень длинного, вытянутого тела, с руками ниже колен и призрачным колыханием плаща, тихо скользнула в темноте. Власти были полудемоны, что разделялись на свет и тьму. Екай летел не касаясь пола к своему королю, сквозь светло-жёлтую дымку, была видна вся обстановка в комнате. Полудемон склонился перед королем.

- Открытие, Мой король - шёпот, похожий на свистящий звук, вылетел из низкого капюшона, что прикрывал лицо Власти. Лица, как такого у Екая и не было.

Капюшон, никогда не открывался и очертания губ и подбородка угадывались лишь в светло-жёлтой тени из дымки, что составляла сущность Екая. Власти обладали силой, которой опасались все без исключения. Они могли пить эмоции, питаться словами, чувствами, оставляя только пепел. Если Екай выпивал до дна, оставлял лишь оболочку тела и безумие, не лишая человека жизни. Но и такая жизнь уже была не нужна.

Король не боялся своего слугу, тот служил ему уже почти два века. Когда-то Власти заключили договор с людьми, магами и фейцами. Власти свободно живут в их мире, не причиняя зла, взамен питаясь их эмоциями, радостью, весельем не затрагивая сил и конечно не убивая. Власти научились наслаждаться музыкой, светом солнца, ветром, красотой. Им было хорошо вместе с людьми и служить им.

- Кто и где?- сердито спросил Король Солнца, одевая красный, бархатный халат, поверх ночной рубашки

- Пока не знаю, мой король - просвистел в ответ Екай

- Ну так узнай - сказал король, давая знак жене, снова ложиться. Король вышел из спальни в небольшую гостиную и сел в мягкое кресло у камина, в котором не горел огонь. Ночь была тёплой. Королевство Солнца всегда отличалось своей жаркой погодой. Джунгли окружали замок, окрестные города и деревни. Сейчас было душно и влажно, ночь не принесла прохладу даже после жаркого дня. Скоро ожидался сезон дождей, поэтому воздух был тёплым, его можно было пить. Король не любил это время, когда всё вокруг покрывалось влажной дымкой и каплями воды. Екай висел в воздухе, раскачиваясь, как на ветру, которого не было и не произносил ни слова.

- Позови ко мне Хранителя Света. Я хочу с ней поговорить. Екай молча поклонился и бесшумно выскользнул за дверь. Король тяжело вздохнул и немного расстегнул лёгкий, бархатный халат, обнажив широкую загорелую грудь, но это не принесло облегчение. Рядом стоял столик с напитками. Король налил серебряную чашу вина и чуть не выплюнул на светло-бежевый ковёр под ногами. Вино было противно теплым. Дверь бесшумно открылась и в конату вошла Веда, Хранительница, стройная, маленькая женщина. Белый плащ из тонкого шелка, струился по фигуре, спадая шлейфом на пол. Капюшон плаща был откинут, волосы каштанового цвета, в которых уже плескались блики седины, спускались ниже талии. Несмотря на возраст, Веда не выглядела старухой, высокие скулы, немного большой рот, глаза днём карие, ночью жёлтые. Женщина прошелестела шёлком и встала напротив короля, поклонившись ему.

- Я велел позвать тебя, Веда. Ты почувствовала?

- Открытие? Да, мой Король - голос женщины был тихим, но глубоким и спокойным - Проклятое дитя, да, почувствовала

Король взволнованно вскочил, прошел по светло-бежевому ковру к окну, путаясь в полах в своего халата

- Кто посмел?! Откуда взялось, это Проклятое дитя? Есть же запрет на его создание или договор для кого-то не имеет уже силы?! - гневно прокричал он, забыв о жене в соседней комнате.

- Пока мы ничего не знаем-ответила Веда - Но то, что Проклятое Дитя прошло Открытие, это точно.

- Я хочу, нет, я приказываю, найти Проклятого и доставить сюда! Если это невозможно, то его нужно уничтожить. Не хватало нам еще и этого. Мало нам Арсайна с его нечистью, так ещё одна тварь появилась. Да ещё и достигшее Открытия - король гневно ходил босыми ногами по ковру, сверкая глазами, что в темноте икрились яркими бликами жёлтого цвета, как на солнце.

Король, Тарлан, был относительно молод, немного худой, загорелый, с бронзовой кожей. Волосы короля были коротко подстрижены и торчали светлым ёжиком на затылке. Лицо грубоватое, с острым подбородком, глаза, необычного жёлтого цвета. Тарлан правил уже почти два века, после смерти своего отца, приняв трон. Его город Сюрель, где стоял замок, славился необычными поделками из драгоценных камней и золота. Поэтому люди в Сюрели процветали и в основном применяли магию. Как и везде магия фейцев была слаба, а самих полумагов в городе, осталось тоже очень мало. В основном они были среди знати и советников короля, но практически все не обладали дополнительным даром. Особенно, как у Веды, Хранителя Света, что отправляла светлые души в Небесное царство. Договор, что его отец заключил с другими королевствами, всё ещё был в силе, если не считать бунт Арсайна. Власти, которых тоже осталось всего несколько, подчинялись королю и следили за соблюдением договора, но Некромант с его нежитью был занозой, чёрным пятном на Королевстве Солнца. Последнее время братья Королевства Тьмы, Арсайн и Мордрад, вроде притихли и не давали повода для вмешательства, но откуда тогда это Проклятое дитя? И так после войны, что длилась много веков, магов и магических существ, таких как Екай, осталось очень мало.

- Мой король, прошу выслушать меня - сказала Веда, заставив короля остановиться и не метаться по комнате

- Слушаю тебя, Веда - говори

- По древним преданиям, с появлением Проклятого Дитя начнётся война, что затронет все королевства. Да, это будет война. Но Проклятое Дитя и даст появление новой Валькирии, что наведёт порядок в Королевстве Тьмы и восстановит магию во всех королевствах. Мой король, нас осталось очень мало магов, которые имеют дар. Ещё несколько веков и совсем не останется магии в этом мире. Я уже достаточно стара, кроме меня останется только Дагон. Возможно, нам стоит немного выждать и посмотреть, как будут развиваться события дальше.

- Но если Проклятое дитя будет иметь сильный дар и этот дар не будет светлым?

- Тогда, наших совместных, с другими магами сил, хватит, чтобы убить его и избавиться от этой неприятности

- А если дитя наберёт такую силу, что это будет не так-то просто?

- Ну мы не такие слабые, чтобы не справиться с этим. Я думаю мы можем какое-то время понаблюдать и разузнать всё о нём. Если действительно, его появление имеет прямое отношение к пророчеству, то это шанс навсегда избавиться от Арсайна и его нежити и вернуть магию, такой как она была.

- Ты уверена, что речь именно об этом Проклятом Дитя?

- Нет, но это появление первого Проклятого, за последние две тысячи лет

Веда замолчала, глядя на короля. Тарлан задумался, наблюдая, как сквозь шторы, появляются первые лучи утреннего солнца.

- Хорошо - сказал король - пусть Екай найдёт Дитя, но только посмотрит кто это и что это, какой у него дар. Будем ждать.

Веда поклонилась и вышла из комнаты. Король снова подошел к столику с напитками, но вздохнул, вспомнив про тёплое вино. Снимая халат и укладываясь в кровать, обнимая сонную жену, он всё же сомневался, правильно ли он поступил. Давая время и право на жизнь Проклятому, как бы не пожалеть в будущем.

После вспышки магии Дениза проспала почти до полудня. Гладин не стал ее будить, строго наказав остальным тоже не тревожить девушку. Ей надо было восстановить силу. Всплеск пробудившейся магии был очень сильным и Гладин опасался, что это за сила, сможет ли Дениза с ней исправиться. Тревогу вызывало то, что теперь все маги почувствовали рождение Проклятого дитя, вступившего в силу.

Дениза проснулась, ощущая царапающий холод на пальцах ног и рук. Стремительно села на одеяле и уставилась на пальцы, между которыми проскакивали искры, похожие на короткие вспышки. Она начала стряхивать их с рук, тряся ими все сильнее, вызывая треск в воздухе.

- Не тряси руками - сказал подоходя к ней Гладин, присаживаясь рядом на корточки - Просто направь их мысленно внутрь тела. Дениза послушалась, пытаясь почувствовать эти маленькие молнии и заставить их не выскакивать наружу. Энергия силы и поток побежавший по венам, так захватили её, что у неё перехватило дыхание. - Ух-ты - прошептала она восхищённо, всё ещё глядя на руки, где постепенно потухали маленькие вспышки. Гладин понимающе улыбнулся и отошёл к костру, налить девушке чаю. Та оглянулась по сторонам, рядом никого не было, ни лошадей, ни вампала. На небе собирались тяжёлые чёрные тучи, обещая дождь с грозой. Девушка попробовала встать, ощущая противную тяжесть в мышцах дрожащих ног и поковыляла к недалеким кустам. Потребности организма требовали ее внимания. Сделав дело и умывшись в ручье ледяной водой, она повернула назад и видела на своём пути огромную чёрную кошку, с блестящими стальным когтями и жёлтыми с яркой полоской глазами. Кошка стояла в сторонке, растопырив серебристые усы и прижав в голове уши.

- Бааван? - тихо позвала девушка, думая, что это он. Кошка фыркнула и расслабила боевую стойку и Денизе показалось, что услышала шипящий смех.

- Гиана – поприветствовал кошку, появился рядом Гладин. Пантера обернулась и короткая вспышка превратила её в красивую женщину с длинными чёрными волосами. Гладин подошёл и обнял её, слегка чмокнул в щёку.

- Гиана, позволь представить тебе Денизу. Дениза стояла. восхищённо рассматривая первую женщину встречную ей, после старушки Нэн и Наяды. Гиана стояла гордо выпрямившись, чёрные волосы были заплетены множество длинных косичек спускались почти до пояса. Одета она была в короткую, лёгкую тунику, украшенную узором из цветов. Насмешливый взгляд прекрасных глаз, цвета молодой зелёной травы, скользил по Денизе, оглядывая ее всю от кончиков сапог до волос. На волосах взгляд задержался.

- А я-то думаю, кто это вывел заснеженного паучка на прогулку - журчащий голосом пропела Гиана.

- А кто ещё пропустил бы тебя сквозь стену, чтобы ты прошла и нашла нас - в ответ засмеялся Гладин.

- Так это и есть... - начала было Гиана, но Гладин перебил её

- Да - коротко подтвердил он, не дав ей продолжить.

- Ночью был такой всплеск, я сразу поняла что это…

-Да, это была Дениза - опять перебил ее Гладин.

- Не обожгло тебя? - ответила Гиана, шутливо толкнув его в бок. Так они смеясь и обняв друг друга за талию, направились к костру, совсем забыв о девушке, которая только ночью стала магом.

- Ну конечно, а я что, я ничего, стою тут никому не мешаю - слегка злясь, Дениза направилась вслед за ними.

Гиана с Гладином уселись у костра, вели негромкую беседу. Из леса появились оборотень с берсерком. Хезел нес трех кроликов, уже готовых для жарки.

Гиана встала и подошла к Баавану, приветствуя обоих. Дениза села рядом с Гладином, тот ответил на ее немой вопрос.

- Гиана –дух леса, мать Баавана и Хезела – Гладин налил девушке чая, из котелка, что висел над костром. Гиана тоже присоединилась к ним, получив кружку, дымящегося. Пахнущего травами напитка.

- Как прошло твое Открытие? – спросила она Денизу – сильно было?

- Да мне не с чем сравнивать – улыбнулась девушка – Но для меня да, только сейчас прихожу в себя.

- Дениза молодец, стойко перенесла – сделал комплимент Гладин

- Гиана, ты прокатишься с нами? – обратился он к девушке, когда Хезел подал всем по большому куску нежного, румяного мяса кролика.

- Немного прокачусь – вгрызаясь в сочную мякоть острыми белыми зубами, ответила Гиана.

- Дениза, Гиана у нас знатная рукодельница – улыбнулся Гладин – все духи леса известные мастерицы.

- Ну, а что еще делать в лесу? – засмеялась Гиана.

Затем Дениза с Гианой долго сидели у костра и Дениза смотрела, как та вышивает. Вышивка была прекрасна, нитки особой, яркой расцветки, ложились ровно, не путаясь и вырисовывая сложный узор. Сейчас Гиана вышивала озеро и лес, окружающий его, при этом она пела. Голос был красивый, глубокий, лился над лесом завораживая, притягивая слушать и слушать. Дениза зметила, что голос Гианы, как бы обволакивает и избавляет от всех мыслей в голове, что теряешь над собой контроль, забывая, где ты и кто.

- Она и тебя покорила – сказал Гладин, присаживаясь рядом с девушкой. Дениза вздрогнула, очнувшись и засмеялась.

- Так вот в чем твоя магия – сказала она, разглядывая Гиану по новому. Та сидела с вышивкой, продолжая петь, улыбаясь уголками губ. Хезел похрапывал в тон песни, убаюканный ее мелодией. Бааван в образе соловья тихонько подсвистывал матери. Гладин откуда-то наколдовал небольшую лютню и тронул струны изящными пальцами. Музыка поплыла по лесу, красивая и печальная. Гиана пела красивую балладу о любви девушки к грозному чудовищу, что выкрало ее из дома. Глаза Денизы сверкали от непролитых слез, так трагично звучала песня. Когда одна песня закончилась, Гиана затянула новую, под ритмичный храп Хезела и Мастиса.

Утром все позавтракали жаренными яйцами перепелов, что нашел и пожарил Бааван и поехали дальше. Дениза была очарована новой подругой и хотела, чтобы та побыла с ними побольше, но в середине для Гиана их покинула, молча кивнув и скрывшись в чаще леса.

- Она не уходит далеко от своего дома – пояснил Гладин

- А где ее дом?

- Они живут в пещерах и глухих лесных уголках, не любят долгое общество других, будь то маг или человек.

- Так их много?

- Их осталось мало, потому что, они живут по одиночке и у них нет мужчин, дети для них большая редкость. Мальчиков, как Бааван или Хезел они подкидывают своим неудавшимся женихам, как их подкинули отцам. Девочек оставляют, но Гианы не часто рожают детей, так как ведут одинокую жизнь.

- А чем они питаются, лесу?

- Хороший вопрос – буркнул Хезел, что ехал рядом

- Раньше, но это было очень давно – с упреком посмотрел на него Гладин – они пили человеческую кровь – девушка поморщилась, вспомнив красоту Гианы, ничего угрожающего в ней не было.

- Но сейчас они не пьют кровь, поэтому и нет детей.

- А как это связано с детьми?

- Гианы своим пением приманивают, соблазняют выбранного ими мужчину и выпивают его кровь. Через несколько дней на свет появляется дитя. Дитя носит магию духа леса и того, кто был его отцом. Но сейчас Гианы питаются чаще сырым мясом и травами, также продают свою вышивку, которая очень дорого ценится. Но деньги Гианам не нужны, они сами кого хочешь, могут озолотить – засмеялся Гладин.

- Почему?

- Гианы могут показать, где находится клад – таков их дар, кроме вышивки и магического пения – Гладин засмеялся, Хезел хмыкнул, а Бааван лукаво подмигнул девушке. Дениза внимательно рассмотрела оборотня, только сейчас заметив, схожие черты с матерью. Бааван был похож на мать цветом волос и улыбкой. Зато Хезел ничем не напоминал Гиану.

- Ты тоже вышиваешь? – спросила Дениза оборотня.

В ответ ей грохнул громкий смех всех, даже Мастис залился веселым лаем.

Найделин стоял практически у подножья большой, остроконечной горы, скрытой белым туманом. Сам замок стоял чуть выше города, ближе к горе. Извилистая дорога выходила на большую площадь, с каменным фонтаном. Замок из светло-серого камня, блестящего в лучок полуденного солнца. Отшлифованная крыша была покрыта рыжим сланцем. Большие круглые окна, изящные балкончики открытые дарам ветра и солнца. За замком высилась огромная гора, покрытая снегом, скрывающая свою вершину в облаках. Дениза с Гладином ехали по городу. Девушка с удивлением и радостным восторгом ребёнка, осматривала первый увиденный ею город. Улицы, выложенные почти белым камнем, зелёные и голубые домики, были покрыты рыжей черепицей. Цветы стояли на окнах, висели на стенах домов, множество цветов стояло прямо на улице. Дениза увидела несколько таверн, магазинчиков. Хлебные крендельки украшали витрины булочных и кондитерских. Висячие красные сапожки или различные шляпки и скрестившиеся мечи, обозначали товар, которым здесь торговали. Запах цветов смешиваться с запахом свеже-испеченного хлеба и жареного мяса. Откуда-то ветер принёс дурманящий запах духов, что Дениза чуть было не направила лошадь, чтобы посмотреть откуда идет этот аромат. Хезел с Бааваном немного отстали, здороваясь с горожанами и друзьями. Гладин ехал и просто кивал своим людям, улыбаясь. Мастис гордо выставлял лапы, сверкая клыками. Фейцы с удивлением рассматривали его, показывая пальцем и улыбались, изображая друг другу, какая большая собака. На улицах города было шумно и очень интересно, но именно сам замок привлекал внимание своим белым светом. Они проехали перекидной мост через горную реку, что отделяла город от замка. Выехали на площадь перед ним и обогнули еще один фонтан, который был сделан в виде огромной каменной чаши. Подъехав к огромной каменной лестнице, что уходила своими белыми ступенями вверх, Гладин помог Данизе спешиться и взяв за руку, повел наверх. Хезел с Бааваном подхватили их лошадей и поехали куда-то в сторону огибая замок, видимо там были конюшни и остальные постройки. Поднимаясь по каменным ступеням, Дениза не знала куда смотреть. Так все для неё было ново и необычно красиво. Замок был увит цветущими розами, различных форм и оттенков, что распространяли упоительный аромат. Мастис тяжело вздыхая шел, периодически чихая и возмущаясь. Арочные широкие окна были украшены каменным узором, витражные окна сверкали разноцветными бликами. Тяжёлые, обитые железом двери распахнулись, пропуская их внутрь замка. Навстречу вышли пара женщин, их кожа была тёмно-жёлтой, а волосы короткими и чёрными. Одеты они были в лёгкие темно-голубые туники, белые шаровары и бархатные тапочки без задников. Женщины низко поклонились Гладину и поприветствовали Дегизу. Взгляду открылась лестница из зеленого мрамора, что разделялась по краям холла и поднималась вдоль стен, украшенных красивыми фресками. Дениза провела рукой по рисункам, которые изображали замок в миниатюре только без города, но была река и гора. Уходящие вверх окна давали много света и воздуха. Они поднялись ещё по одной лестнице и затем Гладин провёл её в огромный тронный зал, потолок которого уходил высоко вверх, поддерживаемый белыми высокими колоннами. По бокам зала были окнами с витражными вставками. Дениза замерла на середине зала, глядя на помост, на котором стояло два трона из красного дерева, с вставками из драгоценных камней. Девушка поклонилась, сидящей на троне женщине, такой красоты, что девушка ещё не видела, если сравнивать с красотой Гианы и Наяды.

Белое лёгкое платье, с широкими рукавами, расшитое сверкающей вышивкой из серебристых нитей и каплями лунного камня. Серебряные браслеты были на обеих руках, рыжие, с медным отливом волосы были забранны вверх и заколоты серебристыми гребнями, с драгоценными камнями. Сквозь волосы были продеты серебрянные нити с хрусталиками. Королева сидела, опираясь по правую руку и внимательно смотрела на Денизу, изучая и просматривала ее как насквозь. Гладин встал рядом и хотел что-то сказать, но мать сделала жест, приказав ему молчать.

- Так, так- сказала королева- вот и ты, Фулона - голос королевы не был особо приветлив- - Я ждала вас раньше – добавила она обращаясь к сыну.

- Мы задержались на границе нашего царства - ответил ей Гладин.

- Сядь! - указав сыну на трон, приказала мать. Гладин поморщился и остался стоять на месте. Мать гневно взглянула на него и встала - Хотя… оставь нас, иди - велела она сыну. Тот повернулся к Денизе, как бы извиняясь, развел руки и вышел, закрыв двери.

Геката сошла с тронного помоста и подошла к девушке. Королева обходила девушку по кругу, присматриваясь и как показалось даже принюхиваясь.

- В чем твоя сила? – сверля ее черными глазами спросила королева.

- Я не знаю, ваш сын сказал, что я маг, но что это такое я пока не успела понять – девушка твердо встретила взгляд Гекаты. Ощущая, как та окутывает ее своей невидимой силой. Девушка скорее почувствовала, чем заметила, что королева не физически, а через мысли вошла в ее разум. Дикая боль пронзила голову девушки, заставив упасть на колени и вырвав громкий стон. Боль была чудовищной и пригибала её голову к полу. Девушку замутило, перед глазами поплыли разноцветные круги, затем также резко, как началось, всё прошло. Тяжело дыша и обхватив голову обеими руками, Дениза стояла на коленях перед королевой.

- Посмотрим - задумчиво произнесла Геката и направилась к выходу из зала - Стража проводит тебя в твои покои, можешь пока остаться здесь, бросила она, выходя. Дениза поднялась на дрожащих ногах, боль ушла, тошнота тоже. Но всё её тело болело, как после многочасовой тренировки. В зал вошла женщина, в серебристых, с золотой чеканкой, доспехах. Жёсткое, волевое лицо, сзади длинный хвост чёрных волос, на ногах кожаные сандалии, тёмная до колен, клетчатая юбка и кинжал на кожаном поясе.

- Следуй за мной – хриплым, грубым голосом, приказала она. Девушка последовала за ней, к выходу из зала. Они прошли несколько галерей и встали у двери, которую стражница открыла, пропуская Денизу в комнату и затем исчезла.

Уютная комната с гостиной и спальней, большой камин, напротив которого стояли мягкие диванчики и кресла, обшитые золотистым бархатом. Дверь, что вела в спальню, была открыта и там стояла большая кровать, под голубым покрывалом с вышитым на нем золотыми листьями и таким же балдахином. Окна открывали вид на заснеженную гору, утопающую в пушистых, белоснежных облаках. В спальне стоял небольшой из красного дерева шкаф, который Дениза открыла и увидела множество нарядов, разных расцветок и тканей, множество обуви, начиная с сапог из мягкой кожи и заканчивая атласными туфельками, выдвижные ящички, полные аккуратно сложенным нижним, шёлковым бельём. Тихонько поскреблись в дверь комнаты и открыв её, Дениза очутилась в объятьях двух мохнатых лап и горячего влажного языка. Мастис повизгивая и поскуливая от радости, встречал свою хозяйку.

- Как ты, где мы, что это? - вопросы сыпались из него, не успевая дождаться ответа.

- Не знаю, но похоже, нам не все тут рады - почесывая вампала за ухом, мягко снимая мощные лапы с плеч на пол, пробормотала девушка. Вампал, размером с пони, толкнул её своим боком, проскользнул в комнату.

- А здесь неплохо - подумал пёс, начиная обнюхивать всё подряд. Обходя зажжённый камин, он взял зубами, небольшой пушистый коврик и отволок его к дивану, подальше от огня. Потоптался на нём и лёг, но тут же вскочил и направился в спальню.

- О смотри, что тут есть! - последовала восхищенная мысль и Дениза прошла за ним и увидела, что он открыл незаметную дверь в спальне, где оказалась большая купальня с водой и отхожей вазой.

- Тут кормят? - следующий вопрос возник в голове у пса, независимо от обстановки. Вампал преданно, виляя хвостом, уставился на хозяйку. Смеялась она прошла в купальню, выпроводив упирающегося Мастиса, прикрыла за ним дверь. Потрогав воду в каменной купальне, Дениза удивилась, что она нагрета до нужной температуры. Белые с серыми прожилками, каменные стены купальни тоже были теплыми. Различные масла для мытья, зубной порошок мятного и лимонного вкуса, серебряные расчёски стояли на широкой мраморной полке. Понюхав несколько флаконов, девушка выбрала аромат розы и налила в воду маслянистую жидкость. Затем сняла с себя пропахшую пылью, лошадиным потом блузку, бриджи и со стоном погрузилась в воду с головой. Затем вынырнула, откинув волосы назад, положила голову на край купели и прикрыла глаза. Двери открылись и вошёл цокая по мраморной плитке когтями Мастис и положил мохнатую голову на бортик купели.

- Есть хочу - мысленно подумал, он сморщив свой влажный нос от запаха розы и чихнул.

- Опять эти твои цветочки - рыкнул он и ушел в комнату, сбив хвостом вазу с полки, где ровной стопкой лежали розовые, пушистые полотенца. Ваза зашаталась и готова была упасть, но Дениза вовремя вернула её на место, послав волну магии. Облегченно вздохнув, она снова погрузилась в воду, прикрыв глаза. Вода в купели не остывала, поддерживаемая заклинанием. Дениза нежилась в душистой воде, задумавшись о Мастисе. Вампал был с ней с самого детства, первым кого она помнила из своего младенчества, был именно он. Грейсли расказывал ей мало, Дениза до сих пор не знала кто ее родители, откуда они. Но кое-что из его рассказов слушала внимательно, как сказку о людях, которые где-то существуют и не помнят о ней, своей дочери. У ее матери был такой же вампал, когда Грейсли и отец Денизы нашли ее. Думали Валис, как звали пса, наводнит своим потомством, собаками, размером с небольшую лошадь, замок и всю округу, но оказалось, что Валис однолюб. Первые пару лет, пес совсем не отходил от своей хозяйки, но потом встретил в деревне собаку кузнеца и закрутил с ней любовь. Собачья семья оказалась крепкой и крайне редко, раз в два года, а то и раз в четыре года, подруга Валиса исправно приносила лишь одного щенка. Грейсли иногда шутил, то Валис видимо искал именно свою женщину и нашел. Когда родилась Дениза, Грейсли забрал для нее одного, из последних щенков, самого молодого и добавил к ним старушку Нэн, чтобы было кому готовить и убирать за всеми ими. На этих словах старая Нэн обычно начинала ворчать и говорить, то завтра они сами будут себе готовить. Грейсли нежно обнимал старушку и чмокал ее в морщинистую щеку, смеясь. Нэн не обижалась на него, она была очень добрая и мягкая женщина. В детстве Дениза иногда спрашивала ее, правда ли она не ее мама и почему она не может ей быть. На что старушка отвечала, что она уже старая для такой маленькой девочки и утирала глаза краем фартука, что вечно был на ней, накрахмаленный, белоснежный и хрустящий. Так пес и рос вместе с Денизой, участвуя во всех ее шалостях и проказах. Лет в пять Дениза поняла, что понимает его мысли, когда другие слышали только его лай, девушка слышала слова и отвечала ему голосом, когда никто не видел и не мог услышать. Зато это намного упростило всё их совместные проделки и общение с вампалом здорово помогало Данизе в условиях ограниченного окружения. Сколько она не спрашивала Грейсли почему она живёт в этом месте и не видит никого из людей, тот лишь пожимал плечами и уезжал каждые три месяца куда-то, по своим делам. Из поездок он обычно привозил различные ткани, подарочки, ленты, кружева и другие нужные вещи. Овощи Дениза и Нэн выращивали на небольшом огороде, что сделали за хижиной. Всегда была рыба, Грейсли и Дениза охотились. Нэн научила девушку собирать и готовить различные снадобья и мази. Но Дениза так и не могла понять, почему её отправили в это место и никто не навещает, не приезжает к ним. Она жила как в заточении, пока не появился Кристоф, а затем Гладин. Грейсли учил ее читать и писать, пока Нэн сидела в своём любимом кресле в гостиной, за очередным вязанием, поглядывая в их сторону. Часто Нэн рассказывала различные истории, в основном это были сказки. Дениза практически ничего не знала о другом мире, только из рассказов Грейсли и няньки она знала, что есть другие царства-королевства, города, реки поля, но всё это не видела. Они с Нэн сами делали мыло и свечи, а вечерами Грейсли часто рассказывал различные истории о своей воинской жизни, об охоте. Позапрошлой зимой Нэн как-то внезапно заболела и быстро умерла, не помогли ни лечебные мази, ни травы. Дениза даже обратилась за помощью к Анзуду, но тот только покачал головой и сказал, что это случается с не магами, это смерть. Тогда она не поняла, что он имел в виду, но потом Грейсли объяснил ей, что есть Небесное царство и туда отправилась душа Нэн, где она теперь будет жить, а тело они должны закопать, тело более ей ненужно. Несколько дней девушка проплакала, приходя на могилу няньки, что Грейсли сделал под большим дубом, недалеко от дома. Даже Мастис пустил пару слезинок и грустил, лежа вечерами, успокаивал свою хозяйку, тем что теперь у Нэн не болят ее старые косточки и лапы, на которые она жаловалась. Денизу, конечно, это мало успокаивало, но время шло и боль притупилась, оставляя светлые и добрые воспоминания о человеке, которого уже нет c ними.

Все чаще девушка с опаской смотрела на Грейсли, видя его седую голову, как у Нэн и как он иногда кряхтит, усаживаясь в кресло у очага. Если не станет воина, Дениза не останется здесь ни минуты, пойдёт куда глаза глядят. Вампал соглашался с ней, иногда спрашивая, когда они уже пойдут. Дениза улыбалась ему в ответ, тот не понимал, что для этого должно не стать Грейсли, если тот уйдёт в след за Нэн в Небесное царство. Девушка надеялась, что могучий воин не скоро их покинет и старалась отбросить страшные мысли, так как остаться совсем одной в незнакомом мире было невыносимо даже подумать. Задумавшись Дениза почти задремала, нежась в купели и вздрогнула, когда уловила мысли Мастиса за стеной. Тот визжал от восторга, так как принесли еду. В животе у девушки сразу заурчало и она вспомнила, что сегодня ещё почти ничего не ела, кроме хлеба с сыром утром, что ей дал Гладин. Дениза быстро домылась, натирая свою кожу мягкой мочалкой из конского волоса и вышла из купели. Вода в ней сразу стала снова чистой. Какая замечательная магия, подумала девушка, надевая пушистый, розовый халат, что висел крючке. Волосы она оставила распущенными по спине, чтобы просохли. Войдя в гостиную, она увидела, что еду поставили на низкий столик у диванчика, а вампал сидит рядом и не сводит с серебряных тарелок, немигающих глаз. Здесь было несколько блюд, накрытых серебряными крышками, чтобы сохранить тепло и стояла большая ваза с фруктами. Из фруктов Дениза узнала только яблоки, остальные были ей не знакомы. Чёрные с матовым отливом ягоды на ветке, жёлтые мохнатые, похожие на шары и чуть светлее длинные, гладкие, похожие на огурцы. Подняв крышки, она увидела, что ей принесли рыбу, маленьких поджаристых цыплят, сыр с разноцветными специями и маленький с румяными бочками картофель. В отдельной плетенке, под салфеткой лежал хлеб с румяной корочкой. Графин с каким-то жёлтым соком, в котором плавали кусочки льда. Мастис сидел глядя, не моргая, на всё это изобилие, высунув язык и роняя слюну. Дениза оторвала крылышко цыплёнка и бросила ему. Крылышко провалилось в пасть так быстро, что вампал даже не заметил этого. Внезапно Мастис вскочил и радостно побежал к двери, лапой открыл ее и выбежал, виляя хвостом. Дениза застыла с куриной ножкой в руке, мысленно услышав только возгласы - еда, еда. В открытую дверь просунулась голова Гладина

- Я отправил его вниз, на кухню, там ему приготовили еду, можно? - уже заходя в комнату, сообщил он. Гладин тоже переоделся. На нём была светло- голубая туника до колен и синие шаровары, бархатные туфли без задника. Лицо гладкое, без намёка на бородку, что отросла у него за время их путешествия, волосы забраны в хвост. Гладин показал на диванчик напротив, спрашивая разрешения сесть. Дениза кивнула, так как кусок курицы застрял у неё во рту, потому что она забыла, как жевать, залюбовавшись принцем.

- У тебя мокрые волосы - улыбнулся Гладин и повернул кисть, образуя лёгкий тёплый ветерок, который закружил над головой девушки и быстро высушил ее волосы, оставив мягкие локоны.

- Спасибо - наконец-то, проглотив, злосчастный кусок курицы, поблагодарила девушка - Это заклинание мне точно нужно запомнить первым - улыбнулась она.

- И за этого голодного разбойника спасибо, еще немного и он оставил бы меня без еды, такие голодные у него были глаза - залилась она смехом и поперхнулась, поймав взгляд Гладина, в глазах которого вспыхивали золотые искорки, как звездочки на ночном небе. Он отвёл от неё взгляд и взял кувшин, разливая жёлтую жидкость в сразу запотевшие стаканы, кусочки льда звякнули о стекло.

- Что это?

- Это? - недоумённо посмотрел на стаканы Гладин – А это сок из апельсинов, но я не знаю какой сок ты любишь, могу сказать, чтобы принесли другой или может хочешь чай? - спросил он, уже приподнимаясь, чтобы отдать приказ.

- Апельсины? - спросила девушка и Гладин понял, что она не видел никогда этот фрукт.

- Попробуй - снова усаживаясь на диван, он протянул ей стакан. Сок был сладко-кислый с небольшими кусочками мякоти. Девушка была в восторге, она никогда не пробовала такой сок. Гладин стал перебирать всё, что было в вазе.

- Это виноград - он оторвал черную ягодку от ветки и протянул девушке, предлагая попробовать - это Абрикос - взяв мохнатый, желтый шар, он разломил его попалам и вынул косточку, снова протянул ей половинки - ну а это банан, с него снимают кожуру и едят мякоть.

Девушка попробовала всего понемногу, но больше ей понравился сок.

- Я пришёл извиниться. Я не думал, что мать устроит тебе такой приём, она сказала мне, произошло в тронном зале. Дениза отложила кусочек хлеба, аппетит внезапно пропал.

- Я не поняла, что она сделала, но я не хочу чтобы это повторилось вновь.

- Я поговорю с ней, мне тоже непонятно зачем она так повела себя, но давай не будем о грустном - повеселел Гладин - хочу показать тебе замок, библиотеку и многое другое, если ты не против и не устала с дороги - сказал он вставая.

-- Да но - Дениза развела руки, указывая на халат. Гладин нахмурился подумав, как-будто что-то вспомнил, хлопнул себя по лбу и прошел в спальню, открыв шкаф.

- Так вот же, это всё твоё. Выбирай всё, что хочешь - он показал на все великолепие нарядов, что висели в шкафу. Затем выдвинул маленький ящичек, который Дениза не заметила и достал красивую шкатулку из резного красного дерева, украшенную слоновой костью.

- А вот и драгоценности здесь есть. Дениза наклонилась и ахнула, в шкатулке лежали различные цепочки, броши, ожерелья, серьги, заколки, гребни - все было тонкой работы и с драгоценными камнями. Блестело и переливалось всеми цветами радуги.

- Я не могу это взять - сказала девушка, а руки сами потянулись к шкатулке. Та резко захлопнулась и Дениза подпрыгнула, отдернув руку. Гладин засмеялся и снова открыл крышку. Девушка шутливо ткнула его в бок и их глаза встретились, волна тепла и света, проскочила сквозь, оставив в груди Денизы теплую, приятную слабость. Девушка отвела глаза, смущаясь взгляда принца и покрываясь легким румянцем.

- Жду тебя через полчаса внизу - торопливо и хрипло сказал Гладин, всунув ей шкатулку в руки, стремительно сбежал из комнаты.

Даниза проводила его бегство улыбкой и снова повернулась к шкафу, рассматривая наряды. Каких только тканей и расцветок тут не было. Платья из легкого бархата и тяжелой парчи, дневные платья из мягкой шерсти и батиста, вечерние из тончайшего шелка и газа. Все было прекрасно сшито и искусная вышивка золотыми, серебряными, шелковыми нитями была сама по себе произведением искусства. Различные туники и блузы с юбками, бриджи теплые и легкие. Изысканное нижнее белье, начиная от нежно- персикового или белоснежного цвета и заканчивая черным, с тонкими кружевами. А обувь? Атласные и бархатные туфли, расшитые бисером и камнями, узором из шелка. Сапоги из мягкой кожи, пару ботинок с высокой шнуровкой. Пара плащей: черный, вечерний, шелковый и тяжелый бархатный, темно-синий, подбитый белым мехом. Поскребясь в дверь, открыв ее, своим любопытным носом, вошёл вампал и улегся на свой коврик, облизываясь. Сыто заурчав, он положил морду, между своих мохнатых лап и прищурил глаза.

- Я так славно поел, какой-то вкусной серой массы с кусочками курицы и ещё мне дали большую косточку с мясом - мысленно отчитался пёс.

–Наверх мне ее отнести не позволили, но я утащил и закопал её под тем кустом с цветами твоего запаха, надо не забыть где - мысль Мастиса замедлялась, растворялась, затем совсем оборвалась, пёс уснул, сонно сопя носом в свои лапы. Дениза снова повернулась к шкафу и выбрала белую рубашку с серыми шерстяными бриджами и кожаные мягкие туфли, без каблука. Гладин, как и обещал, ждал ее у двери, взяв ее под руку, повел показывать замок. Они прошли по длинной галерее, осматривая фрески и мозайку на полу. Из галереи они прошли в другой коридор, с арками вместо окон, что вел в другое крыло замка. Здесь, отворив большие двойные двери, Гладин пригласил Денизу в библиотеку. Столько книг девушка никогда не видела. Высокие стеллажи уходили высоко к потолку, уставленные томами с корешками золотых и кожаных переплетов, отдельно лежали свитки пергаментов, перевязанные лентой или кольцами из металла. Библиотека была сделана в форме круга, в центре стояло несколько мягких диванов и кресел, в стене мягким пламенем горел большой камин. Люстра свисала с потолка на длинной, широкой цепи, освещая полностью все пространство. У диванчиков стояли невысокие столики со свечами и подносами с напитками, печеньем и сладостями. Дениза открыла в изумлении рот, предвкушая множество вечеров, проведенных в книжном мире с удобствами и комфортом. Книги здесь стояли в длинные ряды, обещая множество занимательных историй, красоту стихов и поэм. Гладин повел ее вдоль полок, доставая и показывая ей книги, советуя, что почитать и где лежит какой жанр. Книги были в идеальном порядке, ни следа пыли, ни сырости, хотя многие были довольно старыми и Дениза аккуратно перелистывала их хрупкие страницы, ощущая благоговейный трепет. Выйдя из библиотеки, они прошли по другому коридору и спустились по широкой каменной лестнице, пройдя сначала в оранжерею. Влажный, теплый воздух оранжереи был пропитан запахом цветов, журчало несколько маленьких фонтанов. Каких только растений здесь не было! Многие Дениза видела первый раз. Гладин показывал и рассказывал ей о каждом. Многие он привез из Королевства Солнца. Это были пальмы, увитые плющом, огромные зеленые папоротники, под листья которых, можно было встать в полный рост. Нежные орхидеи, немыслимых расцветок от белоснежных, до почти сине-черных. Розы цвели и благоухали, соперничая по красоте с лилиями и другими цветами. Здесь Дениза увидела множество попугаев и их блестящие, красочные хохолки и вспомнила Анзуда, что показывал ей такой. Попугаи важно сидели на ветках, щелкая изогнутым клювом и рассматривая девушку. Дениза поняла их мысли и засмеялась от восторга. Маленькие птички пели песни и летали с ветки на ветку, сверкая ярким оперением. Девушка выразила свой восторг Гладину, пытаясь подобрать слова. Принц довольный, что ей понравилось, сказал, что она может пользоваться библиотекой и гулять, где ей вздумается и когда хочется. Они прошли в сад, где по сравнению с оранжереей дул прохладный ветерок и было шумно от стрекота птиц и насекомых, где-то журчал фонтан, цвели розы. Из общей массы зелени выделялись несколько красиво подстриженных деревьев, в форме различных зверей, небольшой пруд с золотистыми и красными рыбками, цветущие растения и кустарники. Тропинка из мелкого красно-коричневого гравия, вывела их через сад во внутренний двор с высокими колоннами и каменной дороге к тренировочному полю, конюшням и другим постройкам.

- Завтра мы начнём наши уроки, тебе надо освоить свою силу и научиться ею управлять - мягко ступая по дорожке, сказал Гладин. Девушка наслаждалась прогулкой, рядом с принцем и почему-то очень хотела взять его за руку и идти, идти далеко, можно даже в полном молчании. Гладин рассказывал ей о замке, о фейцах, о войнах, о магии. Девушка хотела, чтобы этот день никогда не заканчивался.

- В замке живут слуги и мы с матерью, стража, командующие, ну и гости, когда прибывают к нам. Хотя это бывает редко. Хезел с Бааваном живут рядом с замком, с остальными воинами, там есть несколько домов, казармы и кухни с банями. Остальные советники и вельможи проживают в городе, в своих домах. В замке есть все, что необходимо. На нижних этажах кухня, прачечная, кладовые. Я потом покажу тебе другие комнаты, художественную галерею, несколько гостиных, бальный зал.

- Бальный зал? - Удивилась Дениза.

- Да, тебе понравится – улыбнулся принц – там красиво, много света, зеркал – там бывают танцы. Ты любишь танцевать? - Дениза смутилась, она никогда не танцевала, о чем призналась Гладину, покрываясь румянцем.

- Не переживай, я тебя научу – успокоил принц – говорят я неплохо танцую, Хезел у нас вообще самый искусный танцор, как говорят, я конечно сомневаюсь, но думаю, что не уступаю ему в этом – засмеялся Гладин – а вот с Бааваном лучше не танцевать, все ноги отдавит.

- Научи меня сопротивляться чужому вторжению в мою голову и разум- попросила, внезапно останавливаясь, девушка. Гладин тоже остановился и повернулся к ней лицом:

- Мать сильную боль тебе причинила? - спросил он, нежно приподняв ее подбородок своей теплой рукой и вглядываясь в глаза, поняв, почему она попросила первым именно об этом.

- Ну... - Дениза засмущалась, убирая голову и шаркая туфелькой по траве, пытаясь скрыть свое лицо - совсем чуть-чуть - она не умела врать и покраснела. Гладин все понял и опустил руку. Они пошли дальше.

- Хорошо, сегодня отдыхай, а завтра начнём. Я хочу тебе кое-что ещё показать, но это чуть позже.

К ним приблизились Хезел и Бааван. Хезел был молчалив и угрюм, зато Бааван весело поприветствовал их. Затем обернулся белой совой и улетел в сторону леса. Дениза прикрыв глаза рукой от солнца, долго смотрела ему вслед, пока Хезел тихо разговаривал с Гладином.

Вечером, после ужина, все сидели в большой гостиной. Хезел с Бааваном, который в отсутствии королевы, проникал в замок, о чём-то тихо спорили, а Гладин предложил Денизе поиграть в магические шахматы. Дениза уже играла в эту игру с Грейсли, но здесь шахматы были не совсем обычные. Фигурки сделанные из золота, сверху были украшены с одной стороны изумрудами, а с другой рубинами и они двигались. Гладин попросил двигать их движением магии, вернее отдавать приказы силой мысли, направляя и указывая действия. Сделаны они были в виде маленьких человечков, с драгоценными камнями на голове. Каждый драгоценный камень соответствовал знаку, которыми они были, например слон имел на голове остроконечный изумруд, пешка маленький рубиновый шарик. Король был в маленькой короне с капельками рубина и изумруда, смотря с какой стороны ими играли. Сначала у Денизы не получалось мысленно отдавать им приказы, но принц мягко направляя, заставлял её снова и снова. Гладин двинул свою пешку в центр поля, девушка пыхтя и отдуваясь, чуть-чуть сдвинула свою. Маленькие личики фигурок встретились взглядами и показали друг другу язык. Дениза восхищённо замерла, игра началась. Первый раз, когда Гладин убил её пешку, она даже вскрикнула, увидев как его пешка-победитель, достала маленький золотой меч и начала лупить им фигурку Денизы. Фигурка отскочила, обиженно заверещала, девушка схватила её в руки и спрятала, оберегая от ударов. Гладин смеялся, игра продолжалась. Дениза успевала каждый раз, когда её фигурка отправлялась умирать, заблаговременно схватить её и убрать с доски. Игра вызвала восторг у девушки. Первую партию она проиграла быстро и они начали вторую. Появился графин с гранатовым вином и они с удовольствием потягивали его из хрустальных бокалов, с золотым ободком. Рядом на столике стояла ваза, наполненная фруктами и сахарным печеньем. Денизе очень понравился виноград, зелёный и крупный, с длинными, очень сочными и сладкими ягодами. За игрой они не заметили, как потухли свечи, осталось только пару свечей около них. Не заметили, как удалились Хезел с Бааваном, пожелав им спокойной ночи. У Денизы уже слипались глаза и Гладин в очередной раз взглянув на неё, заметил, как она отчаянно подавляет зевоту сказал, что пора идти спать. Дениза могла бы играть с ним бесконечно, но чувствовала, что ещё чуть-чуть и уснёт прямо здесь, на мягком бархатном диванчике. Наконец, игра закончилась и принц подал ей руку, помогая встать с дивана и направляясь к дверям, чтобы проводить её до комнаты. Мастис, что спал всё это время недалеко от камина, верх пузом, вскочил и лениво потянувшись передними лапами, зевая направился за ними. Огни в светильниках, на стенах коридоров, были по приглушены, вокруг стояла тишина, лишь в открытые окна доносился звук фонтанов. Они шли по длинной галерее, тихо разговаривали о игре. Гладин становился у ее комнаты, поцеловал ее руку, пожелав спокойной и поблагодарив за приятный вечер и игру. Дениза сонно моргая, смотрела на него и чувствовала, что не хочет расставаться с ним. Она могла бы всю ночь наслаждаться общением с ним и утопая в глазах. Гладин тоже не спешил уходить, забыв, что держит ее руку в своей теплой руке, слегка царапая мозолями от оружия. Первым нарушил эту волшебную минуту вампал, боднув головой Денизу в бок и прорычал, что спать пора идти. Гладин нехотя, выпустил руку девушки и отступил.

- Спокойной ночи, Дениза сказал принц, глядя ей в глаза и опуская взгляд к губам.

- Спокойной ночи - прошептала девушка и скрылась за дверью. Гладин повернулся на каблуках и весело подпрыгнув, направился в свои покои, насвистывая веселый мотив какой-то песенки.

Утром Дениза проснулась, когда кто-то раздвинул тяжёлые бархатные шторы и впустил в комнату яркий солнечный свет.

- Доброе утро госпожа, я Гленна – улыбаясь, сказала милая девушка, стоящая у окна

- Я ваша служанка, просыпайтесь, завтрак скоро будет готов и ваш пёсик уже на кухне.

- Доброе утро - пробормотала Дениза, думая, что её пёсик размером с маленькую лошадь мог бы и сам её разбудить, как он это обычно делал, а не умчаться с утра пораньше на кухню. Пухленькая маленькая фейка в белом переднике и тёмно-синем платье с таким же белым воротничком, улыбалась глядела на хозяйку. Девушка была очень симпатичной, маленькие ушки, прикрытые волосами, слегка торчали острыми кончиками сквозь прическу. Фейцы отличались от людей только своими ушами, чуть заостренными вверху и кожей, что была немного светлее, чем людская. Хотя у более южных жителей, она были темнее. Волосы у Гленны были каштановые, гладкие и блестящие. Пышная грудь, изящные маленькие ручки. Гленна тоже смотрела на свою хозяйку, восхищенно разглядывая ее и улыбаясь. Затем извинившись, она вышла из спальни и немного погодя, вернулась, с небольшим подносом, установленным едой. Здесь была яичница, прикрытая серебристой крышкой, небольшая пиала с кашей, хлеб, масло, кувшинчик со сливками и кувшинчик с ароматным напитком, который распространял просто божественный запах. Гленна налила его в хрупкую чашечку и добавила туда сливок, поставила рядом маленькую миниатюрную сахарницу. Дениза попробовала густой, сладкий напиток. Восхищённо спросила, что это такое. Гленна ответила, что шоколад, наливая ей еще и заметив, что принц тоже любит этот напиток, только без сливок, чёрный, но он немного горчит, сморщив маленький носик, сказала девушка. Дениза быстро прикончила кашу, добавив в неё сливки и мёд. Гленна убрала поднос и протянула хозяйке нежно-голубой шёлковый халат, украшенный чёрным кружевом. Та встала и прошла в купальню, где почистила зубы не большой щёточкой и мятным порошком. Вернувшись, она увидела, что Гленна уже приготовила ей наряд, строгую чёрную тунику с прошитыми золотом рукавами, коричневые из теплой шерсти бриджи и ботинки с высокой шнуровкой из мягкой кожи. Усадив свою хозяйку у зеркала, Гленна принялась заплетать ей косы и укладывать их в красивую прическу, переплетая ленточками. Дениза расспрашивала Гленну о ее семье, узнав, что у той два взрослых брата, что служат здесь в замке, а родители живут в городе. Никогда у Денизы не было слуг и тем более подруг, кроме Наяды. За веселой болтовней время пролетело быстро, когда раздался осторожный стук в дверь. Гладин ждал её у дверей, как всегда прекрасный и воинственный. Сегодня он был в тёмно-синей тунике, расшитой жёлтым шёлком. Кожаная перевязь для оружия стягивала широкую грудь. На перевязи висел и сверкал длинный клинок с рукояткой из золота и драгоценных камней.

- Сегодня мы с тобой поедем в замечательное место - беря ее за руку, приветствуя, сказал Гладин. Щеки девушки покрылись легким румянцем, когда ее глаза встретились с темными глазами принца.

- Я хочу посмотреть, на что ты способна – объяснил он, спускаясь вниз по лестнице, мягко поддерживая её за локоть. Выйдя из замка, Гладин повёл её в другую сторону, где были конюшни, из которых появился Хезел, ведя двух прекрасных лошадей белую и чёрную. У чёрной во лбу было белое пятнышко и носочки на ногах, белая лошадь была совершенно без каких-либо отметин, с очень длинной гривой.

-Это Арлис, твоя лошадка, это мой подарок к твоему прибытию - протянув ей повод, сказал Гладин.

- Она прекрасна, спасибо - Дениза взяла из его рук поводья из мягкой, но прочной кожи и смутилась, когда их руки встретились. Затем взглянула в карие глаза лошадки. Арлис была прекрасна. Длинная белая грива, шелковым покрывалом доставала почти до земли, острые ушки нервно подрагивали, ноги осторожно переступали. Девушка тихо на ухо представилась лошадке и попросила дозволения быть ее хозяйкой. Арлис прислушалась, ушки перестали дрожать, из карих глаз, с длинными белыми ресницами, ушла настороженность.

- Я служу тебе, госпожа - мотнула головой Арлис, потянулась за большим кусочком сахара, что Дениза вынула из кармана и положила на раскрытую ладонь. Мягкие губы аккуратно взяли кусочек и с хрустом приняли лакомство. Гладин с Хезелом застыли, глядя на это.

-Так ты и лошадей понимаешь? – воскликнул Хезел.

- Лошадей, вампалов, некоторых птиц, животных, только рыб не могу – призналась девушка.

- Рыбы, вообще, по-моему, не разговаривают, только рты открывают - сказал Бааван, подходя к ним.

Гладин помог девушке сесть в седло и они отправились, оставив позади замок и город. Хезел с оборотнем ехали впереди, вернее берсерк ехал на большой гнедой лошади, а Бааван бежал рядом с Мастисом, превратившись в вампала, с рыжими ушами и серой шёрсткой. Мастис, увидев его в этом обличье, завизжал от радости и стал бегать вокруг него кругами, припадая на передние лапы, так они игрались всю дорогу до небольшого поля, окруженного древним лесом.

Подъехав, Гладин с Денизой оставили лошадей на попечение берсерка и пройдя по лесу, вышли к небольшому озеру. Здесь было очень красиво, широкая гладь озера отражала и повторяла цвет неба, раскидав пушистые белые облака. Небольшой водопад шумел вдали, впадая с грохотом и влажной дымкой капели. Подойдя к небольшому пятачку песчаной насыпи у воды, Гладин остановился, задумчиво глядя на воду

- Я думаю с чего нам начать. Расскажи, что ты умеешь - попросил он, пристально всматриваясь в глаза Денизы

- Ну, я разжигала огонь и тушила его, передвигала небольшие предметы, заставляла воду переливаться в ведро, зимой пару раз мне удалось растопить снег. Ещё я пыталась заставить морковку быстрее расти, но она взорвалась - девушка улыбнулась.

Гладин промолчал и пошёл вдоль кромки воды, собирая ветки, сложил их в небольшую кучу, он обратился к ней

- Зажги их - попросил он девушку. По спине Денизы прошла дрожь, достаточно сильная, чтобы та немного поежилась. Гладин заметил и приподнял бровь, подтверждая свое задание. Мысленно направив приказ сухим ветвям, девушка сосредоточилась, чувствуя, как сила заструилась по венам и побежала к кончикам пальцев. Сейчас все происходило намного легче, чем раньше. После Открытия, Дениза все время ощущала, как в ней копится и зреет магия и требует выхода. Сейчас девушка постаралась не выпустить все сразу, сдерживаясь, так, как боялась неизвестности. Кончики пальцев на руках закололо маленькими острыми иголочками. Вскоре в сложенном хворосте, зазмеился лёгкий дымок и затем сухой хворост вспыхнул, небольшим костром.

- Замечательно - сказал Гладин - теперь потуши его. Как? Мысленно, сама себя, спросила девушка и немного подумав, плюхнула на костер воды из озера. Ветки зашипели, огонь уступил место пару и белому дыму.

- Неплохо - снова похвалил Гладин и наклонился, поднимая с земли длинную ветку. Достая из-за пояса кинжал он начал обстругивать палку с одного конца и обрезал ветки, сделав импровизированное копьё. Принц протянул его девушке и попросил метнуть копье в дерево, указывая на ближайший дуб. Девушка сомневалась, покачала головой, расстояние было для нее большим. Она не пыталась заставить предметы летать, могла их поймать, если они падали. Подвинуть. Но поднять и метнуть с силой копье… Она сосредоточилась, глядя на палку, мысленно посылая ей приказы. Копье чуть дернулось, двинулось и застыло на месте. Гладин терпеливо ждал, наблюдая, как она пыхтит и напрягается.

- Как ты это делаешь? - спросил он - Вернее, пытаешься, это сделать?

- Я заставляю его мысленно двигаться - пробормотала девушка

- Но копьё неживое, оно не мыслит. Ты должна обратиться к своим мышцам, приказав им, чтобы, твоя рука была продолжением мысли и передала силу копью. Направь свою силу не на копье, а дай приказ руке, представь, как твоя рука поднимает палку и замахивается, для броска - предложил Гладин. Девушка сосредоточилась, представив как, бросает копье и оно летит прямо в дуб. Она почувствовала, как сила побежала по телу и перешла в руку, ощутила прикосновение к шершавой коре. Копье чуть дрогнуло и приподнялось над землей, зависнув в воздухе. Чувствуя, как она держит тяжелую палку, Дениза представила бросок и наконец-то копье поднялось и сдвинулось в воздухе почти на метр и снова плюхнулось на траву. Девушка выдохнула, только сейчас понимая, как она была напряжена, что свело мышцы рук. Гладин встал рядом и не глядя на палку, сказал

- Смотри. Следи за моим лицом и руками – девушка послушалась и посмотрела на него, но тут же забыла обо всем. Почему он так на нее действовал? Его красота была для Денизы, как свет, как глоток воздуха. Каждый раз украдкой им любуясь, у нее перехватывало дыхание. Сейчас Гладин стоял к ней боком, сложив руки на груди и даже не глядя на копье. Темно-каштановые волосы были распущены и небрежно падали на плечи. Мышцы не выступали, огромными буграми, сквозь ткань туники, а казалось, лежали изящными, стальными узлами. Высокий, стройный Гладин не был похож на могучего война, что бугрился от своей силы, телом выдавая тренировки с тяжелыми мечами и копьями. Нет, Гладин напоминал пантеру, опасный, гибкий, с натренированным телом. Дениза чувствовала в нем, особенно после своего Открытия, такую опасную силу, что даже немного опасалась ее, начали действовать инстинкты самосохранения мага. Когда рядом был могучий маг, волоски на ее теле вставали дыбом, пуская искры по всему телу, заставляя защищаться и в тоже время, отдавая себя в его власть. Принц действовал на нее как магнит, который так ее притягивал, что становилось страшно от этой силы. Копье со звоном ударилось о дерево, а девушка все пропустила. Гладин повернулся к ней и она утонула в этой яркой синеве его глаз, напрочь забыв обо всем.

- Видишь, ничего сложного. Главное управлять своей силой от сюда – он постучал по своему лбу – А не стоять, напрягая мышцы.

Девушка с трудом отвела от него взгляд и попробовала сделать, как он сказал. Расслабила руки и заставила силу перелиться мысленно в копье, направляя все в его твердое древко. Неизвестно сколько времени прошло, но копье не хотело летать, только поднималось и плюхалось, продвинувшись на пару метров. Руки дрожали, голова начала болеть. Но девушка продолжала мысленно направлять его, стараясь не напрягать при этом руки. Гладин сидел, на поваленном дереве, поигрывая небрежно, небольшой веточкой

- На сегодня я думаю, хватит - наконец проговорил он, вставая и отбрасывая палку в озеро - ты устала - подошёл к ней он и протянул руку, пытаясь поднять копье.

- Ничего не хватит - возмутилась Дениза - Я не устала, хочу ещё

- Достаточно - снова проговорил Гладин. Девушка молча схватила копьё и отошла от него. Гладин двинулся к ней, в руках у него, откуда-то, появились пара изогнутых кинжалов, больше похожих на острые, длинные крюки с плоским лезвием и удлиненной рукоятью. Принц встал в боевую стойку. Девушка развернулась боком и взяла свою палку, как бы защищаясь. Тогда Гладин нанес удар, ударив по деревянному стволу, оставив глубокие зазубрины на коре, удар был сильный. Дениза отскочила, крутя свое импровизированное копье во все стороны. Принц нападал, нанося удары сбоку, сверху, двигаясь вокруг девушки, как вихрь, еле заметный глазу. Дениса успела заметить подножку и развернулась всем корпусом, высоко подпрыгнула, для удара сверху, метя в голову. Гладин отбился и метнулся в сторону, где снова напал, незаметным движением ноги, сбил ее с ног. Девушка упала на мягкую листву, больно стукнувшись спиной о землю. Падение вышибло весь дух из груди. Одно из изогнутых кинжалов, уперлось ей в шею, не давая глубоко вздохнуть, царапая нежную кожу. Дениза возмутилась и почувствовала необычный сгусток в груди, поток силы, что до сих пор не знала. Та скопилась, вызывая жжение или холод и устремилась из неё, переливаясь на лезвие меча Гладина, покрывая его поверхность морозным инеем. Замерзающая полоска поползла вверх по блестящему лезвию и принц с удивлением проследил за ней, смотря, как она поднимается всё выше, приближаюсь к его рукам. Денизе стало холодно, ее руки начали покрываться пушистой коркой снега. Гладин бросил кинжалы и попытался схватить её за плечи. Девушка оттолкнула его, смотря как пальцы рук, затем сами руки покрываются сеткой из голубого льда.

- Прекрати это - заорал Гладин, но Дениза не могла, лед уже покрывал плечи и морозная сеть приближалась к груди и самому сердцу. Девушке стало тяжело дышать, грудь налилась тяжестью, каждый вдох давался с трудом.

- Выпусти её, выпусти наружу силу, вытолкни - прокричал Гладин, жестом указывая на озеро и воду. Девушка поняла и собрала все силы, метнув мысленно лед, на синюю гладь озера. Осколки льда, мелких прозрачных зубцов устремились к воде, что начала стремительно покрываться коркой, замерзая. Мелкие и крупные острые, как лезвие, льдинки ударялись о быстро расползающийся ледяной панцирь и тут же замерзали, как припаянные к озеру, превращаясь в колючий, острый покров. Гладин подбежал к ней и схватил в объятия, пытаясь согреть, поморшился, насколько она была ледяной

- Ты Криомант - прошептал он - о Боги, да ты Криомант! - растирая ей плечи, рассмеялся он. Принц усадил её около костра, растирая плечи, чтобы быстрее бежала кровь. Затем он подбросил в костёр ещё веток, увеличил жар и пламя. Дениза сидела, обхватив себя руками и стуча зубами, дрожа всем телом. В груди постепенно таяла неизвестная ей ранее сила, как бы стекая холодными струями по всему телу.

- Кто такой Криомант? - выбивая дробь зубами, спросила она. Гладин на миг задумался

- Это такой маг, обладающий силой льда, ветра, холода, водой. Сильный маг – добавил он. Внимательно глядя ей в глаза, которые сейчас были покрыты синим инеем, что постепенно таял на ресницах - Я таких не встречал. Слышал, что раньше были такие волшебники. Если я не ошибся, то у тебя именно этот дар и очень сильный, я еле остановил тебя, иначе ты бы замёрзла насмерть.

- А ты какой маг?

- Я? Я Мастер теней - улыбнулся Гладин - Все мы делимся на магов, фейцев и просто людей. Фейцы обладают магией, но очень слабой. Я сначала думал, что ты просто фейка и не имеешь другого дара, несмотря на Открытие, не унаследовала силу магии. Поджечь ветки, вызвать небольшой всплеск воды, ветра - это всё фейские штучки, не более. Умения посильнее, это уже магия. Ты маг Дениза, маг Криомант.

- А что значит Мастер теней?

- Ну я могу превращаться в вихрь, перемещаться молниеносно из одной точки в другую, что ты даже не заметишь как. Могу менять свое тело, делать его невидимым, вернее делать защитную оболочку и оно становится невидимым для всех. Остальное расскажу тебе позже, ты замёрзла, пора домой.

Дениза всё еще дрожала, волосы холодной, ледяной коркой прилипли к голове. Гладин высушил волосы и одежду, потушил костер и они направились к друзьям. Хезел ждал их, оглядывая тревожным взглядом.

- Я почувствовал - сказал он - всплеск, так кто она? - нетерпеливо спросил Хезел, как только они подошли к месту стоянки

- Криомант - ответил Гладин, доставая из сумки одеяло и укутывая девушку. Хезел отступил от Денизы на пару шагов, но затем уставился глядя на нее с изумлением - Не может быть?!

- Может, оказывается, может - отвязывая от дерева лошадей и помогая Денизе сесть на лошадь, подтвердил принц. Арлис встревоженно загарцевала, почувствовав исходящий от девушки ледяной холод, но та ее успокоила, что-то пошептав на ухо. Друзья быстро собрали вещи и отправились обратно в замок. Мастис, как обычно веселый и радостный, бежал рядом с лошадью девушки, мысленно спрашивая, кто такой Криомант.

Гладин постучался, вошёл в покои королевы-матери и осторожно прикрыл за собой дверь. Геката сидела у зеркала, в тёмно-сером бархатном платье, что было украшено серебряной вышивкой из виноградных лоз. Служанка королевы, фейка расчесывала и закалывала волосы хозяйки в высокую причёску. Королева небрежно махнула рукой, отпуская ее. Затем повернулась к сыну, строго глядя в глаза, без тени улыбки, задала лишь один вопрос

- И так?

- Она Криомант – ответил Гладин, усаживаясь в мягкое, обитое красным бархатом кресло. Положив ногу на ногу, он налил себе вина, из стоявшего на столике графина. Мать поморщилась и снова вернулась к зеркалу.

- Тогда она нам не нужна, мы не будем ее обучать магии, нужно избавиться от нее.

- Нет! - гневно воскликнул Гладин и сразу напрягся.

- Ты знаешь, кто такие Криоманты - сверкая гневом, повернулась к нему Геката - их истребили ещё пару сотен веков назад, нам не нужны такие маги, которые будут сильнее тебя или меня. Ты знаешь, что магия Криоманта сильная и такой враг, пусть даже под нашим присмотром, станет непобедим со временем

- Вот именно, со временем - ответил Гладин, глядя в глаза матери - Дениза ещё слаба и не умеет управлять своей силой. Зачем ей направлять её на тех, кто заботится о ней и оберегает?

- Дети имеют способность быстро расти и учиться!

- Дениза не ребенок!

- Да, она не ребенок, но она опасное чудовище, не знающее своих возможностей. Я не хочу, чтобы ее сила однажды обрушилась против нас. Пока она слаба и неопытна, мы можем избавиться от неё.

Гладин почувствовал, как вся магия в нём гневно встрепыхнулась, готовясь к удару.

- Ты не сделаешь этого! Я сам буду приглядывать и обучать её, ты и пальцем к ней не притронешься.

Мать смотрела на него, гневно сверкая чернотой в глазах. Затем гнев немного утих и она встала, подходя к нему. Уперлась обеими руками в подлокотники его кресла, пригвоздила его гневом своей силы.

- Не тебе это решать, Мастер - прошипела она - Следи за ней, обучай ее, но я сама решу, когда и как с ней поступить – мать оторвалась от его ручек, царапая когтями мягкое дерево, вышла из комнаты. Гладин сидел, глядя на огонь в камине, чувствуя, как свет огня успокаивает его силу и та растворяется, засыпая. Он взглянул на свои руки, те мелко дрожали. Принц только что понял, что готов был убить, убить свою мать, только не допустить смерти девушки. Он тяжело встал и вышел из комнаты, спустившись по лестнице и направляясь к тренировочному полю. Ему нужно было выплеснуть свою силу и ему нужен был Хезел. Только могучий Берсерк мог немного сдержать его удары и их силу. На поле Хезел атаковал четверых фейцев, раскидывая их, как игрушечные мячи, отталкивая от себя и снова затягивая волной, что образовывалась от меча. Гладин присоединился к этим четверым, достав из-за пояса пару своих, искривленных мечей, с острыми длинными лезвиями-крюками. Он как тень закружил вокруг Хезела, создавая вихрь тёмного смерча. Фейцы отошли на безопасное расстояние, осторожно посматривая на вспышки от лезвий, мелькавших со всех сторон. Создавая завихрения, Гладин, поднимался в воздух, а Берсерк со всей своей силой отталкивал его волной от меча, что бешено вертелся в его руках. Пытаясь поймать Гладина и затянуть его, Хезел со всей силой бросал того на землю, выбив весь воздух. Грохот от удара о землю, оставлял трещины, но Мастер теней снова был уже в воздухе и вертелся вокруг друга, окружая того стеной из темноты с колющими лезвиями кинжалов. Хезел выдохся, гоняясь за принцем, пытаясь поймать его в свою воронку, высекая искры, что возникали от соприкосновения с кинжалами Гладина. Принц поймал его своим вихрем и закружил Берсерка в своей воронке, поднял высоко над землей и тот шмякнулся на землю, утонув в ней на добрых полметра. Хезел лежал тяжело дыша, когда принц даже не вспотел. Перестав вращаться, он подошёл к лежачему другу и подал руку, помогая встать.

- Неплохо - сказал Гладин, убирая оружие за пояс.

- Кто тебя так рассердил? - спросил угрюмо друг, вставая и разминая плечи - Мать - ответил Гладин одним словом Хезел понял, поднял свой двуручный меч. Принц, нередко пообщавшись с матерью, выходил полный злости и силы. Из-за угла на поле вышел Бааван, поглядывая на друзей.

- Что-то, кто-то сегодня не в духе - проговорил он, глядя на тяжело дышащего Берсерка и все еще немного гневного Гладина. Принц отмахнулся от него и направился в замок.

-Не трогай его - попросил Хезел, повесил свою двуручную пилу на спину, обнял за плечи оборотня - Пойдём-ка в город, у меня есть одно безотлагательное дело - улыбнулся он, ведя Баавана в их любимую таверну, пообедать и выпить тёмного эля.

Дениза сидела, смотря в зеркало, слушая веселую болтовню Гленны. Та заплетала косы Денизы, переплетая с серебристыми лентами. Сегодня они решили заплести две косы на прямой пробор и закрепить на затылке. Гленна смеясь, рассказывала про проделки Баавана. Дениза недавно заметила, что служанка испытывает чувства к красивому оборотню, но признаться в них не торопится. Гладин позвал Денизу в особое место, как он сказал, прекрасное и завораживающее. Прогулка должна была занять весь день. Девушка надела тёплые шерстяные штаны, вязаную тунику, сверху жилетку и ботинки с овчиной внутри. После завтрака, взяв с собой только вампала с Бааваном, что сейчас бежали впереди лошадей и в унисон махали хвостами. Оборотень как-то признался, что больше всего любит превращаться в вампала или орла, когда Дениза спросила его, что происходит во время превращения.

- Смотря в кого ты превращаешься. Из крупного превратиться в мелкого намного проще. В детстве превращение происходило намного дольше. Один раз я весь день проходил в облике человека с хвостом белки, мне было пять лет – засмеялся, рассказывая Бааван - затем стало всё быстрее. Чем больше тренируешься, тем быстрее превращаешься. Хуже всего превращаться в дракона, трещат и расширяются все кости, растут когти и кожа покрывается жесткой чешуей, не очень приятно - пошутил оборотень. Сейчас девушка смотрела, как Бааван бежит рядом с Мастисом, в образе белого вампала с чёрными носочками и улыбнулась, оборотень любил быть элегантным. Гладин по дороге рассказывал ей о местности.

- Там – он показал рукой на горную цепь, уходящуя за горизонт - находится Драконье ущелье, до нее ехать примерно ещё час. Я тебе покажу пещеру, там очень красиво, много света, примерно, как твои волосы - он взглянул на неё, тёплым, нежным взглядом. Они ехали уже почти два часа, никуда не торопясь. Лошади ступали твёрдым, медленным шагом. Конь Гладина, Бурная Ночь, как он его назвал, был агрессивный, красивый, боевой конь. Чёрный, с густой гривой, хвостом почти до земли, из-под длинных черных ресниц, сверкали тёмно-коричневые глаза. Сейчас Бурная ночь пытался прихватить зубами лошадь Денизы, но та умела держаться на расстоянии от его зубов. Гладин заметил и приструнил коня.

- Так он оказывает ей внимание - извинился он с улыбкой. Дениза не возмущалась, так как понимала мысли коня, тот хотел по проказничать. Арлис шла высоко подняв белоснежную морду, грациозно вышагивая и не обращая на черного коня никакого внимания. Примерно час спустя, Гладин остановил лошадей и помог девушке спешиться, немного задержав ее талию в своим руках. Лошадей они оставили на попечение Баавана и вампала, дальше они пошли вдвоём, по лесу, по берегу небольшой горной реки. Берег был усеян камнями, покрытыми ковром из зелёного мха. Хрустальная вода бурлила, с шумом огибая большие валуны и стремительно неслась дальше. Вдалеке слышался шум водопада. Гладин подал Денизе руку и они перебрались на другую сторону реки, перепрыгивая поток по большим, мокрым камням. Пройдя немного по лесу они вышли на небольшой просвет среди деревьев. Впереди был обрыв глубокого ущелья, наполненного водой. Перед ними раскинулся горный водопад, уходящий высоко вверх и с грохотом падая, разбиваясь о камни внизу. Капли воды долетали сюда, образуя в воздухе завесу из мелких капель, сверкающую на солнце. Дениза восхищенно застыла, такой красоты она ещё никогда не видела. Гладин тоже полюбовался и взяв её за руку своими тёплыми сильными руками, повел вниз, в обход, спускаясь по кромке обрыва. Они спустились к подножью водопада, где начинала свой путь Горная река. Гладин указал на водную завесу, что с шумом рушилась в реку.

- Вот за этой водой и есть вход в пещеру. Девушка всматривалась, не находя входа

- Но как нам туда попасть? - недоумённо произнесла девушка

- Ну а для этого, у тебя есть я - улыбнулся Гладин и поднял руки. Одна сторона водопада начала, как бы отодвигаться немного в сторону, обнажая мокрые камни и мох. Принц пошел ведя Денизу, по мокрым камням, отшлифованными водой и пройдя за стену воды, вернул завесу на место. Разговаривать стало невозможно. С одной стороны у них была падающая стена воды, а с другой мокрые камни горы и никакого входа в пещеру. Гладин достал кинжал и провёл лезвием по ладони, на коже выступила полоса алой крови. Он приложил руку к гладким камням и те задвигались, открывая вход в глубокую пещеру

- Многие заклятие в древности защищались кровью - объяснил Гладин, девушка кивнула, снова взяв его за руку и они вошли в пещеру. К стене были прикреплены факелы и Гладин зажег их, махнув рукой. Дальше они пошли, освещая себе путь, зажигая огонь и оставляя за собой шум водопада. Сухой песок скрипел под ногами, воздух был сухим и холодным. Шум водопада стал почти не слышен. Обогнув, огромный торчащий выступ, Гладин с Денизой вышли на большое пространство, здесь уже не нужен был факел. Принц бросил его на песок и они вошли в пещеру, необъятную по своим размерам. Стены пещеры уходили высоко в верх и расширялись по кругу, со всех сторон. Здесь было светло, как днём. На камнях, на всех выступах и нишах были расположены кристаллы, похожие на огранённый кусок льда, серебристого цвета. Они светились так ярко, что оставляли в глазах блики. Дениза завороженно застыла, чувствуя, как ее всю пронзает магией. Она струится по телу, вспыхивая светом то там то здесь.

- Я могу их потрогать - шёпотом спросила она, Гладин кивнул

- Только не снимай их с места – попросил он

Девушка аккуратно подошла и прикоснулась, к сверкающей поверхности. Её пронзила вспышка, теплая и прохладная одновременно, сильная и мягкая. Ощущения были приятные, как будто трогаешь могучую сила, касаясь ее поверхности и восхищаясь упругости и нежности, что исходит от нее. Кристал на ощупь был гладкий и прохладный, но светился теплым светом. Когда Дениза дотронулась до одного, все кристаллы заморгали и начали что-то отображать. Изображение разлилось по всей пещере, показывая то морду Мастиса, Хезела, стоявшего на поле, даже Анзуд появился с раскрытыми крыльями. Гладин стоял, всматриваясь в изображения, но не трогая. Кристаллы что-то шептали, наполняя непонятным шепотом тишину.

- Только маг, может пройти сюда и увидеть всё это - сказал тихо принц - Только он может почувствовать магию, что пропитала здесь все. Про эту пещеру забыли много тысяч лет назад здесь, родилась и живёт магия. Дениза переходила от одного кристалла к другому и не могла ничего сказать. По спине как будто бежали потоки энергии, начиная от затылка текли по волосам, что искрились между собой и стекая, уходили в землю. Девушка подняла руку и увидела, что кожа серебрится, подсвеченная изнутри множеством маленьких огоньков.

- Ух ты! – только и сказала она, задирая голову вверх и рассматривая картинки в огромных кристаллах, что свисали тяжелыми, длинными гроздьями с потолка. В них отражалась она, с большими синими глазами, в которых сверкали белые искры. Гладин наблюдал за ней, восхищаясь тем как она выглядела, хотя и сам весь искривился. Дениза посмотрела на него и тоже застыла, тот весь был покрыт мерцающим светом, волосы слегка двигались как-будто от ветра

- Это так красиво! – прошептала она, не найдя больше слов, чтобы выразить чувства.

- Пойдём, я ещё тебе кое-что покажу – Гладин, осторожно обходя кристаллы, повел ее в другой конец пещеры, где был расположен алтарь, высеченный из чёрного камня. Выступы были сделаны в виде каменных ступеней и поднимались высоко к потолку, были уставлены большими перламутровыми шарами, похожими формой на яйца. Подойдя ближе Дениза наклонилась чтобы рассмотреть, одни яйца были крупными, больше головы вампала, другие маленькие размером с кулак. Перламутровые с синими прожилками яйца, стояли, отражая отблески светящихся кристаллов, вспыхивая серебристыми бликами.

- Что это? Можно потрогать? - Гладин кивнул. Дениза прикоснулась к поверхности одного из яиц, та оказалась холодной и шершавой.

- Это драконьи яйца - пояснил принц. Губы девушки сложились в восхищенное *О* и она взяла в руки небольшое яйцо, которое уместилось у неё на ладони.

- Драконы, чтобы уберечь их от остальных, защитили заклятием вход сюда. В пещеру. Очень долго сюда никто не приходил, а о пещере забыли. Я попал сюда случайно, сбежал от учителей, бродил лазая вдоль водопада и применяя силу, используя на воде. Сюда я попал не сразу, не мог догадаться, как открыть вход, но чувствовал скрытую магию. Когда я попал сюда, первым делом утащил одно яйцо и в лесу попытался его разбудить, но вызвать дракона не удалось - голос принца стал печальным – Яйцо в итоге я разбил, но внутри был маленький дракончик, превратившийся в камень за столько веков. Всё это кристаллы, яйца – отражение старой магии, что когда-то была более могущественной, чем сейчас – Гладин замолчал, оглядывая все вокруг. Денизе стало грустно и она хотела аккуратно положить яйцо на место, но Гладин проговорил:

- Возьми его, если хочешь - разрешил он - Пусть напоминает тебе об этом месте и об этом дне. Девушка кивнула и спрятала небольшое яйцо в карман своей куртки. Они ещё немного побродили, вглядываясь в кристаллы и рассматривая изображения. Дениза чувствовала, как её переполнила магия, стремясь вырваться наружу, становилось неприятно. Гладин тоже почувствовал это и они пошли на выход. Факелы ещё горели у входа в зал с кристаллами, поддерживаемые магическим огнём. Уходя, Дениза обернулась заглянув на кристалл у выхода, в нём застыло изображение мордочки маленького дракончика, голубого цвета. Жёлтые глазки, с чёрным зрачком поперёк, внимательно проводили её взглядом.

- А сейчас Драконы есть? - спросила она, аккуратно перепрыгивая с камням на камень, после того как они вышли из пещеры и прошли завесу водопада, стали подниматься наверх, к лесу.

-Нет - ответил Гладин, поддерживая ее за руку и тоже перепрыгивая с камня на камень

- Во время войны многих драконов убили, да и после нее. Шкура дракона хороший щит, она отталкивает заклятья. Из-за этого их и после войны вылавливали, убивали ради наживы, так как шкура была очень ценной - у Короля Солнца был дракон, дракониха, ее имя было Тарида. Шкура ее была светло-золотистого цвета и отливала красным золотом на солнце - улыбнулся он - но она умерла, неизвестно от болезни или тоски по сородичам - задумчиво проговорил он

- В тебе сейчас бурлит силы магии? - спросил Гладин девушку.

- Даже неприятно - призналась она.

- Выплесни её - показал он рукой на водопад. Дениза сморщилась, не понимая, но потом поняла, что он хотел сказать. Девушка встала лицом к грохочущей воде и начала собирать магию. Направляю ее из всего тела в руки. Чувствуя, как та горячим потоком, устремилась в руки из головы, протекает по спине и ногам, скапливается в ладонях. Когда ощущение в руках стало почти болезненным и горячим, что невозможно стало терпеть, Дениза толкнула силу на водопад. Ледяной вихрь вырвался на свободу, стукаясь о воду и проникая в каждую каплю. Водопад стал покрываться слоем льда и замёрз.. Вода больше не падала на камни, птицы перестали петь, наступила полная тишина, нарушаемая потрескиванием льда. В полном молчании вода, огромной ледяной глыбой, висела в воздухе, опираясь на ледяное основание. Теперь и капельки, что летали в воздухе стали лёгкими снежинками и тихо опускались, покрывая все вокруг снегом. Даниза не могла оторвать взгляд от этой красоты.

- Отпусти - мягко касаясь губами кусочка ледяной кожи у девушки на шее, между полоской волос и воротничка куртки, тихо сказал, стоящий сзади Гладин.

- Не держи больше, растопи лед – теплое дыхание принца, прошлось губами по волоскам на шее - Долго нельзя, рыба замерзнет - прошептал Гладин.

Девушка почувствовал, как на шее и руках появляются мурашки, заставляя теплу разливаться по груди и животу и делая ватными ноги. Прикосновение губ Гладина, вызвало в ней такие ощущения, что не давала ни одна магия, настоящая магия тела. Девушка глубоко вздохнула, как будто вспомнила, что надо дышать и выдохнула, выпустив пар из рта. От водопада начали откалываться глыбы льда, падая вниз и разбиваясь о камни. Вода, выталкивая льдины наружу, снова устремилась вниз. Очень красиво - всё ещё блуждая губами по шее Денизу, пробормотал Гладин. Все её волоски на руках приподнялись, посылая волны, ее тело запело, откликаясь на его прикосновение. Дениза замерла, боясь прервать мгновение, принц обхватил ее за талию и повернул к себе. Его глаза сверкали глубоким синим цветом и девушка сразу утонула в них. Обнимая ее за талию, он провел губами по ее щеке и коснулся ушка, вдыхая запах. Через мгновение Гладин со стоном отстранился от неё и взяв за руку, потянул за собой, ведя обратно через лес. Дениза шла молча, как под гипнозом, все еще чувствуя его губы. К друзьям они вернулись молча, взявшись за руки, шагая медленно и не торопясь. Бааван ожидая их, устроили с Мастисом небольшой пикник, развели костёр и жарили добытых ими кроликов. Лошади мирно паслись невдалеке, встретив их радостным ржанием.

В замок они вернулись, когда солнце уже окрасило горизонт красным закатом. Дениза молчала, перебирая в мыслях события этого дня, иногда нащупывая в кармане куртки шершавую поверхность яйца. Перед глазами то и дело вспыхивали отражения в кристаллах и глазах Гладина. Иногда бросая на него взгляд, девушка чувствовала как румянец заливает лицо и старалась не смотреть на него часто. Но его красивое, сосредоточенное лицо и волосы, выбившиеся из косы, что он заплел утром, притягивали её как магнит. Бааван с Мастисом тоже бежали сзади молча, чувствуя непонятную напряженность в настроении обоих. Мастис пытался спросить у Денизы, что случилось. Но она ему не ответила, так как сама не поняла, что произошло. В замке она сразу прошла в свои покои и залезла в купель, чтобы дать отойти уставшим за день в седле мышцам. Вампал немного потоптался рядом, но ушёл на свой коврик, тяжело вздыхая и ворча. Девушка лежала в горячей воде и вспоминала поцелуи Гладина. Кто стал для неё этот маг? Вопрос остался без ответа, но и отвечать на него не было смысла, так как Дениза поняла, что влюбилась в него сильно и видимо взаимно.

Уже почти три месяца Дениза училась управлять магией с Гладином. Каждый день они выезжали одни или с друзьями куда-нибудь подальше от замка и города. Каждый раз после этих поездок Дениза бежала в свою купель, пытаясь отогреться, после очередного урока. Каждый раз одна возвращалась в замок вся в инее и замёрзшая до костей. В купели была всегда горячая вода и иногда вода успевала покрыться паутинкой льда, но быстро таяла. Гладин уверял ее, что это скоро пройдет, когда она перестанет распределять всю свою силу по телу, а будет посылать ее сразу в нужном направлении. Пока у девушки получалось не совсем то, что нужно. Поэтому она приезжала вся замерзшая и оттаивала только в горячей воде. Девушка медленно согревалась, подняла руку из воды и пошевелила пальцами, руки больше не мерзли. Сегодня Гладин пообещал взять её в город, где она ещё ни разу была, не выходила за территорию замка просто так. В городе был праздник принц сказал, что это был праздник почитания старых богов и приглашения для новых. Что будет очень красиво и интересно. В этот день все жители города, наряжались и выносили на улицу различные угощения, предлагая их друзьям и просто прохожим. Накрывались огромные, длинные столы. В город пускали странствующих менестрелей и фокусников. Музыканты и акробаты выступали, показывая свое умение.
Снег валил с самого утра, пушистый и крупный. Гладин сказал, что это наверное последний снег в этом году, наступала весна. Мастис утром пришёл к завтраку мокрый, с торчащей во все стороны шерстью, капая тающим снегом на пол. Дениза прогнала его на коврик и посушила тёплым ветерком, который научилась создавать одним из первых. Сейчас он спал, развалившись на полу в полный рост, подрагивая лапами и ушами. На ее уроки с Гладином вампал больше не ходил, бегая неподалеку. Один раз Мастис с Бааваном оказались засыпанными снегом в большом сугробе, неосторожно созданным ею. Дениза нечаянно задела их, сковав невидимыми ледяными цепями по рукам, ногам и лапам, которые продержались довольно долго, особенно на лапах и шерсти вампала. Тот шел позвякивая льдом, оставшимся на лапах и когтях, о каменные плиты замка. После этого Мастис шёл с ними до леса и ждал там, как раньше, когда Дениза посещала Анзуда. Гладин обзывал его трусом, смеясь, на что Мастис вяло рычал, но все равно оставался на своем месте. Девушка сильно скучала по Грейсли и мудрой птице, которые остались где-то далеко, в другом мире. Мать Гладина она видела нечасто, та иногда появлялась за ужином и встречаясь с ней взглядом, впадала в ступор, не смея проглотить ни кусочка.
В город они собрались идти пешком. Погода была замечательная, снежок, падал. Засыпая все вокруг белым, мохнатым покрывалом. Вампала они оставили в замке, чтобы он не напугал своими размерами местных фейцев и детей, что будут на празднике. Подходя к городу все четверо услышали музыку и шум городского праздника. Улицы были украшены гирляндами из еловых веток и разноцветными лентами. Прохожие фейцы, нарядно одетые, кланялись своему принцу и его гостям. Хезел с Бааваном дурачились, кидаясь снежками. Гладин взял Денизу под руку, чтобы она не поскользнулась на мокрых камнях. В тёплом, отороченным белым мехом, синем плаще ей было тепло и уютно, капюшон прикрывал голову. Они прошли по торговой улице и вышли на городскую площадь. Здесь Было множество торговых палаток, накрытые столы были уставлены напитками и угощениями. Выступали музыканты и фокусники. Маленькая магия фейцев позволяла поддерживать огоньки в елочных гирляндах, не обжигая и даря мягкий свет. Немного походив и посмотрев товар, что здесь предлагали, все зашли в небольшую уютную кондитерскую, выпить горячего шоколада. Они сели за столик у окна, чистая поверхность была идеально отполирована, пахло ванилью и выпечкой. Гладин заказал всем по паре пирожных и по кружке темного, густого напитка. Дениза расстегнула и сняла плащ, смотрела в окно, не замечая восторженных взглядов, что бросали на нее жители городка. Ее волосы сияли серебром, красиво уложенные в прическу из заплетенных кос. Девушка никогда не видела праздника, столько фейцев и полумагов, да и сам праздник тоже ее завораживал. Наслаждаясь каждой минутой она задумалась: почему ей, в ее пока ещё короткую жизнь, пришлось провести столько времени без родных, близких, без друзей и в полной изоляции. Гладин сжал под столом ее руку, отвлекая от грустных мыслей, предлагая попробовать пирожное, с розочкой из крема и посыпанное орехом. К ним вышел кондитер, сам хозяин кондитерской, чтобы поприветствовать принца и принес в подарок коробочки для каждого, с засахаренными фруктами. Гладин оставил ему пару золотых и друзья вышли на площадь, где как раз начались танцы. Хезел с Бааваном тут же подхватили Денизу за руки и закружили её среди веселящейся толпы. Девушка засмеялась, проворно перебирая ногами, снег кружился вокруг неё, падая на волосы, с которых слетел капюшон. Затем они все стояли и слушали грустную, красивую балладу, что пел менестрель о трагичной любви. Потом Дениза танцевала с Гладином медленный танец, утонув в его обьятъях. Когда стемнело, зажегся праздничный фейерверк, который приготовил Гладин для всего города. Множество разноцветных искр взрывались в небе и падали под восхищенные вздохи толпы. Денизе было хорошо, как никогда раньше. Стоять, прижимаясь к принцу, ощущая его теплые руки, что крепко прижимали ее и подбородок, что упирался в ее затылок.
Вернулись они достаточно поздно, когда на улице уже начали потухать зажжённые в гирляндах огоньки, однако веселье на площади ещё продолжалось. Дениза чувствовала, как гудят от танцев ноги. но нисколько не жалела. Такой праздник у нее был впервые и он запомнится ей надолго. До замка они шли смеясь и кидаясь снежками, там к ним выбежал Мастис и заливаясь лаем, принялся кувыркаться с ними в сугробе. Затем Хезел с Бааваном ушли к себе, похожие на два ходячих сугроба, а Гладин пошёл проводить её до комнаты. Замерев у двери и повернувшись друг другу они долго смотрели в глаза, которые у обоих сверкали и искрились. Гладин взял её за руки и что-то положил, раскрыв ладонь. Дениза подняла руку и развернула подарок, на руке лежала маленькая коробочка из чёрного бархата. С праздником - шёпотом произнес Гладин и Дениза открыла подарок. На золотой цепочке, висел маленький золотой медальон, на его крышке была изображена ажурная снежинка, с крапинками маленьких бриллиантов.
- О, Гладин - доставая медальон, Дениза восхищенно разглядывала его в руке. Гладин наклонился и поцеловал ее в губы, легкий, почти незаметный поцелуй всколыхнул все ее чувства, стало жарко. В ответ девушка привстала на цыпочки и лёгким поцелуем дотронулась до губ Гладина. Затем испуганно отступила, прикрыв губы ладошкой и спешно сбежала в свою комнату. В след ей раздался тихий смех и мягкий голос проговорил, смеясь - Трусиха - сказал Гладин, отходя от ее двери.
тходя от ее двери.

 На следующий день Дениза проснулась поздно, когда за дверью галереи раздался шум бегущих ног и звуки оружия. Быстро умывшись и расчесав, спутанные за ночь волосы, девушка выскочила за дверь. По галерее бежали вооруженные фейцы, громыхая железными доспехами. Отовсюду слышалось только одно слово Нападение. Девушка быстро забежала обратно в комнату и одела кожаную тунику и бриджи, зашнуровала высокие ботинки и накинула плащ. На пояс она повесила пару кинжалов, за пояс меч. Она спустилась по лестнице и выскочила на улицу. Вокруг замка все бегали, войны строем двигались в сторону города, Гладина и остальных, нигде не было видно. Дениза побежала в конюшню и не нашла их лошадей. Арлис, нервно подрагивала в своем стойле, волнуясь и с облегчением приветствовала хозяйку. Дениза оседлала ее, успокоила и тоже направилась в сторону города, следуя вдоль войнов. Мастис тоже куда-то пропал, видимо последовал за принцем и его друзьями. Войско быстро пересекло город, где горожане спешно закрывали ставни и двери. Дениза выехала из города, направив Арлис к большой каменной стене, что окружала город, защищая. Девушка оставила Арлис у стены и быстро поднялась наверх по крутой лестнице, высматривая, что за угроза их ожидала. На стене у каменных зубцов уже выстроились лучники и копьеносцы. За стеной открылось большое поле, на котором стояло небольшое войско. Угрожающе били копья о землю, лица были скрыты железными шлемами, сидели воины на могучих боевых конях, тоже покрытых броней. Копья перестали бить, щиты затихли и воцарилась тишина. Дениза тихо вскликнула, увидев, как на поле вышел Гладин и направился в сторону вражеского войска. От войска тоже отделился воин, в полных боевых доспехах, спешился и направился на встречу Гладину. Но немного пройдя воин остановился, как будто почувствовав невидимую преграду и грозно закричал:
- Я Маир, король Королевства Леса, пришёл забрать свою дочь Денизу. Я знаю, что она у тебя, ты должен мне её вернуть. Девушка уставилась, смотря во все глаза на этого могучего воина. Как это ее отец? У нее есть отец? От войска отделился ещё один человек, он снял шлем и девушка ахнула, увидев короткие седые волосы. Её милый друг Грейсли! Ноги сами понесли Данизу вниз и она выбежала на поле. Стоявшие у ворот воины попытались ее остановить, но она ловко обогнула их и помчалась навстречу воину. Тот побежал к ней, раскрыв объятья. Немного не добежав до Гладина, воин встал и развел могучие руки. Плача и смеясь, девушка упала ему в объятия, заливая слезами счастья этого огромного мужчину, который был с ней от рождения. Выскочил Мастис и радостно визжа, врезался, чуть не повалив их обоих. По щекам Грейсли текли слезы, смешиваясь со слезами Денизы и тут же слизанные горячим языком вампала, что облизывал их обоих и скулил, вертясь вокруг них. Гладин подошел к королю и они молча стояли, наблюдая за встречей этих троих. Когда восторг всех троих немного утих, Дениза повернулась к отцу, разглядывая человека, который ни разу не появился в её жизни, до этого дня. Отец был огромный, грозный. Чёрные с проседью волосы, правильные черты лица, небольшой шрам, над правой бровью. Серые глаза, смотрели строго и с любопытством. Маир прищурившись, разглядывал свою дочь.
- Ты так похожа на мать - лишь сказал он и шагнул к ней. Дениза отступила. Этот человек был ей незнаком и был чужим. Король остановился и не стал к ней дальше приближаться.
- Дочь - хрипло сказал он и протянул ей руки, открытой ладонью вверх. девушка замотала головой и отступила, прислонившись к Грейсли всем телом, как бы ища у него защиты, вампал зарычал, обнажая острые клыки.
- Никто твою дочь не держит здесь насильно, конунг Маир, здесь она под защитой и по собственному желанию - сказал Гладин, подходил к Денизе. Грейсли встал между ними.
- Дениза, твоя мать, она там - махнул он рукой, указывая за войско - Если хочешь её увидеть - Дениза очень хотела. Хотела спросить и понять, почему они её отвергли, выгнали из дома еще младенцем, почему они её не любили. Она молча кивнула Грейсли и направилась в сторону войска. Принц тронулся было за ней, но Маир остановил его рукой.
- Здесь она в безопасности - сказал он, направляясь следом за дочерью. Гладин застыл на месте, провожая их взглядом. Войска расступились, образуя длинный коридор, пропуская девушку и Грейсли с вампалом. Судя по всему, вид огромного Мастиса их нисколько не испугал. Грейсли провел ее к стоящим в стороне шатрам, один из них был красным, с вышитым на нём золотыми коронами. Они направились к нему и Грейсли открыл полог, пропуская Денизу внутрь. В шатре в центре стояла чаша с камнями и огнём, согревая его изнутри, сундуки выстроились вдоль стен, на полу лежало множество шкур. На небольшой кушетке сидели несколько женщин, богато одетых и в тёплых красивых платьях. Но только к одной из них потянулось сердце Денизы, самой прекрасной из всех. Женщина протянула к ней руки, слёзы струились по ее прекрасному лицу, губы шептали ее имя. Дениза подбежала к ней и упала в её объятия, пахнущие жасмином. Они трогали друг друга руками, рассматривая и прижимаясь. Грейси молча переминался с ноги на ногу у входа и подозрительно часто вытирал уголки своих глаз, большим шершавым кулаком. Через какое-то время мать с дочерью остались одни, все удалились из шатра.
- Дениза, дочь моя - гладя ласково по волосам дочь, сказала Мойра, прижимая к глазам дочери свой кружевной платок - Я думала, тебя нет в живых - всхлипнула она.
- Но почему? Почему вы все меня бросили? - глотая слёзы и обиду, ответила дочь.
Мойра замолчала, собираясь с силами, чтобы рассказать ей всё. Долго они просидели в шатре, рассказывая, все, что только могли рассказать. Вместе с матерью приехали и три брата Денизы. Они вошли в шатер, гремя доспехами и громко пихая друг друга. Пытаясь первыми обнять сестру. Братья оказались очень красивыми молодыми войнами. Самый старший, Марч остался в замке, вместо короля, когда все отправились в поход. Самая изумительная была встреча Мастиса со своим отцом. Валис был уже стар, но все же отправился в путь со своей хозяйкой. Из-за него пришлось делать привал почаще, а затем вообще запихнуть его в карету с вещами, из которой пришлось выкинуть часть, так как вампал туда не влезал. Движение войска стало быстрее. Валис лежал в шатре, у ног своей хозяйки, когда туда вошёл Мастис. Сначала Мастис застыл, рыча, шерсть на загривке встала дыбом, лапы уперлись в пол, готовясь для прыжка. Валис поднял голову и даже не встал, только издал грозный рык. Мастис спрятал когти, перестал рычать и поджал хвост, лёг рядом со своим отцом, положив морду ему на одну лапу. Валис лизнул своего сына и на этом всё было решено. Мать с дочерью со смехом наблюдали за встречей животных, которые так быстро нашли общий язык. Быстро выяснили кто здесь главный и кто кому кем приходится. У людей было всё сложнее. Несмотря на объяснения матери, девушка не могла понять своего отца, что спрятал ее ото всех на долгие шестнадцать лет и когда отец вошёл, девушка поторопилась уйти. Мать сказала, что рядом ей поставили её собственный шатёр, но Дениза решила вернуться в замок. Эти люди, кроме матери и Грейсли, казались ей чужими. Проходя между воинами, что устраивались на отдых, так как уже стемнело, Дениза ловила на себе короткие, любопытные взгляды. Грейсли вызвался проводить её до замка, Мастис остался Валисом, в шатре с матерью. Девушка молча шла, стараясь идти помедленнее, чтобы всё спокойно обдумать
- Ты простишь его? - тихо спросил старый воин.
- Не знаю - ответила девушка – Понять я его могу, но что чувствую к нему и как поступить, я не знаю. Они молча продолжили путь. У стены Грейсли поклонился и пошёл в обратную сторону. В замке было тихо, пусто, все куда-то подевались, ночь уже зажгла свои звёзды и играла бликами, что дарили светильники на стенах. У дверей в её комнату, прямо на полу, опираясь спиной на стену, сидел Гладин. Увидев её, он не стал вставать, просто похлопал рукой по каменному полу рядом с собой. Дениза опустилась на тёплый камень.
- Ты уходишь?- тихо спросил Принц Гор. Дениза недоуменно взглянула на него, об этом она как-то не подумала.
- А ты прогоняешь? - почти шёпотом ответила она.
- Нет - со стоном облегчения прошептал Гладин. Затем взял её лицо в свои тёплые руки, медленно наклонился и поцеловал ее долгим, пьянящим поцелуем.
- Я никогда тебя не отпущу, если ты уйдешь, последую за тобой - сказал он, легко касаясь её губ, рождая наслаждение, страсть и нежность. Всё сложилось в одно, чувства, мысли, прошлое, будущее. Дениза наслаждалась поцелуями, она была ему нужна, Гладин любил ее, хотел. Тепло и счастье скопилось в сердце и в тоже время разливалось по всему телу.
Сколько они так просидели на каменном полу коридора, никто не заметил, лишь проснувшись на следующее утро, Дениза потрогала губы и вспомнила эти поцелуи. Это сон или часть вчерашнего дня, продолжение праздника? Впрочем, неважно, это было прекрасно.
Гладин не пускал в замок людей, но для семьи Денизы сделал исключение, ее семья была приглашена на ужин.
Вечером девушка нарядилась в своё самое красивое платье. Шелк цвета молочного льда, был расшит вышивкой с мелкими хрусталиками по подолу и лифу. В волосах, искусно завитых Гленной, сверкали бриллиантовой звёзды. Синие туфельки из атласа, тоже украшенные бриллиантами и дополняли наряд тонкие, прозрачные голубые чулки. Гладин застыл, когда девушка вошла в зал, приветствуя собравшихся на ужин. У Хезела отвалилась челюсть, Бааван смачно охнул, а мать и отец не сводили восхищенного взгляда с дочери. Лишь Мастис подбежал к ней и ласкаясь, проехался по юбке платья мохнатым боком. Гладин подошёл и взял её за руку, сжав, холодные пальчики, пригласил всех к столу. Слуги фейцы стали разносить первые блюда. На столе стояли различные закуски: разные виды мяса, кусочки сыра, вазы с фруктами. Большое блюдо с маленькими, жареными, до хрустящей корочки, куропаток, олений бок, приправленный чесноком и травами. Маленькие морковки и лук тушёные в винном соусе. Золотистые бочка осенних яблок в медово-горчичном соусе. Вино наливалась в стаканы, играя рубиновым светом. Разнесли и падали устриц и рыбу, приправленную ароматным маслом. Мать Гладина отсутствовала, чему Дениза была очень рада. Неизвестно, как бы она, встретила таких гостей. Дениза положила на тарелку кусочек рыбы и пару кусочков сыра. Поглядывая на мать, отца и братьев, она наслаждалась их присутствием, волнуясь, кончики пальцев пощипывало морозцем. Гладин заметил и сжал ее руку под столом, успокаивая.
- Как долго вы намерены пробыть в наших краях? - начал он светскую беседу. Отец Денизы отложил вилку и отпил рубиновое вино.
- Я не собираюсь здесь задерживаться надолго, как только моя дочь будет готова, мы отправимся в обратный путь
- Но я не собираюсь никуда с вами ехать - ответила взволнованно Дениза
- Но дочь моя, мы хотим, чтобы ты вернулась с нами домой - сказала грустно мать
- Я не собираюсь с вами никуда ехать - воскликнула девушка и вскочила, уронив стул
- Почти шестнадцать лет я никому из вас не была нужна, сейчас должна бросить всё, что мне дорого и вернуться домой? Мой дом здесь, в этом замке, в Найделине - гневно взмахнув рукой, продолжила девушка. Над столом, как ниоткуда, появились крупные белые снежинки, которые кружились и падали на вазы с фруктами, сыр, попадая в вино, покрывая головы и плечи гостей белым ажурным покрывалом.
Гладин и сделал вид, что это всё его магия.
- Ой, извиняюсь, я тут немного разволновался, вот и снежок пошёл - проговорил он. Все продолжили, лишь мать молча смотрела на дочь. Дениза вышла из-за стола и направилась к дверям, что выходили на открытый балкон. На улице было свежо, город лежал у подножья, сверкая ночными огоньками, напротив, возвышались гора с белой шапкой снега. Сзади подошла мать и бросила ей на плечи свой тёплый, бархатный плащ.
- Я не ошиблась? - обняв её за плечи, спросила мать - это была твоя магия? Дениза кивнула и мать покрепче обняла её.
- Знаешь, когда ты родилась, твой отец сказал мне, что ты не выжила и он похоронил тебя на берегу реки, под большой старой ивой. Я едва оправившись после родов, ходила туда каждый день. Приносила цветы, маленькие, красивые камешки, розы из сада. Каждый день убирала увядшие и снова заменяла свежими. В один прекрасный, снежный день, примерно как сейчас, я подумала, что будет если ты могла бы унаследовать магию? Долгие века в нашем Королевстве Леса людей с таким даром ждала смерть. Маиру пришлось бы тебя казнить. Сжечь. Несмотря на то, то ты его дочь, пришлось отдать бы тебя богам. Я бы этого не вынесла, я бы не пережила такую твою смерть. По древнему предсказанию одной ведьмы, мне нагадали, что у меня родятся сыновья и только одна дочь, которая будет обладать силой магии, уснувшей давным-давно. Я боялась, каждый раз рожая, со страхом думая, что будет девочка. Но только пятый ребёнок, оказался женского пола и это, была ты. Когда Маир сказал, что ты не выжила, я конечно сильно горевала, но понимала, что в нашем мире, ты бы не выжила с таким даром. И вот я здесь, держу тебя в объятиях и вижу, как падает снег, сотворённый тобой. Я радуюсь, что у меня-то есть такая дочь, так как понимаю, что здесь ты в безопасности. Здесь ты в своём доме и своем мире, под защитой сильного мага. Прошу тебя не забывать меня и простить отца, который не убил тебя при рождении, а уберег от смерти, спрятал в хижине, в лесу, ты была в безопасности, так как тот лес пропитан магией и силой, что нам с отцом не подвластна - мать погладила дочь по волосам и поцеловала. Дениза ощутила, как на ее щеку упала горячая слеза матери и замерзла, тоже превратившись в снежинку, соприкоснувшись с кожей девушки. Обернувшись, они увидели, как все сидят, делая вид, что ничего не замечают. Не замечают этих двух красивых женщин, что стоят в обнимку на балконе.
- Отец пытается, поменять обычаи, что ввели до него его отец и дед. Осторожно пуская мысль о свободе магии в нашем Королевстве Леса. Но слишком долго длился этот запрет, люди привыкли бояться магов и всего, что с ними связаны. Слишком много еще рассказывается легенд, длинными, зимними вечерами, о том времени, когда маги властвовали повсюду и злые и добрые, но как всегда бывает, помнят только злых. Ты знаешь, кто был отец Гладина?- спросила мать девушку.
- Нет, он мне не рассказывал
- Ну и хорошо – мать поправила локон, что выскользнул у дочери из прически - Не спрашивай, придет время, сам расскажет. Одно могу сказать, это был очень злой маг. Много бед он принес всем, особенно людям. Поэтому до сих пор в Королевство Гор не допускают людей, старый запрет, но действующий.
-Неизвестно чем, люди так не угодили отцу принца, но во время его царствования, всех людей, невольно попавших под его власть, не находили. Они пропадали, как будто их никогда не было - мать взяла дочь под руку и они вернулись к столу, где как раз разносили сладкое, большой воздушный торт, произведение поварского искусства. Следом внесли желе и фрукты. Мужчины отправились выпить рюмочку наливки в кабинет Гладина, а женщины наслаждались густым, горячим шоколадом.
Гладин, пользуясь отсутствием матери, решил устроить бал и наконец-то открыть бальный зал, который Дениза еще не видела. После ужина все прошли туда, где уже играли музыканты. Зал сверкал своим великолепием. Белые стены, высокие окна, с низкими широкими подоконниками. Огромные хрустальные люстры свисали с потолка, сверкая начищенными до блеска гранями. У окон стояли бархатные кушетки с позолоченными ножками. Пол серый с черной гранитной плиткой блестел, отражая свет люстр. Гладин поклонился Денизе и они первыми открыли бал, легко заскользив под красивую мелодию. Вскоре к ним присоединились мать с отцом, Хезел с Гленной, что сегодня тоже нарядилась в розовое, воздушное платье. Бааван подхватил несчастную дочку повара, что до сих пор заикалась, как видела его в близи. Вельможи с женами тоже закружились, мелькая цветными пятнами платьев и драгоценностями. Почти на рассвете разошлись последние пары танцующих, бал удался. Грейсли тоже повел в танце, высокую, симпатичную даму. Великолепная музыка, холодный лимонад и вино, сделали праздник веселым и красивым. Гладин с Денизой, проводили родителей до их шатра и долго стояли, беседуя обо всем на свете. В замок они вернулись, когда уже начало светать. Долго стояли в саду, даря друг другу поцелуи и шепча нежности.
Войска короля Леса уже неделю стояли у города, лагерь раскинулся у края леса. Каждый день Дениса встречалась родителями и братьями. Если братьями было легко, то с отцом она никак не могла общаться. Каждый раз пыталась ускользнуть от его внимания и избежать встречи или разговора. Маир наблюдал за ней, при каждом её появлении, не пытаясь говорить, однако всегда, оказывался рядом и посматривал внимательно из-под чёрных бровей. Девушка много времени проводила с братьями и их вампалами. У Силя и Кеча были вампалы, одна из них была девочка, белоснежная, без единого пятнышка, ее имя было Фрида. Мастис не отходил от нее ни на шаг, даже в замке перестал появляться, ухаживая за своей подругой. Второй вампал был более замкнутый и осторожный, он везде следовал за своим хозяином, как привязанный. Дарк, носил достойное его имя, был чёрный с рыжими подпалинами. В один из вечеров, когда Дениза засиделась с матерью в её шатре, перебирая нитки для гобелена, что та вышивала, вошёл Маир и подошёл к ним.
- Через два дня мы уезжаем - обращаясь скорее к Мойре, сказал он. Затем взглянул в глаза дочери
- Тебя я не с могу взять с собой. Ты знаешь почему - Дениза кивнула. Мойра залилась слезами, хватая и обнимая дочь. Маир поморщился и отвернулся от них, собираясь уйти.
- Вы вернётесь? спросила девушка, вставая с дивана - ты вернёшься и мать?
Отец обернулся и Дениза увидела его глазах такую боль, такую тоску и горе, что бросилась к нему на грудь, рыдая и всхлипывая. Отец обнял её, тоже зарыдал уткнувшись в её волосы. Грозный огромный воин плакал, гладя дочь по голове.
- Прости меня, прости - шептал он - я не мог, не мог тебя оставить в королевстве, тебя бы убили и навещать не мог, чтобы никто не узнал.
Мойра ещё пуще зарыдала, цепляясь за руку дочери. Потом успокоившись все трое ещё долго сидели, держась за руки и обсуждали всё на свете. Отцу было многое интересно, какая, как проявляется ее магия. Дениза узнала, что все эти годы Грейсли ездил к отцу, рассказывая, как она растёт, обучается владению оружием, учиться читать и писать. Отец не оставил её, не забыл. Он заботился и оберегал её от своего мира, в котором не было места таким как она, в котором казнили таких, имеющих дар. В его Королевстве Леса уже давно не было магов и сам Маир никого давно не казнил. Пару раз ему пришлось прилюдно сжечь Ведьму и одного оборотня, но об этом он нисколько не жалел. Так как те используя свой дар, убивали и оборачивали его в зло. Тех же магов, кто появлялись в его королевстве с добром, он отправлял в особое место, на уединенный остров, где они жили и не подвергались угрозе. Но привезти в замок дочь обладающую магией, он не мог. А отправить на остров тоже не хотел, так как неизвестно, какую магию получит его дочь и получит ли. Грейсли рассказал только, что Дениза понимает мысли вампала и некоторых зверушек, лечит травами. Но про магию воин не упомянул. Король надеялся, что девушка не получила магическую силу от рождения, оказалось напрасно.
Через два дня Дениза провожала свою семью, стоя у леса и заливая плечо Гладина, горькими слезами. Тот безропотно сносил эти потоки слез, что промочили весь рукав его тёмно-зелёного камзола и тут же замерзали на поверхности. Хезел отправился их проводить немного, Бааван тоже бежал рядом с вампалами, обернувшись волком. Валиса погрузили в карету, так как ноги у вампала совсем ему отказывали и долго идти он уже не мог. Гладин велел оббить стены и пол мягкой кожей, чтобы старичку было тепло и комфортно. Ещё принц передал матери Денизы маленькую коробочку из красного дерева, где были особые перо и клочок бумаги. Теперь Мойра могла, когда угодно, писать дочери, мысленно выводя слова пером, которые тут же появлялись на таком же пергаменте у Денизы. Это должно быть строго спрятано у матери, так как невозможно пользоваться магией открыто, в их королевстве, даже самим королям. Через три дня Хезел с Бааваном вернулись и сообщили, что Валис умер, на второй день пути. Старичка торжественно похоронили под большим дубом, у красивого озера, поставив на могиле большой камень. Дениза опять проплакала почти сутки, не выходя из комнаты. На пятый день Гладин, почти силой вытащил её из замка и отдал на растерзание Хезелу. Тот полдня прогонял Денизу на тренировочном поле, не давая ей ни минуты для отдыха и запретив применять магию. Так что девушка почти неделю, приходя в комнату, просто падала от таких тренировок и засыпала уже, не думая ни о чём. Мастис тоже скучал по своей потерянной подруге и первое время, практически не выходил из комнаты, отказываясь от еды. Гладин уже ворчал, что больше не пустит таких гостей, что после их отъезда весь замок утонул в слезах, хотя и сам ходил грустный. Потом все они начали понемногу возвращаться к прежней жизни. Дениза с удовольствием писала матери и читала ее ответы всем, вечерами в гостиной. Мастис наводил уши, услыхав иногда имя Фрида. Так постепенно Дениза вернулась к своим занятиям. По-прежнему, выезжая с Гладином или Хезелом, за границы города. Гладин иногда уезжал, выполняя поручения Гекаты, которая ненадолго возвращалась, презрительно оглядывая каждый раз всю их живописную группу.

  Дениза училась и достигла больших успехов. Она начала создавать себе оружие и первым сделала из льда копье, красиво расписанное снежным узором и острое, как стекло, однако по крепости не уступающее железу. Затем появился лук и стрелы, Бааван и Хезел восхищались этим ее умениям и постоянно просили сделать оружие и им, но оно почему-то таяло у них в руках. Лишь Дениза могда брать у руки копье и стрелы и превращать их в смертельную угрозу. Еще она научилась делать круглый щит, что сверкал острыми гранями, слепя врага и отражал удары, отбивая с такой силой, что враг отлетал довольно далеко, скованный ледяными оковами. Гладину это ее умение очень понравилось, но остальные были не в восторге, так как именно на них проводились все опыты. Дениза даже стала забывать свою жизнь до встречи с Гладином, затерянную хижину, но помнила Анзуда, его мудрые наставления и уроки.
   За это время Даниза изучила также массу приёмов Криоманта. Особенно ей нравилось ледяное скольжение. Девушка скользила по земле, и после неё оставался ледяной заслон, из острых, как лезвие меча осколков. Первый раз, сделав его, она продвинулась лишь на пару метров, сейчас уже умела делать более длинную дистанцию. Сегодня, они с Гладином, хотели попробовать ледяной Вихрь, пришлось удалиться подальше от замка. Выехали ещё до завтрака и не взяли с собой никого. Они отправились через лес и город, за крепостную стену. Оставив лошадей привязанными к деревьям, Гладин повел Денизу в открытое поле, поставил в самую середину и окружив себя магическим щитом, показал, как сделать вихрь. Самое сильное умение Криоманта. Девушка должна была вытянуть правую руку и кружить ей над головой, образовывая круг. Сначала ничего не получалось, но потом произошло что-то немыслимое.       Дениза почувствовала, что она будто ухватила свою силу, сжала ее рукой, раскручивая ею над головой, создавая воронку из ветра. Вокруг девушки стал подниматься ветер, постепенно обрастая смесью из острых осколков льда и снега. Смерч всё разрастался, девушка уже опустила руку и стояла, слушая гул, что завывал вокруг нее. Творилось что-то невозможное, уже всё поле было покрыто плотным потоком, снежного барана. Гладин еле стоял, под своим щитом, сдерживая его из последних сил. Осколки, похожие на острые, прозрачные кинжалы, били по его защите, оставляя, небольшие трещины. Дениза с ужасом смотрела и не могла остановить, когда вихрь начал затрагивать деревья по краю поля и вырывать их с корнем. Это была смертельная, неуправляемая стихия.
- Как мне его остановить? - прокричала она в испуге, оглядываясь на Гладина. Тот в ответ пожал плечами, пытаясь удержать свою защиту, которая уже вся покрылась паутиной из трещин. Со страхом девушка смотрела, что творится вокруг и попыталась рукой сделать обратный разворот вихря. Большой осколок льда пробил её ладонь, нанеся серьезную рану. Дениза схватилась за руку, прижав её к боку. Гладин пытался удержать остатки щита, но тот начал осыпаться у него на глазах. Тогда он встал в полный рост и выпустил стену огня, несущимся навстречу ему смертельным осколкам. Огонь пожирал лед и шипел. Осколки плавились и превращались в воду, что испарялась, даже не попадая на землю. Постепенно вихрь начал стихать, пока не затих совсем. Донизу без сил упала на колени, прошептав, что больше она этого никогда ни за что не сделает. Раненая рука была прижата к боку, пачкая кровью камзол и бриджи. Гладин подбежал к ней, с тревогой осматривая ее раны и стряхивая иней с волос. Его тоже задело осколками, кровь текла по щеке и был рассечен висок. Вокруг была воронка из развороченной , всё было усыпано острыми пиками льда и вырванными, с корнями деревьями и кустарниками.
- Неплохо - сказал принц, открывая от своей рубашки рукав и перевязывая руку девушки.
- Неплохо?! – гневно крикнула Дениза – Да я чуть не убила нас обоих! А если бы с нами пошли друзья и были неподалеку?!
- Так бывает – пожал плечами Гладин – Поэтому их здесь и не было – сказал он, помогая Денизе встать. Девушка опиралась на его руку, еле передвигая ноги, если бы не он, она бы свалилась на землю, без сил. Вернувшись к лошадям, Гладин промыл и перевязал руку, рана на которой уже начала затягиваться. Дениза наблюдала за ним, решаясь спросить. Наконец, она собралась с мужеством и задала вопрос, который её тревожил:
- Скажи мне, кто я? Что за сила во мне? Скажи мне! - глядя в его глаза, потребовала Дениза. Гладин задумчиво присел рядом.
- Я не знаю, как тебе объяснить - начал он - Давно, несколько веков назад, существовали такие Маги, обладающие твоим даром. Их сила была так сильна, что их преследовали и уничтожали по одному, истребили всех. Такой сильный дар нельзя было оставлять, большинство Криомантов имели замерзшее ледяное сердце и убивали не задумываясь. Их ледяной Вихрь уничтожал города, убивал людей, фейцев, магов. Но именно после выпуска такой силы, они и были особо уязвимы, пока восстанавливали силу. Поэтому в поддержке у Криоманта должны были быть Хранители Света. Если Криомант вступал в бой с Хранителем Света, то войско становилось абсолютно непобедимо, конечно, если у врага была возможность выжить, дождаться, когда и Хранитель и Криомант, израсходуют свою силу без остатка.
- Хранители Света существует сейчас?
- Да, но их очень мало. И они обычно служит при каком-нибудь дворе. Так как их дар увеличивать способности своего конунга в несколько тысяч раз, превращая силу хозяина в поистине несокрушимую силу.
- Хранитель Света может быть только у Криоманта?
-Нет, любой маг может выступать в паре с Хранителем и тогда они способны на много больше, чем по отдельности.
- У тебя есть Хранитель Света? - спросила девушка
- Нет, я знаю только двоих, из ныне живущих. У Короля Озер и у Короля Солнца. Больше я не встречал. Если твой вихрь пустить под усилением Хранителя, то от города из замка не останется ни следа. Дениза ужаснулась.
- Зря ты меня этому научил, больше никогда не проси меня сделать это. Гладин кивнул и они направились к замку, где их уже ждали Хезел и Бааван. Хезел взглянул на руку Денизы и почувствовал запах мороза и льда, смешанный с запахом крови. Мрачно улыбнулся. Тайна ее дара не должна была выйти за пределы знания этих четверых. Что Дениза не только Проклятое дитя, но и Криомант, не должен был знать никто. Короли не будут ждать, пока Проклятое дитя обрастет силой, а если еще и силой, способной стирать города, тогда девушка окажется в смертельной опасности. Только все четверо забыли, что мать Гладина, королева-ведьма, тоже знала, кто такая Дениза и даже больше, чем это знал ее сын и его друзья.
Геката, казалось перестала обращать внимание на девушку, однако, это было не так. Она внимательно следила за тем, как сила Денизы набирала мощь и чему девушка научилась. Ведьма начинала опасаться, что не успеет найти, что ей нужно, чтобы подчинить эту силу себе. Геката обшарила почти все королевства, обыскала все тайные уголки, где могла найти нужную ей вещь. Оставалось лишь одно место, но туда она не могла попасть никак. Могучая птица Анзуд, ревностно оберегала свое гнездо и то, что было в нем. Анзуд, вернее Им-Дугуд, окружил себя всеми магическими щитами, что Геката никак не могла к нему подобраться. А она точно знала, что у него есть то, что она ищет. Попасть к Им-Дугуду мог бы помочь только один маг, могущественный и злой, отец Гладина. Но он сейчас покоился на дне железного саркофага, заточенный туда Гекатой и отцом Арсайна, много веков назад. И ведьма сомневалась, что разбудив его, она получит, что хочет. Скорее лишиться всего: трона, Королевства и жизни. Всем этим Геката сильно дорожила и не хотела потерять. Им-Дугуд хорошо относился и доверял сыну Гекаты, Гладину, но заставить принца отправиться и убить птицу, ведьма могла лишь одним способом, подчинив сына полностью себе, подавив его волю. Королева стояла и смотрела в окно, видела, как смеясь, возвращаются из поездки ее сын и ненавистное Проклятое дитя. Молодые люди смеялись, не замечая ничего вокруг, видно было, что любовь, мерзкая любовь захватила их сердца и чем дольше Геката тянула с девушкой, тем сильнее Гладин к ней привязывался и будет трудно разлучить их. Если Дениза и оставит ее сына легко, подчиняясь силе заклятия, то в принце Геката сомневалась, просто так он девушку не отпустит. Поэтому выбор для себя королева-мать уже сделала, сын должен стать другим. Нужно срочно разлучить их, все равно девушка сама придет потом к Гекате, повинуясь ее приказу, а пока надо убрать ее из жизни принца подальше и желательно рассорив их, пока не стало слишком поздно.

Мужчина шел, твердо ступая по черным камням, поднимаясь к темному замку. В замке не горели огни, не шумели фонтаны, не пели птицы и не стрекотали цикады. Замок из черного камня стоял, сливаясь с ночным небом. Отсрые шпили башен уходили высоко в небо, будто прокалывая его. На входе у крыльца, куда поднялся мужчина по каменным ступеням, застыли немые горгульи, приклонив головы и осторожно поглядывая на него. Вокруг не было ни деревьев, ни цветов, сплошной камень. Тяжелые двери из темного дерева распахнулись, пропуская вошедшего и захлопнулись с грохотом за ним. Мужчина прошел парадную, и свернул к Тронному залу. Сам зал был не большой. Гранитные плиты пола серые с черным, были выложены в шахматном порядке, колонны, что упирались в темный потолок были из темно–серго мрамора с белыми прожилками. Длинные, узкие окна от пола до потолка и каменный трон у которого сейчас стоял другой мужчина. Высокий, мускулистый, с темными волосами, что спускались до талии. Твердый, даже резкий подбородок, будто вырезанный из гранита, нос с небольшой горбинкой и черные зрачки глаз. Мужчина обернулся к вошедшему, полыхнул красным огнем, что зажегся в его глазах и потух

– Я нашел ее – сказал, снимая темно–серый, почти черный плащ, откидывая капюшон, сказал Мордрад. Он небрежно отбросил плащ на камень трона.

– Где? – спросил брата Арсайн. Мордрад поморщился, прежде чем сказать имя

– У Гладина – брат гневно вскрикнул и ударил кулаком по каменному трону. Сетка трещин побежала по камню и руке Арсайна. Но если на камне трещины остались, то на бледно–синей руке они быстро исчезли. Перстень, с черным камнем, немного расплющило от удара и Арсайн выправил его, сжав по краям.

– Мне нужна эта девка, ты знаешь зачем, нам нужна!

– Знаю – Мордрад отошел от трона и встал у окна, смотря в темную ночь

–Ты голоден – сказал он.

–Да, ты тоже! –крикнул Арсайн – наше подземелье переполнено, а завтра опять явиться Азраил и начнёт требовать места, а у нас их осталось очень мало – некромант выдвинул белые, длинные клыки.

–Почему этот, Тарлан обходится без этой девки, а мы нет?

– Ты знаешь почему – Мордрад отвернулся от окна – такова твоя сущность, таков ты

– И ты!– гневно взглянул на брата, Арсайн

– И я – опять отвернувшись, прошептал Мордрад

Как же он ненавидел себя, всё своё существо, всю свою никчемную, бессмертную жизнь. Он даже начал ждать, когда места в подземелье закончатся и они не смогут больше питаться кровью и душами, чёрных сил. Тогда они умрут и их, и всего, что связано с их существованием больше не будет. На Короля Солнца по договору была возложена обязанность переправлять светлые и добрые души в Небесное царство. И с этим вполне справлялся его Хранитель Света. Мордрад с братом были другими. Некроманты, по–сути вампиры, нуждались в проводниках, в Тёмное царство. Им доставались души, тёмные, убийцы, оборотни, преступники и таких было меньше, но проводника у них не было уже почти пятьсот лет. Хранители Света им были не нужны, так как были связаны путем только с Небесным Царством и могли отправлять только Светлых. Некромантам нужна была только Валькирия. Мест в подземелье практически не осталось, чтобы вселять туда Тёмные души. Те стонали и кричали, завывая на все поздемелье, неотправленные. Они это заслужили своей преступной жизнью, но и переправить их было некому. Мордад и его старший брат, правитель Королевства Тьмы, не могли нормально питаться и убивать. А это лишало их силы и магии, делая слабыми и постепенно превращая в камень. Лишь с появлением Проклятого Дитя, появилась надежда, но Гладин успел первым завладеть этим сокровищем. Мордрад понимал, что Гладин убережёт Проклятое Дитя и не даст ему погибнуть, но Арсайн не отступит.

– Придётся идти к Гладину – сказал Арсайн

– Принц Гор не отдаст её – Мордрад почему–то был уверен в этом – Нам придётся забирать Проклятое дитя в бою

– Я не спрашиваю тебя, как и когда ты это сделаешь, но ты должен убедить Гладина поделиться его девкой – брат пристально взглянул на Мордрада

– Тебе придётся – повторил он – Подземелье заполнено нежитью, ещё немного и мы сами станем его частью

– Может тебе проще умерить свой аппетит? – огрызнулся Мордрад. Арсайн зарычал, кидаясь на брата, но тот отскользнул в сторону. Он не хотел идти войной на Принца Гор. Это снова жертвы, снова убитые души. Хотя они попадут к Королю Солнца, так как станут Светлыми, после вынужденного убийства. Его Хранитель Света, позаботится о них, но Власти... Власти тоже могут ответить, придут сюда и они сами с братом, могут лишиться уже своей, черной души.

– Ты же понимаешь, что Гладин может вызвать Властей и тогда, мы утонем в этой нежити.

– Он не сделает этого – сказал Арсайн если Власти придут, они начнут забирать всех без разбора, а Принцу Гор есть что терять. Он не станет рисковать душами невинных.

– Я не думаю, что он отдаст тебе девушку беспрекословно – Мордрад стоял на своём

– А вот это тебе и нужно у него узнать, чтобы он отдал девку нам и хватит об этом! Отправляйся, всё узнай и приведи мне тверга.

Мордрад почувствовал, что его и без того, холодное тело, ещё больше застывает

– Ты же выпьешь его опять до дна – прошептал он

– Пусть, зато я поем – Арсайн сошёл с тронного помоста и направился к выходу – Мне нужны тверги – он вышел из зала. Mордрад вздрогнул всем телом, представляя, как кровь, свежая и горячая, согревает его замёрзшее и твёрдое тело. Он тоже был голоден, но не хотел убивать живых, пусть и рабов. Он вообще не хотел убивать или питаться душами, превращая их нежить. За этот месяц он ничего почти не ел, но у него не было выхода. Мордрад накинул плащ и направился в подземелье. Перед походом к Гладину, он нуждался в силе, так, как не ожидал теплого приема. Отвращения вызывало то, что он сейчас должен был сделать, но он успокаивал себя тем, что это души убийц и преступников. Арсайн предпочитал свежую кровь, питаясь твергами, рабами, которых сгонял в своё подземелье, брал в неволю. Их кровь была наполнена страхом и гнилью, но это была кровь. Мордрад спасался душами.

Он спустился по каменной лестнице, уходящей далеко в глубину, под землю. Склизкие стены и ступени, воздух наполненный тухлой водой и железом. Свет зажженных факелов был ему не нужен, он прекрасно видел в темноте. но он нужен был твергам, что спускались сюда, чтобы распределять и следить за заключенными. Камеры без решёток и без окон, были расположены по обеим сторонам. Души томились в своих призрачных, телесных оболочках и не могли выйти, древняя магия удерживала их, да и идти им было некуда. Размытые тела людей, фейцев и полумагов, которыми они были раньше, здесь превращались в сгустки плотной тени. Душы кричали и стонали, двигаясь хаотично, наталкиваясь друг на друга. Мордрад уже привык и не слышал их криков. Он спускался на самую низшую ступень, где находились особо жестокие убийцы, поэтому более крепкие. Здесь мало кто кричал, несколько тысяч глаз, следили за его движением. Души скользили плавно по кругу, молча. Это были отъявленные убийцы, которые жестоко расправлялись со своими жертвами в основном с женщинами и детьми. Их призрачные тела были более плотные, похожи на чёрную сажу, с провалами глаз, где уже слегка угадывался скелет. Скелет Нежити, в которую они превратятся, когда у них заберут всю душу до капли.

Мордрад остановился у одной из таких камер, куда цверги собирали ему таких, зная, что более светлые души он не будет пить. К невидимой границе двинулась одна из таких тварей, бесшумно приближаясь к границе. Принц Тьмы втянул душу в себя в себя и начал пить. Сразу перед ним пронеслась вся жизнь этого страшного фейца. Застывшие, в немом крике, его жертвы мать и дочь. Фейц убил их за две серебряные монеты, что нашёл в доме. Мордрада затошнило. Привкус души был горьким отдавал гнилью, противным, но хорошо насыщал силой. Очертание тела души начали меняться. В плотной тени проступили белесые кости грудной клетки и черепа, затем тазобедренный сустав и ноги, оказывается у фейца не было левой руки, кисть скелета отсутствовала. Вскоре скелет обрёл полные очертания и вышел из камеры. Мордрад перестал пить. Скелет поклонился своему повелителю и направился в сторону, тверги сопровождали его в хранилище нежити. Эти души уже не попадут в Тёмное царство, они уже никуда не попадут, они просто исчезали, сгорали в котле. Мордрад не напился, но восполнил свою силу, больше он не хотел снова почувствовать этот вкус и запах. На сегодня было достаточно. Мастер теней ждал гостей, он знал, что его ждет, когда забирал себе Проклятое дитя.

Гладин сидел, подбирая на скрипке, какой–то весёлый мотив, услышанный им на празднике Святых. Он плавно перебирал струны, слегка высунув кончик языка. Дениза, смотрела на его старания, улыбаясь, подперев подбородок рукой. Сегодня она была в зелёном бархатном платье, с серебристой вышивкой по подолу и широким серебряным поясом. Хезел сидел в своём любимом кресле, потягивая вино из чаши. Бааван наблюдал за Альвой, что теребила, острыми маленькими зубками шнурок, на мягких кожаных ботинках своего хозяина.

Пару недель назад у города появился Грейсли, его спешно проводили в тронный зал. Из большой сумки, что висела на его плече, он достал пару свитков пергамента для Денизы и небольшой белый, пушистый комок, дочь Мастиса. Оказалось, что вампал тогда, не терял времени даром с Фридой и результат этого, сейчас проказничал, как только мог. Мать писала, что подруга Мастиса, дала лишь одного щенка, чисто белого, без каких–либо отметин и они назвали его Альвой. Маир решил отправить её в подарок Принцу Гор, чему тот был очень рад. Гладин всегда мечтал иметь такого же вампала, как у Денизы. Теперь эта штучка, размером с небольшую собаку, вытворяла, что хотела. Мастис следил за ней, грозным взглядом отца, но это мало помогало. Короткая вспышка света и Бааван превратился в маленького вампала и стал заигрывать с непоседой, втягивая её в игру, в прятки. Та отвлеклась от мокрого, почти догрызанного шнурка, на ботинках Гладина и восторгом начала бегать за оборотнем, стало только хуже. Их беготня и лай нарушили умиротворённую тишину гостиной.

– Тебе придётся поучить её светским манерам – проговорил Гладин, откладывая скрипку и обращаясь к Мастису.Тот кивнул, встал в свой полный рост, потянувшись на передних лапах. Грозный рык, оскалившаяся пасть, заставили прекратить весёлую беготню дочери и велел следовать за отцом. Дениза проводила взглядом это удаляющееся из гостиной семейство и засмеялась. Хезел хмыкнул, отсалютовав им бокалом с вином.

– Хорошо, когда есть кому присмотреть за молодняком – сказал он. Гладин только развел руками, как бы извиняясь, что это не он приструнил своего вампала. Бааван, снова вернулся в облик фейца и уселся в кресло, налив себя вина.

Грейсли почти сразу тогда уехал, лишь отдохнул пару дней и поспешил обратно в Королевство Леса, увозя с собой подарки и письма для родителей Денизы. Гладин отправил с ним мощного, чёрного жеребца для Маира и пару безделушек, как он назвал великолепные, золотые кубки для вина, украшенные драгоценными камнями. Дениза поблагодарила его за все эти дары, но тот лишь отмахнулся, сказал, что ему ничего не жалко для родителей невесты. Через несколько месяцев уже будет год, как она жила у Гладина. Это был самый счастливый год в её жизни. Она была окружена людьми, что любили ее и счастье прочно засело у нее в сердце. Даже мать Гладина, то появляясь, то исчезая, нисколько не портила девушке жизнь, хотя отношения у них так и не сложились. Недавно Гладин научил ее ставить щит на свои мысли, чтобы противостоять воздействию из вне, и Дениза, стала чувствовать себя более уверенно. После того раза, мать Принца Гор более не подвергала её такой пытке, но всё могло повториться снова. И тогда Дениза будет готова.

– Я хочу жениться на Денизе – Гладин стоял посреди тронного зала, глядя на мать. Красивый, сильный, с твердым, полным решимости взглядом, сын, как бы противостоял ей, настаивая на своём желании.

– Нет – коротко и понятно произнесла Геката. Сегодня она была какой–то растрепанной и бледной, недавно вернувшаяся из своего очередного путешествия, неизвестно куда. Синее, почти чёрное платье с вышивкой из голубого атласа, минимум украшений и распущенные, без причёски рыжие волосы, предавали ей холодный, чужой облик. Геката сидела на троне, нервно постукивая ногтем по подлокотнику. За последнее время мать сильно изменилась, стала какой–то нервной и злой. Гладин с трудом разговаривал с ней.

– Почему нет? – спросил он

– Потому что нет, ты не женишься на Криоманте, тебе давно нужно избавиться от неё. Вместо этого, я позволила тебе, держать её здесь, ещё и принимать её человеческую сущность – Геката гневно смотрела на сына.

– В замок никогда не допускались люди, теперь у нас тут проходной двор. Собаки, отцы, матери, оборотни – огрызнулась она – не замок, а непонятно что. А теперь ещё и это, даже не думай, ты никогда не женишься на девчонке.

– Не тебе, это решать. Я принял решение и если Дениза согласится, мы поженимся

– Никогда! Я не позволю тебе, магу, соединиться с этой полукровкой – отвращением, прошипела мать

– Полукровка?! Да она чистый маг и ты это знаешь, магия такой силы не может быть подвластна смертному или фейцу – воскликнул Гладин – как только ей исполнится семнадцать, мы поженимся и это больше не обсуждается

– Посмотрим – Геката встала с трона и прошелестев платьем, направилась к сыну.

– Посмотрим – повторила она и ткнула ему острым ногтем в область сердца. Гладину стало трудно дышать, грудная клетка отказывалась подниматься и опускаться. Воздуха не хватало. Губы начали синеть. Геката убрала ноготь от груди и сын вздохнул полной грудью. Он не мне был готов, что мать применит магию к нему, к своему сыну

– Я тебя предупредила – королева отошла и снова села на трон – Пошёл вон! – небрежно махнув рукой в сторону двери, мать отвернулась. Гладин сопротивлялся приказу, застигнутый в растерянности, магией матери, но ноги сами понесли его к дверям и вывели из зала. Следом с грохотом захлопнулись двери. Принц Гор стоял в галерее, пытаясь отдышаться, когда к нему подошёл Хезел. Едва взглянув на принца, он похлопал его по плечу и повел на тренировочное поле.

Дениза с самого утра, после завтрака спустилась с Гленной в сад. Вчера Гладин откуда–то принёс новые кусты плетистых роз, белые с синими прожилками, и она захотела посадить их, до занятий с Хезелом. Рядом бежали вампалы, стараясь ступать своими лапами только по гравию дорожек. Пахло розами и можжевельником. Птицы, с ярким оперением, перелетали с ветки на ветку, журчали фонтаны. Зима давно кончилась, и сад зацвёл вовсю, являя свою красоту. Взяв маленькую лейку и лопатку, Дениза прошла к пустующей шпалере и они с Гленной стали высаживать нежные кустики. Служанка стала хорошей подругой Денизе, у которой раньше небыло подруг, кроме Наяды. Они вместе ходили в сад, вместе гуляли по окрестностям замка, иногда выходили в город. Гленна редко присоединялась к тренировкам с Хезелом, но не любила брать в руки оружие. Ее магия была слишком слабая, её хватало на уборку комнаты, глажку одежды и стирку. Семья служанки жила в городе, отец держал небольшой, хлебный магазинчик. Они часто заходили туда полакомиться крендельками с глазурью. Туда их обязательно сопровождали и вампалы, особенно Альва. Дочь Мастиса обожала сладкие булочки, видимо даже слишком, так как последнее время Дениза шутила, что скоро Принцу Гор придется посадить свою любимицу на диету. А тот отвечал, что надо просто перестать потакать её капризам и не брать с собой в хлебный магазин. Закончив с розами и вымыв руки в каменном фонтанчике, Дениза с Гленной направились на тренировочное поле. Хезел с Бааваном обещали устроить им бой на четверых, успокаивая тем, что завтра тренировки не будет, так как у Денизы день рождения. Гленна шла и жаловалась, что не хочет опять скакать по полю с оружием и надо идти переодеваться, снимать платье и надевать тунику со штанами. Лучше пойдёт в комнату и пришьет оторвавшееся кружево на сорочке Денизы. В ответ девушка уговаривала ее потерпеть часик Хезела, а то он будет весь день ходить за ними жаловаться, что они игнорируют его занятия, зато завтра их ждёт весёлый день. К ним подбежал молодой паренёк, феец, с маленькими острыми ушками, сказал, что Денизу срочно ждут в Тронном зале. Облегченно вздохнув, Гленна подхватила юбки своего платья и быстренько сбежала в комнату Денизы. В Тронном зале девушку ждал Гладин и королева. Дениза, как всегда, залюбовалась принцем. На нём была туника, цвета молодой листвы, чёрные бриджи и сандалии из мягкой кожи. Волосы были заплетены в косу и перехвачены кожаной лентой. Геката сидела на троне и смотрела на вошедшую девушку. Дениза была одета для тренировки: белая рубашка, кожаный жилет и бриджи с высокими сапогами. Не отвечая на приветствие девушки и поклон, королева спустилась с тронного помоста и подошла

– Я хочу посмотреть, чему ты научилась – обходя со всех сторон Денизу, сказала Геката – Гладин рассказал мне о твоих успехах в магии Криоманта, но меня интересуют и другие, сопротивляйся! – королева, без предупреждения, вторглась своей силой в голову Денизы, причиняя боль. Девушка упала на колени, чувствуя, как её мозг разрывается под воздействием магии.

– Дениза, щит! – крикнул Гладин, сжимая руки от волнения. Девушка попыталась сосредоточиться и выставить заслон, но у неё не получалось. Её стошнило на мраморную плитку пола.

– Как противно – с отвращением сказала королева, отпуская боль. Голова девушки раскололась на части, в глазах потемнело, но боль постепенно уходила.

– Зачем вы это делаете? Можно вторгаться и без боли – вытирая рот рукавом рубашки, спросила Дениза. Теперь девушка знала, что не обязательно причинять боль тому, в кого пытаешься мысленно проникнуть. Королева молча, вернулась на трон, даже не взглянув на девушку, обратилась к сыну

– Она слишком слаба, я не вижу смысла в дальнейшем её обучении. Прошёл почти год, а кроме сосулек у неё ничего больше не получилось. Ты должен избавиться от неё.

У девушки похолодела от страха спина, как это избавиться?

– Ты знаешь, что я этого не сделаю – Гладин твёрдо встретил взгляд матери – я сам могу защитить её и королевство, твои планы меня не интересуют. Мне не важно какая у нее сила и магия – разъярённо ответил матери Гладин и подошёл к Денизе, помогая той подняться. Геката молча смотрела на них.

– А она знает, кто она? – хитро прищурившись, спросила королева

– Она знает достаточно – ответил сухо Гладин

– Да неужели? – злобно улыбнулась мать – значит она знает, почему ты забрал её из лачуги, в которой она жила, привёл сюда и по чьему приказу?

– Не смей! – испугался принц, опасаясь, что мать скажет правду о рождении девушки

– Почему же? Ей пора узнать правду о своём рождении и судьбе. Дениза страхом смотрела то на одного, то на другого. Что ещё за правда? Геката встала, расправляя юбку красного платья из тонкого шёлка.

– Так вот девочка, ты Проклятое дитя, при рождении тебя прокляли, дав силу, которой давно небыло. Ты будущая Валькирия, Фулона, твои обязанности переносить души мёртвых в Темное Царство и служить в подземелье, подчиняясь тому, кто тебя вызвал. Мне!

– Нет! – вскликнула Дениза – Нет!– повторила ещё раз с ужасом

– Да! И знаешь, это Гладин привёл тебя сюда, по моему приказу, чтобы обучить тебя всему. Это я, отправила его, на твои поиски. Это он занимался с тобой, чтобы понять твою силу и твой дар. Иначе откуда бы мы узнали о твоем существовании? О твоем предстоящем Открытии? Теперь ты мне не нужна, ты сама явишься ко мне, в нужное мне время и по моему приказу – королева отвернулась, села на трон, расправив складки платья. Гладин застыл глядя на мать, с ненавистью. Затем подошёл к Денизе и хотел взять её за руку, чтобы увести из зала

– Нет! – снова повторила девушка и отступила от него

– Кто меня проклял? – задала на вопрос королеве. Гладин повернулся к матери, в молчании, тоже ожидая ее ответа.

– Я – ответила Геката. И тут всё завертелось, закружилась. Гладин в гневе направил на мать волну чудовищной силы, сокрушая всё на своём пути. Та вскочила и отбила ее, направив в окна. Зазвенело разбитое стекло и цветными осколками посыпались витражи. Гладин смотрел на мать, тяжело дыша. Дениза стояла, чувствуя, как жизнь уходит из неё, всё что было таким счастливым и радостным, оказалось иллюзией, обманом. Она была сотворенным, этой женщиной, чудовищем, неизвестным монстром, но у которого сейчас сердце разрывалось на части от боли и горя. Гладин шагнул к ней, но наткнулся на крепкий щит. Наконец–то Дениза окружила себя защитной стеной. Девушка остановила его взглядом, в котором была ненависть и боль, шатаясь, вышла из зала.

Через час она уехала из замка на своей лошади, взяв с собой только тёплый плащ, меч и Мастиса. Альва побежала за ними, но отстала, когда на крыльцо выбежал ее хозяин. Гладин бежал, перескакивая ступени, и кричал ей, чтобы Дениза вернулась и выслушала его. Но девушка даже не обернулась, отбросила его своей силой магии, на каменные ступени лестницы, заморозив. Дениза стремительно мчалась на Арлис, распугивая фейцев, по дороге из города, ничего не видя перед собой из–за слёз. Если бы она обернулась и выслушала Гладина, то уже не смогла бы уйти, умоляла бы его и королеву, чтобы они оставили ее у себя, любили бы ее. Но этого нельзя было делать, они воспользовались ей, наивной дурочкой, что прожила всю жизнь, незная других людей, кроме добрых и честных, без лжи и притворства. Гладин и его мать прокляли её, хотели сделать из неё оружие для своих целей, пользоваться ею по своему желанию. Дениза не знала куда поедет, где её ждут, где её примут. В Королевство Леса, к родителям ей было нельзя, там не принимали магов. В свою хижину, к Анзуду она не хотела возвращаться. Тогда она вспомнила о Кристофе. Смелый, красивый юноша, что встретился ей больше года назад, которого она спасла от смерти своей магией, только он мог помочь и может быть принять ее на время, пока она не решит, что делать дальше. Даниза направила поводья, заставляя Арлис повернуть на юг, в Королевство Равнин.

Кристоф возвращался в замок. Почти месяц он снова провёл в дороге, возвращаясь к тому месту, где на него напали витико. Больше года прошло с того времени, а он не мог до сих пор найти хижину, где его вылечила и спасла прекрасная незнакомка. Он вернулся туда сюда через пару месяцев, когда его раны зажили основательно и обыскал всю округу. Покрутившись вокруг пару недель, его солдаты вернулись в замок, а он со своим верным другом, принцем из Королевства Озёр, ещё месяц искали и искали. Кристоф чувствовал, что где–то рядом, но каждый раз, какая–то сила уводила его сторону и снова возвращала в начало. Сейчас он въезжал замок, голодный и уставший, пропитавшийся пылью и лошадиным потом. Даже Наид, его друг, притих и сам устал от своей болтовни, что немного развлекала ихв пути. Замок из темно–серого камня с шестью высокими башнями и крепкой высокой каменной стеной, встретил своего принца обычным шумом. Сновали туда–сюда слуги, выполняя поручения, в соответствии со своим рангом, слышался шум от кузницы и лязг мечей с учебного поля. К Кристофу и Наиду побежал слуга, взял их лошадей под узду, повел в конюшню. Принцы, тяжело ступая, направились по своим комнатам. Наид жил в замке с семьей Кристофа, уже почти десять лет. Было принято отправлять принцев на обучение военному искусству в соседние, дружественные королевства. Сам Кристоф этой участи избежал, так как был единственным наследником, имея три сестры. Наид был вторым сыном Короля Озёр и был отправлен к отцу Кристофа, чтобы в последующем занять должность главнокомандующего у себя на родине. Старший брат Наида, который недавно стал Королём Озер, заняв трон после смерти отца, посчитал, что пока старый воин, главнокомандующий Королевским войском, ещё справляется со своими обязанностями. Поэтому десятилетний срок обучения Наида не должен закончиться раньше времени. Наид и сам не торопился домой в Королевство Озер, он привык считать своим домом, этот замок и Кристоф был ему как брат. Принц Равнин со вздохом опустился в кресло у себя в комнате, расстегнув и сбросив у порога перевязь с оружием. Каждые три месяца он отправлялся на поиски той хижины в лесу, но год поиска ничего не дал. Он понимал, что вряд ли найдёт девушку, но продолжал искать. Уже понятно было, что её защищает магия, поэтому он не мог пробиться к месту, где она жила и не знал, как эту магию преодолеть. Наид, как полумаг, мог бы ему помочь, но даже он не смог пробить защиту. Пару раз он почувствовал защитную стену, но они кружили вокруг неё и не смогли найти вход. Прощупывая метры, километры пространства не смогли найти ни одной лазейки. Стена просто разворачивалаих в обратную сторону. Кристоф начал понимать, что ему больше никогда, скорее всего, не увидеть Денизу. Скоро должна была состояться свадьба младшей сестры Кристофа, Аруны и затем мать примется за него. Отец уже подбирал ему невесту. Сам принц понимал, что пора найти себе жену, но не мог забыть ту, единственную, что так захватила его сердце. Он горевал, зная что никогда не найдет её. Наид оставался до свадьбы, так как он был женихом Аруны. Потом он тоже уедет в Королевство Озер с молодой женой и Кристоф останется один.

Дениза с Мастисом долго добирались до Королевства Равнин, особо никуда не торопясь. Девушке надо было успокоиться и привести свои раненные чувства в порядок. Путь их лежал через Королевство Леса. Обходя стороной города и деревни, стараясь держаться подальше от главных дорог, Дениза очень устала. Питались они в основном рыбой и дичью. Вампал хорошо охотился, один раз даже притащил небольшого оленя, но хозяйка его отругала, так как основную часть мяса пришлось оставить. После этого Мастис таскал кроликов и куропаток. Как–то им попались горячие источники и они хорошенько отмылись, задержавшись около них на несколько дней. Наконец–то девушка постирала свою одежду, которая уже стала твёрдой от пыли и грязи. Дальше им пришлось довольствоваться ручьями и озёрами, где вода не всегда была тёплой. Магией Дениза нагревала её около себя, а Мастису было все равно, теплая вода или холодная. Девушка собирала различные съедобные ягоды и грибы, яйца птиц, жарила их на костре. Мастис конечно фыркал, глядя на эту её еду, он предпочитал сырое мясо и советовал ей попробовать тоже. По ночам девушка окружала место лагеря защитным магическим кольцом, что скрывал от всех их небольшой костерок. Дикие звери, иногда люди, проходящие мимо, даже не подозревали об их присутствии. Дениза много думала о предательстве Гладина и не находила ему оправдания. Это он нашёл и привёл её к своей матери. Это Гладин, зная, что королева ее ищет и для чего, всё же отдал её под власть Гекаты. Зная, кто такая Дениза и для чего мать её создала, Гладин не предупредил и не защитил её. Тогда Дениза тихо плакала, уткнувшись в своё скромное ложе из одеял. Вампал ложился с ней рядом и слизывал её горячие слёзы. Девушка плакала, горюя по своей судьбе, что сначала заточила её на долгие шестнадцать лет в хижине, отрезанной от всего мира стеной, а потом подарила любовь и отняла её. Дениза не могла ненавидеть Гладина за его предательство, но боль что она сейчас испытывала, была невыносима. Приезжая стороной Королевство Леса, девушка уже хотела повернуть лошадь к родным, отцу и матери, к братьям, Грейсли, но потом передумала. Там бы снова пришлось жить, как в тюрьме, прятаться и скрывать свою магию и дар. Так они и продвигались втроём Мастис, Дениза и Арлис, избегая всех людей, животных, магов и всего света. Даже направляясь к Кристофу, она не знала, что её там ждёт, как ее там примут,но больше ей некуда было идти.

Вот уже полдня они с вампалом, наблюдали за воротами города, вернее замка, где жил Кристоф. Расположившись на холме, напротив ворот, девушка наблюдала за людьми и стражей, что стояли у входа в замок. Пришлось обойти сам город стороной, так как Дениза не могла туда явиться с Мастисом. Девушка всё не решалась войти в сам замок. Один раз ей удалось увидеть Принца Равнин в окружении красивой, смеющейся девушки. Они выехали из ворот замка и в сопровождении стражи, направились город. Там Кристоф с девушкой провели несколько часов и вернулись обратно. Дениза почти решилась выбежать ему на встречу, но опять струсила.

– Ну уже иди – в очередной раз проворчал Мастис – я есть хочу. Дениза вздохнула – ты всегда хочешь есть

– Я не ел с самого утра – возмутился голодный вампал – а потом ты не дала мне и носа отсюда высунуть – обиделся он

– Потому что, если тебя увидят все разбегутся в страхе от нас

– Зато тогда Кристоф точно узнает, что мы здесь–закряхтел Мастис, смеясь

Девушка встала, отряхнула свой пыльный костюм, оглядев его со всех сторон. Заправила, выбившуюся из косы, прядку волос.

Ну и чучело подумала она. И в таком виде, ей идти к принцу?

– Иди уже – рыкнул вампал

– Ладно, ладно, пойду узнаю, что там и как, присмотри за Арлис – кивнула она в сторону лошади, что была привязанна к дереву. Арлис услышала и перестала щипать траву, тихонько проржала – Иди

Дениза спустилась с холма и направилась к воротам замка. Вокруг суетились люди, катили тележки с бочонками и элем, ящики с провизией. Некоторые украшали стены замка гирляндами из цветов, вокруг стоял запах лаванды, что была вплетена в гирлянды. Все оглядывались на Денизу, провожая восхищенными взглядами. Надо было повязать платок, запоздало подумала девушка. Подойдя к воротам, Дениза остановилась напротив двух стражников, в коричнево–жёлтой форме и серебристых доспехах. Те застыли, разглядывая девушку, особенно её цвет волос.

– Как я могу увидеть принца Кристофа? – обратилась она к одному из них. Молодой парень, откровенно разглядывал её, открыв рот. Молчание затянулось и Дениза уже решила, что пройдёт ворота и так, спросит там, в самом замке. Второй стражник был постарше и грозно нахмурил брови.

– Принц занят, он готовится к свадьбе – буркнул он

– К свадьбе? – Дениза опустила руки, она почему–то даже не подумала о том, что Кристоф может жениться. Хотя прошёл целый год, после того, как состоялась их мимолетная встреча в хижине.

– К свадьбе – повторила тихо она. Затем подняла руку и сняла с запястья браслет, что ей оставил на память Кристоф, когда уезжал.

– Передайте, пожалуйста, это принцу – сказала Дениза, вкладывая браслет в мозолистую руку стражника. Молодой парень, наконец–то ожил и аккуратно сжал, изящную вещь, кивнул. Дениза развернулась и сдерживай себя, чтобы не побежать, зашагала обратно, огибая телеги и идущих навстречу людей.

– Вот ты, тупица! – толкнул в бок молодого товарища пожилой воин – девчонка–то расстроилась, что же ты ей не сказал, что это не принц женится? – Молодой стражник удивленно взглянул на напарника, это вообще–то не он сказал про свадьбу. И парень стал искать взглядом прекрасную незнакомку, чтобы догнать её, исправить ошибку. Но той уже не было видно в толпе и её дивных волос.

Кристоф раздражённо вошёл в свои покои, расстегнул ремень, отбросив вместе с оружием на кресло. Аруна полдня его проводила по городу, по каким–то торговым лавкам, выискивая нужны ленты для причёски. И зачем он только согласился сопровождать её в город? Часами толкаться в толпе и на жаре, отбиваясь от юных девиц, что следовали за ним по пятам, делая вид, что сопровождают принцессу. Принц весь вспотел и раздражённо скинул рубашку, тоже бросил, на обитую золотистым шёлком, кушетку. Обнажённое тело наконец–то почувствовало прохладу. Кристоф развалился в кресле, вытянув ноги. Сегодня он был как–то особенно возбуждён. Не находя причин для волнения, однако он ощущал непонятное беспокойство в душе. Принц потёр длинный шрам, практически у самого сердца. Шрам напоминал ему, о той снежной буре и ночи, когда он чуть не умер от ран, нанесенных витико и о прекрасной незнакомке, что спасла его. Мысли вернулись к поискам Денизы. В который раз Кристоф тяжело вздохнул, понимая всю тщетность своих поисков. Некоторое время спустя, он встал и взял кувшин с водой, налил в таз немного воды и умывшись, решил сходить, проведать мать. Ее вчера не было за ужином, сославшись на плохое самочувствие, поэтому сегодня ему хотелось её навестить и спросить совета. Осмотривая свой, обширный, достойный принца гардероб, он выбрал голубую рубашку, подпоясался кожаным ремнём и вышел из комнаты. В коридорах замка было не менее людно, чем в городе. Слуги сновали по галерее разнося охапки цветов, белья, вазы с цветами и другие нужные для гостей вещи. Замок готовился к свадьбе, кажется, целую вечность. На нижних этажах варилась душистое мыло и свечи для гостей, сушились и перекладывались с пахучими травами покрывала и бельё для постелей. Вся посуда и светильники начались до блеска. Вчера, после ужина, спустившись в библиотеку и там Кристоф не нашёл покоя. Слуги вынимали книги, вытирали пыль с многочисленных томов и полок. После свадьбы Наид и Аруна уедут и станет тихо. Кристоф расстроился, пока шёл по галерее, к покоям матери. Так он и вошел в покои, тихо открыв дверь, с печалью в глазах.

Мать Кристофа, Анаис, уже почти полгода, как была больна. В комнате был приглушен свет, благодаря тяжёлым, парчевым шторам, большая деревянная кровать, с мягкими перинами. Анаис лежала на высоко поднятых подушках, что помогало ей немного легче дышать. Лекари говорили, что у неё в груди большая опухоль и та не даёт ей полноценно вздохнуть, забирая все силы. Анаис лежала, прикрыв глаза, грудь тяжело поднималась, дыхание со свистом вырывалось из приоткрытого рта. Сын тихонько подсел на край кровати, стараясь не потревожить больную. Но та почувствовала его присутствие и протянула белую руку. Когда–то мать была красива, полная здоровой красотой. Родив своему мужу четверых детей, она оставалась всё такой же яркой и стройной красавицей. Полгода болезни высушили ее тело, волосы потускнели, лицо ранее румяное с круглыми щёчками, стало похоже на кожу, обтянувшую скелет. Глаза, вспыхивающие зелёными искрами, как у сына, ввалились. В золотистых волосах, как у Кристофа, тоже стали появляться седые, серые тени.

– Тебе этот цвет к лицу – оглядывая сына, улыбнулась мать – Аруна тебя совсем замучила?

Кристоф взял её холодную руку и поднес к своим губам. Поцеловав тонкие пальцы, он почувствовал, насколько ледяная стала кожа

– Мы съездили в город, но Аруна так и не нашла того, что она хотела – сердито сказал принц – завтра пусть Наид её сопровождает, она хочет доехать до рынка в гавани. Мать кивнула, соглашаясь сыном. Недалеко от города была еще одна большая деревня, что расположилась на берегу моря. В ней была гавань, для кораблей и там был большой рынок, куда завозили различные товары из других королевств. Там можно было найти что–то особенное.

– Она просто хочет себе идеальную свадьбу – мать попыталась снова улыбнуться и закашлялась. Сухой кашель раздевал её грудь пополам и выворачивал все внутренности. Сын вскочил, налил из графина воды, дав матери попить и поддержал за голову, пока она пила.

– Я пришёл к тебе, спросить совета – снова присаживаясь на кровать, начал он – Ты знаешь, что я уже больше года ищу ту девушку, что спасла меня тогда, но не могу найти. Стоит ли мне продолжать поиски?

Мать задумалась, восстанавливая дыхание. Затем, осторожно глубоко вздохнув, пожала Кристофу руку.

– Ищи сын мой, если чувствуешь, что это именно она, твоя любовь, продолжай искать. Ты найдёшь её

– Но отец, после свадьбы Аруны, будет настаивать на моей женитьбе, на принцессе Королевства Солнца, ему нужен наследник

– A тебе значит, не нужен? – засмеялась тихо мать

– Нужен, но не сейчас и не от той, кого я не люблю. Я не готов к этому мама, пока в моём сердце живёт чувство к Денизе, я не могу думать о другой

– Ну и хорошо, я поговорю с отцом – улыбнулась мать и устало прикрыла глаза. Казалось, что силы, покидают её слишком быстро.

– Тебе надо отдыхать, я пойду – мать кивнула и Кристоф вышел из комнаты, дав знак служанке, не отходить от королевы.

У двери его ждал Наид, не решаясь мешать принцу, что навещал больную мать. Они направились по галерее, немного пройдя, Наид остановился и протянул принцу сверток. Кристоф взял из рук Наида бархатную тряпицу и развернул.

– Стражник у ворот велел тебе передать, сказал, что от богини с серебристыми волосами – усмехнулся друг.

На красном бархате лежал золотой браслет с тонко переплетенными гранями. Браслет Денизы.