Звезды под прицелом или Телохранитель для мага.

Мир порой кажется слишком большим, словно он бесконечен, как ночное полотно, на котором раскинулось бескрайнее количество звёзд. Но всё становится проще, когда этот мир уменьшается до размера прицела снайперской винтовки или мушки пистолета, который сейчас находился в тонкой, но от этого не менее сильной руке, поднятой к ночному небу. Один глаз был прикрыт, второй — сосредоточен на цели. Вдох. Выстрел. Глушитель уменьшает звук, но эта пуля не долетит до цели, ведь не создали ещё ни одного оружия, патрон которого доберётся до звёзд.

Но это единственная цель, что останется целой после встречи с тем, в руке которого пистолет сейчас слегка нагрелся от выстрела. В детстве всем рассказывают сказки, мамы укутывают детей поудобнее в кровати и рассказывают легенды о людях, которые сошли с звёзд, имеющих силу богов. Но эту легенду Лина услышала не от родителей и не от бабушки с дедушкой, и далеко не лежа в кровати. Эта легенда быстро перестала быть сказкой и стала страшилкой, которую сироты рассказывали друг другу. Ведь люди, которые сошли с звёзд, забрали самое дорогое, что может быть — семью.

Большая часть населения десятки лет тому назад была уничтожена магами, которые решили захватить мировое господство. Теперь люди, не имеющие магии, стали обслугой для тех, кто забрал бразды правления. И такие, как Лина, остались на обочине жизни, как и многие другие дети. Кто-то умер без заботы, ведь детские дома, те немногие, что остались, были переполнены, и дети остались предоставлены сами себе. Мир откатился в развитии, и только сейчас, понемногу, восстанавливался. Но беспризорные дети, инвалиды и бездомные стали неотъемлемой частью местного колорита .

Как бы ни изменился мир, есть профессии, которые останутся и будут нужны всегда. Одна из них — наёмники. Кто-то же должен делать грязную работу в мире, которого больше нет, но остались вражда, делёжка власти и территории. В семью людей, готовых за круглую сумму готовы на всё, попала Лина. В семь лет, получив своё первое оружие и научившись умело им пользоваться, она в знак собственного протеста, забиралась на крышу самого высокого здания в городе и стреляла в звёздное небо, обещая себе, что после того, как уничтожит всех звёздных людей, или как их просто называли — магов, жизнь изменится. Каждый выстрел был не только актом мести, но и криком души, которая искала справедливости в этом безумном мире. Лина знала, что звёзды не просто светят на небе — они наблюдают, и была готова сразиться с ними, чтобы вернуть то, что у неё отняли. В сердце горел огонь, который не угасал, несмотря на все страхи и сомнения. Она была готова идти до конца, даже если это означало сразиться с самими богами.

— Лина, хорошо, что ты наконец вернулась! — воскликнул силуэт из темного угла, и его голос, полный облегчения, раздался в тишине подвала. По мере выхода под свет единственной лампы он обрел знакомые черты. Это был Рики, её лучший друг, с которым их объединяла общая клятва очистить мир от магов.

— Всё сделано, — Лина растянула улыбку, которая всегда была произвольной при встрече с Рики. В его присутствии она чувствовала себя немного спокойнее, как будто тьма вокруг них не могла затронуть их дружбу.

— Всё чисто, — подтвердил он, с облегчением выдыхая.

— Как всегда, один патрон, одна жертва. Где мои честно заработанные? — Лина прищурилась, пытаясь разглядеть его выражение лица.

— Заберёшь у Бобби, он хотел с тобой поговорить, — произнёс друг, слегка нервничая. Его глаза блестели в тусклом свете. — Да ладно тебе, Лина, не делай такое лицо! Наверняка подкинет тебе новое дельце.

— Я сказала, что после последнего раза за дела Бобби я не берусь, — отрезала она, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

— Ты не можешь дуться на него вечно, тем более Лидия взяла отпуск.

— Отпуск? Ты серьёзно? — Лина приподняла бровь, недоверчиво глядя на Рики.

— Не знаю, уехала куда-то утром, теперь Бобби за главного, — пожал он плечами, как будто это было не так уж и важно.

— В последний раз, когда он был за главного, мне пришлось уносить ноги от облавы! — Лина вспоминала тот день, когда адреналин бурлил в её венах, а страх заставлял сердце колотиться.

— Ну он же не знал, что это была подстава, — попытался успокоить её Рики, но в его голосе звучала неуверенность.

— Или ему хорошо заплатили, чтобы он сделал вид, что не знает, — Лина скрестила руки на груди, чувствуя, как гнев поднимается.

— Да нет, Бобби наш человек! — Рики вздохнул, его голос стал более настойчивым. — И тем более никто не знает, чего толком ожидать от этих магов. Ты и сама это знаешь, поэтому и платят нам хорошо.

— Ты прав, — вздохнув, согласилась Лина, но в её сердце всё ещё оставалось беспокойство. — Рови ещё не вернулась?

— Нет, три дня прошло, думаю, мы больше её не увидим, — произнёс печально Рики, похлопывая девушку по плечу, как будто пытаясь передать ей свою поддержку.

— Может, её просто где-то держат? — не теряя надежды, произнесла Лина, её голос дрожал от волнения.

— Ты же и сама знаешь, что делать, если нас схватят, — напомнил Рики, его глаза стали серьёзными.

— Ну, может...

— Ты же и сама знаешь правила. Если нас берут в плен, мы пьем «последний глоток». Если начнут пытать — можно сдать всех. — Его слова звучали как приговор, холодок пробежал по спине Лины

— Да-да, я знаю... — Лина знала, что попадаться живой нельзя. Последний глоток — так назывался лексир моментальной смерти. Если попался ты, остальные не должны страдать из-за твоей ошибки. — Пойду к Бобби.

Она направилась к выходу, чувствуя, как сердце стучит в груди, а адреналин наполняет её душу. В подвале было темно и сыро, но в её голове уже крутились мысли о том, что ждёт её впереди. Бобби всегда был непредсказуем, и Лина не могла избавиться от ощущения, что на этот раз всё будет иначе.

Когда она поднялась по лестнице, её шаги эхом раздавались в тишине, а дверь подвала закрылась за ней с глухим стуком. В голове пронеслась мысль: «Что, если Рови действительно попала в беду? Что, если она не вернётся?» Но Лина знала, что сейчас не время для переживаний о других. Вообще, сейчас никто не переживал за кого-то, все тряслись только о себе или о семье, что осталась у некоторых везунчиков.

К тем, кому повезло, Лина относила и себя. У неё был Рики и их клятва, данная ещё пятнадцать лет назад, когда обоим было по пять. Теперь они выросли, и у них была работа, на деньги которой они могли жить, снимая комнаты в общежитии, что держал Бобби на окраине города. Каждый день, когда она встречала Рики, мысленно выдыхала, ведь никогда не знаешь, когда наступит тот день, когда ты больше не увидишь близкого человека. Лидия, что приютила их и научила всему, называла это сопутствующими рисками.

Рики успокаивал её тем, что так они выполняли собственную клятву, но вот сама Лина с пропажей Рови всё чаще думала, стоит ли месть жизни близкого друга. Она пришла к выводу, что нет. Но был один важный довод: менять профессию она не могла. Иначе ей пришлось бы заниматься более унизительной работой, вроде стирки вещей магов или уборки в их домах, что едва ли обеспечило бы ей нормальное существование.

Место, где они жили сейчас, было тем ещё клоповником, но считалось роскошным по меркам простых людей. Всё приличное жильё было забрано магами и их приближенными помощниками из людей. Лина часто смотрела на эти высокие, ухоженные здания, где жили маги, и чувствовала, как внутри неё разгорается ненависть. Они наслаждались жизнью, в то время как такие, как она, были вынуждены прятаться в тени, выживая на краю общества.

Она вышла на улицу, и холодный воздух ударил в лицо, заставив её вздрогнуть. Небо было затянуто облаками, и Лина знала, что дождь не за горами. Она направилась к месту встречи с Бобби, стараясь не думать о том, что может произойти.

От подвальчика, где Лина и Рики сделали свою мини-базу, нужно было перейти дорогу. Там, на здании с кривой вывеской, на которой пожухлой краской было написано «Огни Глори», располагался бар, который больше походил на стриптиз-клуб. Но Бобби не нравилось так его называть, и вскоре все начали просто говорить «бар у Глори». В этом заведении никогда не работала ни одна Глори, и откуда Бобби взял такое название, было никому не известно.

Лина шла по тротуару, стараясь не обращать внимания на прохожих, которые с недоумением смотрели на неё. Взгляды приковывал любой, кто выглядел слишком чистым или отдохнувшим. На фоне остальных людей наёмники и приближённые магов всегда выделялись, и простые люди смотрели на них с опаской. Бобби был одним из приближённых, и потому владел частью города, что называлась Стоковой, расположенной на окраине.

Его близость к магу, к какому именно — было неизвестно, могла угрожать его жизни, но Бобби был бы не Бобби, если бы не заключал сделки с обычными людьми и в тайне от своего хозяина не мутил бы грязные делишки, подкидывая дела наёмникам тем самым он имел союз с магами и обычными людьми. В воздухе витал запах дождя и чего-то гнилого, что напоминало о том, как далеко они все зашли от нормальной жизни. Лина ускорила шаг, чувствуя, как в груди нарастает волнение. В баре её ждали не только новости, но и, возможно, опасность.

Когда она подошла к входу, её сердце забилось быстрее. Лина глубоко вдохнула, стараясь успокоить себя, и толкнула дверь. Внутри царила полумгла, и звуки музыки смешивались с гомоном голосов. Она огляделась, ища знакомое лицо.

Свет тускло мерцал, отражаясь в стеклах бутылок, стоящих на барной стойке. Лина пробиралась сквозь толпу, чувствуя, как напряжение нарастает. Каждый шаг приближал её к Бобби, который расположился на диване в кругу девушек, заглядывающих на него с восторгом. Бобби был полноват, и, несмотря на наличие личного душа, его волосы всегда выглядели засаленными. Рубашка с вечно распахнутым воротом открывала наблюдателям его волосатую грудь. Когда он смотрел на Лину, ей казалось, что она физически чувствует его липкий взгляд, словно слизкие щупальца облепливали её тело.

— Лина, милая, я давно тебя жду! — воскликнул Бобби, завидев её. — Дорогуши, упорхните отсюда, мне надо поговорить. — Девушки поднялись с дивана, а та, что сидела непосредственно на его коленях, оставила на небритой щеке поцелуй, что-то шепнула и ушла следом за остальными. Лина присела на мягкий диван напротив мужчины.

— Рад тебя видеть, ты так давно не заходила, — наигранно печально вздохнул он. — Я тебя чем-то обидел?

— По твоей наводке я чуть не оказалась пойманной, и если остальные считают это совпадением, то я знаю, что проводился ряд облав, по которым никого не поймали, и ты отправил меня, чтобы поднять псам магов статистику чтобы те смогли отчитаться перед начальством.

— Ну-ну, милая, не надо подобных обвинений, к тому же не доказанных.

— То, что они не доказаны, не мешает мне думать, как я хочу.

— Ты слышала что-то о презумпции невиновности?

— Презумп... чего?

— О, да, ты тогда только родилась, как подобные термины канули в лету. Я имею в виду, что нельзя обвинять человека только потому, что тебе так показалось.

Лина раздраженно вздохнула.

— Ладно, тебе, сделай лицо попроще. Давай я тебя угощу. — Бобби махнул рукой, и через мгновение принесли два стакана. Лидия говорила, что эта жидкость, что раздирала горло изнутри, хоть и называлась виски, но раньше, до всего, была в разы вкуснее. То, что гонит Бобби, не шло ни в какое сравнение с тем, что они пили раньше, но Лину устраивало и такое — смочить горло и немного расслабиться было сейчас кстати. Жидкость резкая и горькая попала в рот, обжигая горло, спустилась, согревая пустой желудок, и желание пристрелить Бобби стало не таким сильным.

— Ну вот, теперь к делу. Есть одно задание для тебя.

— Сначала деньги. Лидия уехала, сказали, они у тебя.

— Да-да, конечно, — мужчина засунул руку в потертый розовый пиджак и достал оттуда мешочек с монетами. Раньше ей рассказывали, что деньги были из бумаги, но Лина считала, что монеты куда надежнее. Они были разные: золотые, серебряные и медные. За убийство мага давалось три золотых, за убийство человека — три серебряных. Открыв мешочек, она убедилась, что в нём лежало три золотых за мага и шесть серебряных за приближённых. Этого хватит на еду и жильё, а также чтобы оплатить пользование отдельным душем, за который они с Рики скидывались, чтобы не стоять в бесконечных очередях. Девушка достала из мешочка три золотые и положила на стол.

— Это за жильё и душ за меня и Рики.

— Отлично, люблю, когда платят вовремя, или ещё лучше — вперёд, — усмехнулся мужчина, подтягивая к себе монеты. — Для тебя есть дельце. — Он протянул девушке папку с бумагами.

В папке была лишь пара фотографий молодого мужчины в черной рубашке с дорогими запонками, с черными волосами и ухоженным лицом. Всё, что отличало его от людей, — это светящиеся голубым пламенем глаза и роскошный вид.

— Это Дарион, один из шишек, — проговорила девушка, рассматривая фотографии.

— Нет, Дарион — главная шишка города. Он также один из тех, кого лично приглашают в столицу, — непривычно серьёзно произнёс Бобби.

Лина почувствовала, как внутри неё нарастает напряжение. Люди, которым разрешалось посещение так называемой столицы, считались самыми могущественными магами, те, чей вклад в захват земли был самым выдающимся. Столицей называлось место, куда иногда собирались маги со всех уголков мира для различных обсуждений и изменений.

— И что ты хочешь, чтобы я с ним сделала? — спросила Лина, стараясь скрыть волнение в голосе. Внутри неё всё бурлило, но она не собиралась показывать это Бобби.

— Чтобы ты убила его, конечно! Он как кость в горле остальным магам города, — произнёс он с ухмылкой, словно это было самым естественным делом на свете.

— И почему же? — Лина прищурилась, пытаясь понять, что скрывается за его словами.

— Я тебя спрашиваю, что ты ешь на завтрак или какие трусики надела сегодня? — ухмыляясь, спросил Бобби, его глаза блестели в полумраке. Лина лишь приподняла бровь, не собираясь поддаваться на провокации. — Вот и ты не задавай лишних вопросов, за это вам и платят.

— Сколько даёшь за него? — спросила она, не отводя взгляда.

— Четыре.

— Нет, так дело не пойдёт. Ты сам сказал, он вхож в столицу, — Лина скрестила руки на груди, чувствуя, как в ней нарастает уверенность.

— Пять.

— Оставь себе свои гроши, жадюга, — Лина начала вставать, её терпение иссякало.

— Семь, моё последнее предложение, — Бобби попытался остановить её, но она уже была готова уйти.

— Десять и три месяца частного душа бесплатно. Зная тебя, даже с этой стоимостью я продешевила. Охрана у него не хиленькая, да и он сам, скорее всего, крепкий орешек, — Лина не собиралась уступать.

— Девять и два месяца душа.

— Десять и три, или ищи другого дурочка, — Лина выдержала его взгляд, не желая отступать. Бобби тоже не собирался сдаваться, и они молча смотрели друг на друга, словно два бойца перед схваткой.

— Ладно, ладно, десять и три месяца, режешь без ножа, — наконец, сдался он, и Лина почувствовала, как внутри неё закипает радость.

— По рукам, — Лина протянула руку, и Бобби в ответ пожал её потной ладошкой, словно это было обычным делом.

— Рови согласилась и на семь, — произнёс он, и в его голосе послышалась нотка сожаления.

— Ты отправил Рови на это задание? — Лина почувствовала, как холодок пробежал по спине.

— Да, но судя по тому, что она больше не выходит на связь, девчонка провалилась. Жалко её, совсем молодая была. Сколько ей, вы с ней ровесники? — Бобби посмотрел на неё с сочувствием.

— Она меня младше на два года, — сухо произнесла девушка, её голос стал холодным, как лёд.

— Ну что ж, крохе было всего восемнадцать. Но и время сейчас такое, да и работа сама собой подразумевает... — Бобби пожал плечами, как будто это было неизбежно.

— Оправданные риски, — тихо проговорила Лина, её глаза потемнели от гнева.

— Хорошо, Лидия вас всё-таки воспитала, все понимаете. Передавай Рики привет, — сказал Бобби, и в его голосе послышалась искренность, но Лина уже не могла сосредоточиться на его словах. В её голове крутились мысли о Рови и о том, что может произойти и с ней если она ошибется.

Ноги вели её сами, словно уставшие от постоянной борьбы с мыслями, которые заполнили её голову. Лина шла по знакомой улице, но вместо привычного ощущения комфорта её охватывало тревожное чувство. Всё чаще она думала о смерти — о своей и о смерти Рики. Даже мысль о том, что его не станет, приносила ужасающую боль, заставляя сжиматься сердце, как будто кто-то сжимал его в кулаке. Собственная же смерть вызывала страдания лишь при мыслях о том, как сильно расстроится Рики. Эта мысль была невыносимой.

Она попыталась вытряхнуть все мрачные размышления из головы, ведь уже приблизилась к закусочной, где они с Рики обычно ужинали. В воздухе витал аппетитный запах жареной картошки и свежего хлеба, который всегда поднимал ей настроение. Их комнаты в общежитии с трудом умещали кровать, маленький шкаф и тумбу; о том, чтобы вместить плиту для готовки, даже не шло речи. Будь у неё даже плита, то вряд ли она бы приготовила что-то более сложное, чем яичница. Таким навыкам Лидия их не обучила, наверное, потому что и сама ни разу не была замечена за готовкой.

Рик в свою комнату впихнул ещё маленький складной столик, и поэтому иногда они брали еду с собой и уютно устраивались на кровати, делясь не только ужином, но и мечтами. Каждый раз, когда Лина слышала, как в подобных комнатах живёт целая семья или просто люди, снимающие только кровать, некоторые даже посменно, она содрогалась от одной мысли: может, жить ещё хуже, чем сейчас.

Собравшись с мыслями, она вошла в закусочную, и её встретило привычное тепло. За стойкой стояла улыбчивая кассирша, которая всегда знала их заказы и приветствовала их как старых друзей. Лина почувствовала, как в груди загорается искорка надежды. Она знала, что должна поговорить с Рики, поделиться своими страхами и переживаниями. Возможно, это поможет им обоим справиться с тем, что их беспокоит.

Сделав шаг к кассе, она заказала их любимые блюда, и, пока ждала, её сердце забилось быстрее. Вокруг царила атмосфера уюта и дружелюбия: разговоры за столиками, звуки посуды, смех и шутки, которые раздавались из разных уголков закусочной. Это заведение, хоть и не отличалось изысканностью, было единственным местом, где можно было поесть, и пользовалось популярностью среди местных жителей. Здесь собирались как студенты, так и рабочие, и даже самые бедные могли позволить себе что-то горячее.

Хозяйка заведения, добродушная женщина с добрым сердцем, всегда заботилась о своих клиентах. Она собирала все недоеденные блюда, что было редкостью в других местах, аккуратно укладывая их в контейнеры и раздавая тем, у кого не было даже монетки на еду. Лина часто видела, как кто-то из знакомых приходил за помощью, и это наполняло её сердце теплом. В такие моменты она понимала, что даже в самых трудных обстоятельствах можно найти поддержку и заботу.

Когда её заказ был готов, Лина взяла поднос с горячими блюдами и направилась к столику у окна. Она посмотрела на улицу, где вечерние огни начинали мерцать, и подумала, что вскоре к ней присоединится Рики. Они снова будут вместе, делиться своими мыслями, мечтами и страхами, как всегда.

Однако время шло, и Лина уже опустошила половину тарелки. Прошло около часа, и в душе начало закрадываться беспокойство. Рики должен был быть здесь. Он никогда не опаздывал, даже если задерживался на деле, всегда возвращался в уговоренное время. Не дождавшись его, она попросила завернуть еду с собой и направилась к базе, надеясь, что Рики просто потерял счёт времени.

Девушка быстро шагала по темной улице, её сердце колотилось в груди, как будто предчувствуя беду. Поворот, ещё один, и длинная лестница, ведущая вниз, совершенно не освещённая. Но даже в этой темноте она разглядела, что дверь в подвал была приоткрыта, как будто кто-то спешно покинул это место. Руки сами достали пистолет, и бесшумным шагом она спустилась, прислушиваясь к каждому шороху, словно хищник, выслеживающий свою добычу.

Тихо приоткрыв дверь, она вслушивалась. В подвале, помимо сырости и запаха пота от занятий Рики с грушей, был совершенно другой запах — парфюм, недоступный для простых людей, сладковатый и приторный, как напоминание о чем-то зловещем. Он словно витал в воздухе, создавая ощущение, что здесь произошло нечто ужасное. Она перешагнула через порог, и подвал встретил её пугающей пустотой.

Бумаги, выпавшие из вырванных ящиков металлического старого шкафчика, валялись на полу, словно свидетельства недавней борьбы. Исписанные неразборчивым почерком Рики, другие — разорванные, как будто кто-то в отчаянии пытался что-то скрыть. Стол был перевернут и сломан — признаки жестокого столкновения. На полу, среди обломков, Лина заметила следы, оставленные обувью, ведущие к стене, и её сердце забилось быстрее. Два отверстия от пули в боксерской груше и алые пятна крови, на зашарпанном бетонном полу.

Под завалами от того, что раньше было столом и стулом, торчал рукав знакомой кожаной куртки Рики. Лина принялась разбирать обломки, её сердце колотилось в унисон с тревожными мыслями. Каждый шорох, каждый звук казался ей оглушающим в этой мертвой тишине. Она чувствовала, как холодный пот стекает по спине, и её дыхание становилось всё более учащённым.

Когда она наконец вытащила куртку, её руки дрожали. Сжимая черную кожу в руках, она осмотрела её в поисках чего-то, что могло дать шанс на то, что она ещё увидит его живым. Во внутреннем кармане, абсолютно целым, лежал флакончик с "последним глотком". Тела здесь не было, значит, его схватили прежде, чем он успел себя отравить. Следовательно, она найдет его, чего бы это ни стоило.

Внутри неё разгорелась решимость, как пламя, разгоняющее тьму. Лина

Наконец, она достала куртку, и, сжимая черную кожу в руках, начала осматривать в поисках чего-то, что могло дать шанс на то, что она ещё увидит его живым. Во внутреннем кармане, абсолютно целым, лежал флакончик с "последним глотком". Тела здесь не было, значит, его схватили прежде, чем он успел себя отравить. Следовательно, она найдет его, чего бы это ни стоило.

Внутри неё разгорелась решимость, как пламя, разгоняющее тьму. Лина сжала куртку, глаза заблестели от слёз. Она выпрямила спину, и в её голосе прозвучала твёрдая решимость:

— Я не сдамся. Обещаю, что не остановлюсь, пока не найду тебя, Рики.

С этими словами она вышла из подвала, полная решимости и готовая сразиться с любыми преградами, чтобы вернуть его.

Так быстро она ещё не разу не пересекала дорогу. Как бы Бобби ей ни нравился, он был единственным, кто мог что-то знать. Бар у Глори встретил её душащим спертым запахом алкоголя, пота и табака, а также шумом музыки, которая гремела из динамиков. Бобби сидел на диване, окружённый шумной компанией, его фигура выделялась среди толпы.

Лина подошла к нему, её сердце колотилось в груди, но она старалась не выдать своего волнения.

— Есть разговор, — сдержанно произнесла она, усаживаясь на диван напротив.

— Милая, мы, кажется, всё обсудили, — Бобби растянулся в скользкой улыбке, его глаза блестели от выпивки. Девушки вокруг него весело щебетали, не обращая внимания на напряжение в воздухе.

— Надо поговорить, — повторила она, её голос стал более настойчивым.

— Девушки, — попросил Бобби, указывая рукой, чтобы они ушли. Как только они остались вдвоём, Лина сделала шаг ближе, её глаза не отрывались от его лица.

— Рики пропал, — произнесла она, глядя ему в глаза, и в её голосе звучала тревога.

— Это, конечно, печально, но тебе ли не знать, как это бывает, — Бобби отмахнулся, его улыбка не исчезала, но в глазах мелькнуло что-то тревожное.

— Ты ничего не видел или, может, слышал? — спросила она, не отводя взгляда.

— Ничего, дорогуша, — ответил он, но Лина заметила, как его лицо слегка поддергивалось от напряжения. В этот момент она поняла, что он лжёт.

— Куда уехала Лидия? — спросила она, пытаясь уловить любую зацепку.

— Послушай, — выдохнув и потерев лицо, произнес мужчина, — я им не мать-наседка или нянька. Лидия, скорее всего, получила какое-то дело, а Рики... что тут сказать, видимо, кому-то перешёл дорогу.

— Перешёл дорогу? — недоумевая переспросила она, не веря своим ушам.

— Конечно, зачем ещё кому-то нужно было бы вламываться и похищать его? — Бобби пожал плечами, но в его голосе звучала неуверенность.

— Я не говорила, что кто-то вломился, — возразила она, но Бобби уже нервничал, его взгляд метался по комнате, как будто он искал выход.

— Ну, ты сказала, он был в подвале... вот я и подумал... — его голос дрожал, и терпение Лины закончилось.

Внутренний предохранитель, который защищал от неё окружающих был снят, она одним махом перескочила через диван и теперь сидела прямо на нём, как одна из полуголых девиц, которые развлекали клиентов. Но в отличие от них, Лина, зажав силой его щеки, заставила открыть рот, в который поместила ствол пистолета.

Бобби мычал, его глаза расширились от страха, а вокруг них собралась армия из его охраны, готовая вмешаться. Лина почувствовала, как адреналин бурлит в её венах, и её решимость только крепчала.

— Вот теперь мы поболтаем, Бобби, — процедила сквозь зубы девушка, её голос был полон ярости. — Скажи своим шавкам опустить пушки, я пристрелю тебя и ещё с тройку твоих, прежде чем они меня застрелят. Так что пойдёшь на сотрудничество?

Бобби закивал, его лицо побледнело, и Лина резко вытащила из его рта ствол пистолета, отколов при этом несколько зубов. Он застонал от боли, но в его глазах уже не было той самоуверенности, которая была раньше. Теперь он понимал, что игра закончилась, и у Лины не было намерения отступать. Бобби махнул рукой, и охрана опустила оружие, но продолжала стоять рядом, готовая вмешаться в любой момент.

Девушка провела стволом пистолета по его щеке, поднимая к виску и силой прижимая. Она наклонилась к его уху, и приторно сладкий запах ударил ей в нос, как в подвале — не такой яркий, но этого было достаточно, чтобы вызвать у неё мурашки по коже.

— Говори, — прошипела она ему на ухо, её голос был полон угрозы.

— Я знаю, он торговал разным, и про него спрашивали. Сказали, что нужно, чтобы он что-то для них откопал. Я дал его контакт и не более, — тараторил мужчина, его голос дрожал от страха.

— Ложь, — произнесла она, прижимая ствол пистолета.

— Лина, умоляю, это всё, что я... — Лина сильнее прижала ствол, и теперь он с болью впивался в висок мужчины.

— Кто это был? — спросила она, не отводя взгляда.

— Я не видел, я только получил послание и...

— Видит бог, Бобби, я хотела по-хорошему! — свободной рукой она достала небольшой нож и всадила его в ногу. Бобби закричал, охрана дернулась, но Лина не обращала на них внимания.

— Стойте! — закричал Бобби, его голос был полон паники. — Лина, они убьют меня! Я не знаю, кто это был!

— От тебя пахнет духами, Бобби. Они женские. Ну не у одной девицы, в твоем заведении нет средств на подобное, — она прокрутила нож в ноге, и он закричал ещё громче.

— Стой... хватит, скажу! — его голос дрожал от боли и страха.

— Это была женщина. Она не маг и не из приближенных, но явно какая-то шишка. Она сказала, что у Рики есть то, что им нужно.

— О чем речь? — Лина прищурилась, пытаясь уловить каждое его слово.

— Какой-то артефакт, я не знаю. Я слышал только, что Рики прихватил его с последнего задания. Он убрал одного приближенного того мага, фото я дал которого сегодня.

— Дариона? — уточнила она, её сердце забилось быстрее.

— Да, да, его тот приближенный держал в своем доме, его побрякушки. Ну, Рики и прихватил парочку, но их интересовала определенная. Посмотри в пиджаке. — в его голосе слышалась паника.

Лина запустила руку во внутренний карман его пиджака и достала оттуда бумагу. На ней был изображён кинжал с искривленным лезвием и какими-то рисунками.

— Это? — ткнула она бумагой ему в лицо.

— Да, — подтвердил Бобби, его голос дрожал.

— Как выглядела эта женщина? — спросила она, не отводя взгляда.

— Блондинка с кудрями, как с обложки, укомплектованная по хлеще моих девчат, в костюме, была с важным видом, — он нервно сглотнул.

— И ты сказал, где его найти? — Лина не могла поверить, что он мог так легко сдать информацию.

— Слушай, она взяла меня за яйца, в прямом смысле, чуть не оторвала! Я ей всё рассказал, прости! — его голос был полон отчаяния, и Лина поняла, что он действительно напуган.

Она отстранилась, осмысливая услышанное. Теперь у неё была зацепка, и она знала, что должна действовать быстро.

— Сейчас я встану и уйду, Бобби, и если хоть кто-то из твоих людей дернется, будет бойня. Ты знаешь, я не промахиваюсь, — произнесла она, криво ухмыльнувшись. Бобби нервно сглотнул и кивнул. Его глаза следили за её силуэтом — прекрасным и опасным. Её волосы огненного цвета отражали её натуру, как пламя, маня своей красотой и притягательностью, но в то же время способные сжечь любого до тла.

Лина сделала шаг назад, не отрывая взгляда от Бобби, и в этот момент в воздухе повисло напряжение. Она знала, что у неё есть преимущество, и не собиралась его упускать. Бобби, хоть и был трусом, понимал, что сейчас его жизнь зависит от её настроения.

— Если что-то узнаешь, свяжись со мной, — добавила она, её голос стал холодным, как лед. — У тебя есть время, чтобы подумать, не забыл ли ты, что еще мне рассказать. Но помни: я не люблю ждать.

С этими словами она развернулась и направилась к выходу, оставляя Бобби в состоянии паники и страха. Её шаги были уверенными, а в голове уже строились планы. Она знала, что должна действовать быстро, чтобы не упустить шанс найти Рики и артефакт, который мог изменить всё.

— Лина, — хриплый голос Бобби раздался за спиной. Она обернулась, и в её глазах мелькнуло недовольство.

— Дарион знает, что ты придешь за ним, — продолжал он, его голос дрожал от страха.

Лина почувствовала, как внутри неё закипает злость. Она знала, что Бобби снова пытается её подставить. Рови пропала не случайно, и за каждую смерть мага кто-то должен нести ответственность. Если ловили наемников, то все незакрытые дела вешали на его слова. Она лишь кивнула, понимая, что с ним разберется позже. Сейчас у неё не было времени на разборки.

— Спасибо за информацию, Бобби, — произнесла она с холодной улыбкой. — Но не забывай, что я не люблю, когда меня дразнят.

С этими словами она развернулась и снова направилась к выходу, оставляя Бобби в состоянии растерянности.Дарион знал, что она на подходе, и это означало, что ей нужно действовать быстро и осторожно. Она должна была найти способ обойти его защиту и добраться до него прежде, чем он успеет подготовиться.

На улице её встретил свежий воздух, и Лина глубоко вдохнула, стараясь успокоить бурю эмоций внутри. Свет фонарей отражался в её огненных волосах. Она понимала, что время работает против неё, и каждая секунда на счету. В её голове уже прокладывался маршрут к следующей цели — она знала, что должна найти Рики прежде, чем кто-то другой сделает это первым.

Тайник в подвале остался нетронутым, и из него девушка извлекла всё, что ей потребуется. В тусклом свете, пробивающемся сквозь пыльные окна, она покопалась в оставшихся бумагах Рики, и её сердце забилось быстрее, когда она нашла информацию о том, где искать Дариона. Теперь она не могла просто убить его — нужно было узнать о кинжале, а что важнее, выяснить, кому он мог понадобиться. Если это не он сам.

С крыши соседнего здания, которое принадлежало Дариону, она наблюдала за всем, как хищник, высматривающий свою добычу. Ветер играл с её огненными волосами, заставляя их развеваться, как пламя, а глаза, сверкающие, как два изумруда, сканировали территорию. Она подсчитывала охранников, их движения, и следила за тем, что сам Дарион находился на последнем этаже своей высотки, окружённый роскошью и иллюзией безопасности. Лина спланировала, как ей туда попасть. Если бы ей нужно было просто его убить, всё было бы в разы проще. Но чтобы поговорить, ей нужно было оказаться рядом, и тогда для любого мага не составит труда убить человека вблизи щелчком пальцев. Наверняка именно так и произошло с Рови и многими другими бывшими беспризорниками, ставшими наемниками и профессиональными ворами.

В этом и таился их секрет с Рики, который отличал их от остальных: они не имели ни одного промаха или сорванного дела по своей вине. Если Лина умела хорошо убивать, то Рики был гением во всём. Он быстро сообразил, что помимо заработка на убийствах можно подворовывать и продавать украденное на черном рынке. Но чтобы что-то продать выгодно, нужно понимать, чем торгуешь. Так Рики стал разбираться во всём, что попадало ему в руки, и нашёл для них несколько вещиц, которые могли защитить их от магии — не сильной, но всё же полезной. Эти артефакты делали их неощутимыми для магов, чувства которых были обострены до предела.

У Лины был камень, переделанный самим Рики в виде подвески, сверкающий в тусклом свете, как звезда. А у самого Рики — его куртка, доставшаяся от одного приближенного. Обе эти вещи сейчас были на Лине, что увеличивало её шансы на положительный исход.

Она глубоко вдохнула, ощущая свежесть ночного воздуха, который напоминал о свободе и возможности. Время действовать пришло, и она была готова к любым испытаниям. Лина знала, что её шансы на успех зависят не только от её навыков, но и от того, насколько хорошо она сможет использовать свои ресурсы и информацию.

Лина осторожно спустилась с крыши, её движения были легкими и бесшумными, как у кошки. Она проскользнула через тёмный переулок, избегая света уличных фонарей, и направилась к зданию, где находился Дарион. Каждый шаг был продуман, каждое движение — выверено. Она знала, что на кону стоит не только её жизнь, но и возможность узнать где мог быть Рики.

Подойдя к черному входу, она остановилась на мгновение, прислушиваясь к звукам, доносящимся изнутри. Легкий шум разговоров, звуки шагов и, наконец, запах свежезаваренного кофе, который пробивался сквозь двери, напоминал ей о том, что она близка к своей цели. Лина быстро обошла здание, стараясь не привлекать внимания, и нашла окно, которое выглядело достаточно старым, чтобы его можно было открыть.

Скользнув внутрь, она оказалась в небольшом коридоре, освещенном тусклым светом. Лина тихо продвигалась вперёд, её сердце стучало в унисон с ритмом её шагов. Она знала, что Дарион находится на последнем этаже, и ей нужно было подняться туда, не привлекая внимания охраны.

Она остановилась на мгновение, прислушиваясь к звукам, доносящимся из коридора. Внезапно она услышала шаги — два охранника, которые, похоже, направлялись в её сторону. Сердце забилось быстрее, но она не могла позволить себе паниковать.

Скоро они появились в поле её зрения, обсуждая что-то между собой. Лина быстро оценивала ситуацию. Охранники были крупными, но она знала, что у неё есть преимущество — она была быстрой и незаметной. Она отступила в тень, прячась за колонной, и ждала, пока они пройдут мимо.

Когда охранники оказались достаточно близко, Лина сделала свой ход. Она выскочила из укрытия, как тень, и одним резким движением схватила первого за шею, прижимая его к стене. Он издал тихий звук, но она быстро заткнула ему рот рукой, не давая возможности закричать. Второй охранник, услышав шум, обернулся, но Лина была быстрее. Она метнула в него небольшой нож, который вонзился в его плечо, заставив его закричать от боли.

Первый охранник, всё ещё в её руках, попытался вырваться, но она сжала его сильнее, пока он не потерял сознание. Лина быстро освободила нож и, не теряя времени, подошла к упавшему охраннику, который всё ещё пытался подняться. Она схватила его за волосы и, прижав к полу, прошептала:

— Тихо, не делай глупостей.

Сложности нарастали, и Лина понимала, что время поджимает. Она знала, что вскоре другие охранники могут прийти на шум. Быстро осмотревшись, она заметила дверь, ведущую в служебное помещение. Она потянула за собой обоих охранников, стараясь не издавать ни звука, и, открыв дверь, затолкнула их внутрь.

Внутри было темно и тесно, но это было лучше, чем оставаться на виду. Лина быстро обыскала карманы охранников, забрала их оружие и связала их с помощью верёвки, которую нашла в углу. Она знала, что это даст ей немного времени, но не могла расслабиться.

Собравшись с мыслями, Лина снова направилась к выходу. Ей нужно было подняться на верхний этаж, где находился Дарион. Выйдя из служебного помещения, она осторожно закрыла за собой дверь и направилась к лестнице, но тут внимание привлекли звуки, доносящиеся из коридора. Два охранника обсуждали что-то, и Лина поняла, что не сможет пройти мимо них незамеченной.

Она быстро огляделась и заметила, что рядом находится лифт. Лина знала, что это может быть рискованно, но времени на раздумья не было. Она нажала кнопку вызова, и двери лифта открылись с тихим звуком. Внутри не было никого, и она быстро вошла, затаив дыхание.

Когда двери закрылись, она услышала шаги охранников, приближающихся к лифту. Лина знала, что у неё есть всего несколько секунд. Достала пистолет и, когда двери лифта открылись на следующем этаже, выстрелила в обоих охранников, стоящих на пороге. Пули попали в цель, и они упали, не успев даже понять, что произошло.

Лина быстро выскочила из лифта, схватила охранников за ноги и затянула их обратно в кабину, стараясь не привлекать внимания. Она знала, что время поджимает, и ей нужно было подняться на верхний этаж. Закрыв двери лифта, она снова нажала кнопку, и кабина начала подниматься.

Сердце колотилось в груди, но Лина старалась сохранять спокойствие. Она знала, что на верхнем этаже её ждет Дарион, и она была готова к любым испытаниям. Наконец, лифт остановился, и двери открылись. Лина быстро вышла, оглядываясь по сторонам, и направилась к офису Дариона.

Она достала карточку ключа, которую стащила у одного из охранников, и, стараясь не дышать, провела ею по считывателю. Система издала тихий щелчок, и дверь открылась. Она быстро вошла внутрь, и её сердце забилось быстрее, когда она увидела Дариона, стоящего спиной к ней, сосредоточенного на приготовлении кофе.

Теперь всё зависело от того, как она сможет использовать этот момент, чтобы получить ответы, которые искала.

Пистолет был направлен в голову, и Лина знала, что маг не успеет дернуться, как упадет замертво. В воздухе витала напряжённая тишина, и она могла слышать, как её сердце стучит в унисон с ритмом её дыхания.

— Я ждал тебя, — бархатный голос разнесся по помещению, как будто сам воздух наполнился магией. — Лина, правильно?

— Не дергайся, или... — её голос звучал уверенно, но внутри бушевала буря.

— Или что, убьешь меня? — усмехнулся маг. — Мы оба знаем, ты не за этим пришла.

— А зачем, по твоему? — Лина сжала пистолет, её пальцы скользнули по холодному металлу.

— Птичка на хвостике принесла, что ты ищешь своего друга, и как удачно совпало, что я тоже его ищу, — произнёс он.

— Зачем тебе Рики? — спросила она, не отрывая взгляда продолжая направлять пистолет в черную макушку.

— Я хочу узнать, куда он дел одну из вещиц, что украл у меня, — ответил Дарион, его голос стал холодным, как лёд.

— Так это не ты его забрал? — Лина почувствовала, как внутри неё закипает злость.

— Конечно, нет, — произнёс он с лёгкой ухмылкой, словно это было очевидно.

— Ты тоже ищешь кинжал? — её голос стал более настойчивым.

— Так ты тоже в курсе, — произнёс он, и в его тоне послышалась нотка интереса.

— Ты знаешь, кому он может понадобиться? — Лина прищурилась, пытаясь уловить каждое его слово.

— Много кому, возможно, каждому магу в мире. Видишь ли, считалось, что он уничтожен, но твой друг пустил слух на черном рынке, и гляди, к чему всё привело, — его голос звучал, как предостережение.

Лина поняла, что толку от него нет — он, как и она, не знал, где искать. Щелчок, обозначающий снятие предохранителя, раздался в тишине, как гром среди ясного неба.

— Стой, я тебе ещё могу помочь, — произнёс он, и в его голосе послышалась искра надежды.

— Не думаю, — произнесла она, и в этот момент выстрел... который не произошел, хотя курок был нажат.

— Я же сказал, я ждал тебя, Лина, — мужчина развернулся, его глаза, горящие синим пламенем, направились на неё. Щелчок, и снова ничего.

— Почему? — её голос дрогнул от недоумения.

— Почему твоё оружие не сработало? Наверное, потому что любой, кто зайдет в эту комнату, не может мне навредить. Старые и очень мощные чары, — произнёс он, его улыбка стала ещё шире.

— Дерьмо, — выругалась Лина, её сердце сжалось от отчаяния. Она много думала о смерти, каждый раз рассуждая, как именно она произойдет: будет ли она быстрой или долгой и мучительной. Конечно, она даже не надеялась умереть в старости, окружённой собственными внуками, но никогда не думала, что последнее, что она увидит, — это синее пламя. Оно, казалось, окутывало всю комнату, стены и занавески, а на неё смотрел демон, улыбаясь предвкушая её кончину.

Смысла бороться не было, разве что напоследок позабавить своего палача. Её лицо, как маска, не выдавало ни страха, ни скорби — лишь ледяное спокойствие, которое она носила всю жизнь, снимая лишь изредка, в порывах ярости или когда рядом был Рики.

— Прости, что не нашла тебя, — шептала она про себя, ощущая, как холодок страха медленно уходит, уступая место горькому сожалению.

— Не молишь о прощении? — раздался наглый голос, упивающийся моментом, словно наслаждаясь её беспомощностью.

— Точно не тебя, — сухо произнесла она, сжимая кулаки. Вокруг них разгоралось синее пламя, но запаха дыма не было — лишь холодный свет, который играл на стенах, создавая зловещую атмосферу.

— Храбришься, это мило. Одна из ваших была куда более малодушна.

— Одна из нас? — её голос дрогнул, но она старалась сохранить уверенность.

— Да, такая с глазами, как у щенка.

— Рови? — сердце её забилось быстрее, как будто в ожидании ответа.

— Ну, если твоя Рови такая с кудряшками, — он игриво покрутил пальцем, словно накручивая прядь волос, и в его глазах блеск насмешки.

— Что ты с ней сделал? — все инстинкты самосохранения были отключены, и она бросилась на мага, схватив его за ворот рубашки. Огонь вокруг усилился, словно подхваченный её яростью, но это было не важно. Она знала Рови с детства, они вместе росли на одной улице, уходили в лес, обучаясь стрельбе, а теперь её нет, и не Рики, и Лидии — никого нет рядом.

— Советую тебе отпустить рубашку, — произнёс он с ухмылкой. — Даже с твоей зарплатой для тебя она не по карману.

— Где девушка? — руки её сильнее сжали ворот, и через мгновение затряслись слабее. Запястье опоясала синяя светящаяся нить, и в следующую секунду руки словно погрузили в расплавленный свинец. От боли подкосились ноги, но девушка лишь часто дышала, лежа на холодном мраморном полу. Свет синего огня плясал по плитке, создавая причудливые тени, но тут всё утихло — ни огня, ни боли.

— Попросил же, убери руки. Я хочу поговорить, и если ты решишь продолжать своё безрассудство, то умрёшь и не сможешь помочь своей подруге и другу, если он только друг. Или он твоя любовь?

— Он моя семья, — произнесла она, и в её голосе прозвучала решимость.

— Ах, семья, тогда тем более включи мозги. Я единственный, кто сможет тебе помочь. Вернёшь друга — я кинжал, все довольны.

— А Рови? — её голос дрогнул, но в нём уже звучала нотка отчаяния.

— Та девчушка будет залогом, что ты будешь вести себя хорошо. — На этих словах он снова подошёл к кухонному столу, как будто это было обычное утреннее чаепитие. — Кофе будешь?

— Есть что покрепче? — её голос звучал решительно. Выбора не было. Надо было выведать, где Рови и всё, что он знает о кинжале, и в удобный момент прикончить этого засранца или сбежать.

Маг достал из полки под столом дорогую бутылку с янтарным наполнением и налил в стакан. Девушка поднялась, и мужчина толкнул к ней стакан. Руки её всё ещё плохо слушались, но показывать слабость перед ним было недопустимо — после всего, что произошло, она не имела на это права, находясь рядом с таким, как он. Жидкость приятно обволакивала горло, а вкус был удивительно приятным, в отличие от того, что наливалось у Бобби.

— Зачем Бобби отправил меня к тебе? — спросила она, ставя пустой стакан на стол. Маг, словно задумавшись над её словами, прищурил глаза.

— Так его зовут, Бобби? — спросил он, явно удивлённый.

— Да, а как ты его зовёшь?

— Да никак, в общем-то. С ним связываются мои люди.

— Разве он не твой приближённый? — её голос звучал с ноткой недоумения.

— Приближённый... — словно смакуя слово, произнёс маг, как будто пробуя его на вкус. — Всегда поражался, как вы рангуете рабов. Ведь все они так или иначе рабы. Кто-то протирает пол, кто-то делает дела посложнее. Но Бобби, — он поставил интонацию на имени, — лишь сошка для связи с наёмниками. Мы даём ему неугодных, он отправляет за ними вас. После, для создания порядка, мы берём некоторых из вас и судим. Например, таких, как твоя подружка. Ты и сама чуть не стала участницей судебного процесса, насколько мне известно.

— Чертов Бобби! — яростно проговорила Лина, её глаза вспыхнули гневом. Внутри неё разгоралось пламя, и она понимала, что не может позволить этому безобразию продолжаться.

— Но твой приближённый или просто раб, как тебе больше нравится, в доме которого хранился кинжал? Почему тогда туда дали наводку?

— Хороший вопрос. Этой наводкой занималась не Бобби, а женщина по имени Лидия, которая чудесным образом пересекла границу города. Теперь в каждом близлежащем городе ведётся её розыск, но что-то мне подсказывает, что мы найдём её не скоро — она не из простых, — произнёс он, его голос звучал с лёгкой иронией, но в глазах читалась настороженность.

— Лидия? — её голос дрогнул, в нём зазвучала тревога. Воспоминания о женщине, что заменила им мать, накатывались, как волны на берег.

— Да, она играет не по правилам. Возможно, кинжал даже у неё, но мне требуется проверить все варианты, потому и нужен твой друг, — добавил он, его тон стал более серьёзным, словно он осознавал всю тяжесть ситуации.

— Ничего не понимаю, — произнесла она, чувствуя, как в груди нарастает волнение. Мысли путались, как листья в бурю.

— Дело в том, что Лидия не простая женщина, даже среди наёмников. Она знала, что я не спущу кражу моих вещей с рук. Я бы так или иначе вышел на неё, но твой дружок оказался слишком неосторожным, разбазаривая моё барахло на чёрном рынке. Его перехватили быстрее меня, и это печально, — его слова звучали как приговор, и она почувствовала, как холодок страха пробегает по спине.

Лидия знала о том, что Рики торгует награбленным на чёрном рынке, и если бы была хоть одна возможность того, что его найдут, она бы обязательно его предупредила. Рики был осторожным, он не пошёл бы на чёрный рынок, зная, что маг вещей всё ещё жив и попытается его найти. Всё шло к одному — это была подстава. Но Лидия, женщина, что заменила им мать, разве могла бы так с ними поступить?

Она задумалась, её мысли метались, как птицы в клетке. Если кинжал забрала она, то откуда слухи о нём попали на чёрный рынок? Вопросы терзали её, и в голове возникали образы: Лидия, смеющаяся над их наивностью, и Рики, с его добрым сердцем, попавший в ловушку. Внутри неё разгоралось пламя решимости. Она не могла позволить, чтобы всё это закончилось так. Нужно было действовать, и, возможно, именно она могла разгадывать эту запутанную игру.

Дорогие мои читатели!

В этой книге, как и в этой главе, есть сцены насилия, убийств и прочие подобные моменты. Поэтому я предупреждаю всех, кто является чувствительным или впечатлительным человеком: подобное может встречаться в каждой главе, и порой я могу забывать вас об этом предупреждать. Так что имейте это в виду на будущее.

Также, мои любимые булочки, не забывайте оставлять свои мнения в комментариях, какое бы оно ни было. Вы не представляете, как это важно для меня!

Всех обнимаю и желаю приятного чтения!

______________________________________________________________________________________________
Иногда наступает такой момент, когда всё, во что ты верил, всё твоё прошлое и надежды на будущее, все самые прекрасные и, напротив, ужасные моменты собираются вместе, сжимаясь до одной крошечной точки — такой же маленькой, как звёзды на небе. Но это сжатие оказывается мощнее любой звезды. И вот, сжавшись, оно взрывается, разбрасывая в стороны всё, что ты знал, разрывая на мелкие куски отдельные части твоей жизни. Теперь кажется, что её и вовсе не было, словно тебя не существовало до этого самого момента. Но весь ужас в том, что именно в этот миг исчезаешь и ты сам — прошлого тебя больше нет.

Лина сидела, словно застывшая в безмолвии, её сердце колотилось, как будто пыталось вырваться из груди. Она испытывала всю пустоту мира в себе, не зная, во что ей верить и как действовать. Маг, сидящий напротив, был словно каменная статуя, его глаза блестели, как два синих  бездонных колодца, полных тайн. Он задавал вопрос за вопросом, и каждый из них, как острый нож, вонзался в её душу, заставляя её вспоминать о том, что она пыталась забыть.

Ты знаешь кто еще мог быть в курсе его задания?  — спросил он, его голос был низким и спокойным, но в нём звучала угроза. Лина почувствовала, как холодок пробежал по её спине. Она не могла отвести взгляд от его лица, в котором читалась уверенность, словно он знал всё на свете. И это было совершенно точно: он понимал, на кого они работали, где Рики сбывал награбленное, где они ели и что заказывали, из какого приюта были и кто их настоящие родители. Он знал всё и спрашивал лишь для того, чтобы проверить, знала ли сама Лина больше него.

В её глазах читалась растерянность, а в сердце — страх. Каждый его вопрос заставлял её чувствовать, как её мир рушится, как будто под ногами уходит земля. Она пыталась собрать мысли в кучу, но они разбегались, как испуганные птицы. В этом хаосе ей нужно было найти ответ, который мог бы вернуть ей хотя бы частичку утраченной надежды. Лина глубоко вздохнула, её губы дрожали.

— Бобби сказал, что приходила женщина, спрашивала о нашем месте, откуда забрали Рики, — проговорила она, и в её голосе звучала уверенность, хотя внутри всё сжималось от страха. Она знала, что, получив эту информацию, Дорион может спокойно её убить. Но так или иначе он допросит Бобби и узнает всё сам. Время тянуть требовалось, ведь выбраться отсюда было неясно. Зайти сюда было просто, даже слишком. Лина понимала, что это ловушка, но выбора у неё не было — ни тогда, ни сейчас.

— Что за женщина? — Дорион заинтересованно посмотрел на неё, его глаза блестели, как у хищника, готового к атаке. В этот момент Лина почувствовала, как холодок пробежал по её спине. Она знала, что он не остановится, пока не добьётся своего.

— Я не скажу, — произнесла она, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри неё всё кипело.

— Почему? — его голос звучал настойчиво, и Лина поняла, что он не отступит.

— Как только ты узнаешь всё, что тебе требуется, ты меня прикончишь, а потом и Рики, когда найдёшь, — произнесла она, и в её словах звучала не только уверенность, но и отчаяние. Она знала, что Дорион не остановится ни перед чем.

На её слова Дорион лишь усмехнулся, в его улыбке не было ни капли доброты, только холодная жестокость.

— Понимаешь...-протянул маг -это хорошо, — произнёс он, и в его голосе звучала угроза.— Но что мне мешает пойти и найти этого... как там... Бобби? — спросила он.

— Иди, найди, — произнесла она загадочно, словно он мог и не найти этого старого урода на диване к которому Бобби похоже уже прирос. Лина думала, что его уже скорее всего зашили, и он снова распивает виски в объятиях своих бабочек. Но это даст время.

— Что ж, хочешь — так пожалуйста, — Дорион достал телефон. Подобная роскошь людям недоступна, и вживую Лина видела её в первый раз. Она почувствовала, как её сердце забилось быстрее — это было не просто устройство, это был символ власти, которой он обладал.

— Найди хорька, который трётся в том ужасном месте... ага, да, и узнай всё, что он рассказал нашей гостье... я жду. — Дорион убрал чудо-вещицу в карман и улыбнулся во всю ширь, открывая белоснежность своих зубов. Эта улыбка была как лезвие ножа, готовое вонзиться в её душу. — Что ж, милая, жаль, что ты не захотела по-хорошему. Ты мне даже немного понравилась. Можешь выпить, покурить и помолиться.

— Я не курю, — ответила она, стараясь не показать, как сильно её трясёт от страха.

— Хорошо, значит, ты не успеешь обзавестись дурной привычкой. Но вот я, пожалуй, закурю, и когда я потушу сигарету, я уже буду знать всё, что ты скрываешь. А значит, ты мне будешь не нужна. — Маг вытащил из кармана пиджака серебряный портсигар, достал из него сигарету, подкурил, и с каждым его выдохом по комнате разлетался красный дым, наполняя воздух сладким запахом вишни.

Лина никогда не ела саму вишню, но на Рождество Рики подарил ей мыло, после использования которого от неё всегда пахло сладким ароматом вишни. Этот запах стал символом новой роскоши в её жизни, в отличие от привычного запаха жесткости и простой чистоты, что дарило простое желтое мыло, которое было у всех и для всего. Тем запахом, в первый раз помывшись им, она прибежала в комнату Рики, и они решили, что это запах лета. Было непонятно, почему они пришли к этому мнению, но теперь к запаху скошенной травы и свежести после дождя добавился и запах вишнёвого мыла.

— Молиться ты, по всей видимости, тоже не станешь, — усмехнулся маг, его голос звучал как холодный ветер в пустом коридоре. — Родители не успели привить тебе какую-то веру.

— Я их вообще не помню, — ответила Лина, и в её голосе прозвучала горечь, как будто она сама не верила в свои слова.

— Точно, точно, ты же из сирот, — подтвердил он, и в его тоне слышалась насмешка.

— Лидия говорила, что раньше люди верили во что-то, что называли богом, и когда пришли первые маги, они считали, что это ангелы спустились со звёзд, чтобы спасти нас. А когда эти ангелы стали нас истреблять, многие говорили, что это кара господа за то, что люди жили не так, как он хотел, — произнесла она, сама не зная, зачем говорит это ему. Она посмотрела на мага и увидела, что он прикончил уже полсигареты, его лицо было освещено тусклым светом, и в этом свете он выглядел ещё более зловеще.

— А как ты сама считаешь? — усмехался маг, его глаза сверкали.

— Одна женщина сказала, что помимо бога был ещё и дьявол, а у него было целое царство демонов, что копили в себе гнев тысячелетиями. И я вот думаю, что ты именно такое существо, — произнесла она, чувствуя, как её слова, словно острые стрелы, пронзают тишину.

Маг на её слова расхохотался, и его смех, как гром, отражался от стен, заполняя комнату зловещей энергией.

— Это так забавно! А ты знаешь, кто такой дьявол на самом деле? — спросил он, его голос звучал как шёпот ветра в ночи.

— Я не понимаю, — ответила Лина, её сердце забилось быстрее.

— Ничего, я тебе объясню, — произнёс Дорион, его голос стал низким и мелодичным. — У бога, про которого вы говорили, был сын. Он был ангел, прекрасный и сильный, как светлая звезда, сверкающая на небосводе. Но однажды он решил потягаться со своим отцом, решил, что знает, как будет лучше. В его сердце зажглось желание, и он, подобно гордой птице, взмыл ввысь, не ведая, что это приведёт к его падению.

— И стал неугодным своему отцу, — продолжал он, его голос наполнился горечью. — Тогда его отец, всеведущий и всемогущий, напомнил ему, что он бог и только он знает, как лучше. И изгнал его со звёзд, как осуждённого, сбросил с небес в бездну. И тот ангел, некогда сиявший, стал вашим дьяволом, затмённым тьмой и гневом.

Лина почувствовала, как в её груди закололо. Она смотрела на Дориона, и в его глазах, полных тени, она увидела отражение чего-то более глубокого, чем просто история о боге и дьяволе.

— Но я считаю, что ваш бог,  испугался, — продолжал он, и в его голосе прозвучала печаль, как будто он сам переживал эту трагедию. — Ведь люди созданы по образу бога, и в этом есть своя ирония. Люди всегда боятся всего, чего не могут понять, и спешат это уничтожить, как будто в этом кроется их спасение.

Дорион вздохнул, и в этом вздохе звучала тоска, словно он сам был изгнанным ангелом, потерянным в мире, полном страха и непонимания. Лина ощутила, как его слова проникают в её душу, вызывая в ней бурю эмоций. Она не могла понять, что именно он пытался донести, но в его рассказе было что-то такое, что заставляло её сердце биться быстрее. Это была не просто история — это была драма, разыгрывающаяся на фоне вечной борьбы света и тьмы, любви и ненависти, надежды и отчаяния. 

Но из мыслей Лины вырвал звук сигареты, которую маг потушил в бокале.

— Ну вот и всё, я докурил, — произнёс он, и его слова прозвучали как приговор. В эту же секунду она услышала вибрирующий звук, исходивший из кармана его пиджака. Он достал телефон, и неразборчивый голос доносился из маленькой коробочки. Судя по выражению его лица, магу явно не нравилось то, что он услышал. Он бросил телефон небрежно на стол, и Лина поняла, что он не узнал то, чего хотел, потому что иначе она бы уже была мертва.

— Можешь закурить ещё одну, раз первая дала сбой, и ты не узнал, чего хотел, — не удержалась от язвительности девушка.

— Ты расскажешь мне всё, — прорычал маг, его голос звучал как грозовой раскат.

— Нет, пока не получу гарантии, что я и Рики, когда мы его найдём, будем живы, — ответила она, стараясь сохранить уверенность, хотя внутри всё сжималось от страха.

Маг засмеялся, и в этом смехе звучала злоба.

— Думаешь, я стану играть по твоим правилам, дорогуша? — его лицо исказила злобная усмешка, а глаза загорелись ещё более ярким синим огнём. — Приведите её сюда, живо! — закричал он, и Лина от его слов подпрыгнула.

Уже через минуту дверь открылась, и в неё вошла Рови. Её маленькие кудряшки спутались в полный хаос, а на щеках блестела засохшая кровь.

— Лина! — воскликнула она, сдавленно, и из её глаз потекли слёзы, когда она посмотрела на Дориона. — Прости, Лина, я не смогла... не смогла, я не справилась... не сделала последний глоток... — девушка упала к ногам Лины, которая в ступоре продолжала сидеть за столом. Она знала, что произойдёт дальше: Рови станут пытать прямо на её глазах, пока она не расколется, а потом убьют их обеих. Лина опустила взгляд на девушку.

— Всё хорошо, Рови, ты ни в чём не виновата, — дрожащим голосом произнесла Лина, и её взгляд встретился с Дорионом, который явно был счастлив от происходящего.

— Ну что, мне ещё поиграть с твоей подружкой, или, может, всё-таки поболтаем? — с улыбкой произнёс маг, и в его голосе звучала угроза.

— Ты же нас в любом случае убьёшь, — произнесла Лина, пока Рови сидела, изливаясь в рыданиях у её ног.

— Кто знает, — протянул весело маг. — Подружку я твою, может, и пощажу. Она посговорчивее тебя.

Это был тот самый момент, когда мир Лины сжался в одну точку, момент неизбежного, когда есть только дно — верное и в то же время совершенно неверное решение, которое сделает её уже совершенно другим человеком. Руки вперёд, мысли уже нащупали пистолет.

— Я не здесь, это не я, — говорила про себя Лина, и пистолет резким движением был вынут из кобуры. Она направила его между огромных, испуганных глаз Рови. Хлопок, и тело девушки раскинулось на белом мраморном полу, алая лужа крови очерчивала свой неровный контур, словно художник, рисующий картину страха и отчаяния.

В этот момент Лина поняла, что сделала выбор, который изменит её навсегда. Она не могла поверить, что это она, но в её сердце разгорелось пламя, и она знала, что теперь нет пути назад.

Дорион стоял в растерянности, явно не ожидая подобного исхода. Его уверенность пошатнулась, и Лина ещё на секунду задержала взгляд на алом пятне, растягивающемся по белому полу, прежде чем перевести его на Дориона.

— Ты сидишь с умным видом, словно знаешь всё на свете, — произнесла она, её голос звучал твёрдо и уверенно. — Собрал на меня папку и решил, что понял, кто я такая. Но ты не прожил мою жизнь, и поэтому не мог знать. Если выбор будет между кем-то и Рики, я выберу его.

Она сделала паузу, позволяя своим словам отразиться в его глазах, и продолжила:

— А ещё бы ты знал, что пойманные наёмники уже так или иначе покойники. Я — живой мертвец перед тобой, которому незачем больше возвращаться домой. И поэтому ни пытки, ни страх смерти не дадут тебе того, чего ты хочешь, Дорион. Только гарантии. Как ты мне докажешь, что я могу тебе доверять? Вот о чём ты должен думать прямо сейчас.

В её голосе звучала до этого неведомая сталь, и она смотрела в глаза демону, который изменил её навсегда. В этот момент Лина поняла, что больше не боится ничего. Она была готова сразиться с ним, даже если это означало, что ей придётся столкнуться с самой тьмой.

Дорион, казалось, был поражён её смелостью. Его уверенность начала трещать по швам, и в его глазах мелькнуло что-то, что Лина не могла распознать — возможно, уважение или даже страх. Она знала, что сделала шаг в неизвестность, но в этом шаге была сила, которую он не мог игнорировать.

— Ты действительно думаешь, что можешь так просто уйти от меня? — произнёс он, но в его голосе уже не было прежней уверенности.

— Я не собираюсь уходить, — ответила она, и в её голосе звучала решимость. — Я собираюсь бороться. И если ты хочешь получить от меня что-то, тебе придётся научить меня тому что у меня выходит очень плохо а именно доверию . Ты должен убедить меня демон 

В этот момент между ними возникло напряжение, как будто воздух вокруг них стал электрическим. Лина знала, что это её шанс, и она не собиралась его упускать

Маг усмехнулся, но уже без злобы, скорее горько и отчаянно, и пошёл в сторону двери, перешагнув через тело наёмницы, что попалась.

— Пойдём, я, пожалуй, знаю, как тебя убедить, — произнёс он, и она последовала за ним в коридор, затем в лифт на этаж ниже. Они зашли в одну из комнат, что выглядела как кабинет, богато обставленный, и роскошь была буквально в каждой частичке этого места. Маг сел за стол и достал из него свиток, развернув его с лёгким шорохом.

— Присаживайся, — указал он на место напротив своего стола. Девушка послушалась, её сердце колотилось от волнения. — Этот свиток не простой. Всё, что на нём напишешь, станет нерушимым договором для двух заключивших этот договор сторон. Тебе повезло, у меня их всего два осталось. Я напишу на нём условия нашей сделки. Если кто-то из нас нарушит их, то умрёт.

— Как мне тебе верить? — усмехнулась Лина, её голос звучал с вызовом. — Я же не разбираюсь в ваших чудо-штучках. Обманешь меня — и всё, не стану я ничего на нём писать. — Она скрестила руки на груди и отвернулась от мага, показывая, что не приклонна. Дорион лишь тяжело вздохнул и нажал на одну из кнопок на столе. В комнату вошёл мужчина, один из охраны, подумала девушка.

— Генри, — обратился он к мужчине. — Ты хотел отпуск, как я помню? — проговорил добродушно маг, на что мужчина весело закивал. Тогда маг взял со стола ручку. — Дорион отпустит Генри в отпуск, но в ответ Генри должен сказать Дориону, куда пропали два фолианта из моего личного хранилища, что я потерял. — Маг проговаривал вслух всё, что писал, а мужчина явно занервничал.

— Подпиши, Гари! — властно произнёс Дорион.

— Господин, я... — начал было мужчина, но властный голос остановил его.

— Подпиши! Живо! — Генри заторопившись взял ручку из рук мага и расписался на свитке. После этого так же расписался и Дорион, и свиток, лежавший на столе, на мгновение засветился золотом, но в следующую секунду потух.

— Так что, Генри, куда делись фолианты из моего хранилища? Мы же оба знаем, что было на них, — произнёс Дорион, его голос звучал ровно, но в нём скрывалась угроза. Лина наблюдала за этим представлением, её сердце колотилось, и она не могла понять, что именно он пытался ей доказать.

— Я не знаю, господин, я не имею к этому никакого отношения, — ответил Генри, его голос дрожал, и в его глазах читалась паника.

— Это правда, Генри? — переспросил маг настойчивее, его тон становился всё более угрюмым.

— Да, правда, господин, — произнёс тот, и в его голосе звучала растерянность.

— Хорошо, тогда ты получаешь заслуженный отпуск, Генри, — улыбнулся добродушно маг, и мужчина, казалось, тоже расслабившись, направился к двери. Лина провожала его взглядом, но вдруг Генри резко замер у самой двери и повернулся к ним. Из его глаз и ушей текли алые ручейки, и он, казалось, пытался что-то сказать, но его рот не издавал ни звука.

Мужчина упал на колени, и из его беззвучно кричащего рта полилась кровь, заливая пол. В следующее мгновение он рухнул замертво, и комната наполнилась гнетущей тишиной. Лина перевела взгляд на тяжело вздохнувшего мага, и свиток, что лежал на столе, начал тлеть, как будто сам воздух вокруг них стал тяжелым от напряжения.

Девушка смотрела на свиток, пока он не превратился в кучку пепла, и в её сердце закралась тревога. Она понимала, что это не просто игра, а смертельная схватка, где ставки слишком высоки. В этот момент Лина осознала, что Дорион не просто маг или демон, а существо, способное на всё ради достижения своих целей.

Её мысли метались, и она пыталась понять, что происходит. Она знала, что должна быть осторожной, но в то же время в ней зажглась искра решимости. Она не могла позволить себе быть следующей. Взгляд Дориона, полный холодного расчёта, заставил её почувствовать, что она стоит на краю пропасти, и единственный способ выжить — это научиться доверять, даже если это доверие будет стоить ей жизни.

— Надеюсь, это не очередной магический трюк, — пробубнила девушка, скрестив руки на груди.

— Мне больше нечем это доказать. Свиток остался один, а уборки стало больше, — произнес он, указывая за ее спину где лежало в луже крови тело его бывшего охранника. — Дорогущий ковер, надеюсь, его отстирают. Жалко, винтаж все-таки.

— Да-да, какой ты бедный и как тебе тяжело, — язвила Лина, не скрывая сарказма. — Пиши, что я помогу тебе найти Рики, но ты оставишь нас в живых и обеспечишь нам хорошую, беззаботную жизнь в безопасности.

— Такого условия не было, — запарировался маг, его голос стал более настойчивым.

— Оно появилось, когда мне пришлось застрелить девушку, которую я знала с детства, — парировала Лина, её глаза сверкнули от воспоминаний.

— Что же, ладно, — согласился маг, вздохнув. — Взамен ты мне говоришь все, что знаешь, помогаешь, и помимо самого Рики ты поможешь найти мне и кинжал.

Девушка задумалась, её ум работал на полную мощность.

— Хитро, — произнесла она, — тогда допиши, что до момента, пока мы общими силами не найдем кинжал, ты не убьешь ни меня, ни Рики, если мы найдем его раньше твоей побрякушки.

— Хитро, — повторил за ней маг, его губы изогнулись в едва заметной улыбке. Он протянул ей свиток.

Лина прочитала текст с десяток раз, внимая каждому слову, и только полностью убедившись в его содержании, поставила свою подпись. В ответ маг также поставил свою подпись, и свиток загорелся ярким светом.

С этого момента начнется самое странное и сложное дело в её жизни.

— Так ты говоришь, женщина была хорошо одетой, и что еще? А, да, у нее были духи, — саркастически произнес маг, его голос дрожал от гнева. Он на мгновение замер, а затем, стиснув зубы, добавил: — И ради этого я заключил с тобой чертову сделку! — его крик раздался, как гром в тишине.

Лина, не сдержавшись, встала и ударила по столу так, что предметы на нем задрожали.

— Во-первых, прекрати на меня кричать! — воскликнула она, гневно сверкая глазами. — А во-вторых, если бы ты высунул нос из этого места, то знал бы, что такими вещами, как духи, пользуетесь разве что вы! — выпалила она, тыча в мага пальцем, как будто это могло его поразить.

Маг, словно обдумывая ее слова, достал сигарету. Красный дым закружил по кабинету, создавая атмосферу напряжения.

— Но ты сказала, что та девушка не была магом, — произнес Дарион, его голос стал спокойным, но в нем все еще слышалась нотка недовольства.

— Бинго, Шерлок! — воскликнула Лина, её губы изогнулись в усмешке.

— Шерлок? — недоумевая, переспросил маг, его брови приподнялись.

— Детектив такой. Рики про него книгу читал, — небрежно ответила девушка, не поворачиваясь, а продолжая следить за клубами красного дыма, которые танцевали в воздухе.

— Что же... блондинка с укладкой в костюме, пахнущая духами, но не маг, — рассуждал маг, доставая телефон. Его лицо стало сосредоточенным, когда он набирал номер. На другом конце провода кто-то принял приметы разыскиваемой девушки, и маг, положив трубку, произнес: — Что же, ее уже ищут. Может, что-то да узнают. Парфюм можно купить в нескольких местах города, так что думаю, что-то скоро прояснится. А пока можем просто ждать.

От спокойствия мага Лину передернуло. Она сжала кулаки, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.

— Просто ждать? — недоумевая, спросила она, её голос дрожал от эмоций.

— Да, — спокойно ответил маг, его уверенность лишь подливала масла в огонь.

Девушка, не в силах сдержаться, встала из-за стола, её сердце колотилось в груди.

— Ну, жди, а я пойду искать Рики! — произнесла она, решительно направляясь к двери.

— И где же ты собралась его искать? — спросил маг, его голос стал настойчивым.

— Если Лидия в этом замешана, то, возможно, я найду что-то у нее дома, — бросила она через плечо, не останавливаясь.

— Что же, возможно, — задумчиво проговорил маг, вставая из-за стола. Его лицо стало серьезным. — Тогда пойдем.

Девушка усмехнулась, но в её глазах сверкала искра недоверия.

— Ты что, решил пойти со мной? — спросила она, приподняв бровь.

— Конечно, — ответил он, не колеблясь.

— Нет-нет, ты вообще понимаешь, в какой район мы собираемся идти? — её голос стал резким, как лезвие ножа.

— В тот, где ты живешь, я полагаю, — произнес маг, его уверенность не ослабевала.

— Вот именно! Я живу на окраине, и если ты туда заявишься, то всех распугаешь! — её голос дрожал от волнения. — Это как минимум. А может, кто решит тебя и убить. Там же не будет твоих охранных чар!

— Нет, не будет, но, как ты могла заметить, хоть я и не ношу оружие, тоже могу за себя постоять, — произнес он, его глаза сверкали решимостью.

Лина обдумала его слова, и, хотя она знала, что он прав, это лишь подливало масла в огонь её раздражения.

— Ну, ты можешь одеться как-то попроще, чтобы не привлекать внимания, — предложила Лина, потянувшись к краю его костюма. Она ощутила мягкость ткани, и её глаза блеснули от любопытства. — Он, наверное, стоит целое состояние, ткань явно не дешевая.

— Так и есть, — резко одернул руку девушки маг, его голос стал холодным, как лед. — И не надо трогать его грязными руками!

Лина невольно посмотрела на свои руки, которые были слегка запачканы от работы. Она почувствовала, как внутри закипает раздражение, но старалась не показывать этого.

— Пффф, ну и ладно! — бросила она, отстраняясь и скрестив руки на груди. Её губы изогнулись в усмешке, но в глазах читалось недовольство. — Если ты такой важный, то, может, стоит подумать о том, как выглядеть, когда идешь в район, где тебя могут не очень радушно встретить?

Маг, не обращая внимания на её колкости, лишь закатил глаза, но в его взгляде проскользнула искорка уважения к её смелости.

— Я не собираюсь прятаться, — произнес он, его голос стал более уверенным. — Если мы собираемся найти Рики, нам нужно быть готовыми ко всему. А если ты думаешь, что я буду прятаться за твоей спиной, то ты ошибаешься.

Лина почувствовала, как её сердце забилось быстрее. В его словах была сила, и это немного успокаивало её. Но она не собиралась сдаваться.

— Хорошо, — произнесла она, стараясь скрыть свою растерянность. — Но если ты собираешься идти со мной, то хотя бы постарайся не выглядеть так, будто только что вышел с модного показа.

Маг усмехнулся, и в его глазах мелькнула игривость.

— Обещаю, что постараюсь не выглядеть слишком вызывающе, — сказал он, и в его голосе прозвучала легкая насмешка. — Но только если ты пообещаешь не трогать тут больше ничего, — твердо произнес он, и Лина, словно обожженная, одернула руку от золотой статуэтки, которая так и манила её.

Маг нажал кнопку на столе, и через минуту в кабинет вошел мужчина в возрасте. Он был одет в строгий костюм, а его седые волосы были аккуратно уложены, что придавало ему вид человека, который знает, как вести дела.

— Господин, — поклонился он, даже не обратив внимания на тело охранника, все еще лежащее на полу кабинета.

— Мне надо посетить окраины, — произнес маг, задумчиво потирая подбородок. — Принеси подходящую одежду... — он замялся, подбирая слова. — Чтобы она не сильно выделялась. И, если получится, убери тут. Очистишь ковер выпишу премию, — небрежно добавил он, словно это было делом не первой важности.

— Все будет сделано, господин, — ответил мужчина, поклонившись. Он бросил неоднозначный взгляд на Лину, прежде чем скрыться за дверью.

Маг и Лина тоже покинули кабинет и поднялись на лифте в ту комнату, где она часами ранее приставила пистолет к голове мага. Но в ней произошло не только это, и потому девушка замялась на пороге, чувствуя, как сердце колотится в груди.

Лина собралась с силами, перешагнула порог и прошла в центр комнаты, где кухонный стол напоминал о недавних событиях. Здесь, в этом месте, она в последний раз встретила взгляд Рови. Теперь же пол был белоснежным, и не осталось ни одного намека на то, что здесь произошло. Лина перешагнула черту, которую надеялась никогда не пересекать. Она убила одного из своих, и теперь смотрела на чистый пол, словно это все было лишь иллюзией. Стены казались ей пустыми, как и её собственные мысли.

В висках заболело, а в ушах загудело. Лина трясущимися руками достала пистолет и вытащила обойму, перещелкивая патроны. Один, два, три... Нет, не может быть! Значит, это было на самом деле. Она убила ее. Внутри неё разразилась буря эмоций: страх, гнев, горечь. Она не могла поверить, что сделала это.

Собравшись с мыслями, Лина глубоко вздохнула, пытаясь подавить нарастающее чувство паники. Ей нужно было действовать, и сейчас, когда она стояла на грани, ей не оставалось ничего другого, как двигаться вперед.

В дверь постучали.

— Открой, — донесся властный голос Дариона из ванной комнаты.

Лина подошла и открыла дверь. За ней стоял уже знакомый седовласый мужчина, который протянул ей стопку вещей. Девушка приняла их, и мужчина, не сказав ни слова, направился к лифту.

— Тут тебе вещи принесли! — крикнула Лина в сторону двери, за которой шумела вода. Шум стих, и через мгновение дверь открылась. В проеме стоял Дарион, обернутый в одно белое полотенце, повязанное на поясе. По его груди стекали капли воды, как и по темным волосам, прилипшим к лбу.

Лина замерла, её глаза расширились от удивления. Она видела мужской торс не раз — Рики не любил тренироваться в футболке и тоже был хорошо сложен и подтянут. Но маг, стоящий перед ней, смог её удивить. Всё в нём было как-то идеально: каждый рельеф мышц, каждый кубик пресса — всё это выглядело так, словно было вырезано из камня выдающимся скульптором.

— Ты мне вещи отдашь или ещё посмотришь? — холодно произнес маг, его голос был как лед.

— Да-да, держи! — Лина буквально пихнула в него стопку вещей и, смущенная, отошла к кухонной стойке. Но неожиданно маг пошел за ней, и не в сторону стойки, а к кровати. Лина задумалась, почему у него нет отдельной кухни и спальни, или даже маг не может позволить себе подобное. Дарион положил вещи на кровать, а Лина, не в силах отвести взгляд, рассматривала его широкую спину. Ради приличия, может, стоило отвернуться, но что-то в ней просто отказывалось это делать.

Когда маг скинул полотенце, Лина невольно отвернулась.

— Эй, ты что, в ванной не мог переодеться? — воскликнула она, стараясь скрыть смущение.

— Там влажно, и это моя квартира. Переодеваюсь где хочу, — отчеканил он, и в его голосе звучала уверенность, которая лишь подливала масла в огонь её смущения.

Лина решила не поворачиваться и уставилась на кухонные шкафчики, стараясь уйти мыслями куда-то подальше из этой комнаты. Но в голове только и всплывал образ голого мага. "Черт", подумала она, тряхнув головой, как будто это могло помочь избавиться от навязчивых мыслей.

Она глубоко вздохнула, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом, но её сердце всё еще колотилось от волнения. 

— Я готов, — раздалось за спиной, и Лина обернулась. Вид мага казался ей непривычным: он стоял в черном балахоне и джинсах, на ногах были простые кеды, а волосы, все еще влажные, слегка неряшливо свисали, несколько прядей упало на лоб. Если бы не его ярко-синие глаза, возможно, она бы и не подумала, что перед ней маг.

— Твои глаза, — тихо произнесла она, — они выдают.

На её слова маг молча достал из большого кармана балахона черные квадратные очки и надел их.

— Так лучше, — одобряюще кивнула Лина, чувствуя, как напряжение немного уходит.

Когда они спустились на лифте и вышли на улицу, к главному входу уже был подогнан видавший жизнь джип.

— Это твоя машина? — недоверчиво спросила Лина, прищурившись.

— Ты же сказала не выделяться, — парировал маг, его голос звучал уверенно.

— Тоже верно, — согласилась она и направилась к водительской двери. Маг сел на переднее пассажирское место.

— Хорошо, что ты умеешь водить, — произнес он, словно больше для себя.

— Я почему-то так и подумала, что господин ни разу не садился за руль, — саркастически ответила она, усмехнувшись.

— Мне это и не нужно, у меня есть личные водители, — произнес маг с легким презрением.

— Дорого, богато, — усмехнулась Лина, выруливая на дорогу. Фон за окном сменялся по ходу движения, и вот уже через полчаса красивые высотки сменились серыми двухэтажками с местами разбитым фасадом, отпечатками минувшей войны. Люди в дорогих костюмах и платьях сменились на потрепанные, выцветшие футболки, протертые брюки и платья с заплатами. Дети иногда бегали в чем мать родила, а некоторые люди сидели, где придется, с протянутыми руками, больше похожие на моргающих с трудом мумий. Лина не обращала внимания на ужасающую картину, она была к этому привычна, но маг с интересом смотрел по сторонам.

— Никогда не бывал тут? — спросила девушка, но это больше звучало как утверждение.

— У меня здесь нет обычно никаких дел, значит, и приезжать сюда нет смысла, — холодно произнес маг.

— Кто бы сомневался, — произнесла сквозь зубы Лина, чувствуя, как её раздражение нарастает.

— Что ж, вам явно не по вкусу последствия проигранной войны, но когда-то давно и мой народ вам проиграл, и поверь, все было в разы хуже, — слегка нервно произнес маг.

— О чем ты? — девушка не слышала, что маги и люди когда-то раньше воевали.

— Давно, в самом начале времен, люди неплохо так с нами соседствовали. Мы жили рука об руку и помогали друг другу.

— Нет, это какой-то бред, — отмахнулась девушка, не веря его словам.

— Вот ты даже не готова слышать о таком, поэтому вы и живете так, — он указал за окно.

— Ладно, извини, продолжай, просто звучит это как-то...

— Нереально, — закончил маг, его голос стал более серьезным.

— Да, — согласилась она, чувствуя, как её интерес начинает пробуждаться.

— Так и есть, это было так давно, что кажется нереальным, — продолжал маг, его голос стал более серьезным. — Люди со временем стали отстраняться от нас. Магия не всегда служит во благо, и среди магов были не самые честные и хорошие наши представители. Когда люди окончательно отделились от нас и зажили отдельно, они увеличивали свою мощь, строили города, изготавливали оружие. Мой же народ жил как и раньше. Мы были изначально детьми природы и такими и остались. Не строили большие дома, не выливали пушки, остались в той же точке, что и были.

Он сделал паузу, и Лина почувствовала, как напряжение в воздухе нарастает.

— В этом и была наша ошибка. Люди, чувствуя от нас угрозу, считали нас словно бомбой, которая неясно когда рванет, и решили избавиться от столь пугающего народа под боком. Почти перебили нас всех. Но одно поселение, куда сбегались сумевшие спастись, уцелело. Когда люди дошли и до него, наши старцы положили свои жизни, чтобы скрыть нас от людей. Это была кровавая магия жертвы. Чтобы выживать, мы раз в пятьдесят лет приносили в жертву своих людей, чтобы и дальше быть скрытыми. И так — тысячелетиями.

Лина слушала его, не веря. В её голове крутились мысли о том, как это могло быть. Она не могла представить, что когда-то маги и люди жили в мире, а теперь всё так изменилось.

— Но когда мы нарастили мощь, мы сняли прятавший наш купол, — продолжал маг, его голос стал полон горечи. — Мы хотели поговорить с вашими главами, прийти к общему миру. Но вот к чему это привело, — он снова указал за окно, и Лина увидела, как серые двухэтажки сменяются заброшенными зданиями, а на улицах царит нищета и безысходность.

— Что ж, не думаю, что маги чем-то отличаются от людей, — твердо произнесла она, глядя в окно. — Не такие вы уж и беззащитные дети природы.

— Ты права, это всё в прошлом, но я и ты совершенно разные, — ответил маг, его голос стал более серьезным.

— Если нас брать по отдельности, то да, но если массой, то нет. Вы обошлись с нами так же, как и мы с вами, что в целом уже не делает вас лучше нас. Да и в целом, я же наемник. Моя работа — убивать заказанных магов и иногда их помощников. И как оказалось, вы заказываете сами себя. Так что... всё как у людей: борьба за власть, жадность и насилие. Вы такие же, — произнесла она, чувствуя, как её слова проникают в его сознание.

Маг, казалось, обдумывал её слова, его взгляд стал задумчивым.

— Возможно, — неуверенно протянул он.

Больше никто не хотел ничего говорить. Дорога продолжалась в тишине, пока каждый был погружен в свои мысли. Вскоре машина подъехала к высокому пятиэтажному общежитию. Она небрежно припарковалась, и Лина вышла из неё.

— Ты оставишь её стоять так? — недоумевая, спросил маг, глядя на машину, поставленную поперек чего-то далекого, напоминающего парковку. Асфальт, что раньше тут был, остался виден лишь кусками.

— Да, поверь мне, в случае чего сесть и вырулить будет быстрее. А других машин здесь никогда нет, так что чужое место мы не заняли, — Лина направилась в сторону лестницы, и маг пошел за ней. Они поднялись на третий этаж.

— Тут бы не помешал лифт, — нервно проговорил маг, нагнувшись в отдышке и облокотившись руками о колени.

Лина расхохоталась, глядя на эту картину.

— А я думала, судя по твоему сложению, что ты более спортивный.

— Не надо было пялиться... — маг глубоко вздохнул, переводя дыхание. — Извращенка.

Девушка на это лишь ухмыльнулась.

— А нечего голым расхаживать! — смеялась она. — Давай, нам нужно на этаж выше.

Она быстро устремилась по лестнице, и маг неохотно последовал за ней. Они поднялись на четвертый этаж.

— Нам сюда, — указала девушка и достала ключи из кармана, отпирая комнату.

— Это комната Лидии? — спросил маг, прищурившись.

— Нет, она дальше. Это моя, надо кое-что прихватить, — девушка зашла в комнату, и маг неуверенно перешагнул порог. Он почувствовал себя слишком громоздким для этой миниатюрной комнаты.

— И ты здесь живешь? — спросил он, осматриваясь.

— Ага, — ответила она, наклонившись и полезла под кровать.

Маг продолжал осматривать комнату, его взгляд скользил по стенам и мебели.

— А где кухня и душ? — спросил он, заметив отсутствие привычных удобств.

— Кухни нет, а душ отдельный в коридоре, — ответила она, наконец доставая большую спортивную черную сумку из-под кровати. Сумка явно была тяжелой, и девушка с усилием накинула её на плечо.

— Пойдем заглянем к Рики, может, найдем какую-то зацепку, — предложила она, направляясь в коридор. Маг последовал за ней и остановились у следующей двери. Девушка открыла её ключом и зашла в комнату, осматриваясь бросая тяжелую сумку на пол.

Маг подметил, что комната была чуть больше и более организованной. В отличие от комнаты Лины, где местами валялись вещи и упаковки от еды, здесь было идеально чисто.

— А он любитель чистоты, — подметил маг, наблюдая за аккуратной обстановкой в комнате.

— Вообще-то нет, — бросила девушка, подходя к кровати друга. — Он прибрался накануне, всё тут вычистил. Думала, хочет подружку привести, — с ноткой горечи произнесла она.

— И часто он кого-то сюда приводил? — спросил маг, поднимая бровь.

— Временами бывало, — тихо произнесла Лина. Ей не нравились такие моменты; в подобные ночи она старалась уйти из дома, чтобы не прислушиваться к тому, что происходит за стеной.

— Так он тебе всё-таки нравится, — весело ухмыльнулся маг.

— Не неси чуши! Мы друзья, мы росли вместе, мы как брат и сестра, — ответила она, но в её голосе слышалась легкая нервозностью.

— Ага, хорошо, — с сарказмом согласился маг, явно не веря её словам. — Нашла что-то? — спросил он, наблюдая, как девушка поднимает матрас.

— Странно... — задумчиво произнесла она.

— Что странного? — поинтересовался маг.

— Рики всегда держал здесь деньги, немного, так, часть на черный день, — объяснила она.

— Но сейчас их нет, — заметил маг, но девушка не ответила и снова залезла под кровать.

— И этого нет, — произнесла она, продолжая искать.

— Что там должно быть? Оружие и... — говорила девушка, с головой залезая под кровать.

— Оружие и... — говорила девушка, с головой залезая под кровать с головой.-И вещи. Так, ничего серьезного: то, что у него осталось от родителей, фотография и часы. Они были тут в мешочке, — добавила она.

Лина вылезла из-под кровати и села на неё, оглядывая комнату, словно была здесь впервые.

— Некоторых книг не хватает, — обратила она внимание на несколько стопок, стоящих на полу. —И некоторых вещей- указала на стопку вещей, сложенных на подоконнике.

Девушка была в замешательстве; казалось, словно Рики собрал вещи и просто уехал.

— Так что ты об этом думаешь? — вкрадчиво спросил маг.

— Пойдем, — она вылетела из комнаты, слегка толкнув мага. Направилась в конец коридора. Ключей от комнаты Лидии у неё не было, поэтому девушка не церемонясь выбила дверной замок с ноги. Двери в общежитии были не столько для защиты от вмешательства, сколько просто для собственного ощущения уединенности.

Комната Лидии не особо отличалась от их с Рики. Кровать, небольшая тумба, маленький шкаф и письменный столик — всё тоже было идеально убрано. Хотя Лидия, как и они, не отличалась любовью к чистоте, эти комнаты больше служили местом, где они отсыпались, чем домом в привычном понимании.

Никаких личных вещей самой Лидии она не нашла: не осталось ни фото, ни её одежды. В отличие от Рики, здесь было забрано почти всё. Лина заглянула под столик; в урне была скомкана пара бумаг. Она достала их и развернула, сидя на полу. На одном из небольших клочков бумаги было написано: «Амалия в шесть у Р.В.». На следующем были какие-то закорючки и зачеркивания. Лина перевернула листок, испачканный шариковой ручкой, к свету. На просвечивающей бумаге она увидела очертания жирно выведенных цифр: 6, 12, 33.

Лидия всегда, когда задумывалась, могла по несколько раз обводить буквы или цифры, или просто в раздумьях разрисовывать листок ветвистыми узорами, напоминающими ветви с листьями.

— Что это всё значит? — спросила Лина, поднимая взгляд на мага, её сердце забилось быстрее от волнения.

Не знаю, но мне кажется, словно они подготовились к своему уезду, — произнес спокойно маг.

— Лидия, как сказал Рики, уехала на задание, но она никогда не брала с собой так много вещей. Это ни к чему, — рассуждала Лина, пытаясь найти логическое объяснение.

— Я же говорил, твоя Лидия не так проста, — заключил маг, его голос звучал уверенно. — Пойдем.

— Да пошли, — с горечью произнесла Лина, чувствуя, как внутри нее нарастает тревога.

Они сели в машину, но девушка не торопилась заводить двигатель. Вместо этого она снова достала бумаги, убранные в карман, и внимательно их изучила.

— Р.В., — произнесла она, — речной вокзал, — неуверенно добавила она, словно сама не верила в свои слова.

— Какой в этом смысл? Если они там и были, то сейчас их там нет, — отрезал маг, его тон был холоден и безжалостен.

— Их? — переспросила девушка, не понимая, о ком идет речь.

— Твой Рики явно с ней заодно, не думала? — произнес он, и в его голосе послышалась насмешка.

— Нет, подожди, его же похитили! — воскликнула Лина, пытаясь защитить своего друга.

— Или он хотел, чтобы ты так думала, — произнес маг, его слова звучали как приговор.

— Нет, он не мог! Он бы взял меня с собой! — Лина почувствовала, как в груди закипает гнев.

— Или они оставили тебя как приманку, — легко произнес Дарион, словно это ничего не значило. Но если для него это и вправду ничего не значило, то для Лины это могло означать крах всего, во что она верила.

Внутри нее разразилась буря эмоций: страх, предательство и неуверенность. Она не знала, что делать дальше, но одно было ясно — ей нужно было выяснить правду, даже если это означало столкнуться с тем, что она не хотела бы знать.