❤️‍Мой темный палач. Печати Бездны - 2

Ада Вельрин

— Ада? Ада! — капризно окликнула меня Лиссандра Морвеналь.

Я ошалело уставилась на дочку герцога. Затем обвела взглядом роскошный бальный зал, полный гостей. На меня косились, но никто не указывал пальцем и не кричал: «Взять безднопоклонницу!»

— Ты странная, — заметила Лисси, и в ее глазах отразилась смесь недоумения и удивления.

— Угу…

Мой взгляд вдруг упал на отца! Живого и здорового!

Как ни в чем не бывало он беседовал с герцогом Морвеналем в соседнем зале, отделенном от остального пространства ажурной перегородкой. Там стояли удобные диваны и кресла, а также столы с закусками и напитками.

— Не может быть, — выдохнула я едва слышно, ощутив резкий приступ дурноты.

— Ада, с тобой все в порядке? — не унималась Лиссандра.

Я мотнула головой и инстинктивно отодвинулась подальше.

Лисси… Отец… Герцог… Гости… 

Что происходит? Я что, схожу с ума?

— Ада, что с тобой?

Ртутная попыталась схватить меня за руку, но я резко отшатнулась, толкнув кого-то позади себя.

— В каком хлеву тебя воспитывали? — прошипела пострадавшая.

Круто обернувшись, я уставилась на платиновых дракониц, похожих, будто сестры. Одной из них я, кажется, отдавила ногу… 

— Простите, — буркнула, не особенно раскаиваясь.

Не обращая внимание на возмущение платиновых и оклики Лисси, я едва ли не бегом направилась к выходу из бального зала. Мне требовалось остаться одной и взять себя в руки. Пошатываясь, я пошла по пустому коридору для слуг к дамской комнате и почти ввалилась внутрь, цепляясь за стены.

Меня стошнило, едва успела запереться и добраться до отхожего места. После, тщательно умывшись ледяной водой, я вцепилась в край светлой мраморной раковины с золотыми прожилками и вытаращилась на собственное отражение.

Из зеркала на меня смотрела бледная и напуганная девушка в белом платье дебютантки, а не в пропыленной походной одежде, в которой я отправилась на ярмарку. Голубые волосы, уложенные мягкими волнами, слегка растрепались. Несколько прядей у лица намокли после умывания. 

Я приблизилась к зеркалу, рассматривая глаза. Зрачки были янтарного цвета, черты лица — такие же, какими были до вмешательства Ульдрахора. 

— Какой еще к Ушедшим Богам Ульдрахор?! Нет, это точно бред! — пробормотала я и нервно усмехнулась.

Неужели от волнения перед помолвкой у меня настолько помутился разум, что все последующие ужасы просто привиделись?

Кто-то рассказывал, что во время обморока можно прожить целую жизнь. Может, и со мной произошло подобное? Вот только я не помню, чтобы падала в обморок.

А, может, это магия?

Неужели, завистницы, которых на любом балу с избытком, рискнули нарушить закон? Неужели наша предстоящая помолвка с Вольфом Драгардом их настолько задела? 

А чему я удивляюсь? У такого, как Вольф, должно быть много поклонниц. Пугающие мужчины привлекают женщин вроде бы…

Стоило вспомнить о Темном Защитнике, и щеки вспыхнули нездоровым румянцем. Сердце зашлось в беге.

Он убил меня!

Убил не разбираясь! Просто увидел и лишил жизни!

Я снова принялась плескать себе в лицо ледяной водой. Затем проделала дыхательное упражнение — то самое, что помогало успокоиться во время медитации. Но и это не подействовало, и тогда я больно ущипнула себя за бедро, напомнив себе, что жива и невредима. 

— Иной кобальт, тверже адаманта! — произнесла привычную мантру, глядя в глаза собственному отражению. — Тверже адаманта! 

Наконец стало немного полегче.

Будем рассуждать логически. В обморок я точно не падала. Это железно. Я бы заметила. Значит, на меня воздействовали магией. Но кто? Для подобных чар нужен тесный контакт. Кто находился со мной достаточно близко в последнее время?

Только Лисси и платиновые. Да и с теми я столкнулась случайно.

Платиновые драконы — те еще снобы, но подлость не их стихия. А вот у ртутных способности пудрить мозги весьма развиты. Могла что-то подобное проделать Лиссандра?

Мое предубеждение к дочке герцога и к нему самому основывалось на том, чего вроде и не было вовсе. Герцог Морвеналь много лет дружил с моим отцом и не раз бывал у нас дома. Он хорошо относился ко мне, справлялся о моих делах. Папа хвастался ему моими достижениями, а герцог рассказывал нам про свою дочку.

Но теперь я не могла глядеть на них спокойно!

Все события, начиная с похищения Когтя Ульдрахора и заканчивая нашей второй встречей с Вольфом Драгардом, во время которой он меня прикончил, казались такими реальными! Я помнила все мельчайшие подробности! В том числе и мучительный ритуал, которому меня подвергли Морвенали.

От этих воспоминаний не получалось просто взять и отмахнуться. Они не стирались из памяти, вынуждая относиться к ним, как к чему-то настоящему.

Ошарашенно осмотрелась, словно заново увидев дамскую комнату. А ведь я здесь никогда не бывала и даже не подозревала о ее существовании. Я первый раз в этом особняке, но ноги принесли меня именно сюда. Я не усомнилась, что найду ее здесь. Более того, я знала, как она выглядит! 

Так же, как знаю, что за дверью находится кладовка, где спрятано старое зеркало, через которое можно перенестись в королевский дворец!

По телу пробежала дрожь. Открытие меня шокировало, и я твердо решила, что проверю, так ли это. Но стоило выйти из дамской комнаты, как меня встретила Лиссандра. 

— Ну наконец-то! — выдохнула она раздраженно. — Идем скорее! Вольф Драгард вот-вот явится, а тебя нет!

— Ничего, подождет. Это ему нужна помолвка, а не мне, — пробурчала я и не выдержала: — Лисси, тебе обязательно за мной везде таскаться?

Проверять, есть ли в кладовке то самое зеркало, при ней было неловко. Да и как я ей это объясню?

— Отец мне приказал, — растерянно ответила ртутная и осеклась. Окинув меня высокомерным взглядом, она огрызнулась: — Ада! Я знала, что ты тихоня и домоседка, но не предполагала, какая ты грубиянка! Правы были те платиновые.

Я хотела ответить резкостью, но сдержалась. Не пристало на пустом месте оскорблять дочь герцога, даже если та мне не слишком-то нравится. Вообще-то, это она оказывает мне честь своим покровительством.

Взяв чувства под контроль, я примирительно коснулась локтя Лиссандры.

— Извини. Я просто волнуюсь, вот и несу всякую ерунду.

— Да уж… — фыркнула ртутная и бросила: — Идем!

Подхватив юбки, она зашагала по коридору. Вздохнув, я направилась следом, размышляя о том, что творится с моей памятью. Это было ненормально, но я не могла найти рациональное объяснение. Нужно рассказать обо всем папе. И как можно скорей!

А еще мне очень хотелось его обнять. Так сильно, что слезы наворачивались.

Тяжелые двери распахнулись перед ртутной, реагируя на ее магию, и по залу пронесся коллективный вздох разочарования, а я испытала дежавю. Гости ждали Защитника, которого на балы и пряником не заманить. Так что его появление стало бы настоящим событием. Ну это тому, что рассказала мне о Вольфе Драгарде.

— Какое лицемерие! — донеслось откуда-то сзади.

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Ну вот, еще кто-то искренне оскорблен моей внешностью. По мнению отдельных гостей, я наглым образом копирую облик адамантовых драконов, чтобы потрафить молодому королю.

В моих воспоминаниях был такой момент, и тогда Лисси меня поддержала, но сейчас обиженно помалкивала.

И ладно! Я ничуть не расстроена. У меня другие планы.

— Мне нужно поговорить с отцом. Не знаешь, где он? — спросила я, отыскивая взглядом графа Вельрина.

Папы не было на прежнем месте, как и герцога Морвеналя, и на душе мгновенно стало тревожно.

— Откуда? Я ведь тебя караулила, а не твоего отца, — ехидно буркнула Лиссандра.

Я вздохнула поглубже и повернулась к ртутной.

— Лисси, мне жаль, что тебе приходится исполнять эту тягостную обязанность — сопровождать меня. Я знаю, мы не подруги и никогда ими не станем. Поверь, я сама справлюсь. Уборную же смогла как-то найти? Может, наши отцы на террасе? Кажется, она вон там? — Я указала на замаскированный портьерами выход.

Так сразу и не догадаешься, что там дверь, но почему-то я знаю об особняке Морвеналей куда больше, чем должна.

— Как ты…

Лисси недоговорила, потому что двери бального зала снова распахнулись и в зал вошли две семейные пары с дочерьми. Я их не знала, и тем не менее сцена, что запечатлелась в моей памяти, повторилась один к одному! Я помнила во что они были одеты и в каком порядке входили. Вот сейчас дородная эльдина передаст своей старшей дочери ридикюль, одновременно повернувшись к младшей. А главы семейств перекинутся парой слов.

Все случилось именно так, как я и представляла, но как я могла увидеть подобную ерунду под чарами?

А что, если это и не чары вовсе, а дар предсказания? Что, если во мне проснулся оракул? Если так, то это даже хуже. Я не желала себе подобного будущего!

— Темный Защитник появится прямо в зале, — высказала внезапную догадку Лиссандра, нарушив ход моих мыслей.

Эту фразу я тоже помнила! Да так отчетливо, будто она прозвучала всего пятью минутами ранее!

Я снова разволновалась до дрожи в поджилках! До потных ладошек!

— Разве это не будет нарушением этикета? — холодея, выдавила из себя ответ.

— Ой, да плевать он хотел на этикет! — Ртутная презрительно усмехнулась, но больше ничего не добавила.

Нового совпадения не случилось. Но это вполне нормально для предсказаний. Они никогда не сбываются точь-в-точь.

Ну что ж… Тогда и мне тоже плевать. И на этикет, и на Лисси с ее папочкой. Я не хочу здесь находиться и точка! Не хочу этой помолвки! Скомканной донельзя, если судить по событиям, что я увидела.

Нужно убедить отца уехать домой.

Оставив Лиссандру, я направилась на террасу, почему-то не сомневаясь, что граф и герцог именно там. Но не успела пройти и десятка шагов, как почувствовала знакомое напряжение Эфира. Гости тут же отпрянули к стенам, освобождая пространство. Замешкавшись, я оказалась одна посреди зала, а через миг напротив меня возник из Эфира Вольф Драгард. Точно такой, каким я его запомнила. Даже еще лучше! Внушительный и пленяющий той самой мужской красотой, о которой столько рассуждала Лиссандра.

Мой темный палач уставился на меня пронзительными зелеными глазами, в которых еще плескались всполохи магии. Я видела его впервые, но ощущала себя так, словно уже успела привыкнуть к мысли, что он станет моим мужем, и даже хотела этого где-то в глубине души.

А еще я чувствовала себя так, будто он убил меня всего лишь несколько минут назад, и все равно не могла им не любоваться…

Черные с багряными прожилками крылья медленно истаяли за его спиной. Погасли магические знаки на доспехах. Успокоился Эфир во взгляде.

— Графиня Ада Вельрин? 

Даже голос полностью совпадал с тем, что я помнила! Но ведь раньше мне не доводилось его слышать... 

— Она самая, — шепнула я обреченно, понимая, чему быть, тому не миновать.

Краем глаза отметила, что все гости почтительно склонились перед Темным Защитником, одна я даже не подумала сделать хоть захудалый реверанс.

Ну вот! Опозорилась, как и в видении. Хотя… Ему же все равно?

В глазах Темного Защитника промелькнул интерес, и я философски вздохнула. Ну не поздоровалась, как положено, и ладно. Он точно меня за это не осудит. Точнее, осудит, но не за это…

— Рад, что не желаете тратить время на расшаркивания, эльдина. Приятно, что у нас обнаружилось что-то общее.

— Не уверена, — пробормотала я. — Что может быть общего у кота и мыши, эльд? Разве что наличие усов?

Дурацкая ассоциация заставила грустно улыбнуться. Вольф Драгард, напротив, чуть нахмурился и стянул правую перчатку. Сжав пальцы в кулак, вольфрамовый обратился к Эфиру, и на его ладони появился кулон.

 — Эльдина Ада Вельрин, я желаю, чтобы вы стали моей невестой. Вы согласны?

Эти слова вызвали во мне неожиданный трепет, и по затылку побежали мурашки. Губы приоткрылись, в ожидании поцелуя. Пожалуй, именно он был самым прекрасным моментом из всего, что со мной случилось.

Стоп! Не случилось! Ничего еще не случилось!

Нет, определенно со мной что-то произошло. Но прямо здесь — на балу. Что-то такое, из-за чего у меня появилась способность предсказывать будущее.

Драгард не стал дожидаться ответа. Обдав будоражащей смесью ароматов парфюма и кожи доспеха, надел кулон мне на шею. Его пальцы обожгли кожу случайным касанием, запустив толпу мурашек вдоль позвоночника и маленькие приятные разряды молний в каждую конечность.

Прикрыв глаза от такой бури совершенно новых ощущений, я не успела рассмотреть украшение. Подарок, которого я так быстро лишилась, приятной тяжестью лег чуть пониже ключиц.

Внутри меня что-то дрогнуло. Накрыв кулон ладонью, я не удержалась и тихо сказала:

— Эльд Драгард, столь дорогие подарки принято дарить лишь тем, кому действительно готовы отдать свое сердце.

— Правда? Почему же вы так решили, эльдина? — Во взгляде вольфрамового дракона вспыхнул огонек интереса.

— Ну… Это же окаменевшая драконья кровь, верно? Смею предположить, что ваша собственная, эльд. В оправе из электрума. Кто же пожертвовал вам чешуйки? Должно быть, этот дракон вам верный друг?

— Так и есть. Этот верный друг — эльд Аргентфлейм. А вы весьма проницательны, эльдина. Но… Как вы смогли все это понять, даже ни разу не взглянув на кулон? — удивился Темный Защитник.

Похоже, я попала в точку!

А ведь надеялась, что окажусь неправа, и мой жених просто посмеется над романтичной натурой невесты.

Стало только страшнее. Совпадения заставляли нервничать и размышлять, что еще окажется реальностью? Смерть отца? Предательство Морвеналя? Проклятый дракон? Печати Бездны?

Так много страшных испытаний, которые грозили кардинально изменить мою жизнь! 

— Так, как вам удалось это понять, эльдина? — надавил на меня Клык Ульдрахора.

Он казался сосредоточенным и мрачным, словно у нас и не помолвка вовсе, а допрос опасной преступницы. Хотя… Именно преступницей он меня и будет считать. Безднопоклонницей, которую полагается уничтожить без раздумий.

Во рту стало кисло, а на сердце — тревожно. Как же мне тебя переубедить, Вольф?

— О! Я же дочь ювелира. Камни и металлы определяю на ощупь! Ошибаюсь крайне редко, — солгала я и глазом не моргнув.

Вот только легкомысленный тон мне совершенно не удался. Получилось, скорее печально. Но, кажется, Драгард не обратил на это внимание. Его взгляд на миг стал отсутствующим, и я поняла — сейчас он уйдет. Если верить моему предсказанию, на королевский дворец в столице напали культисты. Ему срочно нужно возвращаться…

И тут меня посетила совсем уж неожиданная мысль: «Сейчас он исчезнет, а я останусь без поцелуя!»

Ну уж нет!

— Не смейте оставлять меня вот так, эльд Драгард! — тихо, но твердо заявила я.

Щеки полыхнули румянцем, но я упрямо уставилась Вольфу в глаза, стиснув в кулаке кулон, от которого словно разошлась волна эфирной магии.

Темный Защитник пристально посмотрел на меня в ответ, а затем шагнул ближе и поцеловал!

Я предвкушала этот момент и все равно растерялась.

Закрыла глаза. Замерла, растворившись в ощущениях, которые так мечтала испытать. Прикосновение теплых уверенных губ будущего мужа оказалось таким же томительно-сладким, каким я его помнила из видения. И таким же скоротечным…

Но на этот раз Вольф Драгард не исчез сразу. Отстранившись, он пытливо посмотрел мне в глаза.

— Мне пора, эльдина Вельрин. Долг зовет, — сказал он, словно извиняясь.

Я кивнула. А затем, опомнившись, тронула его за рукав и попросила, пытаясь хоть как-то исправить то, что может случиться:

— Не судите меня, не разобравшись, эльд. Пожалуйста!

— Не думаю, что мне есть за что судить вас, Ада.

Он ободряюще улыбнулся и растворился в Эфире.

Только сейчас я разжала кулак, в котором все это время держала каменное сердце. Прикоснулась к губам подрагивающими пальцами. Мне было все равно, что на меня смотрели. Это не важно.

Удалось ли хоть немного исправить грядущее? Или Вольф просто подумал, что мне неловко за выпрошенный поцелуй?

____
Дорогие читатели, решила на день раньше начать выкладку продолжения, чем планировала. Очень нужна ваша поддержка. В последнее время мои книги будто бы не видно совсем. Так что не скупитесь на комментарии и лайки, если история нравится ;)
Всем неравнодушным посылаю лучики добра!
Подписка будет, но как обычно, самые активные комментаторы получат шанс на подарок ;)
История Вольфа и Ады должна закончится в этом томе. Если будет продолжение, то уже по миру с другими героями и сюжетом. Считаю, что у мира Фьюморна большой потенциал  :)
Первые 7 дней проды будут ежедневно, потом постараюсь держать темп через день (поняла, что пока что мне нужно больше времени на всякие оклокнижные танцы с бубном и дополнительные проекты, которые неизбежно возникают в авторском коллективе и без которых существование современного автора практически невозможно).

Приятного чтения!

Смотрите, какие хорошенькие получились! Я прямо в восторге!

— Ушедшие боги, Ада! И после всего ты еще не свалилась в обморок? Вот это самообладание! 

Слова Лиссандры прозвучали как-то едко и почти сразу потонули в гомоне гостей, которые до того, затаив дыхание, наблюдали за мной и Вольфом. К нам уже спешили герцог Морвеналь и мой отец, при виде которого у меня внутри словно сжатая пружина расслабилась. 

Вот он — мой папочка! Живой и здоровый! И я постараюсь сделать все, чтобы так оно и оставалось!

— Ада, доченька, я так переволновался! Чуть в обморок не грохнулся! — папа приобнял меня за плечи, и я едва сдержалась, чтобы не броситься ему на шею.

— Я тоже переволновалась, пап. Мне очень нужно с тобой поговорить! Это важно! — добавила я чуть тише.

Герцог тут же предложил:

— Идемте на террасу! Там нам никто не помешает.

Говорить при Морвеналях у меня не было никакого желания, но герцог уже увлек моего отца за собой, оживленно болтая о моей помолвке. Прервать его и попросить оставить нас с отцом вдвоем я не решилась и уныло поплелась следом. 

Лисси тоже тащилась за нами, откровенно умирая от скуки. Она явно предпочла бы остаться и потанцевать.

Разговор, что состоялся на террасе, повторился почти без изменений. 

— Тавис, я просто не хочу отпускать мою доченьку. Боюсь, что снова останусь один в нашем большом доме... — печалился отец.

Как и в прошлый раз, я крепко его обняла. Даже еще крепче, как и хотела сделать в зале. Отец снова пожаловался на сердце, но теперь я не отреагировала так остро. Возможно, потому, что уже чувствовала — беда случится позже. Или, потому что не могла волноваться еще больше, чем уже волновалась?

— Девочки, не слушайте нытье двух стариков. Идите и развлекайтесь! — попытался избавиться от нас герцог Морвеналь, а ведь я так и не поговорила с отцом!

— Папочка, ты совсем еще не старый! — тут же возразила Лисси.

— Иди! Даже у Ады уже есть жених, а ты все еще копаешься.

— Лисси нравится кое-кто. Кто-то, кому на этом балу нет конкурентов. Другого ей не надо, — вмешалась я.

Морвенали уставились на меня с крайним удивлением. 

— Дочь, ты ничего не хочешь мне рассказать? — насторожился герцог.

Взгляд Лиссандры, брошенный на меня, был нечитаемым.

— Так мне кто-нибудь ответит, кто этот молодой человек? Надеюсь, он достойный претендент?

— О, поверьте, достойнейший из всех! — заверила я его. — Но, мне кажется, вам стоит обсудить это с Лиссандрой без свидетелей. Папа, оставим наших друзей.

Я схватила отца за рукав, пока никто не опомнился, и потянула, заставляя подняться из кресла.

— Ада, да что происходит? — воспротивился было он.

— Папа, пожалуйста! — шепнула я с отчаянием.

Граф Вельрин все-таки сообразил, что я вовсе не шутки шучу, и поднялся.

— Прости, Тавис, отлучусь ненадолго. Вы как раз успеете обсудить с Лиссандрой все важное.

Отец раскланялся с герцогом и наконец последовал за мной.

— Скорее, пап! Ну скорее же! — торопила я отца, утягивая прочь.

Нужно было вывести его из поместья Морвеналей под любым предлогом! Объяснить все без свидетелей. Уверена, он меня поймет! Но едва мы показались в бальном зале, как нас обступили гости, большую часть которых я даже не знала. Они принялись поздравлять с помолвкой и болтать о всякой чепухе. Нет, так и до утра не получится добраться до выхода!

— Простите, мы торопимся! — совершенно невежливо перебила я очередного напыщенного мужчину с бакенбардами и потянула отца в противоположную сторону — в уже знакомый мне коридор для слуг.

— Ада! — заартачился отец, как только мы оказались одни. — Немедленно объясни, что ты задумала?

— Обязательно! Но сначала мы должны отсюда выбраться!

Я снова потянула его за собой, надеясь отыскать другой выход из дома, но отец не шелохнулся. Более того, придержал меня за плечи и поинтересовался:

— Стоп! Объяснись, или я с места больше не сдвинусь!

Он не желал никуда идти, а мне чудилось, что время утекает сквозь пальцы.

— Пап, ну, пожалуйста! Я расскажу тебе все по дороге домой.

— Обязательно расскажешь, но прямо сейчас. Или уже после бала. Я не могу оскорбить герцога внезапным уходом.

— А если от этого зависит твоя жизнь? И моя?

Взгляд отца стал строгим.

— Объяснись немедленно, дочь! — надавил он.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять колотящееся сердце.

— Папа, я не знаю, что это было. Видение? Или меня околдовали? Что-то произошло прямо здесь. Странное. Я видела… События будто повторяются. Не все, но многие! И если так, то совсем скоро с нами должно случиться нечто ужасное! Нам надо сбежать из этого дома, чтобы предотвратить беду!

— Да о чем ты говоришь, Ада?! — вспылил мой обычно сдержанный и ласковый папочка.

— Не знаю! Но я не могу это игнорировать! Столько совпадений, понимаешь? Я как будто бы наперед вижу, что случится в следующий момент, и это пугает!

Я едва сдерживала слезы и заламывала руки, но отец смотрел на меня со все большим неодобрением. Такого выражения на его лице я раньше никогда не видела в свой адрес.

— А меня пугает, что я вырастил лгунью, которая способна разыграть целое представление, лишь бы добиться своего!

Я даже рот открыла от удивления, а потом искренне возмутилась:

— Папа, я не лгу! 

— Тогда я просто обязан вызвать лекаря, чтобы убедиться, что ты в своем уме!

Отец приложил ладонь к моему лбу, и я от нее отмахнулась. Захотелось топнуть ногой от бессилия, будто в детстве. Никогда не думала, что мой папа такой упрямец!

— Я не знаю, в своем ли я уме! Как раз в этом я и сомневаюсь, но я видела, как ты умер! А потом и я!

Я обняла отца. Вцепилась в его камзол, орошая белоснежную праздничную рубашку потоком слез, который больше не могла сдерживать.

— Ада, доченька, ну ты чего? — Граф Вельрин растерянно погладил меня по спине. — Похоже, вся эта помолвка оказалась для тебя куда большим потрясением, чем я мог предположить. Идем. Я уложу тебя и позову лекаря. Он даст тебе успокоительные капли.

Меня, будто молнией прошибло, даже слезы разом высохли.

— Пап, не надо никакого лекаря! Надо отсюда уезжать, как же ты не понимаешь? Тавис Морвеналь — безднопоклонник! Он планирует похитить Коготь Ульдрахора и призвать проклятого дракона с моей помощью! А тебя он просто убьет, чтобы не мешал! Я не знаю, что из этого действительно сбудется, а что нет, но мне очень страшно! Поэтому мы должны покинуть этот дом немедленно. Пожалуйста! Умоляю тебя!

— Где здесь уборная? — Отец завертелся осматриваясь.

— Вон там, — указала я, полагая, что он, как и я, в шоке.

Граф Вельрин довольно грубо схватил меня за руку и, затащив в дамскую комнату, саморучно принялся умывать холодной водой.

— Прекрати! Папа, перестань! Ты что творишь?

Но отец лишь плотнее стиснул губы, играя желваками, а затем прижал пальцы к вискам, словно у него начиналась мигрень.

— Нет, это ты прекрати! — рявкнул он неожиданно. — Перестань нести чушь! Я ни на миг не поверю, что у тебя помутнение. Помолвка состоялась, но ты продолжаешь вести себя, как капризная маленькая девочка, которой я все время потакал. Пора бы вспомнить о долге, Ада! Скоро ты станешь женой Вольфа Драгарда! Это большая честь, и ты должна вести себя как подобает. С высоко поднятой головой встречать любые невзгоды. Помни, иной кобальт — тверже адаманта.

— Я помню!

— Тогда идем. Примешь успокоительное, немного отдохнешь, приведешь себя в порядок и будешь блистать до конца бала, хочешь ты того, или нет. Точка!

Авторитет Морвеналя был настолько силен, что мой добрый и понимающий отец попросту не желал меня услышать! Он превратился в иллюстрацию к любимой поговорке про адамант и кобальт и не сдавался. А я не представляла, как убедить его, что это не женские капризы и уловки, а предвидение.

 Мы вернулись в гостевые покои, которые нам выделили в этом доме.

— Сообщите, пожалуйста, герцогу, что мы здесь, — попросил папа вышколенного слугу, который тотчас удалился. — Будет некрасиво, если Тавис решит, что мы уехали не попрощавшись, — примирительно сказал он мне.

— Почему тебя всегда так заботит его мнение? — спросила я со злостью. — Почему ты шагу не можешь без герцога Морвеналя ступить? Тавис то, Тавис се! Всегда держишь в уме, что он подумает, что скажет! Поверь, твой герцог — гнилье, а не образец для подражания!

— Ада, не смей так отзываться о моем друге! Никогда! — выкрикнул в сердцах отец. — Видят Ушедшие Боги, впервые в жизни мне хочется залепить тебе пощечину!

Он смотрел на меня с таким разочарованием, что сердце тоскливо сдавило. Не видела в жизни, чтобы папа так сердился. И было горько, что сердится он из-за меня! 

На меня!

— Почему ты так ему предан? — не удержалась я от вопроса.

— Благодаря ему у меня есть ты! — выкрикнул отец, вдруг потеряв контроль, и тут же испугался.

— Что? — переспросила я. — Что ты сказал?

— Ничего. Я просто так... Тавис помог и поддержал меня в самые сложные времена. Ты родилась… Твоя мама погибла…

— Он предан мне, потому что благодарен за то, что я не позволил ему свести счеты со своей никчемной жизнью, когда во время родов умерла Гвендолин. Дал взамен тебя и смысл оставаться на этом свете, — раздался от двери голос герцога Морвеналя.

В комнату вошел он и еще несколько человек или драконов, лица которых были скрыты под масками. Происходило нечто из ряда вон выходящее, и на этот раз мои видения молчали. Я не знала, что случится дальше!

— Тавис, что происходит? — На лице отца отразилась растерянность.

Похоже, жесткие слова из уст того, кому он так безгранично доверял, окончательно выбили его из колеи.

— Пришло время платить по счетам, мой дорогой друг, — издевательски ответил герцог Морвеналь и приказал: — Уведите его!

— Тавис, что ты задумал?

Папа был в таком шоке, что даже не сопротивлялся, покорно топая к двери за своими конвоирами, разве что не сводил с герцога испуганного взгляда. Видимо, не мог поверить, что тот способен принести горе нашей семье.

— А я тебе говорила! — выкрикнула я в отчаянии.

— Девочка, ты опрометчиво назвала меня безднопоклонником. Не стоило бросаться такими обвинениями в моем доме, — сказал Тавис Морвеналь, одновременно швырнув в меня магическими путами.

Чары сковали конечности, не давая пошевелиться. Я попыталась вырваться, но лишь потеряла равновесие и упала. Меня подхватил один из приспешников герцога и не особенно вежливо швырнул на кровать. Как я ни старалась освободиться от пут, не получалось! Да и куда мне? Я ведь еще даже не инициировалась как драконица.

Отца увели, и мы остались с герцогом вдвоем. Он наклонился ко мне, и цепочка огнем обожгла кожу на шее, когда он сорвал подаренный Вольфом кулон. 

— Это тебе больше не понадобится! — пояснил Морвеналь, разглядывая сердце на просвет, а затем сунул его себе в карман.

Я снова лишилась подарка жениха...

— Зачем? Что вы собираетесь делать?

— Кулон послужит отличной приманкой для наглого мальчишки и позволит мне выиграть время, — не стал скрывать герцог своих планов.

— Плевать на кулон! Я о нас спрашивала! Я и папа — зачем мы вам понадобились? 

Задавая этот вопрос, в душе я уже знала ответ…

Герцог ласково улыбнулся, вот только его взгляд остался холодным.

— У меня есть для тебя задание, Ада. Выполнишь, и твой отец будет жить. Обещаю.

Мой отец, но не я! Губы внезапно пересохли. Облизнув их, я поинтересовалась, уже зная наперед, что потребует от меня Морвеналь.

— А если я откажусь?

— Граф Вельрин будет умирать долго и мучительно под пытками. И пытать его станет твой жених, а потом убьет. Ты прослывешь дочкой безднопоклонника. Жить с таким клеймом будет ой как несладко! Тебе не позавидуешь.

— Вам никто не поверит! Мой папа ничего плохого в жизни не сделал!

— Наивное дитя!

Герцог снисходительно усмехнулся, и я поняла — поверят!

Морвеналь все предусмотрел. Наверняка заранее подготовил какой-то компромат. Папа мог сделать для лучшего друга все что угодно, полагая, что оказывает тому невинную услугу.

— Почему вы так с нами поступаете? Вы же считали моего отца другом!

— Другом?! — Морвеналь удивленно вскинул брови, а затем рассмеялся противным сухим смехом. — Девочка, у меня нет друзей. Лишь инструменты. Так ты окажешь мне услугу, или стоит поискать кого-нибудь еще?

Я усмехнулась в ответ и заявила с горечью:

— Вы ведь хотите заполучить Коготь Ульдрахора именно сегодня, верно? Вы так тщательно готовились к этому моменту всю мою жизнь, герцог, и совершили столько преступлений! А значит, заменить меня не получится.

С лица герцога сползло снисходительное выражение.

— Откуда ты… — он осекся, так и недоговорив, и отмахнулся: — Впрочем, потом расскажешь. Я и так потратил уйму времени, чтобы понять, куда вы двое подевались. Лиссандра! — позвал он свою дочь.

Слева от кровати в, казалось бы, сплошной стене открылась потайная дверца, о которой я даже не подозревала. Из нее появилась Лисси.

— Сейчас я тебя освобожу, но чтобы без глупостей, поняла? — сказал мне герцог. — Идешь с Лиссандрой, берешь Коготь и возвращаешься. А если вздумаешь меня дурить, пеняй на себя!

Морвеналь вынул из кармана собачий ошейник и надел мне на шею. В кожу тут же словно впились сотни тончайших коротких иголок, и сердце сковало могильным холодом. Одновременно спали магические путы.

— Ч-что это? — спросила я, ощущая легкую панику и головокружение.

— Гарант того, что ты сделаешь все как положено. Лиссандра, объясни, что от нее требуется, и приступайте. — Нетерпеливо махнув рукой, герцог отошел к окну и выглянул наружу.

Я села на кровати, ощупывая кожаную полоску с металлическими клепками. Ошейник сидел плотно, словно приклеенный. Я не смогла подсунуть под него даже палец! И нащупать застежку не получилось, будто ее не было вовсе!

Зато я отчетливо чувствовала каждую тонкую иглу внутри тела, и от этого становилось дурно…

— Снимите! Снимите с меня эту дрянь! — прошептала я, ощущая, как сознание норовит меня покинуть.

— Похожие артефакты носят некоторые безднопоклонники, — пояснила Лисси. — Ты ведь слышала, что никого из них не удается допросить? А знаешь почему?

— Почему? — спросила я холодея.

— На них знаки Терниалы или Веноксис. Их тела разлагаются мгновенно от тлена или яда. Наверное, это очень больно… — задумчиво добавила она.

— Помни, у тебя лишь один шанс помочь отцу, — соврал герцог.

Я не верила, что после всего, он оставит в живых хоть кого-то из нас. Вот только для призыва Ульдрахора я нужна ему живой. Значит, этот мерзкий ошейник — просто блеф? Но проверять, так ли это, мне не хотелось. Вдруг у Морвеналя и правда есть другие кандидаты для ритуала, а я нужна только чтобы добыть артефакт из хранилища и принести его сюда?

В моем видении герцог прекрасно справлялся с Когтем проклятого дракона, но по какой-то причине он и Лисси не могли забрать его без моей помощи. Вот только сейчас все шло совсем не так. Мое предвидение не помогло, а попытка спастись лишь все испортила…

Но, может, еще не все потеряно?

— Хорошо, — выдавила я нехотя. — Что я должна делать?

Лиссандра поманила меня за собой к той самой потайной дверце, за которой обнаружилась еще одна пустая комната. Здесь не было ничего, кроме старого зеркала, треснутого ровно по центру. Снова треснутого! Нервно хмыкнув, я поинтересовалась:

— А без трещины портал не откроется?

Лиссандра удивленно на меня посмотрела, затем обернулась и крикнула:

— Папа, она знает о портале!

— Тебе известно подозрительно много, девочка. Мне это не нравится, — хмуро заявил герцог, заглянув в дверной проем. А затем поторопил: — Лиссандра, времени осталось мало!

Лисси послушно принялась читать длиннющее заклинание, которое я точно уже слышала. Чувство было такое, что мое прошлое разбили на осколки и сложили заново, как мозаику. Что-то поменялось радикально, но отдельные элементы остались прежними, и это пугало.

Официально заявляю, знать свое будущее заранее — страшно!

Слушая ртутную, я то и дело касалась ошейника и морщилась от неприятных ощущений и думала: а если он все-таки настоящий, то отравляет или вызывает разложение?

Поверхность зеркала пошла концентрическими кругами, которые искажались, словно спотыкаясь о трещину. В такие моменты мое тело немело то там, то здесь, словно из ошейника поступал маленькими порциями яд. Но вот круги остановились, и в зеркале заплескалась перламутровая пелена. Лиссандра быстро сунула в нее голову, и выглядело это, мягко говоря, странно.

— Коготь слева. Поторопись! — приказала она, вынырнув обратно.

— Разве ты со мной не пойдешь?

Я надеялась как-то задержать ее в хранилище до появления Вольфа Драгарда. Даже если я не смогу ничего рассказать, Лисси не сможет ему объяснить, что она там делает, и как мы там с ней вдвоем оказались.

— Нет, конечно! — ответила она, а затем поторопила: — Быстрее, Ада! Если не успеешь забрать Коготь, пеняй на себя!

Было у меня желание нарочно промедлить, но побоялась сделать хуже. Бросив на Лиссандру ненавидящий взгляд, я шагнула сквозь раму и оказалась в знакомой уже комнате, набитой артефактами.

Здесь все было точно так, как я и запомнила. Беспорядок. Коготь Ульдрахора на постаменте, похожем на тонкую длинную иглу. И даже приметные стулья в дальнем углу от зеркала. А в коридоре уже вовсю звенело оружие, слышалась ругань и отрывистые команды. Бой шел совсем рядом! 

Я замешкалась, не зная, как лучше поступить. Может, стоило позвать на помощь? Но что, если сработает ошейник, как и обещал Морвеналь, и я погибну ужасной смертью раньше, чем что-либо успею сделать для собственного спасения? Я переводила взгляд с Когтя на дверь, ожидая, что вот-вот ворвется Вольф Драгард. 

Интересно, если я буду молчать, ошейник не сработает? А если скажу, что не могу отвечать ни на какие вопросы, иначе умру, Вольф поймет? Я не представляла принцип работы артефакта и не понимала, что он посчитает тем самым флагом, после которого процесс будет не повернуть вспять.

В дверь ударили, да так сильно, что вздрогнули стены! От неожиданности я взвизгнула и схватила Коготь. Он поддался без проблем и оказался легким, как я и запомнила. Больше я ничего сделать не успела. Новый удар сотряс здание, и дверь хранилища превратилась в пыль. 

Вопреки моим ожиданиям, на пороге возник не Вольф Драгард, а какой-то незнакомый маг лет сорока. Его даже можно было бы назвать симпатичным, если бы не печать безумия и злобы, искажающая облик. А еще какая-то странная, видимая глазом фиолетовая аура, из-за которой его фигура как будто бы слегка смазывалась в пространстве.

Маг уставился на меня, а затем вскинул руки, и время словно замедлилось! Шипя и сверкая фиолетовыми молниями, в меня полетел черный сгусток атакующего заклинания. Его развеял черный меч. Выбив из моих рук Коготь Ульдрахора, он вонзился прямо мне в грудь!

Ноги моментально перестали держать и, падая, я отчетливо увидела алые магические знаки на клинке. Они тут же помутнели и расплылись в сплошные пятна, а мне показалось, что по телу во все стороны от меча растекается жидкое пламя. Одновременно сковало холодом конечности — я не могла шевельнуть ни рукой, ни ногой…

— Ада? Ада, нет! — Надо мной склонился Вольф Драгард.

— С-спаси… — только и смогла прошептать я.

Горячая соленая жидкость наполнила рот, а расстроенное лицо моего жениха превратилось в светлое размытое пятно, которое быстро затянуло темной пеленой. 

Кап!

И круги разбежались в стороны, пропав в серой туманной дымке.

Кап… Кап… Кап…

Я открыла глаза и медленно повернулась вокруг своей оси. Куда ни посмотри, все одно и то же…

Под ногами твердый пол, по которому расходились концентрические круги от невидимых капель, а вокруг — серое безграничное ничто…

Боясь посмотреть на грудь, осторожно прикоснулась к месту, где должна была зиять ужасная рана, нанесенная моим палачом… Но ее не было! Зато на мне было надето все то же белое платье.

Ошейник!

Я торопливо коснулась шеи, обнаружив, что и мерзкий артефакт канул в небытие. Отчего-то на душе стало радостно. В том числе и оттого что меня убил не Морвеналь. Хотя, наверное, странно радоваться при таком-то исходе?

Когда Ульдрахор появился напротив, я даже не удивилась. Вместо этого почему-то сразу пожаловалась:

— Он убил меня снова!

— На этот раз все так, — ответил проклятый дракон, стоявший ко мне спиной.

Как всегда, великолепный в дорогом синем одеянии. Длинные черные волосы уложены в сложную прическу. Он неторопливо повернулся, словно красуясь, и посмотрел на меня чуть насмешливо.

— Я уже запуталась, где реальность, а где вымысел! — выкрикнула я, не в силах сдерживать эмоции.

— Это все реальность, Ада. Твоя реальность от первой до последней минуты. Все, что случилось — случилось на самом деле. Оба раза. Ушедшие Боги дали нам второй шанс. 

— Второй шанс? — Я подошла к Ульдрахору ближе. — Мне?

— И мне. И даже твоему Драгарду. Всему миру, но большинство этого не осознает. И именно ты ключ к новой реальности.

— Я?! Выходит, теперь все зависит только от меня?

— Верно. И две попытки уже провалены.

— Какие еще попытки, в Бездну?! — вспылила я.

— Бездарно потраченные, — криво усмехнувшись, ответил проклятый дракон. — И интуиция мне подсказывает, что милость богов не безгранична. Каждая следующая попытка может оказаться последней. Не подведи.

Груз ответственности после его слов двойной тяжестью надавил на мои плечи.

— Только этого мне не хватало! — Я немного помолчала, осмысливая услышанное, а потом спросила: — А ты-то тут при чем?

— Мы связаны, и именно наша связь стала причиной такого внимания Ушедших Богов, а значит? 

Ульдрахор вопросительно посмотрел на меня, словно учитель, ожидающий ответа от ученицы.

— Значит, это то, что нельзя пытаться изменить? — догадалась я. 

— Полагаю, что так. Но не думаю, что тебе стоит проверять, так это или нет. 

Мне стало неуютно. Хотя куда еще неуютнее, когда такая серость вокруг и неопределенность?

Ульдрахор молчал. Он мог и соврать, а мог и сказать правду. Но и проверять это, рискуя потерять все окончательно, было бы очень глупо.

— Значит, будет еще одна попытка? — уточнила я.

— Да. Иначе вряд ли мы с тобой сейчас разговаривали бы.

— Ясно…

— Тогда иди и действуй осмотрительно. Не руби сплеча. Меняй судьбу маленькими шажочками, Ада. Ты должна выжить, а я — вернуться в Бытие. Иначе Эфир, Бытие и Бездна перемешаются, и Фьюморн исчезнет навсегда...

Говоря эти слова, Ульдрахор больше не смеялся. Он был предельно серьезен, но его голос звучал все тише и тише, а фигура стремительно отдалялась, хотя он не делал ни шага. Словно в плохом сне его просто уносило прочь. Или это меня уносило от него?

— И как же мне это сделать? — спросила я и очнулась.