❤️‍Властитель моей души

— Что? — неверяще шептала я, ощущая, как холодный пот стекает по моей обнажённой спине, а сердце бьётся как сумасшедшее. Я ведь почти!..

— Тебя купили, моя дорогая, — мадам Шадон светилась счастьем, словно начищенная золотая монетка на солнце в жаркий полдень. - Очень важный господин! Покупатель, конечно, ни разу не был твоим клиентом, но благодаря славе, что ты приобрела… 

— Вы же знаете, что я заработала достаточно, чтобы выкупить саму себя! — не удержалась и начала перечить, внутренне сжимаясь. 

Все девушки, обитающие в этом филиале Ада на земле, знали, что если ты попала в кабинет мадам, такой красивый и богато обставленный, скорее всего, оттуда выйдешь уже не той, кто была. Мадам не терпела грубости. Она умела словесно воспитывать собственных работниц, унижая и оскорбляя. Могла применить силу, а особо строптивых девушек, коими многие являлись поначалу, после вызова к ней лично, не видели несколько дней. Когда те возвращались, они были столь послушным, что от страха волосы на голове вставали. Но я была в шаге от собственной долгожданной свободы! Я просто не могу быть проданной после тех унижений и всего, что я пережила!.. 

— Он заплатил в три раза больше, моя нежноголосая, — хмыкнула женщина. Видимо, огромное богатство, приплывшее ей в руки, так затмило разум мадам, что она пропустила мою вспышку эмоций мимо ушей. - Что мне до твоих денег? Ты стоишь гораздо больше даже того, что принесла мне за этот год. 

Сердце ухнуло в пятки от первобытного ужаса. Меня купил какой-то мужик, которого я в глаза не видела, приобрел, как жрицу любви из самого престижного борделя столицы! Я ведь умудрилась ни разу… ни с кем из своих клиентов я не спала! 

— А вот и он! — встрепенулась мадам Шадон, выглядывая в окно. - Какая карета! Мне нужно было запросить четверную цену… Что же. Ты хорошо на меня работала, — лёгким шагом женщина добралась до меня и, взяв за подбородок, чуть подвигала мою голову, рассматривая лицо. Я же сдержала позыв тошноты оттого, что хозяйка борделя прикасается ко мне. Красивая снаружи и чудовище внутри. - Такая прелестница. Я, конечно, лишилась отличного источника дохода. Но господин очень настаивал именно на тебе, так что не порочь честь собственного дома, милая. Тебя надо прихорошить. Девочки!

На зов хозяйки борделя в кабинет впорхнули младшие служанки и, взяв меня под руки, потянули к выходу, что-то щебеча. 

— Чтобы подготовили товар по высшему классу! — строго отчеканила мадам Шадон, и я увидела её лицо, озарённое счастливой улыбкой, уже сквозь пелену подступающих слёз. 

«Это конец, — билась в моей голове отчаянная мысль, — я никогда не выберусь на волю».

— Тебе так повезло, — шепнула одна из малышек-служанок. Юная девушка была продана собственным отчимом за долги. Если говорить о её судьбе, то ей повезло, что попала она сюда. Клиенты здесь… Поприятнее. Но пока она не вошла в нужный возраст и её девственность не продали, ей приходится прислуживать и привыкать к укладу жизни куртизанкой. Стоит ли винить малышку, что она считает везением получить свободу, пусть даже и в такой извращённой форме? 

— Прекрати, — её напарница, рыженькая девушка чуть старше предыдущей, нахмурилась. - Везением было бы то, что у маэли Эстель получилось бы выкупить саму себя. Неизвестно, кто её приобрёл, может, какой старикан…

— Хватит, — не выдержала я и пересекла болтовню девушек, силясь справиться с собственным ощущением безысходности. - Не пустословьте. 

Служанки сразу же присмирели и послушно замолчали, только рыженькая не перестала хмуриться. Близится возраст продажи её девственности, и она переживает. Познав первого мужчину, она получит, наконец, имя. И станет литьи — младшей куртизанкой. Ей повезёт, если она сразу же найдёт себе покровителя.

Дверь в купальни отворилась, и мы вошли во влажное душное помещение, заполненное паром. Тут и там раздавался визг и смех, но стоило только нам появиться на пороге, как все сразу же замолчали. Со скамьи, на коих восседали отдыхающие, поднялась красивая девушка, но, как и наша мадам, с ужасной душой. 

— А вот и ты, — с превосходством в голове произнесла Дерналь, высокомерно вздёргивая подбородок. - Как твой самовыкуп? 

Вокруг раздались сдавленные смешки. К большому сожалению, невинные юные девы быстро забывали о прошлой жизни в череде клиентов и телесных удовольствий, а потому через несколько лет считали существование здесь куда лучшей участью, чем бедность или несчастливый навязанный брак. Дерналь была самой желанной… Пока не появилась я. Но разве я виновата в том, что обрела успех, пусть это и не то, чем можно гордиться? Однако же судачили обо мне много и грязно. Не рядом, не вслух. Боялись, ведь кого жаждут больше других — имеет власть. Теперь же все знали о том, почему мадам Шадон так довольна. Ведь я принесла ей столько денег, что сложно представить. Да ещё и тем, что меня купили. Все в этом доме удовольствий знали: я хочу освободиться самостоятельно, и потому их издёвки являлись для них столь упоительными: женщины злорадствовали, что, в конце концов, я не смогла победить ужасную систему общества, а она прогнула меня. Но не сломала. 

Мне нельзя показывать собственного ужаса этим хищницам. Нужно сохранить своё достоинство, хотя бы его остатки, до самого конца. Возможно, метод, которым я спасалась поможет и тому, кто будет моим… властителем? 

— Я принесла своей мадам куда больше, чем все вы вместе взятые, — я профессионально выдавила из себя улыбку, исполненную унижающего оппонентку превосходства. - Хватит зубоскалить, морщины появятся и никто больше серебряного не даст. 

Все гиены разом утихли, и Дерналь опустилась в воду, хмыкнув, хотя бы ради того, чтобы последнее слово было за ней. Я же, подойдя к привычному месту в купальне, жестом указала служанкам меня раздеть, а после погрузилась в тёплую воду, тихонько вздыхая. Уж не знаю, что добавляли в купальни, но мысли разом улетучивались, и в тело и разум приходило неестественное спокойствие, граничащее с пугающим безразличием. Возможно, что-то вроде сильного успокоительного? Легче переносить встречи с клиентами… 

Я прикрыла глаза, игнорируя завистливые взгляды. Не зря я стала маэль всего-то за полгода, или даже меньше? В доме удовольствий совсем теряешь счёт времени как в хорошем, так и в плохом смысле. Меня охотно брали поначалу исключительно за красивое лицо и тело, стройное и изящное, с молочного цвета кожей, на которой не было ни одного шрама. Практически белые волосы, ложащиеся естественными крупными волнами, сияли, будто излучая свет. Глаза необычного янтарного оттенка придавали изюминку внешности, а красивое лицо, пропорциональное и без единого изъяна, лучилось здоровьем. Ещё бы! Ведь выросла я совсем не в этом мире… 

Правда, сий факт меня уже не заботил. Живу-то я теперь здесь. На самом деле, знания прошлом очень пригодились: все мои клиенты, которых я обслужила в покоях этого дома, были довольны. И отнюдь не интимными ласками. 

— Достаточно, — устав находиться в воде под гнётом чужого внимания, я начала вставать. 

Мне тут же помогли и проводили в помывочную, поддерживая, чтобы не поскользнулась. Такое отношение раздражало, но поделать ничего было нельзя: если я по собственной неосторожности упаду и на теле появится синяк или, не приведи Всематерь, ссадина, выпорют служанок, и их дебют в качестве куртизанок отложится на неопределённый срок. Спорный момент: будет ли это для них благом или наказанием?

Мои волосы и тело промыли водой с отварами трав, а после, обтерев мягкими материями, натёрли маслами так обильно, отчего я подумала, что не смогу двигаться, не оставляя следов за собой. Но всё впиталось, а подаренное ванной безразличие позволяло блаженно отрешиться от происходящего сейчас и того, что случится в будущем. Я, словно сомнамбула, двигалась в сторону собственной комнаты по внутренним коридорам, прикрытая полотенцами. Там меня ждал невероятной красоты наряд: мадам Шадон расстаралась для меня напоследок. Платье, выполненное из кружев и шёлка кроваво-красного и чёрного цвета, умело подчёркивало мои достоинства, но не было вызывающим. Волосы оставили просто распущенными, и я, окинув комнату взглядом в последний раз, смиренно позволила надеть на себя кружевную маску, закрывающую всё лицо и блокирующую краткосрочную память: ни одна маэль, которую выкупили, не должна запомнить путь, по которому её везут в новый «дом». Сверху на голову уложили ещё один слой чёрного шёлка, как длинный, опускающийся ниже ягодиц, платок. Теперь никому не станет известно, кто скрыт под этим нарядом. 

— Вы готовы, маэль Эстель, — девчушки, собирающие меня, всхлипнули. - Надеемся, там вам будет лучше, чем здесь. 

— Учитывая, что я одета в цвета траура… — неловко пошутила я, а после покачала головой, решив дать наставление напоследок: — Хоть у меня не получилось покинуть это место самостоятельно: не сдавайтесь. Вы сможете. 

Совсем ещё юные служанки утёрли слёзы и, активировав заклинание на маске, повели меня по внутренним коридорам к специальному выходу. Там выдавали «товар»  покупателю.

«Всематерь, как же мерзко это звучит», — я сдержала подкатившую к горлу тошноту и ощутила, как моё сердцебиение начало ускоряться. Значит, действие воды из купальни прекратилось. Жаль, ведь я рассчитывала на его эффект до самого утра. Надо было посидеть подольше. 

Я не видела того, кто меня купил, лишь слышала несколько мужских голосов. Кто же из них мой хозяин? Или, как принято здесь называть — владыка? Раздался звук хлёстких ударов, и экипаж сорвался с места, а я бездумно смотрела в окно на квартал удовольствий, всё же испытывая некую эйфорию от того факта, что покидаю ненавистное место. Пусть и не совсем тем путём, как бы хотела. Через некоторое время мы уже ехали по практически пустым ночным улицам, а я, сколь бы не старалась, не могла воскресить в памяти, как выглядело то место, что держало меня в заточении целый год. Если таков эффект маски, быть может, мне позволят надевать её перед встречей с владыкой? Тогда я не смогу вспомнить того унижения, что меня будет ожидать каждый раз. Быть использованной, как вещь, чтобы утолить самые низменные потребности… От этих мыслей я еле удержалась, чтобы не очистить желудок от скудного ужина, коим меня накормили в доме удовольствий. 

Потеряв счёт времени за бессмысленным наблюдением того, как моя память утекает, словно песок сквозь пальцы, я не заметила, что мы уже приехали. Лишь когда дверь экипажа распахнулась, а рука лакея мелькнула в проёме, я словно очнулась ото сна и поспешила выйти. Стоило делать всё расторопно, ведь неизвестно, какого характера владыка, купивший меня. Как только я вышла, взгляд упёрся в молодую женщину, оглядывающую мою скрытую от глаз фигуру с пренебрежением. Цыкнув, она бросила слова, словно плевок яда:

— Проститутка — за мной, экипаж свободен.

«Клеймо, теперь навечно отпечатанное на мне», — внутри всё вновь скрутило в узел, но я преодолела собственный ужас и двинулась по подъездной дорожке к достаточно большому особняку. Хотя судя по цене, за которую меня купили, иного дома я и не ожидала. Позади меня двигались двое мужчин, наверняка охрана мадам, чтобы убедиться, что я не сбегу. Да только куда? За простую попытку меня высекут, а могут и вовсе лишить жизни. Свернут шею, как забредшей в чужой огород курице. Мой характер, прежде боевой и полный свободы духа, был погребён под ужасами того, что я видела в этом мире. Здесь, если женщина хочет выжить, она должна быть удобной. 

Маска всё ещё была на мне, а потому я не запоминала, какие коридоры и комнаты мы проходили, и лишь ступив в просторные покои, я поняла, что попала в точку назначения. Невероятное количество свечей, огромная кровать, застеленная тёмным бельём,  и небольшой ковёр в её изножье — моё место в ожидании собственной судьбы. Ведущая меня женщина с какой-то брезгливостью коснулась маски, деактивируя заклинание, и произнесла:

— Сними ткань с головы и верхнюю рубашку. Мне нужны твои запястья. 

Я подчинилась, но в мыслях отчаянно бились вопросы. Зачем мне давать ей оголённые руки? Мне поставят клеймо? Магическое? Или выжгут какие-то руны на коже? Я тяжело переносила боль, а потому боялась её больше всего остального. Однако задать эти вопросы я не имела никакого права, а потому безмолвно подчинялась, сдерживая слёзы. Я не должна показывать перед посторонними свою слабость. 

Ткань красиво упала мне под ноги, и я осталась в длинном красном, отделанном кружевом платье-комбинации на бретелях. В момент, когда мою внешность увидела сопровождающая, её карие глаза сверкнули злобным завистливым огнём, и это оставило меня в догадках. 

— На колени, или не знаешь своего места? — с отвращением скомандовали мне, и я, вздрогнув внутри, сделала так, как сказали. Ковёр в изножье кровати был мягким — хоть какая-то радость за сегодня, и я, опустив голову, положила ладони по сторонам от бёдер замирая. - Поднимай руки. 

Стоило мне только выполнить приказ, как я почувствовала холод на запястьях, и вокруг нежной кожи сомкнулись плотные, тяжёлые браслеты, на мгновение обдавшие меня огнём боли. Я еле сдержала шипение, но вот лёгкий болезненный стон всё же вырвался наружу, когда это произошло. Женщина хмыкнула и с превосходством произнесла:

— Привыкай, будешь носить их до конца жизни. Не знаю, зачем ты понадобилась господину, но обрадую: вряд ли он будет посещать тебя часто. 

«Не понимаю, — подумала я, снова сложив ладони куда требовали правила. - Тогда зачем меня купили?» 

— А чтобы ты не забывала своё место и предназначение, я покажу тебе один маленький фокус, — в поле моего зрения появилась сопровождающая и движением руки вынудила меня поднять голову и посмотреть в её озлобленное лицо. Она что-то сделала с браслетами, и моё тело мгновенно прошибло потом — такая волна жара поднялась внутри. Я с первобытным ужасом ощущала, как он концентрируется внизу живота, а между бёдер быстро становится влажно. Воздуха стало не хватать. - Проститутка должна быть готова для своего владыки в любой момент. Эффект длится несколько часов, либо пока владыка не будет доволен, — женщина мерзко рассмеялась, ощущая собственную власть над моим состоянием. - А так как к тебе господин точно не придёт, ты будешь мучиться, сгорая в собственной похоти, — её лицо исказил некрасивый злобный оскал. - Приятной ночи. 

Через несколько секунд она вышла, а я позволила себе завалиться набок, чтобы свернуться как можно компактнее, и старалась глубоко и размеренно дышать. Но магия была сильнее: я не могла контролировать собственное состояние. Сгорая в ощущении невероятного возбуждения и сдерживаясь, чтобы не заскулить от этой всепоглощающей пытки, я надеялась лишь на то, что потеряю счёт времени, и эффект закончится быстро. 

Через сорок минут или час, как я думала, мне казалось: ничего ужаснее, чем то, что происходит сейчас, уже не будет. В голове стояла красная пелена тумана, я поверхностно дышала, а внутри всё горело, требуя разрядки. Это была невыносимая мука. Легче не становилось: рабские браслеты не позволяли. Но вдруг я сквозь звон в ушах услышала стук двери. Секунда, другая, и в поле моего затуманенного зрения появились мужские начищенные ботинки, а сверху раздался тяжёлый вздох. 

Меня парализовало от ужаса. 

Вопреки всем словам сопровождающей мой владыка, тот, кто купил меня за баснословные деньги, и по чьей вине я сейчас сгораю в агонии, прибыл в спальню.

Следующим, что я почувствовала, был тяжёлый, густой аромат парфюма, окутавший, казалось, всю меня, пробирающийся в голову и лишающий возможности здраво мыслить. Я зажмурила глаза, силясь отрешиться от происходящего, и была готова молиться кому угодно, лишь бы всё это закончилось. Только как это сделать? Перетерпеть? Вариант, которому всё внутри меня противилось, куда привлекательнее казался исход, где я накинусь на купившего меня мужчину, и совершенно неважно, каков он из себя. Лишь бы унять этот жар. 

— Эстель? — голос владыки пробрался в мою голову и меня затрясло. Я отчаянно зажмурилась сильнее. Судя по всему, тот, кто купил меня, был не старше тридцати пяти лет, а низкий и тягучий голос казался столь сексуальным, что против воли в голове вспыхивало желание посмотреть на его обладателя. Но я сопротивлялась. Так отчаянно, что челюсти сводило, так сильно я сжимала зубы. - Посмотри на меня. 

Секунда, и я приподнимаю веки, мутным взглядом пытаясь найти того, кто приказал мне. И, наконец, нахожу. 

Передо мной на корточках сидел мой владыка, на вид ему было слегка за тридцать. На мужественном лице виднелась лёгкая щетина, чёрные, как вороново крыло, средней длины волосы немного зачёсаны назад, открывая тем самым взгляд невероятно глубоких синих глаз, словно цвета летней ночи. Властитель с серьёзностью наблюдал за мной, будто бы пытался выяснить причину моего дискомфорта. Я же могла лишь смотреть на мощную шею и крепкие мускулистые плечи, скрытые тёмно-синей рубашкой, что была расстёгнута на несколько верхних пуговиц. Мой мутный взгляд тут же метнулся к его видневшейся груди, и от рельефа мышц я гулко сглотнула, понимая — ещё немного, и я просто сойду с ума. Слишком сексуальным и привлекательным мне сейчас казался мужчина напротив, распаляя и без того необъятную жажду. Даже мысли не ворочались. 

— Кто активировал твои браслеты, Эстель? — голос, пробиравшийся, казалось, в самую мою душу, достиг той части разума, что ещё сохранялась трезвой. 

Я качнула головой, собираясь с силами, и произнесла, еле разлепив пересохшие губы: 

— Она меня сюда привела. 

«Как же жалко я звучу», — практически плакала я внутри, так и не осознавая, что мои щёки уже давно солёные от переживаемых чувств и унижения. 

Тяжело вздохнув, владыка поднял меня на руки с ковра, и каждое его прикосновение обжигало меня так сильно, что из груди невольно вылетали всхлипы. Шаг, другой, и он садится на кровать, а меня усаживает к себе на колени, требовательно произнося:

— Руки, Эстель, — он раскрыл ладонь, и я, мгновенно повинуясь, вкладываю в неё свои запястья. 

Какой же огромный мужчина! По сравнению со мной, раза в три шире и мощнее, что невольно вызывало страх. Я проследила взглядом, как свободной рукой он что-то сделал с браслетами, проводя по ним особым образом, и мгновенно чудовищное давление магии ушло, вырывая из меня судорожный вздох и стон, полный облегчения. Я всё ещё была возбуждена, но с моего разума спадала пелена, затмевающая все остальные мысли, кроме той, что мне нужна разрядка. Дышать стало легче, и я замерла, позволив себе изнеможённо откинуться на плечо владыки. 

«Нужно прийти в себя как можно быстрее», — думала я, силясь успокоить собственное тело.

Сам же мужчина сидел неподвижно. Он так и держал на своей ладони мои запястья, точнее, это я использовала его руку, как подставку, не в силах пошевелить ни единой частью тела. Владыка терпеливо ожидал, когда я хоть немного приду в себя. Как только наваждение схлынуло, задышала ровнее и спокойнее, запястья отпустили, а сам незнакомец обхватил мой подбородок пальцами и приподнял голову, чтобы я заглянула в его лицо. 

«Он действительно красив», — с некоторой долей удивления подумалось мне. Ведь под действием магии, я могла бы и в чудовище увидеть привлекательного партнёра. Владыка изучал меня столь пристально, что я смутилась и ощутила, как на щёки вновь вернулся румянец, только уже из-за моей собственной реакции. Пробыв чуть больше года в этом мире, я ещё ни разу не видела мужчины столь привлекательной наружности. 

— Этого больше не повторится, Эстель, — мягко произнёс он голосом, словно завораживая меня. - Мелиса не притронется к твоим браслетам. Только я имею право это сделать, ты поняла?

Я постаралась кивнуть, но владыка на секунду нахмурился, словно выпуская возникшее моей реакцией недовольство. Я что-то сделала не так? 

— Когда я задаю тебе вопросы, ты должна отвечать мне голосом, Эстель. Никто, кроме меня, не имеет права прикасаться к твоим браслетам. 

— Да, — тихо произнесла я, понимая, что до конца ещё не владею собственным голосом. Он был хриплым и лишённым той соблазнительной нотки, что всегда естественным образом возникала, когда я говорила. Отвлёкшись на это, я забыла, что должна была ответить чуть иначе, и поторопилась исправиться: — Да, владыка. 

— Очень хорошо, — он удовлетворённо кивнул, но выражение его лица стало чуть более внимательным, рассматривал меня, словно редкую зверушку, и это вызывало дискомфорт. - Если кто-то, кроме меня, попытается прикоснуться к твоим браслетам, ты имеешь право сопротивляться и кричать, чтобы привлечь моё внимание или внимание охраны. 

— Да, владыка, — снова прошептала я, внутри недоумевая. Что значит «охраны»? Меня будут охранять?

«Сильно сомневаюсь, скорее всего, речь идёт о тех, кто охраняет поместье», — сразу же нашла я для себя ответ. 

— Ты красивая женщина, Эстель, и я уверен, что будут те, кто попытается это сделать. Чуть позже мы обсудим границы дозволенного тебе сопротивления, — мужчина отпустил мой подбородок и костяшками пальцев проскользил по лицу вверх, оглаживая щеку и переходя на ухо, а после и шею. Путь его руки остановился на ключицах, и я судорожно вздохнула, ведь тело моё всё ещё не было до конца спокойно. - Мне нравится твоя отзывчивость, но не нравится, что она вызвана чем-то сторонним. 

В комнате воцарилась тишина. Я не знала, как себя вести, а потому с лёгким испугом замерла, стараясь отринуть все мысли о своевольном поведении. Внешне владыка казался мне спокойным человеком, но кто знает, как он себя поведёт, если я сделаю или скажу что-то без его дозволения на это? Девушки из дома удовольствий рассказывали страшные вещи о садистах, которые сначала очаровывают куртизанок сладкими речами, а потом, когда те соглашаются добровольно уйти с ними, забивают до смерти, наслаждаясь их ужасом. Мне оставалось только надеяться, что меня купили не для этой цели. 

— Ты осторожна в своём поведении, — оказавшийся крайне проницательным мужчиной, владыка кивнул своему выводу, и его взгляд чуть смягчился. - Сегодня ты останешься ночевать здесь. Завтра за тобой придут. 

Не дожидаясь моего ответа, мужчина ссадил меня со своих коленей, уложив на постель, и я было напряглась, что сейчас что-то может произойти, но на меня накинули шелковое покрывало и провели по нему руками разглаживая. 

— Спи, — его тон, приказывающий и властный, вынудил меня вмиг смежить веки. 

Через несколько секунд я осталась в комнате одна.

Разумеется, не считая тонны вопросов, которые возникли у меня в голове. 

И главный: почему он не воспользовался мной, ведь я была куплена именно для этой цели?

Сон был поверхностным и беспокойным. Я металась в ощущениях то жара, то холода, мне казалось, что вновь и вновь подвергаюсь этому чудовищному давлению магии от браслетов, но когда  выныривала из забытья, то ощущение мягких простыней под телом немного приводило в чувство. Иногда спросонья казалось, что я всё ещё в доме удовольствий, но тяжесть украшений, ограничивающих мою свободу, отрезвляла. Так и наступило утро, быстро, забрав власть у казавшейся бесконечной, ночи. Как только первые солнечные лучи предприняли попытку пробиться сквозь плотные шторы, я села в постели потягиваясь. Кожа под браслетами саднила, не привыкшая к тому, что на неё воздействуют какими-либо раздражителями. Маэли носили украшения, но всегда недолго и обязательно на ночь, ведь они должны быть идеальны.

Не успела я прийти в себя, как ко мне постучались. Растерявшись, я замерла. Стук повторился, и, решившись, я робко произнесла:

— Да?..

Дверь тут же отворилась, и на её пороге появилась женщина лет сорока, крайне строгой внешности. Смутившись собственного вида, я сильнее потянула на себя покрывало и опустила взгляд вниз. 

— Леди Эстель, я пришла сопроводить вас в ваши комнаты, — спокойный голос чуть успокоил меня. 

«Лучше всё же слушаться и порасторопнее, — решила я, почти мгновенно встав с кровати. Мельком я взглянула на мою сопровождающую и отметила, что одета она с иголочки: опрятное платье тёмно-серого цвета, высокая причёска, добавляющая деловитости. В том, что пришедшая хороший человек, меня уверяла характерная сеточка морщин в наружных уголках глаз. - Много смеётся».

Мы вышли и свернули направо, неспешно шагая по коридору. Теперь, в свете дня, я могу рассмотреть красивый интерьер. Сдержанный и изысканный. Мне нравилось подобное, потому я сразу же решила, что буду радоваться хотя бы этому. Если мне, конечно, дозволено покидать собственную комнату. 

Пришли мы быстро. Однако я, будучи увлечённой разглядыванием всего вокруг, совсем не запомнила пути. Может, это и к лучшему. Хотелось бы вовсе не знать, как попасть в ту комнату, но глупой я не была и понимала: если владыка сдержался вчера, это не означает, что он не будет меня касаться и желать. Воспоминания о мужчине вызвали мурашки по телу. Хозяин неожиданно хорошо обошёлся со мной, но его мотивы… 

— Это ваши апартаменты, леди, — передо мной распахнули дверь в комнату, и я не сдержала удивлённого вздоха. - Прошу, входите. 

Я шагнула вперёд и не могла поверить собственным глазам. Огромная приёмная комната выполнена в пастельных оттенках, фисташковом, небесно-голубом, бежевом… Изящно, аккуратно и с прекрасным вкусом. Два диванчика друг напротив друга и столик между ними, несколько ваз с цветами и окна с видом на сад. 

— Слева ваша спальня и будуар, справа небольшой кабинет для чтения и досуга, — проводила мне экскурсию сопровождающая. - Сейчас придут ваши служанки и помогут вымыться и привести себя в порядок. Чуть позже… 

Говорившую прервали. Дверь за нами вновь распахнулась, и в комнату вошёл мой владыка. Я, как только осознала, кто же явившийся гость, сразу же потупила взгляд в пол и выпрямилась, расслабляя руки. Не знаю, сколь уместно будет сейчас сесть на колени, как полагается, но, возможно…

— Спасибо, Жанин, дальше я всё объясню леди сам. Можете быть свободны и передайте, чтобы нас никто не беспокоил, — властный, тягучий и невероятно притягательный голос достиг моего сознания, и я судорожно выдохнула, понимая смысл сказанных им слов. 

«Не так уж и долго пришлось ждать прихода владыки, — с какой-то горечью подумала я. Мне не хотелось того, что он имеет полное право сделать со мной. - Но всегда можно активировать браслеты…»

Эта мысль и воспоминания о чудовищной магии бросили меня в дрожь. Я не заметила, как мужчина приблизился ко мне, и хотела уже было рухнуть на пол к его ногам, понимая, что теперь мы одни, однако он поймал меня за подбородок пальцами и вынудил взглянуть на него. Я робко подняла взгляд, всеми силами вынуждая себя оставаться расслабленной. О, Всематерь! В дневном свете мой владыка показался мне ещё более привлекательным, чем вчера. Но мне не следовало рассматривать его прямо, потому я сосредоточилась на кончиках его волос около уха и старалась дышать ровнее. 

— Ты замёрзла? 

От неожиданности вопроса я несколько раз недоумённо моргнула, а после поторопилась ответить:

— Нет, владыка.  

— Тогда почему дрожишь? — закономерно последовал вопрос. Я же, не имеющая права быть честной, решила, что лучше промолчать, но внутри мелькнул страх. - Отвечай. 

— Мне… мне страшно, — не смогла соврать я и вновь опустила взгляд, всеми силами стараясь не зажмуриться. Ударит? Накажет?

— Чего ты боишься? Меня? 

Я, всё же сумев совладать с собой, задрожала. Тело и психика не выдерживали нервного напряжения, и я ходила по опасной грани, где самоконтроль решал всё. И теперь я медленно его лишалась. 

— Да, владыка. 

«Если не разозлился на правду, значит, лучше не врать», — сделала вывод я и всё же прикрыла глаза. Вздрогнула, почувствовав, как второй рукой он заправил прядь моих растрепавшихся волос за ухо. Я не ощущала агрессии в свою сторону, а потому решилась не накалять обстановку и взглянула на купившего меня. Красивые глубокие синие глаза сейчас внимательно изучали моё лицо. Против воли я смутилась такого, а бледная кожа сразу же показала весь спектр испытываемых эмоции через окрасившиеся румянцем щёки. Сердце забилось чуть быстрее от волнения. Я совершенно не знала, чего ожидать! 

— Не стоит меня бояться, Эстель, — костяшками пальцев владыка скользнул по моей покрасневшей щеке, и я заметила в его глазах удовлетворение. - Присядем. 

Не говоря больше ни слова, мужчина увлёк меня к диванчикам и усадил рядом с собой на один из них. Я уже было хотела пересесть ему в ноги, как того требовали правила, но он поднял руку, останавливая меня. 

— Сейчас ты можешь вести себя свободнее, Эстель, — я выдохнула от облегчения, услышав эти слова. 

— Спасибо, владыка, — в голосе действительно были нотки благодарности, и я уверена, мой хозяин это заметил. 

— Ты можешь обращаться ко мне «Мастер» или «владыка», когда мы наедине, и я не прошу тебя об ином. При посторонних называй меня господином Рагнаром, или просто Рагнаром, если я попрошу. 

— Хорошо, мастер, — тут же произнесла я, находясь в некотором недоумении. Какие ситуации могут быть, чтобы я смела обратиться к своему владыке по имени?.. 

— В этом доме все будут обращаться к тебе «леди Эстель», — продолжил объяснения он. - Никто не знает, что ты купленная рабыня, кроме меня, Жанин и Мелисы. Для всех остальных ты — моя невеста. 

«Что?..» — ошарашенно подумала я, как только до меня дошёл смысл его слов. Я вскинула на мужчину недоумённый взгляд и увидела, сколь довольным он был от того, что произвёл на меня верный эффект собственным заявлением. 

— Сегодня мы поженимся, Эстель.

— Я не понимаю, — растерянная настолько, что забыла о правилах обращения к владыке, произнесла я, вскидывая на него взгляд, полный испытываемых эмоций: шок, непонимание, страх. 

Я не была глупой. Просто так на своих рабынях для постельных утех не женятся. Здесь есть какой-то умысел, и я бы предпочла его знать, хотя по факту совершенно не имела на это права. Мастер Рагнар не обязан передо мной объясняться, учитывая наше положение, однако…

— Я купил тебя не просто так. Ты нужна мне для того, чтобы стать моей женой. Временно, разумеется, и только для общества, — начал разъяснять мне владыка, и я стала жадно слушать его слова. Почему-то факт, что меня посвящают в суть, немного развеивало чувство полного безволия перед этим притягательным мужчиной. - Наедине мы также будем являться владыкой и его вэйрас.

«Какая сложная игра, — внутренне я напряжённо думала обо всех возможных вариантах. - Такое ощущение, что Рагнар хочет усидеть на двух стульях и использовать меня не только по прямому назначению. Хотя кто ему запретит? Я полностью в его власти».

Эта мысль царапнула меня, и я против воли скривилась, но сразу же изменила выражение лица на нейтральное. Мне не следует доверять ему. Мы не друзья, и его замысел не делает нас партнёрами. Он мой владыка, я его вэйрас, и это не изменить фиктивным браком. Кольцо на пальце ничего не поменяет между нами. 

— Вижу, ты обдумываешь мои слова, это радует, — мастер коснулся пальцами мочки моего уха и чуть сжал её, отчего я слегка вздрогнула. Приятное ощущение скользнуло по шее и исчезло затерявшись. - Отзывчивая. Мне нравится. 

«Как будто его похвала что-то для меня имеет значение», — я была готова вспыхнуть от негодования. Проверяет мои слабые места для физического контакта? Получается, всё же хочет использовать меня для собственной постели? Эта мысль породила комок отвращения в районе желудка, даже несмотря на то, что объективно Рагнар был крайне привлекательным и сексуальным мужчиной. Вся моя жизнь будет хождением по лезвию, и сейчас, выразив непокорность, мне следует сбалансировать и качнуться в другую сторону. 

— Благодарю вас, мастер, — я склонила голову как можно ниже в знак собственного бессилия перед мужчиной. Сейчас я была благодарна тому, что мадам Шадон насильно вдолбила в наши головы этикет вэйрас, говоря: каждую могут выкупить в личное пользование. Я считала, что для меня это самый невозможный вариант, но занятия были обязательными. Теперь я даже благодарна.

— Умна. 

Мне показалось, или в его голосе я услышала нотки восхищения? 

Владыка поднялся на ноги и, увлекая меня за собой, мягко скользнул пальцами по моим плечам, а после — к затылку. Чуть сжал волосы, отслеживая реакцию, которую в этот раз я сумела подавить, и спокойно, но с нотой строгости произнёс:

— Не скрывай от меня эмоции.

«Звучит, как ультиматум», — внутренне покорёжило меня, но я понимала, что за непослушание могут и наказать. Вдруг он один из тех садистов и сейчас для отвлечения внимания играет в доброго? 

— Да, — параллельно кивнула в знак утверждения. 

— В данную встречу, пока мы наедине, ты можешь обращаться ко мне более свободно, Эстель, — дозволил мне Рагнар, и я удивлённо перевела на него взгляд. - Можешь задать вопрос. 

— Почему именно я? — пришёл мне сразу же на ум самый волнующий, правильный. 

— Потому что только ты справишься, — красивые мужские губы изогнулись в лукавой улыбке, и мастер приблизился настолько, что нас от поцелуя отделяли миллиметры. - Ты ведь сама знаешь, почему. 

«О, Всематерь, он в курсе!» — внутри меня всё похолодело. Это было плохо, очень плохо. По всей видимости, паника отразилась у меня в глазах, потому как владыка усмехнулся и отстранился, мягко пробежавшись пальцами по моему затылку, а после подтолкнул вперёд. 

— Тебе следует искупаться перед походом к алтарю, — произнёс он, не отходя ни на шаг от меня. - Раздевайся.

— Что? — невольно вырвалось у меня. Прямо здесь, при нём?

Видимо, мои вопросы очень чётко отразились в глазах, расширившихся от осознания. 

— Раздевайся, — повелевающий тон против воли пробрал меня до самого нутра, и руки невольно потянулись к тонким бретелям, снимая их с плеч. Это магия? Почему я так отреагировала? - Полностью. 

Через пару секунд я уже стояла перед ним обнажённая, сгорая от смущения и стыда. Несмотря на проведённый год в доме удовольствий, ещё ни один мужчина в этом мире не видел меня без одежды. Теперь же… Кожа покрылась мурашками, и я будто ощутила на себе скольжение взгляда Рагнара, словно по мне ведут лёгким пёрышком. Хотелось закрыться, и мои руки уже было поднялись к груди, но это действие оборвал мужской голос. 

— Расслабься и стой спокойно, — властность и непоколебимая уверенность. 

Такому невозможно было не покориться. Голова закружилась, и я молилась Всематери о том, чтобы достойно вынести этот позорный момент. Мой взгляд не отрывался от ковра, и я разглядывала на нём малейшие детали, сосредоточившись на рисунке. Боковым зрением уловила движение слева, и вот уже две руки расплетают мои запутанные волосы, перенося их с груди за спину. Обнажая больше. Погружая в стыд и желание сбежать. Только бежать мне некуда. Лишь покорно принимать всё то, что будут со мной делать. 

«В любом случае не насилует, и уже хорошо, а мог бы», — судорожно повторяла я в голове мысль, цепляясь за неё, как за последнее спасение. 

— Ты невероятно красива, Эстель, — томный шёпот голоса с лёгкой хрипотцой коснулся моего ушка, а волосы пошевелились, потревоженные дыханием владыки. В животе моментально скрутился узел. Сердце забилось быстрее, а бледная кожа щёк окрасилась алым. Почему он так действует на меня?!

— Сейчас ты пойдёшь в ванну и сделаешь всё, что я тебе скажу, поняла меня? 

— Да, мастер, — ни жива ни мертва, вымолвила я.

«О, Всематерь, дай мне сил!»

Шла я в ванну на негнущихся ногах. Сердце ухало в груди, а страх бил по нервам дрожью и желанием сбежать. Как-то интуитивно я поняла, куда двигаться. В спальни, а оттуда — в неприметную дверцу. Купальня была полна пара и горячая вода в огромной, вмонтированной в пол чаше была заполнена пеной и какими-то отварами, если судить по доносившемуся запаху. Я встала у порога как вкопанная, не зная, что предпринять дальше. Приказ был прийти в ванну, и вот я здесь. 

— Садись в воду, — голос моего владыки раздался над макушкой и я, даже не видя, поняла: он стоит настолько близко, что между нами считаные сантиметры. А кожа горела так, словно бы он прикасался ко мне. Или это у меня жар? 

В любом случае, стоило быть послушной и не думать, что произойдёт дальше. Это неизбежно в любом случае, так стоит ли терзаться догадками? На негнущихся ногах я подошла к краю и хотела было уже шагнуть в чашу, но тут мужские руки подхватили меня за талию и словно обожгли. Пальцы стиснули кожу, достаточно, чтобы удержать, и не так сильно, чтобы оставить отметины. По мне прошлась волна дрожи, и я словно ощутила себя ещё более обнажённой, хотя, куда уж сильнее? 

— Осторожнее, ступени слева, — тяжёлый, бархатный голос пророкотал сбоку от меня и я, кивнув, двинулась, куда было сказано. 

«А ведь мог бы позабавиться моей неуклюжестью», — подумалось мне, а после я чуть скривилась от собственных мыслей. Почему я вообще оцениваю его действия. Он взял меня в рабство, купил, словно забавную зверушку, и это уже как минимум делает из него чудовище. Неважно, что женское рабство в мире в порядке вещей. Я никогда этого не приму. 

Когда моих ног наконец коснулась вода, я вздохнула от удовольствия, ведь температура была идеальной, не обжигающей, но покалывающей кожу. Против воли из груди вырывался вздох, когда я целиком оказалась в чаще, скрываясь по самые плечи. Тело сразу же расслабилось, и я, чуть размяв шею, замерла, откинувшись на бортик. Даже на мгновение забыла, где нахожусь, и с кем… 

В этот самый миг мой слух уловил шорох одежды, и я напряглась так, словно бы готовилась бежать спринт. 

«Неужели он будет купаться со мной?!» — билась в голове ужасающая мысль. 

Однако мои догадки не подтвердились. Рагнар сел на пол позади меня. Я хотела обернуться, но тут же последовал жёсткий приказ, не предполагающий неповиновения:

— Оставайся неподвижной, тьянра. 

И замерла, страшась вообще шелохнуться. Вновь расслабиться так и не вышло, и я ожидала, что же предпримет хозяин. Аккуратным движением он собрал мои волосы и вытащил их из воды, предварительно отжав лишнюю влагу. Звякнула склянка. 

«Он мне голову мыть собирается?» — недоумённо подумала я, и прикусила губу, когда мужские руки пробежались по затылку, распределяя мыльный состав. Уж не знаю, на ком он так научился, но ловкие мужские пальцы так порхали над моими волосами, что от блаженства я прикрыла глаза и даже опустилась чуть ниже. Вода коснулась подбородка и я вздрогнула, но никаких замечаний из-за невыполнения указания не последовало, а потому я продолжила плыть по течению. Кажется, мне стоит принять тот факт, что владыка попался мне какой-то… необычный. 

Возня с волосами заняла некоторое время, и мне показалось, что я даже задремала, но мужская ладонь, скользнувшая по моей шее сзади и перешедшая вперёд, на горло, вынудила вздрогнуть и приосаниться. Пальцами Рагнар пощекотал меня под подбородком, как котёнка, и я замерла, боясь даже вдохнуть. 

— Правильно, задержи дыхание.

В следующую секунду на мою голову вылился ушат воды и я, не успев закрыть глаза, ойкнула, так как мыло попало и теперь щипало. 

— Умойся, — тут же последовал приказ.

«Он вообще всё замечает, что ли?» — невольно скользнула мысль и я тут же начала промывать водой лицо. Стало значительно легче.  

— Дальше тебя искупают твои служанки. Обернись. 

Я послушалась и замерла. Мастер стоял в одних тонких штанах, которые сейчас были мокрыми насквозь, а его торс был оголён. Что за тело! Такое не у каждого спортсмена встретишь. Взгляд невольно прошёлся по выделяющимся грудным мышцам, широким плечам, сильным рукам с проступающими венами, скользнул к животу, который манил рельефом и ниже.

«Не возбуждён?» — я была в недоумении. Признаться честно, ожидала увидеть эрекцию, но его пах выглядел вполне спокойно. Да, внушал предполагаемым размером при более тесном контакте, но…

Видимо, что-то такое отразилось в моем взгляде, и владыка засмеялся. Его бархатный с хрипотцой смех меня будто бы заворожил. Синие глаза озорно сверкнули, и мужчина улыбнулся. Сердце дрогнуло. Как же он был красив. Опасно, как смертоносный хищник. 

— Мне нравится твоя реакция, Эстель, — мурлыкнул, склонив голову набок, Рагнар, и я, ощутив прилив стыда и смущения, на секунду потупила взгляд. Даже сказать ничего не могла, хотя можно было. И неизвестно, когда владыка расщедрится на такие условия вновь. 

Мужчина подхватил с пола свою влажную рубашку и, перекинув её через плечо, произнёс:

— Сиди в чаше, пока не придут служанки. 

— Да, Мастер, — не своим голосом произнесла я, желая погрузиться с головой в воду. 

Что и сделала на секунду, когда провокатор наконец вышел. 

«И почему он так ведёт себя со мной?» — не укладывалось в голове. 

Те, кто до борделя уже побывал в рабстве, рассказывали ужасные вещи. Их насиловали, брали, несмотря на желание, били и унижали. Дом удовольствий казался им раем после этого. Всем без исключения. К этому я готовила себя все последние сутки. К побоям, принуждению, но никак не к заботливому купанию, если это можно так назвать, и уж тем более к фиктивному браку! 

— Госпожа Эстель, — двое девушек в форме горничных зашли в ванну и поклонились. - Мы прибыли для помощи вам. 

Кажется, мои размышления на тему собственного положения откладываются на неопределённый срок.
_____________________________________________________________

Прим. автора: тьянра (с диалекта родного языка Рагнара) - звездочка

Девушки оказались на удивление ловкими и справились с моей помывкой куда расторопнее. Маира и Акнира были сёстрами, и казались очень похожими, но не настолько, чтобы принять их за близнецов. Со мной провели все полагающиеся процедуры и усадили в будуаре отдохнуть на мягкий пуф. Пока Акнира занялась расчёсыванием моих волос, Маира куда-то отошла, а я спросить не решилась. Да и не то, чтобы хотела. Голова кружилась от происходящих событий и я впала в какое-то странное состояние наблюдения за всем словно бы со стороны. Мысль, что меня собирают под венец, казалась невероятно странной, и походила на извращённую шутку. 

«А если у него не на жену не встаёт?» — мелькнула в голове донельзя странная догадка и я аккуратно решила выспросить детали у служанки. Та наверняка знала хоть какую-то информацию, если ей, конечно, не запретили что-то мне рассказывать. 

— Акнира… — негромко произнесла, собирая разбежавшиеся после всех процедур мысли. - А господин… Рагнар… он ведь не был раньше женат? 

— Нет, леди Эстель, — деловито ответила мне служанка и, покрутив одну из прядей моих волос, продолжила: — Мы давно ждали этого прекрасного события. 

После её слов я вообще перестала что-либо понимать. 

«А нужно ли мне оно, это понимание?» 

Вернулась Маира с небольшим подносом и на аккуратный столик рядышком со мной поставили чашку чая и блюдечко с несколькими конфетами. В животе жалобно заурчало. Сколько я не ела нормально? Кажется, больше суток? 

Наверное, именно поэтому мне этот чай и сладости показались самыми вкусными на всём белом свете. 

Первым делом было покончено с моей причёской. Волосы хорошо просушили и убрали наверх, оставляя на затылке небольшое количество распущенных прядей. Сделали лёгкий макияж, подчеркнув глаза и румянец на бледной коже. А после пришло время платья. 

О, оно было невероятно красивым! Отделанное камнями чище, чем слеза, жемчугом и золотыми нитями, сидело на мне, словно бы сшитое на заказ. Изящный фасон подчёркивал все достоинства фигуры и по традиции обнажал спину до самой поясницы, будучи впереди закрытым наглухо. Пока что кожу скрывали волосы, но после того, как свадебный ритуал закончится, мой жених перекинет пряди вперёд, показывая тем самым всем чистоту и невинность невесты. 

«Только оно вовсе не чисто», — с сарказмом усмехнулась я мысленно. Хоть я и не принимала клиентов в доме удовольствий традиционным способом, девственницей не была. В конце концов, мне двадцать семь лет. Но я ни о чём не жалею. Ведь это было до того, как я попала в этот мир. 

В волосы мне вплели тиару, инкрустированную теми же камнями, что и платье и последним штрихом надели туфельки.

— Вы прекрасны, как сама Всематерь, леди Эстель, — в один голос произнесли мои служанки, искренне в это веря. Знали бы они, почему я действительно выхожу замуж за своего властителя. Но не знала и я сама. - И эти браслеты, подаренные господином, вам так идут! 

Сердце тут же наполнила горечь. Я старалась абстрагироваться от их наличия на своём теле, но получалось плохо. Тяжёлые, неудобные. Вызывающие зуд и боль кожи под ними. Но, кажется, они со мной до скончания всех моих дней. 

— Маира, Акнира, вы можете идти, — вдруг раздался женский голос, и в комнату вошла Жанин, которую я увидела в отражении зеркала. 

Девушки сделали книксен и поспешно скрылись, а пришедшая поравнялась со мной и строго оглядела с ног до головы. - Хорошо выглядите, леди Эстель. 

«Видимо, она занимает не последнее место в доме, раз может так со мной общаться, — размышляла я. - И она знает, кто я на самом деле». 

— Благодарю вас, Жанин, — вежливо ответила, попытавшись искренне улыбнуться. Вышло не очень. 

Но взгляд строгой женщины чуть смягчился, и она, развернув меня к себе за плечи, требовательно вытянула ладонь перед собой. 

— Запястья. 

Так легко и просто. Сколько ещё людей в этом поместье имеют право ей приказывать? Принимая во внимание, что по факту я здесь вэйрас. Но и об этом знают несколько человек. А подчиняться той противной девушке, которая активировала мои браслеты в первый день, я не намерена. К слову об этом… 

— Владыка сказал, что никто не должен прикасаться к моим браслетам, — очень кстати вспомнила я и не спешила выполнить ранее прозвучавшее требование. 

— Отличная память, — Жанин сдержанно улыбнулась, хотя глаза её веселья не выражали. А после раскрыла ладонь второй руки, на которой лежало тонкое неприметное колечко. - Надень. В нём заклинание сокрытия, твои браслеты не будут видны окружающим. 

«Конечно, ведь тогда они поймут, кто я на самом деле», — в груди разлилось неприятное предчувствие. Но приказ я безропотно выполнила, не без удивления понаблюдав, как браслеты стали невидимы. Их тяжесть я по-прежнему ощущала. Значит, обманывается исключительно зрение. 

— Поторопимся, господин уже ждёт, — отчеканила мне Жанин, и я направилась вслед за ней на выход из будуара. 

К горлу подкатывала тошнота. Я ожидала, что владыка встретит меня внизу, но мне сообщили, что он уже в храме. Когда повозка, в которой меня с всеми традициями везли, остановилась на храмовой площади, я ощущала, как перед глазами плывёт. 

«Ты сильная, и ты справишься», — повторяла я сама себе, когда я вышла на устланную лепестками цветов дорожку и двинулась к раскрытым дверям. Каждый шаг давался так трудно, словно я шла по осколкам стекла. А в голове один вопрос: что будет со мной дальше?

Как только я зашла в залу, со всех сторон грянула чистая, светлая музыка, которую исполняла группа храмовых послушников. Гимн Всеотцу и Всематери, их союзу и божественной сути. Первое благословение на заключающийся брак, которое принимают молодожёны. 

«Как прозаично это в свете наших обстоятельств», — я бы криво усмехнулась, да только люди, невесть откуда взявшиеся на лавках, во все глаза разглядывали прибывшую невесту. Мне надлежало держать лицо, выражающее кротость, смирение и почтение. Про безграничную любовь к своему будущему супругу и заикаться было нечего. С этой задачей бы справиться. 

Каждый мой шаг бы отражался эхом стука каблучков, но из-за музыки его слышала только я. Он казался мне звуком заколачиваемого гроба, а падающие на меня сверху лепестки цветов — будто земля, что скрывает моё последнее пристанище. Но несмотря на обстоятельства и полный хаос в мыслях и чувствах, я выглядела достойно, шла легко и даже умудрилась профессионально выдавить из себя лёгкую улыбку. На подходе к постаменту подняла взгляд от пола и, наконец, увидела владыку, что ожидал меня около священника. 

Сердце безудержно заволновалось с тройной силой, стоило лишь увидеть красивое мужественное лицо. Глаза, словно синяя ночная бездна, светились удовлетворением, когда он смотрел на меня. Я видела похвалу и одобрение. Скорее всего, ему понравился мой наряд и поведение. Но эта небольшая деталь, как поддержка, отчего-то взбодрила меня. Я поднялась по ступеням и замерла напротив жениха, пока лишь смотря ему в глаза. Храмовник начал свою часть ритуала, но я пропускала его слова мимо ушей. Тонула во взгляде глаз, будто заколдованная, не в силах думать ни о чём, кроме стоя́щего напротив владыки. 

— Согласен, — донёсся до меня как сквозь вату его голос, и я сморгнула, скидывая часть наваждения. В голову пришло немного трезвости, а пелена спала, хоть и не полностью. 

Пока я приходила в себя, храмовник уже произнёс свои слова, относящиеся ко мне, и я, подобно владыке, ответила, не вникая в суть услышанного:

— Согласна! 

Получилось даже жарче, чем я того хотела. Со стороны гостей послышались беззлобные смешки и замечания о нетерпеливости невесты, и я смутилась, ощущая, как заползает на щёки стыдливый румянец. Но в глазах мастера, напротив, не увидела ни намёка на подобное, лишь спокойствие и непоколебимая уверенность в том, что всё происходит правильно и контролируется. Это немного меня успокоило. 

— Возьмитесь за руки, — произнёс жрец, и мы послушно выполнили требование. 

Сухое тепло ладоней Рагнара вытеснило из моей души последнее смятение. То ли магия, царившая в храме во время бракосочетания, так на меня действовала, то ли я окончательно смирилась с тем, что другого пути у меня не будет… Я никогда не была слишком амбициозной девушкой, жила честно и стремилась больше быть другом, а не врагом. Умела приспосабливаться. Возможно, поэтому бордель лишь прогнул меня, а не сломал, как десяток остальных?..

Дальнейший ритуал предполагал обмен кровью через порезы, но так как наш брак, по сути, является фиктивным, я не ждала подобного, однако всё произошло слишком быстро. Ритуальный нож полоснул меня по подушечке большого пальца, и мы переплели остальные, соприкасаясь ранами. Боль должна была отрезвить, но я ощутила, как комната перед глазами начала плыть: слишком многое я переживала за короткий срок. 

— Дыши, Эстель, — одними губами произнёс владыка, и я, уловив движение взглядом, сфокусировалась на них. Очерченные, мужественные, твёрдые. Наверняка горячие в поцелуях…

«Магия божеств! — наконец поняла я полностью своё состояние. - Всематерь, почему мы женимся по всем правилам?! Так не должно быть!»

Словно прочитав мои мысли, Рагнар улыбнулся, так лукаво, что в груди скрутился узел. Ловушка захлопнулась в тот момент, когда храмовник произнёс финальные слова:

— Благословением Всеотца ваш брак целен, благословением Всематери ваш брак плодовит. Теперь вы одно и ничего не может отделить вас друг от друга.

Зал взорвался аплодисментами. Шагнув вперёд, мастер впился в мои губы поцелуем, не разрывая контакта рук, и я, сметённая нахлынувшими чувствами, пошатнулась. Меня вовремя подхватили за талию, не дав упасть. А зал всё не уменьшал оваций. Прекратили они, лишь когда мы с уже мужем направились вон из храма, осыпаемые новой партией лепестков. 

— Ты отлично справилась, Эстель, — мурлыкнул мне на ухо мужчина, когда мы сели в экипаж, предназначенный для молодожёнов. 

— Спасибо, владыка, — ответила ему я, но он неожиданно покачал головой, проверяя, удобно ли я устроилась. 

— Сегодня до конца вечера зови меня просто Рагнаром. Ведь для всех вокруг мы муж и жена. 

— Но разве мы не едем домой… Рагнар? — я произнесла его имя так, словно попробовала на вкус, перекатила по языку. Внутри что-то колыхнулось приятным ощущением. Красиво звучит. 

— Вовсе нет, мы едем в королевские залы. 

— Что?.. — я с неверящим выражением лица вскинула на супруга взгляд обомлев.

— Думаю, самое время представиться, тьянра, — мужчина склонил голову на мгновение, словно кивая в момент знакомства. - Рагнар Корремьяр. Глава тайной канцелярии Его Величества. 

Стоило мне только осознать сказанные слова, как перед глазами всё поплыло. Кажется, моё положение ещё хуже, чем я думала до этого.

— Дыши, Эстель, — сквозь звон в ушах донеслись до меня слова, и я помотала головой, чтобы хотя бы попытаться согнать наваждение. Получилось хоть и из рук вон плохо, а всё же… 

— Простите, — не своим голосом прохрипела я, пытаясь выровняться. 

— Понимаю твоё недоумение и шок, — крепкие руки приобняли меня за плечи и помогли с тем, чтобы принять вертикальное положение. Как оказалось, владыка сел напротив меня на одно колено и теперь уверенно заглядывал в глаза, считывая состояние нерадивой жёнушки. - Но ты, как моя жена, должна знать обо мне как минимум базовые вещи. Впереди нас ожидает бал в честь свадьбы, и было бы очень странно увидеть такую реакцию уже там. 

«Стратег. Во что я ввязалась? — думала лихорадочно, пытаясь собрать собственный разум по кусочкам и заставить работать. - Меня втягивают в политические интриги, раз фиктивная жена понадобилась главе тайной канцелярии. Но чем именно я могу быть так полезна? Да, я дурила голову всем в борделе целый год, но это было не нечто особенное. Во мне нет никаких талантов!» 

— Пока не мучай себя догадками, — убедившись, что я в порядке и вполне способна себя контролировать, Рагнар вернулся на своё место и покровительственно осматривал мой наряд и меня саму. - Уже завтра все будут говорить о нас. Но официально я представлю тебя обществу только после медового месяца. 

— А он будет? — не подумав, ляпнула, тут же пожалев, потому как увидела полыхнувший огнём синий взгляд. 

«Дура, ты всё ещё вэйрас, а он твой владыка!» — внутренне стеганула я сама себя и чуть сжалась, поторопившись исправиться:

— Простите, мас…

— Всё в порядке, — перебил он меня, и я против воли шумно выдохнула, чувствуя, словно хожу по полю, усеянному смертоносными ловушками. - Любую твою оплошность или вольность в течение сегодняшнего дня я спишу на усталость и шок. Наказания не последует. 

Как камень с плеч. Я будто глотнула свежего воздуха, осознав, что мой контроль над собой, подошедший уже почти к самой грани, не рассыпется в острые осколки, и я могу расслабиться. 

Дальнейшая наша поездка для меня прошла в относительном спокойствии. Было время подумать, понять, как действовать и выстроить план. В государстве что-то происходит, раз главе тайной канцелярии понадобился свой человек там, куда он сам не может дотянуться. В его отделе не работали женщины, что являлось существенным недостатком системы. Аристократки не были приспособлены для подобного, а простолюдины не допускались до государственных служб. Тут-то ему и поможет «жена», которая сможет собирать информацию и передавать её в нужные руки. Всё просто. Но какого рода информация необходима? И чего мне будет стоить её знание? 

Конечно, это пока только моё предположение. Очевидно, какие бы задачи ни дал мне Рагнар, я всё ещё рабыня для утех, не имеющая права отказать. Сразу вспомнилось чудовищное действие браслетов, и я против воли коснулась их, пусть и скрытых сейчас магии. Когда я не была занята тревогой и мыслями, то ощущала, как саднит нежная кожа под унизительными аксессуарами. Мой жест не остался незамеченным. Хмурая складка пролегла между чёрных бровей, и мужчина требовательно спросил:

— Что-то не так? — тон не предполагал молчания, а потому я поспешно и честно ответила:

— От браслетов очень больно.

— Хм, — многозначительно произнёс владыка, меняясь в лице. Я напугалась, что вызвала его недовольство, но он через секунду расслабился, — сними кольцо. 

Поспешно выполнила приказ, а сам Рагнар перебрался на сидение рядом и перехватил запястья, начиная рассматривать браслеты. 

— Мелиса! — вдруг не своим голосом прорычал он, сдерживая ярость. Я вздрогнула и чуть не вырвала запястья из чужого захвата, но вовремя себя одёрнула. 

«Видимо, та женщина, что меня вела, сделала что-то не так», — силясь успокоить сердце, которое колотилось быстрее от испуга, подумала я.

Пальцы владыки сделали какой-то пасс, и магические оковы ослабли, стали свободно болтаться на тонких предплечьях, а я, увидев, что творилось под ними, вздрогнула и еле сдержала подкатившие слёзы. Красная, раздражённая кожа и кровоподтёки полосами выглядели просто чудовищно. Откуда ни возьмись, в руках мастера оказалась компактная баночка. Зачерпнув из неё небольшое количество мази, пахнущей травами, он аккуратно смазал все травмированные участки, а я против воли шипела и вздыхала, без зазрения совести пользуясь разрешением на нарушение дисциплины. Сначала усиление боли, но после — омывающее каждую клеточку облегчение. Когда мужчина закончил, он снова провёл рукой над браслетами, и я испугалась, что всё повторится, но они зафиксировались в миллиметре от тела, а я ощутила касание так, словно бы на кожу лёг мягкий мех. 

— Это магическая подкладка, — пояснил владыка, и я на автомате кивнула. - Не является уязвимым местом, просто предохраняет от таких вот казусов. Надевай кольцо вновь, мы приехали. 

В этот момент экипаж остановился, а я, скрыв свидетельство собственного положения, задумалась. Считает ли он, что я столь глупа, что попробую сбежать, увидев призрачный намёк на свободу? Или он видит меня… безрассудно отчаянной? 

«Что же, вот мы и выясним, какова я на самом деле», — подвела итог, подавая руку и выбираясь наружу, усилием воли сдержав вздох восхищения. 

Мы, наконец, прибыли в королевские залы.

— Господин Рагнар, я ведь не очень сильна в этикете, — с некоторой тревогой в голосе поделилась, стараясь осторожно ступать. Туфельки были великоваты, оттого и становилось неловко в них ходить, но я молчала. Альтернативы всё равно не было, разве что босиком. А такое жене столь важного человека не пристало. - Что мне делать? 

— Выглядеть счастливой, улыбаться и не забивать голову лишними тревогами, — ответил мне мужчина, крепко держа за руку. Даже приятно. Особенно если поддаться флёру момента и забыть о том, кто они друг другу на самом деле. - По большей части общаться будут со мной. Для всех ты обедневшая аристократка из соседней страны. Поэтому погрешности в этикете тебе простительны. За время нашего «медового месяца» ты овладеешь необходимыми знаниями. 

Мне оставалось лишь кивнуть в согласии и принять предложенную версию за истину. Хотя был ли у меня выбор? Но радовало то, что Рагнар не поскупится на всё нужное, чтобы легенда выглядела как можно правдоподобнее. Меня не собираются бросать на съедение волкам без оружия в руках. Хотя моим клинком, по большей части, будет внимательность и умение общаться и вытягивать нужную информацию. То, чем владеют практически в совершенстве каждая из куртизанок. 

«И всё же не понимаю, почему я, — продолжала упорно думать, отрешённо разглядывая красоты вокруг. - Да, находчивее и хитрее многих других, но…»

Закончить мысль мне не дали: новоиспечённая супружеская пара в лице нас, наконец, добралась до входа. Перед нами распахнули двери, и музыка, звучащая в зале, излилась наружу рекой, буквально оглушая. Приглашённые гости начали аплодировать, а мы, как и полагается, прошествовали к чете правителей, дабы поприветствовать. Я не была очень осведомлена о том, кто руководит страной, но один лишь факт, что в ней можно легально брать женщин в рабство, приносил отвращение. Каково же было удивление, когда после поклона и демонстрации моей спины, как знака чистоты, я увидела на троне добродушно выглядящего мужчину лет шестидесяти и королеву, одетую в шелка и искренне довольно улыбающуюся.

— Рагнар, я поздравляю тебя и твою супругу со свершением вашего брака, — произнёс правитель, когда все церемонии были исполнены. - Очень рад, что ты нашёл себе пару по сердцу. Желаю вашему браку длиться до самых чертогов Всеотца. 

— Благодарю вас, Ваше Величество, — мужчина рядом со мной поклонился. Я же по наитию исполнила книксен и судя по тому, как ободряюще сжал мою руку мастер, сделала верно. 

Король довольно рассмеялся и, погладив свою небольшую бородку, дал знак кивком головы. Музыканты вновь начали исполнять волшебные мелодии, а сам правитель объявил: 

— Традиционное право первого танца высокой знати!

По гостям прошёлся взволнованный шёпот, я же, понятия не имея, что это значит, замерла в ожидании. Чета спустилась со своего постамента. К Рагнару подошла королева, король же — ко мне. Видя, что муж увёл женщину в танец, наконец подняла взгляд и приняла молчаливое приглашение от правителя. О, сколь противоречивых эмоций взбурлило во мне, стоило только ощутить чужие руки на собственной талии и ладони! От страха до отвращения. Раскроет меня? Поймёт: не та, за кого себя выдаю? Танцевать обучена я не была и надеялась лишь на то, что мой партнёр прекрасно знает, что делать.

— Рагнару досталась очень красивая жена, — произнёс Его Величество, когда мы вышли на первый круг мелодии. - Жаль, что я не увидел тебя раньше, чем он. Такую прелестницу было бы неплохо выдать замуж и за принца. 

«Это мне на что намекают сейчас?» — терялась в догадках, отмалчиваясь и показательно смущаясь. Всё равно не знала, что сказать. 

— Скромная, кроткая и милая. 

Комплименты ещё некоторое время сыпались как из рога изобилия, я же молилась Всематери, чтобы эта пытка скорее закончилась. И вот, в кульминацию мелодии правящая чета подвела нас с Рагнаром друг к другу, и теперь уже я танцевала с ним, облегчённо выдохнув. Руки Его Величества казались мне леденящими саму душу, владыка же прикасался будто калёным железом. Ни то ни другое не приносило комфорта, но небольшая ниточка доверия, уже протянутая между мной и Корремьяром, заставляла делать выбор в пользу его общества, нежели кого-то другого. 

— Что сказал тебе король? — поинтересовался негромко владыка, шепнув на ушко. Я вздрогнула, выныривая из омута мыслей, но тут же послушно ответила: 

— Осыпал комплиментами и упоминал, что такую же жену хотел бы принцу. 

От владыки раздался неопределённый хмык. Возможно ли, что это «право первого танца высокой знати« было неспроста? У меня слишком много вопросов, на которые хотелось получить ответ. Но их мне никто не даст. Стоит ли тогда размышлять обо всём этом, не проще ли смириться и послушно, словно марионетке, следовать за руками хозяина? 

— На последнем аккорде танца я поцелую тебя, Эстель, — прозвучало предупреждение, и я кивнула. 

«Не думаю, что меня возьмутся целовать слишком открыто», — я оставалась достаточно спокойной. 

Когда же музыка стихла, мужская рука властно скользнула по шее, чуть надавливая, а твёрдые губы обрушились на мои в резком поцелуе, да таком напористом, что ноги подкосились. Я невольно упёрлась ладонями в широкую грудь владыки, словно желая оттолкнуть. Горячо, очень горячо! От приоткрытых и обласканных сейчас губ жар стал распространяться ниже, к груди, сжимая лёгкие до невозможности вдохнуть. Через несколько секунд мужчина отстранился, и зал взорвался овациями.

— Чистота и честность невесты проверяются и таким способом, — бархатно шепнул мне мастер, и сердце пропустило удар. - Чем сильнее румянец на щеках, тем лучше. 

«А предупредить можно было?! - прочитал это в моих глазах Рагнар, если бы я смела поднять взор от пола. Ужасные традиции! - Надеюсь, больше таких проверок не будет до конца бала». 

И отчасти я была права. Но забыла одну из самых важных вещей свадебного обряда, которую я осознала, лишь когда спустя пару часов поздравлений и знакомств, нас, наконец, отпустили в поместье. Ведь наш брак хоть и фиктивный, но произведённый по всем заветам Всеотца и Всематери. А это значит, что в эту ночь меня ждала консумация.