Мама, держи меня за капюшон!

Бабушкин совет

– Ба! Он меня бросил! Сказал, что я больше ему не нужна!

Высокая светловолосая девушка взбежала по ступенькам веранды и изо всех сил пнула дверь, тут же взвыв от боли в ушибленном пальце.

– Подумаешь, несчастье какое! – буркнула себе под нос женщина, стоявшая у плиты и помешивающая варенье.

Ее фигура, залитая предзакатным солнцем, повязанные легкой косынкой волосы, фартук в крупный горох и ложка, которой она иногда грозила коту, пытавшемуся добраться до клетки с попугаем, были воплощением домашнего тепла и уюта.

– Ты что, не понимаешь?! Ба, что мне делать теперь?! Как жить?! – девушка плюхнулась в плетеное кресло, стоявшее на веранде, и разревелась.

– Ничего себе вопросы! – женщина, не спуская глаз с варенья, еще раз перемешала его и собрала пенки чистой ложкой. – Нашла Сократа! На!

Она всучила ложку девушке, отломила горбушку от каравая, лежавшего на столе под вышитым белоснежным полотенцем, и усмехнулась.

Вроде и растут дети, а сердце понимать это отказывается. Вот и сейчас перед ней сидела не взрослая внучка, год назад окончившая университет, а девчонка-сорванец, которая любила варенье больше всего на свете.

– Ну? Жить стало чуть веселее?

– Вкусно… – всхлипнула девушка, облизывая ложку.

– Заметь, это лишь один из аргументов в пользу жизни!

– Варенье?

– А почему нет? Вкусная еда, близкие люди, любовь… Достаточно причин, чтобы жить!

– Ба! Ну зачем ты?! – девушка шмыгнула носом и приготовилась снова реветь.

– А что я? – невинно поинтересовалась женщина, помешивая свое варенье.

– Про любовь – зачем?!

– А как без нее?

– Он же говорил, что любит! И куда все делось?

– Детка, вон, в клетке, спит наш попугай. Ты столько времени потратила, чтобы научить его говорить. Получилось?

– Да…

– Осмысленно говорит?

– Нет, конечно! Просто повторяет за нами!

– Может быть, и с твоим парнем такая же история? Как часто ты ему говорила, что любишь?

– Постоянно! – девушка подобрала ноги, сев поудобнее, и смахнула со щек слезы. – Думаешь, не надо было?

– Ну почему же. Надо! Если человек знает, что его любят – у него крылья вырастают.

– Ничего у него не выросло! – насупилась девушка.

– Да мне до него и дела нет! Главное, что ты эти крылья узнала. В следующий раз будешь умнее, терпеливее и поймаешь свое счастье. Оно ведь тоже крылато. И дается не каждому.

– Я не хочу потом!

– Уверена?

– Да! Я точно знаю, чего хочу!

– И чего же?

– Семью, детей…

– С ним? А он этого хочет?

– Нет! Он сказал, что если я залечу, то ребенка не будет…

– Ну вот. Я же говорю, что неладно что-то в вашем королевстве. Принцесса пока ума-разума не набралась. Или мало знает, или мало хочет. Так?

– Может, ты и права… – девушка почесала за ухом кота, который запрыгнул ей на колени, прося ласки.

Женщина отложила в сторонку ложку, которой помешивала варенье, и вытерла руки о передник.

– Иди сюда! – она заставила девушку встать и обняла ее, прижав к себе так крепко, что та охнула.

– Ба! Задушишь!

– Вот так тебя должен обнимать тот, кто любит. Держать крепко, но нежно. Так, чтобы даже мысли не возникло у тебя, что куда-то бежать надо. А если он тебя не держит, то зачем все это?

– А любовь?

– Любовь, девочка моя, это не сказка! Принцев мало, и на всех их не хватает. Да и зачем он тебе – принц-то? Ты привыкла всего в жизни добиваться сама. Когда ты готовилась к экзаменам, я видела, как ты уставала. Но ведь не сдалась! Не плюнула на все, убежав гулять с подружками. Довела дело до ума! А в итоге что? Медаль, аттестат с отличием и один из лучших вузов в стране. А «принц» твой что? Два класса – три коридора?

– Ты никогда так про него не говорила…

– Конечно, нет! Ведь ты его выбрала! И я уважала твой выбор, а потому считала нужным молчать до поры до времени. Люди не учатся на чужих словах. Даже на ошибках чьих-то не учатся. Это редкость. Чаще на своих. И тебе нужно было время, чтобы разобраться в себе и в том, нужны ли тебе эти отношения. Иногда лучше посидеть на берегу и подождать, наблюдая.

– Ба, это больно…

– Знаю! Но это тоже неплохо. Если тебе больно, если ты чувствуешь – значит, ты живая! Так?

– Наверное…

– А теперь послушай меня. Боль уйдет. Опыт останется. И придет еще к тебе тот, кто оценит и полюбит тебя так, как тебе этого хочется. Слабое утешение в данный момент, понимаю. Может быть, не так скоро, как тебе бы хотелось, но все будет! А пока – держи!

Женщина вытащила из кармана белый платочек.

– Зачем?

– Помаши им вслед, своим печалям. Пусть убираются туда, откуда пришли! А у нас впереди еще столько хорошего! Варенье вот до ума довести надо. А через неделю родители твои из командировки вернутся, и будем все вместе мой юбилей отмечать. А потом будет море, солнце, отпуск… Да мало ли хорошего?! И любовь придет! Дай только время! И не торопи ее. Не любит она этого. Скажи спасибо своему бывшему за науку и иди дальше. И кто кого бросил – это еще вопрос. Теперь вопрос. Так?

Девушка задумчиво кивнула, встряхнула платок, разворачивая, и несмело махнула им разок-другой, следуя совету бабушки.

– Полегчало?

– Не знаю пока…

– Хороший ответ! Скажи ты мне, что у тебя теперь все в порядке, я бы все равно не поверила.

– Я подумаю…

– Вот и ладушки!

Женщина коснется щеки внучки, смахивая последние слезинки, и улыбнется.

Конечно, ей неведомо будущее. И о том, что ее услышали и поняли, она узнает лишь несколько лет спустя, когда возьмет на руки своего правнука.

Ее обнимут, шепнув на ухо лишь одно слово, которое будет дороже тысячи:

– Спасибо…