Мать Тереза. Вера творит чудеса

Заключение

Многие уже сейчас полагают мать Терезу святой, необычайная жизнь которой должна быть примером для всех верующих. Высшие лица Католической Церкви, начиная с пап Павла VI и Иоанна Павла II, не уставали произносить ей хвалы. Многие спрашивают: будет ли мать Тереза прославлена как блаженная или святая? Ответ будет дан не скоро. Церковь мудро не спешит с решениями, и напрасно иные на это жалуются. Жанну д’Арк канонизировали только в 1920 году. В ответ на это оптимисты приведут пример Маленькой Терезы из Лизьё, заслуги которой были признаны очень скоро. Так или иначе, на процессе в Ватикане будет внимательно выслушан «адвокат дьявола» с его задачей подтвердить высказывание английского писателя Джорджа Оруэлла: «Святые должны признаваться виновными, пока не доказано обратное».

С моей стороны было бы тщеславием вмешиваться в этот спор: для этого у меня нет ни авторитета, ни специальных знаний. В заключение моей книги я могу лишь осветить самые яркие черты личности матери Терезы и отзвук, который они пробудили во мне. Как я уже говорил, встретившись с этой женщиной, никто не может остаться прежним; ее способность вести за собой превосходит человеческое понятие или, как кажется, принадлежит к другой, не нашей эпохе. Но было бы ошибкой превращать ее в какой-то анахронизм, лицо из давно прошедших вре мен, по ошибке попавшее в наш недостойный ее век. Мать Тереза — дочь своего времени, и все, что мы от нее получили, еще надолго сохранится и в нашем сознании, и в сознании грядущих поколений.

В наше время — например, по поводу процесса мана в Иерусалиме — много говорят о «банальности зла». Мне хотелось бы сказать, что величайший урок, который нам дали мать Тереза и ее помощницы, как раз в том что они, воззвав к нам, от противного доказывают «банальность добра». Эти простые, смиренные, предельно скромные женщины, больше всего желающие забыть себя и раствориться в общении с Христом, — люди, о которых ничто не предвещало, что они станут исключительными личностями. Сама мать Тереза обладала определенной харизмой, но, чтобы образовать свою конгрегацию, она обратилась к девушкам, многие из которых происходили из крестьянских семей и сохранившим строжайшее инкогнито. Кроме того, по мере роста конгрегации ей удалось не только принимать новеньких, но и создать сеть сотрудников («Больных и страждущих помощников»), и привлекать духовную или материальную поддержку десятков тысяч людей по всему миру. Так ей удалось использовать огромный энергетический потенциал, который лишь ожидал, когда его приведут в действие для благого дела. В последнее время мы много раз видели, как проявляется это желание ангажированности: чрезвычайное множество людей принимает участие в различных благотворительных акциях в пользу изгоев общества, поддерживает деятельность международных гуманитарных организаций, когда где-то на планете поражена плоть или душа человечества.

Этот потенциал, который надо было только использовать, на мой взгляд, и есть доказательство «банальности добра», источник надежды и утешения тем, кто не отчаялся в возможности быть человечным и не согласен с Достоевским, что «ко всему подлец человек привыкает». Мать Тереза довела веру в «банальность добра» до крайности, избрав для себя жизнь в бедности среди бедных, разделив радости и горести самых обездоленных. Сотни других с радостью и доверием стали подражать ей, доказав, что такая задача нам вполне по силам. Надев бело-голубое сари, начальница Миссии Милосердия непрестанно вербовала для своей борьбы всех желающих в меру их сил и способностей. Она ведь никогда не утверждала, будто все должны разделить ее образ жизни. Но она стала живым примером, который не дает нам спать спокойно, напоминает нам о долге перед ближними — долге, который, в сущности, так нетрудно отдать. Как говорит она сама «святость не для немногих — к ней все призваны».

И все же нельзя ставить мать Терезу в один ряд с другими символами «гуманитарной деятельности». Мать Тереза и ее сестры — не спасатели, не сестры милосердия и не социальные служащие. Они монахини и никогда не забывают, что их миссия — прежде всего духовная, что их деятельность имеет смысл только постольку, поскольку таким образом они исполняют Божью волю. В мире, несколько поторопившемся возвестить о смерти Бога, они принуждают нас задаваться вопросами об изначальном смысле нашей жизни, о божественном и трансцендентном, о вопросах, которые мы обычно боимся ставить, прибегая вместо этого к Паскалеву рассеянию.

Уникальность матери Терезы в том, что она не занималась гуманитарной деятельностью ради гуманитарной деятельности, благотворительностью ради благотворительности. Она боролась не только с физическим страданием, проказой, СПИДом, голодом и прочим: она изо всех сил сражалась с духовной проказой, которой больна большая часть человечества. Ее цель — не просто исцеление тела, но также и прежде всего спасение души, и мерить ее дело нужно меркой этой главной цели. Недостаточно восхищаться человеческими качествами матери Терезы. Она получила столько премий и почетных наград, что наше личное уважение и одобрение уже мало что к ним прибавят. Больше, чем поддержка ее деятельности, калькуттской монахине было нужно, чтобы разделяли ее цели: соглашались, что Бог действует в каждом из нас и ведет нас ко исполнению Его правды.

В течение всего XX века Церковь, к которой она при надлежит, переживала глубокий внутренний кризис, платой за который стало уменьшение числа монашествующих и очевидно ослабевшая церковная практика, про чем, тут надо быть очень осторожным и не поддавать европоцентристскому представлению о католицизм Может быть, он в кризисе на Западе, уставшем нести глаголы Божьи, но отнюдь не в Азии, не в Африке, не в Южной Америке: там это сильнейшая закваска надежды. Народы этих стран лучше нас, с более сильной верой осознали, что Бог сейчас насущен, как никогда, что в мире, пораженном кризисом идеологий, Евангелие несет слово истины, жизни и надежды.

Мать Тереза хранила это понимание с самого детства, а тем более — с 10 сентября 1946 года, когда она, услышав «призыв в призыве», дала своей жизни совершенно новое направление. Тем самым она на свой лад поставила проблему ангажированности: ее невозможно свести только к политической сфере, предельно упрощающей способности человеческой души. Для католиков же ее жизнь дает возможность решить задачу духовного призвания. Стать священником, монахом, монахиней, приступить к диаконскому служению — это серьезный, важный выбор, который можно сделать или не сделать. Но и тем, кто выбирает состояние мирянина, а верность Церкви являет, создав христианскую семью, стоит задумываться, каковы должны быть священники, служители и служительницы Божии в современной церковной общине, чего они должны от них ждать. С этой точки зрения жизнь и дело матери Терезы — великолепный урок и обращение к коренным ценностям, в чем и состоит ее особенное богатство.

Без сомнения, главным в жизни и деятельности матери Терезы останется ее духовная жизнь. Она очень богата; отец Эдуар Ле Жоли прекрасно наметил ее основные черты. Прежде всего, она христоцентрична, о чем сама мать Тереза говорит не обинуясь и с большой силой: «Я не боюсь сказать, что влюблена в Иисуса, потому что Он для меня все. Многие думают, что совершить покаяние значит проснуться другим человеком. Но все не так просто. Я хочу, чтобы многие познали Бога, любили Его, служили Ему, ибо это истинная радость, и я хочу, чтобы у каждого было то, что есть у меня. Но выбор за людьми. Тот, кто видел свет, может идти к свету. Я не могу дать свет. Я могу дать только средства, чтобы к нему идти. Если я живу в Калигхате, тружусь там, служу людям любовно и жертвенно, то люди, естественно, начинают думать о Боге. Так они Его в конце концов узнают, а когда узнают — полюбят, а когда полюбят — будут служить».

Иисус Христос — главный образец для матери Терезы, но она свидетельствует, что важное место в ее духовной жизни занимает и поклонение Деве Марии: «Преданность Божьей Матери, дочерняя любовь и доверие к Ней у наших сестер не вытесняет еще более сильной и глубокой любви к Иисусу Христу. Наоборот, поклонение Пречистой Деве позволяет еще полнее отдать себя Христу, подражать Его жизни и Его святости. Дева Мария — первая связь между землей и небом. Сын Божий вочеловечился в Ней и через Нее. На Кресте Он вручил Мать Свою Своим ученикам в лице самого любимого ученика — апостола Иоанна. Сделав так, Христос создал новую связь между теми, кто с верой следует за Ним: у них одна с Ним Мать. Вслед за Ним мы можем сказать: „Се мати наша“».

Еще одна черта духовной жизни матери Терезы — ее преданность Церкви, о которой отец Ле Жоли пишет так:

«Матушка любит Церковь, почитает ее, послушна ей. Для нее Церковь вмещает в себя Христа, продолжает Его воплощение, осуществляет Его дело. Вероучение Матушки консервативно, традиционно, верно Писанию, святым Отцам, Преданию, переданному поколениями верующих, народом Божиим, который ведут избранные Богом пастыри. Но в своем апостольском служении, стиле жизни, избранном подвиге Матушка и ее сестры — прогрессистки и революционерки. Они ведут новую борозду. Мать Тереза уверена в себе и в Божьем наитии, она никогда не огладывается назад. Она посылает сестер идти по дорогам, отправляет по две искать души Божьи в местах соблазнительных и опасных. Этим она заслужила восхищение мира и благословение церковных властей».

Наконец, осью ее духовной жизни служит молитва. Мать Тереза говорит так: «Любите молитву. Не ленитесь молиться. Молитесь Богу. Молитва расширяет ваше сердце, покуда оно не станет способно принять и сохранить Бога. Прежде чем признать Господа в разбитых телах бедняков, мы должны познать Его в молитве. Просите, ищите, и сердце ваше станет так велико, чтобы принять и сохранить Его как свое. Вот тогда мы сможем отдать больше Христа, больше любви встречным. Любите молитву, чаще чувствуйте потребность молиться в течение дня, не ленитесь молиться. Молитва расширяет сердце, и оно становится способным принять дар Божий».

Анализируя основные черты духовной жизни матери Терезы, нетрудно выделить, что в ней характерно не только для католиков, но и для всех современных христиан. Они могли бы смутить или отвратить других — иудеев, мусульман, индусов, парсов, буддистов, — искренне любящих и уважающих ее. Но тогда они бы забыли о великом уроке терпимости и абсолютном уважении к Другому, который калькуттская монахиня неустанно преподавала и выразила его смысл в нескольких фразах, стоящих целых томов. Одному журналисту, спросившему ее: «Ведет ли ваш пример к обращению?» — она ответила просто: «О, надеюсь, что да! Но мы не одно и то же имеем в виду под обращением. Я надеюсь, что мы обращаем сердца: ведь даже Бог при всем Своем величии никого не может обратить к Себе поневоле. Мы же пытаемся приблизить людей к Богу. И если, стоя лицом к лицу с Богом, мы принимаем Его в своей жизни — вот тогда мы, да, обращаемся. Мы становимся лучше. Тогда мы все естественно будем делать по-католически. А вы, может быть, будете считать, что это по-индусски или по-буддистски — каждый на свой нрав. Каждому надо принять Бога по мысли своей. Я же не могу запретить себе давать то, что есть у меня». Это не мешает другим давать свое на свой лад. Наверное, именно в этом мать Тереза действительно останется образцом для всех.