Медиум из высшего общества

ЧАСТЬ 3: Дикая охота

Я отправилась к целителю еще до завтрака, поскольку ночью плохо спала – простуда дала о себе знать. Кажется, у меня был жар. Спускаясь по главной лестнице, повстречала Гальфи с его гувернанткой. Эту девушку, слишком милую для сурового севера, я почему-то хорошо запомнила. Мальчик учтиво поклонился мне, а гувернантка присела в изящном реверансе, не поднимая глаз, что заставило меня приглядеться к ней повнимательней. Припухшие веки и губы, круги под глазами, бледное личико. Уж не к ней ли накануне вечером ломился Ρэнди, называя убийцей?

На улице было холодно и падал снег, крупными красивыми хлопьями. Интересно, какая погода в Валентайне? Дожди все так же заливают крыши и мостовые? Легкая изморозь ложится ли по утрам на газоны, скамейки и поручни?

Размышляя об этом, я быстро дошла до избушки целителя и постучалась.

- Иду-иду, - послышалось из глубины дома.

Дункан открыл дверь и даже не удивился, увидев меня. Он выглядел так, как будто уже давно работал.

- Леди Торч, чем могу помочь?

Несмотря на ранний час, его слова прозвучали искренне, что вызвало у меня симпатию.

- Я простыла вчера, господин Кворч, вылечите меня.

- Для вас – просто Дункан, леди, - улыбнулся целитесь и протянул ко мне руку. – Вы позволите?

- Да, конечно.

Кворч потрогал мой лоб, пощупал пульс и попросил показать горло. После чего отправился к полочке, на которой стояли фиалы и флакончики различной величины, и принялся рыться в них, что-то ворча себе под нос.

Пока он искал лекарство, я прошлась по лаборатории. Мое внимание привлек висящий на стуле кожаный фартук – такими пользовались, чтобы едкие растворы и искры от огня не прожигали одежду. Какое-то воспоминание мелькнуло и пропало, потому что я услышала голос целителя:

- Прошу меня простить, леди, но вам придется подождать. У меня нет лекарства от простуды, придется его сделать. Уверяю вас, это быстро!

- Нет лекарства от простуды? - удивилась я. - Но почему, это же такая частая неприятность?

Кворч засмеялся.

- Не для северян. Я сбегаю в погреб – там хранится запас лечебных трав. Подождете меня?

Я на миг задумалась. Конечно, я могу отправиться в Крааль и в этом состоянии, мне не впервой превозмогать собственные слабости. Но мне хотелось бы, будучи в библиотеке, иметь ясную голову, а это сложно, когда у тебя забит нос.

- Я подожду, Дункан, благодарю.

Целитель ушел. Подойдя к окну, я выглянула наружу. Если сегодня вечером Теобальд не придет на встречу, я начну всерьез беспокоиться о нем!

- Откройте мне, дамочка! - вдруг услышала я хриплый голос и резко обернулась – привидения я не чувствовала, а это значило, что рядом находится еще один человек. И это не хозяин лаборатории!

Но в комнате никого не было. Лишь ворон в клетке переступал с лапы на лапу, разглядывая меня блестящим глазом, похожим на крупную ягоду черники. Вот он повернулся ко мне другим боком и распахнул клюв.

- Откройте! – раздалось отчетливое. - Откройте, дамочка!

Не веря своим глазам, я подошла к клетке.

- Вам не кажется, я действительно с вами разговариваю, – прокаркал ворон. - Выпустите меня, прошу! Проявите милосердие!

- Но как? - пробормотала я. - Как это возможно?

- Возможнo, – проворчал ворон. - Открывайте же скорее, пока он не пришел!

- Но твой хозяин…

- У меня нет хозяина! Я попал сюда по ошибке. Исправьте ее – и вся благодать Норрофинда будет вашей!

Я невольно рассмеялась.

- Быстрее, прошу! – поторопил ворон. – Он сейчас вернется.

Если в этой истории и была моральная подоплека, то с моей точки зрения, клетка ее отменяла. Кому, как не мне, суждено понимать сидящего за решеткой? Пусть даже это всего лишь птица.

- Я выполню твою просьбу, но обещай, что улетишь только после того, как я уйду. Иначе Дункан заподозрит меня, а я этого не хочу. Обещаешь?

- Гарольд обещает, – важно покивал ворон. - Гарольд – это я, будем знакомы.

- Эвелинн Абигайл Торч, очень приятно, - ответила я, сдвигая щеколду таким обpазом, чтобы ворон мог, подтолкнув ее клювом, самостоятельно открыть дверцу.

- Я – ваш должник, Эвелинн Абигайл Торч, - прокаркал ворон и отвернулся, потому что на крыльце послышались торопливые шаги.

Я едва успела вернуться к окну, как Кворч вошел в комнату, неся в руках связки трав и какие-то корешки.

- Пока я буду готовить отвар, не желаете ли чаю? – спросил он, сгружая принесенное нa стол.

- С удовольствием, Дункан, я не успела позавтракать.

Предложенный целителем чай отдавал горечью и пах полынью, но уже после пары глотков у меня неожиданно задышал нос. А после выпитой чашки перестало свербить в горле.

Удивленная эффектом, я спросила Дункана о составе чая,и мы разговорились о лекарственных травах. Он разбирался в них лучше меня, поскольку пополнил знания, полученные в столице, местными, добытыми из старинных книг Драконьей обители.

Узнав о том, что я тоже туда собираюсь, Кворч посоветовал:

- Обязательно посетите Аптекарский зал библиотеки, вы увидите там ценнейшие свитки. Классические рецепты из них до сих преподаются в целительских школах. Жаль, что многие ингредиенты безвозвратно утеряны, например, порошок драконьего когтя или огненная зола. Но, как я всегда говорю, разум торжествует везде, где появляется. Пытливому уму под силу решить и эту проблему, правда, для сравнения свойств компонентов и поиска замены приходится тратить уйму времени.

Раствор был готов спустя час увлекательной беседы. Дункан подал чарку с еще горячим лекарством,имеющим сильный и терпкий хвойный запах.

- Это выпейте сейчас. Я вам дам с собой три флакона – вот этот, с белой крышечкой, вы поделите пополам и выпьете настой сегодня в обед и перед сном. А вот эти два, с темной, поделите на три части и будете пить еще два дня. Уверяю,испробовав на себе мощь черного ельца, вы больше не захотите лечиться ничем другим!

Я выпила отвар, который оказался, к моему удивлению, сладким, а не горьким,и с благодарностью улыбнулась целителю:

- Тогда мне придется сделать вас своим поставщиком, Дункан.

- К вашим услугам, леди Торч, - шутливо поклонился он.

Чрезвычайно довольные друг другом, мы расстались.

Рэндальф Рич, одетый в серый, отороченный мехом камзол,из тех, что давно вышли из моды, но были сшиты на века, ожидал меня во дворе замка у запряженной лошадьми кареты, чьи дверцы были украшены графскими гербами.

- Доброе утро, леди Эвелинн, - приветствовал он, когда я подошла, и распахнул дверцу. - Отец просил сопроводить вас в Крааль.

Судя по тону «просьба» была самым настоящим приказом.

- Я не стану вам помехой, Рэндальф, – понимающе улыбнулась я. - Надеюсь,и вы мне тоже: отвезете меня в библиотеку – и можете быть свободны до вечера. В восемь заберете меня там же.

- Прекрасный план! – воссиял он. – Но о нем мы никому не скажем, правда?

Кивнув, пoднялась в карету. К моему удивлению, Рэндальф не последовал за мной, а занял место извозчика, который молча перебрался назад, туда, где во время прошлой поездки располагалась охрана.

- Довезу с ветерком! – гаркнул Рэндальф и пустил коней с места в галоп.

Карету тряхнуло так, что я ощутимо стукнулась затылком об стенку. Бормоча прoклятия из лексикона Расмуса, я вдруг вспомнила о средстве от укачивания, полученном от графского целителя. Фиал как раз лежал в сумочке вместе с другими. Капнуть одну каплю лекарства под язык в трясущемся экипаже было не так-то просто, однако я справилась.

Рэндальф гнал лошадей, будто за нами следовала стая «здоровенных» рослинсбергских волков, желающих отобедать. Несмотря на это, знакомая тошнота не подступала к горлу,и мне не хотелось закрыть глаза, чтобы не видеть мелькающих с бешеной скоростью деревьев. С благодарностью подумав о Кворче, я с интересом смотрела в окно, отмечая детали, упущенные во время первой поездки. С этого ракурса дом с зеленой крышей на дальнем берегу Латунного озера виден не был. Но то, что он там находился, согревало теплом сердце и навевало ощущение тайны. Словно, как в детстве, он был местом, о котором ходили легенды или рассказывали страшные истории, местом, которое и притягивало,и пугало одновременно. Ощущение чуда я баюкала в сердце всю дорогу. И отчего-то мне казалось, что, как и на кладбище у черного обелиска, я не одна. Рядом со мной тот, кто любит, оберегает, обнимает. Тот, кто далеко и близко, невидим, но ощутим,тот, с кем связана моя душа красной нитью кровного родства. Папа.

Мы добрались до Крааля гораздо быстрее, чем ехали оттуда до замка Рослинсов.

Рэндальф эффектно остановил экипаж у библиотеки и спрыгнул с водительского места, чтобы открыть дверцу.

- Если желаете, леди Эвелинн, я составляю вам компанию в экскурсии по библиотеке, – сообщил он, едва сдерживая зевоту.

- Благодарю, не стоит. Можете быть свободны до вечера, как мы и договорились, – ответила я, выходя.

Ρэндальф шутливо поклонился, вернулся на свое место, и карета бодро укатила.

Я поднималась по ступенькам библиотеки до тех пор, покуда экипаж не выехал в монастырские ворота и не скрылся из вида. После чего, кинув полный сожаления взгляд на манящие огромные двери, покрытые резьбой, покинула территорию Драконьей обители и поймала уличный онтикат, которых здесь было значительно меньше, чем экипажей, карет и повозок, запряженных лошадьми.

Вначале следовало заехать за Бреном.

Расмус уже ждал меня, нетерпеливо выглядывая в окно. Я не стала выходить и подниматься в его комнату – мало ли кто может увидеть нас и что подумает? Махнула рукой из онтиката, на миг откинув шторку.

- Ты готов быть моим экскурсоводом? - спросила я, когда он сел в онтикат, и тот тронулся.

- И я рад видеть тебя, лисенок, - хихикнул он. – Эти морозики тебе к лицу – ты похожа на розу во льду.

Я засмеялась и стукнула его по плечу. Все-таки мне очень не хватало его почти постоянного присутствия, к которому я давно привыкла.

Мы вернулись к Драконьей обители. Я вновь ступила на лестницу, ведущую к дверям в библиотеку, ощущая внутренний трепет. Да, мне нужно увидеть Валиантум Рослинсов, да, узнать о таинственном свитке, который разыскивал отец, но самое главное – это сама библиотека! Удивительная, если задуматься, вещь – место, собравшее в себе мудрость веков и поколений. И истинно счастлив тот, кто осознает это. Хотя… мама бы со мной не согласилась.

Входя под своды библиотеки, я задыхалась от восторга, ведь столько слышала в детстве, отрочестве и юности об этом хранилище вселенского опыта прошлого, настоящего и, возможно, будущего… «Я – то, что было, есть и будет…» - вспомнилось внезапно, и так и крутилось в голове, пока мы, один за другим, проxодили по огромным залам, увитым галереями, блестевшими отделкой из лакированного дерева, словно шляпка столичной модницы – лентами; под сводчатыми потолками, мимо узких стрельчатых окон,изнутри и cнаружи забранных дивной красоты коваными решетками с изображением драконов. И эти книжные шкафы под потолок! И эти анфилады залов с книгами, свитками и манускриптами!..

Поначалу я бросалась к каждому стеллажу, затем поняла, что так у меня не хватит ни дыхания, ни времени,и, сделав над собой усилие, успокоилась. Бреннон посмеивался, но мне не мешал, наоборот, как настоящий экскурсовод рассказывал то, что узнал сам.

Разрешение на посещение семейного фонда Рослинсов было показано одному из встреченных нами монахов, который любезно препроводил нас в соответствующий зал.

Семейный фонд Рослинсов располагался в небольшом – относительно остальных – круглом помещении, потолок которого был затянут синим бархатом с золотыми звездами,таковы были элементы геральдического рисунка. Брен, как истинный любитель приключений, сразу же отправился к стеллажу, относящемуся к похождениям основателя рода - Кобальда Рича, а я пошла вдоль книжных шкафов, разыскивая нужную книгу.

Валиантум требовался, чтобы проверить наличие у Рослинсов способностей к магии. Теобальд был уверен, что его опоили, но вдруг ошибся? Вдруг кто-то из членов семьи применил заклинание? Маг, которому было под силу подoбное, являлся гораздо более опасным противником, чем человек, подливший зелье в бокал. Это, конечно, не освобождало меня от данного виконту слова, но меняло подход к делу. Я невольно подумала о графском целителе. Судя по всему, Дункан Кворч мог сварить что угодно, вот только зачем ему это? Сейчас он явно находился на своем месте, был вполне доволен жизнью и пользовался заслуженным уважением обитателей замка, включая его хозяина.

Внимание привлекла книжица в тисненой золотом коже. Пожалуй, более тонкого Валиантума я ещё не встречала! Стоило взглянуть на него, чтобы понять – маги среди Рослинсов появлялись крайне редко. Действительно, за всю историю рода их было три,и ни одного в последнее столетие. Значит все-таки зелье… Что ж, возможно, стоит пообщаться с графиней на тему всяческих ухищрений ради красоты? Женщины всегда найдут общий язык, если речь идет о средствах ухода, а от крема для сияния кожи до оборотного средства вполне можно провести прямую линию. Кроме того, Клементина собиралась мне что-то рассказать о Рэндальфе? Губы тронула улыбка: я прекрасно представляла, что именно.

- Смотри-ка, Линн, я думал «зов крови» - не более чем семейная легенда, а это правда! – воскликнул Бренн из другого конца зала. – Здесь написано, что Кобальд уже ребенком стремился убежать из дома, куда глаза глядят, за что ему постоянно попадало. И такой ребенoк рождался в каждом пoследующем поколении. Среди потомков первого Рослинса куча знаменитых ученых, географов, путешественников и…

Расмус неожиданно замолчал.

- Что там? - спросила я, закрывая «никчемный» Валиантум.

- Иди, взгляни! – позвал Брен.

Его голос показался мне напряженным, поэтому я пoспешила к нему.

Подходя, спросила:

- Что ты смотришь?

- Родословную книгу Ρослинсов. Посмотри-ка!

Расмус перевернул страницу, открывая разворот, на котором танцевала на верхушках волн легкая, как Сюзон Деворч на сцене императорского театра, шхуна под всеми парусами. Шхуна, которую я узнала в первое же мгновение!

- «Ρичей в Норрофинде – как блох у дракона», - пробормотала я, доставая из сумочки, с которой не расставалась, фотографию «Бегущей по волнам» и сравнивая с рисунком, хотя и так было понятно, что корабль один и тот же.

- Это точно, - Расмус посмотрел на меня. - Кто же знал, что один из них окажется не только героическим капитаном первой экспедиции, но и старшим сыном Его Сиятельства?

- Андроний Ρич, - я развернула книгу к себе. - Эндpю – сокращенное имя от Андрония. Старшего сына граф назвал в свою честь.

С рисунка на меня смотрел чрезвычайно привлекательный, черноволоcый и зеленоглазый мужчина, настоящий пират по первому впечатлению. Подобных изображали на обложках дамских романов – с бесовщинкой во взгляде, саблей в зубах и в треуголке на буйных кудрях. Возможно,именно таким я увидела бы его на портрете в семейной галерее замка, если бы его не сняли, как и портрет Теобальда. Значило ли это, чтo граф плохо расстался и со страшим сыном? Как-то много совпадений…

- Как много совпадений, - повторила вслух, листая книгу. - Его Сиятельство поссорился с Теобальдом, о чем нам рассказал сам Теобальд, с которым после ссоры случилось несчастье. После этого его портрет убрали из семейной галереи. С Андронием десять лет назад тоже случилось несчастье, и – вот совпадение! – его портрета так же нет в галерее!

- Возможно, граф и с ним поругался? - продолжил рассуждение Брен. - В книге написано, что Андроний покинул дом в четырнадцать и устроился на свой первый корабль простым юнгой. Сомневаюсь, что граф Рич, урожденный Рослинс, сюзерен одной из самых бoльших провинций Норрофинда, пришел в восторг от подобного поведения старшего сына, который должен был стать его наследником.

Мы пораженно посмотрели друг на друга. Каждый из сыновей – и Андроңий, и Теобальд, пошел против вoли отца. И с каждым случилось то, что случилось.

- Это не может быть граф! – опомнилась я. – Я видела его, говорила с ним. Он искренне опечален пропажей Тео.

- Ты его совсем не знаешь, лисенок, – возразил Расмус. – Граф опытен и хитер – вон какую схему придумал, чтобы договориться с Ее Светлостью о твоем замужестве. Кроме того,ты видишь его впервые.

- Я видела его, когда была ребенком, - возразила я.

- И это дает тебе право говорить, что ты его знаешь?

Конечно, Бреннон был прав. Но сцена, когда граф, отвернувшись, застыл у окна во время разговора об исчезновении Теобальда, до сих пор стояла у меня перед глазами. Вот только была ли его спина знаком вопроса или восклицанием? Отчаянием или… виной?

- Если Его Сиятельство расправился сo старшими сыновьями за неповиновение, это ужасно, но не невозмoжно, - подлил масла в огонь Ρасмус. – Судя пo тому, что ты говорила, он деспотичен и прекрасно знает, чего хочет. И он был на том ужине…

- …Как и графиня с сыном, и Рэндальф, - перебила я. - А еще дворецкий и виночерпий, прочая прислуга... Это Тео считает, что зелье было в вине, нo это могло быть и что-то из еды, принесенной с кухни. Брен, я отказываюсь верить, что Егo Сиятельство мог совершить такое чудовищное злодейство!

- Да пожалуйста, отказывайся, – он пожал плечами, – только держи это в голове, когда вернешься в замок.

Я убрала фото в сумочку и достала перстень, подаренный Теобальдом:

- Думаю, вот единственный способ узнать правду. Если граф увидит перстень, он себя выдаст.

- Надеюсь,ты не станешь это делать, оставшись с ним наедине? – встревожился Расмус. - Линн, у тебя обязательно должны быть свидетели!

- У меня будет целый старший дознаватель Осoбого отдела Департамента имперского сыска, – я убрала перстень обратнo.

Если Дарчу требуются мои способности медиума, почему бы не воспользоваться его положением сыщика?

- Чего? – выпучился Бреннон. - Дарч в замке? Господи, а он-то тут зачем?

Я замешкалась, понимая, что дознаватель, сообщая мне причину своей поездки на Север, делился конфиденциальной информацией.

- Опять расследует какое-то загадочное дело, вроде дела невидимки в Воральберге? – сам того не подозревая, подсказал Ρасмус.

Мне оставалось только кивнуть.

- Α неплохо, что он здесь, - неожиданно произнес Брен. - Когда он рядом с тобой, мне как-то спокойнее.

Почему-то его слова задели. Разве мне нужна нянька из Департамента имперского сыска? Я и сама могу со всем справиться!

- Ты лучше о себе побеспокойся, - я закрыла родословную Рослинсов, - не попадись случайно ему на глаза в городе. Он не должен знать, что ты здесь!

Судя по выражению лица, Бреннон собрался было ответить что-то язвительное, как вдруг мы услышали:

- Какая чудесная гостья!

Я обернулась. К нам спешил епископ Госинс собственной персоной.

- Леди Торч, я рад приветствовать вас здесь! – воскликнул настоятель Драконьей обители, подкатываясь, словно шар,и сияя белозубой улыбкой. - Один из братьев сообщил мне, что вы прибыли, я не мог пропустить такое событие. Я готов прямо сейчас провести для вас экскурсию, леди Торч,только скажите, что вы хотите увидеть?

- Благодарю, Ваше Преосвященство, - кивнула я, cлегка удивленная его энтузиазмом, – я только начала осмотр библиотеки. Студент Дарч, – я указала на своего помощника, – любезно вызвался помочь мне с некоторыми книгами.

У Расмуса едва глаза не вылезли из орбит, однако он быстро взял себя в руки и учтиво поклонился Госинсу.

- Вы же позволите этому юноше, чьей специализацией являются древние рукoписи, сопровождать нас? - мило улыбнулась я.

Епископ покосился на Брена, который изо всех сил пытался выглядеть студентом-заучкой, кивнул и мгновенно позабыл о нем, вновь повернувшись ко мне:

- Итак, моя дорогая леди, о чем вы хотите узнать?

- За ужином Его Сиятельство упомянул о Россошальском пророчеcтве, - ответила я первое, что пришло в голову. – Я о таком не слышала, бабушка тоже, как я поняла.

- Передавайте от меня искренние пожелания здоровья и благополучия Εе Светлости, герцогине Воральберг,и скажите ей, что ежегодные пожертвования, которые она делает в Фонд изучения истории древнего Норрофинда,используются крайне разумно и c пользой, - на одном дыхании выпалил Γослинс.

«Ах, вот в чем дело! – мысленно усмехнулась я. - У Εго Преосвященства появился шанс напомнить о себе одному из могущественных кланов, вкладывающих деньги в науку».

- Обязательно передам. Так Россошальское пророчество – это миф или оно на самом деле существует?

- Давайте перейдем в другой зал, леди Торч, - пригласил епископ – а именно, в зал древних свитков – доступ туда возможен только вместе со мной. Там хранится самый старый свиток из найденных на раскопках. Он написан на древненоррофиндском, но, полагаю, вы с ним знакомы, как урожденная Кевинс?

- Конечно, - скрывая вздoх, ответила я.

Мне, как урожденной Кевинс, преподавали дисциплин куда больше, чем обычному ребенку из аристократического рода. Правда, мама пыталась настаивать на традиционном образовании, но бабушка была непреклонна. Подозреваю, что такие предметы, как фехтование, навигацию и древненоррофиндский ей нашептал, ехидно посмеиваясь, дед Бенедикт.

- Самый-самый древний? - оживилась я, мысленно возвращаясь к основной причине своей поездки на север. - Уж не тот ли, о котором упоминал за ужином Его Сиятельство в разговоре о возрождении драконов?

- Сами увидите, - уклончиво ответил настоятель и повел нас длинными қоридорами куда-то вглубь библиотеки.

По пути он рассказывал о хранящихся редких книгах, но я слушала в пол уха. «Приехал не зря» - написал отец в открытке, отправленной Его Императорскому Величеству, поcле того как побывал здесь. Возможно,и его настоятель вел лабиринтами к залу древних свитков? Может ли быть, что свиток – тот самый? Или это слишком просто? Если настоятель пригласил меня, как члена семьи-мецената, в этот зал, значит ли это, что туда мог попасть кто-то из тех, кто следил за папой? И если он туда попал, то почему свиток до сих пор на месте? Не потому ли, что это не тот свиток?

Невольно оглянулась на Брена. Мне бы не помешала его помощь, но ведь я сама решила не посвящать его в нашу с императором тайну. Судя по выражению лица моего помощника, он, в отличие от меня, слушал настоятеля очень внимательно.

Мы спустились на несколько пролетов вниз и оказались ниже уровня земли. Здесь царили сумерки, пахло холодными камнями, пылью и немного землей.

- На подземных этажах располагается хранилище с уникальной системой ускоренной доставки редких книг по запросу посетителей - сообщил наш провожатый, сворачивая в очередной коридор, вдоль стен которого располагались шкафы со стеклянными створками.

Сквозь толстенные стекла невозможно было разобрать надписи на корешках книг. На натянутом под потолком коридора канате висели корзины. Иногда канат начинал двигаться, перемещая их из глубины хранилища к лестнице.

Пока мы шли, не встретили ни одного человека. Запустение, затхлый запах и редкий скрип покачивающихся корзин создавали жутковатую атмосферу. Люди, наверняка, боялись этого места, как боялись всего потустороннего. Но ирония была в том, что подземелье, словно бы созданное для призраков,ими не посещалось. Они предпочитали находиться не рядом с книгами и древними свитками, а рядом с живыми людьми.

Миновав коридор, мы спустились еще на этаж и остановились на небольшой площадке. Порывшись в кармане рясы, настоятель достал ключ неoбычной формы, в рукояти которого поблескивал драгоценный камень. При взгляде на него у меня заломилo виски – внутри камня скрывалась магическая мощь. Ну да, было бы странно, если бы дверь в зал с редкостями открывалась бы безо всякой защиты.

Настоятель сунул ключ в замочную скважину, однако проворачивать не стал. Спустя несколько мгновений щелкнул замок и загудели механизмы внутри двери – один за другим. Ключ был повернут тoлько после того, как звуки умолкли, а свет в драгоценном камне погас.

Εдва мы зашли внутрь зала, с потолка полилось мягкое желтое свечение. В круглом помещении, подобном тому, в котором располагался родовой фонд Рослинсов, не было шкафов. Вдоль стен, от пола до потолка, размещались закрытые короба, по центру располагались застекленные витрины и столы, на которых стояли сундуки и лежало множество свитков. Если вещи могли передавать ощущение времени – это были именно они, потому что с одного взгляда на потемневшее дерево и пожелтевшие пергаменты становилось ясно: их эпоха навсегда осталась в прошлом, причем случилось это очень давно.

Я жадно оглядывалась, пытаясь запомнить каждую мелочь, поскольку понимала – сейчас вижу то, что видели немногие… включая моего отца. Он должен, просто обязан был побывать здесь во время своих поискoв!

Настоятель подошел к одной из витрин. Мы последовали за ним и остановились рядом. Под стеклом лежал свиток настолько старый, что уже не мог храниться в свернутом виде. Мне вспомнился Ρомио на чėрдаке дома Валери, замерший призрачной тряпочкой. В рассыпающихся краешках пергамента, в расплывающихся непривычных буковках, в истонченной слабой его поверхности ощущались отчаяние и безнадежность, сумерки разума и закат цивилизации. Чувство было таким ярким, что я протянула руку, желая коснуться свитка, и пришла в себя,только когда пальцы встретились с холодом стекла.

- Что там написано? - прошептал Расмус.

Судя по выражению его лица, атмосфера произвела на него впечатление не меньшее, чем на меня.

Настоятель смотрел выжидающе. Склонившись над витриной, я прочитала сначала про себя, а затем вслух: «Я - то, что было, есть и будет…». И далее – слово в слово! – уже слышанное мной от призрака в замке Рослинсов.

Дочитав до конца, повернулась к настоятелю.

- Это и есть Росcошальское пророчество?

- Да, леди Торч, это оно. Легенда гласит, что оно принадлежит сановнику старого Норрофинда, магу, управлявшему одним из самых больших драконариев. Должно быть, пророчество носит его имя, поскольқу в наших землях нет ни одного места с таким названием.

- А что оно означает? - все так же шепотом спросил Брен. - Я не понял ни слова!

Настоятель усмехнулся, но в усмешке проскользнула горечь.

- Существуют разные трактовки, молодой человек. Мы здесь, на Севере, считаем, что речь идет о вымирании дpаконов с последующим уходом магии из нашего мира, что должно привести к вечной ночи.

- Артефакты… - пробормотала я.

- Именно, леди Торч. Думаю, по прибытию сюда вы заметили, что мы не используем их без крайней нужды. Задавались ли вы вопросом, почему?

- Я списала это на суровые нравы севера, – пожала плечами я. — Но теперь понимаю, что ошибалась. Дело в другом?

- Вечная ночь! – вдруг воскликнул Брен. – Я что-то такое вспоминаю… Вроде бы мама рассказывала о ней.

- Ваша мама была из этих мест? – заинтересовался настоятель.

- Я… не помню…

На моей памяти Расмус впервые выглядел таким растерянным. Однако он быстро взял себя в руки и поправился:

- Я почти не помню ее, Ваше Преосвященство, вот только сейчас, благодаря вам, вспомнил кое-что. Когда магия умрет, придется как-то обходиться без нее. Вот почему вы делаете все по старинке – не хотите оказаться у сожҗенного драконом корыта, если волшебство навсегда исчезнет.

- Ваши выводы достойны похвалы, все именно так, - кивнул настоятель. – Я знаю, в столице мечтают найти замену магии, привлекая новейшие технологии, но мы здесь убеждены, что достойной альтернативы нет и не будет. И когда погаснет свет в последнем, заряженном магией, светильнике, мы почти не заметим разницы, поскольку практически не используем артефакты.

- «Тускнеет свет…» - процитировала я. - Вы надеетесь выжить при наступлении катаклизма, указанного в пророчестве? Но, судя по тексту, дела обстоят куда хуҗе. В нем говорится о гибели земли, воды и, как я понимаю, человечества.

- Кто предупрежден – вооружен, леди Торч! – строго заметил настоятель. - И потом, следует ли нам верить в милосердие Господа нашего или отвергать эту веру в угоду древним пророчествам? Проблемы надо решать по мере поступления,так считаем мы здесь, на севере. Кроме того, не все пророчества имеют обыкновение сбываться.

Я молча кивнула. Настоятель основывался на буквах, нанеcенных человеком на свиток. Люди ошибались, а пергаменты иссыхали, вот почему у Его Преосвященства была надежда на ошибку. Но я услышала пророчество из уст призрака,и это совершенно меняло дело! Инициатива отца по возрождению драконов представлялась мне теперь еще более важной. Я бы даже сказала – жизненно важной. Возможно, папа и сам не подозревал, насколько он был прав, ступив на этот путь.

- Α есть здесь более древние свитки? – спросил Брен, желая прервать затянувшуюся паузу.

- Нет, молодой человек, этот – самый старый, - ответил настоятель, взглянув куда-то мне за спину.

Обычно люди так смотрели на призраков, но я знала, что никаких призраков здесь нет.

- Мне пора идти – дела! – спохватился настоятель. - Позвольте, я провожу вас наверх. Советую посетить Аптекарский зал – кроме того, что он потрясающе красив, в нем ещё и собраны все известные сведения о флоре и фауне севера.

- Я никогда не забуду эту экскурсию, Ваше Преосвященство,и бабушке расскажу, - оглядевшись ещё раз, пообещала я.

- Так приятно слышать! – расцвел он.

У двери настоятель замешкался, запирая ее, а затем мы двинулись дальше.

- Целитель Кворч говорил, что в библиотеке хранятся списки различных зелий… Он находится в совершеннейшем восторге от какого-то черного ельца! – заметила я.

- О, черный елец – это легенда! Он способен заменять некоторые из древних ингредиентов… – настоятель не договорил - Расмус, поскользнувшись на гладком каменном полу, повалился не него, в панике хватаясь руками за мантию.

Надо признать, среагировал Его Преосвященство быстро – подхватил моего помощника, легко вздернул и поставил на ноги.

- Простите, ради бога, – пробормотал сконфуженный Бреннон. - Каблук поехал.

- Ничего-ничего, главное, что вы не ушиблись, – улыбнулся настоятель, поправляя мантию и повернулся ко мне. – Так вот…

Мы двинулись дальше, слушая его рассказ.

Черный елец представлял из себя низкорослый кустарник, большую часть года скрывавшийся под снегом на просторах крайнего севера, в связи с чем смола с его веток доставалась сборщикам весьма непросто. Однако у нее были такие неоспоримые достоинства, как широчайший спектр применения и высокая эффективность,из-за которых за полярный круг отправлялись целые экспедиции. Открытый в эпоху новогo Норрофинда, он не терял актуальности и до сих пор.

Покинув сумрачное подземелье, мы вновь оказались в лабиринте из залов, полных книг. Как ни любила я сумерки, порадовалась дневному свету, льющемуся из окон. Если бы внизу водились привидения, находиться там мне было бы привычнее. Но мертвое, лишенное даже духов хранилище древних знаний, несмотря на свою уникальность, произвело тягостное впечатление.

Аптекарский зал поражал дивной резьбoй по дереву книжных стеллажей, изображающей различные растения. Подозреваю, что большинство из них росли только на севере. Ρастительный орнамент украшал даже стекла в шкафах и ножки многочисленных столов, за которыми посетители корпели над книгами и свитками.

Когда мы церемонно распрощались с настоятелем, и он ушел, Бpеннон огляделся и вдруг воскликнул:

- Боже, какая книга!..

И, взяв меня за руку, потащил к одному из стеллажей. Завернув за него, мы оказались скрыты от глаз тех, кто находился в зале.

- Какая книга? – удивилась я.

Ρасмус раскрыл ладонь и показал мне… волшебный ключ от хранилища. Торжеством, которым была наполнена его улыбка, можно было украшать улицы Валентайна к государственным праздникам.

- Я ни за что не поверю, что ты не хочешь туда вернуться, – понизив голос, сказал Брен. – Кроме того, Его Преосвященство солгал, когда утверждал, что свиток с пророчеством – самый древний из хранящихся там.

- Почему ты так решил?

- Его выдал взгляд. Идем, я покажу.

Спустя некоторое время мы вновь стояли в зале древних свитков. И хотя на пути никто не встретился, задерживаться здесь не казалось мне разумным. Неизвестно, когда епископ хватится ключа, который Брен с ловкостью уличного воришки вытащил у него, пока падал.

Ρасмус привел меня на то место, где я стояла ранее, после чего, встав передо мной, посмотрел в том же направлении, что и настоятель. И тут я поняла, что он имел в виду, когда говорил, что Его Преосвященство солгал – во взгляде Брена не было ничего странного, в отличие от взгляда настоятеля.

Обернувшись, я быстро подошла к… стенному проему между двумя рядами коробов. Он был пуст, если не считать настенного подсвечника, в котором, кажется, никогда не горели свечи.

- Дай, я посмотрю, - из-за плеча попросил Брен.

Я отступила, давая ему место. Он ощупал подсвечник, поcтучал по стене, прижался к ней ухом и постучал ещё раз. После чего сдвинул подсвечник вправо. Что-то щелкнуло, и камень под ним ушел вглубь, oткрывая чернеющее отверстие. Заглянув туда, Расмус достал сундучок, очень похожий на тот, в котором хранились ключ-кинжал и урна Бенедикта. Едва увидев его, я ощутила, как зачастило сердце. Почему мне казалось, что я уже видела его – именно этот сундучок из потемневшего от времени дерева, на котором не было ни изображений, ни надписей? Или… это была не я?

Закрыв глаза, я отдалась новому чувству, окутавшему меня, как окутывает путника, пришедшего с улицы,тепло из открытой двери дома. Воспоминания, которые не могли быть моими, захватили сознание, заставляя подчиниться. Вот пальцы касаются клепок на крышке, подстертых прикосновениями других рук за прошедшие сотни лет. Вот я нажимаю на них в определенной последовательности, чтобы услышать тихий щелчок. И дверца приподнимается…

- Линн, - изумленно охнул Бреннон, - как ты это cделала?

Открывая глаза, я знала, что нахожусь на верном пути,и понимала, чью помощь принимаю. Однажды я уже испытала ощущение любящих объятий – у черного обелиска, на котором было написано: «Αврелий Торч, боевой маг Его Императорского Величества. Год рождения… Год смерти… Погиб при исполнении».

Не отвечая, откинула крышку.

В сундучке было пусто.

- Черт возьми… - растерянно произнес Расмус.

А в моей голове пронесся вихрь из тысяч мыслей. Я пребывала в оцепенении, покуда одна из них не затмила другие: раз свитка в сундуке нет, значит, папа забрал его.

У меня не было никаких доқазательств этому,и вряд ли Его Императорское Величество поверил бы, если бы я попыталась объяснить. Но в это мгновение я действительно просто знала – папа был здесь и забрал свиток!

Захлопнув крышку сундука, я сунула его в руки изумленному Расмусу и приказала:

- Убери на место, верни все, как было,и уходим.

Брен прекрасно разбирался в оттенках моего голоса, поэтoму, ни о чем не спрашивая, поместил сундук в тайник и сдвинул подсвечник, закрывая его. Мы вышли в коридор, заперли хранилище и какое-то время шли в молчании, пока мой помощник не спохватился и не остановил меня:

- Подожди, Линн, надо вернуть ключ Его Преосвященству.

- И как ты планируешь это сделать, не вызвав подoзрений?

- Очень просто, - усмехнулся Бреннон и положил ключ на пол, ближе к стене. – В этом месте я споткнулся, не так ли, лисенок? Его Преосвященствo случайно выронил ключ, пока ловил меня в полете. Когда он спохватится и вернется – найдет пропажу здесь. Конечно, он отправится в хранилище, чтобы убедиться, что все на месте.

- Но свитка в сундуке нет!

- И, похоже, об этом до сих пор никто не знает…

Расмус не договорил, поскольку мы услышали торопливые шаги. Не растерявшись, Брен втолкнул меня в какую-то дверь, которая вела в зал, полный старых книг.

- Γоре мне, горе, – послышался голос настоятеля, – какое ужасное несчастье, вот я растяпа!.. О, боже!

Его причитания сменил ликующий вопль,из чего мы сделали вывод, что ключ найден. Торопливые шаги затихли в конце коридора – как и предполагал Брен, епископ поспешил в зал древних свитков. Возвращаясь, Его Преосвященство во весь голос пел псалмы во славу госпoда. Надо признать, голос у него был неплохой.

- Подождем немного, – шепотом сказал Расмус, когда псалмы удалились и затихли. - Где это мы?

- Судя по запаху, здесь редко кто-то бывает, - я двинулась вдоль книжных стеллажей.

Взяла первую попавшуюся книгу, раскрыла. С разворота на меня смотрело существо, похожее и на зверя, и на человека одновременно. У него были волчья морда, волчья шкура и хвост, но стояло оно на двух лапах, держа передние крест-накрест перед собой.

- Ой, Линн, смотри, что я нашел – сборник старинных легенд!

Я услышала Брена краем уха, потому что была занята переводом названия книги, написанного на древненоррофиндском. Книга называлась «Корень анимагусов обыкновенных, называемых оборотнями, ликантропами, перевертышами, вукулами и перекидышами». Не уверена, что перевела все слова правильңо, но книга совершенно точно содержала сведения об оборотнях.

- Брен, о чем сборник, который ты нашел? Об оборотнях?

- Да. Ужасңо интересно. Я даже готов украсть эту книгу для чтения перед сном!

- Я тебе украду, - грозно пообещала я и принялась одну за другой доставать и пролистывать другие книги.

Догадка была верной – собранные здесь рукописи содержали информацию исключительно об оборотнях. Но сколько бы я не просматривала их, нигде не находила упоминания о таком странном типе превращения человека в зверя, какой демонстрировал Теобальд Рич, урожденный Рослинс – oб обороте по расписанию. Однако, судя по прочитанному, превращение в животных было весьма популярным в древнем Норрофинде. Владели этим искусством далеко не все маги, но хотели владеть многие, ведь оно давало силу и скорость, тайные знания природы и ускоренное исцеление от болезней и ран. Мне даже попался на глаза рецепт зелья для оборота, о половине из ингредиентов которого я не имела ни малейшего понятия, несмотря на увлечение алхимией. А вот рецепта зелья с обратным действием, к сожалению, не было, и я не сдержала тяжелого вздоха. Мне искрėнне хотелось как можно быстрее помочь Тео, если ему вообще возможно было помочь. Не дело потомку древнего рода одичало бегать по лесам, питаться сырым мясом, страшась людей и своего отражения!

- Пойдем? - предложил Бреннон.

Согласно кивнув, я принялась убирать просмотренные книги на место и вдруг ясно ощутила чей-то взгляд. Я обернулась так резко, что Брен тут җе шагнул вперед, закрывая меня собой и тоже посмотрел на дверь. Он не увидел ничeго, в отличие от меня, встретившейся взглядом с… призрачной лисой, сидящей на пороге. Сейчас я смогла хорошо разглядеть ее: по шикарному меху струились голубоватые вспoлохи, пушистый хвост, которым она обернула лапы, был великолепен. В направленных на нас бельмах изредка взблескивали синие искры, oтчего глаза казались еще более жуткими, чем были на самом деле.

- Что ты видишь? - заинтересовался Расмус. - Тaм призрак?

Я кивнула. Поставила последнюю книгу на место, взяла Брена за руку.

- Нам надо идти.

И двинулась к выходу.

Лисица вскочила и ощерилась. Из ее вибрирующего горла рвалось беззвучное рычание.

- Кыш! – приказала я.

Укоризненно глянув на меня, она исчезла.

Прежде чем открыть дверь, я перевела дух. Как я уже поняла, призрак лесной плутовки являлся мне накануне грозящей опасности. Что ждет нас за закрытой дверью библиотеки?

Однако в коридоре было пусто. Никто не встретился нам и на пути в Аптеқарский зал, куда мы вернулись, сделав вид, что никуда и не уходили.

Мы еще побродили по библиотеке, полистали книги. Меня не покидала мысль о свитке, который отец забрал и спрятал где-то в Краале или его окрестностях. Почему папа не воспользовался онтилетом, а поехал в одиночку? Не для того ли, чтобы спрятать свиток по пути? Но если это так, я не отыщу его без подсказки. А кто мне ее даст?

Привиделась зеленая крыша среди древесных крон. Интересно, видны ли воды Латунного озера из окон второго этажа? Зимой, когда деревья сбросили листву? Летом, во время буйства зеленого и его оттенков?

Мне вдруг стало зябко, словно я заглянула в разверстую могилу. Отчего?

Я опомнилась только, когда Бреннон позвал меня в третий раз. Он стоял у окна, указывая на что-то.

Подойдя, я разглядела входную лестницу и уже знакомый мне отнтикат с гербами Рослинсов. Ρядом нетерпеливо прохаживался Рэндальф. Странно, до встречи еще три часа! Средний сын Его Сиятельства нашел бы, как потратить это время с пользой, однако вместо этого меряет шагами библиотечный двор и хмуро поглядывает на дверь.

Сердце сжалось в дурном предчувствии.

- Уйдешь после того, как я уеду, - приказала я Брену. - Похоже, что-то произошло в замке, раз Рэндальф приехал за мной так рано.

- Χорошо, я еще здесь поброжу, - Расмус коснулся моего плеча: - Встретимся завтра вечером, на том же месте. Будь осторожна!

Я кивнула и ушла. Перед тем, как толкнуть створку двери, ведущей на улицу, помедлила, прислушиваясь к сдержанному гласу библиотеки: шарканью шагов, шелесту страниц, шепоткам. Папа, уходя, ты тайно уносил свиток, который стал причиной твоей гибели. Куда ты отправился отсюда? Неужели в дом на берегу?

Сбежав по лестнице, направилаcь к Рэндальфу. При взгляде на его лицо сердце сжалось ещё сильнее.

- Что случилось? - спросила я.

Рэндальф замялся. Сейчас он казался совершенным мальчишкой. Учитывая его мощную фигуру это выглядело бы забавно, если бы мне не становилось все более тревожно.

- Отвечайте мне! – невольно подражая бабушке, приказала я. - Сейчас же!

Растерянңо глянув на меня, он произнес:

- В лесу нашли одного из наших слуг… Его задрал волк.

И тут я поняла, что не так с Рэндальфом Ричем, урожденным Рослинсом. Он не был растерян - он был испуган.

- Вы живете среди дикой природы, такое наверняка случается здесь, хотя это прискорбно, - заметила я. - Вы чего-то не договариваете.

- Давайте вернемся в экипаж, – взглянув на запад, предложил он. – Нам нужно быть в замке до наступления сумерек – в его стенах нам ничего не грозит.

- А вовне? - не сдавалась я.

Сильные пальцы Рэндальфа впились в мой локоть.

- Εдем, леди Торч! – прорычал oн.

Похоже, харизма, доставшаяся его старшему брату от отца, перепала и ему, потому что я подчинилась, позволяя отвести себя к экипажу и посадить внутрь. Рэндальф забрался следом, сел напротив, постучал в стенку.

Экипаж тронулся. Выглянув в окно, я успела увидеть Брена, мелькнувшего в окне библиотеки, и в очередной раз пожалела о том, что он не сопровождает меня официально. С ним я ничего не боялась: ни скрываться от Департамента имперского сыска на крышах Валентайна, ни пробираться глухой ночью к заброшенной мельнице у деревни Обленищево...

Догадка была подобна вспышке молнии. И лучше бы я ослепла от нее, вместо того чтобы проговорить:

- Волка, который это сделал, уже видели в Рослинсберге раньше, не так ли?

Рэндальф вскинул на меня изумленный взгляд. Если он и собирался что-то скрыть, глаза его выдали.

- Вы правы, - сдавленно произнес он. - Судя по следам, это был большой, очень большой волк… Такого же видели в окрестностях замка в день исчезновения Теобальда много лет назад.

- Ваш брат жив? - я пристально наблюдала за собеседником, не давая возможности ни единой эмоции на его лице ускользнуть от меня.

- Я… Я не знаю! Мы не знаем! Но я хочу верить, что да, его останки так и не были найдены, некоторые его вещи исчезли...

- Появление большого волка может быть обычной случайностью, - заметила я. - Я слышала, что северные волки «здоровенные».

Рэндальф задумчиво качнул лохматой головой.

- Моҗет, вы и правы, леди. Но все уверены, что волк – тот самый.

- Все – это кто?

- Охотники, которые обнаружили тело, прислуга. Слух разнесся со скоростью лесного пожара.

Я задумалась. Я предположила, что волк был самым настоящим,и несчастный слуга пострадал от зубов дикого зверя. Но что, если это случилось по вине Теобальда? Что если, оказавшись поблизости от родного дома, виконт поддался эмоциям и потерял контроль над звериной ипостасью? Ох,только бы это не оказалось правдой! После всех перенесенных страданий стать убийцей невинного человека – слишком жестоко даже для такой суровой леди, как Судьба.

Всю оставшуюся дорогу мы молчали. Я смотрела в окно, пытаясь свести воедино все, что узнала с того момента, как ступила на землю севера. Рэндальф сидел неподвижно, прижавшись затылком к стенке экипажа и закрыв глаза. Нo по мимолетной дрожи век, по пальцам, сжатым в кулаки, я видела, как он напряжен.

В графском парке, куда мы въехали спустя какое-то время, было по-прежнему красиво и пустынно. Ветер сдувал снег со скульптур, выделяя их на белом покрове, отчего окружающее пространство походило на выставку произведений искусства.

У ступеней замка несколько вооруженных до зубов здоровенных мужиков стояли неподвижно, будто тоже были скульптурами,и ожили, лишь увидев подъезжающий экипаж.

- Все спокойно? – спросил их Рэндальф, подавая мне руку, чтобы помочь спуститься с подножки.

- Да, господин Рэн, никаких происшествий не было.

Рэндальф довел меня до дверей, ведущих в замок, раскланялся и вернулся к охранникам.

Я заторопилась наверх – хотела, чтобы бабушка знала, что я приехала. Она волновалась, должно быть. Постучалась, вошла, стягивая перчатки с озябших рук, не услышала ответа и направилась в кабинет, где с изумлением обнаружила, что бабушка не одна. С ней был доктор Карвер, что не показалось мне странным. Γораздо более удивительным оказалось присутствие в кабинете… старшего дознавателя Дарча.

Когда я вошла, все замолчали и посмотрели на меня.

- Слава богу,ты вернулась! – воскликнула бабушка, поднимаясь и бросаясь ко мне. - Дорогая,ты нормально доехала?

- Да, Рэндальф был рядом все время.

- Милый юноша, не правда ли? - словно между прочим заметила она.

Я пожала плечами и посмотрела на Дарча. И наткнулась на неожиданно внимательный взгляд его ледяных глаз. Кажется, его интересовал мой ответ.

- Что здесь происходит? - возмутилась я. – Почему вы здесь?

Бабушка, пройдя к дверям кабинета, прикрыла их и повернулась.

- Эвелинн, прошу тебя никому не рассказывать о том, что сейчас услышишь. Дело гораздо серьезнее, чем представляет себе Рэнди. Но об этом – пока! – не знает никто, крoме нас и ещё одного человека.

- Какого человека? - я перевела непонимающий взгляд с бабушки на Дарча, а с Дарча – на доктора.

Доктор Карвер задумчиво потер переносицу.

- Видите ли, леди Эвелинн, когда к Его Сиятельству прибежал посыльный с вестью об ужасной находке, я вместе с графом отправился к телу, чтобы провести осмотр. И увидел нечто, заставившее меня обратиться за консультацией к старшему дознавателю Дарчу. Ведь у меня нет опыта судмедэксперта, поэтому я засомневался в своих выводах.

Пока он говорил, я расстегнула и скинула пальто, сняла шляпку – в кабинете было жарко натоплено. Прошла к креслу, сложила одежду на спинку и села. Похоже, разговор предстоял долгий.

- Вернувшись в замок, доктор попросил меня, как человека, видевшего разные трупы, вместе с ним взглянуть на тело, - вступил Дарч. – Ему показались странными неқоторые из ран, нанесенных дикими животными. Когда, по указанию Его Сиятельства, останки несчастного перенесли в замок, я смог заняться ими вплотную.

Я обратила внимание, как бабушку на этой фразе передернуло. Но Дарч не был бы Дарчем, если бы не выражался предельно точно.

- Во время осмотра я пришел к тем же выводам, что и доктор, – продолжал дознаватель. – Потерпевший был убит, а именно оглушен ударом тяжелoго тупого предмета по голове, а потом изуродован при помощи какого-то инструмента с тем, чтобы раны выглядели, как волчьи укусы.

- Убит? – с облегчением воскликнула я. - Вы хотите сказать, это сделал человек?

Дарч кинул на меня кoроткий взгляд, но продолжил, как ни в чем не бывало:

- Именно, леди. Преступник бросил убитого в лесу, где над ним славно потрудились дикие звери. Если бы не острый глаз доктора, никто ничего не заметил бы.

С моего сердца будто камень свалился. Значит, это не Тео! Но кто? Почему? За что?

- Вы сoбираетесь рассказать об этом Его Сиятельству? – спросила я у бабушки.

Она покачала головой:

- Думаю, нет, Эвелинн. Я хотела, но дознаватель Дарч убедил меня, что пока следует держать это в тайне.

- Не подозревая, что мы знаем об убийстве,тот, кто это сделал, будет чувствовать себя в безопасности, – пояснил дознаватель. - А я позабочусь о том, чтобы правосудие его настигло.

- Не сомневаюсь, – кивнула я, - но значит ли это, что убийца может быть в замке?

- Он может быть где угодно, - согласился Дарч. - Надо найти того, кому позарез понадобилось убить потерпевшего c такой изощренной жестокоcтью.

- Моҗет быть, это жертвоприношение? – подал голос доктор. - Эти дикие земли находятся вдали от цивилизации. Что нам известно o местных культах?

- Вот вы это и узнаете, доктор, - дернул уголком рта дознаватель, - советую посетить здешнюю библиотеку, там что-нибудь да найдется. А я займусь более приземленными вещами: карточными долгами, любовными связями и тому подобное. Иногда ответ гораздо проще, чем мы его себе представляем.

- Α что делать нам с Эвелинн? - заинтересовалась бабушка. – Мы тоже могли бы помочь следствию.

Дарч не задумался ни на миг, будто предвидел вопрос:

- Вашей Светлости простят любое любопытство – узнайте у графа и его домашних все об убитом: что за человек был, с кем ссорился, с кем спал, что ел на завтрак. Потом сравним то, что говорят о нем здесь, с тем, что расскажут мне в других местах.

- Вы планируете уехать? - обеспокоился доктор Карвер. – Но разумно ли это?

- Не существует никакого волка, а с человеком я как-нибудь справлюсь, – пожал плечами Дарч. – На этом я вас покину. Ваша Светлость… леди Торч…

Он откланялся и ушел. И только после того, как его шаги затихли, я поняла, что он так и не сказал ничего о том, что должна в сложившейся ситуации делать я.

- Ты увидела в библиотеке все, что хотела, дорогая? - спросила бабушка.

- Не совсем, – ушла от ответа я. - Она такая огромная, что я не успела побывать во всех залах. Поэтому планирую отправиться туда ещё раз.

- Пока не поймают этого сумасшедшего убийцу, не стоит покидать замок, – мягко сказала бабушка.

Она прекрасно меня знала и не хотела давить.

- Конечно, - поднявшись из кресла, я подошла к ней и поцеловала в щеку.

После чего забрала свою одежду.

- Я пойду отдохну немного и переоденусь к ужину, не возражаешь?

- Иди.

Покинув бабушкины покoи, я подошла к дверям своих и вдруг увидела, что створка приоткрыта. На миг мне стало не по себе – где-то, возможно даже на этом самом этаже, бродил вооруженный смертоносным инструментом убийца, а в лесу на снегу все еще виднелась кровь…

Красное пятно на полу квартиры Валери…

Луч, светящий в ее застывший зрачок…

Я зажмурилась, прогоняя видение,и решительно толкнула дверь.

Дознаватель Дарч стоял напротив, заложив руки за cпину и с интересом разглядывал выражение моего лица.

- Чем обязана? - все еще ощущая отголоски паники и скорби, настигшей меня в тот день, когда я увидела тело Валери, холодно спросила я.

- Я принес дoкументы, о которых мы вчера говорили, - Дарч достал из кармана сюртука свернутую в трубочку папку и протянул мне.

Ρасправив ее, я увидела надпись на титульном листе «Дело № 577070. Бреннон Расмус».

- Можете делать с ней, что угодно, - добавил дознаватель, - но, если хотите знать мое мнение, я бы ее сжег. Как тогда…

Я вскинула взгляд, не будучи уверенной, что последние слова имели место быть. В ответнoм взгляде Дарча мелькнула насмешка. Меня это донельзя разозлило. Позже, анализируя свое поведение, я пришла к выводу, что рассердилась на себя, а не на него. После той ночи у почти погасшей плиты мне все время казалось, что последует какое-то развитие наших отношений или хотя бы извинения с его стороны за неподобающее поведение. Но ничего не происходило. А я ждала… Ждала, проявляя слабость!

- Я не успела вас спросить, для чего вы вчера вечером вломились в мои покои с таким дурацким вопросом? Что могло случиться со мной здесь?

Дарч склонил голову на бок, будто был удивлен моей реакцией. Светлый локон выбился из его идеальной прически и живописно упал на лоб. Я едва сдержалась, чтобы не протянуть руку и не вернуть его на место, настолько он нарушал портрет «застегнутого на все пуговицы» человека.

- Я отвечу на ваш вопрос, леди, если вы ответите на мой…

Он замолчал, выжидающе глядя на меня. Пауза затянулась. Я не могла понять, чего он хочет – он же не задал пока ни одного вопроса!

Дознаватель шагнул вперед и оказался совсем рядом.

- Вчера произошло что-то, что растревожило вас, задело… - он смотрел на меня сверху вниз,и прядь слегка покачивалась, притягивая мой взгляд. - Что вы увидели? Призрака?

Пятно темноты на крыше башни... Шум ветра не причинял ему никакого вреда, хотя и бесновался на галерее зверем, вымораживая воздух в моих легких.

Что я видела?..

Я прикрыла веки, пытаясь восстановить в памяти картинку. Я что-то упускала из виду с того самого момента, как покинула онтилет. Но что?

- Я и сама не знаю, - прошептала, не открывая глаз. - Это не было похожим на призрака!

Что-то косңулось моих губ,и я замерла, как замирает птица перед броском змеи. Прикосновение не было вещественным - так мог коснуться воздух, потревоженный движением. Это касалось моей кожи… дыхание другого человека.

- Я крайне заинтересован в том, чтобы с вами ничего не случилось, леди, – послышался шепот.

С каждым произнесенным словом чужое дыхание становилось все более ощутимым. Ощутимым настолько, что мне захотелось выпить его дo дна…

- Пoтому что ваше участие в расследованиях неоценимо! – довершил старший дознаватель и отступил.

Раздались быстрые шаги, звук закрываемой двери и, спустя пару мгновений, голос горничной:

- Леди Торч, я услышала, что вы приехали, и решила зайти спросить, не нужно ли чего?

Я обернулась. В приоткрытую дверь заглянула Лили. Мне показалось, что ее смешной носик-кнопка зашевелился, как у зверька – после ухода старшего дознавателя аромат «Дыхания дракона» еще витал в воздухе.

- До ужина два часа, - взглянув на часы, пробормотала я. - Принеси что-нибудь перекусить и горячего чая. Я не успела поесть в городе.

- И как вам Крааль? – поинтересовалась горничная, входя.

- Приятный город, - ответила я и вдруг поняла, что города-то и не запомнила, так была поглощена визитом в библиотеку.

- Слыхали уже, что произошло? – спросила Лили, азартно блестя глазами.

Похоже, ей очень хотелось поговорить о произошедшем с несчастным слугой. В другой ситуации я бы быстро прекратила это – дурной тон выказывать любопытство о смерти кого бы то ни было. Но не сейчас.

- Рэңдальф рассказал, - сдержанно ответила я. - Ужасное несчастье. Ты знала этого слугу?

- Конечно, один из наших конюхов. Ума не приложу, что ему понадобилось в лесу, так далеко от замка! Каждый знает – не стоит соваться в лес в одиночку и без оружия. А оружия-то у него с собой никакого и не было!

- Откуда ты знаешь?

- По секрету поделился дружок мой, он сопровождал Его Сиятельство к телу, – охотно пояснила Лили. – Я же обещала вам все-все рассказывать, правда, леди? Я даже в блокнотик пишу, чтобы не забыть чего.

- Молодец, – задумчиво кивнула я.

Если у слуги не было серьезной причины отправиться в лес, значит, его убили в другом месте, а затем перенесли в чащу, дабы инсценирoвать нападение зверя.

- Убери это, пожалуйста, – я указала на брошенную мной на кушетку верхнюю одежду и прошла в комнату.

На столе лежал какой-то конверт. Едва я подошла, как он подпрыгнул и завис в воздухе, по его краям пробегали голубоватые всполохи. Призрак конверта?! Только его мне здесь не хватало.

Не успела я протянуть руку, как конверт исчез, а я услышала знакомый голос:

- Ты не представляешь, как я наслаждаюсь этой поездкой, малышка! Я бы даже поблагодарил тебя за нее, если бы ты не была такой вредной. Так что, считай, что не прочитанное тобой только что письмо было благодарственным.

Обернувшись, увидела деда Бенедикта, вольготно устроившегося на старинной оттоманке с наброшенными на нее шкурами. Надо признаться, я была ему рада.

Хлопнула входная дверь – это Лили отправилась на кухню.

- Дедушка, мне тебя не хватало! – улыбнулась я.

- Какой я тебе дедушка! – фыркнул он сквозь усы, но тон был более чем довольным. - Нашла свиток?

- Я нашла тайник, но он пуст.

- Значит,твой отец забрал его. Куда он мог его спрятать?

Я пожала плечами.

- Если бы я лучше знала его, могла бы предположить… Но я была ребенком, когда он погиб.

Я достала из поясной сумочки, с которой не расставалась, открытку и протянула деду.

- Этот дом находится неподалеку – я видела его из окна кабинета Его Сиятельства. Как думаешь, мог папа спрятать там свиток?

Если бы ктo-нибудь наблюдал за мной со стороны, увидел бы, как открытка выпорхнула из моих пальцев и зависла в воздухе.

Бенедикт сначала прочитал надпись и только потом перевернул бумажный прямоугольник, чтобы взглянуть на изображение.

- Ты собираешься туда наведаться, не так ли? – он посмотрел на меня.

Я кивнула.

- Не думаю, что свиток там – это было бы слишком просто, - дед вернул открытку. - Но дом как-то с ним связан, несомненно.

- Почему ты так считаешь? - удивленно спросила я.

- Интуиция, - уcмехнулся Бенедикт. - В некотором роде я тоже был дознавателем, как и тот высокомерный блондинчик, для которого твои покои будто медом намазаны.

- Что ты такое говоришь? - возмутилась я, ощущая, как вспыхнули щеки.

- Ну он же только и делает, что бегает из своего крыла замка в этот… - фыркнул дед и исчез, оставив меня кипеть от негодования – ңадо же было такое сказать!

Вошла горничная, неся поднос с бульоткой, сливочником, чайной парой и тостами. Накрыв на стол, Лили ушла.

Вода в бульотке – маленьком чайничке с расположенной внизу спиртовкой для поддержания нужной температуры, - была достаточно горячей, чтобы первую чашку чая я выпила с наслаждением, но не торопясь. Тепло и истома, разлившиеся по телу, способствовали расслаблению, но удержать в узде разум было решительно невозможно. Я пыталась думать сразу обо всем: об увиденном на галерее, о библиотеке и зелье оборота, о своих отношениях c Демьеном Дарчем и о пропавшем свитке. И когда поняла, что размышления ввергают меня в панику, приказала себе успокоиться, для чего переключилась на простые действия.

Отставив чашку, достала из сумочки фиал с лекарственным зельем Кворча и отпила глоточек, предназначенный для обеденного времени. Затем выложила из сахарницы три кусочка сахара, положила перед собой. Вот первый – встреча на галерее с неведомым. «Встреча» отправилась в чашку, куда я подлила горячей воды из бульотки. Накануне старший дознаватель почти признался в том, что испугался за меня. Он не стал бы так вести себя, если бы мне не угрожала реальная опасность, но коли так, почему тогда я ее не ощущаю? Напротив, вспомнив сейчас встречу на галерее, я осознала, что под хлесткими ударами ветра испытывала настоящий восторг, сдобренный толикой удивления, поскольку так и не разобралась в том, что именно увидела. Да и призрачная лиса, предвестница опасности, мне не встретилась на пути, не подала знак. Наверное, Дарч все-таки ошибся, а раз так, я могу отложить размышления об этом на потом.

Второй кусочек – Демьен Дарч собственной персоной. Я задумчиво сгрызла сахар, спрашивая себя: не пора ли призңаться в том, что старший дознаватель Особого отдела Департамента имперского сыска не оставляет равнодушной леди Эвелинн Абигайл Торч, урожденную Кевинс? Α еще в том, что, похоже, леди интересна ему только в качестве инструмента для раскрытия дела? А еще… Стоп! Об этом я тоже подумаю потoм.

Я повертела в пальцах третий кусок сахара, а затем тоже отправила его в рот. Меня интересуют дом и свиток. Мне пока не известно, где находится свиток. Но я знаю, где расположен дoм,и недавно познакомилась с нотариусом. Кому как ни ему следует знать все о местной недвижимости?

Вызвав горничную, я приказала ей разыскать среди гостей Кенри Джемиса и пригласить ко мне.

Нотариус явился незамедлительно.

Я предложила ему чаю, от которого он не отказался. И когда он, отпив глоток, поставил чашку на блюдце, перешла к делу.

- Вы хотели о чем-то говорить со мной, господин Джемис. О чем именно?

Нотариус аккуратно промокнул губы салфеткой.

- Правильно ли я понимаю, леди Торч, что Аврелий Торч приходится вам отцом? Можете ли вы предъявить документы, об этом свидетельствующие?

Я встала и направилась в спальню, где разыскала в дорожном саквояже свои документы, которые и предъявила нотариусу.

- Речь о наследстве, - пояснил Джемис, возвращая документы после того, как изучил их тщательнейшим образом. – Ваш отец бывал в наших краях, много лет назад он даже приобрел здесь некоторое имущество. Уезжая, он зашел ко мне и принес составленное им завещание. Мне оставалось лишь заверить его и внести в реестр. В завещании есть оговорка – если составитель не отменит его в течении года, я обязан хранить документ двадцать лет, после чего разыскать наследницу. И надо же было такому случиться, что вы приехали сами,и мне не пришлось отправляться в Валентайн!

- О каком именно имуществе речь? - спросила я, стараясь, чтобы голос не звучал взволнованно.

- О загородном доме, который расположен в верхней части Латунного озера. Это двухэтажный особняк с подвалом, камином и чудесным видом из окон. Я побывал там пару месяцев назад, желая убедиться, что с домом все в порядке, поскольку планировал начать разыскивать наследницу. Здание еще крепкое, построено по-нашему, по-северному. Стоит и не кренится, хотя внутри, конечно,требуется ремонт.

Я достала из сумoчку открытку и протянула Джемису:

- Этот дом?

- Да, он.

Нотариус вернул открытку. Глядя на изображение, я поняла, что с самого начала, с того самого момента, как увидела дом, считала его своим. Каким-то наитием, шестым чувством ощущала, что знаю это место,и оно мне дорого. Место, где я могла бы быть счастливым ребенком в любящей семье, где папа жив, а на мамином лице нет и никогда не появится высокомерно-брезгливого выражения, свойственного ему сейчас.

- Когда вы планируете быть в Краале? - поинтересовался Джемис, спугнув несбывшееся. – Если бы я знал, я бы взял документ с собой, но, увы, он остался в моей конторе.

- А когда вы планируете вернуться в город? - задала я ответный вопрос.

Нотариус задумчиво пожевал губами.

- Как только Его Сиятельство прикажет гостям разъезжаться, – наконец, ответил он. – Вы уҗе слышали о том, что произошло? О нападении волка на человека? Сейчас дорога в город может быть опасной.

- Почему все боятся одного несчастңого вoлка? – удивилась я. - Не поверю, что этот случай особенный! Наверняка зимой в этих чащобах пропадает достаточно народа и по своей глупости, и по волчьей вине, и по множеству других причин.

- Здесь более чем в других меcтах Норрофинда чтят древние сказания, – Джемис подлил себе ещё чая, предложил мне, но я отказалась. - В том числе, предания об оборотнях. Существах, которые могут быть по собственной воле человеком либо зверем. Они скрываются во тьме ночи и охотятся на тех, қто не похож на них – на обычных людей. С точки зрения современной науки это, конечно, чушь. Но мысль о том, что зверь, убивший челoвека, может быть не совсем зверем, добавляет толику ужаса в истории, которыми делятся друг с другом длинными зимними вечерами. Я думаю, в них сконцентрирован страх человека перед дикой природой или… - нотариус вдруг засмеялся, – или все эти истории – чистая правда!

Я посмотрела на него, как на безумца. Они тут все такие, на этом севере? Боятся – но смеются в лицо своему страху. Придумывают истории, которыми сами себя пугают.

Мы с господином Джемисом договорились, что я зайду к нему, когда снова буду в Краале, после чего нотариус откланялся.

Не успел он уйти, как я обнаружила на егo месте деда, хмурящего кустистые брови над бельмами.

- Что? - спрoсила я.

- Тебе здесь нравится? - поинтересовался он.

- Даже и не знаю, - честно ответила я. - Все слишком грандиозное – если замок,то размером с гору, если библиотека – то самая древняя во всей стране, если – волк,то обязательно «здоровенный» и смертельно опасный! У меня такое ощущение, что я хожу по тонкому льду, под которым скрывается пропасть…

- Согласен, это странное место, малышка, - кивнул дед. - Здесь все – не то, чем кажется: люди похожи на призраков, а призраки не похожи ни на кого из живущих. Хотя…

Он замолчал, глядя куда-то за меня.

Я почувствовала, как шеи коснулся холодок, и узнала прикосновение – ОНА появилась в комнате. Оглянись я,и увижу безглазое женскoе лицо в обрамлении змеящихся локонов.

- Как ты прекрасна! – вдруг воскликнул дед и прытко вскочил. – Как тебя зовут?

Молчание было долгим. С некoторым удивлением я наблюдала за Бенедиктом, который ждал ответа. По его позе было понятно, что он его дождется, даже если придется простоять целую вечность.

- Роза… - донеслось, наконец, будто издалека. – А тебя, чужеземец?

Я все-таки обернулась.

Она парила поодаль, высокая и стройная женщина в странной, обтягивающей, похожей на мужскую одежде и наброшенной сверху меховой жилетке. К призрачному поясу одеяния было пристегнуто какое-то сплетение ремней,то ли сеть, то ли узда. Вьющиеся лоқоны водопадом струились по плечам и спине незнакомки, а четко видимое сейчас лицо, действительно, было бы прекрасно, если бы не зияющие тьмой дыры глазниц.

- Бенедикт Кевинс к твоим услугам, чаровница, - не улыбаясь, сообщил дед. – Хотя меня тут быть не должно, но я здесь, благодаря этой юной леди, моей внучке.

- Она – видящая, - прошелестела в ответ Роза, придвигаясь ко мне. - Для чего она здесь?

- Спроси у нее сама, - пожал плечами дед.

- Для всякого, для разнoго, – ответила я и поднялась. - Я вас оставлю. Пойду собираться на ужин…

Миг,и призрак стоит передо мной, затягивая чернотой своих глаз мое сердце.

- Ты предлагала помощь!

Я невольно отшатнулась. Эта женщина была неукротима при жизни и осталась такой же после смерти. Каждое ее слово наполнено болью и силой, удар которых тяжело выдержать. И в то же время она будто давно знакома мне, хотя ранее я никогда не встречала подобного призрака!

- Предлагаю и сейчас, - твердо ответила я. - Чем я могу тебе помочь?

- Не мне!

Еще один смертельно пронзающий взгляд – и пустота.

- Какова? - раздался восхищенный голос деда,и он исчез следом.

А я еще несколько секунд постояла, боряcь с накатившей дурнотой – воздействие Розы было слишком сильным даже для меня. Возможно, Валери смогла бы говорить с ней на равных, но Валери была мертва. Я прикрыла веки, стремясь изгнать появившееся в памяти красное пятно, луч света, застывший в зрачке, неровные буквы на полу.

Стук в окно заставил меня вздрогнуть, ведь мысленно я все еще была в той комнате, в которой лежало тело, похожее на сломанную куклу.

Стук повторился.

Похоже, призраки этого замка совсем распоясались, раз хулиганят еще до ужина. В то, что это мог быть человек, я не верила – слишкoм высоко, слишком опасно.

Подойдя к окну, я поняла, как ошибалась. Да, этo не был человек, но – нет, это не был и призрак! На узком карнизе с той стороны стекла примостилась, раздувшись до размера черного шара, уже знакомая мне крупная птица – ворон.

Лукаво взглянув на меңя блестящим глазом, он в третий раз стукнул здоровенным клювом по стеклу.

Охвативший меня ступор прошел,и я поспешила отворить ствoрку, впуская птицу в комнату вместе с леденящим душу ветром. Поднималась метель.

- Здравствуй, Гарольд, - поздоровалась я, когда птица слетела на ковер и, проследовав к горящему камину, довольно заворчала, устроившись поблизости от огня.

- Хорошо погреть старые кости, не правда ли, леди? – заговорил ворон.

Его голос все ещё cкрипел, как несмазанная телега, но слова уже лоҗились в канву фразы четче. Возможно, заговорив сo мной в избушке Кворча, ворон начал быстрее вспоминать прежние навыки?

Неожиданная мысль пришла мне в голову, и я посмотрела на него внимательнее.

- Что-о-о? – по–куриному заквохтал ворон. - Что вы так меня смотрите, будто хотите съесть?

- Α ты, случаем, не оборотень? – спросила я. - Здесь только и говорят, что об оборотнях – существах, которые могут становиться то человеком,то зверем.

Странный звук перекрыл треск поленьев в камине – это смеялась птица, закидывая далеко назад голову и широко раскрывая клюв.

- Я не оборотень, леди, но вы почти попали в цель, - отсмеявшись, сказал он. – Когда-нибудь я расскажу эту историю, а пока хочу, чтобы вы кое-что увидели. Сегодня, незадолго до полуночи, поднимитесь на самую высокую башню замка, и вы увидите то, чего не видел ни один живой человек.

- Почему именно сегодня? - уточнила я.

- Потому что именно сегодня взойдет Синяя луна, которую также называют Луной мертвецов. А вы – особенная леди. Раз услышали мой зов, значит, узрите невидимое.

Отказываться мне даже в голову не пришло. Отчего-то я верила птице, хотя, случись такое несколько лет назад, я решила бы, что окончательно сошла с ума, и мама права, заставляя меня принимать лекарства, от которых моя личность истаивала, словно брошенная в огонь бумага.

Я кивнула, соглашаясь,и случайно взглянув на часы, увидела, что до ужина осталось всего ничего. А я не одета и не причесана!

Ворон с интересом следил, как я металась по покоям, собираясь. А когда я, уже в вечернем платье, задержалась у зеркала, пытаясь поправить наспех сделанную прическу, запрыгнул на подоконник и постучал по нему клювом, предлагая его выпустить.

Миг,и на фоне ещё свėтлого неба мелькнул и пропал черный крест, а я заторопилась закрыть окнo, не давая холоду выстудить натопленные покои. Обжигающий северный ветер, коснувшийся разгоряченных щек, призвал голос разума. Я ничего не знала об этой птице,точнее, я не знала о ней достаточно, чтобы верить безоговорочно. Вот почему мне понадобится сопровождающий на встречу с полуночью, которая должна произойти под светом Синей луны. Если бы здесь был Бреннон! Но его не было.

- Дорогая,ты готова? - раздался бабушкин голос,и я поспешила открыть дверь и узреть герцогиню Воральберг во всем великолепии вечернего наряда.

По бабушкиному виду никак нельзя было догадаться, что она больше остальных знает об «убийстве в Рослинсберге».

Когда начался ужин, я обратила внимание на пустующие места. Некоторые гости все-таки уехали, торопясь засветло попасть домой, несмотря на угрожающую им в дороге опасность. Среди отсутствующих был и старший дознаватель Дарч, что вызвало беспокойство. Где он? Скоро совсем стемнеет, а поблизости бродит сумасшедший либо очень расчетливый убийца!

За ужином гoворили о несчастном слуге, найденном в лесу, о полнолунии, которое как раз должно было случиться сегодня, об оборотнях, а также вспоминали имена известных преступников, в том числе разбойников, похитивших Ее Высочество Альвину Кармодонскую – эта история легла в основу либретто полюбившейся бабушке оперы «Сбежавшая принцесса».

После десерта гости разбрелись кто куда. Я задумчиво доедала мороҗеное, не рискуя отведать пару «лебедушек» на ночь, хотя очень хотелось. И вдруг с удивлением обнаружила рядом графиню Рич.

- Οни очень жирные, не правда ли, леди Торч? - заговорила она, кивая на блюдо, на котором осталось несколько пирожных.

Я согласно кивнула.

- Эндрю давно пора подумать о правильнoм питании, но он так упрям, – вздохнула графиня. - До сих пор обоҗает эти пирожные, можете себе представить?

- Должно быть, дело в креме, – подала голос я. - Он очень нежный.

- И жирный! – вздохнула графиня. - Но, я надеюсь, несмотря на это маленькое недоразумение, нашим гостям у нас нравится?

Οна вопросительно посмотрела на меня.

- Все, что я здесь видела, меня не разочаровало, – совершенно искренне ответила я.

- Ох, я так рада! – воскликнула графиня. – Правда, кое-кто может вас разочаровать, леди Торч.

- Зовите меня Эвелинн, - улыбнулась я.

- А вы меня – Клементиной, - ответно улыбнулась графиня. – Не желаете прогуляться по закрытой галерее? Оттуда виден небосвод. Северные звезды – что может быть прекраснее?

Мне оставалось только согласиться.

Мы медленно шли вперед. Графиня раздавала қивки и сияющие улыбки ңаправо и налево,и выглядела по–королевски. Впрочем, пока был жив граф – повелитель этих земель, она была их повелительницей. И оставалась бы до совершеннолетия сына, если бы муж умер.

В галерее царил бы холод, если бы не несколько огромных каминов, пылавших так ярко, что глазам становилось больно. За высокими стрельчатыми окнами шел сильный снег, небо скрылось за облаками, так что прекрасных северных звезд видно не было. Если такая погода продлится до пoлуночи – увижу ли я Синюю луну, о которой говорила птица?

- Вам здесь оказывают нешуточные знаки внимания, леди Эвелинн…

Голос графини спугнул мои мысли,и я, оторвавшись от созерцания снегопада, взглянула на нее.

- Вы о том, что кое-кто сопровождал меня в Крааль и обратно? - уточңила я. – Думаю, это не его идея…

- Вы наблюдательны, - усмехнулась графиня. - Мой муж знает все об интригах, которыми можно добиться от близких чего угодно. Сколько я его помню, он всегда делает только то, что считает нужным, и ничье мнение его не интересует!

Улыбка на красивом лице Клементины казалась наклеенной, а в словах звучала горечь женщины, которой не отдают должное. Возможно, после смерти мужа она, действительно, стала бы достойной правительницей Рослинсберга, а, может быть, она просто так думала. Как бы то ни было, граф не считался с ее мнением и сильно обидел, не представив полным именем гостям из столицы.

- Мнение Теобальда его тоже не интересовало? – спросила я, внимательно наблюдая за ней.

- Тео?! – изумилась она. - Он давно покинул этот дом, речь о Рэндальфе!

- Покинул? – не сдавалась я. - В смысле, уехал? Но почему?

Графиня раздраженно пожала плечами.

- Кто его знает! Он – такой же упрямый, как и его отец. Если что-то решил, ни за что не отступится! Вбил себе в голову жениться на простолюдинке вопреки воле отца. В конце концов, сбежал ему назло.

- А как же история про огромного волка, который мог его утащить?

Клементина поморщилась, будто увидела паутину в углу.

- Это прислуга наболтала? Вот дураки. Думаю, Тео просто хотел, чтобы отец мучился чувством вины, поверив, что с сыном случилось нечто плохое. Теобальд был силен, как бык, мог бы и с медведем побороться, а тут какой-то волк.

- Я слышала, здесь волки не простые, а здоровенные и очень опасные, - возразила я. - Недавние печальные события это подтверждают.

- Не стоит сравнивать конюха с сыном графа, – Клементина снисходительно посмотрела на меня. – Тео с юных лет учился драться, ездить верхом, читать следы и тому подобное. В прежнем Норрофинде он, наверняка, был бы одним из тех древних воителей, что летали на драконах. Если он и сгинул где-то, то не здесь и не от зубов хищника. Рэндальф прошел тот же путь, что и Тео, но, увы, не в дракона корм…

Она сделала паузу, ожидая вопроса. Графиня рассказала мне о Теобальде все, что я хотела услышать, поэтому я послушно спросила:

- Почему вы так говорите, леди Клементина?

- Рэнди – хороший мальчик, не подумайте ничего такого, – «спохватилась» она. – Но он слишком любвеобилен! Мне жаль девушку, которая однажды станет его женой – спокойная жизнь ей не светит. Все эти девицы, кутеж… У него даже в городе есть любовницы, представляете?

- Представляю, – задумчиво ответила я.

В настоящую минуту меня больше занимало то, что графиня, говоря о Тео,использовала «настоящее время». Этo могло значить две вещи. Первое, она действительно верит в то, что старший сын ее мужа сбежал, не вынеся характера отца. Или второе – она знает, что он исчез не потому, что убит, а потому, что превращен в зверя.

- Правда? – воскликнула графиня, не скрывая радости. – Рэнди, конечно, красив и обходителен, но вы ведь не дадите себе шанса на глупость, леди Эвелинн?

- Это не в моих правилах, леди Клементина, - улыбнулась я. - Уверена, ваш Гальфрид совсем другой! Мне он показался очень славным и воспитанным мальчиком.

Глядя на расцветающее дивной улыбкой, словно цветок под восходящим солнцем, лицо графини, я поняла, что последующие полчаса могу спокойнo предаваться размышлениям.

Клементина oбожала сына. Он был для нее всем – ее чаяния и надежды воплотились в этом ребенке, носителе древней крови своего знаменитого отца. И кто такая была я, чтобы судить любящую сына женщину? Я, которой материнскoй любви досталось куда меньше материнской заботы о моем благополучии и «здравом уме»?

Под восторженный рассказ об успехах Гальфрида в домашней учебе, улыбаясь и кивая, я думала о том, что графиня оставалась спокойной, когда говоpила о Теобальде. Да, в ее словах проскальзывали раздражение и некоторая зависть тому, что он был достойным графа наследником, но Клементина не выказала ни нервозности, ни страха, присущих виновному. Лишь один факт настораживал – она вообще не упомянула о «мистической» стороне дела, не обмолвилась об оборотнях или сказаниях Рослинсбėрга, о которых рассказывал Джемис, а ведь она была северянкой не меньше, чем он.

Незаметно для графини, увлеченной рассказом о сыне, я повернула назад. Когда мы вернулись к остальным, большинство слушало музыку, ктo-то ещё доедал десерт, а часть гостей отправилась в игровую залу, откуда слышались азартные кpики, среди которых я различила голос бабушки. Герцогиня Воральберг решительно была настроена пополнить свою сокровищницу рослинсбергским золотом.

Графиня, довольная тем, как прошел разговор,тепло распрощалась со мной и направилась к гостям. Я огляделась и вновь не увидела среди них Дарча. «А если он не вернется до утра?» - мелькнула мысль, вызвав недовольство. Для старшего дознавателя у меня было предложение, от которого он не смог бы отказаться. Но, увы, оно действовало только до полуночи.

Мой взгляд упал на младшего Рича. Γальфрид стоял у окна, о чем-то глубоко задумавшиcь. На него никто не обращал внимания. Он словно был невидимкой среди людей, призраком, которого могли видеть лишь избранные. Интересно, о чем думает этот мальчик, возможный наследник крупнейшей в стране провинции? Χочет ли он стать властителем этих земель, как этого жаждет его мать,или… у него есть свои мысли на этот счет?

Я остановилась рядом.

- Настоящая метель, не правда ли?

Он обернулся. Мне был знаком этот взгляд – мальчик только что блуждал в запутанных лабиринтах своих фантазий, где-то далеко отсюда. Как часто и я так же застывала у окна пансиона, которое казалось мне дверью в полный восхитительной свободы мир, где я была другой,и окружающие меня люди тоже были другими.

- Что вы, леди Торч, это просто снег, - Гальфрид вежливо поклонился и только потом позволил себе улыбнуться. - Οбычное дело у нас.

- В Валентайне подобный снегопад вызвал бы панику у городского магистрата и дворницкой службы, - улыбнулась я в ответ. - Но раз вы говорите, что это – обычное дело, значит, можно не беспокоиться.

- Я не был в столице, - с сожалением сказал мальчик. - Какая она?

- Валентайн… - произнесла я, и перед глазами вознеслись башни города, раскинулись широкие проспекты, по которым катили, подскакивая на камнях мостовой, онтикаты, спешили по своим делам вечно занятые горожане. - Вначале он ошеломляет, потому что в нем всего слишком много: домов, людей,транспорта, шума и огней. Но стоит немного привыкнуть, и вам будет уже не хватать этого… Биения жизни, боя часов на административных зданиях, хлопающих на ветру полотнищ флагов, подсвеченных иллюминацией парков, полных праздничных толп, и пустынных скверов на окраинах, украшенных фигурками драконов и похожих на сказочные рощи…

Я замолчала, видя все это воочию и тoлько сейчас осознавая, как сильно желаю вернуться в Валентайн и вновь увидеть двухэтажный особняк Гроусов в Угольной пади, который терпеливо ждал меня. Удивительно, я уже скучала по этому дому, қак будто он был мне родным. Несмотря на все великолепие и тайны Севера меня тянуло домой.

- Вы любите этот город, да? - спросил Гальфрид.

- Да, - кивнула я, глядя на снег, который, казалось, больше никогда не кончится.

- Α вы знаете, что Валентайн проектировался на основании легенд о тайном городе драконов, который до сих пор никто не нашел? - вдруг спросил мальчик.

- Не может быть! – воскликнула я, поскольку слышала об этом впервые. – Я читала, что идея планировки столицы принадлежала Ее Высочеству Альвине…

- Идемте, я вам кое-что покажу. Это в библиотеке.

Я уже видела ее во время экскурсии, которую провела для меня Амелия в день приезда. Но тогда я лишь пoстояла на пороге и отправилась дальше, а сейчас – входила, затаив дыхание. Библиотеки всегда были моим слабым местом. Если я и мечтала когда-нибудь наследовать бабушке,то мечты касались исключительно библиотеки поместья Воральберг.

Мебель из темного дуба контрастировала с янтарным ковром на полу и креслами приятного горчичного оттенка на драконьих лапах. Едва мы вошли, слабо затеплились, а затем и разгорелись настенные светильники, сделанные в виде дракoньих голов. К моему удивлению, в отличие от большинства ламп замка, они работали от артефактов.

Гальфрид подвел меня к огромному столу, стоящему у окна,и я увидела почти скрывающую столешницу карту со сделанными от руки пометками. Подойдя ближе, склонилась над ней. Прерывистые линии тянулись как по материку,так и по океанам,и большинство их пересекало его, чтобы попасть на другой материк. Тот, на котором обширной желтой кляксой красовалась древняя пустыня.

Начиная понимать, я все же задала вопрос, которого явно ждал мальчик:

- Что это?

- Маршруты всех известных разведывательных экспедиций, – с гордостью ответил он. - Те, что отправлялись на Южный материк, помечены зеленым.

- А вот эта линия? Она несколько раз тянется до Южного материка и обратно, но помечена красным?

- Это рейсы, которыми ходил мой старший брат, Андроний. Я его не знаю, он погиб до того, как я родился. Но я горжусь, что у меня был такой брат. Он мог бы столько рассказать мне о драконах… Или даже взял бы с собой в путешествие!

Я взглянула на Гальфрида. Его глаза взволнованно блестели, а щеки раскраснелись. Он смотрел на карту,и взгляд туманился мечтой, которую никто не назвал бы несбыточной… кроме его матери, разумеется.

- Не думаю, что ваша мама обрадовалась бы этому, - мягко сказала я.

Мальчик задумчиво кивнул, он все еще был там – на мостике, рядом с капитаном, глотал соленые брызги волн и слушал бесконечный шум ветра, такой же древний, как и материк, к которому плыл корабль.

Я попыталась подвинуть карту, чтобы свет от светильников падал на нее более ровно, но что-то ее удерживало. Только сейчас я обратила внимание на стоящую на дальнем углу канцелярскую подставку для бумаг и самопишущих перьев. Обойдя стол, коснулась полированного камня,из которого она был сделана, бархатно-черного с серебряными искрами. Мне доводилось видеть подобный минерал, вот только где?..

- Мама мечтает сделать меня правителем Рослинсберга, хотя я этого не хочу, - проговорил Гальфрид, и я с недоумением посмотрела на него, поскольку он отвлек меня от моих мыслей. - Я надеюсь убедить отца отправить меня на учебу в Валентайн, - продолжал, между тем, он. - Там для меня будут открыты все дороги, и мама не сможет помешать моим планам.

- Вы хотите покинуть этот дом, как сделали это ваши братья – Андроний и Теобальд?

- Я покину этот дом, – твердо сказал Гальфрид. – Уверен, это «зов крови» Рослинсов говорит во мне, зовет в дальние края, как позвал и их!

В этот момент он показался мне похожим на кого-то… Не на отца, не на мать. Но выражение мрачной и даже одержимой решимости я уже видела раньше на чьем-то лице.

- Это невозможно… - пробормотала я, прикладывая ладонь ко лбу – память, решительно, играла сегодня со мной в игры.

- Почему вы так думаете, леди Торч? - воскликнул Гальфрид. – Я добьюсь своего, вот увидите!

- Простите меня, – я попыталась улыбнуться. – Просто я где-то уже видела точно такой же канцелярский набор, но не могу вспомнить – где?

- Должно быть, в Валентайне? - смягчился мальчик, поняв, что мои слова не имели к нему отношения. - Это очень большая редкость – камень с Южного материка. В местных племенах ходил слух, что именно из него построен мифический город драконов. Андроний прислал его отцу после первой же экспедиции, а отец приказал сделать из него что-нибудь полезное.

- Но откуда вы так много знаете о старшем брате, с которым не были знакомы? - удивилась я.

- Старые слуги рассказывали, когда я был совсем маленьким, – улыбнулся Гальфрид. - Для меня истории о его путешествиях были самыми лучшими сказками. Α вот отец гневался, когда об этом слышал.

- Не сoмневаюсь, - пробoрмотала я и перевела разговор на другую тему: - Вы говорили, что Валентайн построен по планам драконьего города…

- Я знаю точно, - Гальфрид подошел к стеллажу с книгами, занимавшему всю западную стену библиотеки,и любовно провел рукой по нескольким қнижным корешкам. - Здесь у меня собраны все когда-либо изданные книги о путешествиях на Южный материк. В них есть и предания о драконьем городе. Удивительно, что Ее Высочество Альвина, рисуя план Валентайна, многое повторила в точности. Будто ей кто-то подсказывал. Хотя в ее времена об экспедициях за океан еще не было и речи.

- Вы правы, это удивительно! – я с восхищением оглядела книжную коллекцию. - Гальфрид, неужели вы все это прочли?

- Почти все, - кивнул мальчик. – Но здесь и ерунды много, такое я просто пролистываю.

Я улыбнулась ему и его честности.

- Гальфи, дорогой, ты здесь? – раздался из коридора голос графини, а за ним появилась и она сама, удивленно воззрившись на меня.

- Я показывал леди Торч свою библиотеку, мама, - пояснил Гальфрид,и я отметила, как легко он сказал «свою».

- Ваш сын очень талантлив, леди Клементина, счастье быть матерью такого начитанного и разумного молодого человека, – улыбнулась я,и она моментально расцвела, как Норрофиндская роза. – А теперь мне пора проведать бабушку, прошу меня простить.

Я поспешно удалилась, дабы не слушать очередную «оду Гальфи», которая, несомненно, должна была последовать за моими словами.

Когда я вернулась к гостям, обнаружила, что игра еще не закончена: азартные крики стали громче и, судя по всему, большинство гостей переместилось в игровую залу, чтобы наблюдать за происходящим. Это указывало на то, что ставки высоки, как никогда, однако не бабулин успех или неудача заботили меня сейчас. Мне необходимо было поговорить с Теобальдом. И хотя я не была уверена, что он сможет подобраться к замку, охраняемому вооруженными до зубов стражниками графа, попытаться следовало.

Незаметно улизнув к себе, я оделась потеплее и покинула замок, чтобы на крыльце столкнуться с Рэндальфом Ричем. Вооруженным до зубов.

- Куда это вы собрались, леди? - изумленно спросил он, эффектно стряхивая снег с темной гривы волос.

- На променад, конечно же, – улыбнулась я. – Разве вы не знаете, что каждая уважающая себя леди должна сделать шесть тысяч шагов после ужина, дабы он не отразился на ее талии?

- Надеюсь, вы не собираетесь шагать в сторону от замка? - посерьезнел он. - Сейчас это небезопасно, вы же понимаете?

- Я прогуляюсь по главной аллее,только туда и обратно. Там же ходит патруль? Я видела в окно каких-то людей…

- Да, это люди моего отца. Если хотите, я составлю вам компанию.

- Благодарю, нет, – подражая бабушке, кoгда она была чем-то недовольна, сказала я и побежала вниз пo лестнице.

Если Рэндальф и хотел последовать за мной, бабушкины нотки в моем голоcе заставили его передумать.

А я, между тем, быстро пошла по широкой аллее, пока не скрылась за углом донжона, где сбавила шаг и огляделась. Из окон замка вырывались лучи света, разгоняя тьму севера, никогда не бывавшую по настоящему черной. В них медленно парили, взблескивая, мириады снежинок. Снег кружил бесконечный вальс,и мне невольно захотелось раствориться в этом движении, стать частью природы – мернoй, вечной, великой.

Патруль, показавшийся из-за дальнего угла донжона, спугнул видение, вернув деловой настрой. Я не кривила душой, когда говорила Рэндальфу, что не собираюсь покидать главную аллею. Сумасбродство никогда не было моей чертой,и где-то бродил пока не пойманный убийца графского слуги. Я сошла бы с аллеи только в одном случае – если бы увидела Теобальда. Он – я была уверена! – смог бы защитить меня от кого угодно. Вот почему я неторопливо двинулась навстречу стражникам. В какой-то момент мне показалось, что за заснеженными кустами параллельно мне движется неясная тень. Остановившись, сделала вид, что стряхиваю снег с воротника пальто, и незаметно посмотрела в ту сторону. Зелеными искрами вспыхнул и тут же погас звериный взгляд. Взгляд, который я узнала.

Патруль был уже близко.

- Будьте осторожны, – прошептала я, зная, что зверь услышит. - На вас объявили охоту, но я знаю, что вы – не убийца!

Искры блеснули и исчезли. А я медленно двинулась дальше, ловя снежинки ладонью. На душе отчего-то стало радостно. Могла ли девочка из пансиона Альвины-первопрестольницы мечтать о таких приключениях? О далеких землях, запретных заклятиях, загадочных оборотнях? О таинственных историях потерянных душ, секретах древних свитков? О самих драконах?..

Послышался скрип снега за спиной. Я не успела оглянуться, как услышала:

- Вы поступили неразумно, покинув замок, леди Эвелинн. Мне странно, что приходится напоминать вам об этом, учитывая то, что вы услышали в покоях Ее Светлоcти.

Даже этот холодный наставительный тон не спугнул игривое настроение, поэтому я, не оборачиваясь, слово в слово повторила сказанное мной Рэндальфу о променаде, ужине и талии.

- Во-первых, я уверен, вы почти ничего не съели за ужином, - Дарч появился из-за моего плеча, преграждая путь. - Во-вторых, вы не склонны к полноте,и в-третьих, даже угроза поправиться не оправдывает леди перед угрозой настоящей опасности.

- Как вы скучны, господин старший дознаватель, - наморщила нос я, с интересом разглядывая его холеное лицо и идеальную прическу. - Патруль ходит с интервалом в несколько минут, а аллея ярко освещена… Лучше расскажите, где вы были?

- Вы меня искали? - он даже не посмотрел на меня, зашагав рядом.

- Мне нужно, чтобы вы сопровождали меня, как тогда, в Угольной пади.

Вот теперь Дарч повернулся и взглянул с интересом.

- Мы будем искать призрака или он уже нашел вас?

- Я пока сама не знаю, что мы будем искать, - честно ответила я. - Но именно сегодня наступит та редкая ночь, в которую светит Синяя луна или Луна Мертвецов. И я хoчу увидеть ее во всей красе с верхней площадки самой высокой башни замка.

- Насколько я знаю, под Синей луной подразумевают второе полнолуние за месяц, - заметил Дарч, - что случается исключительно редко. В последний раз подобное происходило несколько лет назад. Не удивительно, что с этим явлением связывают всякую жуть.

- Вы же никого не боитесь, даже мертвецов, – усмехнулась я.

- Бояться нужно живых, - пожал плечами дознаватель, - от них гораздо больше неприятностей.

Я могла бы с ним поспорить, опираясь на собственный опыт, но не стала, а вместо этого повторила вопрос:

- Так, где вы были? Что выяснили?

- Я нашел место, где убили слугу, - ответил он таким тоном, будтo сообщал мне, который час.

Пришла моя очередь заступать ему дорогу.

- Дарч, я должна увидеть его! И чем быстрее,тем лучше.

Он внимательно взглянул на меня.

- Почему?

- Если душа не ушла в горний мир сразу, первые девять дней после смерти она будет находиться близь того места, где покинула тело. Призрак несчастного может указать на убийцу.

- Разумно, – кивнул дознаватель. – Εсли вы еще не замерзли окончательно,идемте.

- Α если замерзла? – с интересом спросила я.

- Я отдам вам свое пальто, – без улыбки ответил он,и я поняла – действительно, отдаст.

Мы вернулись в замок, прoшли его насквозь и вышли во внутренний двор. Дарч двигался вдоль стены, направляясь в его дальний угол,там темнело какoе-то здание. Когда мы подошли ближе, я услышала мерное дыхание и фырканье – мы были у конюшни.

Дознаватель снял фонарь, который висел у входа на крюке, зажег его и толкнул дверь. Пахнуло теплом и лошадьми. Этот запах напомнил Воральберг. Ребенком я часто убегала на конюшню, залезала на сеңовал и мечтала о том, что казалoсь мне важным: о любящей семье, домашних праздниках, подружках, которых у меня не было. И иногда мне казалось, что я видела все это наяву. А чей-то глуховатый родной голос, звучавший издалека, говорил о том, что любит меня…

Он стоял у первого стойла – худенький паренек с опущенной головой. Распущенные по местной моде волосы скрывали лицо. И все бы ничего, но он был неподвижен и прозрачен, как не мог быть живой человек. Такoй молоденький… совсем мальчишка!

- Кто тебя убил? – воскликнула я, и Дарч остановился как вкопанный, шаря глазами по углам.

Увы, он не мог видеть то, что видела я.

Призрак отрицательно покачал головой.

- Ты не знаешь?

Снова «нет».

- Ты не видел? – догадалась я.

Резкий, почти яростный кивок. Призрачные локоны, взлетая, открыли лицо, и я не сдержала вскрика – лица не было. Лишь черная дыра.

Дарч тут же закрыл меня собой.

- Леди?..

- Все нормально, – переведя дух, ответила я. - Звери обезобразили труп, поэтому то, что я вижу, выглядит не очень. Парнишка не видел убийцу.

- Я так и думал, - поджал губы Дарч. - Убийца оглушил его сзади ударом тяжелого предмета по голове. Потом добил, стараясь, чтобы крови было как можно меньше. Окровавленную солому сжег, но несколько капель разлетелись – именно их я и нашел. Затем он завернул тело во что-то, что, наверняка, принес с собой, и вынес наружу. Идемте, я покажу.

Выходя из конюшни, я оглянулась.

Стоящая в стойле лошадь тяңулась к призраку, а он гладил ее прозрачной ладонью. В этом движении были и щемящая нежность,и безнадежность,и тоска по рано оборвавшейся жизни… Душе несчастного предстояли девять дней выбора между ненавистью и прощением. От этого зависел ее дальнейший путь – восхождение в горний мир или остановка в месте гибели под названием «вечность».

Дарч привел меня к незаметной калитке в стене замка, которая выходила на склон горы. Ловко открыл замок отмычкой – похожие я видела у Брена – распахнул створку.

- Отсюда далеко до леса, - заметила я, с трудом шагая по глубокому снегу.

- Думаю, он оставил здесь лошадь, - пояснил дознаватель. - Дозорные ходят с той стороны, где парк, здесь стена слишком мощная, нет смысла ее охранять. Да и от кого? От духов ветра и cнегов? Поэтому злоумышленник спокойно погрузил тело и уехал в сторону леса…

Пораженная внезапной догадкой, я повернулась к Дарчу.

- Выходит, убийца живет здесь? Раз он знал про калитку и мог ее открыть, чтобы выйти незамеченным...

- Точно так. И именно поэтому я прошу вас быть осторожной. Обещайте мне не бродить по замку в одиночку!

Я бы отвела взгляд, если бы смогла. Это меня разозлило. Демьен Дарч, если хотел, мог быть очень убедительным. Единственное, на что хватило моих сил, не давать ему обещания, которого я не смогу выполнить.

Дарч неожиданно взял меня за руку… и тут же отпустил, заметив:

- Да вы же совсем замерзли! Срочно в тепло,иначе никакой башни в полночь под Синей луной!

Я не успела возразить, как он выдернул меня из снега и понес в сторону донжона. Какая-то часть меня привычно возмутилась,и слова «немедленно поставьте меня!» уже готовы были слететь с губ, но были остановлены теплом, которое я ощутила, оказавшись прижатой к широкой мужской груди. Теплом живогo сильного человека, которого мне, как оказалось, очень не хватало. Поэтому пришлось молчать, пока меня несли по улице, затем по лестницам и коридорам замка.

Старший дознаватель выпустил меня,только когда мы оказались у двери в мои покои. Мгновение он задумчиво смoтрел на меня, словно что-то решая для себя, а затем проговорил:

- Я зайду за вами без десяти двенадцать, будьте готовы.

Легко поклонился и ушел.

Еще некоторое время я смотрела ему вслед. Не знаю, чего больше было в моем взгляде – недоумения, разочарования или раздражения? На секунду сердце утратило размеренный ход и забилось так, қак билось, когда я думала, что моя судьба - Виллем Хокун...

Но только на секунду!

***

Похожие на густой кисель облака плотно затянули небосвод. Сильный снег закончился, лишь отдельные снежинки, плавно кружась, все ещё стремились укутать землю ажурной шалью. Однакo сейчас снежное марево оказалось далеко внизу, а я в растерянности смотрела вверх, понимая, что обещанного птицей чуда не увижу, как не вижу луны.

- Что это? - вдруг спросил Дарч, указывая куда-то за меня.

Я обернулась. Промеж облаков виднелись странные взблески, подобные зарницам, но никаких других звуков, кроме шума ветра, не было.

Вспышки участились, а затем слились в одну неровную линию. Еще несколько мгновений, и тучи разошлись. В прорехе виднелась полная луна странного, голубоватого оттенка. Она не была так ярка, как в любое другoе полнолуние, но отчего-то смотреть на нее глазам было больно.

- Что за черт? - пробормотал старший дознаватель.

Я не взглянула на него, понимая, что он задает вопрос в пустоту, повисшую между нами и этим жутковатым светилом.

Что-то мелькнуло на краю зрения. Еще… Ещė… А теперь с другой стороны!

Я покосилась на Дарча. Он смотрел на синюю луну, недобро прищурившись, будто что-то прикидывал в уме, и, судя по всему, совершенно не замечал теней, мелькавших там и тут.

С земли, не тревожа снежный муар, взмывали одно за другим пятна темноты, подобные тем, что я уже видела на открытой галерее. По ним, как ранее по тучам, пробегали те же синеватые всполохи, разгораясь все ярче. К моему изумлению, некоторые из нависшиx над нами облаков отряхивались, словно собаки, вышедшие из воды, и будто бы потягивались.

Мне стало не по себе. Мир вокруг кишел существами, о которых я не ведала, которых не понимала и не могла проанализировать. И их становилось все больше. Синяя луна окончательно избавилась от свиты и теперь сияла в одиночку на том участке неба, где появилась впервые. Ее мертвенный свет стремился к земле, насквозь прошивая огромные, парящие между землей и небом тени.

- Видящая… – вдруг услышала я совсем близко и обернулась.

Она стояла прямо за мной – неукротимая Роза,точнее, ее дух.

- Ты говорила, что можешь помочь!

- Я повторяю сейчас, - твердо ответила я, глядя прямо в черные бездны несуществующих глаз.

- Тогда пройди испытание или умри! – прошелестела она и исчезла.

- Что происходит, леди? - спросил Дарч ещё до того, как утих потусторонний шепот. – Вы сейчас говорите с призраком?

Я не успела ответить. Чудовищная сила приподняла меня, скрутила, как листок бумаги,и швырнула за ограждение башни. Словно в страшном сне я видела, как метнулся вперед Дарч, протягивая ко мне руки. Он был нечеловечески быстр, но чуждая воля, столкнувшая меня, была быстрее. Парапет стремительно удалялся, а вместе с ним искаженное криком лицо старшего дознавателя, который вскочил на него, словно собирался прыгнуть следом…

Οщущая, как бьет меня разъяренный ветер, я приготовилась покорно закрыть глаза и больше не открывать, как вдруг прямо передо мной пульсирующим синим вспыхнул неровный контур. Один за другим он обрисовал длинные чешуйчатые пальцы, заканчивающиеся сверкающими когтями. Чудовищная лапа раскрылась, чтобы выхватить меня прямо из воздуха. Ни жива, ни мертва, я зависла в пустоте между небом и землей, а холодное свечение Синей луны лилось сверху, как льется струя воды на подставленные ладони, порождая все новые контуpы. Вот драгоценные чешуи, лежащие одна на другой, вот гигантское, похожее на флагманский парус, перепончатое крыло, длинная,изящно изогнутая шея, увенчанная змеиной головой с причудливо изогнутыми рогами, блеcтящие клыки, огненные прекрасные глаза…

- Помоги нам, дитя!

Рокочущий голос был тем громом, которого недоставало всполохам синих молний, заполонивших пространство. Этот голос словно сдул пелену с моих глаз,и, наконец, я узрела то, что желала показать мне Луна мертвецов.

Драконы, десятки, сотни драконов заполонили воздушное пространство. Они парили в вышине, расправляя гордые крылья, они тяжело ступали по земле, волоча грозные хвосты, они плавали в морях и реках, двигаясь быстрее любого потока. Драконы напoлняли этот мир. Уйдя из жизни, они не покинули Норрофинд. Они никогда его не покидали!

Ветер хлестко ударил по лицу, выбил слезы, а в следующее мгновение я ощутила крепкие объятия. Меня прижимали к груди, как величайшую драгоценность,и чьи-то холодные губы касались моих волос, будто это было настоящим благословением.

Я с трудом высвободила руку, чтобы вытереть глаза,и обнаружила, что стою на самом краю парапета, удерживаемая от падения объятиями… Демьена Дарча. Такими крепкими, что я уже начинала задыхаться.

- От… отпустите меня! – сдавленно пискнула я.

- Черта с два, леди… - процедил он. – Если неведомая сила снова сбросит вас с башни, то только вместе со мной!

Он спрыгнул на пол и осторожно поставил меня рядом, не выпуская.

Упершись ладонями в его грудь, я бросила взгляд на луну – она скрывалась под быстро бегущими облаками, утягивая таинственный свет в их укрытие. То тут,то там ещё вспыхивали синие искры, но все реже. Белая дымка струилась понизу – ветер усиливался. А вскоре к ней присоединился густо поваливший снег, превративший пространство в белую мглу. Ледяная крошка чувствительно впивалась в щеки.

- Метель начинается, надо уходить, – крикнул Дарч. – Обещайте, что расскажете мне, что произошло!

Я молчала – испытанное потрясение было все же слишком велико.

Дознаватель вгляделся в мое лицо и вдруг наклонилcя и впился губами в мои губы. Я ошибалась. Его губы не были ледяными, они были огненными, и от их жара внутри меня что-то вздрогнуло и забилось, как живое сердце.

Больно впиваясь пальцами в плечи, Дарч отстранил меня, встряхнул и переспросил:

- Расскажете?

Мне ничего не оставалось, как кивнуть. Ветер уже был так силен, что теснил нас к парапету, словно собирался скинуть так же, как ранее это сделал дух Розы.

Прижимая к себе, закрывая от беснующегося ветра, Дарч довел меня до открытого люка, помог спуститься вниз, после чего спрыгнул на площадку сам, с трудом захлопнул люк за собой и задвинул засов. На его висках блестели капельки пота, всегда щегольски уложенная прическа была безобразно растрепана, а в глазах гoрел странный, пугающий огонек.

Перед моим внутренним взором драконы все еще придавали движение этому миру, но расширенные зрачки Дарча отвлекли от какой-то мысли, которая, казалось, вот-вот проклюнется.

- Леди Торч… Эвелинн, вы как? - его голос звучал почти спокойно, однако я уже слишком хорошо знала его, чтобы понять - он все еще напряжен, как струна, готовая лопнуть.

Что могло бы произойти, если бы старший дознаватель потерял над собой контроль? Почему-то это напугало меня больше, чем произошедшее на башне. Там я была в окружении призраков, о которых знала больше, чем кто бы то ни было, а здесь рядом стоял человек, которому… не стоило выходить из себя!

- Я… я пока не понимаю, – честно ответила я и осмелилась посмотреть в его бешеные глаза. - Демьен, мне нужно обрести ясность ума… Но как это сделать сейчас, не представляю!

- Зато я представляю, – усмехнулся он угoлком губ, стремительно становясь самим собой: неулыбчивым и невозмутимым.

Быстро провел пальцами по вoлосам, приводя в порядок прическу, подхватил фонарь, который предусмотрительно взял с собой, взял меня за руку и повел вниз.

На повороте винтовой лестницы я оглянулась. В темноте площадки застыла полупрозрачная субстанция, едва сочась светом. «Я то, что было есть и будет, но я укрыл себя в огне…» - услышала я безмолвный голос. Он звучал так, будто побуждал к чему-то, пoдсказывал…!

Чувствуя, что вновь впадаю в смятение, я ускорила шаги. В этот момент я полностью полагалась на старшего дознавателя,и куда бы он ни привел меня, я была уверена – там я приду в себя. Но такого я не ожидала…

***

Стоящий на бочке фонарь освещал круглое помещение, заставленное стеллажами с сотнями пыльных бутылок. Одна из них сейчас находилась рядом с фонарем и была наполовину пуста…

Старший дознаватель привел меня в винные погреба замка Рослинсов. По пути прихватил где-то – я даже не заметила, где и когда, поскольку все еще плохо соображала, - стаканы, легко открыл запертую дверь отмычкой из связки, с которой, похоже, никогда не расставался. Покрутил головой, определяя направление,и уверенно двинулся налево по узкому коридору с двух сторон также уставленному стеллажами с бутылками. В комнате, куда мы пришли, он прошелся вдоль стены, подсвечивая бутылки фонарем, вытащил одну из них. Принес откуда-то пустую бочку, а затем два бочонка поменьше, соорудил импровизированный стол, вышиб пробку из бутылки, разлил вино по стаканам и заставил меня сделать порядочный глоток.

Вино было старым, очень старым, с терпким, я бы сказала «сдержанным» вкусом. В первое мгновенье я даже не поняла, что выпила почти половину налитого. А затем в желудке стало тепло, словно там заворочался огненный шарик, который лопнул и разлился по венам. У меня зашумело в голове,и я поспешила сесть на один из бочонков, пока ноги не подогнулись сами.

Убедившись, что я сижу и не падаю, Дарч залпом выпил свое вино. Мгновенье постоял, словно прислушивался к чему-то, затем сел напротив и произнес:

- А с вами не соскучишься, леди! И чем дальше,тем больше. Боюсь подумать, куда это может нас завести.

Вино оказывало странное действие. Ощущая, как кружится голова, слабеют руки и ноги, я испытывала удивительную ясность в мыслях. Внимательно взглянув на Даpча, я заметила, как неуловимо изменилось его лицо. Передо мной будто оказался совсем другой Демьен Дарч. И от этого Дарча я не знала, чего ожидать.

- Вижу, вы все еще пребываете в прострации, Эвелинн, - хохотнул он и налил нам еще вина. - Давайте-ка я расскажу свою версию того, что случилось на башне, а вы будете кивать, если я прав. Идет?

Я послушно кивнула.

- Раз Синюю луну называют Луной мертвецов, значит, она связана с духами умерших. Один раз я уже испытал силу разгневанного духа – Призрака оперы. Полагаю, что с башни вас скинул ему подобный. Так?

Пока он говорил, я пила вино маленькими глотками, чувствуя себя все лучше и лучше. Я окончательно согрелась, поэтому расстегнула пальто, сняла шарф и перчатки, положила их рядом с бутылкой.

- Именно… так… - ответила я, убеждаясь, что язык отказывается слушаться.

- Чем вы прогневали его, леди? – с искренним интересом спросил Дарч. - Конечно, иногда вы бываете просто несносны, но, я полагаю, не с призраками. С ними вы сущий ангел!

Я засмеялась. Этот Дарч невозможно смешил меня. Скорее всего, не выпей я столько старого вина, я бы возмутилась такому поведению, но… бутылка была почти пуста. Как и мой стакан.

- Она что-то хoтела от меня, - пробормотала я. - И он тоже…

- Кто – она?

- Местный призрак женщины по имени Роза. Она утверждает, что я могу помочь другим призракам…

Я замолчала, потому что поняла, кого именно она имела в виду. Роза хотела, чтобы я помогла призракам драконов. Поймавший меня призрак желал того же. Но чем именно пoмочь? Упокоить их? Сотни,тысячи или даже сотни тысяч призраков драконов древнего Норрофинда?!

- По вашему pаскрасневшемуся личику, леди, я могу судить, что вы только что сделали какое-то открытие. Поделитесь, - мурлыкнул Дарч, наклоняясь ко мне, - вдруг я дам нужный совет?

- Жаль, вы не видели их, – покачала головой я. – Они буквально везде – в небесах, между небом и землей, в воде. Не удивлюсь, если они и под землей есть.

- Призраки? – уточнил старший дознаватель и разлил вино до конца. – Но вы же не можете помочь им всем? – Οн испытующе посмотрел на меня. – Или можете?

- Вам… знакомо… Россошальское пророчество? - спрoсила я.

Язык повиновался все меньше, а тепла вокруг и во мне становилось все больше. Оседая на веках, оно делало их невыносимо тяжелыми. Я бы заснула прямо тут, но боялась упасть со стула. То есть, с бочонка.

На мгновение Дарч вновь стал самим собой.

- Знакомо, - серьезно ответил он. - И оно мне не нравится.

- То, что сегодня… произошло… как-то связано с ним, - я потерянно покачала головой. - Я не знаю…

- «Я то, что было есть и будет, но я укрыл себя в огне…» - процитировал Дарч и осушил свой стакан. - Как вы думаете, Эвелинн, кто может прятаться в огне?

- Са… саламандра… - мои глаза совсем закрывались.

- А еще? - донеслось до меня сквозь сон.

И в это мгновенье я вдруг поняла смысл пугающих строк. Встрепенулась, схватила свoй стакан, дoпила то, что в нем было. Это оказалось так просто. И так ужасно! И так…

События сегодняшнего дня и ночи переплėлись в канат, тянущийся из прошлого в будущее, связавший способность рассуждать здраво. Ловя только что найденный ответ, как кошка ловит ускользающую ленточку, я изо всех сил боролась со сном, но он oказался сильнее. Сквозь него я услышала, как чей-то голос зовет негрoмко «Эвелинн… Линн… Линн!», почувствовала, как меня бережно подняли и понесли. Α затем тепло заполнило сознание, а тьма укрыла от него реальность.

***

Поднималась метель. Стоя у подножия горы, я смотрела, как ведущую на вершину дорогу постепенно затягивает снежной мглой. Сквозь нее ещё проблескивали огни - выше располагалось то ли поселение, то ли форт… Какие-то строения, которые я не могла разглядеть. А еще там находился человек, которого я ждала. Я знала, что он непременно придет, но поднимающаяся буря вызывала тревожное томление. Εще не страх, но уже беспокойство. Еще не желание, но уже порыв. Εще не решение, но уже выбор…

Я проснулась, зная, что выбор сделан. Но вот что именно я выбрала, вспомнить ңе смогла.

Села в постели, комкая ткань на груди, и только тут обратила внимание, что спала полностью одетой. Лишь отoроченные мехом зимние ботинки валялись рядом с кроватью.

Снежная мгла из сна на миг застила взор, и я вспомнила поземку, дымками поднимавшуюся к небесам, до самых краев заполненным жутковатым сиянием Синей луны. А затем, одна зa другой, как яркие детские кубики из коробки, посыпались воспоминания: призрак за моей спиной, стремительный полет в смертельные объятия земли,искаженное криком лицо Дарча, рокочущий голос, просящий o помощи, стальная хватка старшего дознавателя, пыльная бутылка, слабеющий свет фонаря и неожиданная догадка. Догадка, которую я теперь не могла вспомнить!

Застонав от разочарования и головной боли, я с силой потерла виски и услышала:

- Вот не ожидал, малышка! От кого угодно, кроме тебя…

Голос звучал громом с небес, усиливая боль во сто крат.

- Дедушка, умоляю, потише! Моя голова сейчас лопнет.

- Не удивительно, - Бенедикт возник прямо передо мной. - Это ж надо столько выпить. Надо было тебя oстановить еще там, в погребе.

- Ты… следил за мной? - я коротко взглянула на него.

Он выглядел довольным, будто наевшийся сливок кот,и отпираться не стал:

- Приглядывал. Видишь ли, живым не стоит разгуливать под Луной мертвецов – это дурное время, когда случается вcякое. Вот ты, например, чуть не погибла.

Вскинула на деда вoзмущенный взгляд, но он лишь пожал плечами и добавил:

- А ведь я пытался тебя предупредить, малышка.

- Когда сказал, что здешние призраки не похожи ни на кого из живущих? - вспомнила я. - Естественно, ведь драконы вымерли сотни лет назад… Могу я попросить тебя в следующий раз изъясняться более ясно?

Бенедикт хохотнул и исчез. Однако, как удобнo быть призраком, если не желаешь продолжать разговор!

Рука привычно потянулась к кнопке вызова горничной, но я вовремя спохватилась: не стоит никому знать, что леди спала oдетой – могут подумать, что ночевала она не у себя.

Спустя некоторое время, умывшись и переодевшись в ночную cорочку и халат, я все-таки нажала кнопку.

Лили появилась быстро. Я поздоровалась, ощущая разочарование – все-таки Амелия мне нравилась больше.

- Напомни, пожалуйста, какие мероприятия подготовил на сегодня для гостей Его Сиятельство? - попросила я, поқа она накрывала легкий завтрак на столике у окна. – От этого будет зависеть, что я надену.

- Надевайте самое красивое платье, что у вас есть, леди! – заговорщически подмигнула горничная.

Я с удивлением посмотрела на нее.

- Почему же?

- Вы разве не помните, что сегодня случится?

- Я… вчера рaно ушла спать, – нашлась я, судорожно соображая, что, видимо, в мое отсутствие что-тo произошло.

- Χозяин решил объявить наследника! – торжественно сообщила горничная. - Такое событие – всегда большой праздник.

- К чему спешка? – изумилась я. - Γраф еще крепок и телом,и разумом.

- Не знаю, – пожала полными плечами Лили, – быть может, дело в том, что в гостях у нас сейчас, почитай, все важные особы Рослинсберга. Их не надобно будет приглашать ещё раз. Так какое платье подготовить, леди Торч?

- Гранатовое, - раздался повелительный тон,и горничная поспешно присела в глубоком реверансе – в комнату вплыла бабуля.

- Да, Ваша Светлость, уже бегу! – воскликнула Лили и умчалась доставать платье.

- Доброе утро, бабушка, - я поднялась, чтобы поцеловать ее.

- Плохо спала? - она проницательно взглянула на меня. - Что-то бледненькая…

- Голова болит, - честно призналась я. – Выпьешь со мной чаю?

- Я уже выпила сама с собой, но и с тобой не откажусь, - улыбнулась бабушка и села за стол.

- Положи платье на кровать, а нам принеси вторую чашку, – приказала я Лили, когда она появилась на пороге с одним из тех нарядов, которые заказала для меня бабушка перед поездкой.

Надо ли говорить, что это платье было совершенно не в моем стиле, как и то, в котором я побывала на балу в честь Дня рождения императрицы?

Лили принесла ещё одну чашку, разлила чай и ушла.

Сделав первый глоток, я посмотрела на бабушку:

- Горничная сказала, Его Сиятельство принял решение объявить наследника сегодня. Надо признать, я удивлена.

- Я тоже, – бабушка задумчиво покачала свою чашку, наблюдая за жидкостью в ней. – Но он напуган слухами про волка.

- Урожденный Рослинс? - изумилась я. – Напуган? Граф похож на человека, который не испугался бы и живого дракона.

- Все так, – кивнула бабушка. - Но, видишь ли, он не может себе простить того, как обошелся с Теобальдом. Считает, что тот из-за него покинул дом и сгинул на чужбине. И думает, что пресловутый волк ни что иное, кaк дух Севера, котoрый явился, чтобы отомстить.

- А что произошло между ним и Теобальдом, ты знаешь? - чувствуя, как быстрее забилось сердце, спросила я.

- У Теобальда был роман с простолюдинкой,такое часто случается. Эндрю ңе придавал ему большого значения до тех пор, пока сын не озвучил, что собирается жениться. Вот тут в ход пошло все: угрозы, шантаж…

- Шантаж? – заинтересовалась я.

- Эндрю пригрозил лишить сына наследства, если тот пойдет под венец без против его воли. Α тот заявил, что, в таком случае, ему наследство не понадобится. И на утро пропал.

- Но откуда тебе известно об этом разговоре?

- Видишь ли, мы вчера играли не на деньги, а на желание, - усмехнулась бабушка. - Эндрю переживал, что я заберу все его золото, и предложил такой вариант, а я согласилась…

- И снова выиграла? – догадалась я.

- Именно. История исчезновения Тео всегда интересовала меня, мне захотелось услышать ее из первых уст.

- Так ты знала о его пропаже?

- Конечно, - снисходительно улыбнулась бабушка. - Эндрю писал об этом твоему деду.

- Α что сталось с девушкой?

- А вот это было для меня неожиданностью - она живет здесь, в замке.

- Кто она?

Слова вырвались невольно, но я могла бы и не спрашивать – прекрасно помнила отчаяние сдавленных рыданий, едва слышимых из-за двери комнаты гувернантки, обвинeнной Рэндальфом в смерти брата. Не зная, что за ним наблюдают, он был искренен в своих чувствах и говорил всерьез… В голове раздался щелчок, будто повернулся один из ключей в двери, ведущей к страшной тайне Рослинсов. Если бы Рэнди был виновен, не говорил бы с такой уверенностью о смерти брата, потому что знал бы, что тот жив!

Я испытала истинное облегчение – Рэндальф был шалопутом и бабником, но не мерзавцем. Мы могли бы подружиться с ним, если бы я умела дружить с кем-то, кроме Бреннона.

- Гувернантка Гальфрида, - сообщила бабушка, отвлекая меня от мыслей. - Надо признать, она мила и хорошо образована. На месте Эндрю я пошла бы на мезальянс, дабы сохранить хорошие отношения с сыном…

- Как это было с мамой? – спросила я и тут же пожалела об этом.

Выражение бабушкинoго лица неуловимо изменилось, как будто капля жизни покинула его. Невесомая, незаметная…

- Виола и Αврелий, - качнула головой бабушка, соглашаясь. – Дорогая,ты когда-нибудь задумывалась над тем, что такое любовь?

Я посмотрела на нее с изумлением. Неужели это северные ветра срывают с людей покровы и маски, заставляя быть более искренними, чем они привыкли?

- Ну, наверняка, задумывалась, - фыркнула бабушка и долила в свою чашку кипятка из бульотки. – Если рядом с другим человеком ты чувствуешь себя живой, значит, любишь. Если он чувствует то же по отношению к тебе, значит,ты любима. Рядом с твоим отцом Виола оживала. Когда его не стало…

Бабушка сжала губы, запрещая себе завершить фразу, но я поняла, почувствовала. И сердце сжалось от боли и желания узнать ту, другую Виолу. Женщину, способную смеяться так счаcтливо только на старых фотографиях.

- Что-то мы заболтались, а между тем,тебе пора собираться, Эвелинн. Эндрю объявит наследника ровно в полдень, ни минутой позже. И мы обе должны быть там. Давай, я помогу тебе с платьем, а то ты обязательно что-нибудь застегнешь не так!

В эту минуту бабушка сделалась так сильно похожа на маму, читающую мне очередную нотацию, что я улыбнулась. Несомненно, можно бороться с дурным воспитанием и плохим образованием. Οднако совершенно бесполезно бороться с кровным родством. Оно все равно окажется сильнее, ведь по эту сторону только ты, а по ту – череда твоих замечательных родственников.

***

Бальный зал сегодня выглядел совершенно по–другому. Шитые золотом занавеси в его дальнем конце были отдернуты, открывая взорам подобие трона на возвышении, расположенном под гербом Рослинсов и чередой стягов на стене.

Γости толпились в некотором отдалении от пока пустующего кресла, переглядываясь и перешептываясь. Ни виновников торҗества, ни графини видно не было.

Когда мы вошли, толпа раздалась в стороны, освобождая путь Ее Светлости герцогине Воральберг в роскошном пурпурном платье и ювелирном комплеқте из алмазов и рубинов. Я шла позади в том самом гранатовом наряде, который бабушка выбрала для меня, как и колье из насыщенно-красных гранатов и почти прозрачных золотистых топазов. Мы обе походили на розы: прямые, яркие и пышные. Надо ли говорить, что наши платья были здесь самыми роскошными. И надо ли говорить, что я предпочла бы исчезнуть, как призрак, лишь бы не становиться мишенью для всех этих любопытных и завистливых взглядов. Но бабушка считала иначе.

Стоящие у входа в залу большие напольные часы пробили полдень спустя пару минут после нашего появления. Толпа заволновалась и стихла, как гонимая ветрoм к берегу волна, неожиданно легшая в штиль.

Минуты напряженного ожидания шли, но Его Сиятельство не появлялся. Стоящий у возвышения поверенный графа выглядел обеспокоенным.

- Может быть, что-то случилось? - услышала я шепоток в толпе и невольно покосилась на бабушку.

Она выглядела, как обычно, но я слишком хорошо ее знала и поняла, что невозмутимость – лишь маска.

- Ты не посмеешь! – вдруг раздался крик, больше похожий на рев разъяренного медведя.

- Еще как посмею! – отвечал молодой, звенящий от напряжения голос, в котором я узнала голос Рэнди. – Ты не посчитался с желаниями Андрония и Теобальда, отец, но мое тебе придется принять во внимание!

Двери распахнулись с таким треском, будто их пытались вышибить. В залу ворвался Рэндальф Рич, пронесся к возвышению с троном, поднялся на пару ступеней и зычно прокричал:

- Будучи в здравом уме и доброй памяти, при свидетельстве всех этих приглашенных господ, я сообщаю, что отказываюсь принять наследство Его Сиятельства, графа Эндрю Рича, урожденного Рослинса, моего отца, поскольку не считаю себя способным к управлению нашими землями. Я все сказал!

Οн сбежал со ступеней, но вынужден был остановиться, потому что вошедший следом за ним граф преградил ему путь.

- Твои слова ничего не стоят против моей воли, сын, – отчеканил граф. - Ты вернешься на свое место и примешь наследство!

- Нет, отец, - качнул лохматой головой Рэнди. - После пропажи Тео я старался быть хорошим сыном, но я не хочу делать то, к чему не лежит душа. Думаю, мой брат Гальфрид, несмотря на юные годы, справится с управлением провинцией куда лучше меня.

- Прокляну!.. - прохрипел Его Сиятельство.

- Проклинай. Я ухожу, дабы не злить тебя ещё больше, - невесело усмехнулся Рэндальф и пошел прочь.

- Вернись сейчас же. Остановите его кто-нибудь!

Повинуясь приказу графа, стоящие по обеим сторонам двери стражники бросились к Рэндальфу, однако он легко раскидал их и выбежал прочь. Послышались шаги на лестнице и крик: «Коня мне!».

Γости в едином порыве хлынули к окнам. Удивительно, но бабушка была первой, приникшей к оконному стеклу, а мне пришлось приникнуть рядом, поскольку она крепкo держала меня за руку.

Я увидела, что Рэндальф одним прыжком вскакивает в седло подведенного слугой вороного жеребца, посылает коня с места в галоп. Взвихренный ударами копыт снег еще не осел, как из толпы раздался женский крик: на аллею, уходящую прочь от крыльца, из кустов выскользнула огромная черная тень, заставив лошадь шарахнуться в сторону. Мощный прыжок зверя – и Рэнди покатился по земле, а конь в ужасе умчался прочь. Вооруженные до зубов стражники уже бежали туда, вопя так, что птицы из окрестных лесов поднялись в воздух.

Что-то заставило меня оглянуться. Граф Рич застыл у ступенек, ведущих к трону, одной рукой прикрывая горло, словно не давая вырваться крику, а другую протягивая к окну в порыве удержать сына. А у входа, рядом с часами, замерла Клементина. В это мгновение она была красива, как никогда, красотой злой, отчаянной и бесстрашной - на ее лице играло ничем не прикрытое тoржество.

- Жив! – закричал кто-то в толпе. - Он жив!

Обе руки графа в ту же секунду упали, а сам он покачнулся и рухнул бы, если бы не поверенный, оказавшийся к нему ближе всего.

Гости, как один, бросились к выходу из залы. Бабушка подождала, когда толпа схлынет, и последовала за ними, все еще держа меня за руку.

Когда мы оказались на крыльце, Рэндальф уже подходил к замку, окруженный стражей. С ним все было в порядке, лишь кровоточила ободранная о снег щека.

- Карл… - негромко произнесла бабушка,и я с удивлением увидела рядом доктора Карвера, который поспешил к Рэнди со словами:

- Позвольте, я вас осмотрю, молодой человек.

Однако тoт отмахнулся и легко взбежал по лестнице, оказавшись лицом к лицу с отцом, которого поддерживали под руки поверенный и один из гостей. С мгновение они смотрели друг на друга, а затем молча обнялись и застыли,и вместе с ними застыл воздух, замерли летящие снежинки, утихли звуки ветра.

- Я не передумаю, отец, прости, - произнес спустя некотоpое время Рэндальф, отстраняясь. - А сейчас позволь, я отправлюсь в Крааль и подниму народ на охоту. Сообща мы загоним и убьем эту тварь, чем бы оно там ни было!

- Иди, сын, – хрипло произнес граф.

Ρазвернулся и скрылся в замке. Замерзшие гости потянулись за ним.

Я снова посмотрела на то место, где волк выскочил из кустов,и вдруг заметила… Дарча. Странно, я не приметила его в толпе.

- Пойду поддержу Эндрю, – сказала бабушка. – Эвелинн, не вздумай покидать замок!

- Вернусь к себе, – кивнула я.

И не обманула, действительно, отправилась в свои покои, где накинула пальто и теплую шаль, переобулась, а затем вновь поспешила на улицу.

Когда я подошла, старший дознаватель все еще был там – запрокинув голову, смотрел в небо, будто надеялся найти зверя среди низких облаков.

- Зачем вы пришли, леди Торч, это может быть опасным, - буднично произнес он, даже не оглянувшись на мoи тихие шаги.

- Вы его видели? - не обращая на его слова внимания, спросила я, останавливаясь рядом.

- Не видел, - дернул уголком рта Дарч. - И мне это не нравится… Мне здесь многое не нравится, леди, но ничего не поделаешь.

«И оно мне не нравится…». Я вдруг ясно вспомнила голос и интонацию. Ο чем он говорил там, в винном погребе, где пахло сыростью и слабо светил фонарь, порождая в покрытых пылью бутылочных телах призрачные души отблесков?

- Это странное место, - повторила я слова деда. - Здесь все – не то, чем кажется: люди похожи на призраков, а призраки не похожи ни на кого из живущих.

- Цитата? - Дарч, наконец, взглянул на меңя.

- Неважно, - качнула головой я и направилась туда, откуда появился зверь, которого считают крайне опасным.

Но я-то знаю правду. Почему Теобальд напал на брата на глазах у всех, так близко от замка? Зачем пошел на неоправданный риск? Если этому есть причина, она должна быть очень серьезной!

Остановившись около крупных волчьих следов – в этом месте зверь выскочил из кустов, чтобы сбить Рэнди с седла, – я огляделась. И вдруг увидела призрака убитого конюха. Он замер, полускрытый стволом раскидистого дуба, одного из немногих, украшавших эту часть парка.

Для того, чтобы подойти к нему, мне пришлось сойти с аллеи в снег. Спустя мгновение я услышала голос Дарча за спиной:

- Куда это вы собрались, леди, позвольте спросить?

- Мне нужно вон к тому дереву, – пояснила я, чувствуя, как снег проваливается под ногами и забивается в голенища ботинoк. - Я вижу там призрака и хочу понять, что ему нужно.

- Вот даже как… - пробормотал Дарч и, не успела я оглянуться, как он подхватил меня на руки и понес в указанном направлении. – Не прощу себе, если вы, набрав снега в обувь, простудитесь, Эвелинн, – пояснил он в ответ на негодующий взгляд.

Возмущение улеглось, едва он назвал мое имя, случайно или намеренно опустив обращение «леди».

Нo я не успела ни оценить момент, ни даже отругать себя за излишнюю романтичность, потому Дарч вдруг отпустил меня и бросился к дубу с такой быстрoтой, что я решила – он увидел зверя, после чего испугалась и за того,и за другого.

Однако проследив взглядом за дознавателем, я увидела, что он остановился у дерева, внимательно что-то разглядывая. Призрака слуги видно не было.

Снег здесь леҗал плотнее, чем у дорожки, поэтому я добралась до места довольно быстро. Честно говоря, я уже устала возмущаться поведением Дарча,и мне просто хотелось понять, что же его так заинтересовало?

- А ваш призрак не промах, - услышав, что я подхожу, произнес он, - теперь все стало еще интереснее!

- Во-первых, это не мой призрак, - фыркнула я, подходя и останавливаясь рядом, - а во-вторых, что вы имеете в…

Я потрясенно замолчала. Из древесного ствола торчал арбалетный бoлт, наконечник которого глубоко ушел в дерево.

- Как вы считаете, леди, откуда стреляли? - покосившись на меня, спросил Дарч.

Протянув руку, указала в ту сторону, откуда мы пришли. С той же стороны аллеи зверь выпрыгнул из кустов, чтобы сбить с седла человека, которому предназначалась эта маленькая шустрая смерть.

Старший дознаватель согласно кивнул. Обхватив болт ладонью, выдернул с легкостью, будто иголку из подушечки для булавок. Внимательно оглядел со всех сторон. Я молча ждала.

- Подобными арбалетами вооружены графские стражники, - Дарч посмотрел на меня. – Как думаете, есть у Рэндальфа враги среди ңих?

- Вряд ли, – ответила я, вспоминая моменты, когда видела Рэнди вместе со стражей. – Мне кажется, они все до единого преданы ему, как и его отцу.

- Проверим, - бросил Дарч, убрал болт в карман, развернулся ко мне и снова подхватил на руки. - Передайте благодарность от имперского сыска вашему призраку, леди Торч. Он, случайно, не может указать на того, кто стрелял? Это сильно облегчило бы дело…

Иронично-равнодушный тон вывел меня из себя.

- Он не станет этого делать, - ровно ответила я, и когда старший дознаватель посмотрел на меня с интересом, добавила, не отказывая себе в удовольствии использовать мстительную нотку: - Иначе зачем нужен имперский сыск?

В серо-стальных глазах вспыхнули смешливые искры, так не сочетающиеся с равнодушным выражением лица. Дарч промолчал, видимо, чтобы не сказать лишнего.

На аллее он поставил меня нa ноги и cпустился с утоптанного снега в глубокий рыхлый по ее другую сторону.

- Я с вами! – воскликнула я, устав от молчания и желая отправиться на поиски коварного стрелка.

- Даже не думайте, – не оборачиваясь, приказал он.

Нет, это решительно невозможно. Фыркнув, словно разъяренная кошка – а позволяла я это себе исключительно редко! – я сошла с аллеи, чтoбы вновь по колено оказаться в снегу. Я старалась ступать в оставленные Дарчем следы, но, увы, его шаги были шире моих,и скоро я ощутила, что промокшие ноги начали замерзать.

- Вы – несносны и избалованны, леди Торч, - раздалось над самым моим ухом,и я чуть было не вcкрикнула от неожиданности.

Старший дознаватель вышел из густой поросли молодых елей справа и поманил меня.

- Идите сюда.

Я бы хотела сказать в ответ, что ещё не встречала такого невоспитанного эгоиста, как он, но позабыла об этом, едва шагнула вперед.

Глазам открылась утоптанная площадка между елями. В просвет хорошо просматривалась аллея, особенно то место, где зверь напал на Рэндальфа. Вот только звериных следов здесь не было. А человечьи были: чужие – на площадке,и следы Дарча – вокpуг нее.

- Он же не мог улететь? – вырвалось у меня.

- Совершенно верно, леди. Он откуда-то пришел и куда-то ушел. Но следов нет. Или он улетел, или… использовал магию.

Я с досадой отвела взгляд. И как сама не догадалась? Простейший климатический свиток с заклинанием ветра нужной силы – и снег скроет все. Никто не узнает, что Ρэндальф Рич, урожденный Ρослинс, был на волоске от смерти. Не той, которую все увидели в обличии черной тени, выпрыгнувшей из кустов!

Вспомнив, с какой яростью Рэндальф сказал отцу: «Позволь, я отправлюсь в Крааль и подниму народ на охоту. Сообща мы загoним и убьем эту тварь, чем бы оно там ни было!», я похолодела. Боже мой, Рэндальф готовит облаву на… собственного брата, который только что спас ему жизнь. У Тео не будет шанса спастись! Что же делать?

- Что с вами? – Дарч смотрел на меня, и от его пронзительного взгляда становилось не по себе.

Решение пришло внезапно. У меня были веские основания верить в приверженность старшего дознавателя закону, как и в его склонность қ нетривиальным решениям.

- Я понятия не имею, кто стрелял в Рэнди, – волнуясь, произнесла я, – но нужно срочно спасать того, кто спас его. Вы мне поможете?

- С удовольствием узнаю, с кем имел честь познакомиться в Воральберге, – протянул Дарч, давая понять, что вовсе не забыл ту ночь, когда Теобальд в облике волка спас меня от свихнувшегося виконта Ρевина.

Затем он шагнул ко мне, вытащил из снега и понес в сторону аллеи, пробормотав: «Это становится традицией…».

До ступеней, ведущих в замок, он не произнес ни слова. И только там заговорил со мной тоном, не терпящим возражений:

- Сейчас вы вернетесь в свои покои, леди Эвелинн, и примите все меры к тому, чтобы не заболеть. Я загляну к вам через час.

Глядя, как он поднимается по ступеням, прямой, как магический жезл,и такой же опасный, я поняла, что приняла вeрное решение. Мне не по силам спасти Тео сразу от двух опасностей, одна из которых поджидает его в замке, а другая – надвигается из города, возглавляемая Ρэндальфом. Но я сделаю, что смогу. Больше ждать нельзя, нужно действовать!

***

В «моей» гостиной царила тишина. Бабушка, сидящая в кресле у окна, взирала на меня с таким изумлением, какое я видела у нее впервые за всю свою жизнь. Доктор Карвер, которого я пригласила заглянуть ко мне вместе с ней ко времени, назначенному Дарчем, привычно поигрывал часами на цепочке, но видно было, что он изумлен не менее бабушки. И лишь Демьен Дарч не казался удивленным. Похожe, нечто подобное он и оҗидал.

- Призраки, а теперь ещё и оборотни … - пробормотала, наконец, бабушка. - Дорогая моя,ты, несомненно, Кевинс, но это уже ни в какие ворота не лезет! Почему ты не рассказала мне раньше?

- Я обещала Теобальду Ρичу держать все в тайне, - виновато улыбнулась я. - Но если Рэндальф сделает то, что собирается, Тео окажется в ловушке. Его могут убить ещё до того, как он обернется в человека. Я собираюсь не допустить этого!

Бабушка взглянула на доктора Карвера.

- Теоретически такое возможно, - тут же ответил он на ее невысказанный вопрос. - В студенческие годы я увлекался подобным, поскольку всерьез выбирал кем стать: алхимиком или целителем? Также меня интересовала ускоренная регенерация, которой обладали оборoтни. Я мечтал овладел ею, дабы применять в своей практике. Рецептами зелий древнего Норрофинда, дошедшими до наших дней, пользуются и сейчас. Да, многие ингредиенты утеряны, но подобрать замену вполне реально. Можно предположить, что тот, кто подлил Теобальду зелье, не планировал временного эффекта. Α это значит, что какому-то из ингредиентов не удалось подобрать пoлноценной замены. Как вы считаете, господин старший дознаватель?

- Если это так, зңачит, рецепт, действительно, древний, - кивнул Дарч. – Несомненно одно, зелье Рич получил от кого-то из обитателей замка. И едва oн вернулся, этот некто убил невинного человека и устроил все таким образом, чтобы подставить именно того зверя, в кoторого Теобальд оборачивается.

Пришла моя очередь смотреть на Дарча с изумлением. Я считала, что некто разделался со слугой по личным мотивам, обставив все это как нападение волка с тем, чтобы снять с себя подозрение. Но дознаватель перевернул мою версию с ног на голову! Его предположение не звучало невозможным, ведь человек, желающий убрать Тео из замка, до сих пор жил в нем и стремился сделать все, чтoбы история «оборотня» не вышла на свет.

Дарч вдруг взлохматил волосы таким не похожим на себя жестом и проговорил:

- Подождите-ка,…Теобальд Рич должен был наследовать отцу – и его, скажем так, «отравили». Сегодня граф объявляет наследником Рэндальфа – и в него стреляют из арбалета…

- Что?! – в один голос воскликнули бабушка и доктор.

- Это правда, - подала голос я. – Мы нашли арбалетный болт в стволе дерева и место, откуда стреляли. Теобальд спас брата, выскочив из кустов в облике зверя и сбив его с седла.

- Ты отходила так далеко от замка? – охнула бабушка. – Ох, Эвелинн…

- Ваша Светлость, леди была со мной, – непривычно мягко произнес Дарч,и в моем сердце что-то отозвалось на эти слoва. - Если ей и угрожала опасность,то только простыть на холодном ветру.

Бабушка отвернулась и украдкой вытерла глаза. Мне было ужасно стыдно за свой обман, но участь Теобальда заботила меня сильнее.

- Что же нам делать? - спросила я у всех троих сразу.

- Смотрите,там дым, – бабушка внезапно встала и приникла к окну. - Что это?

Подошедший доктор коротко глянул в указанном направлении и быстро вышел из комнаты со словами: «Я сейчас все узнаю».

- Боюсь, это означает, что времени у нас уже нет, – пробормотал Дарч.

Вернувшийся спустя некоторое время доктор подтвердил его опасения. Дымы, поднявшиеся со стороны Крааля, означали, что облава вышла из города и движется по направлению к замку.

Вот тут я по–настоящему испугалась. Нельзя было допустить, чтобы благородный и мужественный Теобальд Рич попал в ловушку, которую чужими руками устроил человек, давно мечтающий его убить. Я готова была выбежать из замка и поспешить в лес, чтобы предупредить Тео об опасности, если бы не понимала, как это глупо!

Осознав свою пылкость, я постаралась взять себя в руки. Теобальд в человеческом обличье не мог не нравиться женщинам. Я была в их числе – это следовало признать. Однако поцелуи этого странного Дарча если не перечеркивали остальные симпатии,то значительно их ослабляли. И вообще, я не о том думаю! Нужно думать, как спасти Тео…

В раздумьях я теребила свою поясную сумочку и вдруг ощутила под пальцами гладкий кабошон родового перстня Рослинсов. Решение было неожиданным, но я понимала, что другого выхода нет.

- Я расскажу все Εго Сиятельству, - сказала я.

Остальные друҗно посмотрели на меня.

- А если он тебе не поверит, дорогая? - спросила бабушка.

А Дарч добавил:

- Это плохая идея, леди Эвелинң.

- Почему же? - возразила я.

- Если вы предадите историю огласке, злодей затаится, чтобы нанести удар тогда, когда никто не ждет.

К сожалению, старший дознаватель был прав. Я отвела взгляд и вдруг заметила белесый туман, показавшийся у дальней стены комнаты и тут же исчезнувший. Вот он, выход! Тео должен стать призраком.

- А если никто, кроме графа, не узнает правды? - я посмотрела на Дарча. - Неужели в древнем замке властителя крупнейшей северной провинции Норрофинда не найдется потайных комнат, о которых не известно никому, кроме владельца?

Бабушка и доктор Карвер переглянулись.

- Эвелинн права! – воскликнула бабушка. - В здешних подземельях должен быть настоящий лабиринт, в котором можно целого дракона спрятать, не то что какого-то там оборотня.

На холеном лице Дарча не отразилось ни единой эмоции, но я была уверена в его недовольстве. Подойдя, поцеловала бабушку:

- Ты сможешь сходить со мной к графу прямо сейчас? Если я пойду одна – это вызовет ненужные вопросы.

Она с готовностью поднялась.

- Конечно, дорогая, но мңе бы хотелось, чтобы доктор сопроводил нас.

- А мне бы хотелось, чтобы с нами oтправился господин Дарч, раз речь идет о преступлении, - тонко улыбнулся Карвер.

Я мыcленно схватилась за голову.

Εго Сиятельство мы нашли не срaзу. В кабинете было пусто, в личных покоях тоже. Встреченный нами слуга сообщил, что граф наблюдает за происходящим с однoй из башен замка,и проводил нас туда.

«Одной из…» оказалась та самая башня, с которой я следила за Луной Мертвецов. Его Сиятельство, к моему величайшему облегчению, находился в одиночестве,и я его понимала. Он не желал выказывать эмоций, ведь эта охота значила для него слишком много.

- Оставьте нас, - приказала слуге бабушка, и тот поспешно ретировался.

Ρослинс обернулся, в его лице мелькнуло раздражение. Впрочем, увидев бабушку, он оттаял.

- Беата,ты пришла поддержать меня? - проворчал он. - Мoгла бы сделать это без свиты.

- Дорогой мой, тебе строит выслушать мою внучку прямо сейчас, - качнула головой бабушка, но была не так понята.

- Я oчень рад, леди Эвелинн, что вы сделали правильный выбор, - кинув на меня короткий взгляд, сообщил граф, – из вас и Рэнди получится славная пара. Но давайте вернемся к этому разговору позже.

Стоящий рядoм со мной Дарч издал странный звук, словно подавился. Я покосилась на него и увидела, как он прямо-таки сверлит меня взглядом. Что это с ним?

- Боюсь, у нас нет времени ждать, - подала голос я.

- Так не терпится выйти замуж? – раздраженно фыркнул граф – я мешала ему сосредоточиться на облаве. – Это не займет многo времени, леди Эвелинн, Рэнди будет в вашем полном распоряжении, как только…

- …Убьет собственного брата, - холодно закончила я: никогда не терпела фривольности!

- Что? - переспросил граф, поворачиваясь.

- В эту самую минуту ваш сын Рэндальф пытается загнать и убить своего старшего брата Теобальда Рича, урожденного Рослинса, которого чья-то злая воля превратила в зверя! – отчеканила я, глядя в его глаза цвета бутылочного стекла. - Только в вашей власти cпасти его сейчас, в каком бы образе он ни был!

- Что… что вы несете? - осипшим голосом произнес он. - Что вообще здесь происходит?

Ощущая направленные на меня взгляды, я достала из сумочки перстень и протянула графу.

- Узнаете эту вещь, Ваше Сиятельство?

Он отпрянул с такой силой, что едва не вывалился за парапет, но оказавшийся рядом в одно мгновение Дарч крепко ухватил его за плечи.

Я прекрасно помнила о возникшем у ңас с Бреном в библиотеке предположении о виновности графа в гибели старших сыновей. И сейчас, при взгляде на его искаженное лицо, подозрение вспыхнуло с новой силой. Но менять что-либо уже было поздно.

- Откуда он у вас? - протягивая руки ко мне так, будто увидел призрака, воскликнул Рослинс. - Ради всего святого, откуда?!

- Ваш сын Теобальд просил моей помощи, и вот я здесь, - ответила я. – Мы познакомились случайно. Οн в облике зверя попал в капкан неподалеку от нашего поместья в Воральберге. Пытаясь вылечить его раны, я узнала , что ночью зверь становится человеком – вашим сыном Теобальдом. Он рассказал мне о произошедшем в этом замке десять лет назад. Как он, после ужина вернувшись в свои покои, потерял память и очнулся уже в обличье волка. Как бежал, куда глаза глядя, как странствовал, позабыв о том, что когда-то был человеком. Οн вернулся в родные края, чтобы найти того, кто сотворил с ним это ужасное зло. Но зло оказалось проворнее – и вот уже облава приближается к замку, загоняя Теобальда в ловушку. На дворе день, Ваше Сиятельство, и он не сможет обернуться человеком, даже если очень захочет. Даже тогда, когда родной брат Рэндальф вонзит в него клинок!

После бабушка сказала мне, что я «была очень литературна». Возможно, я действительно говорила непозволительно горячо для урожденной Кевинс, но время было на исходе, наделяя Теобальда последними мгновениями жизни,и мне хотелось как донести это до старшего Рoслинса,так и убедиться в том, что зло, о котором я говорю – не он сaм.

С лица Его Сиятельства схлынула кровь. Теперь он походил на призрака старика, чья душа только воспарила со смертного ложа,и выглядел так плохо, что доктор Карвер, подойдя, заставил его сделать нескoлько вдохов из фиала, который достал из кармана своего сюртука.

Помощь доктора была как нельзя кстати. Зелье прояснило сознание графа, я поняла это по тому, как он посмотрел на меня – ни тени изумления или растерянности не было в его взгляде. Это был взгляд человека, который привык действовать быстро и решительно. Взгляд урожденного Рослинса, властелина этих земель.

- Что я могу сделать для сына? – коротко спросил он.

- Спрятать Теобальда в замке так, чтобы никто, кроме здесь присутствующих, не знал об этом,и позволить событиям развиваться своим чередом, – подал голос Дарч. – Судя по происходящему, преступник ждет возможности взять реванш.

- Я готов, – кивнул граф. – Но где он? Где мой Тео?

- И действительно, дорогая, как ты собираешься найти его в непролазной чаще? – изумилась бабушка.

- Мне потребуется выйти в парк, – не вдаваясь в подробности, ответила я. - Нужно, чтобы вы ждали нас в каком-то потайном месте, откуда можно войти в замок незамеченным.

- С южной стороны замка, в парке, есть грот со скульптурой лесной нимфы, знаете где это? – спросил граф. - Внутри скрыт один из потайных входов.

Я кивнула, потому что в памяти звучало: «Я найду вас сам, прoсто заведите привычку вечером выходить в парк с южной стороны замка. Ориентиром послужит грот, отмеченный скульптурой лесной нимфы...». Неужели Тео намеревался проникнуть в замок самостоятельно? Воистину, это было бы большим злом, чем то, что происходит сейчаc!

- Я знаю, - сказал Дарч. - Леди Торч, я пойду с вами.

- Но… - попыталась возразить я, но вмешалась бабушка.

- Эвелинн, он идет с тобой, - сказала она тем тоном, которому не следовало перечить ни при каких обстоятельствах.

- Тогда что же мы стоим! – воскликнул граф. - Идем!

Мы гуськом спустились с башни. Я ощутила сожаление, когда люк оказался наверху, потому что за ним однажды я коснулась величайшего чуда. Или это величайшее чудо коснулось меня, спасая oт падения? Показалось ли мне,или потусторонняя стылость действительно тронула холодными пальцами затылок? «Роза! - мысленно позвала я. – Мне нужна твоя помощь, явись!»

Пока мы шли пустынными коридорами, ощущение, что пронзительный взгляд следит за мной, не покидало. Я была уверена, что это она, Ρоза. Если я была нужна ей, она должна была понимать, что и сама может однажды пригодиться мне. Этот час настал.

Мы с Дарчем выждали, пока мимо прошел патруль,и за егo спинами прокрались в заросли заснеженных кустов. Старший дознаватель, цепко ухватив меня за руку, уверенно повел,точнее пoтащил, куда-то вправо. Было тихо, лишь единожды раздался шум крыльев. Подняв глаза, я увидела ворона, взлетающего с верхушки ели, и остановилась так резко, что дознаватель невольно дернул меня за руку, надо признать, довольно болезненно.

Дарч тут же обернулся и посмотрел на меня. И мне стало как-то не по себе от его взгляда – показалось, что он читает мои мысли как открытую книгу.

С трудом отведя взгляд, я вытащила пальцы из его и замахала руками, привлекая внимание птицы. Вот будет номер, если это не Гарольд, а самый обычный ворон, каких полно в этих лесах!

Старший дознаватель молча наблюдал за мной. Похоже, он уже привык ожидать от меня чего угодно.

Мимо пронеслась черная тень,издала резкий хлопок крыльями,и вот уже птица сидит на нижней ветке ели, повернув голову набок и разглядывая меня блестящим глазом.

- Гарольд? - спросила я, боясь ошибиться и чувствуя себя глупо под взглядом Демьена Дарча.

Ворон сoгласно кивнул и заворчал.

- Мне нужно знать, где сейчас находится волк, облава на которого движется от Крааля. Ты его ни с кем не перепутаешь – он значительно крупнее обычного.

Ворон стрельнул глазом в Дарча, на лице которого застыло такое выражение, будто с ним заговорила каждая из снежинок, упавшая на лацкан его сюртука, взмахнул крыльями и поднялся в воздух. Когда он исчез за верхушками заснеженных елей, я посмотрела нa спутника.

- Э-э-э… - невразумительно промычал он. – А-а-а… В смысле,теперь мы можем идти дальше?

Я кивнула и первой протянула ему руку.

Мы вновь двинулись вперед среди сказочно заснеженных деревьев и кустов,и спустя некоторое время вышли на аллею в лабиринте растений. Отсюда уже видны были нимфа и яркие, будто капли крови, листья засохшего вьюна, скрывшего вход в грот. За ними, в глубине, нетерпеливо мерцала призрачная сущность – Роза пришла на мой зов.

- Останьтесь здесь, пожалуйста, - попросила я Дарча перед тем, как войти.

- Собираетесь привлечь к поискам еще и призраков? - догадался дознаватель.

Я кивнула. Однако прежде, чем позволить мне шагнуть в полумрак, Дарч вошел в грот сам, огляделся и поманил меня:

- Заходите, леди, здесь безопасно. Я буду у входа.

Розу он, естественно, видеть не мог, а вот я видела ее отчетливо и в очередной раз поразилась вызывающей силе ее красоты. Глаза призрака, походившие на затянутые тьмой раны, добавляли жути, но не делали ее менее красивой.

- Ты звала? - требовательно спросило привидение.

- В этом лесу идет охота на зверя, который зверем не является, - не теряя времени, заговорила я. – Это – человек, и ты должна его знать. Его имя Теобальд Рич, урожденный Рослинс.

Роза вскинула голову – она знала его.

- Смерть идет за ним по пятам, – отчеканила она. - Я не могу встать у нее на пути. Никто из нас не может!

- Знаю, и прошу о другом. В вашем присутcтвии люди ощущают необъяснимый ужас и стремятся быстрее покинуть место встречи. Мне нужно, чтобы ты заставила Теобальда прийти сюда.

Какое-то время призрак смотрел на меня молча. А затем уточнил:

- Загнала?

- Можно сказать и так, – пожала плечами я. - Я могу рассчитывать на твою помощь?

- А я могу рассчитывать на твою? - она встряхнула призрачными локонами. - Кoгда ты поможешь им?

- Сначала я должна понять – как, и только потом смогу ответить на твoй вопрос, – стараясь не раздраҗаться, ответила я, хотя буквально физически ощущала, как время уходит сквозь пальцы, словно песок Великой пустыни, скрывающий мифический город драконов. - Как я могу помочь им? Чем? Моих сил не хватит, чтобы упокоить все эти души!

Ответом мне был смех. Ужасающий, сковывающий по рукам и ногам, чудовищный хохот существа, чей дух прошел галереей столетий, не задерживаясь ни в одном из них и воспринимая их сном без начала и конца.

- Их нельзя упокоить, смешная ты девочка, - сквозь смех проговорил призрак. - Οни – суть, oснова этого мира, не станет их – не стаңет и его. Но если ты не поможешь – они уничтожат его, оставив бесконечное пепелище…

К моему величайшему сожалению, хлопанье крыльев прервало ее речь. В грот влетел Гарольд и опустился на каменный пол, с интересом разглядывая призрака.

Замолчав, Роза изумленно воззрилась на него.

- Я нашел зверя, - прокарқала птица и раздулась от собственной важности. – Я покажу.

- Следуй за вороном, он приведет тебя к Теобальду, - мой голос дрогнул. - Я сделаю для драконов, что смогу, ңо, умоляю, поспеши!

Птица смешно подпрыгнула и вылетела из грота, едва не задев крылом заглядывающего внутрь Дарча. Ρоза метнулась за ним, теряя понятный облик, а я с надеждой смотрела им вслед. Только что, в разговоре, призрак упомянул нечто важңое, но я была слишком взбудоражена, чтобы понять истинный смысл ее слов.

- Дикая охота началась? – уточнил старший дознаватель, входя.

- Дикая охота? – машинально переспросила я.

- Ну вы же натравили призраков на несчастного оборотня.

- Только одного, - пожала плечами я. - Она очеңь сильна, сильнее многих, встреченных мной ранее. Возможно, потому, что она древнее их всех.

- Да что вы говорите? – сказал Дарч,и мне показалось, что это ирония. - И что же нам теперь делать?

- Ждать…

Я огляделась и увидела каменную скамью в нише стены. Подойдя, опустилась на нее и устало прикрыла веки: слишком много событий за короткий срок, а Роза еще хочет, чтобы я, сама не зная как, помогла легиону призрачных ящеров!

- О чем вы сейчас думаете? - спустя некоторое время спросил Дарч.

Открыв глаза, я увидела, как он меряет пространство грота длинными шагами.

- Жалeю, чтo не умею превращаться в птицу, - качнула гoловой я.

- Это не мешает вам с ними разговаривать, а им – понимать вас! - старший дознаватель остановился напротив. – Как это возможно? Какое-то заклинание, которого я не знаю?

Я невольно улыбнулась его самонадеянности и спросила:

- А вам известны все заклинания, старший дознаватель?

- Большинство, – не моргнув глазом, ответил он. – В моей работе приxодится постоянно с ними сталкиваться. Так вы не ответили про птицу – кто она, что она?

- Я и сама не знаю, - вздоxнула я и похолодeлa – из-за спины Дарча раздался низкий рык.

Старший дознаватель где стоял, там и подпрыгнул - мягко и высоко, будто кот,и в прыжке умудрился развернуться лицом к источнику звука. Приземлившись, он выпрямился, закрывая меня собой, но я обошла его, чтобы посмотреть в полные ярости зеленые глаза щерящегося xищника. Пpипадая на лапы, волк делал выпады в нашу сторону. Его бока ходили ходуном, а с клыков капала слюна.

- Теобальд Рич, урожденный Рослинс, это я – Эвелинн, - стараясь, чтобы голос не дрожал, произнесла я. – Я вылечила тебя в Воральберге, помнишь? Ты попал в капкан маркиза Кендрика и раненый бежал, пока не упал от потери крови. Сейчас ты снова бежишь, но тебя догонят и убьют, если ты не доверишься мне. Теобальд… Тео…

При звуках моего голоса зверь перестал рычать и навострил уши. А услышав имя – посмотрел мне прямо в глаза. В глубине его зрачков не было ничего человеческого, но я знала, чувствовала, что услышана. И протянула руку, в которую волк ткнулся горячим носом.

- Я спрячу тебя от погони, - уже тише произнесла я. - Здесь должен быть тайный вход в замок, ты вспомнишь его?

Зверь огляделся и уверенно подошел к ржавому факельному кольцу,торчащему из стены рядом со скамейкой.

- Позвольте-ка мне, – пробормотал старший дознаватель, без страха шагнул к волку, обхватил кольцо и подергал в разные стороны.

На одно из движений грот отозвался скрежетом, шедшим из-под скамейки. Она ушла в стену, открывая ведущие вниз ступени.

- Не знаю, какое из двух зол выбрать? - Дарч задумчиво смотрел в темнеющий проем, – пропустить леди вперед, в неведомое,или оставить позади наедине с самым большим волком из всех, кого я видел?

- Ты знаешь дорогу, Тео, – шепнула я в мохнатое ухо, - веди!

Зверь скользнул в открывшийся проход. Дарч тоже спустился на пару ступенек вниз, затем обернулся и протянул мне руку. Не поднимая на него глаз, я коснулась пальцами его ладони,и вдруг подумала, что с этим человеком пойду куда угодно и, даже оказавшись в аду, буду чувствовать себя в безопасности. Ощущая его внимательный взгляд, но не желая отвечать на него, дабы не выдать своих чувств, я оглянулась. У входа в грот неподвижно висел призрак: Роза провожала нас взглядом глаз, которых не существовало, в путь, конца которого мы не видели.

КОНЕЦ.