Мифы патриотов

«Родина не просто место на земле, где я родился, произошел на свет от отца и матери, или где я "привык жить"; но то духовное место, где я родился духом и откуда я исхожу в моем жизненном творчестве. И если я считаю моей родиной - Россию, то это означает, что я по-русски люблю, созерцаю и думаю, по-русски пою и говорю; что я верю в духовные силы русского народа и принимаю его историческую судьбу своим инстинктом и своею волею. Его дух - мой дух; его судьба - моя судьба; его страдания - мое горе; его расцвет - моя радость».

И.А.Ильин «Манифест Русского Движения»

В последнее время в патриотической среде заметно активизировались дискуссии о судьбах Отечества. В воздухе повеяло надвигающейся грозой, и ее предчувствие всколыхнуло тех, кто думает о будущем России. Война против Руси уже идет. Наши противники открыто заявляют о начале Четвертой мировой войны (Третьей мировой они считают Холодную войну, которая, в силу того, что мы ее вовремя не распознали, закончилась распадом СССР). Во всех предыдущих всемирных конфликтах наша страна была одним из основных участников и главной мишенью. Теперь речь идет о посягательстве на целостность и суверенитет Российской Федерации и об уничтожении нашей цивилизации. Это не нагнетание страхов, а суровая реальность наших дней, которую, судя по ряду публикаций, четко понимают властные структуры, информированные гораздо лучше нас, и часть патриотической общественности. В безмятежном неведении и горьком забытьи пребывает народ. Но именно ему в первую очередь нужно знать о нависшей угрозе и грядущей беде, потому что именно он примет главный удар и понесет огромные жертвы в силу своей неосведомленности, незащищенности и неготовности отразить наступление. Ситуация надвигающейся извне войны, неосведомленность народа о возможной грядущей беде, слабость руководства и наша собственная неготовность себя защитить создают предпосылки для распада России. Все это подогревает дискуссии о том, что же делать для спасения России. В столкновениях мнений отчетливо проступают несколько распространенных мифов, таящих серьезную опасность, и на которых хотелось бы остановиться подробнее.

Целью анализа этих мифов является не желание посеять страх, но стремление лучше осознать происходящее для того, чтобы, не теряя веры и надежды на будущее России, объединившись в своей боли и ответственности за судьбы Отечества и народа, принять четкие, взвешенные и конкретные решения, сформулировать платформу, программу и лозунги совместных действий патриотических сил.

Миф первый: не нужно говорить о негативных событиях и тревожить народ

Этот миф - сам по себе уже угроза, потому что ситуация, которая сложилась на международной арене и внутри нашей страны, требует принятия незамедлительных мер по обеспечению безопасности и обороны государства, мобилизации экономического, политического и духовного потенциала, всех сил народа на отражение возможной агрессии. Народ держат в неведении и таким образом создают почву для внезапного нападения (вспомним «блицкриг») и быстрой победы. А нападению предшествует фаза тщательно спланированной информационной и психологической войны. Стержнем этой войны является не только сокрытие информации о военной угрозе, но и отрыв знака от референта, то есть обозначаемого от обозначающего. Иначе говоря, вещи перестают называть своими именами. Более того, положительные вещи в массовом сознании начинают соотносить с отрицательными значениями, а отрицательные получают очевидное положительное смысловое наполнение. В результате не только на рациональном, но и на глубинном духовно-нравственном уровне стирается грань между добром и злом, зло воспринимается как добро и наоборот. Народ перестает осознавать опасность, а противника считает партнёром и другом, начинает ему помогать, занимая самоубийственную позицию. Чтобы подготовиться к вероятной интервенции или даже предотвратить её, приняв меры по обеспечению обороны, нужно мобилизовать народ на защиту Отечества. А это возможно сделать только через информирование населения об опасности и через возвращение вещам и явлениям своих имен. Осведомленность, осознание опасности, мобилизация сил - вот, что будет означать победа в информационной и психологической войне, которая предшествует интервенции. Выиграв на этом этапе, мы сможем локализовать, а, может быть, и нейтрализовать угрозу. Народ должен знать, в чем она заключается. Дальше речь пойдет о направленной против России политике сил глобализации, инструментом которых стали Соединенные Штаты. Обращаясь к этой теме, враги России в лучших традициях информационной и психологической войны пытаются опровергнуть и высмеять саму идею, оценить ее как проявление патологии, маргинализировать, и, в конечном итоге, опровергнуть. В ответ на эти попытки скажем, что мы печемся не только о благе и безопасности нашего народа. Мы одновременно заботимся о безопасности американского населения, которое оказалось заложником глобальной авантюры, а также о безопасности человечества, потому что безопасность России, крупнейшей и ключевой в геополитическом отношении страны, означает безопасность мира в целом. Поэтому у СМИ, специализирующихся на защите американских интересов, и делании много шума из ничего, нет оснований для истерических обвинений нас в антиамериканизме. Мы думаем о благе всех, но, прежде всего, о собственной безопасности и обороне. На этом мы должны стоять жестко и решительно, не поддаваясь на авантюры и провокации ангажированных или невротизированных агентов влияния.

Опасность самоубийственного курса США, которые оказались марионеткой архитекторов нового мирового порядка, заложена на концептуальном уровне в их официальных документах и высказываниях высшего руководства страны и лиц, влияющих на принятие политических решений. США везде декларируют свои глобальные интересы и стремление достичь уже не превосходства, а всемогущества. В своей книге «Выбор» Збигнев Бжезинский, которого, хоть и противно, но приходится цитировать, дифференцирует эти понятия: «Превосходство не следует путать со всемогуществом». В этом и заключается выбор, который должна сделать администрации Буша: «господствовать над миром или вести его за собой, но она все больше склоняется к первому». Вести за собой, значит насильно навязать американские ценности и идеалы, которые, скажем мягко, крайне сомнительны, эгоистичны и являются моралью колонизаторов. К тем, кто не хочет добровольно идти за США, применяют насилие, нередко вооруженное. При этом себя Штаты объявляют олицетворением добра, а всех, кто не согласен - воплощением зла. На мессианских иллюзиях США строят свою Стратегию национальной безопасности - официальный документ с примечательной цитатой президента Буша: «Наша ответственность перед историей очевидна: избавить мир от зла». В концептуальном отношении это крайне опасная для мира в целом позиция. Как известно, «дорога в ад вымощена благими намерениями». Война против зла не может иметь конца, нет, и не может быть выхода из неё, кроме открытия нового фронта. В этом случае война становится образом жизни, рутинизируется, стирается грань между войной и миром, оказывается справедливым лозунг Министерства правды в романе Оруэлла: «мир - это война». Как сказано: «мир будет хуже войны». Прикрываясь этим мессианизмом, США развязали глобальную войну, распространяя поле битвы на всю планету. Но опасность этой войны заключается не только в ее территориальном масштабе. Она вышла за пределы традиционного для войн прошлого чисто физического пространства. Помимо географической глобальности, она характеризуется еще и тотальностью, то есть охватывает все пространства жизнедеятельности человека и человечества: материальное, ментальное (сознание) и духовное. Пространство современной войны иерархично. Оно идет снизу вверх, поднимаясь с физического (территориального, экономического и т.д.) уровня через ментальный (политический, информационный и психологический) и достигая предельных высот бескомпромиссности и жертвенности на уровне духовном. И точно так же, как война в традиционном физическом пространстве, ведущаяся на суше, море, в воздухе и космосе имеет стратегию и оперативное искусство, война в ментальном и духовном измерениях требует специфики стратегии и оперативного искусства, ориентированных на победу. Не понимая иерархичности современной войны, мы не сможем ее выиграть и защитить народ и Отечество. Когда-то государь Император Александр III сказал: «У России нет друзей, нашей огромности боятся… У России только два надежных союзника - её армия и её флот». Александра Ш называли царь-миротворец, потому что в период его правления Россия не вела войн не только благодаря искусству дипломатии, но и потому что опиралась на свою военную мощь. Наша огромность заключается не только в территории и интеллектуальном потенциале, но и в духовности. Это самый главный рубеж, который противник намерен взять во что бы то ни стало. Именно в душе, исполненной веры, находится главный источник сопротивления агрессору. Народ, душа которого обращена к Богу, непобедим. И как бы материально и технически не был силен враг, он никогда не одолеет народ-богоносец, коим был и, по милости Божией, останется наш народ. Потому что Бог не в силе, а в правде. Сейчас, к сожалению, Вооружённые Силы превращены в изгоев в собственной стране. Посредством целенаправленной информационной политики разрушается союз армии и народа - главное условие победы в любой войне. Да, в армии много проблем. Но не стоит забывать, что именно она - наш главный защитник от очень возможной агрессии. И в этой битве народ должен быть вместе с нашим воинством, с теми, кто, несмотря на все лишения и страдания, не дезертировали, не сбежали туда, где лучше и сытнее. Они остались в строю, верные присяге, Отчизне и народу. Их стойкость, мужество и жертвенность сейчас могут быть приравнены к подвигам наших предков на полях самых страшных сражений. Они держатся, держатся из последних сил, несмотря на всю разрушительность политики демилитаризации, которую власть долгое время проводила в области обороны, фактически разоружая армию под видом реформирования, сводившегося к количественным сокращениям, выдаваемым за великие и благотворные преобразования. Благодаря выдержке и самоотверженности наших Вооруженных Сил стоит Земля Русская, жив наш народ и, Бог даст, выстоим и выживем, если не поддадимся искушениям. Если взять преобразования в вооруженных силах США, то там действует совершенно другой, качественный подход при принципиальном отказе от количественного. Министр обороны США Д. Рамсфельд, излагая принципы армейских реформ, отмечает: «Мы поняли, что структура вооруженных сил времен «холодной войны» не подходит для ведения войн будущего. Поэтому мы начали делать вооруженные силы более подвижными и способными к быстрой переброске. Когда представитель Министерства обороны говорит «подвижные», можно подумать, что это означает уменьшение численности. Но это не так. Мы имеем в виду структуру вооруженных сил, а не их численность. Именно качественные характеристики дают импульс для необходимых изменений». Либеральная пропаганда так одурманила массовое сознание, что лучшие сыны Отечества, которые единственно и реально несут тяжкий крест российской государственности, презираемы теми, кого они защищают. А ведь формирование враждебного отношения к армии и есть проявление войны не только в информационном и политическом, но, прежде всего, в духовном пространстве. Отношение власти и народа к армии и их союз является важнейшими факторами обороноспособности, боеготовности и победы над врагом. Это очень четко нужно понимать, особенно в нынешней крайне опасной для России ситуации. В работе «О смысле войны», написанной в 1904 году, выдающийся философ Л. Тихомиров пишет: «Воин - великий учитель чести, долга и нравственности. Плохо положение народа, когда его затуманенные ложью глаза закрываются на поучение воинского звания. Где же воин перестает быть уважаем, там значит общество уже начинает «оподляться», терять нравственную высоту… Слабость и размягчённость личности ведут вовсе не к миру, а лишь к предоставлению свободного поля действия злу». Тихомиров развенчивает миф о вечном мире, которым неустанно обольщают наш народ. А тот, поддавшись соблазну, обрекает себя на беззаботность и беззащитность перед лицом испытаний. Очень актуально звучат в этой связи слова Тихомирова: «Идея вечного мира, поддерживаемого соглашением государств, это - невозможнейшая мечта, и я даже не вижу, чтоб это была мечта высокая. Она не высока, потому что исходит из предположения, будто у государств, как выразителей национальных стремлений, нет ничего, кроме мелких материальных интересов, нет нравственных интересов, нет своей идеи существования». Это отсутствие у многих влиятельных представителей нашей власти идеи суверенного существования очень опасно. Отвернувшись от армии и флота, они безоглядно бросились в объятия лжесоюзников, тех, кто способен задушить нас в этих объятиях и кто имеет свою собственную, пагубную для нас идею. Наша власть зачастую так боится чем-то обидеть эту «лжебратию», что любые критические высказывания в её адрес могут быть жестко цензурированы. И подобное, грубо зашпаклеванное информационное поле лишает народ истинного представления об угрожающих ему планах хищников. Но, если власть пока в основном безмолвствует, предоставим слово самим так называемым союзникам. Обратимся к обзору "Обсуждая судьбу России", который подготовлен влиятельным американо-израильским аналитическим центром Stratfor (Strategic Forecasting - Стратегический прогноз) 12 мая 2005 года. Там очень четко сказано, что «США должны предотвратить, ни при каких обстоятельствах не допустить нового появления России на мировой арене - как региональной гегемонии власти и потенциального глобального противника». Очевидно, что эта перспектива не союзнических отношений, и не мира, а войны, потому что нас рассматривают даже не как партнера, а однозначно как противника и требуют, чтобы мы отказались от своих национальных стремлений даже на региональном уровне в зоне нашего традиционного геополитического влияния, не говоря уже об уровне мировом. У любого государства, чтобы выжить должны быть не только территориальные, но и более широкие границы - геополитические и духовные, тоже обеспечивающие среду существования. Её можно соотнести со средой жизни человека, которая не может быть ограничена рамками его тела или быть узкой, как, например, скафандр, в котором невозможно пребывать постоянно. Означенный выше подход лишает нас этой среды существования, обрекая на неминуемую изоляцию и гибель. Поясню сразу. Мы не должны встраиваться в какую-то чужую или чуждую нам среду. Нужно создавать свою среду существования и безопасности на основе отношений с братьями по крови, по вере и всеми теми, кто разделяет наши взгляды на справедливое мироустройство, а также с теми, кому угрожают те же противники, которые угрожают нам. Мы должны делать все то, что Россия делала всегда: распространяться, защищая своих единомышленников и всех слабых, которым угрожают сильные и наглые. В этом заключается православный подход к российской имперскости и сущность того, что можно назвать экспансионистским изоляционизмом. Наверное, и в этом смысле можно понимать призыв «распространиться» Святого Апостола Павла в его Втором Послании к Коринфянам (6: 13). И далее он, как будто обращаясь к сегодняшней России, взывает: «Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным? Какая совместность храма Божия с идолами. (6: 14,15)». И, наконец, то, в каком смысле можно понимать изоляционизм: «И потому выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь к нечистому; и я приму вас (Ис. 52,11)» (6: 17).

Тот мировой порядок, который навязывают миру силы глобализации, использующие США в качестве орудия расправы с непокорными, полностью противоречит христианской морали и несовместим с моралью традиционного ислама. И здесь традиционный ислам может и должен стать нашим союзником. Война за установление нового мирового порядка, за глобализацию принимает самые ожесточенные формы в духовном пространстве, которое, наряду с политическим, стало боевым в иерархии современной войны. А то, что эта война за глобализацию уже объявлена и ведется, подтверждает цитата из представленного 19 марта 2002 года американскому Сенату отчета Томаса Вильсона, бывшего на тот момент главой Разведывательного управления Министерства Обороны США. Адмирал Вильсон, который, кстати, за несколько месяцев до трагедии 11 сентября, предсказал вероятность масштабного террористического акта с многочисленными жертвами, сказал: «Поствоенный период (выделено авт.), длившийся после окончания Холодной войны, закончился 11 сентября. Следующее десятилетие будет определяться борьбой за глобализацию. Террористические атаки 11 сентября были первыми стратегическими ударами в войне против представления США о будущем мировом порядке». Подчеркнем еще раз, что установление тотальной мировой диктатуры невозможно без покорения и уничтожения России как государства и цивилизации. Это, прежде всего, война против нашей страны, русского и других населяющих нашу землю народов, которых русский народ взял под свое крыло и за защиту которых он традиционно нес и несет ответственность. И не нужно строить иллюзий относительно всякого рода этнократий и сохранения этих народов в случае оккупации. Оккупантам они могут понадобиться, только как орудие расправы с русским народом в ходе искусственно культивируемых межэтнических и межрелигиозных конфликтов. Затем, лишившись традиционной опоры, они будут обречены на уничтожение. Сознавая глубинную и тотальную сущность этой войны, мы должны принять вызов. Нельзя победить в сражении, не вступив в него. И, хотя враг очень силен, но ведь «Бог не в силе, а в правде». Будем с Богом, победим, как это всегда бывало на Руси. Речь идет не о призыве к началу вооруженных действий против врага, а о готовности к ним, прежде всего, политической и моральной, которая вытекает из осознания иерархичности войны и того факта, что она уже ведется в отношении России, пока без применения огневых средств. Подобные непрямые действия рассматриваются в стратегии США в контексте подготовки к вооруженной фазе агрессии. Ведь целей войны можно достичь и невоенными средствами, что оказывается намного более эффективным и дешевым способом победы над объектом агрессии. В военной стратегии США существует так называемый конструкт планирования в области обороны, который выражается в формуле 4-2-1. Четвёрка обозначает четыре группировки войск передового базирования, размещенные в четырех регионах мира, которые должны быть способны вести региональные войны ограниченного масштаба. Двойка соотносится с обеспечением способности вести две крупномасштабные войны в одновременном режиме, а единица подразумевает готовность защитить при этом свою территорию. Стратегия предусматривает, что в одной из двух одновременных крупномасштабных войн США «должны одержать решительную победу». Это в зависимости от решения президента может быть реализовано двумя способами: либо захват и оккупация территории, либо смена режима. Этих целей можно достичь и не вооруженным путем, что подтверждают «бархатные революции», в результате которых американцам удалось привести к власти марионеточные антироссийские режимы. Таким образом, критерием современной войны являются не огневые средства, а достигнутые цели. Мы проиграли Холодную войну, потому что ее не распознали, не увидели опасность, потому что опирались на устаревшие критерии, и в результате потеряли страну и позволили противнику достичь таких результатов, о которых Гитлер даже не мог мечтать. Чтобы выиграть современную войну, нужно ориентироваться на цели, поставленные противником, вовремя обнаружить и нейтрализовать угрозы. В 1999 году Пентагон подготовил доклад для высшего военного и политического руковод…