Милый мальчик

9

Просьба?

Он о той "просьбе", что прозвучала как приказ, или угроза... Да что угодно, только не просьба! Он об этом, черт возьми?

Савва наклоняется к моему лицу, разглядывая вблизи. Я прокашливаюсь, ища глазами пути для отступления.

- Ты же не раздвигала ноги перед этими извращенцами? Берегла себя для меня?

Его нос почти касается моего, и мне хочется отшатнуться, но я сдерживаю порыв. Просто чувствую что на сегодня лимит его "заботы, участия и терпения " исчерпан.

От губ Чудика вкусно пахнет клубникой, он ведь выдул несколько молочных коктейлей, которые я услужливо ему приносила. А от кожи почти незаметно доносится тонкий запах лосьона или крема для бритья. Не знаю, чем он пользуется, и знать не хочу.

Раздражает тот факт, что запах этого психопата мне приятен. Потому что от всего остального меня просто колотит.

- Твое молчание мне очень не нравится, - его тон вмиг леденеет, а зрачки становятся почти черными. - Я обязательно узнаю, какая сука пихала в тебя свой член, и отрежу его. А потом вернусь и разделаю тебя на тонкие полоски. Как бекон.

На этих словах мои глаза почти вылезают из орбит. Дыхание перехватывает, я шокированно раскрываю рот. Ещё миг, и упаду замертво. Вот же помешанный!

- Это тот охранник - белобрысый карате-пацан или Корнеев, который разливает сегодня дешёвое пойло? Кого похороним?

Мамочки... Этот псих действительно следит за мной. Он все это выяснил, подслушивал или спрашивал... Откуда-то узнал подробности.

- Или сразу тобой заняться? - из кармана на свет божий опять выползает нож. Твою ж... Да сколько можно!

- Нет! - Я отчаянно мотаю головой, в который раз из-за этого маньяка вытирая слезы. Они непроизвольно бегут горячими ручьями. Больше не выдерживаю эти эмоциональные качели, больше похожие на экстремальный вид спорта. - Я ни с кем... Никогда...

Грудную клетку трясет, она ходит ходуном в надежде захватить побольше воздуха, я не могу сомкнуть губы, так сильно они дрожат.

- Точно? - Тяжелый и тёмный взгляд Саввы пронзает нутро, я чувствую себя перед ним трепыхающейся бабочкой на иголке.

- Точно! Я никогда... Я не занималась сексом... - шепчу сквозь слезы.

- И не отсасывала никому?

От грубых слов меня тут же бросает в жар стыда и унижения. Отчаянно мотаю головой, уже откровенно рыдая. И чтобы он успокоился и убрал долбанный нож, говорю то, что он так жаждет услышать:

- Нет... Я берегла себя... для тебя...

Его пугающий до трясучки взгляд мгновенно смягчается. Чудик убирает мне локон за ухо ласковым движением, большим пальцем вытирая слезы. Нож, при этом, остаётся в его руке, и поэтому маячит перед моими глазами. Я медленно выдыхаю, отводя взгляд.

- Умничка, Боброва. Хорошая, послушная девочка. Значит, я в тебе не ошибся. Погоди-ка... Так я тебе нравлюсь или ты просто испугалась?

Мрачно смотрю на этого гребанного психопата, с ненавистью представляя, как он помрет от чего-то в ближайшее время. Может, подавится клубникой или споткнется на ровном месте и напорется на собственный нож.

Ощущение, что он догадывается о чем я думаю. В темно-зеленых глазах предвкушение, на губах возникает едва заметная усмешка. С маниакальным выражением на лице Савва ждёт ответа.

Набираю побольше воздуха в грудь и обреченно выдавливаю:

- Ты мне нравишься.

Страх и отвращение в моем голосе слишком явны, но Чудик, улыбнувшись, кивает мне и кажется удовлетворенным ответом.

- Это мило.

Нож тут же исчезает в кармане, и я устало прикрываю глаза. Но распахиваю обратно, как только чувствую как горячий язык Саввы касается моих сомкнутых губ. Он сейчас облизнул мой рот?!

- Что ты... - возмущенно вырывается из меня, но Чудик не даёт договорить.

Положив руку на мой затылок, он целует меня, накрыв своими губами и зарывшись пальцами в волосы.

Окружающий мир тут же рассыпается на части. От шока и неверия я застываю на месте. Между тем горячий язык нагло раздвигает зубы, врывается глубоко внутрь. Мой желудок подпрыгивает как мячик и летит в бездну, низ живота непривычно дёргает от переполошившихся эмоций. Это же мой первый поцелуй! Лялька бы засмеялась, узнав насколько я синий чулок, но вышло так, как вышло. Этот придурок отбил у меня всякую охоту связываться с парнями.

Я слабо мычу, очнувшись, и пытаюсь оттолкнуть нависшего Савву, но он как тяжелая каменная глыба, не двигается с места. Целуется он напористо и жадно, как будто съесть меня хочет. Но при этом задевает, видимо, какие-то нужные струны. Мои ноги обмякают, но одну руку Савва перемещает мне на спину, не давая упасть и удерживая на месте. Прикусывает нижнюю губу, оттягивая. Потом снова целует и вылизывает мой рот, отчего у меня начинает кружиться голова.

- Подожди... - шепчу обессиленно, пытаясь глотнуть воздуха в перерывах.

Появляется новый страх - перед его пугающей жаждой. Если раньше я боялась, что он меня прирежет и закопает в какой-нибудь ямке, то теперь меня больше трясет от того, что он может сделать до этого. А самое ужасное, что какая-то крохотная часть меня как будто бы не против узнать, куда могут привести поцелуи с этим жутким человеком. Какой абсурд. Я помешалась из-за его погони и явно не в себе.

Через минуту он все же останавливается, тяжело дыша. Меня не покидает чувство, что он приложил немало усилий чтобы остановиться. Савва отбрасывает спутанные волосы со лба и надевает обратно очки, которые держал в руках. В его глазах такая пугающая тьма, от которой, кажется ничто не выживает в природе. Она просто выжигает все вокруг, оставляя после себя только пепел.

- Ну... Неплохо, Боброва. Ты очень вкусная, - произносит он задумчиво, облизывая губы и глядя на мои. - Тебя съесть хочется.

Я делаю шаг назад, сдерживаясь, чтобы не начать тереть рот при Чудике. Тогда беконная нарезка точно состоится.

- Мне нужно в общагу... Готовиться к занятиям, - бормочу, в растерянности озираясь. Боже, хоть кто-нибудь, помогите мне пожалуйста!

- Ладно, иди, - неожиданно кивает он. - Завтра еще увидимся. Да?

- Конечно, - поспешно киваю я, хотя перед глазами уже стоит электричка, которая отправит меня на заброшенную дачу двоюродной бабушки. С дальней родственницей я не особо общаюсь, но, надеюсь, она не обидится, если я залягу там на дно. Ей, впрочем, и знать об этом не нужно. Никому не нужно, иначе этот маньяк быстро меня найдет.

Напоследок Савва приближается и снова целует меня в губы, только в этот раз коротким поцелуем. Улыбается. Его глаза неотрывно смотрят сквозь очки на то, как неуклюже я делаю шаг за шагом назад, боясь повернуться к нему спиной.

Добравшись до общаги, я юркаю за дверь. Внутри выдыхаю, прислонившись к стене и делаю несколько глубоких вдохов. Затем выпрямляюсь, яростно вытирая рот тыльной стороной ладони.

- Сука! Сука! Сука! - рычу в бешенстве, ощущая, как нервные клетки сгорают к чёртовой матери. - Гори в аду, придурок! Как же. Нравишься ты мне.

Мой истерический смех пугает парочку девчонок на проходной, они пялятся на меня, проходя мимо. Одна даже обернулась.

С ума сойти. Ну и денек...

Прихрамывая, я топаю в свою комнату на первом этаже, по пути проверяя телефон. Так и есть, от Ляльки куча пропущенных, обиженные сообщения. Моральных сил, чтобы ответить, просто нет. Я пихаю телефон обратно в карман бомбера и иду собирать вещи.

Вещей у меня не очень много, и я быстро собираю только самое необходимое. Проходя мимо зеркала чуть не вскрикиваю от ужаса, испугавшись собственного отражения. Ну и вид!

Волосы торчат в разные стороны, мэйк, делающий меня похожей на Сэйлор Мун весь потек от слез, и теперь я совсем не похожа на прекрасного воина в матроске. Теперь я похожа на пожеванную жизнью старую панду.

Привожу себя в порядок, выбрасываю разодранные колготки и иду в душ.

А уже на рассвете, когда на часах показывает всего 4:30, я вылезаю через окно, стараясь не разбудить соседку. Сумка уже валяется внизу, сброшенная первой. Подхватив её, я торопливо несусь в сторону вокзала, из-за волнения даже не замечая боли в ноге. Небо серое и неприглядное, скоро начнется дождь. Не хочу промокнуть до нитки.

Универ жаль, но не настолько чтобы пасть смертью храбрых, сражаясь за спасение собственной жизни. К черту это место, отсижусь немного в глуши, а потом начну жизнь с нуля. Катись-ка ты, "милый мальчик" , в жопу.

С этими мыслями я прыгаю в нужную электричку, приготовив электронный билет в телефоне, и, сев на место, устало прислоняюсь к окну, разглядывая серый пейзаж. Вскоре на стекле появляются первые капли, и я прикрываю глаза, решив вздремнуть. Ехать, и правда, далеко.

**