Глава 9

Мы попрощались с Лилией глубоко после полуночи. Изрядно напились, благо идти мне недалеко, а Лилия через минуту после моего ухода обещала вызвать себе такси. Она налево и направо излучала своё обаяние, и к концу вечера к нам подсели те парнишки, что сидели за столиком в центре зала. Лучшее лекарство от душевных ран — пристальное внимание противоположного пола. Тем более, когда они предпочитают тебя, вместо, по виду, на всё готовых девчушек у бара.

Я медленно шла по темному двору к своему подъезду, с приятной теплотой в груди от осознания, сколько общих интересов у меня с этой девушкой. Мы успели обсудить буквально всё — от предпочтений в мужчинах, до особо понравившегося саундтрека в одной из серий любимого сериала. Ну, где ещё я могла бы встретить девушку, так же фанатеющую от «Ходячих мертвецов»? Или от «Элементарно»? Да даже от «Бесстыжих»?

Алкоголь и приятная компания сделали своё дело — полностью отвлекли меня от мыслей о письме Влада Медина.

Чёрт. Я забыла телефон.

Разворачиваясь с намерением вернуться в бар, я услышала знакомый холодный голос:

— Ну, привет, красотка.

Руки в карманах джинсов, улыбка, не обещающая ничего хорошего, горящий злостью взгляд, отлично различимый даже в темноте ночи.

Виктор.

Шикарно. Не могу поверить, что даже после стольких лет со мной случится, то, что случится.

— Не надо перекладывать на меня всю ответственность, — сжала зубы я, с неприкрытым отвращением сверля его взглядом.

— Но виновата ты, — с наигранным безразличием пожал он плечами.

— В том, что ты не ценил любовь своей девушки? — начала перечислять я, загибая пальцы: — В том, что она стала тому свидетелем? Или в том, что более не удастся использовать её связи в своих интересах? О! А может в том, что ты не в силах удержать своего друга в штанах, при виде мало-мальски симпатичной девчонки?

При последних словах, он с рыком подлетел ко мне и схватил за плечи. Больно схватил.

— Чертова потаскуха, — выплюнул он мне в лицо, с горящими безумием глазами.

— Совсем, как ты, — стойко выдержав его взгляд, рассмеялась я.

— Смейся, пока можешь. Недолго осталось, — сквозь зубы проскрежетал он.

— Угроза так и пышет новизной, — закатила я глаза.

Виктор раздул ноздри и, встряхнув меня, толкнул на землю. Без какого-либо предупреждения, замахнулся ногой и ударил по лицу. Мозг взорвался дикой болью. Я опрокинулась на спину и зажала ладонями разбитый нос. Парень присел на корточки возле меня и зло ухмыльнулся:

— И это только начало. — Наклонившись ко мне, он схватил меня за волосы на затылке и притянул к пышущему гневом лицу: — Шлюхам не положено острить. Их рты должны быть заняты другим делом.

— Тебе ли не знать, — фыркнула я, чувствуя вкус крови во рту.

Скрипнули зубы. Виктор начал подниматься, держа меня за волосы и увлекая за собой. Я вцепилась в его руку, дабы он не вырвал мне клок волос. Складывалось ощущение, что с меня живьём снимают скальпель. Поднявшись на ноги, секунду передохнула от боли. И в тот же миг кулак парня врезался мне в живот. Я согнулась пополам, хватая ртом воздух. Но в полной мере насладиться моментом не дали, мгновенно распрямив, утягивая за волосы.

— Нравится? — прошипел он мне на ухо.

— Кайфую, — выдохнула я, кривясь от боли.

Он рассмеялся. Безумно. И снова со всей силы ударил кулаком в живот. Отпустил волосы, обошёл согнутую пополам меня, и встал спереди. Снова рассмеялся — его смех ужасно смахивал на смех злодеев в плохих голливудских фильмах — и врезал мне коленом по уже пострадавшему лицу. От удара я не удержалась на ногах и упала на спину, раскинув руки в обе стороны. Всё тело превратилось в бесконечный комок невыносимой боли. Я из последних сил перевернулась набок и свернулась в калачик, пытаясь обнять колени. В ту же секунду удар его голени по спине, распрямил меня. Виктор быстро обошёл меня и с силой врезал носком ботинка по лицу.

Далее, с небольшой задержкой, град ударов его ноги обрушился мне в живот. Страдали рёбра, руки, которыми я пыталась прикрыться. Я стонала и хрипела от боли, а он всё бил и бил. В безумном ритме, с чудовищной жестокостью. Я закашливалась от собственной крови и пыталась закричать. Не выходило. С каждым новым его ударом я мечтала потерять сознание. Уплыть. Раствориться. Исчезнуть. Убежать от невыносимой боли.

— Эй! Парень! Ты что творишь? — услышала я чужой голос. А, может, покидающее меня сознание его придумало. Но удары прекратились. Затем, я смогла различить тяжёлые шаги убегающего человека.

— Вика? — знакомый звонкий голос. Лилия. — Вика! О, Боже!

Сквозь вибрировавший болью рассудок, я поняла, что кто-то присел возле меня. А ещё с легким удивлением почувствовала что-то липкое между бёдер.

— Вика… Господи… — простонала Лилия. — Скорую! Быстрей, вызывайте скорую!

— Спасибо, — еле выдавила я и рухнула в спасительную темноту.

Загрузка...