День 5.


Карзах рассматривал грязный потолок. В окошко камеры пробивался утренний свет. Маленькие, легко различимые в луче Огненной Звезды пылинки танцевали в воздухе. Рейверий безразлично ждал, когда закончится вся тягомотина с допросами, и его, наконец, отправят или в исправительно-трудовой лагерь, или расстреляют.

Уже знакомая железная дверь с грохотом отворилась. Шаги потихоньку нарастали. Опять шел кто-то один. Шел медленно, будто под метроном. Отчеканивал каждый шаг. Наконец, за железными прутьями опять появился Нинтранд со своими большими ветвистыми рогами. В руке у него был маленький деревянный стульчик.

– Доброе утро, Нинтранд. – Холодно поздоровался Карзах.

Сотрудник ОПНО не ответил. Он подошел к камере с небольшой связкой ключей и открыл замок. После этого он спокойно оттолкнул дверь и прошел к Карзаху. Поставил деревянный стул рядом с ним и сел. Карзах поднялся с кровати и сел, протерев сонные глаза.

– Доброе утро, ходячий труп. – Насмешливо поздоровался Нинтранд. – Как ты себя чувствуешь?

– Никак. Хочется поскорее разобраться с формальностями.

– Понимаю. – Взгляд ольдейрина был настолько тяжелый, что Карзах отвел взгляд к окну. – Не советую тебе делать что-нибудь глупое. Не выйдешь отсюда.

– Я в любом случае не выйду.

– Это мы еще посмотрим. Знаешь бармена в заведении «Гусь в бочке»?

– Первый раз слышу.

– Неважно. Не попадайся ему на глаза. И будь готов к тому, что у тебя уже появились враги в городе. Ты воевал на севере, не так ли?

– Да. Я участвовал в боях за Большие Когти. – Карзах оперся спиной о стену.

– Понравилось радушие штургских селянок?

– Ничего подобного я не совершал.

– Ну да, ну да. Расскажи тогда, как оно было там в Больших Когтях.

– Вы же и так все знаете.

– Я сейчас тебя башкой приложу об стену и ты мигом мне начнешь все рассказывать. – Абсолютно спокойно говорил ольдейрин. – Делай то, что я тебе говорю и не зли меня.

Загрузка...