Глава 4. Сыграем?

Обратный путь по роскошному дворцу, а другого названия для этого здания Агата подобрать просто не могла, был куда быстрее.

Чем ближе они подходили к месту назначения, тем сильнее слышались звуки музыки. Она чем-то напоминала классическую, но была при этом довольно динамичной. Словно хитовая композиция, исполненная оркестром.

Август распахнул перед ними двери зала. Народу было совсем немного. С десяток круглых столиков, стоящих по краям, пустовало. На большой сцене слева от двери никого не было. По залу бродило несколько девушек в обтягивающих красных платьях. Они разносили напитки и общались с редкими гостями. Недалеко от сцены стоял огромный диван, на котором расположилось пять девушек и два мускулистых парня. Все они были в такой же белой одежде, как и у Агаты, только на парнях вместо юбок были надеты короткие обтягивающие шорты. Глаза их были завязаны белыми повязками.

Рабы о чем-то шепотом переговаривались, улыбаясь и тихо посмеиваясь. Вид у них при этом был расслабленный и довольный.

– Я приготовил для тебя лучший столик, друг мой. – Широко улыбнулся Август, входя внутрь. – Ни один дракон не пройдет мимо, не оценив твою покупку.

От этих слов Агата невольно вцепилась в рукав своего хозяина, низко-низко опуская голову. Нет уж! Больше никаких драконов. Лучше она закроет глаза и просидит так весь вечер, чем посмотрит еще хоть на кого-то из них.

– Успокойся. – Вильгельм, слегка поджал губы, но руку вырывать не стал. – Даже если ты встретишься с кем-то взглядом, я не обязан отдавать тебя. Не все старые традиции являются законом. Но все же лучше избегай смотреть на всех, кто в черном.

Девушка глубоко вздохнула, пытаясь подавить вспыхнувшую от этих слов благодарность. Ей не за что благодарить его. Из-за него ее похитили, и продали на аукционе. Этого уже достаточно, чтобы возненавидеть.

– Значит в черном – это драконы? – Тихо спросила Агата, силой воли заставляя себя отпустить его.

Вильгельм по-прежнему держал цепочку, привязанную к ошейнику, в своих руках, так что смысла в том, чтобы еще и самой испуганно жаться к нему, она совершенно не видела.

– Все вопросы, когда придем домой. Сейчас ты обещала быть хорошей девочкой.

Девушка раздраженно хмыкнула, но промолчала. Столик Вильгельма стоял у самой дальней стены, чуть на возвышении. С него действительно был отличный обзор как на сцену, так и на весь зал. Тут же находился небольшой мягкий диванчик, на который и уселся Хозяин, указав ей на пол.

Она немного поколебалась, но все же опустилась на колени, но не спиной к дивану, а развернувшись лицом к Хозяину. В конце концов, в эту игру можно было играть и двоим, и если она собиралась воплощать свой план в жизнь, то пора было проверить границы допустимого. Чувствуя, как дыхание замирает от волнения и легкого чувства опасности, девушка осторожно провела рукой по внутренней части бедра Вильгельма. Тот смотрел в зал и, казалось, никак не реагировал на происходящее. Пришлось пустить в ход вторую руку, указательным пальчиком прочертив дорожку от пупка вниз. Даже несмотря на то, что она делала это через застегнутую на все пуговицы одежду, Хозяин ощутимо напрягся. Длинные тонкие пальцы Вильгельма зарылись ей в волосы.

Агата чуть усилила давление. Провела ноготком по кожаному ремню, чуть задержавшись на пряжке. Поглаживая бедро, поднялась чуть выше, словно ненароком касаясь достоинства мужчины.

– Хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо сейчас? Или подождем, пока гостей прибавится? – Голос был недовольный, но, судя по значительно увеличившейся выпуклости под плотной тканью брюк, она все делала правильно.

– Я тоже хочу сидеть на диване. – Агата старалась добавить в голос капризных ноток, но когда буквально дрожишь от страха, сделать это сложно.

Не перегибала ли она палку? Кто знает, может Хелвин действительно решит ее взять прямо здесь. Но вместо того, чтобы остановиться, она лишь осторожно положила руку на бугор под брюками.

– Так не принято. – Сквозь зубы выдохнул Вильгельм, на секунду прикрывая глаза.

– Не все старые традиции являются законом. Ты сам сказал.

Хозяин резко поднял ее с пола, одним рывком усадив на колени.

– Плохая девочка. – Буквально рыкнул он ей на ухо. – Придется как следует наказать тебя, когда доберемся до дома.

Она чувствовала его возбуждение, его крепкие руки, сжимающие ее тело. Обещание наказания, даже несмотря на весь ужас ситуации, отозвалось как ни странно не очередной волной паники, а зудящим предвкушением. Какого черта с ней происходит?

Чтобы прийти в себя, она стала разглядывать происходящее вокруг. Музыка в зале играла уже громче. Двери открывались все чаще и чаще, гости прибывали и прибывали. Август Нокс, изображавший радушного хозяина, крутился между ними, улыбаясь всем без разбору, то и дело целуя протягиваемые к нему женские руки в черных перчатках. С мужчинами он чинно раскланивался, или же просто кивал, если цвет одежд не принадлежал к цветам драконов.

Девушек в красных платьях чуть прибавилось. Агата, стараясь отвлечься, начала строить теории одна нелепее другой. Если в черном – это драконы, а в белом – люди, то кто тогда в красном? И почему уже виденные ей адвокат и служанка в доме Хелвина были одеты в коричневое разных оттенков? Имеет ли это какое-то значение? Почему нет никого в синем или зеленом? Розовом, в конце концов. Затем мысли плавно перетекли на то, являются ли Драконы настоящими. Могут ли превращаться в чудищ из сказок ее детства?

– Достопочтимый Хелвин, желаете чего-нибудь? – К их столику подошла одна из разносивших напитки девушек.

– Новенькая? – Без интереса спросил Хозяин, даже не взглянув на вызывающий вырез платья официантки.

– Прошу прощения? – Девушка растерялась и стрельнула глазами в сторону Августа. Но тот был далеко, развлекая кого-то из гостей.

– Тащи абсент. Здесь я пью только его.

Девица моментально убежала исполнять заказ.


Агата видела, как гости рассаживаются за столики. В ногах некоторых сидели рабы. Тех рабов, что она в самом начале вечера увидела на диване, успели разобрать. К ним подходили и увлекали по одному, очевидно, намереваясь развлечься.

Свет в зале постепенно становился все тускнее, на сцене появились танцоры. Трое мужчин и трое женщин в латексных красных костюмах. В руках каждого было по тонкой палке с кожаной петелькой на конце. То, что они исполняли, было провокационно и весьма откровенно. Но даже Агата, наблюдающая из-под полуопущенных ресниц за четкими отработанными движениями, не могла не признать, что танец был эффектным и завораживающим.

Официантка принесла им заказанный абсент и закуски. Вильгельм подцепил с тарелки аппетитно выглядящий кусочек мяса и попытался сунуть Агате в рот.

– Я не хочу есть. – Тихо возразила девушка, стараясь не быть услышанной никем поблизости. Толпа вокруг заставляла чувствовать себя неуютно.

Он что, издевается? Она ведь не собака, которую можно посадить на цепь рядом с собой, а потом подкармливать объедками со стола! Нет уж, она не позволит себя низвести до подобного уровня, что бы там ни говорили их дурацкие правила.

– Вильгельм?

Агата напряглась, увидев длинное черное платье рядом с их столиком. Женщина, обратившаяся к Хозяину, была не одна. Ее сопровождали трое мужчин тоже в черном.

– Лаура. – Убийственным тоном произнес Хелвин, словно бы не здороваясь, а процеживая оскорбление сквозь зубы. – Джентельмены.

В это же время танец на сцене закончился, и на нее поднялся Август. Он хлопнул в ладони, привлекая к себе внимание.

Подошедшие тоже обернулись к сцене. Девушка воспользовалась этим мгновением, чтобы взглянуть на ту, что косвенно была виновна в том, что Агату похитили. Волосы Лауры были темнее, чем у нее самой, рост выше. Взгляд, осанка – все это не могло сравниться с нескладной простушкой, какой всегда считала себя Агата. Но в остальном сходство действительно было поразительным. Такой же прямой нос, брови, очерченные углом, высокие скулы. Она словно смотрела на сестру, потерянную в детстве. «Потерянную в детстве и воспитанную в королевской семье» – мысленно поправила она саму себя.

– Достопочтимая публика! Пришло время веселья! – Провозгласил Август. – Сегодня у нас много желающих сыграть. Поэтому перейдем к ним. И наша первая жертва… то есть участница… Аннет, милая, где ты?

По залу прокатился хохот, под который на сцену вышла дрожащая девушка в светло-коричневом платьице. Она была явно напугана, но храбрилась, не подавая виду.

– И так, Аннет… – Август обольстительно улыбнулся. – Ты знаешь правила?

– Знаю. – Выпалила девушка.

– Это случайно не одна из Силки? – Агата услышала перешептывания где-то недалеко.

– Кто их разберет, полукровок… – ответ прозвучал очень презрительно.

Аннет тем временем было предложено сунуть руку в один из двух контейнеров и, не глядя, выбрать карточку с заданием. Дальше шел черед гостей. Им предстояло предложить сумму, которую они готовы были заплатить за то, чтобы Аннет это выполнила прямо сейчас и на их глазах.

Пока Агата прислушивалась к происходящему на сцене, она пропустила момент, когда Лаура вновь заговорила с Вильгельмом.

– Передумал оспаривать приговор суда? Смотрю, уже прикупил рабыню. – В ее голосе звучала насмешка.

– Досталась по случаю. – Безразлично пожал плечами Хелвин, но Агата чувствовала, как напряглись его руки, и он стал сжимать ее чуть крепче. – Как думаешь, отправить на сцену немного подзаработать?

Лаура сделала шаг вперед и резко наклонилась, подцепляя тонкими холодными пальцами Агату за подбородок. От неожиданности девушка не успела сориентироваться и зажмурилась только спустя мгновение. На красивом лице женщины-дракона было злое раздражение с плохо скрываемой досадой.

– Никто не поверит, что это я. – наконец, вынесла она вердикт, брезгливо отдергивая руку. – Но жест я оценила. Не знала, что ты настолько на мне помешан.

– Ну, конечно, все будут знать, что это не ты. – Усмехнулся Вильгельм. – Хотя это касается только присутствующих. Если же снимки с вечера разойдутся… В лучшем случае, тебя примут за полукровку, обманом надевшую черное.

– Я законная дочь Дивуар! – Голос Лауры понизился до свистящего шепота.

– То-то твой отец так спешил от тебя избавиться. А, впрочем, мне все равно. Просто будь добра, уйди и не мешай мне наслаждаться шоу.

Агата почувствовала, как волоски на всем теле поднимаются. Исходящие от Лауры волны бешенства были физически ощутимы и били по нервам. Девушка неловко поерзала, ощущая все растущее беспокойство и страх. Неужели это еще одна особенность драконов? Выплескивать свои эмоции в окружающее пространство, заставляя всех вокруг бояться их. Вильгельм же лишь стиснул ее еще сильнее. Она точно вся завтра будет в синяках, не иначе.

– Будь мы сейчас наедине, я бы тебе устроила такое шоу… – Процедила Лаура.

В словах чувствовалась угроза, но озвучить ее Вильгельм ей не дал. Он демонстративно закатил глаза и грубо перебил:

– Просто уйди. Не надо всем показывать, настолько ты на мне помешана. – Вернул он ей ее же слова.

Лаура все-таки ушла, прихватив с собой сопровождающих, так ни разу и не заговоривших за все время. Агате лишь оставалось гадать, что все это значило?

Вильгельм, задумавшись, не разжимал объятий, а она сидела, боясь пошевелиться.

Больше всего напугала угроза отправить ее на сцену, ведь задания, которые получали участники, были одно хуже другого. Той самой Аннет, которая была первой, выпало раздеться и испытать оргазм на виду у всей публики. В начале та сильно сомневалась, но после того, как сумма, которую гости ей готовы были предложить за это зрелище, достигла тысячи – отбросила все сомнения и, усевшись на стул, стянула с себя трусики. Аннет ласкала себя рукой, периодически закусывая губу и бездумно гладя по груди. Вновь заигравшая музыка оказалась медленной и страстной, под стать разворачивающемуся зрелищу. Публика была в восторге, особенно после того, как по залу начали летать призрачные дракончики, словно сотканные из разноцветного дыма. Они то и дело подлетали к пытающейся достигнуть пика наслаждения девушке и начинали тереться то об ее грудь, то об ноги. Залетали между бедер, вызывая чувственные стоны.


Агата, наблюдавшая за всем этим с лучшего, по словам хозяина Нокс-Манора, места, невольно начала сама возбуждаться. Та постыдная ситуация, в которую была поставлена Аннет, невольно примерялась на себя. В груди вспыхнул знакомый зуд, заставляя девушку нервно поерзывать, то и дело сглатывая слюну, которой наполнялся рот. Руки Вильгельма, крепко удерживающие ее, теперь нисколько не мешали. Все мучающие сомнения казались тусклыми и неважными. На первый план вышло волнение, вызванное зудом, заставляющим прижиматься к Хозяину сильнее. Агата чуть повернулась, чтобы оказаться лицом к мужчине. Уткнулась ему в шею, вдыхая запах. Мысли начинали потихоньку ускользать. Он ей был нужен. Физически нужен, прямо сейчас. В голове начали крутиться сцены одна развратнее другой, возбуждение стало болезненным.

Краем уха она слышала, как толпа шумит все громче. Стоны и тихие всхлипывания Аннет усилили, должно быть, какой то магией, потому что они проносились по всему залу, вызывая у Агаты неожиданную зависть. Ей тоже невыносимо хотелось получить разрядку. Хотелось, что бы Хозяин приласкал ее и позволил ей ласкать его.

Происходящее на сцене уже перестало волновать, она подняла наполненный немой мольбой взгляд, протянув руку, чтобы дотронуться до лица Вильгельма.

Тот не смотрел на нее. Не замечал того, что с ней происходит.

Глаза мужчины были устремлены в сторону неприметного столика у дальней стены, где сидела та самая Лаура.

Это отрезвило. Возбуждение отступило, а вместе с ним и противный зуд, дурманящий сознание. Агата шумно выдохнула, чуть отодвигаясь.

Пришлось больно ущипнуть себя, чтобы окончательно прийти в себя. Это все наваждение, зависимость, ложь! Нужно научиться контролировать это, если она собирается здесь выжить.

На сцене тем временем уже сменился участник. Молодой парень в красных одеждах должен был закрепить на своем теле огромное количество зажимов. Публика подбадривала его со смехом, перемежаемым периодическими междометиями, раздающимися с разных концов зала.

Девушка тряхнула головой. Отвратительное место. Как можно развлекаться подобным образом? Мысли о порочности драконов отвлекали.

Игры на сцене сменялись яркими выступлениям. К ним периодически подходили разные люди, как в черных, так и коричневых одеждах. Они выражали свое почтение, коротко переговаривались на непонятные Агате темы, и все как один поздравляли с недавней покупкой.

Август несколько раз за вечер справлялся, все ли у его любезного друга в порядке, и не желает ли тот чего-нибудь особенного?

Вильгельм каждый раз отказывался, потягивая абсент и лениво поглаживая Агату по спине. К концу вечера девушке удалось окончательно взять себя в руки. На сцену ее так и не отправили, но это, впрочем, не давало повода окончательно расслабиться и успокоиться.

Ее сходство с Лаурой было ключевым пунктом, и то, что она не знала, как Хелвин собирается использовать ее против своей бывшей возлюбленной, ничего не значило.

Домой они вернулись довольно поздно. Пролетая над землями империи Шитар, девушка видела, что на улице совсем уже светло. И пусть это перемещение длилось совсем немного времени, она поняла, как соскучилась по свежему воздуху. В книге говорилось, что ее обязаны «выгуливать», не стоило ли напомнить об этом?

В этот раз мутило после возвращения еще сильнее. Возможно, дело в том, что она весь вечер так ничего и не ела. Но спать хотелось куда больше, чем утолить голод.

– Проводишь меня в мою комнату? – Агата надеялась, что ей удалось произнести это с достоинством.

Вильгельм усмехнулся. Мужчина встал почти вплотную, поднимая двумя пальцами за подбородок. От него пахло абсентом, а в глазах плясали смешинки. И пусть в первую встречу его лицо показалось некрасивым, сейчас, когда во взгляде и улыбке чувствовалась странная, непонятно откуда взявшаяся нежность и благодарность, он был почти прекрасен.

Мужчина наклонился, неторопливо целуя ее. Медленно, смакуя. Словно он сейчас, и тот, кто грубо взял ее, совместно с другом в одной из комнат Нокс-Манора, были два разных человека. Агата, невольно поддавшись этому, начала отвечать. После всего произошедшего чужое тепло согревало, успокаивало, дарило чувство защищенности и покоя.

Пусть даже отдавало горечью. «Кажется, у меня начинает развиваться стокгольмский синдром» – пронеслась в голове невеселая мысль, но была отброшена в сторону. В ближайшее время она не сможет ничего изменить, а значит нужно просто выполнять свой план, делая все ради этого. Главное помнить, что ее цель – вернуться домой. Если к тому моменту, когда у нее появиться такая возможность, она не захочет этого, нужно будет напомнить себе, что все это неправда. Напускное, зависимость и ловушки психологии.

А пока… делай, что должно, и будь, что будет.

Успокоив свою совесть такими размышлениями, она потянулась, чтобы обхватить Вильгельма за шею, полностью растворяясь на его губах.

Мужчина внезапно перехватил ее руки, натянул на себя цепочку ошейника, и заглянул в глаза с хитрым выражением:

– Кажется, кто-то забыл об обещанном наказании.

Загрузка...