Мой лучший враг

Глава 2

Последние летние деньки. Рюкзак, тетрадки, ручки, учебники, банты, гольфы и сандалики – все подготовлено для школы. Чем больше проходило времени с папиного ухода, тем лояльней я относилась к девчачьим вещам. Мама уже могла нацепить на меня платье без визгов и драк.

Мы со Стасом сидели на высокой рябине и плевались друг в друга ягодами, обсуждали какую-то недавно посмотренную комедию про свадьбу. Мысли плавно переключились с фильма на саму церемонию.

– Стас, а давай поженимся? – предложила я.

Он задумался на несколько секунд и пожал плечами:

– Ну, давай.

Церемония проходила в доме бабушки. Я надела белый сарафан, сплела венок из клевера, посмотрела в зеркало. Хм. Кажется, я начала любить платья. Мы попросили бабушку обручить нас. Она взяла первую попавшуюся книгу – «Волшебника Изумрудного города» – и стала делать вид, что читает торжественную речь.

– А теперь объявляю вас мужем и женой! – сказала она и захлопнула книгу. – Только обойдемся без поцелуев, а то ваши родители меня убьют.

Стас все равно чмокнул меня в щеку. Я посмотрела на него, улыбнулась и чмокнула в ответ.

– А свадебный танец?

– Танец, хм… – бабушка включила старый кассетный магнитофон в розетку, – не обещаю, что здесь будет подходящая песня… – И нажала на кнопку.

Магнитофон завыл голосом Аллы Пугачевой: «Я знаю, что у нее, нее, нее душа кошкина. А я хорошая. Мадам Брошкина…»

Мы засмеялись и стали танцевать. Строили рожицы, прыгали и вертелись. Вот так прошла наша свадьба. Лишь игра, но для каждого из нас это значило гораздо больше.

В то лето у Стаса родилась сестренка. Мы часто ходили в парк с его мамой: она везла коляску с малышкой, а потом доверяла ее нам. Мы очень гордились, выполняя такое ответственное задание, хотя коляска доставала Стасу до груди, а мне – до макушки. Мы чувствовали себя совсем взрослыми.

На следующий день после шуточной свадьбы мы снова пошли в парк. Стас вез коляску, я шла рядом, мама Стаса – сзади. Прохожие смотрели на нас и улыбались.

– Какие милые дети! Мальчик, это твои сестренки? – ласково спросили Стаса проходящие мимо мужчина и женщина.

Стас оскорбился, холодно посмотрел на них и заявил:

– Это моя жена. И мой ребенок. – И, не дожидаясь ответа, задрал подбородок и быстро покатил коляску дальше.

Я очень гордилась своим юным мужем. Мне понравилось, что он так сказал.

Наступило первое сентября. Бабушка заплела мне две тугие косички и украсила их бантами. В одной руке я несла огромный букет цветов, другой держалась за бабушку.

Стас со своей мамой шли рядом.

– Не бойся, – подбадривал он меня, – тебя никто не укусит. Пусть только попробуют! Я им покажу!

Он улыбнулся. Я робко улыбнулась в ответ. Мне нравилось, что в школе у меня есть такой храбрый друг.

На торжественной линейке Стас держался рядом. Много людей, яркие букеты, детские крики и смех – все это кружило голову. Потом нас повели в классы. Учительница показала нам школу, рассказала о распорядке. Со Стасом мы сели за одну парту.

Учительница дала нам время познакомиться поближе и поиграть. Стас сразу пошел к мальчишкам, я робко последовала за ним, но он обернулся и смущенно посмотрел на меня. Я видела, что он хочет сказать мне что-то, но боится. И все же он спросил:

– Может быть, ты пойдешь поиграешь с девочками?

Я не подала вида, что обиделась. Но обиделась я тогда здорово.

– Они не станут со мной играть!

Стас взял меня за руку и повел к группе девчонок.

– Я знаю, кто точно станет!

Самую высокую из этих девочек я узнала – это она подарила нам резиночку.

– Как тебя зовут? – спросил ее Стас.

Девочка испуганно посмотрела на нас и стала теребить свои светлые косички.

– Даша.

– А ее – Тома, – представил меня Стас. – Вот. Теперь вы познакомились. А я пошел.

Стас ушел к мальчишкам. А я глядела на Дашу, не понимая, как себя вести. Даша задумчиво посмотрела на меня в ответ, будто решаясь на что-то, и наконец предложила:

– Хочешь, я покажу тебе своих лошадей?

– Очень хочу! – обрадовалась я.

Даша повела меня в конец класса и показала на пустой угол.

– Вот они. Тут их стойло!

– Но тут же никого не-ет! – разочарованно протянула я.

Даша удивилась:

– Как нет? Вот они. У меня четыре лошади. Видишь эту, розовую? Ее зовут Крошка. Она умеет летать. А вот эта коричневая – его зовут Ветер. Он мчится быстрее всех. Белую зовут Молния. А рыжую Буран. Буран уже старенький. Он очень медленный.

– Но я никого не вижу! – хлопала глазами я, всматриваясь в угол.

Даша рассердилась:

– Что ж ты такая слепая? Смотри лучше! Как же я смогу с тобой дружить, если ты не видишь моих лошадей?

Я напрягла воображение. И увидела.

– Я вижу их! – с восторгом прошептала я. Протянула руку к Бурану и погладила его гладкую рыжую гриву.

Даша хитро посмотрела на меня.

– Ладно, я разрешу тебе покататься на Буране. Садись! А я сяду на Молнию. Если справишься с Бураном, так и быть, я разрешу тебе покататься на Ветре.

Мы сели на воображаемых лошадей и поскакали по классу. Краем глаза я видела, что Стас с другими мальчишками играют в конструктор, но больше не обижалась на него. Я была благодарна за то, что он познакомил меня с этой необычной девочкой.

Так началась моя школьная жизнь. Поначалу было тяжело – непривычно вставать в такую рань, да и на дом задавали очень много. Зато наша дружба со Стасом ничуть не ослабела. Мы по-прежнему сидели за одной партой, ходили вместе в школу и из школы. Стас часто приходил ко мне в гости. Помогал с уроками. Учеба давалась ему легче, чем мне, он за пять минут решал и объяснял самые сложные задачи.

Однажды мы со Стасом, как обычно, сидели на груде бетонных блоков перед домом соседей. Плевали вниз. Пытались слюной сбить с куста гусеницу.

– Скучно. Пойдем на ту сторону? – вдруг предложил он.

Я испугалась. Наш детский мирок включал только три улицы. Этого было вполне достаточно, каждая улица казалась вселенной, которую можно исследовать вечно. Наша улица находилась посередине. Мы ее не очень любили, на ней не было ничего интересного. Слева от нее параллельно шла асфальтированная дорога, которая нам тоже не нравилась, потому что по ней непрерывно носились машины. Зато правая была нашей любимой: на ней находилась котельная, а это просто Вселенная внутри Вселенной. На ее территорию мы залезать боялись, но с удовольствием бродили вокруг, по заброшенной и мрачной местности.

Та сторона– все, что находилось за железной дорогой. Ходить туда нам категорически запрещалось. И Стас это знал.

– Но нам нельзя… – промямлила я.

– Девчонка… Что с тебя взять?

Он никогда раньше не говорил со мной так презрительно. Под его взглядом я проглотила комок обиды, схватила прядку волос и стала нервно теребить. Стас подошел ко мне, протянул руку и намотал прядку на свой палец.

– Так вот почему у тебя волосы кудрявятся! Теперь я знаю твой секрет. – Он ободряюще улыбнулся. – Пойдем! Ничего не случится. Мы быстро – туда и обратно.

И я уступила.

Мы шли по улице, от которой в стороны разбегались три переулка. Они были частью нашего мира, мы очень любили их. Летом здесь всегда росли ягоды: крыжовник, земляника и ирга. Мы прошли уже два перекрестка; последний же проводил некую черту между нашим миром и миром запретным. Здесь я встала и опять растерянно затеребила волосы.

– Ну? Что стоишь? – спросил Стас.

Я с надеждой посмотрела на него. Он должен понять, что мне тяжело переступить черту. Он понял это и ободряюще сказал:

– Пойдем. Ничего страшного, мы же ненадолго.

И я, закрыв глаза и сделав усилие над собой, перешла черту. Облегченно выдохнув, посмотрела назад, на наш уютный и безопасный мир. Да, Стас привел нас в чужие владения, неизведанные и опасные. Страшный захватывающий мир – линия железной дороги, через которую надо переходить осторожно, за ней – заброшенный коттеджный поселок. Мы обошли его весь, облазили все недостроенные дома. Нам очень понравилось одно место – фундамент, на котором лежали плиты. Внутри – огромная квадратная яма, по периметру – кирпичные стены. Видимо, тут планировался подвал.

Мы пролезли в узкий лаз под бетонной плитой и посмотрели на яму. Никаких лестниц, до низа два метра. Нужно было прыгать, и мы прыгнули. Внизу оказалось прохладно. Хитрое переплетение бетонных стен превращало подвал в лабиринт. Вместо пола – голая земля. Зато в щели между стенами и потолком проникало достаточно света.

– Мне нравится это место! – Стас осмотрелся. – Надо запомнить его…

Я растерялась.

– Но зачем? Здесь так далеко от дома…

– Еще не знаю, – сказал Стас. – Но уверен, это место нам понадобится.

Я поежилась. Мне куда комфортней было бы сидеть на нашей рябине или на огороде, но я промолчала.

Школьная жизнь все же изменила кое-что в наших отношениях со Стасом: он стал много общаться с другими мальчишками – из класса и с нашей улицы, хотя они были старше. Мы реже бывали вдвоем, но Стас всегда брал меня в «мужскую» компанию. Правда, поначалу мальчишки, глядя на меня, презрительно протягивали: «Девчо-о-онка…» и явно не желали меня принимать.