Муки творчества (сборник стихов)

Отличается счастье от счастья?

Ты в ладонь вдохновение лови.

Муки нашего творчества часто

Так похожи на муки любви.

Бессонница, моя бессонница.

Моя подруга и сторонница.

Моя наперсница — соперница.

Моя не пройденная лестница.

Лети, душа, страдай, пусть ранит.

Неравнодушье — жребий твой.

Пусть безразличие не станет

Твоей судьбою и судьёй.

Тонкие ветви сирени

Робко стучатся в окно.

Тихо сгущаются тени

Над позабытым давно.

Столбик термометра — выше,

Но не торопится в — бой.

Голубь танцует под крышей,

Гулит, гордится собой.

Почки проснулись, и снова

Мне по ночам не до сна.

В строки торопится слово —

Свежее, словно весна.

В холодное летнее утро,

Когда занималась заря,

Я вышла из дома, как будто

Позвали в дорогу моря.

И шла босиком до причала,

И пела о чём-то своём.

Над пристанью чайка кричала —

Мне слышалось имя твоё…

Чуть возьму от весеннего солнца,

От ручья, что по лесу течет.

Погружаюсь на дно колодца:

Снова память меня увлечет.

Все сложу, соберу по крохам:

Шум дождя, разговор листвы.

Это тоже моя эпоха.

От Камчатки до Москвы.

И неважно — светит ли солнце,

Льет ли дождь или падает снег.

Это то, что Россией зовется.

И дороже ее просто нет.

Стихи приходят тайно по ночам,

Вновь разбудив меня в тревожном сне.

И сразу разгорается свеча,

И сразу ночь подругой станет мне.

Среди обид, печалей и тревог —

Заменят и подругу и врача.

Не выбирая судеб и дорог.

И вновь горит настольная свеча.

Мудрее быть Дедалом, это верно.

И жизнь сохранна и душа в тепле.

Разумно, ненавязчиво, примерно

Кружат дедалы в предрассветной мгле.

Но, рассекая мглу на миг крылами,

Икар взметнётся. В синей вышине

Появится рассвета гордый пламень,

Разбуженного тем, кого уж нет.

Петродворец, стволы чернеют:

Их снег засыпал до бровей.

Ступени белые немеют.

От холодов, от снегирей.

Зима: фонтаны занесены,

Укрыты статуи — зима.

Иду легко и окрылено —

Куда — не знаю и сама.

Иду к воде, а здесь по снегу

Цепочкой тянутся следы.

И надо мною чаша неба —

Как синь проснувшейся воды.

Небоскреб на берегу Невы:

То ли кукуруза, то ли свечка.

Неужели вырастет — увы.

Где та грань, что охраняет вечность?

Разделилась надвое элита:

Кто-то против, кто-то очень за.

Красота забыта и забита.

Как смотреть грядущему в глаза?

Небо оцарапав небоскребом,

Будут вверх амбиции расти.

Можно город наспех перестроить,

Только как потом его спасти?

Петербург, я тобою болею,

В красоту я твою влюблена.

Бело-синей прекрасной лилеей

Монастырская церковь видна.

Там за скромной чугунной оградой

Барельефы уносят нас ввысь,

И роскошной барочной отрадой

Пятиглавия вознеслись.

На рождественский пряник похоже,

Задевают кресты облака,

Чтобы каждый случайный прохожий

К красоте прикоснулся — слегка.

Не выбросить слова из песни.

Где был рассвет — ложилась мгла

Но возносилась в поднебесье

Адмиралтейская игла.

Пусть город снова перекроен,

И сносят старые дома.

А прошлое и неспокойно,

И непонятно для ума.

Не выбросить слова из песни.

И прошлое не зачеркнуть.

Адмиралтейство в поднебесье

Великий продолжает путь.

Вот и осень подкралась тайком.

Незаметно и осторожно.

Поутру повело холодком.

На душе всё так просто и сложно.

Здравствуй, осень — редеют леса.

Здравствуй, осень — я тоже смирилась.

Только жаль — побелела коса.

Да и зеркало, жаль, запылилось.

День Победы. Ни тучки на небе.

И весёлые лица вокруг.

Как же долго, солдат, ты здесь не был —

Где лежит твоего детства друг.

Посредине огромного поля —

Обелиск Золотая звезда.

Ты ссутулен годами и болен,

Но сегодня пришёл ты сюда.

А вокруг незнакомые люди —

Но в глазах их такой чистый свет.

День Победы — пусть мирным он будет!

И достойнее праздника нет!

Буханка хлеба мокнет в луже,

И словно молит о пощаде.

Но видимо сегодня люди

Совсем не помнят о Блокаде.

Был страшной кровью хлеб оплачен…

Но, не сдаваясь, умирали…

Был Ленинград в кольцо охвачен…

Все крошки хлеба собирали…

А нынче сыты все, и в луже.

Буханка просит о пощаде.

Да, видимо сегодня люди

Совсем не помнят о Блокаде.

Цветку любому нужен свет,

Тепло и ласковое слово.

А если нет, — то цвета нет.

А жизнь влачит свои оковы.

Моей ромашке нужен ты,

Как вдохновение и вера.

В полнеба парус из мечты

И листья рыжие у сквера.

Не надо мне подарков, Бога ради.

Не надо мне цветов и суеты.

Лишь три — четыре чистые тетради,

Да чтобы был со мною рядом ты…

Когда ты сказал — я тебя не люблю —

На душу спустилась мгла.

Всё, что могла — всю душу мою,

всю жизнь я тебе отдала.

Я резала волосы — вместо вен,

Я драла ногтями лицо,

Я не могла подняться с колен

Казалось. Что это — всё!

Я в анабиозе почти жила,

Ужастики стала смотреть…

И вот — пожалела, и поняла,

и подошла ко мне смерть…

Она холодной лапой своей

Сердце сжала — на миг.

Она не дала дышать и смотреть,

не вырвался даже крик.

Она наклонилась — последний жест —

Готовая мне услужить:

— Ну, ты готова? И твой ответ?

— Нет, уходи… Буду жить…

Ты знаешь — слово может ранить.

Застрянет где-то в глубине.

И будет мучить и тиранить,

Вновь возникая в тишине.

Командуя дальнейшей жизнью

Оно взовьется над тобой

Высоко. Станет править тризны.

И станет жизнью и судьбой.

Но слово сказано — судьба предрешена.

И ты не будешь больше прежней.

Ты знаешь — в отражении она

Зеркальном поменяет все одежды.

Так слово ранит словно нож.

И ты его сейчас произнесешь.

Я мечтала летать белой птицей

Встроясь осенью в клин журавлей.

Я могла бы в тебя влюбиться,

Коль была бы чуть-чуть посмелей.

Улетают от холода стаи —

В край чудесный, где лето весь год.

Я могла бы Снегуркой растаять,

Прикоснувшись к тебе, словно лёд.

Зачерпну вдохновенье из прошлого.

Загляну на минутку туда,

Где оставлено столько хорошего,

И не властны грехи и года.

И шепну, всю печаль затая —

Это юность смешная моя.

Луч возьму от весеннего солнца,

От ручья — прозрачность воды,

Погружаюсь на дно колодца

Из ошибок своей судьбы.

Лебедою порос пригорок,

Подорожник растёт вдоль дорог.

Деревянный домик мне дорог,

Обветшалый дорог порог.

Зацеплюсь строкой за рябину,

И за яблоню в нашем саду.

Никогда я его не покину,

Никогда никуда не уйду.

А когда жизни путь прервётся,

И останутся только следы —

Закопайте меня у колодца —

Всё равно там же нету воды…

Осень-осень. Что ты даришь: дождик слякоть и простуду.

Ты поманишь и обманешь, я дружить с тобой не буду.

Осень — давняя подруга, мне грустить нет силы больше.

Я хочу остаться в круге чуть подольше, чуть подольше.

Осень- осень, наказанье и награда будет дальше.

Осень, ты моё признанье, и ни слова больше фальши.

Осень — снова бабье лето — мы ещё не отгрустили.

Снова старые сюжеты — слово жжет высоким стилем.

Я могла бы стать стюардессой —

И легко летать в облаках.

Я могла бы спеть много песен —

И купаться в южных цветах.

Я была бы добрым психологом,

Я была бы мудрым врачом…

Я пишу стихи и морю себя голодом —

У меня есть мужское плечо…

Но кто же я? Куда идти?

Зачем живу? Порой не знаю.

Расходятся мои пути.

И я над городом летаю.

Меня создали, позабыв

Вложить амбиции и норов.

И завещали защитить

И охранять любимый город.

И завещали — охранять —

Его традиции и силу.

И ни на что не променять —

Ни Петербурга, ни Россию.

Сломанные крылья за спиной

Юная душа живёт в плену.

Что же происходит? Что со мной?

Почему в слезах опять тону?

Сломанные крылья за спиной.

Я привыкла плакать, а не петь.

Что же происходит? Что со мной?

Почему я не могу взлететь?

В синем небе снова утону,

В синем море реют паруса…

А моя душа живёт в плену —

Вырваться хотя б на полчаса.

Послушайте — снова осень,

И словно не было лета.

Природа пощады просит,

Ещё как леди одета.

Но скоро, ты знаешь, скоро

Слетят золотые наряды.

И будет на дереве ворон

Пёрышки дёргать в засаде.

И будет ветер глумиться,

И будет дождик — неделю,

И будут тоскливыми лица,

И будут сырыми постели.

А листья уже золотые,

И дождик надолго зарядит.

И осень — дожди косые —

В прощальном своём параде.

Мне надо научиться жить и верить,

Слова собрать в один живой комок.

Как кошка лапкой тихо тронув двери,

Войду — и сказка ступит на порог.

И будет осень, и зима наступит.

И Новый год подарит сто чудес.

Я верю: Бабка-Ёжка в старой ступе

Печали увезёт в дремучий лес.

С экрана снова скажут — катастрофа.

И жалко и погибших и живых.

Нам непростая выпала эпоха —

Как трудно нам терять их — дорогих.

Уходят поколенья — друг за другом,

И обрывается за следом след.

Но смерти нет, и там за гранью круга

Лишь синева и яркий чистый свет.

Да — смерти нет. И он ещё вернётся,

Чтобы пройти свой путь, за пядью пядь.

Ведь каждый в мир познанья окунётся,

Чтобы бесценный опыт твой собрать.

Чтобы дорогу из путей грядущих

Одну лишь выбрать — трудную — свою.

Я воспеваю Вас — вперёд идущих.

Нет, я не плачу. Я о Вас пою.

Вымаливать любовь, как подаяние,

Я не хочу — мне это не к лицу.

Как близко нашей осени дыхание

Подобралось к дощатому крыльцу.

Шагну, под утро с кринкой, за ворота

И хрустнет под ногами первый лёд.

Душа всё ищет, всё зовёт кого-то …

Не ангела, ли белого зовёт…

Листает осень первые странички

Из повести оставленной весной.

Я жду опять — забега электрички —

И мой ноутбук, как верный друг — со мной.

Сентябрь легко срывает с веток листья

И мне опять не спится по ночам.

Но остаётся мой блокнотик чистым —

Пылает осень — рыжая свеча.

Срываются с неба звёзды

Кто знает — что там впереди?

Пока ещё не поздно —

Друзей позабытых найди!

Пока ещё все вы живы —

Пока ещё нет потерь!

Души поддержи порывы —

Найди — прости — поверь!

Предзимье — осени покой — успокоенье от забот.

Как передышка, как застой, в каналах, где вода течёт.

Предзимье — это сделать вздох — во тьму шагнуть за поворот.

Душа от зноя устаёт и ожидает Новый год!

Предзимье — это слабый ток — страшнее предвесенья ход —

Крушит, ломает ледоход мне снова душу каждый год!

В августе падают звёзды —

Яблоком в нашем саду…

Может признания поздны —

Той же тропою иду…

Дни словно дивная сказка —

Только купаться нельзя…

Ну — закрывай свои глазки —

Видишь — упала звезда…

Видишь: ласточка летит — у неё дела,

И её не беспокоят грехи.

Я сегодня новый сборник начала,

Но зачем — кому нужны мои стихи?

Наша ласточка весной отоваривается:

Ветка к веточке — сложить вот и келия.

А стихи не говорят — проговариваются.

Всё о чем промолчать так хотела я.

Я наверно не стану поэтом —

Не даётся мне школа стиха.

Я стихи сочиняю сюжетом —

Где из мыслей и слов — труха.

Слишком лично и слишком больно…

Но зачем вам моя душа?

Муза тоже вздохнёт невольно —

Над тетрадкой моей не дыша.

Я не мастер — из рифмы и слова

Не могу я узоры плести.

Я стиху подчиниться готова,

И на крыльях его нестись.

Даже у самого края —

преданность делу храня —

я стихи не выбираю —

они выбирают меня!

Отличается счастье от счастья?

Ты в ладонь вдохновение лови.

Муки нашего творчества часто

Так похожи на муки любви.