Мышата из старого замка

- А зачем ему колокольчик? - хмуро спросила Челка. Она сидела на корточках и гладила высокий одуванчик.

- Звонить...

- Острячка, - ядовито сказала Челка. - Ну и не говори. Мне-то что...

Она дернула одуванчик и отшвырнула.

- Разве это секрет? - спросила Пенка.

- Ну не знаю я! - воскликнула Катька. - Ну просто... колокольчик мы всегда найдем! Или я одна найду, потому что он мне в подарок! И Левку найдем, если он его не потеряет... Слышно-то далеко!

- Как ботало у коровы... - протянула Челка.

- Дура!

- Нет, Катька, правда! - сказал я. - Тут ведь не корова заблудилась! Как - ты говоришь - как мы найдем Левку?

- Ясно, что не корова... - бросила Катька.

- Ну?!

- Я не знаю... Что вы все? Ну, очень громко он звонит, его где хочешь услышишь! Если Левка хочет...

- За тысячу километров? - спросила Челка.

- Да!

- А если он под водой? - спросила Пенка.

- Какая разница! Хоть под землей!

Мы вздрогнули.

- Замолчи! - приказала Челка.

Мне стало холодно, и я посмотрел на небо.

- Будет гроза...

Пиф и Зубастик встретили нас в башне. Не очень приветливо встретили. Зубастик сказал, что завтра он тоже встанет пораньше и устроит во дворе соревнования "кто громче". Будут участвовать лев, крокодил и он, Зубастик.

Нам почему-то не захотелось рассказывать им с Пифом о Левке.

- Хотите посмотреть кино про самураев? - сказала Челка. - В подвале есть телевизор... Руками ничего не трогайте!.. - закричала она вслед.

Почему-то мы поднялись в Левкину комнату.

Со стен на нас глядели смешные животные. Умные, почти живые... Левка говорил, что рисовать их было совсем несложно, потому что он не боялся. И они его не боялись...

Почему-то никто не сел на Левкину кровать.

В стекло ударил дождь.

- Джон вернется мокрый, - сказала Пенка.

- Успеет высохнуть, - отрезала Челка.

- Он еще не знает...

- Догадается.

- Катька, почему колокольчик может вывести Левку в другой замок? спросил я. - Ты говорила...

Она дернула плечом.

- Колокольчик звонит - всех ищет. И его все будут искать... Пойдут к нему...

- А кто - все? - почему-то жалобно спросила Пенка. - Ну скажи - кто?

- Не знаю... Для нас это очень далеко...

Я опустился на пол и прислонился затылком к неустойчивой тумбочке.

Она тихонько гудела - оттого, что за окном шел дождь. Тот, кто понимает в музыке, мог бы различить в этом эхе мелодию - красивую или не очень... Наверно, это зависело бы от дождя. Сейчас дождь был сильный, но мелодии я не улавливал... А Левка говорил, что слышал ее несколько раз. "Как будто много инструментов играет, много и очень тихо, понимаешь?.." Ну и неудивительно - Левка-то умел и на гитаре играть, и петь...

А может, надо прислушаться еще? Ведь дождь и без тумбочки похож на музыку - у него есть ритм...

Все молчат. Что делает Катька? Челка? Пенка? Мне-то их не видно: я, кажется, сплю...

Левка все рассказал перед тем, как... Все свои поступки, все мысли.

А какие у меня были мысли?..

...А вдруг это случится и со мной?

"Пусть мой страх исчезнет."

Я прочитал это еще до того, как открыл глаза.

А когда открыл, то подобрал с пола желтую картонку.

- Смотрите!..

Левка написал, наверное, не для нас, а просто так.

Ниже, под заголовком, который я прочитал, было:

"Очень страшно. Я и не помню почему. Как мне объяснить им, если я не помню. Только, если я не пойду, так и буду все время бояться... ночью не спать. Пусть я иду. Я уже видел это в каком-то бреду. Я ничего не пугаюсь, и только смотрю по сторонам...

А по сторонам ничего нет. Ничего, что могло бы меня напугать. Когда я дойду до конца, я вообще забуду бояться, а сяду и засну. А потом я - уже другой, без страха за прошлое, выйду куда-нибудь... И буду вставать в семь часов... И не буду прогуливать школу. Буду есть по утрам манную кашу. И буду я сильным, ловким и смелым, и найду опять замок. А страха никакого не будет. Все."

Я перевернул картонку.

"Нет, не все. Я не мог заснуть и выпил сонной воды. И увидел такое, из-за чего все равно бы не остался. Даже и без коридора. Звонкий солнечный лес, я один иду, на плече моем маленький мышонок. Потом поля, зеленые луга, опять лес, навстречу волк, мы с ним смеемся, как вокруг хорошо. Мой мышонок испугался, я его уговариваю. Волки все теперь друзья. Замка нигде нет, но это больше не пугает. Зачем он теперь?..

Это был, конечно, бред, но я буду в него верить, ну, что так будет после коридора. Это ведь правильно? Пойду и не буду почти бояться. Все."

- А что это такое - про какую-то школу и про семь часов? - спросил я.

- Песня, наверное...

- Ясно, песня, - сказала Катька. - Последняя, ненаписанная.

Я решил напиться сонной воды и побывать в тех местах, о которых Левка написал на картонке. Может, и его там найду? Догоню?

Любой знает, что во сне можно добиться всего чего захочешь. Там даже больше возможностей, чем у нас в замке. Летать можно гораздо быстрее, говорить на языках незнакомых, превращаться в животных... И просто быть совсем не таким, как обычно. Особенно если засыпаешь и уже знаешь, зачем. Когда человек просто спит от усталости, сны ему снятся почти пустые... потому что ведь он заснул не ради снов, и они как будто обижаются и не раскрашиваются, скорее хотят кончиться.

Люди потому и не высыпаются, что не просят свои сны им помочь, чтобы сон пришел спокойный. А самый простой способ отдохнуть, когда спишь попросить прийти такой сон, будто ты какое-нибудь животное, превратиться в него и замереть в этом состоянии... Можно пожелать стать рыбой, тогда будешь отдыхать в озере. Если будешь львом, то вокруг тебя окажется жаркая равнина - саванна - твоя шкура пропитается африканским солнцем, и проснешься с новыми силами.

Я взял из шкафа чашку и налил из бутылки жидкость. Зашипело. Жидкость оказалась синего цвета; стремительно взлетали к поверхности белые пузырьки. Я не знал, как действует сонная вода, и, чтобы не свалиться внезапно, сел на диван.

Отпил из чашки.

Вода оказалась несладкой, почти безвкусной. Только пузырьки укололи язык. Я медленно выпил всё.

Сразу сильно потянуло в сон. Нахлынули ощущения. В основном это были радостные ощущения... "Уже, наверно, сплю", - подумал я. И тогда приснилось...

Это был очень ясный сон. Первая радость засыпания прошла, и стали меняться картины, одна за другой. Но я не забывал, что надо мне найти Левку.

Отчетливо представилась башня, сложенная как бы из льда. И стояла она посреди пустынных арктических льдов. Я как бы оказался на верхней площадке этой башни и увидел группу людей в бесцветных одеждах. Что-то создавалось там, в кругу этих людей, но они заслоняли это от меня.

Вдруг я очутился совсем в другом месте. Непонятно, на чем я стоял, только подо мной во все стороны раскинулся лес.

И раскрылась земля, обнажая геологические слои; трещина была ну просто грандиозна! Деревья сотнями валились в нее, исчезая из виду. И встал над лесом огненный фонтан. Он был такой силы, что достал до неба.

Горячая лава затопила землю. И сделалось так, что вся планета с ее ядром и огненным нутром, подземными раскаленными мирами, стала выплескиваться через трещину, выворачиваясь наизнанку.

И вышли наружу подземные миры... Леса к тому времени уже не было, он погиб в жидком огне. Как-то получилось, что я ступил случайно в этот огонь (хоть и стоял как бы на горе или на дереве, а огонь был внизу). Ногу не обожгло, она только онемела на минуту. А подземные миры звали меня, так это мне представилось.

Я подумал, что, может, там найду Левку. Не зря ведь они открывались передо мной. И тогда я спрыгнул с того, на чем стоял.

Обычно, когда человек падает во сне, он просыпается, не упав еще. Но это был не такой сон. Мне не запомнилось, разбился ли я о землю и долго приходил в себя, или мягко приземлился на ноги. Но я очутился перед входом в один подземный мир.

Это была не пещера. Я стоял перед круглой металлической дверью, какие, кажется, бывают в подводных лодках. Нет, я не вспомнил тогда про подводные лодки, я просто подошел к этой двери. Она была приоткрыта. Вместо ручки торчало большое колесо; я взялся за него, потянул и вошел.

За дверью было не то, что я ожидал.

Я вошел в маленькую круглую комнату.

В комнате никого не было. Стояла только грифельная доска. "Такая же, как в школе", - вспомнил я. Подошел к ней и прочитал надпись.

"Мы не пустим тебя, - было написано мелом, - также, как не пустили и его. Ищи его в Бесконечном Коридоре".

"Каком?" Но я еще не прочитал надпись.

"Его удел - Бесконечный Коридор, а не эта маленькая комната. По нему идут, а здесь - ждут. Он уже идет по нему..."

Сон продолжался. Я вышел из комнаты, и увидел, что лес ожил. Огонь пропал. Было раннее утро. Я ходил по этому лесу. Думал, что такое бесконечный коридор. Может, мне бы и удалось что-нибудь вспомнить о таком коридоре, но тут откуда-то послышалась песня.

Дальний звук большого рога

Ночью нас зовет в дорогу,

Так уже однажды было:

Мы ушли и все забыли,

Поднимались вверх деревья,

А вокруг ручьи звенели,

А вода из них пьянила,

Словно бабушкино зелье...

Было так, словно лес не мог без этой песни, она превращала только что угрюмые деревья в звонкие, утренние, от песни распахивались их черные одежды. Cолнце еще не взошло. Все еще спали в лесу, а песня звучала так, будто вот-вот они проснутся...

Я пошел на голос, потому что узнал его - это Левка пел. Лес вокруг отвечал этой песне, не голосом, а настроением. Он был весь такой, будто чего-то ждал.

Я не добрался до Левки. Потому что леса вдруг не стало. Потому что сон кончился.

Я понял, что спал долго. Открыть глаза не смог.

- Левка, - позвал я в темноту. - Ты что ли здесь? - Мне почудилось что-то. - Джон?

- Сам ты Джон, - ответила мне Катька. - Дурак. Кто же пьет столько сонной воды зараз? Мы думали... Мы так испугались!

Я попробовал встать, но что-то ужасное произошло внутри меня; и я не встал.

Нельзя столько пить сонной воды! Я, кажется, долго буду поправляться... Сон еще играет во мне. Сон - сонм... чего-то. Сонмы духов куда-то... Сомнения...

Б-р-р! Я кто сейчас вообще? Сомневаюсь, прежний ли это я?..

- Катька... Скажи всем... Левка в Бесконечном Коридоре... - чужим, не прежним голосом прошептал я.

- Точно?

- Да. Это такое место...

3

- Это такое место, которое мы все должны пройти. Или прошли уже, сказал Джон, который, как всегда, все знал. - Мы о нем никогда не думаем. Но знаем.

- Я щас тебе как дам! - крикнул Зубастик.

- Кулачок сломается! - ответил Пиф. - Я тебе сам дам. Ногой!

Пришлось их вывести.

- Это такое место, которое мы все знаем и стараемся о нем не думать, повторил Джон.

Пенка вздохнула.

- А я, например, никакого места не знаю и не хочу знать, - хмыкнула Челка.

- Как нам его теперь вытаскивать? - сказала Катька. - Нас-то вытаскивали знающие люди...

Она сердито замолчала, косясь на Джона.

- Еще какие мнения? - спросил Джон, словно не заметив, как Катька проговорилась.

- Я тоже мало что помню, - сказала Пенка. - Надо позвать кого-нибудь...

Джон горько усмехнулся.

- Эти "кто-нибудь" сейчас или за морем или на Луне или... сами знаете где. Нам до туда далеко.

- Я ведь не зря дала ему колокольчик! - оживилась Катька.

- И?

- Теперь мы можем найти его по колокольчику.

- Потрясающе! - вздохнула Челка.

- Чего тут потрясающего? - ласково спросила Катька.

- Да ничего...

- Девочки, вас тоже вывести?

- А ты нам не указывай! - ответила Пенке Челка.

Джон достал с полки толстую книгу без названия. Кажется, она была очень старая, вся в каких-то подтеках, с непонятным запахом и с золочеными застежками.

- Только не говори, что это книга про Бесконечный Коридор... обиделась Катька.

- Нет, к сожалению. Но этой книгой я дам по башке, тому, кто не будет думать о деле, а будет заниматься ерундой и спорами... Так вот. Кажется, в Коридор ведет какая-то дверь. По-моему, ее не видно. Ну, не всегда не видно, а вообще... Чтобы нельзя было все время в этот коридор входить и выходить, когда вздумается... Но только через эту самую Невидимую дверь можно попасть в него по своей воле... А когда, как Левка... то можно и без двери... Это, кажется, древний закон... Я понятно говорю?

- Понятно, - льстиво сказала Челка.

- А я думаю, что это все нарочно, - тихо сказала Пенка. - Смотрите сами. Уходят люди из замка. Один за другим. И вот, Рик заболел... Почему все сразу? Может, еще что-нибудь случится?

Мышонок, который жил под полом, не представлял себе, что может еще случиться. На его коротком веку уже случилось достаточно. Самое обидное потерять такого друга, как Левка. Мышонок вертелся и беспокоился! А если у ребят ничего не выйдет? Что тогда?

Может, поискать себе еще друзей? Но всем не до него, даже он, маленький такой, это понимал. Или пойти к другим мышатам, или в другие башни, где живут разные зверята?

Нет, плакал мышонок. Не подходит! Это значит совсем забыть самого главного друга, мальчика с гитарой, который учил его петь и танцевать...

- ...Давайте еще созовем всех зверей, - предложила Пенка. - Наших и лесных. Они должны помочь... если мы попросим.

- Созови, - кивнул Джон. - Но вряд ли они помогут, у них у всех свои дела... Дом, семья...

И у мышонка была семья! Мама... Но если бы он только мог помочь...

Мышонок прислушивался, но ребята расходились.

- Шпионите, сударь? - кто-то спросил рядом кошачьим голосом.

- Ма-ма-а! - закричал мышонок.

Явилась маленькая ловкая мама.

- Ой, Шарик! - весело удивилась она. - Вы как сюда залезли?.. Малыш, не бойся. Это же дядя Шарик!.. Вы его извините, - сказала она коту. - Такой он пугливый... Ночью просит меня: "Мама, посиди со мной, пока я не усну..." Не знаю, вырастет ли когда-нибудь?

- Снаружи сейчас дождик, - грустно мурлыкнул Шарик. - И сквозняки, я все время нос прячу. А ребятам не до меня - надоем только... Вспомнил, что под лестницей есть дыра, как раз по мне. У вас - извините! - есть чего-нибудь покушать?

- Только печенье... маленькое.

- Тогда я пойду, - обиженно сказал Шар. - Поищу своего друга Яру. Может, он найдет для меня угощение...

- В следующий раз обязательно накормим, - растерянно сказала мама.

Шар удалился. Слышно было, как он мягко спрыгнул куда-то.

Мышонок ласково прижался к маме.

- Я ничуть не испугался, - сказал он. - Просто сзади... громко... Почему ты всем говоришь, что я пугливый?

- Ну хорошо, не пугливый, - обняла его мама.

- Мама, а тот мальчик, который все время спит... Выпил той воды, ну он не знал... - спросил мышонок.

- Что?

- Он поправится?

- А что с ним еще может произойти, - ответила мама. - Но ты, если не хочешь заболеть, как он, не подбирай с пола незнакомые кусочки.

А я не хотел поправляться.

Спать было так сладко... Немножко подташнивало, правда... Как на очень большой высоте, на какую без крыльев не подняться. А чего? Я без крыльев летал. Словно наяву, только наяву я не боялся упасть...

А сейчас боялся. Знал же, что сон, но все равно - все время боялся... И это было очень забавно.

Просыпался редко. Есть не хотелось. Телевизор смотреть - тоже, хотя там показывали иногда новости. Когда я спал, я немножко слышал и даже видел, что делают ребята. Кажется, они стали спорить гораздо чаще, чем раньше... Это плохо. Зачем спорить, когда можно спать...

Я мог только сам проснуться. Будить меня было бесполезно. Однажды Джон дождался моего пробуждения и рассказал последние новости о пропавшем героическом нашем Виле.

Рабства поблизости больше не существовало. Чернокожие строители объявили о создании Страны Свободного Строительства (ССС). Это когда каждый строит, что хочет, где хочет, и когда ему не лень. Надсмотрщиков, кажется, прогнали неизвестно куда. Это, конечно, хорошо - слишком у них были длинные плети.

Наш освободитель-герой был теперь объявлен каким-то идолом или богом этих строителей. Но править ими отказался. Сказал, что не умеет. И строить ничего не любит. Потом он, кажется, скрылся ото всех. И Пума с ним.

- А где они? - спросил я.

- Может, решили вернуться к нам? - пожал плечами Джон.

И еще что-то добавил. А мне даже переспрашивать было неохота. Зачем? Я спать хотел.

Прошло два или три пустых дня. Все провели их в растерянности, кроме меня. Я их провел во сне. Во сне никакой растерянности не было, наоборот, там все было прекрасно.

Уж лучше спать. Какое облегчение - знать, что ты не виноват в своем безделье! Я не принимал почти никакого участия во всех этих бессмысленных посиделках в моей комнате, которые устраивал Джон в поисках спасения для нашего Левки.

А мне уже стало казаться - не знаю, с какого именно момента, с какого сна - что Левке сейчас лучше, чем нам. Поэтому, когда меня будили, я огрызался... Зачем меня будить? Глупость какая...

Я понял, почему так хорошо сейчас. Потому что когда я был здоровый, у меня не было права сказать, что все вокруг глупость. Может, и сейчас права нет - зато мне позволены слабости. И я говорю - вот, пожалуйста

- Глупость какая!

Однажды разбудили, считались, кому лезть в Коридор:

Кот летел на ераплане,

Приземлился на поляне.

Не успел он улететь

Прибежали все смотреть.

Прибежали, кто не надо,

И смеялись до упаду.

Раз, два, три, четыре, пять

Не пора ли улетать?

Я прислушался - они стали спорить, и, кажется, все время боялись разбудить меня. Они спорили, где найти Бесконечный Коридор. Вернее, вход в него. Ну, это их дело, хотя глупость - Левка уже, наверно, далеко. И вход он не искал, а залез под кровать.

Кажется, Джон сказал:

- Надо все-таки спросить Говорящий Компас. Он все направления знает.

- А я не пойду к Компасу, - сказала Катька. - Из принципа. Потому что это глупость. Как и все ваши слова. (Молодец, Катька! Сама догадалась, без сонной воды!)

- А что ты предлагаешь? - спросил Джон.

- Подождем, пока колокольчик зазвонит... Мой.

(Нет, Катька, ты не молодец... Дайте же, наконец, поспать!)

- Осторожно, Рик сейчас проснется... - глупо сказала Пенка.

- Пересчитываемся, кто идет к Компасу, - сказала Челка. - Только быстрее.

Опять считалка, но я уже не знаю, чем она закончится...

Скука какая...

Как же все-таки хорошо, когда спишь, и ты ни в чем не виноват!

К Говорящему Компасу вела узкая тропинка. Никто почти к нему не ходил за советом. Этот прибор был болтлив и немножко коварен. Ему было известно много миллионов возможных направлений, они так и вились вокруг. Если кто-то оступался или просто подходил близко, то начинал болтать совсем не о том. Он попадал на ложное направление, которых было во много раз больше, чем истиных. Тогда Компас тоже мог случайно (а может, как бы случайно?) запутаться и указать совсем ненужную дорогу.

Какой-то умник уже исписал столбик с компасом незамысловатыми предостережениями:

"Бди!"

"Не болтай!"

"Язык твой - враг твой!"

"Язык мой - тоже враг твой!"

и еще:

"На Берлин!"

- Это, значит, вон туда, - показал Джон. - Наверно, главное Направление...

- Нам бы только не заговариваться, - сказала Челка. - Знаешь, если он нам будет врать, я его... Ладно, давай. От цели не отвлекайся.

- Привет, Компас! - сказал Джон прибору. - Еще работаешь?

- Привет, Джон, - "сказал" Компас. - Работаю. Жизнь заставляет.

- Эй, а разве у тебя жизнь? - удивился Джон. - Ты же прибор.

- Ну, конечно, не жизнь. Но "жизнь". Но еще неизвестно, что лучше.

- Тебе не может быть ничего известно.

- Да, мне может быть только "известно".

- А откуда, интересно, тебе все "известно"? - язвительно спросил Джон. - Вот я, например, все знаю, потому что...

Бац! Запахло озоном.

- Следующая молния - в тебя, Компас, - предупредила Челка. - А ты, Джон, чего ты как теленок? Ты попал на совершенно ненужный нам след... то есть, путь. След пути... Вот, все сказала. Спрашивай.

- Где вход в Бесконечный Коридор? - спросил Джон.

- Наверно, там же, где и сам коридор? - "возмутился" Компас. Покажите направление.

- Это я должен был сказать! - перебил его Джон. - Не притворяйся. Покажи направление. Где Невидимая Дверь?

- А! - "обрадовался" Компас. - Она... вон там. И там.

- Челка, запоминай... Их две двери?

- Конечно! Вход и выход.

- Нам надо вход.

- Иди вон туда тогда, - "сказал" Компас. - Но это долго... Дойдешь до озера. На другом берегу Невидимая Дверь. - Он "зевнул". - Но озеро никто никогда не пересекал...

- "Врешь" ты, Компас, - сказал Джон. - Все пересекали. Это, правда, одно и тоже - все или никто... Но это диалектика. А диалектика, как известно...

Челка встала рядом.

- Не заговаривайся, - шепнула она. - Помни цель. И, вообще, это не диалектика, а Теория Относительности...

Кажется, она тоже стала заговариваться.

- Если и пересекали, то мне не сказали, - "обиделся" Компас.

- Есть идея, - Челка поманила Джона пальцем подальше от столбика. Давай окружим Левку! - зашептала она, украдкой оглядываясь на Компас. - Две двери... Мы с двух сторон зайдем, он никуда не денется...

- А так он куда денется?

Челка вздохнула.

Левка, на самом деле, мог деться куда угодно. Лучше, все-таки, если к выходу приведет его кто-то из нас. Раньше, чем он сам найдет выход.

- Если он попал в коридор не по своей воле, - сказала Челка, - то и обратно его может выхватить. Я его встречу раньше...

- А как ты зайдешь с выхода? Нельзя.

- Можно.

- Нельзя.

- Можно. Это такая же дверь...

- А если что-то случится? Нельзя нарушать законы входов и выходов... Я не возьму на себя ответственность.

Челка разозлилась. Компас злорадно "наблюдал" за ними.

- Ты... министр без портфеля! Зануда! Не бери на себя ничего, иди через вход!.. Эй ты, ржавый стрелочник! Где выход?

- Там. Близко.

- Там наш Замок!

- Вот именно, - отчетливо "сказал" Компас. - Он и есть выход.

Челка и Джон переглянулись.

- А ведь правда...

- А где там эта дверь?

- А дверь я могу вам прямо здесь соорудить, - "сказал" Компас. - Вы ведь еще такие... без дверей не можете. Значит так - дверь будет прямо в самом толстом дереве на Горе Цветов... У самого Замка. Найдете.

- Я найду, - сказала Челка. - Остальным скажу... Совру что-нибудь, чтоб не увязались... Надеюсь, мы с тобой, Джон, не должны входить одновременно, как считаешь?

- Нет, наверно... Ладно, я пошел к входу. Челка! Коридор бесконечный, а это то же самое, что если бы его длина равнялась нулю. Попробуй это использовать. У тебя получится лучше...

- Не уверена...

Конечно. Челка умела больше всех нас, но не ей играть древними законами и Бесконечными Коридорами... А что еще остается?

Они пошли каждый в свою сторону, провожаемые песенкой, которую "напевал" компас.

"ПЕСЕНКА"

ГОВОРЯЩЕГО КОМПАСА

Сколько копья ни ломай

Не добьешься,

Звезды с неба не хватай

Перебьешься.

Прыгай хоть до потолка

Не достанешь.

Хоть весь день кричи, пока

Не устанешь.

Челка встряхнулась, как от росы.

"Какие-то мы стали злые..." - Она смущенно вспоминала свою молнию.

Пройдя сквозь заветную дверь, Челка, почему-то, сразу оказалась в пустыне. Только черные кустики вокруг!

- Ничего себе! Здесь и искать-то нечего.

Вдруг кустики шевельнулись, и превратились... неизвестно во что.

- Это еще что такое? - строго спросила Челка.

- Привет тебе, владычица Челомея! - сказало неизвестно что. - Я саламандра.

- Ты не саламандра! - хмыкнула Челка. - И очень глупо.

- Я саламандра, - сказало неизвестно что и превратилось в саламандру. - А ты - владычица Челомея.

- Очень приятно, - хмыкнула Челка. Она направилась туда, где барханы были пониже. Оранжевый песок был раскален, но Челка легко сделала себе сандалии на толстой подошве.

- Владычица... - льстиво мурлыкнула саламандра.

- Отцепись...

Естественно, в пустыне первым делом надо найти оазис. А там подскажут, что дальше.

- Здесь нет оазиса, - поспешила заметить саламандра. - Здесь нет людей. Ты не помнишь? Ты сама велела людям уйти отсюда искать лучшей доли. Тысячу лет назад.

- А те, кто не ушел?

- Они стали саламандрами... Но не все. Кто-то стал мантихорами. Кто-то стал песком, кто-то кактусами... Вон бежит "перекати-поле". Кто это был раньше?

- Какая разница! - проворчала Челка. Она не собиралась ничего вспоминать. - Если хочешь со мной дружить, то не пробуй больше читать мои мысли. И держись подальше, а то тоже станешь песком.

- Как пожелаешь, Челомея...

Они шли около часа - Челка не выбирала направления, но старалась идти как можно решительней, а Саламандра двигалась за ней, оставляя хвостом сложные зигзаги на песке.

В лицо Челке дунул свежий ветерок.

- Я вижу озеро, - сказала она своей спутнице. - Это что - не оазис?

Саламандра молчала. Ей было стыдно, и она боялась Челки. Челка стала спускаться.

- Но там никого нет, - вздохнула Саламандра. - Там нет никого, кто знает про Бесконечный Коридор.

- А мы что, не в коридоре? - хмыкнула Челка. - Не путай меня.

- Я тоже ничего не знаю про коридор, - ответила Саламандра. - Я виновата. Но я не хотела...

- Мы давно идем по коридору, - уверенно сказала Челка. - Ты глупа. Помалкивай, пока я к тебе благоволю. Отойди прочь! Я одна спущусь к озеру.

- О, Владычица...

Берега озера представляли собой долгие отмели грязи и водорослей, похожих на паутину или на плесень. Челка хотела к воде.

- Что-то мне напоминает это озеро, - сказала она. - Но это неважно... Коридор определенно проходит по воде. Левка завязнет в этой грязи, когда окажется здесь. Может, подождать его на том островке?

Пролетев над грязью, она увидела свое отражение. Что-то ей показалось необычным. Приземлившись на островке, покрытом желтой травой и острыми камнями, она наклонилась к воде.

- Ой, да я стала красавица, - изумилась она.

Вместо себя она увидела взрослую смуглую девушку с золотыми волосами. Она засмеялась, и на лице словно бы заиграли два солнышка - ямочки.

- Зубы белые, как лед, - пробормотала Челка. - Здоровые. И загорела, как негр - еще бы, десять лет в этой пустыне. По идее, надо бы звезду на лоб - чтобы сверкала.

- Только захоти, - подсказала издали Саламандра.

И появилась звезда. Вокруг все озарилось Челкиным светом.

- Смотреть мешает, - расстроилась Челка, - не беда... Привыкну. И одежда другая (на ней было теперь ярко-зеленое платье с белыми цветами). Будь я дура, - рассуждала Челка, - то, наверно, не удержалась бы, и стала танцевать сама с собой... Прямо здесь, на острове. А впрочем... почему обязательно дура?

Потанцевав немного, она подумала:

- Мне не нужны проблемы. Если бы здесь были какие-нибудь принцы или вроде того, точно бы запали на меня... Цветы, киношка, свадьба... дети, кухня, телевизор. Хотя, чего мне бояться? Я же сейчас Владычица Челомея, или нет?

Она немедленно разбила воображаемых принцев молнией. И полетела с острова. Немножко подумав, она вспомнила, зачем забралась в эту пустыню.

- Давай, - сказала она Саламандре, - придумай, куда теперь?

- Туда, - показала Саламандра. - Но, в конечном счете, все равно.

Они шли еще несколько часов. Прошел дождь, и пустыня несколько минут, пока не успели испариться лужи, жила смешной лягушачьей жизнью. Лягушки выползли на поверхность и уставились на Челку. Саламандра бегала и собирала их, утоляя голод.

- Оставь, - приказала Челка. - Я им нравлюсь.

- Это правда, - заквакали лягушки.

Саламандра послушалась, но скоро опять наступила жара, и лягушки исчезли.

Впереди показалось что-то небольшое и издали непонятное.

- Домик, - подсказала Саламандра.

В домике никого не было, как Челка и думала.

- Такие домики встречаются в пустыне, - сказала Саламандра. - Они из другого мира. Живут своей жизнью. Кажется, это мышеловки. Осторожно.

- Я не мышь, - отмахнулась Челка. - И вообще, я в своих владениях, мне ничего не угрожает. Подожди снаружи, - велела она саламандре.

С потолка свисал на невидимой леске гаечный ключ. В дрожащем солнечном зайчике прилипла раздавленная косиножка. Она напоминала свастику. "Что, собственно, нас всех и ждет, - философски подумала Челка. - Кто-то завинчивал гайки и раздавил косиножку."

Внутри было холодно и пахло погребом.

И тут, в этой комнате, как будто специально для нее кто-то приготовил зеркало. Челка протерла его рукавом.

- Загляни в него! - кричала снаружи саламандра.

- А чего я тут неожиданного увижу, - пожала плечами Челка, разглядывая себя. Она стала еще старше и могущественнее. В своих пронзительных глазах Владычица Челомея увидела столько мудрости и властности, что по спине пробежал приятный холодок.

- Да, здесь слишком холодно, - мрачно сказала Владычица. - А та, в зеркале, кажется, злится. Я пока почти никто по сравнению с ней - а уже осмелилась потревожить. Надо сперва по-честному дорасти до ее уровня. Сразу-то легко стать Владычицей.

Она вышла из домика на жару.

- Что думаешь делать теперь? - спросила Саламандра.

- Пойду вперед. Надо найти того мальчишку, - ответила Челомея.

- Который пудрит вам мозги? - мурлыкнула Саламандра.

- Это предстоит выяснить, - пробормотала Челомея. - Следуй за мной. Может, твоя помощь понадобится мне.

Они поднялись песчаную гору. Челка увидела множество каменных обломков, расположенных почему-то линиями и группами на огромном пространстве.

- Ну вот, - растерялась Челомея.

- Ты помнишь? - спросила саламандра. - Это твои солдаты. Здесь должна была быть последняя битва. Или одна из последних. Но тебя победили, а они стали вот чем.

- Не помню! - защищалась Челомея. - Я не обязана помнить! Откуда ты все знаешь? С кем битва? Как это - меня победили? Почему?

Саламандра поклонилась, словно извиняясь за дерзость:

- Ты отступила. Спряталась на долгие годы... Мы искали тебя, а ты...

- А я была в Замке все это время, - воскликнула Челомея. - Вы же знали, где я?

- Но ты не отвечала, а мы не смели настаивать, - прошептала саламандра. - Твои подданные будут вечно ждать тебя, и будут вечно надеяться, что ты вернешь их к жизни. Они преданны тебе.

- Не вечно они будут ждать, - сухо ответила Челомея. - Давай-ка я выполню свое задание сначала... а там посмотрим. На том конце коридора идет мой друг Джон. Он ждет от меня добросовестности. Он не поймет, если я оставлю его одного в коридоре.

- Решай, Владычица. Но если решение будет неверным, то все может кончиться для нас самым неожиданным образом.

- Образ всегда неожиданный, - ответила Челка. - Иду навстречу Джону.

- А они? - спросила Саламандра. - Битва должна состояться. Ты сейчас, после стольких лет, многому научилась... перед тобой никто не устоит... кроме одного лишь времени. Время не пощадит тебя, если пойдешь в Начало, минуя Конец.

- Ты об этом коридоре, что-ли?

- Да. Посмотри мне в глаза.

Саламандра приблизила свой черный выпуклый глаз к Челке.

Владычица вскрикнула и покачнулась, увидев свое отражение.

Да, время не пощадило ее. Золотые некогда волосы свисали грязными седыми прядями. Звезда больше не сияла, а была как затлевший уголек. Глаза стали мутными и слезились - ведь Челка давным-давно ничего не видела, кроме оранжевого зноя.

- И еще нога у меня костяная, - заплакала она. - Я баба-яга. Но ведь я была Владычицей Челомеей! Ты же сама сказала!

- Тогда владычествуй! - сказала саламандра. - Оживи эти камни и песок!

- Убирайся прочь! - закричала Челка. Она ударила Саламандру и столкнула ее по сыпучему склону. На молнию силенок не хватило. Челка обхватила седую голову. "Джон, мы с тобой не предусмотрели такого конца, горько подумала она, - тебе хорошо. Ты все по правилам делаешь. Ты из начала пошел. А я не хочу быть старой, поэтому..."

- Эй, иди сюда! - подозвала она Саламандру. - Вези меня обратно... Устала я чего-то, - закряхтела она, забираясь на спину животному. - Дальше не выдержу. И сдался мне, старухе, этот мальчишка! Пусть гуляет, где хочет. Ох, только бы доехать!

- Не волнуйся, Владычица! - сказала Саламандра. - Я довезу тебя до замка. Только скорее возвращайся...

Мышонок, который жил под полом, уже не был таким несмышленышем, как несколько дней назад. Он уже самостоятельно пересекал из угла в угол комнату, умел лазать (ну, не очень высоко), знал, что в аквариум падать ни в коем случае нельзя, и уже помнил по именам всех ребят - обитателей Замка. Только он с ними не играл, как с Левкой...

Может, это не очень хорошо, но он иногда подслушивал, о чем они говорят. И старался понять... Он был в таком возрасте, когда понять хочется все, совершенно все! И он уже кое-что понимал.

Ребята теперь собирались возле Рика. Они принесли квадратный ящик с картинками (он назывался как-то непонятно), и сидели вокруг целыми днями. И, когда Рик спал, они в основном слушались одну девочку по имени Челка.

- ...А мне надоело тебя слушаться, - говорила Катька.

- Ну и не слушайся! А коз пасти все равно надо, а то они тебя забодают.

- Ну и паси иди сама!

- А я должна за телевизором смотреть. Ты не умеешь...

- Не ври. Ты опять хочешь уйти куда-то, а не говоришь, куда! И так все уже ушли!

- Не ссорьтесь, девочки, - тихо просила Пенка. - Давайте, тогда я послежу за телевизором, а?

- Хитрая! - в один голос говорили те две. - А козы?

- Ой, только тише, а то Рик проснется! Он нас опять ругать будет.

Но Челка появлялась все реже. И выглядела она все печальнее и печальнее...

- Почему ты ничего не рассказываешь? - допрашивали ее две подруги.

- Сама боюсь потому что, - отмахивалась она как будто в шутку. Только, кажется, не в шутку. - От Джона что-нибудь слышно?

- Лесные звери передали его сообщение. Он скоро будет уже в стране без солнца. А там и Коридор недалеко...

- Он справится, наверное, - прошептала Пенка.

В отсутствие Челки Пенка и Катька отлично справлялись и без нее. Я имею ввиду ссоры. Кричали друг на друга, кажется, над самым моим ухом. Я просыпался и тоже кричал...

- Это ты виновата, - бросила Пенка. - Ты постоянно раздражаешь его! Вот не проснется он однажды - будешь знать!

- И ты тоже будешь знать! - закричала Катька.

Надо отдать им должное - они и вправду искренне заботились обо мне. Может, и ссорились поэтому. Приходили только вдвоем и сразу начинали шипеть и едва не кусаться.

Интересно, было бы им стыдно, если бы они знали, что на них смотрят?

Мышонок и смотрел и слушал. Он тоже злился, что они такие злые. Он ждал новостей о Левке, а эти только ссорились!..

- Отцепись от меня, ненормальная!

- Нужна ты мне! Колючая вонючка.

- Вонючая колючка!

Катька быстро вытянула руку. В руке у нее была мокрая ЖАБА. Но Пенка не испугалась.

- Ну и что? - спокойно сказала она. - Подумаешь, чудеса! Давай лучше мир!

Она что-то шепнула, и ЖАБА превратилась в пирожное.

- Ладно уж, - буркнула Катька.

- Дай куснуть, - примирительно сказала Пенка.

Они разломили пирожное. На пол упали крошки. Мышонок потерял самообладание. Он рванулся вперед. И сразу же назад - с добычей! Сладкое какое...

- МЫШЬ!!! - закричала Катька. Хорошо, что окно было открыто - она пулей вылетела из комнаты и зависла напротив с круглыми глазами.

- Не пугай, - обиженно сказала Пенка.

- Да вот она сидит!

- Где? А-а-а!..

Пенка столкнулась в воздухе с Катькой, и они упали в траву.

- Можно, я еще... только крошечку возьму? - виновато спросил Мышонок.

- Ой, ты мой маленький! - засюсюкала Катька, осторожно заглядывая в окно. - Голодный! Возьми, серенький... Только уходи поскорее, страшное чудовище!..

Мышонку было очень обидно. Он и про пирожное забыл... на секунду.

Опять вернувшись из своих поисков, Челка навела порядок. Поколдовав, она сделала полезное. Теперь мы видели Джона в телевизоре. Ну, не постоянно. Но мы все равно следили за ним и старались помочь. И я тоже следил, когда не спал. Кажется, я поправлялся - мне уже не все казалось глупым. Ну, по крайней мере, не таким уж...

- Джон! - робко звала Пенка. - Ты где опять?

- Тише! - командовала Челка.

- Дурацкие полосы! - ругалась Катька.

- А ты пошевели антенну.

Катька шевелила ветку, Джон вздрагивал и продолжал путь.

...А во дворе Пиф и Зубастик играли в солдатиков. Что им наши заботы!

Я еще слышал, как Пиф напевал песенку:

Я буду вставать в семь часов,

Перестану прогуливать школу,

Буду есть по утрам

Манную кашу.

И я буду сильный и ловкий,

Такой, что мне это надоест,

И я в Замок вернусь,

А все уже разбежались...

4

Джон уже давно не видел солнца. Наверное, его и правда не было. Но это его не пугало. Он уверенно держал путь куда-то, где (казалось ему) был Бесконечный Коридор. Правда, его смущала одна догадка, или загадка, но без ответа, а это тоже самое, что догадка:

- Если коридор бесконечный, - рассуждал он, - то он должен быть везде.

Но рядом ничего похожего на свою цель он не видел.

У дороги стояла старая беседка.

- Отдохну, - решил Джон.

И вдруг увидел человека.

Наверное, это был местный житель. На ремне через плечо нес гитару. Он был в очках и с длинными волосами, за которыми, судя по их виду, не следил. Местный сначала заинтересованно глянул на Джона, но потом вздохнул и только кивнул, проходя мимо.

- Мне очень скучно, и я устал, - пожаловался Джон, чтобы завязать разговор. - Мой друг потерялся. Он где-то здесь, и я его ищу.

- А какое это имеет значение? - спросил местный.

- Как это! - возмутился Джон. - Там, в Замке, нас ждут ребята. А если я не найду, мы, может, в жизни больше не увидимся!

Местный стал поигрывать на гитаре и говорить убедительным голосом, словно дрессируя собачек:

- Оглянись вокруг. Полюби жизнь, и тогда жизнь полюбит тебя. Забудь ненужные слова. Дай шанс своему сознанию. Пусть оно свободно парит в тишине. Только захоти - и солнце улыбнется тебе.

- Здесь же нет солнца, - осторожно напомнил Джон.

Гитарист пожал плечами:

- Это перестанет иметь значение, если вы будете глядеть друг другу в глаза. Тогда наступит мир. Все будут петь вместе. Тогда ты узнаешь правду. И я узнаю правду. Все мы - узнаем.

Он побрел прочь.

- Как найти Невидимую дверь? - торопливо спросил Джон. - Куда же вы? Может, вы знаете?

- Так и скажи, что тебе нужен автограф...

Джон продолжил свой поход, удивляясь необычной встрече. Он был уже в лесу.

Навстречу цепкой и ловкой походкой шел человек коротенького роста, с узкими черными глазами и отточенной бородкой. Одежда у него была разрисована красными кругами, бессмысленными издалека значками, а в руках он держал изогнутый меч. Джон удивился, почему этот дядька с такой тоской глядит на свой меч. Кажется, ему вообще было грустно, а не только из-за меча.

Когда человек с мечом заметил Джона, он сразу перестал грустить и ласково улыбнулся в поклоне.

Джон посторонился и сказал:

- Здрасте...

- Здравствуйте, господин.

- Вам что, правда так грустно? - спросил Джон. - Что случилось?

- Всю жизнь я служил своему господину, - ответил меченосец. - Я сражался за него в битвах. Теперь господин мой пропал, а я не хочу больше сражаться.

- И не надо, - посоветовал Джон.

- Но, к несчастью, я так привык, - продолжал меченосец, - что меч мой сам начинает бой, едва завидев кого-нибудь, а мне остается только выполнять его волю. Теперь меч мой господин, увы. Кстати, раз уж ты здесь, давай сражаться!

- Только попробуйте! - испугался Джон. - Я сейчас в вас молнией запущу.

Но меченосец не послушался и стал подвигаться ближе.

- Тогда не обижайтесь, пожалуйста, - попросил Джон.

На секунду стало ослепительно ярко, и раздался треск, а когда местный житель открыл глаза, меч его был сломан.

- О счастье! - запричитал бывший меченосец. - Ты теперь мой господин! Ты избавил меня от моего меча.

- Да вы сами себе господин, - ответил Джон.

Они попрощались, причем местный житель не уходил и все время махал вслед.

После этой встречи Джон долго чувствовал в голове избытки вежливости, которой его заразил бывший меченосец.

Джону было жалко молнии, теперь ее надо копить целую неделю (он ведь не Челка). Больше у него не осталось защиты, от случайных неприятностей можно будет только убежать или улететь... "Пожалуй, я погорячился", сказал себе Джон, но долго унывать не стал.

Скоро он догнал парочку в шортах.

Это были смуглые парень и девушка.

Джон услышал их разговор, и пошел рядом, надеясь узнать что-нибудь полезное. Они его не замечали. Девушка тревожно посмотрела на парня и спросила:

- У тебя все в порядке?

- Я должен был побыть один, - мрачно ответил тот.

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, - обиделась девушка.

- Ты слышала новость? - хмыкнул парень.

- Какую?

- Я сегодня видел няню Паолы.

- И что же?

- Паола родила.

- Какой ужас! - испугалась девушка.

Джон насторожился.

- Она очень расстроена, - сказал парень.

- Откуда ты знаешь?

- Мне сказала няня.

- А Марио уже знает, что Паола родила?

- Не знаю.

- Надо ему сказать.

- Я не уверен, что Марио захочет со мной разговаривать, - предположил парень, и наступила неловкая пауза.

Джон хотел уже было предложить свою помощь в переговорах, но тут девушка нашла выход:

- Пусть тогда Ребекка ему скажет.

- А она в этом как-то замешана?

- Да, но эта стерва делает вид, что она ни при чем.

- Что ты имеешь в виду?

Девушка задумалась, и Джон тогда решительно обогнал эту пару, требовательно глядя им в глаза:

- Извините, вы не подскажете, где здесь Невидимая дверь?

Он не ожидал, что они так испугаются!

- Тебя папа послал следить за нами? - задрожал парень. Девушка прижалась к нему. - Я видел тебя у него в конторе. Ты брат Игнасии!

Джон обиделся.

- Сами вы братья! Я никогда ни за кем не следил. Без вас тогда обойдусь.

Он повернулся и ускорил шаг, ощущая спиной испуганные взгляды.

- Теперь все кончено, - сказала девушка.

- Не бери в голову, - успокоил ее парень, - все будет хорошо.

- Надо рассказать папе раньше, чем он узнает, - робко сказала девушка, и Джон перестал их слышать.

Скоро он встретил еще одного странного человека. Вернее, не встретил; просто шел себе, и вдруг...

- Эй, ты!

Джон вздрогнул.

- Ты кто? Не оглядывайся!

Вопрос был не вопрос, а приказ, и Джон невольно пригнул голову и украдкой оглянулся.

Это была подтянутая женщина в зеленой майке, прилипшей от пота к животу. Джон подумал, что такая - она будет посильней иного мужика, вся покрыта копотью, с лоснящимися бицепсами.

- Ты как сюда попал? - потребовала женщина.

- Я... извините, но мне надо к Невидимой двери.

- Пойдешь со мной. - сообщила она, вылезая из кустов и постоянно оглядываясь. - Тебя как зовут?

- Джон.

- А меня Соня. Вперед. И помалкивай.

Джон испугался.

- А что случилось?

- Они взорвали мою машину, - зло сказала Соня и пробормотала ругательство. - Браун погиб.

- Ой! - тихо сказал Джон. Оказывается, в какую страну он попал...

- Но кассету они не получат, - нехорошо засмеялась Соня. - Они меня еще не знают.

На боку, на ремне, она держала нечто, чему, наверно, придавала огромное значение, потому что при каждом звуке за кустами ее рука дергалась к нему. Джон догадался, что это оружие.

- Это "эр-джи-один", - коротко пояснила Соня.

- А он сильнее молнии? - уважительно спросил Джон.

Соня не успела ответить.

В отдалении раздался какой-то шум и голос невидимого командира, отдающего команду.

- Они нашли меня! - процедила Соня. - Мы должны разделиться.

Джон был, вообще-то, не против. Один-то, он как-нибудь улизнет... Хотя бы по воздуху!

- Я уведу их за собой, - успела шепнуть Соня. - У меня много патронов. Спасайся.

- А мне куда теперь идти? - нерешительно спросил Джон.

- Уноси вот это, - она сунула ему в руки плоскую шуршащюю коробочку.

- Что это?

- Это кассета.

И Соня пропала.

Потом раздался взрыв!

И сразу - тишина.

Джон открыл глаза.

Он был посреди тучных лугов. К горизонту убегала дорога. Поскрипывала, удаляясь, карета.

Джон хотел догнать карету и посмотреть, что в ней, но потом раздумал. Ему надо было всего лишь узнать, где, наконец, Невидимая дверь. Кажется, он сбился с пути. Вокруг на жатве работали утомленные люди.

- Где это я? - спросил он, подходя к полной женщине с серпом.

Женщина беспомощно оглянулась вокруг, ища подержки. Подошли еще люди. Один мужчина хмуро сказал:

- Что же ты, Жаннет? Отвечай, как научена.

Женщина перекрестилась и, картавя, ответила Джону:

- Эти поля принадлежат маркизу Карабасу.

- А где здесь Невидимая дверь?

Но та ничего не ответила, а стала сердито махать серпом, срезая колосья.

- Оставь нас, - сказал какой-то мужик. - Мы, парень, только что королю соврамши. Иди с Богом... нас теперь на дыбу всех, когда узнает. Ненавижу котов!

"Тоже проблемы с буквой Р", - подумал Джон. Он раньше не встречал людей, которые не любят котов, но сейчас он понял, что ему такие люди не нравятся.

Чем дальше Джон продвигался, тем больше попадалось домов - одноэтажных или таких, у которых первый этаж закопан в землю, а второй - все равно, что первый. Но людей вокруг не было. Тянулись одинаковые зеленые заборы. Джон иногда перелезал через них, стучал в двери и заглядывал в окна. Внутри было темно и, судя по всему, никто не жил. "Это только для моего сознания дома, - догадался он. - Пустая картинка. Их на самом деле нет. Надо искать озеро - оно-то должно быть настоящим."

Ну а если попробовать войти в какую-нибудь дверь? В любую. Вдруг она и есть - заветная дверь в Бесконечный Коридор? Если только он сильно этого захочет...

- Пожалуй, получится, - решил он.

Незапертая дверь попалась скоро. Он распахнул ее, весь облитый предстоящим ужасом. Но там же Левка!

Но там был не Левка, и вообще не было коридора. Прямо на него глядел очень старый, толстый и седой, человек с мясистым лицом. Он, казалось, был подчинен какой-то нелегкой думе и нездешней тоске. Черные маленькие глаза смотрели сквозь Джона.

- Простите, пожалуйста, - оробел Джон. Он решил, что встретил настоящего, древнего мудреца, который сейчас разгадает все, что мучило Джона.

- Вы не скажете, где Невидимая дверь?

Мудрец хотел повозиться в кресле, но он был такой грузный, что у него ничего из этого не вышло.

- Мы... вас... приветствуим... - с трудом вымолвил он.

Джон поклонился.

- Н-НО! - Мудрец стал строгим. - К ДЕЛУ.

Джон затрепетал.

- У вас... были-и... - мудрец нахмурился еще больше. - Все полна-а... мочия. Однака-а... кабинет доверий... не оправдал. Я тока шта-а... подписал... ПРИКАЗ!

- Но я ни в чем не виноват! - взмолился Джон.

- О ВАШЕЙ ОТСТАВКЕ!!! - грянул мудрец. Потом подумал, колеблясь, и все-таки смягчился:

- Ваши заслуги очевидны... - сказал он, закрывая глаза. - Расияни-и... Вам... Блгдарны.

- А чего это? - неловко спросил Джон.

Но мудрец замолчал. Теперь он сидел неподвижно, неприкосновенный в своей мудрости и тоске.

- Извините... - начал опять Джон.

Откуда-то возник деловитый молодой человек в безукоризненном костюме. Он заглянул в лицо мудреца и сердито прикрикнул на Джона:

- Чего стоишь? Выключай подсказку! Всем перерыв десять минут!

Джон повернулся и побежал со всех ног. Но он еще успел услышать за собой чей-то торопливый говор:

- Успеть бы до "Сегодня"...

Джону фраза была непонятна, но успеть и ему хотелось.

Скоро его бесшумно догнал автомобиль, раскрашенный в белое и синее, с цифрой "9" на дверце. Джон, нисколько не удивившись, посторонился, давая дорогу. Из автомобиля вышло несколько людей в синих рубашках. Все они широко улыбались.

- Что, малыш, проблемы? - спросил главный из них.

Но Джон промолчал. Какая разница! Никто не скажет ему, что теперь делать... и где этот дурацкий коридор! Если даже тот странный мудрец не знает...

- Правильно, малыш! - кивнул главный человек в синей рубашке. Никогда не разговаривай с незнакомыми на улице. Мы - полицейские штата Мэрилэнд. Я - сержант Смит. Вот теперь можно разговаривать. Что, малыш, нуждаешься в помощи?

- У меня друг потерялся, - ответил Джон. - А что вы можете сделать?

Полицейские перестали улыбаться.

- Когда потерялся? - резко спросил сержант Смит. - Сколько минут назад? В каком блоке? Джексон! Вызови четвертый наряд. Пусть прочешут квартал. Свяжись с ФБР. Возможно, речь идет о терроризме или похищении с целью шантажа.

- Ой... не надо! - испугался Джон. - Это, конечно, правильно, то есть, спасибо, но он не так потерялся. Он... он лежал под кроватью и сразу оказался в Бесконечном Коридоре.

Сержант Смит растерялся лишь на секунду.

- Джексон! Скорую помощь немедленно. Пусть пришлют также детского психолога и освободят место в реанимации. Подростки баловались наркотиками. И свяжись с ФБР. Возможно, речь идет о крупной партии.

- Вы ничего не понимаете! - заплакал Джон. - Вы... отпустите меня. Я Левку ищу. Что вам надо? Я вообще не из вашей страны. Я из Замка.

- Джексон! Звони в Армию Спасения... Мы временно устроим тебя в школу-интернат, малыш... Джексон, запроси Иммиграционную службу. И свяжись с ФБР. Возможно, речь идет о новой волне нелегалов.

Сержант Смит снова широко улыбнулся.

- И запомни, малыш. Мы всегда на твоей стороне. Специально для тебя у нас существует телефон доверия, который работает и днем, и ночью.

- Спасибо, большое спасибо, - поблагодарил Джон со слезами. - До свидания.

- Но ты, малыш, не можешь никуда пойти, - ласково сказал полицейский.

- Могу, честное слово!

- Не можешь, ты слишком расстроен.

"Вляпался", - подумал Джон.

- Я... пошутил, - с трудом сказал он. - Никто у меня не потерялся. Я вас надул.

- Тогда, малыш, нам придется оштрафовать твоих родителей и отобрать их водительские права, - нахмурился сержант Смит. - А ты будешь бесплатно подметать улицы, как делают все плохие мальчишки...

- Это все глупости, - вздохнул Джон и поднялся в воздух метров на пять.

Он быстро полетел над дорогой, слыша, как сержант Смит обращается к Джексону:

- ...И свяжись с ФБР. Возможно, речь идет о массовом гипнозе. Пусть пришлют сюда агента Малдэра...

К вечеру Джон добрался-таки до озера, которое никто никогда не пересекал, по "словам" Компаса. Он увидел озеро, поднявшись высоко в воздух.

Конечно, это озеро, узкое и длинное, пересекали... Но как сделать это сейчас, когда ни лодки, ничего?.. А перелететь озеро - не было уже сил. Ну, можно было попробовать, но тогда он свалится где-нибудь на середине... Неужели придется вплавь? Еще того не легче...

Джон устало присел на корягу, засохшую в незапамятные времена.

Раздался тихий плеск.

- Ты кто? - удивился Джон.

- Харон, - коротко ответил мальчик лет пяти, который подкрался сзади на плоту. - Ты, пацан, откуда и, типа, куда?

- Ой, а мне на тот берег как раз! - обрадовался Джон. - Отвези меня, а? По дружбе.

- Ты чего, пацан? - растерялся мальчик. - Это за кредиты, что-ли? Бабок нету, типа?

- Нету, - запечалился Джон. - Мы живем в таком замке, там вообще никого, кроме нас...

- А ты тогда чего пришел, в натуре? - звонко возмутился Харон. - Тут сказано - за двенадцать кусков паспорт в любую страну с доставкой, ты, ваще, смотрел?

- Каких... кусков? - потерянно спросил Джон. Он достанет, он все сделает, только бы скорее оказаться на том берегу!

- У тебя, значит, кроме замка ничего нет? - призадумался Харон. Каменный, панельный?

- Каменный.

- Сколько метров?

- Э... Много, наверно. Высокий... Подожди! - вспомнил Джон. Он выхватил кассету, которую дала Соня. - Смотри, что у меня есть!

Харон закаменел, моментально втянул голову. Потом неуверенно сказал:

- Подделка...

- Нет! - радостно заверил Джон.

- Браун, подлец! - выругался малыш и притопнул ножкой. - Чего ты хочешь, пацан? Только совесть поимей, договорились?

Джон понял, что победил.

- Я хочу на тот берег.

- Отвезу, конечно. Не, а за кассету ты чего хочешь?

- Ты еще объясни, как найти Невидимую дверь.

- Это к Аиду, что ли? - обрадовался Харон. - Так ты, значит, наш, пацан, ну ты ваще! Сразу бы сказал!

Когда Харон получил Сонину кассету, он просиял и пригласил Джона поскорее на плот. Он не отталкивался шестом, плот шел своим ходом. Харон вытащил из-за пазухи черную коробочку, пощекотал ее двумя пальцами, и коробочка тогда оказалась живая.

- Да, - сразу же согласилась она.

- Аид? - непонятно спросил Харон. - Кассета у меня.

У коробочки дрогнул голос.

- Как?

- Я сейчас привезу - в баньке посидим. Обсудим.

- Ты с ней в баню ходишь? - уточнил Джон.

Малыш спрятал коробочку и посмотрел на него совсем ласково:

- А ты ничего, пацан... Сейчас приедем - награда тебе будет. Аид тебя в Коридор не пустит. Ты нам живой пригодишься.

- Но мне надо, - серьезно сказал Джон. - Я... страшно, конечно, но я ведь обещал ребятам.

- Ну ты даешь! - удивился Харон. - Да ребята поймут, если ты, чисто, по-человечески...

Джон не ответил.

Они выбрались на берег.

На берегу их ждала Соня, и с ней - "эр-джи-один". Как она здесь оказалась?

- Ты отдал им кассету, - сказала Соня презрительно. - Ты предатель. Ты умрешь первым.

Она навела оружие на Джона, и он увидел черную дырочку, как маленький круглый коридор.

- Нет, - одними губами сказал Джон. Он хотел закричать, как тут все несправедливо, что он только хотел спасти Левку, и вообще он из Замка Добрых Зверей, но смог только сдержать слезы - а без них ничего крикнуть не получилось.

- Назад, Соня! - тонким голосом приказал Харон. - Брось свою игрушку и уматывай - твоя игра окончена.

Он стоял в двух шагах и держал такой же эр-джи, только, наверное, "два". Когда успел?

Соня дрогнула.

- Не торопись, Харон, - прозвучал вдруг уверенный мужской голос. Из-за дерева вышел широкоплечий человек с "эр-джи-три".

- Браун! - с восторгом выдохнула Соня. Харон бросил оружие и погрозил им кулачком.

- Аид за все вам отплатит, придет только время!

Браун усмехнулся:

- Вы проиграли. Аида навестили его старые товарищи по "Маджестику сорок шесть".

- Браун! - снова выдохнула Соня и поцеловалась с мужчиной долгим поцелуем. - Погоди... А что делать с предателем?

- Тут только его призрак, - решительно сказал Браун (он, видимо, не умел говорить по-другому).

Конечно! Джон был не дурак. Он на минуту оставил свой призрак на берегу, а сам давно уже сделал ноги. Хватит с него "эр-джи"!

Он только успел услыхать, как взахлеб заплакал Харон, и как Соня говорит ласковым голосом:

- Не плачь, Джейкоб. Зато мы скоро поедем к двоюродной тете в Дисней-Лэнд.

Вокруг кренились и падали этажи пространств.

Все, он пришел, куда надо...

Джон оглядывался, и перед ним то там, то тут мелькал призрак невидимой двери, похожий на рисунок спичкой по предгрозовому воздуху. Джон упал, толкнул дверь руками и головой, но она ускользала куда-то, пока он не нашарил дверную ручку. Тогда он ее повернул, и... исчез!

- Телевизор сломался, - сказала Челка. - Ничего сделать не могу.

- Наверное... про Джона лучше пока не думать. - Пенка опустила голову. - Чтобы не мешать ему.

Пока я болел (вернее, спал волшебным сном), происходили с нашим Замком всякие странности.

Ушли последние звери (только коза Сара осталась, и коты) и увели своих деток. Кто-то в лес, кто-то к Говорящему Компасу - спросить дорогу в другие места. Челка проводила их, и вернулась еще более злая... нет, еще более печальная, чем в первый раз. В ответ на вопросительные взгляды хмыкнула:

- Не-е... нельзя пройти. Я вообще могу однажды не вернуться. Останусь в своих... "владениях".

Мы не посмели ее расспрашивать.

Вечером из всех щелей слышалась возня и мышиный писк. Мы, в принципе, на мышей не злимся, но за несколько часов эта кутерьма мне надоела. И спать мешает, и вообще.

- Что там такое? - воскликнул я, садясь на кровати.

- Это мыши устроили митинг, - ответили коты Яру и Шарик. - Маленький мышонок ушел из дому. Молодежь нынче самостоятельная стала...

- Они сначала думали, что я его... как это... ну, унес, - смущенно сказал Яру, бывший дикий кот. - Я давно уже никого не уносил - обидно.

Судьба этого мышонка осталась неизвестной в Замке. Хотя можно было догадаться, кого он пошел догонять - после всех нас!

Откуда-то появились в Замке непрошеные гости. Пиф называл их "колбаски"; девчонки именовали сначала - пушистиками, а потом, когда познакомились с ними получше - вонючками. Зубастик применял к ним выражение "опять оно, это самое".

В общем, это самое в небольшом количестве разгуливало по замку, изредка всплывая кверху и телепаясь в метре над землей. Оно также умело ползать по стенам вверх-вниз без видимых усилий. В темноте оно немножко электрически светилось и пахло чаем с молоком.

Мы любим чай с молоком, поэтому ребята сначала их терпели, потому что "это самое" не вползало в комнаты, не воровало вещи и вообще не мешало. Потом, когда Катька испугалась на лестнице, гостей призвали к ответу.

Катька проверила, как я сплю, и стала спускаться. И тут как завизжит! Все прибежали, думали, со мной что-нибудь. Но Катька сидела на ступеньках и только бессильно тыкала пальцем в темный угол, показывая, что ее напугало.

- Обыкновенная "колбаска", - хмыкнул Пиф.

- Опять оно, это самое, - мрачно сказал Зубастик. Он еще раньше возненавидел гостей, и первым начал их бояться.

- Она меня хотела схватить!

- Чем она тебя хотела схватить? - сетуя на Катькину глупость, сказала Челка. И правда - чем?

Пенка шагнула вперед.

- Эй, ты, вонючка! - крикнула она. - Я сейчас знаешь чего? Мумию из тебя сделаю!

- А вон еще одна, - сказал Пиф.

- Их все больше, - заметила Челка. - Какую-то гадость готовят.

Гости ничего не отвечали.

Они увиливали, когда их пытались загнать в угол, уходили, как аквариумные рыбы, в сторону, на угрозы никак не реагировали, а когда в них швыряли камнями, они начинали... То есть нет, ничего они не начинали, просто как-то по другому пахли.

Пиф проснулся посреди ночи и увидел, что под потолком висит "колбаска" и светится. Потолок над ней был в густой копоти. Тогда Пиф взял деревянный меч и - удача! - сбил гостя на пол.

- Ай! - воскликнула колбаска.

- Ай - не воняй, - сказал Пиф. - А ну - смирно! Отвечать не раздумывая, вы что такое, откуда, ваше общее количество и задание?

- Отпусти, меня, я выполню три любых желания, - забубнила колбаска.

- Сказки для маленьких. Стоять перед генералом!

Проснулся Зубастик и с восторгом наблюдал за ними.

Колбаска вкрадчиво сказала:

- Ты знаешь... Тебе грозит опасность. Одиночество. Ты так и хочешь всю жизнь просидеть в Замке? Уходи. Здесь ты маленький и никчемный.

- Молчать! Смирно!

Колбаска вытянулась в струнку, но все-таки обиженно добавила:

- Лучше бы вы ушли из Замка. Все будет по-другому. Никто, например, не будет смеяться над тем, что вы играете в солдатиков...

- Бастик, что делать с пленным?

- Утопим в реке, - ответил Зубастик. - Чего еще-то?

Голос колбаски изменился.

- Утопите! Утопите! Только в терновый куст не бросайте!

- Эту книжку я читал, - сказал Зубастик. - Не бойся. Не бросим в куст. В реку бросим.

Они так и сделали, но колбаска не утонула. Она прилипла к поверхности воды, и ее понесло течением, и она кричала:

- Вам грозит одиночество! Уходите из Замка! Быстрее! Прочь! Оставьте замок нам! Теперь наша очередь! А вы все будете в Коридоре! Все-е-е...

5

Джон вошел в Бесконечный Коридор и сделал несколько шагов, упорно вглядываясь вперед, хотя было ясно, что он ничего не увидит. Нет, он видел стены по бокам от себя, стены были в смутных подтеках, кажется на них что-то шевелилось. Что-то белое...

Теперь надо идти вперед? Или ждать?

- Левка...

И тут же на него упал, оглушил его сильнейший звук. Мягкий, глухой, как подушка, неторопливый, уверенный, как морская волна. Волна подхватила Джона и понесла прочь. Он попробовал остаться на месте - и не выдержал, согнулся.

Внезапно где-то в глубине и одновременно совсем-совсем рядом раздался голос:

- Я знаю, зачем ты решил войти.

Джон отпрянул. Из темноты засвистело, все ближе и ближе, что-то выло и скрежетало по стенам, как в ружейном стволе, и наконец ударил ледяной воздушный поток.

Джон сожмурил глаза, волосы его схватило ветром, он почувствовал на коже льдинки.

- Что?!. - прокричал он сквозь ветер.

- Знаю, зачем ты вошел, - повторил Коридор.

- Да! - сказал Джон. - Я здесь для того, чтобы сказать - ты не прав!

Он нашел в себе силы выпрямиться. Говорить было трудно из-за тугого напряжения в голове.

- Я - не прав? Почему?

И вправду - безликий голос. Услышишь такой ночью, и ничего, кроме бетонного коридора не представится...

- Потому что Левка не виноват!

В голосе, кажется, послышалось удивление:

- Не прав? Не виноват? А кто же тогда прав и виноват?

Джон взъярился:

- Ну да! Я знаю тебя, ты такой! Запутываешь людей, ловишь на слове, заманиваешь в свою глубину...

- Откуда ты меня знаешь? - медленные слова как бы надавили отовсюду.

- Ты не помнишь меня... Я был тогда другим.

- И ты снова пришел? - спросил Коридор.

- Не жди, что я снова пойду по тебе! Есть другие пути.

- А ты знаешь их - другие пути?

- Теперь - знаю!

- Я - Древний Закон. И никому не дано меня обойти.

- Я здесь, - крикнул Джон изо всех сил, - чтобы сказать тебе, что ты устарел, Древний Закон! Ты слишком, слишком древний!

- Ты не здесь. Ты - теперь... Я ставлю перед людьми задачи не места, но времени, потому что я не привязан к какому-либо месту. Мои задачи до сих пор не решил ни один человек, где бы он не жил. И я - устарел?

- Никогда не входить в тебя - вот единственное решение всех твоих задач! И еще - теперь другие времена. Вот тебе неразрешимая задача! Рождаются новые люди. Ни один из них не войдет в тебя. И ты потеряешь смысл!

И голос сказал:

- Это простая задача! Среди новых людей найдется и тот, кто построит новый Коридор... Ты прав - времена меняются. И новый коридор будет еще более... бесконечный.

Джон все это время незаметно для себя, снова медленно делал шаги вглубь коридора. Против своей воли... Вот-вот он мог оступиться, и тогда его унесет вглубь... Внезапно Джон понял, что стоит уже далеко от места, где вошел. Тогда он впервые испугался.

- Нет! - упал опять голос. - Ты не принадлежишь мне. Я не возьму тебя, потому что ты и воспринимаешь-то меня в виде коридора...

- Потому что ты Коридор, - с ненавистью сказал Джон. И услышал:

- Пойми, наконец, - усталым голосом (показалось?) сказал Коридор. Все по-разному видят. Люди, которых ты встретил - они все шли по мне. Но видели лес, дорогу, автомобили... тебя... Я не бесконечный коридор. Я просто... не самая лучшая часть... Настоящего Бесконечного Коридора. Прости.

И Джон очнулся под ясным небом, в стране, где не знали солнца. "Вырвался," - подумалось ему. Ему было нехорошо, и он решил спуститься к озеру.

Умывшись, он привел в порядок мысли... И только тогда понял, что главного-то он и не сделал. Никак не помог Левке!

"Помог!" - кто-то неслышно крикнул где-то рядом.

Но Джон помотал головой. "Нет... Не помог..."

Оглянулся, посмотрел на небо. "Что же делать?"

Снова склонился над водой, опустил в нее лицо.

"Попробовать еще раз войти?.. Что?!"

Джон вздрогнул и открыл глаза в холодной воде.

И увидел!

Это была гадость! Что-то живое, суставчатое и в то же время нестерпимо мягкое, усатое, оно ползло и глядело прямо на Джона!

Джон вскочил, торопливо вытирая лицо. Отошел, взяв себя за локти. Гнилое озеро было полно хитрыми тварями, склизской жутью. По воде расходились дрожащие круги. По берегам стояли тонкие деревья, погибшие, наверно, от сильной влаги. Над водой поднимался пар.

Джона била дрожь. Кажется, будет дождь. А до Замка еще идти... лететь... и плыть... и вообще...

Как бы не встретить опять Соню и Брауна... Или полицейских. Было бы у него в запасе хотя бы десять лет, он бы вернулся дальним, окольным путем, по самым глухим, заповедным тропам... Лишь бы не видеть никого чужих. только бы попасть опять в Замок!

Рядом кто-то стоял. Джон поднял глаза и вздохнул. Сейчас его съедят. Перед ним был, конечно, серый волк.

Джон упал и свернулся калачиком. Чтобы драться с волком или учить его говорить сил у него не хватит - особенно сейчас, после бесконечного коридора... Так и бывает - не сломят тебя ужасы древней магии, замогильная жуть, и думаешь, выстоял. А в конце тебя доконает самый обыкновенный волк.

Нет... не совсем обыкновенный! Волк не собирался нападать. И смотрел он вроде дружелюбно. Джон из-под пальцев украдкой глянул на волка и встретился с ним взглядом. Волк оскалился. Какая хищная пасть, пузырьки лопаются на острых зубах, язык лениво шевелится... Может, это улыбка?

Вдруг раздался щелчок, и волк превратился в мальчика. И не просто в мальчика, а в знакомого. Вот это да!

- Волчок! - на все озеро воскликнул Джон. - Да что это с тобой? Почему ты здесь?

- Охраняю тебя, - скромно сказал Волчок. - Кажется, ты испугался чего-то? Тебе грозит опасность?

- Испугался? М-да... - смутился Джон. - Видишь ли, я испугался тебя. Почему ты волк?

- Потому что так я быстрее бегаю. В замке мне сказали, что ты пошел в Бесконечный Коридор, и я решил помочь. Я все время бежал и следил за тобой, скрывался в кустах. Потом ты вошел в Невидимую дверь, и я думал, что ты уже не вернешься. Что слышно о Левке?

- Ничего. Все, пропал, - сказал Джон, и вдруг понял, что это правда. Навсегда...

Когда Мышонок догнал Левку в Бесконечном Коридоре, он чуть не умер от радости. Ах, как долго он рассказывал про свои приключения! И про злой несговорчивый Компас, и про то, что потом куда-то исчезло солнышко, и про дяденьку с гитарой, который хотел нарисовать на Мышонке "пацифик" ("Что это, Левка?"), и про Спящего Мудреца, и про молодых дядю и тетю, которые испугались, что мышонок все расскажет их папе. ("Я крикнул им потом - жених и невеста! Они такие глупые стояли..."), и про других странных людей... И еще много чего случилось с мышонком, он все-все рассказал, и про то, как было страшно.

- Ну, а если страшно, почему ты не вернулся? - спросил Левка.

- А мне там одна девочка... Катька... Она сказала, что я страшное чудовище, - глотая слезы, выговорил Мышонок.

Левка рассмеялся.

- Это не беда. Она всегда так говорит, всем. Это она пошутила... Ты все-таки очень хотел меня догнать, да?

- Да...

- А зачем?

- Так ты же пропал? - пискнул Мышонок. - Я искал тебя.

- Ну и что, что пропал?

- Ну как же!.. - воскликнул тот. - Там же все тебя ищут, не я один. Все боятся.

- Это очень плохо! - нахмурился Левка. - И совсем тут нечего бояться!

- Но как же! - заплакал мышонок. - Посмотри, как здесь темно! Какие страшные, голые стены! И какой холодный ветер... У меня замерзли лапки и хвост.

Левка задумался.

- А знаешь, - сказал он, - я ведь понимаю, что это где-то здесь... ну, то, что ты говоришь. Но мне до этого нет никакого дела. Сейчас пять часов вечера... уже не очень жарко, солнце уходит. Вчера на море был шторм, перевернулась даже одна яхта... Я тут играл для яхтсменов, они накормили меня горячим ужином. Ночую, правда, где попало... но тепло, здесь я не пропаду!

- Ой, Левка... жалко все-таки, что ты из Замка ушел. Ой, как жалко...

- Жалко? Спасибо, дружок... Но там страшнее было, - неожиданно сказал Левка.

Мышонок поднял голову.

- Да, страшнее, чем уйти, - кивнул ему Левка. - Чего ты?.. Только представь - вот так живешь... Все хорошо, вокруг ребята. Но я подумал - а если это когда-нибудь исчезнет? Вот просто так возмет - и вдруг?.. Вот мотнуло бы! Разбросало бы по всем концам света, ищи потом дорогу...

- Не исчезнет... Не разбросало бы... - прошептал мышонок.

- Конечно, пока там кто-то будет из нас, он не исчезнет. Если хотя бы один... Но страшно, мой дорогой, думать, что когда-нибудь можешь последним остаться. И потом - мы же ничего друг без друга не можем, понимаешь?

- Да...

- Но ведь когда-то надо учиться... - ласково сказал Левка. - Идти дальше... А вообще-то, - он посмотрел вперед, - если честно, я бы остался. Но пока я был в замке, кто-то за меня решал... Судьба какая-нибудь. Вот я и исчез так... Через такой ужас. А я бы, конечно, хотел бы без ужаса... но теперь уже все. Почти.

- А ты когда-нибудь вернешься, да? - осторожно спросил мышонок.

- Только когда смогу ничего не бояться, - строго сказал Левка. - Не торопи меня.

- Так не бывает, не бояться... Как это? - задрожал мышонок. Его опять обдуло ветром из темной глубины. Левкина ладонь уже не грела его.

- Так бывает. Просто это будет еще очень не скоро... Ну что, идем дальше? Мы сейчас спустимся к морю, я буду играть и петь... а ты можешь мне помогать. Нам надо заработать на ужин.

- А ты берешь меня с собой? - пискнул мышонок, приседая на коротких лапках.

- А ты хочешь вернуться?

Мышонок посмотрел назад. Темная глубина. Еще темнее, чем впереди... Нет, вернуться он сейчас никак не мог!

И Левка посадил его на край шляпы.

Мышонок слушал, как по коридору разносятся гулкие шаги и постепенно клевал носом. Потом он свернулся калачиком. Шляпа качалась, и мышонок качался на ней, как на яхте. "Только бы не упасть", - подумал он.

А потом ему то ли приснилось, то ли послышалось по правде, как Левка напевает:

Медленно минуя огороды,

Мокрая совсем от непогоды,

Мышка шла с гостинцами под мышкой.

Тяжело ей было, но не слишком...

И опять же непонятно, во сне или наяву, Мышонок спросил:

- А что это за мышка?

- Обыкновенная мышка, - сказал Левка. - Одно время она была девочкой...

- Она тоже ушла из замка?

- Да.

- А может быть, мы ее повстречаем?

- Может быть...

Окончательно поправился я как раз в тот день, когда Джон вернулся в Замок верхом на волке. Мне было то плохо, то хорошо - такая уж это дурацкая сонная вода. Может быть, я бы и не поправился. Но мне, кажется, помогли.

Это был не сон.

Раннее утро.

Сейчас (если ничего, конечно, не случится) покажется солнышко.

Может, подняться на башню?

Но лежать и лениво смотреть в окно так прекрасно... Начинаешь думать, что живешь ради таких моментов... или минут... Я, наверно, опять сейчас засну, тогда - пусть мне приснится, что...

- Рик!..

Кто это меня зовет?

- Рик! Я здесь.

- Где, в окне?

Да, он в окне. Он смотрит на меня.

Воздушный рыцарь в небе. Просто колебания воздуха, нет, сверкающий мираж. Сапоги, плащ... кольчуга... а на голове... нет, все-таки не старый тазик, а настоящая рыцарская шляпа.

Рядом - огромная воздушная кошка. Она говорит мне:

- Х-х-х-а-а-х-х!

- Здравствуй, Пума! - отвечаю. - Как ты туда забралась?

- Это все он, - скромно отвечает Пума и кивает усами на рыцаря.

- Что, лежишь? - говорит Виль. - Чем могу помочь?

- Помоги найти Левку, пожалуйста.

Виль снимает шляпу. Машет ею на меня:

- Ну, нет! Он сам меня найдет.

- А ты где?

Виль думает.

- Хм... Я-то? Я путешествую везде. Рабов освобождаю. Их, правда, мало осталось. Но ведь это хорошо, правда?

Он грустно смотрит с высоты. Я пожимаю плечами.

- А я тебя с собой звал, - напоминает он.

- Теперь-то что поделаешь... - хмуро говорю я.

- Вот именно, что поделаешь... Но ты уж постарайся, ладно? Хоть что-нибудь. Ага?

- Ага.

Воздушная кошка сладко потянулась.

- Виль... Может, его тоже освободим?

- Хм? А почему его одного? Нет уж, - говорит Виль. - Пусть Пиф и Зубастик подрастут немного... Тогда всех сразу.

- Еще чего - освобождать! - говорю. - Только жизнь мне портить...

Виль вздыхает:

- Рик! Ну какую жизнь?

- Не знаю... Хорошую!

Виль опять смеется, а потом говорит Пуме:

- Пойдем! - И мне: - Мы еще к тебе заглянем. Передам от тебя привет другим воздушным рыцарям.

- Х-х-а-х!

...Телевизор все-таки испортился. Мы пробовали вставлять разные антенны, но это не помогло. Так он и остался стоять бесполезным ящиком.

- Утопить в реке, - мрачно сказал Зубастик. Он очень мало успел посмотреть мультиков и детских передач.

Я рассказал ребятам о встрече с Вилем. Никогда мы столько времени не сидели молча, как после моего рассказа!

Катька встала и пошла к двери.

- А я слышала утром свой колокольчик, - обронила она.

Мы потупились. Чего уж теперь-то?

- Ну что же вы, не верите мне, не верите? - в отчаяньи закричала Катька, резко обернувшись к нам.

- Не имеет значения, - ответила Челка. - Никто уже не вернется сюда. С какой стати?

Да, действительно - с какой?

Я думал, мы о Левке стараемся не говорить, потому что еще грустим о нем... и об остальных. Но...

И незаметно мы забываем обо всем, что произошло в этот год. Все больше забываем, все незаметнее... Волчок много дней подряд рассказывал о своих странствиях, о том, чему он научился, и о том, чему научил других.

- А чего было больше? - ехидно спросила Челка.

О Левке, кажется, очень тосковал мышонок, который живет под полом. Я давно не видел этого мышонка, и не слышал его. Я боялся, что он погиб, спросил наших котов, но они ничего об этом не знают. И найти его тоже не могут. Нет, он, наверно, ушел за Левкой. Мышата, они решительные... потому что маленькие и ничего не понимают.

Или они понимают больше нашего? Может быть, путешествуют уже где-нибудь втроем? Левка и два хвостатых дружка на полях его шляпы. Или Левка и двое: девочка-мышка и тот, кто раньше был тем мышонком.

А вот мы, ребята, не пошли. Джон предупредил - нельзя. Мы поверили.

Однажды вернулись к нам колбаски. Всего на один день. Они робко сказали:

- Давайте будем дружить.

Но Джон увидел и прошептал в ужасе:

- Я видел их в Бесконечном Коридоре!

И мы прогнали этих "друзей".

Но я все время думаю о том, что они сказали. Про одиночество.

Все это вещи, о которых у меня раньше думать не получалось. Не хватало времени; у мальчишек всегда не хватает времени думать... Взрослею, ага? Ну уж нет, так скоро вы меня не получите, коридорчики мои бесконечные. Я пока пойду починю телевизор у девчонок, а потом мы сбегаем искупаемся. После обеда надо пасти коз (как всегда, моя очередь!), потом посидим, поболтаем просто... В солдатиков поиграем. Я все уговариваю Волчка научить меня превращаться в волка; было бы интересно сбегать в лес, и чтобы меня никто не узнал. Но он все говорит про какие-то волчьи инстинкты, и что надо сначала научиться с ними бороться.

Он не говорит, что это за инстинкты. И не знаю, борется ли он сам. С ним стало невозможно говорить. Он однажды признался, что боится глядеть людям в глаза, потому что стал наполовину волк, но это - правда! - ему не страшно, лишь бы мы его не боялись.

- Ты хотел быть волшебником, а будешь волком, - спросил я его. - Тебе это нравится больше?

- А нельзя быть одновременно волком и волшебником? - обиделся он.

И все-таки он еще глупый. Вырастет - придется выбрать.

Ну и хорошо, пусть он будет кем угодно. Дело-то не в этом.

Он отводит глаза, и я боюсь - Левка также отводил глаза. Ну, тогда, когда его спросили, почему он должен исчезнуть надолго в этом злосчастном коридоре... Нет. кажется Волчок все-таки не совсем вернулся.

Нет, пусть кто как хочет, а я Левку не забуду. Я нарочно буду думать о нем каждый день. Кажется, вчера я тоже слышал где-то колокольчик. Я не могу притворяться, что я его не слышал. Он словно звал меня. И я боюсь, что... Ну, вот, опять я чего-то боюсь!

А ведь правда...

Я хочу перестать бояться. Я уже и... Уже и не боюсь. Все, прошло, это был какой-то миг. Я не боюсь, что кто-то еще уйдет. Не боюсь, что замок вдруг исчезнет, и все мы окажемся неизвестно где. Я не боюсь, что завтра я разучусь летать и бухнусь с двадцати метров на камни... Чего еще не боюсь? Войны... И конца света... Нам-то какой смысл его бояться?

...А вот Бесконечного Коридора - да... Потому что все время думаю о нем. А когда о нем думаешь - выбора нет. Все решено за тебя. Неизбежность. Зато... зато пройдешь насквозь - и нет уже страха. "Буду вставать в семь часов и не буду прогуливать школу..."

Ладно, больше не думаю об этом.

Пока у меня, да и у всех нас есть выбор - бояться или нет. И Левка, может, вернется. Или нет? Казалось бы, куда ему деваться? Говорящий Компас утверждал, что выход - рядом с замком. Но кто знает: один ли из Коридора выход?

Лишь бы не неизбежность, лишь бы все время выбирать самим. И тогда страх исчезнет когда-нибудь безо всяких коридоров...

Ведь

Наш замок стоит на горе цветов,

Волшебных полетов и облачных снов...

1995-2000