После предположительной гибели сына Тобиас Хоторн в какой-то момент замуровал крыло Тоби в поместье. Я своими глазами видела плотную кирпичную стену, которой закрыли дверь, ведущую туда.
– Извини, мне пора, – сказала я Грэйсону. Я прекрасно понимала, почему он хочет, чтобы я не вмешивалась в историю с Тоби. И, пожалуй, в его словах был здравый смысл. Но все же…
Когда я вышла, за мной не последовал ни Орен, ни его подчиненные. Список был связан свнешней угрозой. Иными словами, до крыла Тоби я вполне могла добраться в одиночку. Там я и впрямь встретила Ксандра – с кувалдой на плече. Он заметил меня боковым зрением.
– Не обращай внимания на кувалду!
– Я знаю, что ты задумал, – сказала я.
– То есть тебе известно, для чего Всемогущий Господь даровал человечеству этот прекрасный инструмент? – съязвил он.
–Я все знаю, – снова сказала я, пропустив остроту мимо ушей, и стала ждать, пока до него дойдет смысл моих слов.
Ксандр опустил орудие на пол и обвел меня внимательным взглядом карих глаз.
– Что именно тебе известно?
Ответила я не сразу.
– А то, что ты проигнорировал мои расспросы о Тоби. Что вы с Ребеккой и Теей что-то замышляете и собирались обсудить это сегодня за обедом, – отчеканила я, подбираясь к своему козырю. – А еще знаю, что твой дядя жив.
Ксандр нахмурился. Должно быть, в эти секунды его дивный мозг работал с неимоверной скоростью.
– Неужели старик о чем-то подобном упомянул в письме?
– В моем – нет, – ответила я. Тобиас Хоторн оставил нам всем по посланию – мы получили их, разгадав последнюю из загадок. – А в твоем?