ГЛАВА 7

По бульвару, грохоча железными ободами и оглушая пассажирскими визгами, проехал безлошадный экипаж. Вслед за ним тянулся шлейф пара и черного смога.

Я поднял руку, призывая извозчика. Нововведения Кайера не вызывали у меня ни доверия, ни желания их испытать. Уже внутри экипажа, расположившись на деревянной скамье, обитой потертым бархатом, посмотрел на златовласку. К ней успел вернуться привычный цвет лица и облик. Одри о чем-то размышляла, напряженно хмуря брови.

– Армон сказал, что у меня есть дом в Кайере, – тихо начала девушка.

– Трепло твой Армон, – обрадовал я и посмотрел в окно.

– Мне нужны вещи, – Одри насупилась. – Не могу же я ходить в твоих, верно? Или постоянно создавать иллюзию, я устаю от этого. Думаю, мне надо туда съездить…

– Как хочешь, – равнодушно пожал плечами. – Я тебя не держу, Одри. Вот, возьми, хватит и на извозчика, и… еще на что-нибудь.

Я кинул ей на колени мешочек с остатками монет.

– Не понимаю, почему ты постоянно злишься, – растерянно произнесла она.

Я сжал зубы. К сожалению, девчонка была права– я злился. На свое решение, на нее, на себя…

– Мы могли бы попытаться… наладить отношения – тихо добавила Одри.

Я оторвался от созерцания проплывающих домов и перевел взгляд на девушку. А потом резко дернул ее на себя, усадил на колени, спиной прижал к своей груди. Она пискнула что-то протестующее, но я лишь обнял крепче.

– Что ты делаешь? Лекс!

– Налаживаю отношения, – пояснил, перехватывая женские руки, чтобы не вздумала дергаться. Шея девушки оказалась слишком близко, так что не удержался, провел языком по нежной коже, жадно втягивая запах и дрожь.

– Лекс! Я не это имела в виду! Отпусти меня! Я говорила о… чувствах…

– Они у меня очень… впечатляющие, – уверил я, продолжая целовать девушке шею. – И с каждым твоим движением на моих коленях становятся все больше.

– Прекрати! Я… не трогай меня!

– Детка, ты каждый раз говоришь мне «нет», – я добрался до ямочки у горла, тронул губами, с наслаждением чувствуя ток крови под тонкой кожей. – А потом стонешь так, что у меня сносит крышу. Не будем нарушать традицию?

Забрался рукой под шерстяную рубашку и сам чуть не застонал, ощутив в ладони тяжесть женской груди. Другой рукой потянул Одри за растрепанные волосы, заставив откинуться мне на грудь.

– Дай мне пять минут, – шепнул ей в губы. – Или две… Тебе понравится, детка… Тебе всегда нравится. А извозчик не услышит, я найду, чем закрыть твой сладкий ротик, Одри.

Осуществлять сказанное принялся сразу – лизнул ее губы, толкнулся языком в рот, пытаясь сдержать свою жадность. Но с ней это трудно… К тому же воздержание плохо сказывается на моем терпении. Опустил ладонь, поглаживая женский живот и пробираясь ниже, уже ненавидя все эти тряпки, надетые на ней.

Она застыла, словно прислушиваясь к моим ласкам, а потом двинула мне локтем по ребрам с такой силой, что я охнул и выпустил девушку из рук. Одри скатилась с меня, свалилась между лавками. Встала на колени у моих ног и, чтобы удержать равновесие в раскачивающемся экипаже, схватилась за мои колени. Я вскинул бровь и плотоядно облизнулся.

– Предлагаешь начать сразу с этого? Неожиданно, конечно, но я не против!

– Ты… – она задохнулась, сжала пальцы на моих коленях и… завопила так, что услышал, наверное, не только возница, но и весь бульвар. – Ты самовлюбленный, испорченный, эгоистичный придурок, Лекс! Ненавижу тебя!

– Хватит орать! Ты сама предложила мне наладить отношения! – опешил я. – Я и налаживаю!

Златовласка открыла рот, закрыла и прижала ладони к щеками.

– Ты что, издеваешься? Я предложила попытаться стать друзьями, Лекс! Хотя бы друзьями! Узнать друг друга получше!

– Я знаю твой вкус, запах и частоту стонов перед оргазмом, мне этого достаточно, – мрачно известил я, начиная понимать, что удовольствия, на которое я уже настроился, не будет. И сей прискорбный факт изрядно испортил мне настроение!

– Ты ужасен, – девчонка неловко заползла на лавку напротив. – Просто ужасен! С тобой невозможно разговаривать!

– Не надо со мной разговаривать! Я гораздо счастливее, когда женщина молчит и тяжело дышит!

– Все, я больше не могу! – выдохнула она с яростью. – Ты просто… Ненавижу тебя! Я хотела, чтобы мы стали друзьями!

– Мне не нужны друзья! – рявкнул я в ответ. – Тем более мне не нужна в друзьях женщина, Одри! Так что выкинь из головы эти нелепые мысли! Женщина нужна мужчине не для того, чтобы дружить, ясно тебе? Она нужна, чтобы доставлять мужчине удовольствие, желательно частое!

– Конечно, а потом убираться в какой-нибудь угол, чтобы не мешать тебе жить своей мужской жизнью, да? Как та подавальщица с ее красными подвязками? – вконец обозлилась Одри.

– Совершенно точно! Смотрю, эти подвязки тебе покоя не дают! Хочешь, и тебе куплю?!

– Ты… хам!

– А еще сволочь и чернокнижник. Я знаю, Одри, и мне на это наплевать!

– Ты можешь хоть иногда вести себя… нормально? – взбесилась она, сжимая кулаки. – Я же пытаюсь с тобой разговаривать! Хотя мне хочется лишь ударить тебя чем-нибудь тяжелым!

– А мне хочется стащить твои убогие штаны и как следует отыметь! – рявкнул я. – А не молоть языком! А знаешь, что самое скверное, госпожа лицемерка? Что тебе хочется того же!

Она побледнела и уставилась на меня широко открытыми глазами. Я скривился. Бездна, какого демона я не воспользовался приглашением Терри? Сейчас не мучился бы от сводящего с ума желания, ощущая Одри в такой близости.

– Что?!

– Что слышала! Не знаю, что наплел тебе мой блохастый друг Армон, но давай я освещу некоторые моменты. – Наклонился вперед, поставив локти на колени. Места в экипаже было мало, так что отодвинуться златовласке было некуда. – Я не только чернокнижник, но еще и инкуб. Не чистокровный, к счастью. Твоему. И все же секс мне необходим, детка. Я могу тебя заставить. Укусить, и ты будешь счастлива, чтобы я ни делал с тобой. Более того – сама станешь просить. – Она закусила губу, и я придвинулся ближе, жадно рассматривая ее лицо. – И да, я хочу сделать это с тобой!

– Ты меня…заставишь?

– Я к тебе пальцем не прикоснусь, – зло сказал я. – А знаешь почему?

– Почему?

– Потому что я устал от тебя, моя дорогая. Устал от того, что ты отвергаешь меня, хотя я чувствую твое желание!

Она вздрогнула, я усмехнулся.

– Удивлена? Я ведь тебе уже сказал. Женское возбуждение невозможно скрыть от меня. Я его нутром чую. И знаю, когда женщина меня хочет. Ты хочешь меня даже сейчас. Но продолжаешь разыгрывать из себя ледышку. Ты меня бесишь, Одри.

– А ты считаешь, что я должна отдаваться тебе, как только ты соизволишь ко мне прикоснуться?

– Почему бы и нет? Это честно и весьма приятно. Правда, жизнь стала бы гораздо веселее, если бы ты делала это! – Я пожал плечами.

Злость становилась лишь сильнее, нужно убираться от Одри, пока не придушил ее. Ударил в стенку экипажа, приказывая извозчику остановиться. Колеса заскрипели, всхрапнули лошади, и повозка замерла у обочины.

– Мне нужно нечто большее, чем просто… близость, – с горечью сказала девушка. – Я хочу узнать тебя… Понять… Но в этом все и дело, да? – она покачала головой. – Ты не хочешь никого впускать в свою душу.

– Все это женские бредни, – сквозь зубы процедил я. – И глупые фантазии. На самом деле все проще, детка – мне плевать на душу. И ты правильно поняла: я хочу от тебя лишь одного. Даже не рассчитывай на большее.

Распахнул дверь и спрыгнул на мостовую.

– И я не слишком терпеливый человек, Одри, – бросил ей через плечо. – Я не буду ждать долго. Так что думай быстрее.

Захлопнул дверцу экипажа и махнул извозчику, показывая, что можно ехать. Сам же развернулся и пошел обратно к площади – у меня сейчас как раз подходящее настроение, чтобы навестить Бастион. Очень хочется кого-нибудь убить, а потом как следует напиться.

***

В Кайере главное управление ловцов представляло впечатляющее зрелище. Традиционно круглое здание из черного камня, на каждом окне – зачарованная решетка. Весь нижний этаж разрисован защитными и боевыми рунами. Вверх Бастион рос на четыре этажа, а вниз, по слухам, на все десять. И попасть туда – все равно, что на Изнанку: так же безнадежно. Я слышал, что в одной из тайных комнат этого укрепления хранятся самые страшные и могущественные артефакты империи, но неизвестно, насколько это правда.

Я предпочел бы держаться подальше от Бастиона, но, увы, никто не спросил моего мнения по этому вопросу. Поэтому я остановился у двери и ударил колотушкой по железному ободу. Маленькое окошко распахнулось, и на меня глянул недобрый взгляд стража.

– Кто, зачем, по какому вопросу; приемные дни второй и десятый; жалобы отправляйте в письменном виде, – скороговоркой пробубнил страж.

– Ловец Лекс Раут, явился по вызову, – сквозь зубы выдавил я. Мое имя в сочетании со словом «ловец» вызывало у меня настойчивое желание применить какой-нибудь гадкий и взрывоопасный аркан. Пальцы обожгло огнем, и пришлось сделать пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

Глаз исчез, до меня донесся шелест пергамента.

– Раут, Раут… – бормотали с той стороны двери. – Нашел! Входите.

Створка скрипнула и открылась. Я ступил в здание Бастиона и опешил.

Вдоль стены выстроились с десяток железных чудовищ, которых с большой натяжкой можно было назвать человекоподобными. Бочкообразные туловища на кривых ногах, длинные, ниже колен руки, оканчивающиеся угрожающими клинками и дубинками. Шеи не было, на плечах сидела вытянутая голова с глазами из красного стекла.

– Что это за монстры? – я подошел ближе, чтобы рассмотреть жуткую диковинку. Металлический громила оказался выше меня на две головы.

– Впечатляют, правда? – похоже, ловец, дежуривший у входа, обрадовался новому слушателю. Парень был совсем молодой, наверняка новобранец, не старше семнадцати лет. И торчать целыми днями у ворот ему явно было скучно. Так что мальчишка ухватился за возможность поболтать. Я бы такого языкатого никогда к двери не подпустил, но сейчас лишь улыбнулся.

– Весьма впечатляют. Они поставлены здесь для устрашения?

– Это новый проект советника Люмиса! – восторженно известил парень. – Металлические стражи-ловцы!

– Разве ловец не происходит от слова «ловить»? – скептически хмыкнул я. – Или хотя бы шевелиться?

– Так они… того… будут! – мальчишка сделал страшное лицо. – Ходить будут! И даже бегать! А еще драться и стрелять! Представляете? Невероятно! Ни один преступник от них не уйдет, так говорит господин Люмис!

– И как их собираются оживить? – нахмурился я. – С помощью ритуалов? Артефактов? Древних заклятий?

– Пара и этого… газа! – восторженно заявил парнишка. – Это вам не какая-то там магия, это же наука!

– Ух ты, – без энтузиазма отозвался я, внимательно разглядывая железных уродцев. Что-то все меньше нравится мне этот часовщик в маске – Люмис. Уж больно инициативный. А от таких всегда случаются проблемы, это я знаю точно. Я хотел расспросить подробнее, но на лестнице возник еще один ловец, в синем мундире– старше и, очевидно, опытнее.

– Ловец Раут, следуйте за мной. Ловец Вертук, вернитесь к своим обязанностям и не распускайте язык. Вам снова наряд вне очереди!

Парнишка заметно сник, похоже, его болтливость сильно мешала в несении службы. Я же отправился за синим мундиром, размышляя об увиденном и по привычке считая повороты и ответвления, коих здесь было немерено.

Внутри Бастион напоминал лабиринт, и найти нужный кабинет без сопровождения здесь было невозможно. И еще здесь была сила – конечно, светлая. Я ощущал два потока – сверху и снизу, два источника омывали Бастион полноводной рекой, заряжая ловцов. И сильно нервируя меня. Хорошо, что мой резерв был полон, так разрушающее влияние светлой силы было меньше. И все равно мне хотелось как можно скорее отсюда убраться.

Когда мы третий раз прошли одним и тем же коридором, я выразительно хмыкнул, а сопровождающий наградил меня недовольным взглядом. Но водить кругами перестал и толкнул ближайшую дверь, за которой обнаружился эскандор Алин Больдо. Не могу сказать, что обрадовался нашей встрече. Спрашивать, что он делает в управлении Кайера, я, конечно, не стал – не того полета я птица, чтобы вопросы задавать.

Так что я пробормотал должные слова почтения и приветствия, хотя хотел лишь от души плюнуть в бледное лицо ловца.

– Раут, – проскрипел он, показывая, что испытывает сходные желания. – Похвально, что вы решили не усугублять ваше и без того шаткое положение и явились до окончания вашего отпуска. – Эскандор скривился. – Кстати, я был против него.

Я нахмурился, слушая и переваривая. Странно, но эскандор вел себя так, словно не знает ничего о произошедшем в Пустоши. Или успешно притворяется? Никогда не любил интриги. К тому же сейчас я мало что понимал, поэтому предпочел слушать молча.

Ловец отошел к массивному столу, на котором раскинулась карта. На удивление– бумажная, а не магическая.

– Не буду скрывать, – резко бросил эскандор, – вы мне не нравитесь, Раут. Ни вы, ни ваши занятия. Я не думаю, что чернокнижник в рядах Бастиона– это хорошая идея.

– Совершенно с вами согласен, – не удержался я.

– Не перебивайте меня! – эскандор хлопнул ладонью по столу, и меня чуть не снесло потоком силы. Вот гнилье! Сжал зубы, пытаясь переварить боль, вызванную атакой. А Больдо мощный… Хотя чего я ожидал? У него прямой доступ к источнику!

– Итак, вы мне не нравитесь! – гневно повторил Эскандор. – Род ваших занятий меня раздражает, как и многих ловцов Бастиона. Не верю, что из подобного вам может получиться что-то достойное. Но я справедливый человек и готов дать вам возможность доказать свою преданность Империи.

Я поднял бровь, ожидая продолжения. И чуяла моя гнилая душонка, радостным оно не будет.

Эскандор небрежно протянул свиток.

– Читайте, Раут. Это указ Его Императорского Величества.

Я пробежал взглядом по ровным строчкам и похолодел.

– Вы шутите?

– Я похож на шутника, Раут? – оскорбился эскандор. – Вы все внимательно прочитали?

– Тут не так много слов, – огрызнулся я, лихорадочно пытаясь найти выход из ловушки. А то, что это была именно она– гнилая и вонючая яма с дерьмом, в которую я угодил – уже даже не сомневался.

На свитке красовался указ императора о лишении чернокнижников магии посредством разрушительной воронки смерти. Жуткий ритуал, способный лишить мага не только дара, но и жизни. Единственный мой шанс– это время активации воронки. Ее можно провести лишь в первый день новой луны. А сегодня – третий. Значит, у меня есть около трех недель до следующей новой луны, чтобы попытаться спасти свою шкуру. Если это вообще возможно.

Я оторвал взгляд от прыгающих перед глазами букв и посмотрел на эскандора.

– И вы думаете, что я добровольно соглашусь на это?

– У вас небольшой выбор, Раут,– пожал плечами Больдо.– Или лишение дара и дальнейшая служба в рядах Бастиона уже в новом качестве, либо… Вы ведь осуждены как преступник.

– Какой в этом смысл? – процедил я, изо всех сил сдерживая огонь, уже готовый вырваться на волю. – Что толку от мага, лишенного силы?

– Вы сможете держать оружие, этого достаточно, – бросил эскандор.

– Достаточно? Быть просто мясом с ножом в руках?

– Это лучше, чем убийца с даром, Раут! – рявкнул эскандор. – Вы опасны, и только глупец не понимает этого! Я похож на глупца, Раут?

Хотел бы я сказать, на кого он похож! На мерзкую и вонючую кучу, которая по какой-то непонятной причине отдает приказы!

– От вас несет энергией смерти, Раут! – процедил эскандор. – Она забивается мне в каждую пору и не дает дышать! Скажите, почему ваш резерв полон, и аура черна от чужой запекшейся крови? Я ощущаю эту кровь на ваших руках, совсем свежую! Кого вы убили сегодня, ловец?

Поток светлой силы подхватил меня и впечатал в каменную кладку, чуть не размазав по стенке, хотя на этот раз эскандор даже с места не двинулся, лишь буравил меня своими белесыми глазами. Вот же паскуда! Значит, обладает и ментальной магией, а это редкое и весьма опасное умение. Жаль, что оно направлено против меня.

Я дернулся, но по ощущениям на грудь давила плита весом с сам Бастион. Не то что сдвинуть, мне даже вдохнуть не удавалось. Больдо прищурился, и мои внутренности взорвались, по крайней мере именно так я их ощущал. Невыносимая боль заставила меня захрипеть – согнуться не получилось, я все еще болтался у стены, как бесполезный червяк. Казалось, внутри ломаются кости и лопаются сухожилия – на редкость мерзкое чувство, надо признать! К тому же мне не хватало воздуха, я хрипел выброшенной на берег рыбой.

Разум заволокло кровавой пеленой, думать было невероятно сложно, но я попытался отрешиться от ментальной атаки. Это единственный способ противостоять ей. Так что я скрипнул зубами и заставил себя расслабиться. Это оказалось невероятно трудно, мышцы окаменели против воли, стремясь избежать давления. Но я все же сделал это! И сразу воздух наполнил легкие, а невидимая плита стала легче, хотя и не исчезла полностью.

В белых глазах эскандора мелькнули удивление и злость.

– Отвечайте, Раут! – он усилил нажим, я выдохнул и представил себя тестом. Мягким, почти жидким тестом, которому плевать на руки кухарки, что его месят. Только так у меня оставалась возможность дышать. Хотелось поднять ладони и пустить по кабинету светлого огненную волну, но, боюсь, тогда меня уничтожат прямо здесь и сейчас, не дожидаясь новолуния. Похоже, именно этого эскандор и добивался: его глаза полностью утратили цвет, а ладони нарисовали в воздухе аркан. И словно тысячи игл вонзились в мои внутренности, заставив вновь согнуться от боли.

– Эскандор Больдо, не стоит тратить мощь источника на… ловца Бастиона. Наказать за провинность можно и с помощью плети,– раздался негромкий голос, и я дернулся, пытаясь рассмотреть вошедшего ловца сквозь пелену боли.

Сила билась внутри, просясь на волю, огонь выжигал на коже рисунки. Но я терпел, понимая, что спущу его – и останусь без головы. В глазах немного прояснилось, и я увидел Норда Оскола, что стоял у двери. В глазах ловца не видно ни сочувствия, ни особого интереса – вряд ли он был на моей стороне. Но очередную атаку остановил.

– В чем провинился этот ловец?

– Отказывается выполнять указ императора, – проскрипел Больдо.

– Это правда? – свел брови Норд.

– Я лишь выразил сомнение в том, что буду годен к службе после воздействия воронки, – процедил я, тщательно подбирая слова.

Норд усмехнулся.

– Хороший ловец всегда беспокоится о том, насколько качественно сможет служить империи.

– От него несет кровью, Оскол! – рыкнул Больдо. – Он наверняка кого-то убил!

Я вскинул голову. Наверняка? Вот как? Значит, эскандор не знал точно, лишь чувствовал мой резерв и темную силу. Бездна, благослови скрытность чернокнижников, что всегда хранили свои секреты!

– Вы совершили убийство, Раут? – спокойно осведомился Норд.

– Что вы, эскандор, – отозвался я. – Всего лишь прогулялся на кладбище, посидел в любимом семейном склепе, хорошо поел и оприходовал одну знойную дамочку. Этого хватило для пополнения моего резерва.

Больдо скривился, губы Норта дрогнули в улыбке.

– И девушка осталась жива?

– И весьма довольна, – пошленько ухмыльнулся я, изображая глуповатого и развратного Темного. Или не изображая, демоны знают. Может, я такой и есть, раз угораздило вляпаться во все это! Правда, сейчас я готов был изобразить и монашку из храма Богини, лишь бы свалить отсюда!

– Ловец Раут пополняет резерв за счет женщин, – весело произнес эскандор Оскол. – Вы, вероятно, не знали об этом, Больдо? Раут– инкуб.

Алин презрительно прищурился.

– Это не добавляет ему достоинства, – процедил он, но давящая на грудь плита исчезла, а я грохнулся на пол.

– Значит, вы не против лишиться силы, чтобы продолжить служение в Бастионе, Раут?

– Я хочу жить, – гаденько усмехнулся я, потирая ушибленный зад. – И предпочитаю быть живым ловцом, а не мертвым чернокнижником.

– Что же, похвальное рвение, – качнул головой Норд. – Тогда ожидайте, ловец Раут. Мы не можем допустить вас к активной службе, пока ритуал не пройден.

Я затаил дыхание. Только ареста мне не хватало… Похоже, Норд думал о том же, между бровей ловца залегла складка.

– Но так как вы явились добровольно и вовремя, выразили желание сотрудничать и не оказали сопротивления… – он взглянул на хмурого Больдо и махнул рукой. – Не покидайте город, Раут. Вам запрещено пользоваться порталами, а также приближаться к границам Кайера.

Я сдержано кивнул, опасаясь заорать от радости. Главное – убраться из Бастиона, а там… Там я найду выход!

– Что ж, не будем вас задерживать, – с насмешкой протянул Норд, отпуская меня.

Я бросился к двери, но все же остановился на пороге.

– Скажите, эскандор, а где ловец Харт? Я ему слегка задолжал, хотелось бы расплатиться…

– Ловец Харт отправлен с миссией в Эскайд. Думаю, не стоит ожидать его до зимы,– бросил Норд, теряя ко мне интерес.

Я понятливо кивнул и вывалился в коридор. Остатки боли все еще дергали кишки, но я лишь сжал зубы, не обращая внимания. В конце концов, магическая ментальная атака– цветочки по сравнению с ожидающей меня воронкой.

Сопровождающий довел меня до выхода, топтавшийся там парень на этот раз лишь кисло мне кивнул. Впрочем, я тоже не жаждал общения, торопясь покинуть Бастион. И до последнего не верил, что выпустят.

Уже стоя на улице и вдыхая запахи столицы, я выругался сквозь зубы, вздохнул с облегчением и свистнул извозчику. Мне срочно нужно было выпить.

Загрузка...