Не брат моей мечты

8 глава

Карим в душе уже минут двадцать. Пошел сразу после меня. Чтобы как-то унять нервное дрожание рук и волнение, клокочущее внутри, я нахожу себе единственное занятие, которое могу позволить у него дома — ставлю чайник, достаю заварочник с полки и насыпаю в него заварку. Затем, усевшись на барный стул, терпеливо жду, когда вода закипит.

Он ничего не сказал, кроме того, что мне нужно в душ. Я его понимаю. Карим наверное в шоке от того, что случилось, как и я. До сих пор с трудом верится, что это произошло между нами. Бедра, шея и грудь горят огнем, напоминая о минутах удовольствия в его объятиях. Я невольно улыбаюсь, натягивая футболку Карима на колени. Одна моя мечта сбылась сегодня, разве это не потрясающе? Разве он не потрясающий? Я стала чуть ближе к цели заполучить этого мужчину.

Вода в чайнике закипает, о чем меня оповещает громкий свист. Я вскакиваю со стула и наспех начинаю лить кипяток в заварочник, потому что слышу, что вода в ванной перестала литься. Это значит, что Карим скоро появится здесь. Интересно, каким будет наш разговор? Что он скажет? Что сделает? Вдруг захочет повторить? Я не откажусь, потому что люблю его, потому что хочу, чтобы он никогда не забывал эту ночь, и однажды захотел, чтобы у нас была целая жизнь подобных ночей.

Сводный брат выходит из ванной в одном полотенце, повязанном вокруг бедер. Я снова с жадностью шарю глазами по его телу, которое еще полчаса назад накрывало меня, я прижималась к нему спиной и ягодицами, трогала, царапала, целовала. По бокам у Карима остались красные полосы от моих ногтей — доказательство нашей взаимной страсти.

— Через пять минут чай завариться, — говорю, улыбнувшись, когда он подходит ближе. — Извини, в холодильнике ничего не нашла. Хотела сделать пару бутербродов. В готовке, я не сильна, ты же знаешь…

Карим бросает на меня равнодушный взгляд, затем проходит мимо, направляясь к шкафу с одеждой.

— Я не хочу есть. И чай тоже не буду.

Я киваю, видимо, сама себе, потому что Карим на меня сейчас не смотрит.

— Ну, ладно. А что ты хочешь? Ты говорил, что устал, поэтому можем просто лечь спать, — предлагаю тихо, сцепив руки за спиной. В груди становится тревожно из-за его холодного и отстраненного тона.

— Я не останусь, Нимб. Поеду на работу. Там высплюсь.

Улыбка сходит с лица. Что-то острое вонзается где-то между ребер. Да ладно тебе, Нимб, соберись! Он убегает, потому что ему нужно время, чтобы прийти в себя. Ты все-таки не какая-то там незнакомка. Наверняка у Карима сейчас каша в голове.

Я наблюдаю, как мужчина сбрасывает полотенце с бедер, ничуть не стесняясь свой наготы, ну а что ему стесняться? Мы же только что занимались сексом. Я делала ему минет.

Достав боксеры, брюки и рубашку из шкафа, он начинает одеваться.

— Тебе не обязательно уезжать. Я больше не стану приставать. Обещаю, — скрещиваю пальцы на руках и смеюсь, делая вид, что шучу. На самом деле мне не смешно. Я паникую. Не хочу, чтобы он уходил. Зачем сейчас? Зачем ему уезжать?

Карим бросает на меня тяжелый взгляд и снова отворачивается.

— Ключи на комоде в коридоре. Домой к отцу поедешь, оставишь там. Я потом заберу, — чеканит он, просовывая руки в рукава рубашки.

— Подружкой невесты ты, разумеется, больше не будешь. Мадине не надо ничего объяснять. Сам скажу.

Я вздрагиваю, будто он меня сейчас ударил. Значит, из-за того, что мы переспали, я и к невесте его теперь не могу приближаться? Мне неприятно, и я испытываю потребность защититься, ударить его в ответ, потому что обидно.

— Что скажешь? Что сводную сестру трахнул, поэтому она не может больше помогать со свадьбой?

— Х*йню не неси. Ничего подобного говорить я ей, конечно же, не стану. Я не собираюсь ее унижать и причинять боль. Скажу, что у тебя наметилась важная стажировка, и времени на остальное не остается. И ты старайся придерживаться этой легенды.

Я вцепляюсь пальцами в край стола так, что белеют костяшки. Не собирается причинять ей боль. О ее чувствах он заботится. Не то, что о моих. Злит до тошноты.

— А ты не боишься, что я расскажу ей правду?

Он резко поворачивается и в несколько шагов преодолевает расстояние между нами. Нависает надо мной черной тучей, взгляд тяжелый, почти злой.

— Если ты не полная дура, то ничего говорить не станешь. Оно того не стоит. Просто секс. Ты просила тебя трахнуть, я трахнул. Взаимное удовольствие и не более того. Надеюсь, ты не питаешь по поводу нас с тобой никаких иллюзий, Нимб?

Карим внимательно и напряженно вглядывается в мое лицо, и сейчас я как никогда рада, что он не может смотреть глубже, туда, где мое сердце на части рвется, рада, что он не слышал мое признание в любви и не знает, как мне больно и обидно в данную минуту.

Он просто еще не принял этот факт. Ему нужно больше времени. Карим пытается убежать от себя, но он не сможет отрицать, что произошедшее между нами было восхитительно. Пройдет несколько дней, он успокоится и будет просить еще.

Взяв себя в руки, я склоняю голову набок и хихикаю.

— Да ничего я не собираюсь говорить твоей Мадине. Я же сказала, что никто не узнает. И да, никаких иллюзий, Карим. Просто секс. Очень хороший и качественный секс, не так ли?

Его взгляд на миг соскальзывает на мои губы, затем на грудь, и вновь возвращается к глазам.

— Тебе стоит больше себя уважать, — выплевывает он, в очередной раз ранив меня. — Дверь за мной закрой.

Карим, разумеется, не ждет, как я пойду за ним. Просто разворачивается и уходит. Через минуту я слышу, как хлопает входная дверь, сообщая, что теперь я в квартире совсем одна.

Утром я не спешу одеваться и уезжать из квартиры. Вместо этого брожу по комнатам, стараясь запомнить каждую деталь, ведь я не знаю, как скоро смогу сюда вернуться. Надеюсь, что на это не уйдет много времени.

После ухода Карима ночью я сначала ждала, что он передумает и вернется. Но он не вернулся. Мне ничего не оставалось, кроме как лечь спать. Правда заснуть особо и не получилось. Меня отвлекало все: воспоминания, ноющее ощущение между ног, запах Карима на подушке, его слова, что мне нужно больше себя уважать… А что неуважительного к себе в том, что я готова на что угодно ради любимого? Разве жертвенность, самоотверженность — это плохо и низко? Сколько на свете женщин, которые предпочитают не сидеть печально в сторонке, а бороться за своих любимых мужчин? Что поделать, если я боец, и не собираюсь сдаваться?

С утра приготовив кофе, я беру телефон, усаживаюсь на диване, скрестив ноги, и лениво листаю странички в интернете. Не удерживаюсь, чтобы зайти на страницу Мадины в инсте. Там много фотографий с Каримом. Я с жадностью и завистью просматриваю их. Вот он ее приобнимает. Вот улыбается ей. Здесь есть фото с их помолвки, отдыха, просто вечеров в ресторане. Эти фото должны быть со мной, а не с ней. И обязательно будут. Мне до безумия хочется рассказать ей, что этой ночью Карим был моим, но я понимаю, что пока рано. Карим не простит. Я надеюсь, что он сам решит порвать с Мадиной, выбрав меня, когда окончательно влюбится.

Мой досуг нарушает видео-звонок от Яны. Я радостно снимаю вызов, потому что по Янке действительно скучаю, а еще мне хочется поделиться с ней новостью. Больше не с кем, и только она одна меня понимает.

— Привет, американская коза! Ну как перелет?

— Привет, — смеется подруга с экрана. — Просто ужасно. Долго, скучно и я жуть как вымоталась. Постепенно обосновываюсь на новом месте. Решила тебе позвонить. Самое непривычное, что я здесь никого не знаю и почти все говорят на английском. Русский не в авторитете.

— Привыкнешь, — смеюсь я, отхлебнув кофе и поставив чашку обратно на журнальный столик.

Если уж Яна сумела работать с Каримом и заинтересовать его как специалист, то Америка ей точно нипочем.

— А ты где? Не помню, чтобы у тебя в спальне был такой интерьер, — спрашивает подруга, заглядывая мне за спину.

— А я и не у себя, — улыбку сдержать не получается, слишком я рада тому обстоятельству, что я здесь сегодня. — Я у Карима.

Брови подруги ползут вверх.

— У Карима? Да ладно?! И как ты там оказалась?

— А вот так! Вчера он привез меня к себе. В кафе случилась авария на кухне, мы разбирались с последствиями до глубокой ночи. Ему не захотелось везти меня в дом отчима, так что мы у него остались.

— Ииии? — нетерпеливо тянет Яна.

Тут я смеюсь в голос.

— Ииии… занимались сексом. Ага.

— О, боже, Нимб! Неужели он к тебе оттаял? А как же его невеста? Он хоть о каких-то чувствах говорил?

Я взмахиваю рукой и отрицательно качаю головой.

— Да рано еще о чувствах говорить. Пока был просто секс. Но у меня есть план по его завоеванию. Ведь если был секс, значит, не так уж он ко мне и безразличен, как пытается показать.

Яна слегка хмурится, и по тряске на экране я понимаю, что она встала и куда-то идет.

— Нимб… а ты не думаешь, что… это для него так же, как с той женщиной? Ну, с его любовницей? Что это ничего не значит? Переспали и переспали. Только не обижайся, пожалуйста. Просто очень не хочется, чтобы твои иллюзии разбились о реальность. Обычно это… больно.

Слышать слова Яны тоже больно, потому что где-то в глубине души я осознаю, что она может быть права. Что у поведения Карима нет другого объяснения, кроме полного безразличия ко мне. Ну, как полного… он же хотел меня. Он с такой жадностью занимался со мной любовью. Полного тут уже никак не может быть.

— А зачем ему я, если есть Мадина, есть любовница? Если бы его все устраивало, то он бы удержался, я думаю. А мне особо много времени не пришлось тратить, чтобы его соблазнить, Ян.

Подруга вздыхает. Связь начинает барахлить. Помехи на экране мешают понять, что делает Яна, но спустя несколько минут связь восстанавливается, и я вижу, как девушка наливает молоко в стакан, поставив гаджет напротив себя, и что-то говорит:

— … тебе не рассказала… Думала, не стоит рассказывать.

— Не рассказала о чем? — недоуменно смотрю на подругу, но когда та отвечает, связь снова начинает барахлить.

— Ян, что-то тебя слышно и видно плохо. Пропадаешь все время. Давай потом спишемся? — быстро предлагаю, пока связь не пропала снова.

— Ок, коза, напишу тебе завтра, наверное. А то в Нью-Йорке уже ночь, а я еще не ложилась.

— Ого! Я и забыла, что у нас большая разница во времени. В Москве раннее утро.

— Серьезно? А Карима… нет? А то мы тут так откровенно болтаем… — тут же краснеет она. Янка такая Янка.

— Нет. Он уже уехал на работу, — я не говорю ей, что сводный брат уехал ночью, потому что мне стыдно в этом признаться. Наверняка Яна воспримет его действия, как безразличие ко мне и будет сочувствовать, а я этого не хочу ни видеть в ее глазах, ни слышать в голосе.

Мы прощаемся, после чего я быстренько допиваю свой кофе и начинаю собираться. Мысленно планирую сегодняшний день. На учебу ехать не надо, слава богу, потому что я все равно усидеть на лекциях не смогу. Скорее всего поеду домой, так как сменная одежда у меня только там есть. Начав раздирать, именно раздирать, а не расчесывать, свои непослушные волосы, еле сдерживаюсь, чтобы не заматериться. Вчера с мокрой головой пришла в постель к Кариму, поэтому сейчас волосы выглядят еще хуже, чем до мытья. Как же мне надоели эти кудри!

Повинуясь моменту, ищу в интернете салоны, где есть окно на сегодня, и решаю посетить стилиста прежде чем ехать домой. Словно хороший знак, сегодня как раз работает девушка, к которой я постоянно обращаюсь. Набираю номер и уточняю время, к какому можно подъехать. Точно до дома добраться не успею. Быстро кидаю в сумку телефон и косметичку, обуваю туфли и, схватив ключи, выбегаю из квартиры. Такси подожду на улице.

Уже через три с половиной часа выхожу из салона абсолютно другая. Волосы окрашены в шоколадный цвет и выпрямлены. Немного непривычно видеть себя такой — я то и дело смотрю в зеркало, верчу головой, чтобы понять точно, что я чувствую по поводу этих изменений. Не знаю, почему мне вдруг захотелось стать брюнеткой. Что-то в груди тревожно екает, подсказывая ответ, но я полностью игнорирую эти еканья. В принципе, результат мне нравится. Меняться иногда стоит.

Уже собираюсь вызвать такси и ехать домой, даже телефон достаю, как вдруг раздается звонок, а на экране высвечивается имя.

"Карим"

Дыхание перехватывает, а в животе начинает приятно тянуть, унося чувствами в прошедшую ночь.

Зачем он звонит? Может, хочет еще увидеться? Что если он сейчас позовет меня на свидание или предложит снова остаться на ночь у него? Как отнесется к изменениям в моей внешности? Я понравлюсь ему темненькой и с прямыми волосами?

Не хочу дальше гадать, поэтому провожу пальцем по сенсору, затем прикладываю гаджет к уху.

— Да?

— Нимб, ты где? Почему ключи отцу не завезла? Я ему звонил, — раздается сухой и слегка раздраженный голос сводного брата.

Спокойно, Нимб. Все в порядке.

— Я… еще дома не была. Вот собиралась такси вызывать…

— Где ты сейчас?

Я называю адрес салона.

— Минут через тридцать уже буду дома. Можешь заехать за ключами, Карим.

— Нет. Жди там. Я недалеко от тебя. Сейчас приеду, — он сбрасывает вызов, не дождавшись моего ответа. А я так и стою с прижатым к уху телефоном. Карим сейчас приедет. Сюда. За мной.