Не путайте Белых Ведьм с Чёрными. И верьте в чудо (СИ)

— Ты голишь. — Вспомнила я. Айран хмыкнул и закрыл глаза руками.

— Я Воин! Я страж! Всех злодеев накажу. Всех найду и накажу! Раз злодей. Два злодей. Три злодей…

Я убежала за поворот и перестала слышать Айрана. Я дёрнула за ручку одной из дверей и она покорно и без скрипа отворилась. Я медленно закрыла дверь и повернулась к ней спиной.

В комнате стоял стол. На нём печатная машинка, маленькие листочки, ручки, какие-то записи…. Рядом со столом стояла лампа на большой ножке, стул и… шторка. Серая, во всю стену, она делила комнату на две части.

Я медленно подошла к шторке. Если честно, то я боюсь открывать её. Но что там может быть такого? Айран не чудовища… кажется. Я медленно, чуть ли не дрожа, заглянула за шторку и увидела доску, на ней листочки с какими-то надписями. Я собрала всю смелость и зашла за шторку.

Здесь были имена девушек. Некоторые из имён зачёркнуты чёрным крестом, но не все. На каждом листочки есть линия. У некоторых она голубая, у некоторых чёрная, у некоторых красная.

Я прошлась по всем именам глазами и увидела ту самую Ведьму, что хотела меня убить! На её бумажки была чёрная и красная линия.

Я пробежалась по всем именам ещё раз… и увидела Зарину! На её листочки была голубая линия.

Похоже — это имена Ведьм. Неужели это всё Ведьмы?! Айран охотится на них самолично?! Он охотник?!

Чёрная.… Чёрт! Чёрт! Чёрт! Надо предупредить Зарину. Срочно!

Я спешно пошла из этой комнаты. Выглянула из-за двери. Айран не было не видно, не слышно. Тихо закрываю дверь и тихо убегаю.

Наткнулась на кухню. Не чего другого не придумав, я залезла в большую тумбочку. Она была почти пустая. Пара банок со специями. В тумбочке не очень просторно, но всё же не сильно тесно. Я положила специи к себе на коленки.

В этой тумбе не много неудобно, но темно, и пахнет приятно. Я невольно закрыла глаза, обняла банки.

***

Я открыла глаза и увидела потолок своей комнаты. Дождь с силой бьёт по окнам. Я лежу на кровати укрытая тёплым одеялом. Хорошо Айран ищет. И как я умудрилась заснуть? Хотя легла я поздно, разбудили рано.

Я вышла из комнаты. По всему коридору горят настенные лампы. Кажется, будто в доме не одной души. Тихо так…

Я сначала зашла в комнату Айрана, там его не было. Во дворике тоже. Прохожу через зал и внезапно:

— Ты не умеешь прятаться. — Лениво заявили мне.

Я повертелась вокруг своей оси и некого не увидела.

— И искать тоже. — Ещё ленивее.

Я посмотрела на диван. Айран лежал на диване напротив камина и положив руки под голову смотрел в потолок.

Айран перевернулся и перекинул ноги через ручку дивана, тем самым освободив пол дивана для меня. Я так же перекинула ноги через ручку дивана и легла к Айрану головой. Положила руки на живот и стала слушать, как трещит огонь и как дождь барабанит по стеклу. Айран тоже молчал.

Мы лежали в тишине, в абсолютной. Я думала, как сообщить Зарине, что бы она бежала из города.

— О чём думаешь? — Спросил Айран.

— А ты? — Буду я ему ещё рассказывать о своих планах.

Айран отвечать не стал. Опять лежал, и молчал.

— Есть хочешь? — Не долго он молчал.

— Нет. — Лениво ответила я.

— И я тоже.

Дождь стал меньше барабанить по окну.

Скорее надо предупредить Зарину. Но как?… Если я соберусь уехать, Айран поедет со мной, а так не пойдёт. Надо уехать, когда он будет спать. Сегодня же ночью сбегу.

Мы пролежали в тишине ещё долго. Огонь в камине начал угасать. Дождь еле слышно колотил по окну.

— Я так устал…. Пойдём спать. — Предложил Айран.

— Пошли. — Согласилась я, хотя спать не буду.

Мы встали с дивана, обменялись взглядами, и пошли к комнатам.

— Спокойной ночи. — Пожелал мне Айран уже открыв дверь в свою комнату.

— Крепких снов. — Внесла свой вариант.

Я села перед зеркалом и начала медленно расчесываться.

Полчаса я расчесывалась, потом взяла свой плащ и вышла из комнаты. Тихонько приоткрыла дверь в комнату Айрана. Он спал. Лежал на кровати, на животе, и мирно посапывал.

Дождь на улице предательски превратился в ливень. Насквозь промокну, заболею, но помогу Зарине. Сизый встретил меня громким и радостным приветствием. Я прижала палец к губам и пошипела. Сизый сразу затих. Я погладила его по морде. Сизый не сопротивлялся, когда я его выводила из конюшни, но дождь ему не понравился. Он показывая, что хочет остаться в тепле, начал пятиться.

— Сизый, хороший мой. Ну пожалуйста.

Он не довольно фыркнул, но немного присел, что бы мне было удобнее залезть в седло.

— Спасибо.

Накинула капюшон на голову и Сизый побежал из дворика.

Сизый мчался сквозь холодный дождь. Молнии время от времени, освещали нам, размытую дождём дорогу. Я промокла до нитки. Даже в сапогах была вода!

В доме дедушки Мирона горел свет на втором этаже. Я постучалась со всей силой в дверь и стала ждать. Сизый стоял рядом со мной. На первом этаже зажгли свет. Мне открыла дверь Зарина. Я думала, сейчас начнёт ругаться что я пропала, заявилась так поздно и т. д. Но она заволновалась:

— Лили! Ты что делаешь под дождём? Хорошая ты наша. Заходи скорей!

— Мне Сизого надо завести во дворик.

— На ключи. — Мне отдали ключи от ворот в дворик. — И возвращайся быстрее!

Зарина закрыла дверь, а я быстро зашагала к воротам. Не сразу получилось открыть. Но через две неудачных попытки ворота всё-таки отворились.

Сизый покорно лёг в не большой конюшне, на сене. К дедушке Мирону гости приезжают не редко, вот он и сделал конюшне для их лошадей. Но на Тадане, к нему наверное приезжают впервые.

Я зашла в дом и на меня сразу накинулись девчонки. Они сняли с меня плащ, начали сушить одежду. И каждая что-то говорила. В основном они ругались. Даже самая приличная из нас Сиза, как-то выругалась в мою сторону.

Когда моя одежда стала совсем сухой, меня закутали в тёплое одеяло и потащили на второй этаж. Мне в руки прыгнул Коша! Мой красный комочек счастья закрыл глаза и начал прижиматься ко мне. Каркуша села мне на плечо и начала тереться об мою шею. Как я по ним соскучилась!

Меня посадили на кресло рядом с камином. Выгнали Кошу с моих рук и дали кружку с горячим, травяным чаем. Я сделала первый глоток и наступила тишина. Дедушка Мирон сидел в кресле напротив. Девчонки, кто на стуле, кто на диване.

— Рассказывай давай! — Алиса горела интересом больше всех.

Я посмотрела на Зарину.

— Зарина, беги. Один из… охотников, напал на твой след. — Зарина побледнела. У всех девчонок выпрямилась спина. — Я видела твоё имя на доске с остальными Ведьмами. Там есть и Чёрные и Белые Ведьмы. — Зарина стала ещё бледней. Ещё не много и она будет белая как мёртвец. Страшно мне за неё стало. И так страшно было что её убьют, теперь страшно что она сама сейчас может умереть. — Зарина, беги, как можно дальше. Сейчас он охотится на другую Ведьму, и вот она, самая настоящая Чёрная.

— Как? — Смогла только это спросить Зарина.

— Я не знаю как. Но вот что он знает, твою волшебную сущность, в этом нет сомнений.

— Откуда ты его знаешь? — Дельный вопрос, дедушка Мирон. Самый мудрый и умный из нас.

— На меня напала Чёрная Ведьма. Меня спас от смерти… — Подумала говорить им или не говорить. — Военный. — Всё-таки сказала я.

Дедушка Мирон громко выдохнул и опрокинулся на спинку кресла. От Коши, лежащего у меня на коленях, стало исходить тепло.

— Не боишься? — Боюсь. Но Сизе я ответила другое.

— Нам сейчас надо за Зарину беспокоиться. — Все посмотрели на всё ещё бледную, как смерть Зарину. Она сидела на стуле и смотрела в камин, не моргая.

— Девочки. — Мы посмотрели на дедушку Мирона. — Уезжайте как можно дальше. Я останусь, и буду контролировать ситуацию. — Он посмотрел на меня.

— Я останусь. Он меня не отпустит, со мной поедет.

В глазах дедушки Мирона проскользнула что-то между непониманием, осуждением.

— Уедем к моим родителям. — Сказала Сиза. — К родителям Зарины опасно ехать. Я живу дальше всех. Мой дом — это самый безопасный вариант. — Сиза живёт в горах. Там что-то типа маленькой деревушке. Совсем меленькой. Десять домов на горе.

— Хорошая идея. — Похвалил дедушка Мирон.

— Завтра же выезжайте. — Сказала я.

— Да. — Согласилась Алиса.

— Дедушка Мирон, — Очнулась Зарина. — Может вы всё-таки поедите с нами?

— Я уже старый Зариначка. Мне такие дальние переезды не по душе. Я здесь останусь. Да и вдруг, Лили помощь понадобиться.

Я захотела сделать глоток, но в чашке уже было пусто.

— Мне ехать надо. — Сообщила я. Все посмотрели на меня и начали вставать. Все, кроме дедушки Мирона. Он сидел в кресле и о чём-то думал.

Я погладила Кошу между его “золотыми” рожками. Он довольно заурчал и подтянулся ко мне ещё ближе. Каркушу я тоже погладила.

Девчонки принесли мне маленькую сумочку. В ней было усыпляющие травы, пару медальонов, для ещё большей защиты.

— Коша, Каркуша. — Животные посмотрели на меня. — Едите с девчонками. Слушайтесь их. — Я погладила обоих по головке. — Скоро увидимся.

Я обняла всех на выходе. Зарина поблагодарила. Дедушка Мирон сказал, что бы я иногда приезжала или присылала ворона.

Дождь закончился. Теперь на улице было прохладно и свежо. Руки замёрзли уже через километр. Перчаток не было, поэтому пришлось терпеть боль в руках. Я прижалась к горячей шее Сизого и было уже не так больно.

Я очень сильно замёрзла. Руки ломило от холода, кожа на лице горела. От штанов и рубашки исходил холод. Я пошла в зал, разожгла камин. Огонь сразу же вспыхнул и начал гореть.

Я отогрела руки и пошла делать себе чай с мятой. Наволновалась я если честно. Ужасная ситуация вышла. Я села на пол, напротив камина, облокотившись спиной об диван.

Хорошо так стало, тепло. Горячий чай с мятой все плохие мысли убил. Красивые языки пламени источали тепло. Огонь приятно трещал, горячая чашка чая согревала руки, а вместе с этим — согревала душу. Хорошо…

***

Холодно. Очень холодно. Руки замёрзли, ноги тоже. Я открываю глаза и вижу камин. Заснула вчера прямо на полу. Я открыла рот, а из него пошёл пар. Почему же в доме так холодно? Я забыла вчера дверь закрыть? Настолько холодно не могло стать, только из-за открытой двери. Что тогда?

Я встала с полу и пошла к двери, потом пойду к Айрану. Иду по коридору. Тихо, и холодно, какая-то атмосфера угнетающая…

Сзади послышался шорох. Я резко повернулась. Ни кого нет. Даже шторка не шевелится. Мне наверное показалась. Я иду дальше, но уже прислушиваюсь. Мне показалась, что с боку мелькнула тень. Я опять повернулась, и опять ни кого нет. Мне страшно… Я повернулась обратно. Прямо передо мной стоит Чёрная Ведьма. Чёрные волосы, полностью чёрные глаза, мертвенно бледная кожа. Она смотрит мне в глаза и молчит. Это из-за неё в доме так холодно.

Чёрная смотрит на меня не моргая, не отрываясь, будто что-то ищет в глазах. Мне стало ещё холодней. Руки болят от холода, но я будто оцепенела от страха. Пошевелится не могу.

Чёрная едва заметно улыбнулась и исчезла.

— Умрёшь. Скоро умрёшь…. — Прошептала Чёрная, хотя её уже нету.

Дома стало теплее. Я спрятала руки под мышки, они начали отогреваться. Я аккуратно оглянулась. С исчезновением Чёрной, исчезла и угнетающая атмосфера, которая давила мне на нервы.

Я быстро пошла к Айрану.

Это была не настоящая Чёрная. Это была иллюзия. Какая-то Ведьма взяла мою вещь и теперь пускает галлюцинации в мою голову. Срочно надо снимать с себя отпечаток. Когда уберу, она не сможет залазить мне в голову… пока…

Я постучалась в дверь Айрана.

— Айран, ты спишь?

— Нет. — Послышалась из-за двери.

Я вхожу в комнату и Айран подходит ко мне. Я без объяснений прижалась к широкой груди Айрана. Он неуверенно начал гладить меня по голове.

— Что случилось? — Тихо спросил Айран.

— Кошмар приснился. — Пробубнила я.

— Страшный?

— Очень. — Я действительно очень испугалась.

— Бедненькая. — Он начал гладить по волосам уверенней. Мы постояли так минуту. — Пойдём завтракать. — Я согласна покивала. Мы потихоньку пошли на кухню. Айран не чего не спрашивал, за что я ему благодарна. Он просто прижал меня к себе и вёл по коридору.

Он усадил меня за стол и поставил предо мной кашу с соком. Сел рядом. Ухаживает, прямо как за маленькой. Приятно…

— Приятного аппетита. — Пожелала я.

— Приятного аппетита. — Тоже пожелал Айран.

К нам прилетела чья-то ворона с письмом. С каждой прочитанной строчкой, Айран становился мрачнее. Что-то не так…

Дочитав письмо, Айран виновато на меня посмотрел и положил письмо на стол.

— Что не так? — Спрашиваю и понимаю, что он не рад тому, что написано в письме.

— Мне надо будет уехать. — Он сказал как-то виновато. — Я бы взял тебя с собой, но это дела военной важности.

— Я всё понимаю. — Постаралась сказать как можно убедительней, что бы он ехал и не волновался за меня. Хотя инициатива, оставаться одной, особенно после утреннего происшествия — мне не улыбалось, совсем. — Что случилось такого важного, что тебя так срочно вызывают?

— Я тебе потом расскажу. — Айран встал из-за стола. — Я пойду собираться.

— Иди. — Я посмотрела в его глаза. Он виновато улыбнулся и быстрым шагом ушёл из кухни. Я сидела ещё минуту, смотря на ворона, что прилетел. Он смотрел на меня своими, кажется умными глазами, я смотрела на него своими, кажется злыми глазами. Я услышала шаги Айрана и пошла ему на встречу.

Айран долго извинялся перед уходом. Говорил, что скоро вернётся. Я говорила, что ни чего страшного со мной не случится. Меня оставили не одну. Мне в кампанию оставили Пьера. Ну ладно. Зато не одна.

Я проводила взглядом уносящегося на Тадане Айрана, и мчащегося за ним ворона. Громко вздохнула, выдохнула, погладила Пьера, пошла на кухню снимать с себя отпечаток.

Все нужные травы я нашла у Айрана в шкафчике. С моим приездом в его дом, здесь можно найти все травы. И с молоком проблем не возникло. Смешала нужные травы и ягоды, размолола, залила молоком. Получилась густая жидкость болотного цвета. Пить надо до дна без остановки. Меня чуть не вырвало в процессе!

Голова кружится, немного подташнивает, но я дошла до своей комнаты. В первый раз использую этот рецепт на себе. Знала бы что будет так плохо, выпила бы в комнате. Но я этот рецепт просто знаю от бабушки.

Зашла в комнату и легла на кровать. Пьер сел на тумбочку и время от времени, тревожно на меня поглядывал. Попросила его, что бы сказал, когда пройдёт полчаса. Вроде понял. Он моргнул два раза даже. Ну другого варианта засечь время, у меня нет. Если что, буду лежать хоть час! Но от этой противной Чёрной, я избавлюсь.

Теперь надо пролежать не двигаясь полчаса, при этом не уснув. Что самое сложное в этом рецепте — это не двигаться. Просто иногда хочется убежать на улицу, вдохнуть полной грудью, и избавиться от этой тошноты…. Ну а если по-простому, то иногда кажется, что сейчас вырвет.

Первые пятнадцать минут, прошли более или менее нормально. Но вот остальное время меня начинало тошнить сильнее, устала лежать на спине, и спать захотелось. С трудом, но справляюсь.

Пьера будто в комнате не было. Так тихо сидит… даже странно. Хотя он птица умная от природы. Догадался, что дело серьёзное.

Мне показалось, будто рядом разбилось что-то. Но бабушка говорила, что в процессе иногда бывают галлюцинации. Поэтому стараясь не обращать внимания, я начала думать о хорошем.

Послышался какой-то шёпот. И не понятно какой. Я уже не удивлюсь, если услышу: “Ты умрешь”. Но здесь на меня просто шипели!

Шёпот прекратился. Послышался какой-то писк. Он становился всё громче с каждой секундой. И вот послышался совсем рядом. Ой…. Это похоже на пауков, а я их так ненавижу. Маленьких я ещё терплю. Но больших, мохнатых, и тем более ядовитых — я на дух не переношу.

Такое чувство, будто пауки сидят у меня рядом с ухом и о чём-то пищат между собой. Боюсь, что когда открою глаза, а на меня смотрят восемь паучьих глаз. Как же меня при этой мысли передёргивает.

Писк прекратился. Слава предкам…. Я лежу, уже не обращая внимания на свои маленькие неудобства. Я просто наслаждалась тишиной. Так хорошо.

— Каааааррррр! — Громко каркнул Пьер.

— Всё? — На всякий случай спросила я.

— Кааар. — Немного обиженное.

— Точно? — Ну дело-то нешуточное. Здесь всё серьёзно.

— Кррр. — Совсем обиженное.

Я потихоньку открыла правый глаз. Надо мной потолок. Не каких паучьих глаз, я не обнаружила. Смело открыла оба глаза, села, и погладила отвернувшегося от меня Пьера по головке.

— Ну не обижайся. Дело было нешуточное. Лучше всё проверить. — Ласково извиняюсь я. Пьер посмотрел на меня своими умными глазами, и кажется улыбнулся мне. Он мне Каркушу напомнил. Интересно, где они сейчас? Как там они? Как Коша чувствует себя при первом путешествие? Жалко я не с ними.

По щеке скатилась одинокая слеза. Пьер встревожено на меня посмотрел.

— Не чего страшного. — Я вытерла слезу. — Просто вспомнила кое-что. Всё хорошо. Слушай, мне после этой каши во рту такой не приятный привкус. Пойдём чаю попьём? — Пьер согласно моргнул два раза. — Вот и ладушки!

Травяной чай я иногда закусывала печеньем. Странным если честно. Вкусным, но странным. Какие-то орешки в нём, запах медовый. И не смотря на всё это, вкус не сладкий, а какой-то терпкий и кислый.

Пьер ел больше печенья, чем пил чай. Моя Каркуша больше пьёт чай, и меньше ест.

Горячая кружка чая, приятно обжигала руки. Кисловатый чай, расплывался по горлу и желудку, тем самым согревая внутри. Странно конечно, но чем больше меня согревает внутри, тем мне лучше.

Допив чай, я направилась в библиотеку. И услышала писк. Такой мною не любимый писк. Я обернулась, но писк не прекратился, он становился сильнее. И шёл он, кажется от окна. Я начала пятится, не отрывая взгляда от туда, откуда доносится звук. Пьер молча сидел на плече. Писк стал очень громким и не пойми откуда начали лезть большие, чёрные, мохнатые пауки! Это мой самый большой страх.

Они вылизали из-под картин, из окна. Их была столько, что они заполнили весь коридор. Пауки быстро на меня надвигались, очень быстро. У меня не было силы сопротивляться своему страху и проверять, настоящие они или нет.

Один паук забрался мне на ногу и я начала испуганно визжать и прыгать, пытаясь его стряхнуть. Когда я смахнула его рукой со своей ноги, я побежала на улицу. Но на улице их было намного больше. Они надвигались на меня. И кажется их было около тысячи, или даже больше!

Я бежала каждый раз оглядываясь. И каждый раз, пауков было всё больше и больше. И бежали они за мной всё быстрее и быстрее. Я не чувствую боли, я чувствую только дикий страх. Страх, из-за которого я бегу, бегу не раздумывая. Мозг будто отключился.

Я забежала в лес. Оглянулась и пауков не было! Я уже хотела остановиться, но споткнулась обо что-то и упала на землю.

***

Я слышу, что ко мне кто-то бежит. Я слегка приоткрыла глаза и увидела только тёмные краски. Всё размытое. В глазах всё плывёт. Но меня поднимают с холодной земли и несут на руках. Я слышу встревоженный голос Айрана:

— Лили. Хорошая. Маленькая. Миленькая. Держись. Сейчас домой придём, отогреем тебя. Что же ты в лесу забыла? Да ещё и в такой лёгкой одежде. Больше не брошу, не отойду дальше чем на десять метров. Всегда буду рядом с тобой.

Айран нёс меня аккуратно. Старался не трясти, но шёл при этом быстро, и что-то бубнил. Я глаза не открывала. Всё ровно картинка размытая получалась.

Айран посадил меня на диван перед камином. Разжёг его, укутал меня в какое-то одеяло.

— Лили, — Тихо позвал меня Айран. — Открой глазки.

Я потихоньку открыла глаза и сразу наткнулась на встревоженные, злые глаза Айрана.

— Ты что в лесу делала в таком виде?

Я не стала отвечать. Я только отвела глаза. Он и так испугался за меня. Примчался не знаю откуда и с какой скоростью. А если я ему расскажу про галлюцинации, то он будет волноваться ещё больше. Не буду его пугать.

— Не скажешь? — С заботой спросил Айран. Я помотала головой, мол, не буду. Айран громко выдохнул.

— А ты как узнал где я, и что мне нужна помощь? — Я посмотрела на Айрана.

— Ко мне Пьер прилетел. — Очень серьёзно сказал Айран. — Он громко каркал и пытался утащить меня за рубашку. Я сразу понял, что с тобой что-то не так… — Он стал таким грустным. — Пьер привёл меня в лес. Я только слез с коня и… увидел тебя. — Он начал говорить почти шёпотом. — Неподвижную, на холодной земле.… Мне в голову пришло самое страшное предположение… — Я догадываюсь какое. — Но слава Богам, ты оказалась жива. Просто без сознания. — Он говорил это с трудом. Понятно, что он испугался не меньше меня. У меня у самой горло сжало спазмом.

— Прости. — Тихо извинилась я, уже чуть ли не плача.

— Тихо-тихо. Не плачь. Всё хорошо. — Он обнял меня крепко и бережно. Я положила голову ему на плечо.

Что же это было? Откуда взялись пауки? Неужели я не сняла отпечаток и Чёрная решила отыграться на моих страхах? Да быть не может.

— Ты своего добилась Лили. — Как-то слегка смеясь сказал Айран. — Теперь я тебя не оставлю.

Я улыбнулась сквозь слёзы.

— Я не против. — Не стала сопротивляться.

— Здорово. — Обрадовался Айран. Он вытер скатившуюся по моей щеке слезу. — Не плачь…. Сегодня в городе праздник Осени. Поедем?

— Было бы здорово.

— Тогда пошли собираться? — Воодушевлённо спросил Айран.

— Ага. — Радостно ответила я.

Я собралась быстро. Даже сама от себя такого не ожидала. Наверное, просто хочется побыстрее забыться. Вишнёвое платье с имитацией корсета, длинными рукавами. Заколола волосы на затылке, но небольшой локон свисает у глаз. И моё вишнёвое пальто с капюшоном. Прекрасно получилось!

Айран уже ждал меня в коридоре. В чёрном костюме с идеально белой рубашкой. В длинном, чёрном пальто. Распущенные волосы.

Мы обсмотрели друг друга с ног до головы.

— Бесподобно! — Вместе сказали мы. Мы улыбнулись и Айран подставил для меня локоть. Я взялась за его локоть, и мы быстрым шагом пошли на улицу.

Нас уже ждала карета с Сизым в упряжке, а Люциус Лаценович был опять кучером.

— Добрый день Лили. — Поздоровался со мной Люциус Лаценович.

— Доброе, Люциус Лаценович. — Хотя я не совсем согласна, что оно доброе. Надеюсь, что это только у меня оно такое недоброе.

В центре города во всю уже шёл праздник. Песни на сцене, игры по всей площади, ярмарка, где можно найти почти всё. Все улыбаются, смеются, веселятся. В такой атмосфере я совершенно счастлива.

Айран потащил меня на качели. Даже не ожидала от него. Сначала он покачал меня. Потом к нему подошла маленькая девочка, подёргала его за пальто и попросила покачать. Мы с Айранам переглянулись. У этой девочки были такие глазки, что отказать ей было бы сложно. Но Айран даже пробовать не стал. Он посадил маленькую на качелю и качал её минут пять. Потом он передал эстафету родителям и мы незаметно убежали.

Айран пытался изобразить эту девочку. Получилось очень смешно. Большие глаза, грустное лицо, и в завершение подогнутая губа, будто он сейчас заплачет. Ну я очень долго смеялась. Только вспомню его лицо, сразу смешно становится.

Мы стреляли из лука. Айран пытался меня научить, но у него не получилось. Он обхватывал мои руки и старался прицеливаться, но от его горячего дыхания на шее и горячих рук на моих руках, я начинала теряться. Я попала только в две мишени из десяти. И то это только тогда, когда Айран ко мне не приближался. Сам Айран попал во все десять мишеней, и выиграл цепочку для меня. На тонкой, золотой цепочке, с очень тонким листиком. Тонкая и изысканная работа. Айран сразу же повешал её мне на шею.

Мы шли мимо доски с объявлениями, когда Айран увидел объявление об осеннем бале. Он должен был проходить в главном замке города. Всегда хотела там побывать, но туда пускали только людей с высших ступеней, или которые хорошо платят за пропуск.

— Пойдём? — Спросил у меня Айран.

— Да! — Воскликнула я. Айран как-то странно улыбнулся.

— Тогда пошли. — Он повёл меня в сторону ярмарки.

— Куда мы?

— На такие баллы, нужны маски. И снимать их, как правило — запрещено. Мы идём покупать масками. Я как раз видел лавку с масками и костюмами.

Нашли мы эту лавку только через полчаса. Мы несколько раз спрашивали проходящих мимо людей. Один раз даже прошли мимо неё! Здесь столько народу, что мы ели протолкнулись.

Айран выбрал для себя чёрную, строгую маску, с небольшим заострением на носу. Я тоже выбрала чёрную, но ветвистую. Она как цветок, от которого идут лианы с листочками и цветочками. Очень красивая… Айрану тоже понравилось.

Айран положил маски в БОЛЬШИЕ карманы своего пальто. В этих карманах можно арбалет носить.… А вдруг Айран так и делает?

— Пойдём к сцене. — Предложил мне Айран. Я согласно покивала головой, и мы направились в сторону сцены.

Я стояла у сцены и хлопала в ладоши под ритм песни. Айран сказал что бы я не куда не уходила, стояла там где стою, и ушёл. Я смотрела ему в след, но когда он скрылся в толпе людей, я вернулась к сцене.

Прошло уже две песни и на сцену вышли шуты. Они ходили на руках и корчили смешные рожи. Кто-то из них позвал на сцену незнакомого мне мужчине. Они разодели его как мужчину осень — весь в листьях, красный нос, ещё и по пояс закапали его в листьях. Потом всем шутам пришлось снимать с него листья, потому что сам он не справлялся.

Шуты ушли и вышли танцоры. Они танцевали пластично, завораживающе, а листья, которые остались на сцене — придали им шарма и красоты.

Перед моим лицом появился пирожок, и судя по запаху, со щавелям. Это мои любимые пирожки. От одного только представления, какие они вкусные, у меня рот наполнился слюной.

— Там была такая большая очередь… — Немного зло сказал Айран и дал мне пару салфеток.

— Спасибо за пирожок. — Я принялась за вкуснейший пирожок.

— На здоровье. — Он принялся за свой пирожок. У него он был… с мясом.

Сок щавеля наполнял рот и оставлял сладко-кислый привкус после себя, из-за которого мне захотелось пить.

— Пойдем, попьём. — Будто прочитал мои мысли Айран.

— С удовольствием. — И я вырвалась вперёд. Народу уже было меньше, поэтому я сразу увидела место, где можно и посидеть в тишине, и попить чаю.

Я села около окна. Айран не садясь за стол, пошёл к пожилой женщине, которая здесь была главной. Она подала ему две чашки и две тарелочки. Сначала Айран принёс чашки, в них был чай. Потом тарелочки, в них кусочки пирога и вилочки.

— Приятного аппетита. — Сказал Айран и принялся за употребление пищи.

— Тебе тоже.

Яблочный пирог очень сочный. В нём так много сока, что можно пить его отдельно. Пирог безумно вкусный. А после мятного чая, во рту остаётся чувство прохлады.

Чем дольше я с Айраном, тем больше мне нравится мир, со всеми его мелочами. Я живу с Айраном всего третий день, но кажется будто три месяца. Как только ту Чёрную убьют, я сразу перееду от Айрана, и скорее всего далеко. Мне так хорошо с ним, так весело…. Но я уже знаю, как он относится к Ведьмам. Так что если он узнает, что с ним живёт Ведьма (а он рано или поздно узнает), то он меня или убьёт, или отправит в тюрьму. Так что я лучше убегу…. Мне больно об этом думать, но надо. Надо будет уехать, скрыться, умереть для него в крайнем случае! Но не оставаться с ним.

— Скоро начнётся бал. — Задумчиво сказал Айран смотря в окно. Солнце уже заходило за горизонт. Его оранжевый свет освещал дорогу, и создавал тени идущих по дороге людей.

— Да. — Ещё не совсем оторвавшись от своих раздумий, согласилась. Я поставила чашку с допитым чаем в тарелочку и посмотрела на Айрана. Такой красивый… Его задумчивое лицо завораживала, а добрые глаза будто блестели.

— Лили, — Задумчиво сказал Айран, всё так же смотрев в окно, — А что будет, когда Ведьму убьют? — У женщины, что была за прилавком, что-то упало. В кафе стало очень тихо. Но Айран не обращал на них внимания. Как в прочем и я, но что народ стал нас внимательно слушать, я поняла. Айран посмотрел на меня. Его глаза были мутные, в них не было того блеска. Под его взглядом можно сгореть максимум, или просто заволноваться минимум.

— Давай поговорим об этом, когда дело будет сделано.

— Ты уедешь? — Его глаза стали ещё мутнее и угрожающе.

— Не знаю. Я об этом не думала.

Айран вернулся в обычное состояние, с которым можно жить спокойно.

— Пошли на бал. — Весело сказал Айран.

— Пошли. — После этого разговора немного настроение упало, но немного.

Мы одели свои маски у ворот замка. Улыбнулись друг другу. В маске Айрана сложно узнать. Не знаю как маска скрывает моё лицо, но думаю меня тоже сложно узнать.

У входа стояло четверо мужчин. Один из них, принимал деньги. Второй — смотрел список приглашённых. Третий — смотрел список возможных посетителей. И четвёртый — был стражем. Мы подошли к третьему. Айран сказал своё имя, фамилию и звание. Пожилой мужчина пробежал по списку глазами и найдя Айран, лучезарно нам улыбнулся и поприветствовал:

— Доброго вечера вам и вашей спутнице. Приятного вечера.

— Спасибо. — Вместе сказали мы с Айраном.

Мы поднялись по небольшой лестнице, там у нас забрали пальто и проводили в главный зал. Музыканты играют классическую музыку. Все люди воодушевлённо общаются, некоторые танцуют.

Айран подал мне бокал с вином и себе взял такой же.

— Только сильно не напивайся. — Толи попросил, толи приказал Айран.

— Ты тоже. — Я ехидно улыбнулась. Айран улыбнулся и сузил глаза под маской.

Я только сделала первый глоток и всех пар что танцевали, заменили другие. Айран отобрал у меня бокал с вином, бросил его куда-то, и взяв меня за руку побежала к танцующем. Мы стали замыкающей парой.

— Я танцую не очень хорошо. — Испугалась я.

— Просто, повторяй, движения, за мной.

Заиграла музыка и Айран начал двигаться. Легко и уверенно вёл меня Айран. Он очень нежно улыбался, и из-за этого я сбивалась, но Айран не давал мне упасть. Уже совсем скоро я взяла себя в руки и начала танцевать уверенней. Мы кружились в танце, в этой быстрой, ритмичной музыке. Я больше не ошибалась.

Неожиданно Айран закружил меня и я оказалась в руках другого мужчины. Он не улыбался, он был серьёзен. А в глазах будто горел огонь. Странный мужчина. Он вёл меня в танце, не ошибаясь и не отрывая от меня взгляда. У меня от него мурашки по коже.

Этот мужчина закружил меня и я оказалась в руках другого, уже более приятного мужчины. Морщины были на его лице. Почти все волосы седые. Этот старик очень по-доброму улыбался, а в глазах была мудрость. Маска на его лице не помешала мне увидеть шрам рядом с глазом. Он слегка выглядывал из маски с двух сторон.

Это пожилой мужчина так улыбался, что я почувствовала себя маленькой девочкой в объятьях своего любимого дедушки…. Уеду к родным. Только сейчас поняла, как мне не хватает их любящих глаз. Бабушкиных пирожков, дедушкиных советов, папиных шуток, и маминого, самого обычного, внимания.

Дедушка закружил меня, и я оказалась в чьих-то крепких объятиях. Мне даже в глаза не надо смотреть. Нежные, сильные, бережные руки Айрана, я узнаю из тысячи. Я посмотрела в глаза Айрана. Он радостно улыбался. Наверное его тоже кто-то из партнёрш смутила.

Музыка закончилась и мы вернулись к вину. Мне было жарко и радостно. Я сделала один глоток от вина, и мне стало ещё лучше.

— Добрый вечер Айран. — К нам подошёл тот пожилой мужчина, с которым я танцевала. Он был с пожилой дамой в чёрном платье. Вместе они смотрелись очень хорошо.

— Добрый вечер Измир Левкович. — Поздоровался Айран, и они пожали друг другу руки.

— Что за обворожительная особа с тобой? — Измир Левкович указал на меня лёгким движением руки.

— Это моя очень хорошая знакомая. — Айран озарил меня своей лучезарной улыбкой. Глаза у него блестели от радости.

— И как же её зовут?

— Лили. — Ответила я за Айрана и присела в реверансе.

— Очень приятно познакомиться. — Он поклонился. — Вы отлично танцуете, Лили.

— Спасибо. — Мне этот дедушка очень нравится.

— Как же вы меня узнали, Измир Левкович? — Поинтересовался Айран.

— Твои движения выдают тебя. — Серьёзно, но при этом улыбаясь, ответил дедушка.

— Буду работать над собой. — Подумал вслух Айран.

— Ну что ж молодые люди. Мы вас покинем. Приятного вечера. — Мужчины поклонились, а я и женщина, присели в реверансе. Измир Левкович и его спутница слились с толпой.

— Это мой знакомый с работы. Не вникай. — Не дожидаясь моего вопроса, ответил Айран.

Мы прошли к середине зала, где сейчас танцевала пара танцоров. Их танец был отрепетирован до мельчайшей детали. Они были как одно целое. Их движения были в такт быстрой музыке. Движения синхронны, пластичны, завораживающе. Женщина двигалась легко, а мужчина твёрдо. Они были как лёд и пламя, но при этом, очень подходили друг другу. В завершение танца, мужчина подкинул женщину у себя над головой и поймал её на руки. Они поклонились, и очень счастливые убежали из зала под гром аплодисментов.

От туда куда убежали танцоры, появился мужчина в оранжевом костюме с тигром на цепи! Кто-то в зале ахнул, кто-то что-то сказал, а Айран прижал меня к себе сильнее.

— Дамы и господа. — Прозвучал громкий, пронзительный голос дрессировщика. — Это мой питомец Заир. — Он погладил тигра между ушами. — Заир, голос. — Тигр издал громогласный рык, и в зале стало ещё тише. Дрессировщик довольный эффектом, улыбнулся. — Я держу Заира под контролем. Не беспокойтесь. Сейчас я буду ходить по залу и Заир выберет человека, который ему больше всех понравится.

Он повёл тигра рядом с людьми. Айран прижал меня к себе очень сильно. Так, что мне стало тяжело дышать. Но я не чего не сказала, потому что с замиранием сердца следила за диким животным. Он тяжело ступали на паркет, но при этом неслышно. Он со своей грацией хищника шёл рядом с людьми и лениво их обсматривал.

Тигр шёл мимо нас. Айран загородил меня одним плечом, готовый защитить. Тигр остановился, без интереса посмотрел на Айрана, и уже с большим любопытством на меня.

— Молодой человек, отойдите пожалуйста. — Попросил дрессировщик. Айран очень аккуратно отступил, но всё равно очень крепко меня прижимал к себе. Заир сел на паркет и как маленький котёнок посмотрел мне в глаза. Он неожиданно лёг на пол и уткнулся в мои ноги своим большим, влажным носом. — Поздравляю миледи! Вы понравились моему Заиру. Честно говоря, я думал, что ему не кто не понравится. Просто так обычно бывает. — Дрессировщик присел на корточки и взял Заира за уши. — Теперь погладьте его. — Я сомнением посмотрела на него, а он очень серьёзно: — Гладьте, гладьте. — Я посмотрела на Айрана. Он был бледный, но всё же кивнул в знак согласия.

Я медленно присела на корточки и начала тянуться рукой к пушистой морде Заира. Он лежал неподвижно и смотрел на меня своими большими глазами. Моя рука была всего в сантиметре от морды Заира, когда он сам уткнулся мне в руку. Я вздрогнула от неожиданности. Но потом уверенней погладила тигра между ушами. Он довольно заурчал. Я посмотрела на Айрана. Он стоял совсем бледный, но улыбающийся, а глаза выражали гордость за меня. Ты сводишь меня сума Айран!

— Милая девушка, — Обратился ко мне дрессировщик и я посмотрела на него. — Теперь погуляйте с Заиром. — Он протянул мне цепь. Я медленно, но уверенно взяла её и встала. Заир без замедлений встал и пошёл впереди меня. Заир прижался к моей ноге поставляя морду для того, что бы его погладили. Все начали хлопать и восхищённо кричать. Айран хлопал легко, но зато у него была такая улыбка, что я готова растаять.

Я осмотрела всех присутствующих и мой взгляд остановился на том странном парне с которым я танцевала. Он стоял в глубине толпы и улыбался…. Как-то странно улыбался. Он не теряя этой противной улыбки попятился, и исчез в темноте.

Заир сильнее упёрся мне в руку и я постаралась забыть этого странного парня.

— Заир, — Обиженно начал дрессировщик. — Ты мне вздумал изменять? — Зал начал громко смеяться. — Не ожидал от тебя такого брат. Хотя твой выбор мне нравится. — Я смущённо улыбнулась и посмотрела на Айрана, который направил убийственный взгляд на дрессировщика. Я ещё раз погладила Заира и отдала цепь хозяину. — Спасибо вам дамы и господа за внимания. Хоть нам и невозможно не уделять внимание, но всё ровно спасибо!

— Ещё немного и я бы его убил. — Пригрозил Айран.

— Или сам умер. — Заметила я. — Ты был бледен как мертвец.

— Факт в том, что ещё немного, и кто-нибудь из нас пострадал. Причём серьёзно. — Он говорил серьёзно, железно. Ещё немного, и жизнь бы этому дрессировщику сладкой не показалась.

— Спасибо, что не стал держать. — Очень искренне поблагодарила я. Айран посмотрел на меня и счастливо улыбнулся.

На середину зала вышли мужчины с факелами, и все устремили взгляд на них.

— Добрый вечер! — Сказал один из мужчин с факелом. — Мы «Властелины огня». Так нас называют. И скоро вы убедитесь в правильности этих слов. И так, мы начинаем!

Он подбросил факела и их на лету схватил другой мужчина. Они танцевали под очень быструю музыку. Один подкидывал, другой ловил. Они крутили факелы, как им вздумается. В некоторых моментах я задерживала дыхания. Двое из них каким-то образом извергнул пламя друг на друга и из него очень величественно вышел ведущий.

— Ну что? — Начал он. — Вам понравилась?

— Да! — Сказал весь зал и я в том числе.

— Есть среди вас кто-нибудь, кто сможет повторить подобное?

— Теперь моя очередь тебя удивлять. — Хитро прошептал Айран мне на ушко и поднял руку! Все устремили взгляд на него. Я сама испуганно смотрю на него.

— Айран, не надо… — Из-за испуга я сказала это тихо. Он ехидно улыбнулся, отдал мне свой пиджак.

— Здравствуйте молодой человек! — Поприветствовал мужчина Айрана. Он дал ему два факела. — Держите. — Айран кинул их на метр над собой, они прокрутились и чуть не обожгли руки Айрана, но он поймал факелы за ручки. — Начнём… — Мужчина был шокирован. Айран смотрел на меня и хитро улыбался. Я мотала головой, мол не надо. Но Айран не думал отступать.

Айран начал жонглировать факелами. Он подкинул над головой один факел, пока второй крутился у него в руке. Он перекинул один факел через ногу, второй кинул над головой и поймал за спиной. Он жонглировал тремя факелами с закрытыми глазами! Я вскрикнула и тут же закрыла рот руками. Айран открыл глаза и подмигнул мне! Гад! Он хотел так мне отомстить? Ладно, у него получилось. Ну пускай он уже закончит! Но Айран кинул куда-то третий факел и подкинув оставшиеся факелы высоко в потолок, сделал сальто, присел на одно колено, отпустил голову, и несмотря на них, поймал факелы.

В зале царила тишина. Айран спокойно встал с колена, отряхнулся, отдал факелы и с грацией хищника, направился ко мне.

— Мне плохо. — Честно призналась я.

— Конечно. — Довольно сказал Айран. — И я чувствовал себя так же. Хотя нет… хуже. — Я посмотрела на его довольную улыбку. Он был уверен в своём успехе, но я такой уверенности не чувствовала. Я вообще не чего не чувствовала. Айран знал что делает, а я нет. Ему действительно досталось больше.

— Прости. — Тихо извинилась я. Но в зале было так тихо, что это услышали даже на балконе. Айран победно улыбнулся и мы направились к выходу.

Он помог мне надеть моё пальто, потом надел своё и мы вышли на улицу. Седовласый мужчина на выходе поклонился нам и открыл двери. Холодный, осенний воздух ударил мне в голову и мне стало намного лучше. Я вздохнула полной грудью и закрыла глаза. Я чувствую, что хочу спать.

К воротам замка подъехала карета. Это была не карета Айрана, а какая-то другая. Айран открыл дверь, показывая, что на ней мы отправимся домой. Я не возражаю. Я быстро забралась в карету, Айран сказал кучеру адрес и забрался следом. Карета тронулась и у меня как-то сами по себе закрылись глаза.

Кто-то хлопнул дверью кареты и она поехала. Сильные руки Айрана бережно прижимали к себе. Меня несли стараясь не качать, стараясь не разбудить. Очень тихо он шёл по дому и очень медленно зашёл в комнату. Он положил меня на кровать лицом к лунному свету. Айран снял с меня маску и погладил по щеке.

— Что же ты делаешь со мной, Лили? — Шёпотом спросил у самого себя Айран. Он остановил пальцы у уголков моих губ, громко сглотнул и тяжело дыша ушёл.

“Это ты, что со мной делаешь?” с грустью подумала я и постаралась заснуть. Но одна мысль сменяла другую. Может он меня будет любить настолько, что простит мою волшебную сущность?… Потом, всё потом. Сейчас я больше всего хочу спать…

***

Я вижу очень солнечный мир. Светлые дома, замки, всё залито солнечным светом. Здесь ходят люди в странных нарядах. Какие-то люди с длинными ушами, высокие и большинство со светлыми волосами. Ещё здесь ходят маленькие люди. Примерно мне по колено. У некоторых бороды заплетённые в косичку, у некоторых просто борода. И здесь есть Ведьмы! Я очень сильно ощущаю их магическую сущность. Они спокойно ходят по улицам города, общаются, смеются, и они даже не пытаются скрыться! Они спокойно показывают свои магические способности друг другу, некоторые перемещаются в пространстве. Что эта за мир, где можно спокойно использовать магию и не скрываться?

Над домами пролетел Дракон! Маленький, по телосложению напоминает ящерицу, но высотой метра полтора, а в длину четыре (это с хвостом). Другой Дракон сел на дорогу, а мужчина убежал в лавку. И этот Дракон спокойно стоит у дороги и ждёт своего хозяина. Люди видят этого Дракона, и не как не реагируют на него!

Я как будто нахожусь на этой волшебной улице. Я начала оглядываться и увидела в конце города, величественный замок. Большой, белый, и с Драконами вокруг замка! Живыми! Большие и маленькие. Белые, чёрны, красные, всякие! Они спокойно гуляют с людьми рядом с замком.

Я в растерянности оглядываюсь. Не могу понять где я, и что со мной происходит.

Я моргнула и увидела окно своей комнаты. Этот волшебный мир…. Откуда он взялся в моей голове? Это точно не сон. Я же увидела его не просто так. А вдруг это чудо действительно существует, где-то за пределами известных мне территорий?!

Я воодушевлённая такой мыслью, переоделась, расчесалась, умылась и пошла искать Айрана.

Если я найду этот мир, то я буду самой счастливой! Но как его найти? И почему он вообще мне приснился? Точнее как он мне приснился? Это простое видение или кто-то прислал мне его? Надо узнать, но как? Столько вопросов, и не одного ответа!

Айран сидел в гостиной на диване.

— С добрым утром. — Сказал он с самой счастливой улыбкой.

— Доброе. — От такой улыбки я могу растаять. И скоро наверное растаю.

— Пойдём завтракать. — Айран взял меня за руку и повёл на кухню. — А точнее обед.

— А сколько время?

— Двенадцать часов утра.

— Ого! А во сколько мы вернулись?

— Я не знаю именно время, но что поздно — это точно. — Весело ответил Айран.

— Я заснула вчера в карете? — Просто интересно, что он ответит.

— Да. — Айран не переставал весело улыбаться.

Суп с капустой, белый хлеб, сок. Вот он мой завтрак, а точнее обед.

— Ты меня вчера очень сильно напугала. — Айран принялся за обед.

— Когда я с тигром гуляла?

— Именно.

Я вспомнила того странного мужчину в глазах которого горел огонь. Может это он мне внушил видение? Он странно себя вёл, а его огонь в глазах… Кто он такой?

— Ты очень понравилась Измиру Левковичу. — С гордостью сказал Айран.

— Он мне тоже понравился. — Радостно ответила я. — А кто та дама, что была с ним?

— Это его жена.

— А почему она молчала?

— Она не общительная. Она очень мало говорит.

— Бывает. — Заметила я. — Ты меня тоже очень напугал. — Айран злобно улыбнулся. — Не улыбайся так! Ты действительно меня очень сильно напугал.

— Когда ты начала гладить тигра, я был против. Но ты была уверенна в себе, поэтому я не стал запрещать. А вот ты не верила, что у меня получится. — Обиженно сказал Айран.

— Ну прости. — Состроив глазки, извинилась я. Айран посмотрел на меня и тихо засмеялся.

— Ты мне сейчас напомнила ту маленькую девочку.

— Аааа. Ту что просила покачать её.

— Да! Такая маленькая, миленькая. А как глазки строит, так ей невозможно отказать.

— Она умеет уговаривать.

— С этим не поспоришь.

Мы ели и просто улыбались. Не о чём не говорили, просто переглядывались и улыбались. И вот от него мне надо будет убежать? От одной его улыбки, я таю. Готова утонуть в его добрых, синих глазах. Ну что ж ты за человек та такой?! Гад!

Я мыла посуду, а Айран вытирал её и составлял по полочкам. Делали всё в абсолютной тишине. Меня это молчание совершенно не угнетает. Мне это даже нравится.

В дверь кто-то постучался. По выражению лица Айрана, понятно, что он ни кого не ждал.

— Я пойду открою. — Айран положил последнюю тарелку на тумбу и ушёл. Поставив тарелку на место, я потихоньку пошла к двери.

— Вы точно её убили? — Это Айран.

— Мы сожгли её тело, — Это был его собеседник, — прах разделили на несколько частей и развеяли на святой земле. Мы сделали всё по протоколу, и даже больше. — О каком протоколе идёт речь? Неужели об уничтожение Ведьмы?

— Где вы её обнаружили? — Задумчиво спросил Айран.

— Она совершала обряд в лесу.

— Что за обряд?

— Она делала чью-то куклу Вуду.

Мою что ли?! Надеюсь это та Чёрная, что на меня охотилась.

— Куклу вы сожгли? — Айран был чем-то огорчён.

— Разумеется.

— Что ж… Спасибо Рек.

— Та особо, на которую Ведьма охотилась, это та молодая девушка, что живёт с тобой?

— Тебе какое до этого дела? — В голосе Айрана послышалась сталь. Если бы меня так спросили, я бы замолчала.

— Она мешает тебе. — Мужчина был уверен в своей правоте. — Ты перестал охотиться. Ты должен оставить её! — Это был приказ.

— Нет! — Рявкнул Айран и собеседник замолчал. — Я её не куда не отпущу. И она не должна узнать, что с Ведьмой покончено. Ты понял?

— Да Айран. — Глухо прорычал собеседник. Он громко захлопнул за собой дверь.

Я тихо пробежала в гостиную и села на диван. Раз Чёрную убили, значит надо бежать. Если Айран меня не отпустит, значит усыплю его и сбегу. Айран пришёл через минуту.

— Кто это был? — Невинно интересуюсь.

— С работы. — Нагло врёт. — Чем займёмся?

Я подумала, чем можно заняться. Расспрашивать его на интересующие меня темы, бесполезно.

— Я вчера хотела сходить в библиотеку, но не дошла. — Я вспомнила тех пауков и вздрогнула. — Пошли?

— Лили, — Задумчиво сказал Айран. — Ты что-то видела вчера? Ты из-за этого оказалась в лесу?

— Да…. — Всё ровно он уже всё понял. — Что-то известно про Ведьму?

— Нет. — Айран врёт очень правдоподобно. — Просто догадался. Что ты видела?

— А может, не будем об этом?

— Почему?

— Не приятные ощущения.

— Как хочешь.

— Взглянув на онемевшего от возмущения алхимика, Сигмон, бывший курьер вентского полка, чудовище, герой и просто человек, сделал то, что уже давно не делал. Он улыбнулся — широко и открыто, как человек, у которого больше нет бед и забот. И засмеялся. — Это я дочитала Айрану свою любимую книгу. Айран сидел рядом со мной, положив голову на руки и с интересом слушая. Он улыбнулся и поднял голову с рук. Мы сидим в библиотеки уже давно. Не знаю сколько, но я уже прочитала одну книгу.

— Прочитай ещё что-нибудь. — Попросил Айран.

— А давай ты, прочитаешь для меня, свою любимую книгу.

— Ну ладно. — Айран встал из-за стола и пошёл к полкам. — Вот она!

Айран положил на стол запылившуюся от времени книгу “Охотник на Ведьм”. Я читала эту книгу. В ней рассказывается, как беспощадный охотник охотился на Белую Ведьму, и влюбился в неё. Но друзья охотника, не желали что бы он был с Ведьмой, и убили Ведьму. Я плакала, когда читала эту книгу. Вообще-то, эта книга запрещена. В правительстве считали, что автор зря выдумал Белую Ведьму. Они считали, что эта книга несёт вред народу. Но всё-таки книга каким-то макарам вышла в люди. Автор этой книги пропал, о нём ни кто, ни чего, не слышал больше. Книге этой уже лет двадцать. Но она как будто новая.

Если это любимая книга Айрана, то почему он считает, что все Ведьмы зло?

— Он перестал охотится на Ведьм и стал обычным лесничим. Он построил дом рядом с могилой своей любимой, и хранил верность ей до конца своих дней. — Айран медленно закрыл книгу. Я сижу на стуле с красными от слёз глазами и носом. Айран посмотрел на меня, нежно улыбнулся и сел рядом на колени. — Лили, ну ты чего? Это же книга…. Она была у него в сердце. Лили. Ну хватит плакать.

Я шмыгнула носом и вытерла рукой слезу.

— Айран. Вот ты прочитал книгу о Белой Ведьме. И эта книга твоя любимая. Так почему ты считаешь, что все Ведьмы зло?

Айран стал хмурым, даже жестоким.

— Я видел сотни трупов молодых девушек, детей, все они были убиты Ведьмами. Всё это, они делали ради вечной молодости. Я предотвращал сотни ритуалов. Куклы Вуду, галлюцинации, кровь. Одна из них угрожает тебе. И после всего, что я видел, ты хочешь, что бы я поверил в существование Белой Ведьмы?

— Да. — Совершенно беззаботно ответила я.

— А почему ты веришь?

— Я просто верю.

— Ты просто не видела того, что видел я.

— Тогда почему эта книга твоя любимая, если в ней половина вымысел?

Айран задумался, потом отвёл глаза и не отвечая пошёл к выходу.

— Ты будешь ужинать? — Грустно спросил Айран, остановившись у двери.

— Аппетит пропал. — Утирая свой нос, ответила я. — Я чаю с мелиссой попью.

— Сделаешь мне? — Наглый какой.

— С удовольствием. — Ехидно сказала я. — Жди в гостиной. — Приготовить ему чай — это отличная возможность его усыпить.

Злой Айран вышел из библиотеки. После этого разговора даже сбежать не жалко. Прям так и тянет уже побыстрее смыться от этого охотника.

Я выключила настольную лампу и в полной темноте добралась до двери.

Спасибо дедушке Мирону за заботу. В корзинке я нашла усыпительное. Оно лежала на дне в маленькой баночке.

Спустив Айрану в чай почти полбанки, потом спешно вылавливала его ложкой. Травы не будет, но эффект останется. Себе я налила самый настоящий чай с мелиссой. Если я в таком злом настроение побегу отсюда, то погрома в доме, Айрану не избежать.

Этот охотник важно сидел на диване и смотрел на огонь. Поводила чаем перед его носом, дожидаясь, когда он его возьмёт. Айран громко вздохнул и забрал чай.

— Спасибо. — Айран опять о чём-то задумался. Вот ещё несколько слов из его уст, и мне перехочется сбегать! Нельзя терять этот настрой. Айран медленно сделал первый глоток. Теперь он точно уснёт. Я, будучи спокойная, за его скорый, крепкий сон, сделала глоток от чая.

— Это была любимая книга моей матери. — Глухо сказал Айран. Я посмотрела на него. — Она тоже верила в Белых Ведьм. — Вот это заявление!

— Она говорила тебе, что Белая Ведьма существует?

— Нет. Она не видела не одной. Но она хранила призрачную надежду, что есть доброе волшебство.

— А ты нет. — Пробурчала я.

— А я нет. — Не стал отрицать Айран. — Что-то я спать захотел. Пойду. — Он встал с дивана, поставил чашку с недопитым чаем на столик. — Спокойной ночи. — Айран вытирая лицо ушёл.

— Крепких снов. — После такого признания, мне уже не так хочется убежать. Он говорил так грустно. Ему трудно вспоминать о матери, на которую он похож всем, кроме одного — она верила в чудеса, а он утратил свою веру. И единственное во что он верит по-настоящему — это то, что зло повсюду. Зла действительно больше чем добра, но его можно победить. От него можно избавиться как от тараканов — отравой, или как от леса — вырубить.

Собрав все свои вещи, накинув на себя плащ, я пошла в комнату Айрана. Он мирно спал, ни что не может потревожить его крепкий сон. Я села на край кровати и всмотрелось в красивое лицо Айрана. Я понимаю, что готова смотреть и смотреть на него.

Резко встав с кровати, я чуть ли не выбежала из комнаты. Не оглядываясь, я использовала магию, что бы переместится к дедушке Мирону. Я не люблю Айрана! Нет! Он не для меня, я не для него! Всё!

Я плача стучусь к дедушке Мирону в дверь. Слёзы ручьями текут по щекам не переставая. В глазах расплывчатая картинка двери, лавки дедушки Мирона. В окне видно, как маленький огонёк спускается по лестнице. В небе полная луна, но на улице всё ровно темно. Дедушка Мирон открыл дверь и ошарашенно смотрит на меня, но уже через секунду забирает у меня сумку и вталкивает в дом.

— Лили, что ты здесь делаешь в такое позднее время? Ты сбежала от военного?

— Дедушка Мирон, — Дедушка перестал копаться с вещами и посмотрел на меня. — Мы уезжаем к мои родным.

— Как же…

— Вы едите со мной, и это не обсуждается. Вы правы, я сбежала от военного. И скорее всего он будет меня искать. А дома меня смогут скрыть. Я должна исчезнуть. Он знает, что вы для меня дороги, поэтому он может что-то с вами сделать. — Дедушки Мирон хотел что-то сказать, но я не дала. — Едите со мной.

— Ну, хорошо. — Смирился он. — Пойду собираться. Напиши письмо родным, что бы наш приезд не был для них неожиданностью.

— Хорошо.

Я написала письмо моим родным, в котором говорилось, что скоро мы с дедушкой Мироном будем у них. Ворон дедушки Мирона Маар, нехотя полетел к моим родным.

На часах двенадцать часов ночи. Да… Сильно удивятся нашему приезду в такую рань.

Дедушка Мирон спустился с лестницы с небольшой сумкой.

Даже в такое позднее время, всегда можно найти карету, кучер которой, за деньги увезёт куда угодно. Такую мы нашли через пять минут. Не очень вежливый кучер выслушал куда надо ехать, как-то странно и тихо ругаясь, открыл нам дверь в карету и помог закинуть вещи.

Впереди три часа пути. Маар уже наверное на середине пути. Была бы я опытней, я смогла бы нас переместить куда угодно, за доли секунды. Но я могу перенестись только одна. Кого-то перенести у меня не получится.

— Ты поспи Лили. — Заботливо сказал дедушка Мирон. — Немного, но поспи.

— Хорошо. — Я закрыла глаза и провалилась в сон.

***

Меня трясут за руку и приговаривают:

— Лили, проснись. Мы дома.

Я открываю глаза и вижу перед собой дедушку Мирона. Он мне нежно улыбается и бережно гладит по руке.

— Мы приехали. — Вновь повторил он.

— Хорошо. — Я вылезла из кареты.

Мы стояли рядом с калиткой моего родного дома. Позади всё такой же большой, величавый лес, усыпанный жёлтой, оранжевой, красной листвой. Наш дворик так же усыпан опавшей листвой, которую принесло с леса.

Дедушка Мирон подошёл ко мне и положил руку на плечо.

— Соскучилась?

— Очень. — Не стала скрывать я.

— Тогда пошли.

Лошади тихо забили копытами по земляной дороге и отправились обратно в город. Я забрала у дедушки Мирона свою сумку, и мы направились в дом.

Мы только подошли к калитки, как из дома выбежало вся моя семья и бросились к нам.

— Дорогие вы наши! — Это мама.

— Золотые! — Это бабушка.

— Чё так рано приехали?! — Это папа.

— О, Мирон! Сколько лет, сколько зим? — Это дедушка.

Зашибись! Кто-нибудь спросит что случилось? Я что, зря волновалась за вашу реакцию?

Все принялись меня обнимать, кроме дедушки. Он жал руку и о чём-то говорил с дедушкой Мироном.

— Ну, пойдёмте домой дорогие. — Бабушка взяла меня за руку и мы пошли в дом. Папа забрал у нас сумки и шёл сзади.

— Так, — Папа поставил все сумки на пол. — Сейчас всем спать. Завтра… то есть сегодня, разберёмся со всем. Все согласны?

— Да! — Хором ответило всё семейство.

— Вот и ладушки. — Обрадовался папа и сладко позевал. Все остальные тоже позевали. — Лили, ты в свою комнату. Дедушка Мирон, вас проводит папа.

Я взяла мою сумку и с мамой пошла в свою комнату.

Я уехала из этого дома, три года назад. Здесь не чего не изменилось. Ну моя комната, прихожая, коридор на втором этаже и лестница — точно не изменились.

— Лили, — Мама закрыла за нами дверь. — Что-то случилось? — Ну наконец-то! Хоть кто-то! — Расскажи мне. Я же заснуть не смогу. — Любопытство родилось вперёд мамы, так что да — она не уснёт. Но говорить ей правду, я не хочу. Не сейчас. Ну что я ей скажу? Мама, я сбежала от военного?! Да легче выкопать самой себе яму, и всё! Потому что она меня убьёт своими упрёками, что это опасно.

— Я…. Давай я тебе завтра расскажу? — Мама не одобрительно на меня посмотрела.

— Что-то случилось. — Вынесла свой вердикт мамочка. И вить она права. Я не буду спорить, Айран- это действительно проблема. А для меня, так тем более! — Лили, ты плачешь.

Я дрожащими руками, вытерла действительно, мокрые глаза. С грустью посмотрела на неё. Моя мамочка раскинула руки для объятий. Совсем как Айран! Я заплакала сильнее, но кинулась в мамины любящие объятия.

— Ты ж моя маленькая. Любимая. — Мама гладила меня по голове. Айран делал так же! У Айрана рука потяжелей будет, но гладил он меня так же — любя! Каждое мамино действие напоминает мне об этом охотнике! У которого может глаза и добрые, но в сердце мало места для добра! — Бедненькая. — Ну всё! После этих слов, я заплакала ещё сильнее. Ну за что?! Я только перестала его вспоминать, а тут такое! — Ложись спать. А то тебе лучше такими темпами не станет.

— Хорошо. — Я шмыгнула носом и легла на кровать поверх одеяла.

— Спи сладким сном моя хорошая. — Мама погладила меня по руке и тихо вышла из комнаты.

Я смотрю на окно, и вспоминаю всё! Как он ухаживал за моей больной ногой. Как я пролила на него горячий чай. Его тяжёлое дыхание, когда он ко мне прикасался. Как у меня дрожали руки и темнело в глазах, от его лёгких прикосновений…. Зачем?! Почему?

Слёзы текут и текут, текут и текут. Я не могу остановится. Вспоминаю наш танец. Как он ласково смотрел на меня. Я вспомнила того странного мужчину и истерика прекратилась. Вспомнила мир, что мне приснился. На душе стало тяжелее, но я уже не плачу.

Лежала, вспоминала сон. Мечтала о будущем. Случайно вспомнила Айрана. Вспомнила, как он мне читал книгу, как успокаивал — совсем как маленькую! Опять заплакала. Я уже не хочу плакать, но слёзы льются и льются, льются и льются. Сотрите мне память! Я уткнулась в подушку, что бы было не слышно как я плачу.

Уже сил нет плакать. Слёзы сами текут, подушка мокрая, я смотрю в окно.

Наконец я наплакалась. Мне стало легче. Я закрыла глаза и провалилась в глубокий сон.

***

Мы пьём чай всей семьёй. Я, папа, мама, бабушка, дедушка, и дедушка Мирон. Ни кто не задавал вопрос, я не чего не рассказывала. Просто сидели и пили чай в тишине.

Папа поставил кружку с остатками чая на стол и сурово посмотрел на меня.

— Я выспавшийся, я сытый, а значит я добрый. Теперь — рассказывайте.

Мы с дедушкой Мироном переглянулись.

— Один военный, — Папа с дедушкой выпрямились, а мама с бабушкой побелели. — Защитил меня от Чёрной. — Я говорила с трудом. — Он спас мне жизнь…. Я узнала, что он охотник, и знает, про волшебную сущность Зарины. Сообщила об этом Зарине. Она с девчонками уехала. Айран ухаживал за мной, и защищал. — Я не смотрю на родных. Боюсь наткнуться на их злые и испуганные глаза. — Ту Чёрную убили. И я сбежала от Айрана…

На душе так тяжело, так плохо…. Спазмом сдавило горло. Ели сдерживаю слёзы, но глаза всё ровно мокрые.

— Значит венный, ещё и охотник… — задумчиво сказал дедушка. Я посмотрела на него, он смотрел на папу. — Пришло время.

Чего? Какое время?

— Да. — Отец рассматривал узоры на столе. — Пришло.

Все посмотрели на меня.

— Время? — В недоумении спросила я.

— Когда ты родилась, — Это бабушка. — У меня было видение. Мутное, в нём мало что понятно, но что тебе будет угрожать опасность — это я поняла.

Удивлённо смотрю на бабушку.

— А ппп… — из-за удивление не могу нормально говорить. — А почему вы мне раньше не сказали?

— Не хотели, что бы ты волновалась. — Мама взяла меня за руку.

— А почему не начали готовить заранее?

— Ведьму не положено обучать военному делу, только магии. — Это бабушка.

— А почему нельзя?

— Просто не положено. Такой у нас кодекс. — Бабушка с тихим ужасом в глазах посмотрела на меня. — Но то, что я видела.… Без меча и лука, тебе не обойтись. Мы до последнего надеялись, что это ведение ошибочное. Поэтому мы тебя не обучали военному делу. В магии, ты к сожалению не сильна, но ты отличная Травница. Дедушка и я, обучали тебя как могли. Старались не нагружать. Но всё в магии, на что ты способна — ты уже умеешь.

— Будем освежать память. — Сурово сказал отец. Он всё так же задумчиво смотрел на стол. — Я научу тебя военному делу. Папа и дедушка Мирон — разберутся с травами. А мама и бабушка, — Папа весело подмигнул им. — Следят что бы все были сыты.

Мне придётся не легко…. Справлюсь со всему трудностями, всем опасностям на зло!

— Бабушка, — Я посмотрела на неё. — А что именно ты видела?

Лицо бабушки посерело.

— Я не могу объяснить. Это больше были ощущения, чем картина твоего будущего. — Мне похоже будет очень горько, потому что бабушка смотрела на меня чуть ли не со слезами в глазах.

— Хватит болтать. — Папа встал из-за стола и посмотрел на меня. — Ну что дочь?

— Что? — Я тоже встала.

— Сейчас переоденешься в нормальную одежду и идёшь во внутренний дворик. Я буду там ждать тебя.

Я кивнула и быстрым шагом пошла в комнату.

Папа стоял с двумя мечами в руках и двумя луками на плече.

— Готова? — Уверенно спросил папа.

— Не очень. — Я тоже уверенна в своих словах… к сожалению….

— С чего начнём? — Папа снял с плеч лук.

— В смысле? — Не поняла я.

— С лука или меча?

Постояла, подумала.

— С меча. — Я подошла и забрала у отца большой, тяжёлый, с большой рукояткой — меч. Ни когда не думала, что буду держать в руках оружие. А вот как жизнь со мной поступила. Ну ладно. Прорвёмся!

Мы тренируемся уже три часа. Руки болят, чуть ли не отваливаются, а тренировка всё идёт. Я научилась правильно и крепко держать меч. Просто он у меня пару раз из рук вылетал. Хорошая у папы реакция, уклонился. Научилась держать меч одной рукой, что очень важно. Могу теперь нанести смертельный удар противнику. Раньше я только себя бы убила, но теперь я умею держать меч и смогу размахнуться как следует.

— Молодец дочь! — Папа положил свою руку на моё правое плечо. Я согнулась от боли. — Пройдёт. Ещё четыре таких тренировки, и боль пройдёт. Научишься уклоняться, делать выпады, наносить ПРАВИЛЬНЫЕ удары.

Я посмотрела на него. Он мне улыбался очень заботливо, нежно. Хотя всего десять минут назад, он кричал на меня из-за того, что я слабо держу меч. Серьёзно мой папа относится к военному делу.

— Теперь начнётся умственная тренировка. — Торжествующе заявил отец. Я закатила глаза и завыла. — Справишься. Ты моя дочь. Ты сильная. Справишься…. — У меня появилась уверенность в следующем дне, да и вообще в будущем.

— Спасибо. — Тихо поблагодарила я отца и прижалась к его груди. Он начал гладить меня по голове. Совсем как… Айран… Я не буду плакать. Теперь уже точно….

Бабушка ждала нас в своей комнате для опытов. Папа зашёл, посмотрел, вышел. Он в нашу магию не лезет.

Мы с бабушкой повторяли как залечивать раны, исцелять, убирать сглаз, привороты, порчу и снимать отпечаток.

Сидим всей семьёй, и обедаем. Папа смеётся над моими начинаниями в военном деле — все смеются. Бабушка рассказывает какая я молодец — все нахваливают. Причём активно нахваливают! Не по себе как-то.

Я с дедушками скрещивала травы, повторяла их особенности, названия.

Мне уже не так нравится запах трав. В этой комнате его в избытке! Мне бы сейчас глоток свежего воздуха. Хотя сойдёт любой, но только не с травами вперемешку! Да…. Довили дедули…

***

Через несколько дней, мама с бабушкой зачем-то собрались уезжать в соседнюю деревню. Мне не рассказывали о своих планах, да я особо и не интересовалась. Мужчинам они что-то сказали, а мне только куда едут, и то что бы я не беспокоилась. Пообещали что будут осторожны и уехали.

— Отлично. — Сказал папа смотря уезжающей карете в след. — Теперь перейдём на практику.

Я посмотрела на него.

— Это как?

— Пойдём в горы.

Ой ёоооой! Смотрю на карету и хочу что бы она вернулась.

— Да ты не бойся! — Взбодрил меня дедушка Мирон. — Пару дней, пару ночей в наших горах, особого вреда не нанесут.

— Вы точно про наши горы говорите? — Просто в наших горах водятся волки, медведи и подобные животные, и как с такими зверями может быть безопасно?!

— Мы с тобой внученька. — Дедушка положил руку на моё плечо. — Махать мечём ты умеешь, стрелять из лука тоже. Пусть всё это ты умеешь не очень хорошо, но умеешь же! В горах и потренируешься на зверях. Ты ещё раз вспомнишь все травы, вспомнишь в каких местах их искать… После этого похода, будешь у нас непобедимой!

Папа мне весело подмигнул, и я ещё раз посмотрела туда, куда уехала карета.

— Выходим через час. — Серьёзно заявил папа и все пошли к дому.

Я вот понять не могу: Бабушка предвидела, что меня ждёт испытание, сложное испытание, тогда почему все делают вид, что всё это пустяки?! Я хожу и постоянно думаю что со мной будет, как скоро, и замешан ли в этом Айран. А они будто забыли об видение.

Ну хорошо. Пускай. Мне так даже легче жить. Хоть кому-то здесь хорошо.

Дедушка Мирон несёт палатку, дедушка — еду, папа — оружие, а я помогаю дедушке с травами, несу одеяла и немного своих вещей. Отошли от дома уже километра на три. Пробрались через лес и забрались на гору за ней. Отсюда отлично видно нашу маленькую деревню и дом. Наш стоит отдельно от всех домов. Через речку, мостик, маленькую полянку. Не я одна в нашей семье люблю уединение и тишину. Хотя с нашей семьёй сложно добиться тишины, но даже не смотря на это, есть люди которые любят тишину.

Мы шли через леса и горы почти полдня. Останавливались редко. Что бы поесть или дедушки показывали мне травы.

— Вот это Лили — Обманщик. — Дедушка показывал мне цветок на длинной, зелённой ножке, с двумя пушистыми листиками и переливающимися лепестками. Цветочные лепестки то фиолетовые, то зелённые, в зависимости от того под каким углом на него смотреть.

— Его так назвали из-за его окраски? Он переливается.

— Не только, но и это тоже. — Дедушка Мирон подал дедушке коробочку.

— Этот цветок очень редкий. Я в своей жизни его видел всего раз десять. Примерно. — Дедушка бережно положил цветок в коробочку. — Если съесть или запарить этот цветок, то ты можешь говорить всякую охилею, но тебе всё ровно будут верить.

— А ты использовал этот цветок, по его назначению?

Дедушка посмотрел на меня и улыбнулся.

— Было дело. — Задумчиво сказал дедушка. — Я когда учился в школе, обманул с помощью этого цветка директора. — Дедушка ещё раз улыбнулся и встал с колен.

Солнце уже близилось к закату, поэтому мы поспешили выйти из леса на берег реки. Папа в молодости там ночевал с военным отрядом. У них он и научился воевать. Папа был простым деревенским мальчишкой. Он пошёл в лес за простыми травами для чая и зашёл слишком далеко. Потерялся. Его случайно засекли военные. Приютили, накормили, научили пару приёмчикам. А папа настолько воодушевился их храбростью и силой, что решил пойти на военную службу. Отслужил в армии, но так и не пригодился на войне.

Оранжевое солнце красиво переливается в тихо журчащей реке. Оно заходит за могучие горы, перед горами лес, а перед лесом речка и мы.

Мы разложили палатку, разложили все нужные вещи на берегу. Я и папа взяли мечи и приготовились к тренировке на берегу реки.

— Мы поёдём с Мироном в лес. Немного погуляем. — Предупредил дедушка.

— Вы ещё не нагулялись? — Удивился папа.

— Ещё лучше поищем травы. — Сказал дедушка Мирон и он с дедушкой скрылся в лесу.

Мы с папой улыбнулись друг другу и встали в боевую стойку.

— Ты помнишь, как уворачиваться? — Спросил меня папа.

— Не когда не забуду. — Вспоминая наши усиленные тренировки, ответила я.

— Замечательно! — Папа неожиданно махнул мечом и что бы не попасть под него, я сделала кувырок в папину сторону и встав на корточки, ударила локтём по его животу. — Молодец. — Через силу похвалил папа.

— Спасибо. — Я убрала с лица локон волос.

— Сейчас будем драться. По-настоящему. Только без смертей. Не большие царапины ты же сможешь залечить?

— Да. Я готова.

— Отлично.

Папа напал первым, направив меч мне на горло. Я уклонилась вправо и попыталась достать мечом до папиного колена. Он отпрыгнул назад. Я сделала кувырок в его сторону и сделала ещё одну попытку, но папа подпрыгнул и в прыжке нацелили меч на мою голову. Я сделала несколько кувырков и оказалась в двух метрах от отца.

— Неплохо Лили. Но ты можешь ещё лучше. Сейчас, помимо меча используй ещё и нож. Один замах мечом — враг отвлекается. На нож он будет не рассчитывать. Исключение — опытный воин. Ты меня поняла? — Согласна кивнула. Сделала кувырок и выпад вперёд. Папа отпрыгнул и меч не успел его достать. — Нож Лили! Нож!

Я сделала прыжок в сторону папы и замахнулась на него мечом, пока отец следил за мечом, я ранила его ногу ножом.

— Отлично! — Папа ранил мне руку своим ножом и отпрыгнул на два метра от меня. — Не расслабляйся!

— Хорошо. — Я побежала на отца. Он попытался распороть мне живот мечом, но я наклонилась и на коленях проехала по камням до папы. С размаху ударила мечом по папиным ногам и встала на ноги, что бы подставить нож к папиному горлу. Нож сделал маленькую царапину на папином горле и я остановилась. Мы оба остановились. Папа поднял руки вверх и поднял голову, что бы я больше не затрагивала горло ножом.

— Сдаюсь! — Тихо сказал папа и я убрал нож от его горло, отступила на шаг назад. Папа потрогал горло, потом посмотрел на кровь что на его пальцах. С уважением и гордостью посмотрел на меня. — Отлично! Браво! Лили, ты молодец! Или у меня давно не было практики, что ты меня так быстро “убила”. Или у тебя талант в военном деле. Ставлю на талант…. Да-а-а-а. Если бы меня увидел мой командир, он бы мне таких люлей вставил… мало не покажется.

— Спасибо. — Я довольно собой улыбнулась. — Давай я залечу. — Я подошла к отцу и села на корточки перед его раненной ногой. Зелёные лучи из моих пальцев, впитывались в папину рану. Она стала затягиваться и через несколько секунд, осталась только кровь.

— Здорово. — Обрадовался папа разглядывая свою, уже, здоровую ногу. — Горло лечить не надо. Само пройдёт.

— Ну хорошо. — Я начала залечивать свою порезанную руку.

— Можно попробовать бой с луком. Ты будешь работать и мечом, и ножом, и луком одновременно. Попробуем?

— Я ещё не очень хорошо стреляю из лука. Только зря стрелы потратим. Вот когда научусь, тогда и попробуем. — Весело ответила я. Папа довольно улыбнулся.

— Ну что молодёжь?! — Дедушка и дедушка Мирон подошли к палатке. — Как практика?

— Замечательно! — Радостно ответил папа и мы все улыбнулись. — Ну раз вы здесь, мы с Лили пойдём на охоту.

— Идите. — Дедушка уселся на берегу реки, а дедушка Мирон полез в палатку.

Мы с отцом взяли луки и отправились в лес.

— Вот сейчас потренируемся и стрелять, и охотиться. — Сказал папа присматриваясь к чему-то в дали. — Видишь, тетерев сидит? — Папа указал пальцем на птицу.

— Да, вижу. — Она была в метрах десяти от нас.

— Пусти в неё стрелу. — Жёстко сказал отец. Я посмотрела на него, желая увидеть на его лице хоть намёк, на то, что это была шутка. Но у него было каменное лицо.

— Ты серьёзно? — Спросила я.

— Абсолютно. — Папа был совершенно серьёзен. Мне не пришлось усомниться в его серьёзности.

— Ну ладно. — Я натянула лук и прицелилась в птицу. Она сидит не чего не подозревая, даже не смотря на нас. Я задержала дыхание и без лишних слов, пустила стрелу. Стрела попала птице в горло и уже мёртвая птица, повисла на стреле.

— Хорошо, но долго. — Одобрительно сказал отец, и мы пошли к птице. С её лапок стекала алая кровь, оставляя на теле, тёмные полосы крови. Капля за каплей, и рядом с деревом образовалась тёмное пятно. У птицы были открыт клюв и глаза. Она будто была жива и смотрела на небо. Смотрится жутко.

Папа одной рукой взял птицу за окровавленное горло, а второй за стрелу. Он выдернул стрелу из дерева, а потом и из горла птицы. Кровь хлынула в два раз сильней и папин рукав кофты, пропитался кровью животного.

— Теперь будем охотится по очереди. — Папа протянул из продырявленного горла животного, тонкую леску и повесил её у себя за спиной. — Ты в порядке?

Жуткое зрелище. Крови я не боюсь, но животное, с затуманенными глазами, висел на папиной спине, как дешёвая игрушка.

— Я не хочу больше убивать. — Призналась я. — Она вить тоже жить хотела. Я указала глазами на маленький труп.

— Надо Лили. — Папа погладил меня по лицу чистой рукой. — У тебя пройдут угрызения совести. — Папа убрал руку. — Знаешь, я когда только пришёл в армию, тоже не хотел убивать…. Но когда командир, отправил мой отряд в лес. Без воды, без еды, с одним только оружием, нам пришлось смириться с неизбежным. И уже вечером, у каждого на щиту была птица, рыба, или кто-нибудь по крупней. Лучше сейчас Лили, что бы потом было легче.

Да, действительно. Мало ли что меня ждёт. Лучше сейчас.

— Хорошо. — Я взяла стрелу и приложила её к луку. — Лучше сейчас.

Папа заботливо улыбнулся.

— Я пойду на лево, а ты на право. Встретимся в лагере. Если начнёт темнеть — возвращайся в лагерь, даже если некого с собой нет. Поняла?

Согласна кивнула и мы пошли в разные стороны.

Скоро наступит кромешная темнота, а я так не на кого и не наткнулась. Ладно, пора возвращаться. Я повернулась и окаменела. Прямо передо мной, стоял огромный, белый, с синими глазами — волк. Это существо похоже на волка, но он мне по плечо! Таких волков не бывает. Хотя вот он, огромный, красивый, белый. Он мне Айрана напомнил, только у волка глаза более синие.

Волк не шевелясь, стоит и смотрит мне в глаза. Он будто читает мои мысли. Я стою и не шевелюсь. Мне не страшно. Но мной завладело, какое-то странное чувство. Не могу даже пискнуть. Не отрываю взгляда от синих глаз этого странного животного.

Волк неожиданно поднял голову вверх и завыл. Я пошатнулась, будто отошла от транса. Столько в его вое было боли, но больше таинственности. Волк опять посмотрел на меня и быстро убежал в не известном мне направлении. Я смотрела ему в след и пытаюсь прийти в себя.

Услышала как кто-то сзади подбегает. Быстро повернулась и направила натянутый лук на бежавшего.

— Лили, тихо, спокойно доченька. — Папа остановился в трёх метрах от меня. Я отпустила лук и пошла к папе. Он раскрыл руки для объятий и я в них упала. — Я слышал вой волка. Я жутко испугался и побежал на вой. Ты видела его?

— Да. — Тихо ответила я. — Пап, со мной всё в порядке. Он не подходил ко мне ближе чем на метр. — Что-то мне подсказывало, что не стоит говорить папе про то, какой был этот волк. Нутром чую, что не надо.

— Хорошо. — Тихо сказал папа и посмотрел мне в глаза. — Напугалась?

— Немного. — Я улыбнулась.

— Пойдём в лагерь.

— Пошли.

Солнце уже скрылось за горизонтом, и на её смену пришла Луна. Мы нашли лагерь по свету костра. Его было хорошо видно в темноте сквозь деревья. Я иногда смотрела на яркие звёзды и всю дорогу пыталась понять, что это был за волк. Но не каких идей не было.

Дедушки встретили нас неспокойно. Они похоже тоже слышали вой.

— Вы слышали волка? — Беспокойно спросил дедушка Мирон.

— Да. — Беззаботно ответил отец. — Поэтому и вернулись. — Папа подмигнул мне.

— Ну хорошо. — Выдохнул дедушка. — Поймали ужин?

— Да. — Довольно сказал папа и снял со спины три птицы. — Одна Лили, две мои.

— Какая из них Лили? — Спросил дедушка Мирон, разглядывая мёртвых птиц.

— Та, у которой дыра в горле. — Папа показал на неё пальцем. У одной из них была дыра в груди, у второй в голове, прямо в глазу.

— Не плохо. — Дедушка похлопал меня по плечу. — Все будут ужинать?

— Я пожалуй пойду спать. — Сказала я, снимая лук со спины. — Я так устала, даже есть не хочется.

— Ну хорошо. Иди, поспи. Тебе действительно надо. — Папа погладил меня по голове.

Я положила лук к остальному оружию, но нож я оставила в ножницы, она у меня на ноге. С ножом на ноге, я и легла спать.

Мне снится солнечный день. Я в лесу. Солнце пробивается через густую листву деревьев. В этом лесу ещё лето. Повсюду свежая, зелённая трава и цветы.

Я начала оглядываться и увидела того самого волка. Он сидел в метре от меня, и смотрел мне в глаза. Что-то озорное было у него в глазах. Они блестели и будто улыбались мне.

Волк бесшумно повернулся ко мне “спиной” и пошёл куда-то. Я смотрю на него и не двигаюсь. Волк остановился и посмотрел на меня. Он сделал движение головой, и мне показалось, что он зовёт меня идти за ним. Я ещё раз посмотрела по сторонам и пошла за ним.

Мы шли в тишине. Он не оглядывался, я как раз только и смотрела по сторонам. Листья на деревьях начали желтеть и опадать. Трава и цветы вянуть, и через несколько секунд вся земля была в опавших листьях. Лето сменилось осенью за пару секунд.

Я увидела, что какой-то мужчина и девушка стоят друг напротив друга и о чём-то говорят. Волк остановился и посмотрел на меня. Я в растерянности посмотрела на него и потихоньку начала подходить к мужчине. Это я и Айран! Айран спокоен, а я зла. Я держу в руках свой нож, но не собираюсь не чего делать. Мы просто стоим и разговариваем.

— Ты чудовище! — Я сказала это с ненавистью.

— Лили, не надо. — Айран говорил спокойно, но не уверенно.

— Что тебе от меня надо? — Тихо спрашиваю, дрожащим голосом.

— Лили, я хочу, что бы ты бросила нож и подошла ко мне. Худшее для меня будет, если ты себя поранишь.

Я (настоящая) перевожу взгляд с Айрана на себя, с себя на Айрана. Я посмотрела на волка. Он сидел неподвижно, как статуя, и смотрел на меня. Я вернулась к видению.

— Ах, худшее. — С ненавистью сказала я и воткнула нож себе в живот! Я (настоящая) вскрикнула от ужаса и потянулась к видению, но будто провалилась в пропасть и вскочила в палатке. Начала испуганно оглядываться и ощупывать свой живот. Отдышавшись я упала обратно на подушку. В палатке уже некого не было. На улице рассвет.

— Это был не сон. — С отчаянием сказала я самой себе. По моей щеке стекла одна одиночная слеза. — Я справлюсь. Этого не будет! — Я вышла из палатки и направилась к реке, что бы умыться.

— Доброе утро Лили. — Хором сказали мужчины.

— Ага. Доброе. — Задумчиво поприветствовала их. Папа поцеловал меня в лоб и пошёл в палатку.

Холодная, речная вода, вернула меня в чувства. Я посмотрела на восходящее солнце и полностью пришла в себя.

Меня накормили горячим супом с мясом. И судя по-всему, это то самое мясо, что я вчера убила. Вкусный суп.

Что же это был за сон? Или видение? И откуда этот волк?! Но всё было таким настоящим, реалистичным, до дрожи…. Да что до дрожи?! Мне реально страшно!

Сзади подошёл папа и сел рядом со мной.

— Ну что дочь? Хорошо спалось?

Немного помолчала.

— Не очень…. Кошмар снился.

— Сегодня у нас весь день расписан. — Задумчиво сказал папа, смотря на противоположный берег.

— На весь день?

— Да. Доедай и дедушки тебе обо всём расскажут. — Папа пошёл по берегу реки и через пару минут скрылся в лесу.

Доев суп, я подошла к дедушкам. Они сидели у палатке и что-то потихоньку делали.

— Папа сказал, что вы мне о чём-то расскажите.

Дедушки переглянулись и улыбнулись.

— Верно. — Это дедушка. — Мы приготовили для тебя, полосу препятствий. Сначала ты проплываешь через реку, — Ну ни фига себе заплыв! В холодной, утренней воде я проснусь полностью. — Весь путь смотри на дно. Ты должна найти ярко красный флаг. Возьмёшь его и переберёшься на тот берег. Там как можно быстрей ты должна найти и попасть в пять мишеней. Они расположены прямо на берегу. Смотри в оба. Как только попадёшь во все мишени, ты должна найти флаг. Какого цвета говорить не будем, ты должна сама его найти. Как только найдёшь его, берёшь, и плывёшь обратно к нам.

— Не плохой такой заплывчик. — Не скрывая удивления, сказала я.

— Экзамен, так сказать. — Сказал дедушка Мирон. Дедушки встали, и я тоже. Мы пошли к реке. — Ну что? Ты готова? — Дедушка Мирон откуда-то достал мой лук со стрелами и меч.

— Нет. — Честно ответила и повешала меч на пояс, а лук со стрелами на спину.

— Надо. Ну ты и сама это знаешь. — Это дедушка. — По сигналу начинай заплыв. На старт, внимание, марш!

Я прыгнула в воду и сразу замёрзла. Вода холодная, но если мыслить оптимистичней, то бодрящая. Плыву в размашку и не отрываю взгляда воды. Если верить дедушкам, то флаг хорошо выделяется на фоне дна.

Хорошо плаваю я ещё с детства. Папа учил меня плавать, лазить по деревьям и свистеть. Я отлично лажу по деревьям, так же как и плаваю. Свищу не так громко, но и не тихо. Папа свистит громко, у меня уши закладывает. Всё это мы делали в тайне от мамы с бабушкой, а то они бы нас ругали.

Вот он флаг! Он лежит под каким-то небольшим камнем. Наверное, что бы течение не унесло. Я щучкой нырнула ко дну и почти сразу же доплыла до него. Откатила камень с тряпки, и она поплыла к верху. Схватила её и выплыла на воздух. Дедушки что-то кричали, но из-за моего глубокого дыхания и не громкого, но всё же течения реки, я не услышала что они кричали.

При подплыву к берегу я отметила одну мишень на дереве, вторую на земле у дерева, третью среди камней. Осталось найти ещё две.

Только встала на ноги, не выходя из воды выстрелила в мишень на дереве, она просто ближе всех. Воды уже было по калено, когда я выстрелила во вторую мишень. Подметила четвёртую мишень в кустах, но выстрелил в третью. И только потом в четвёртую. Кружусь вокруг своей оси, ищу последнюю мишень. Нашла! В воде валяется. Рябь в воде из-за течения, мешает прицелится, но я всё же выстрелила и попала.

Краем глаза заметила зелёный флаг. Это точно не часть пейзажа, так что я как можно быстрее побежала к нему.

На подходе, не знаю как, но я услышала свист стрелы. Уклонилась от неё и заметила отца бегущего на меня. Пускаю в него стрелу, но он делает кувырок вправо. Я кидаю в него нож и попадаю в бедро. Папа привык к боли, поэтому я не буду бояться сделать ему больно, так же как и он не боится сделать больно мне. Он вытаскивает нож из ноги и кровь хлынула из раны, заметно пропитав его штанину.

Он вновь быстро бежит на меня. Достаю меч и делаю замах, но папа наклоняется, прокатывается на коленях под мечом и делает большой порез у меня на икре. Режущая боль пронеслась по всей ноге и я чуть не упала из-за резкой слабости в ногах, но всё равно устояла.

Всего на мгновение отвернулась к папе спиной, как он замахнулся на меня мечом и чуть не ранил. Но каким-то шестым чувством я почувствовала опасность и сделала прыжок вперёд. Развернулась к папе спиной и чуть не поймала стрелу лицом, но она пронеслась всего в сантиметре от меня. Сделала короткий забег, кувырок, прокатилась у папы под ногами, сделала папе надрез на колене, ударила второй рукой со всей силы по колену. Папа упал на больное. Пользуясь моментом, я быстро встала и представила к папиной спине меч. Папа поднял руки.

— Браво! — Он начал хлопать в ладоши и приподниматься. Я повесила меч на пояс. — Ты молодец дочь. — Он повернулся ко мне лицом и крепко обнял. — Я горжусь тобой. Теперь, — Он немного отстранился и посмотрел мне в лицо, — ты в безопасности. Сможешь за себя постоять. И сможешь дать сдачу каждому, кто тебя обидит. — Он весело улыбнулся и я улыбнусь в ответ. — Но одна оплошность была. Знаешь где?

Начала вспоминать весь мой заплыв.

— Долго искала мишени.

— Ещё.

Немного помолчала.

— Я…

— Бежала к флагу не смотря по сторонам. — Закончил за меня папа. Я действительно бежала сломя голову, не оглядываясь. Косяк за мной.

— Да…. Но я же не пропустила стрелу. — Вспомнила и возгордилась собой.

— Интересно как.

Я пожала плечами.

— Врага я убила, а вот флаг так и не забрала. — Вспомнила суть забега. Папа согласно улыбнулся и разжал руки, выпустив из крепких объятий. Я широко шагая дошла до флага и гордая собой, забрала его.

— Теперь обратный заплыв на другой берег.

Я обсмотрела папу с ног до головы.

— А твои раны?

— Они не болят. Ни чего страшного…. А как твои порезы?

Я посмотрела на ногу. А я и забыла про эту царапину, хотя крови из неё вышло прилично много.

— Она пустяковая. — Заверила я отца.

Папа гордо покивал и поджал губу.

— Ну пошли. — Папа поднял одну руку, тем самым позвав к себе. Я быстро подбежала к нему и прыгнула под руку.

Мы дошли до реки и папа отдал мне мой нож. Я спрятала его в ножницу. Мы потихоньку начали заходить в воду.

— Ну что? Кто быстрей доплывёт до берега? — Папа бросает мне вызов?!

— Это вызов? — Переспросила я.

— Именно. — Хитро ответил папа. Он ели скрывал улыбку.

— На старт…

— Внимание…

— Марш!

Мы щучкой прыгнули в воду. Время от времени я поглядывала на отца, но на долго не задерживалась и продолжала плыть как можно быстрей.

На берегу нас ждали дедушки. Они с нетерпением ждали нас, но молчали. Наверное не знали за кого голосовать.

Первым прибыл отец. Всего на доли секунды, но быстрей.

— Ох, ребята! — Дедушка Мирон чему-то удивился.

— Что? — Спросила я.

— Да за вами следы крови. — Он указал на воду. Мы с отцом повернулись и не чего не увидели. Всё уже смыло течением.

— Не чего не болит. — Заверил всех мой отец.

— Ну у нас есть не плохая Белая Ведьмочка, которая сможет залечить такие «пустяковы» царапины. — Это дедушка.

— Я смогу! — Гордо и громко заявила я. Все улыбнулись.

— Пойдемте, сядем, и вы залечите свои раны. — Дедушка Мирон быстро пошёл к потухшему костру, мы все пошли туда же.

Залечив раны себе и своему отцу, я отпросилась погулять по лесу, захотелось побыть в тишине…. Даже не знаю что со мной. Мужчины не расспрашивали меня, отпустили и всё.

Я отошла примерно на километр от лагеря и нашла отличное сучковатое дерево. На нём будет удобно сидеть, да и залезть не составит труда. Я залезла как можно выше, уселась на самую широкую ветку. С выбранной мною ветки, открывается потрясающий вид на лес, на речку, на горы….

Я сижу на этом дереве уже очень долго. Думаю о будущем, случайно вспомнила Айрана, видение. Так странно… вспоминаю всё то, что со мной случилось, и совершенно не чего не чувствую…. Совершенно. Полная пустота внутри….

Я начала оглядываться и краем глаза заметила белое пятно внизу. Пригляделась и поняла что это волк. Тот самый, которого я вчера видела, и который был у меня в видение. Он сидит под деревом и смотрит на меня. Что он здесь делает? И что ему от меня вообще надо?!

Начала спускаться. Что-то мне подсказывает, что этот волк не причинит мне вреда. Поэтому я спускаюсь уверенно, не боясь, что он меня растерзает. Волк сидит всё так же под деревом и терпеливо меня ждёт.

Я спрыгнула с последней ветки и тихо приземлилась на землю. Выпрямилась в полный рост. Он смотрит на меня, я смотрю на него, и всё в полной тишине. Он не фырчит, не воет как в прошлый раз, а я просто не чего не говорю.

Мы смотрим друг другу в глаза и не чего больше. Мне это надоело, и я сделала один маленький шажочек. Волк мимолётно посмотрел на мою ногу и… не как не отреагировал. Сделала ещё один шажочек, но уже по уверенней. Волк снова не как не отреагировал. Перевела дыхание и зашагала к нему.

Он внимательно смотрел за моими действиями. Молчаливо и с интересом наблюдал за мной. Когда я подошла к нему очень близко, присела на корточки. В глазах не чего не мелькало, будто он не о чём не думает.

Я потянулась к нему рукой, он стал смотреть на руку. Я на мгновение приостановилась, но потом вновь потянулась к нему. Дотронулась до его густой, белой шерсти. Он слегка вздрогнул. Я начала гладить уверений. Глажу и получаю удовольствие. И он похоже тоже.

Я погладила его между ушей, погладила по шее, под шеей. Почувствовала какую-то веревочку на шее. Он медленно поднял голову и я увидела чёрную веревочку, а на ней синий медальон. Синий, как его глаза.

Я перевожу глаза с глаз волка на медальон. С него, на медальон. Взяла медальон в руки.

— Привет. — Сказал какой-то мужской голос. От неожиданности я отпустила медальон и чуть не упала. Посмотрела на волка. Глаза его полные уверенности. Я неуверенно взяла медальон в руки. — Я Белый. — Он опустил голову, и мы начали смотреть друг другу в глаза.

— Ты кто? — Единственное что меня сейчас волновало.

— Привет Лили. — Решил не отвечать на мой вопрос Белый.

— А… ты откуда знаешь?

— Мы всё о тебе знаем.

— Мы?

— Ты всё узнаешь. Но не сейчас.

Я смотрю ему в глаза, и вижу как будто совершенно другого волка. Пять минут назад — это было без эмоциональное животное, а сейчас какой-то молодой, весёлый волк. Как человек, только животное.

— Видение, которое было у меня сегодня, — захотела спросить я. — это будущие?

— Ты узнаешь всё, сама. — Мудро ответил волк. Я даже не знаю, волноваться мне или вести себя как раньше. Ладно, буду вести себя, как раньше. Так всем будет легче.

— Что будет дальше? — Тихо спросила я. Белый будто улыбнулся мне. Потом резко наострил уши и стал вглядываться куда-то вдаль, за моей спиной.

— Кто-то идёт. — Серьёзно сказал он и посмотрел на меня. — Забирай медальон.

— Зачем? Что мне с ним делать? — Я нахожусь в растерянности.

— Не задавай вопросы. — Грозно сказал волк. — Бери и всё.

Я не стала медлить и начала снимать медальон с широкой шее волка.

— Пока. — Последнее что сказал волк, до того, как я успела снять медальон.

— Пока. — Тихо попрощалась с ним и он быстро, но тихо убежал.

Я сидела на коленях, и смотрела ему в след. Меня переполняют чувство радости, и страха моего будущего. Я теперь знаю, что Ведьмы — это не единственная магия. Вот один из магических существ убегает куда-то.

Что будет дальше?… Остаётся только догадываться.

Услышала чьи-то шаги у себя за спиной. Папа сел рядом со мной.

— Ты чего здесь сидишь?

— Тихо… хорошо…. — Здесь действительно хорошо, так что я почти не вру.

— Да… хорошо… — Не стал спорить отец.

Мы посидели так минут пять, и пошли в лагерь. Там уже были собраны рюкзаки.

— Мы уходим? — Спросила я.

— Да. — Ответил отец. — Цель похода достигнута. Ты в полной боевой готовности.

Весь путь назад, я чувствовала, что за нами кто-то следит. Может это был Белый,… а может кто-то другой.

Медальон я одела на шею и спрятала под кофту. Его не кто не увидит, только если я не разрешу, а то много вопросов будет.

Мы вернули все вещи на место. Всё оружие отчистили. Так что бы мама с бабушкой не узнали о нашем походе. Нам тут не надо нравоучений.

Я услышала что к нашему дому подъехала карета. И не только я, дедушки и папа тоже вскочили с кресел и посмотрели в окно. Я не ошиблась. Это действительно приехали мама с бабушкой!

Я быстро побежала на улицу. Первой из кареты вышла мама, потом бабушка, а потом начали выходить мои девчонки! Я, широко раскинув руки, бежала на них, готовая снести с ног.

Обняла и поцеловала маму, бабушку, девчонок… и только сейчас заметила, какие они все грустные. И Зарины нет…. Что происходит?

— Что случилось? — Сердце сдавило от чувства опасности, спазмом сдавило горло. — Где Зарина? — Сиза внезапно упала на колени и заплакала. Алиса упала на колени рядом с ней, обняла её и тихо начала плакать. Чувствую, что глаза заполняет слезами, но я не буду плакать. Не буду больше! — Как же так?… — Неужели до Зарины добрались охотники?…

Мама медленно подошла ко мне и бережно обняла.

— Её убил охотник. — Тихо и с ненавистью сказала Мама.

— Что за охотник? — Я не хочу думать, что это Айран, но….

— С белыми, по плечо волосами. — Я будто перестала дышать. Точнее дышать стало тяжело. — Он приехал к нам, и без разговором… отрубил ей голову. — Мама это сказала через силу и заплакала. Я чувствую, как ей тяжело это вспоминать. — На глазах её родителей, на наших глазах…. Отрубил и сжёг! Он даже не оглянулся, слова не сказал!

Я как в тумане, как в воде — не чего не вижу и не слышу. Я иду по лесу, как будто меня кто-то загипнотизировал. Вижу что и куда, но не осознаю. Сердце болит, ноги еле держат. Но остановиться я не могу.

Наконец я вышла из тумана и остановилась. Я ушла далеко от дома. Даже не могу предположить, сколько я шла. День пасмурный, солнца нет. Было бы солнце, я смогла бы определить по нему. Но его нет.

Надо возвращаться домой. Дома и так все на пределе, а тут я ещё ушла. Надо быстрей возвращаться.

— Обернись. — Шёпотом пронеслось в голове. Не знаю что это было, но я обернулась. И увидела Айрана. Он стоит предо мной и смотрит в глаза. Я смотрю на него, и понимаю — я его ненавижу. Сейчас я испытываю к нему, только одно чувство — ненависть. Не больше и не меньше.

Я медленно достала из ножницы свой нож. Не с целью зарезать его, просто если он нападёт, я буду готова.

— Что ты чувствуешь? — С интересом спросил Айран, смотря на мой нож.

— Ненависть. — Совершенно честно ответила я. У Айрана посерело лицо, глаза потемнели. Он посмотрел на меня.

— Кто я по-твоему? — Шёпотом спросил Айран.

— Ты чудовище! — Я вложила в эти слова всю ненависть по отношению к нему.

— Лили, не надо. — Айран говорил шёпотом, и не уверенно. Ему было больно от этих слов.

— Что тебе от меня надо? — Тихо спрашиваю, дрожащим голосом.

— Лили, я хочу, что бы ты бросила нож и подошла ко мне. Худшее для меня будет, если ты себя поранишь.

— Ах худшее. — С ненавистью сказала я. Я будто в бреду. Самое лучшее для меня будет, если ему будет плохо. Я воткнула нож себе в живот. Я согнулась от боли, но не переставала смотреть на Айрана. Он становился всё бледней.

Чувствую, как кровь пропитала одежду и начала стекать по руке, срываясь с кончиков пальцев. Я начала падать, и Айран подхватил меня перед моим приземлением. В глазах потемнело, дышать стало трудно. Айран что-то шептал и гладил меня по лицу, но я не чего не слышу, и не хочу слышать. Он смотрит на свою руку, которую измазал в моей крови.

Неожиданно, я очень чётко расслышала вой и рычание собаки за моей спиной. Айран прижал меня к себе сильнее. Я расслышала рычание у себя над ухом. Айран ослабил хватку и сделал какое-то движение рукой, но на него накинулся большой серый волк, и повалил на землю.

Меня подняли с земли, и я увидела белый, пушистый мех. Теперь я в безопасности. Я это чувствую…

Я закрыла глаза и меня поглотила тьма….