Глава 9. ДНК

Руслану обидными показались слова Милы, ничего так сильно боль не причиняло, как признание матери и эти слова, жгущие, словно раскалённый металл.

«Ненавижу».

Обида Милы не имела оснований. Ни черта. Руслан считал, что она разлюбила его, вышла замуж за другого… За того, с кем он был врагами буквально… Он жил в неведении, а она всё это время знала правду об их родстве. И ни слова не сказала. И дочку растила, которая могла быть его.

Простить мать он тоже не мог. Плевать, если были у ребёнка отклонения, мама ведь его дочку убила, маленькую девочку, которая уже готова была родиться. Он не знал, найдёт ли когда-то силы для прощения. Сходил с ума от разрывающей сердце боли.

Лариса уехала. У неё была хорошая работа и глупо не появляться там, если не хочешь лишиться места, которое удаётся получить раз в жизни. Она просила Руслана одуматься и вернуться домой, а он предупредил, чтобы готовилась к разводу. Не смог бы он продолжить строить отношения после ужаса, вот так, разом, свалившегося на голову.

Мила его сестра…

Мама убила их ребёнка, опасаясь, что он родится ненормальным…

Бред…

Ещё и Мила его во всём обвинила. Если бы он знал сразу про эти родственные связи, он бы не пошёл в армию, сбежал бы, лишь бы проверить всё, лишь бы не допустить всего этого.

— Моя дочь… Где она? — процедил сквозь зубы, зайдя в дом.

Мама вернулась в деревню. Вот только её облезлый Василий остался в квартире Ларисы и следовало забрать его.

— Я не знаю, Руслик. Я не забирала её. Акушерка сказала, что девочка была ненормальная. Она бы не смогла жить в обществе. Я не забирала её, но сделала небольшой памятник. Как-никак это внучка моя.

— Не смей! — прорычал Руслан! — Не смей говорить, что тебе жаль! Ты убийца, мама! И я никогда не смогу простить тебе этого. Смерть твоей внучки только на твоей совести! Только на твоей!

— Руслик!

Руслан вышел на улице и громко хлопнул дверью. Он не мог больше сдерживать в себе боль, пошёл на пруд и стал кричать. Кричал до хрипа, до срыва голоса, кричал что было сил. Разбил руки в кровь о ствол дерева, а потом обессиленный рухнул на землю, закрыл лицо руками и заплакал.

Он уже сотню раз успел пожалеть, что написал своей маме то сообщение: «Алиска моя дочь, мама! Она моя дочь!». Утром она позвонила и спросила, когда сын вернётся в Казань. Руслан сказал, что Алисе нездоровится. Мама и Лариса примчались очень быстро. Наверное, они уже были в пути, выехали сразу после того, как он поделился радостной новостью. Да лучше бы не рассказывала мама ничего, чем вылила на их головы такую грязную правду. Руслан ведь Алису полюбил, ещё когда думал, что она Денисова. Он бы любил её вопреки всему. Только теперь Мила не подпустит. По какой-то фальшивой случайности она его, Руслана, виноватым во всём считает.

Утром он всё равно поехал в больницу, чтобы узнать, как Алиса, пришла ли в себя, и нужны ли деньги на лечение. Заехал в клинику, где должны были сделать тест ДНК. Он заплатил, чтобы всё сделали в максимально короткие сроки, а когда открыл конверт и взглянул на бумаги, душа рухнула вниз. Алиса действительно не была его дочерью. Руслан опустил голову, ведь в своих мечтах он уже стал счастливым отцом.

Заходить в палату он не решился и сразу же направился к врачу, чтобы поговорить. В целом состояние Алисы было удовлетворительным. Воспаление не подтвердилось, но простуда острая, поэтому недельку её будут лечить в больнице и проставлять капельницы с витаминами. Врач сказал, что мама ушла на пару часиков, и такое желание острое было зайти и поговорить с малышкой, но Руслан сдержался. Он только из-за угла посмотрел на неё, выдохнул и ушёл.

Больно было уходить, но следовало решить вопрос с Ларисой: забрать вещи из её квартиры, кота несчастного тоже и подать документы на развод. Как бы сильно не хотелось остаться, Руслан должен был уехать. И, следуя к машине, он пытался подавить внутри себя желание рвануть в магазин, накупить игрушек и прийти к Алисе.

***

Утром Мила проснулась от звонка мобильного. Она почему-то думала, что это Руслан, а потом поняла, что он её номера не знает. Звонил начальника завода, где она работала.

— Здравствуйте, Людмила! Вы прям у нас прогульщица номер один! — начал он.

— Доброе утро! Простите, но у меня были на то причины. У меня бабушка умерла, потом развод с мужем, и вот теперь дочка в больницу попала.

— Да… Навалилось немало всего. Я хочу предложить вернуться на работу. Вы как на это смотрите?

— Не могу! То есть… Я могу, конечно, если вы мне комнату в общежитии дадите. На двоих с дочкой. Нам пойти некуда.

— Придумаем что-нибудь. Приходите сегодня, если сможете, обговорим всё.

И Мила сорвалась. Она накормила Алису завтраком и убедилась, что той становится лучше. Поцеловала и пообещала, что вернётся с какой-нибудь вкусняшкой.

Примчалась на завод быстро. Мила надеялась, что всё сложится действительно хорошо, потому что она просто не знала, как проживёт с дочкой в деревне, ведь там работы нет, а у них ни на дрова денег не было, ни на продукты, чтобы перезимовать.

— Комнату тебе считай что нашли. Даже не комната, а квартирка небольшая. Тридцать квадратов, не хоромы, но рядом с заводом. В общем, будешь жить в моей квартирке, которая в аренде была. Квартирант как раз съехал несколько дней назад, а нового найти что-то не получается, да и не знаешь какой он заселится, цену–то я всегда ставлю божескую, минимальную. В общем, квартирка будет, только будешь должна коммунальные услуги оплачивать. На работу когда выйти сможешь?

— Да я… Ну хоть завтра. Вы мне квартирку главное дайте, чтобы я вещи перевезла, а я завтра и на работу выйду.

— Нравится мне твой подход! А то кладовщик всё жаловался на тебя. Вон девка, какая понимающая. Ключи сейчас дам и адрес напишу.

Через несколько часов Мила уже собирала вещи. Она взяла сумку, клетку с мышонком и вышла из дома, прощаясь с ним. Не хотелось больше возвращаться в место, от которого только негативные воспоминания появлялись. Если бы не таксист, который за ожидание брал дополнительные деньги, Мила бы зашла к матери Руслана, потому что заметила, что у неё печка топится, зашла бы и спросила, почему она посчитала себя вершителем судеб и сделала так, как посчитала нужным. Ни у кого не спросила. Впрочем, кулаками махать после драки поздно, тем более когда у тебя такое чудо подрастает. Свою малышку теперь уже ни на кого Мила не готова была променять, потому что Алиса ЕЁ девочка.

Сев в такси, заплакала, а водитель покосился и попросил «не разводить мокроту в машине».

— Вы такая красивая, а плачете. Не делается так, — старался он утешить, но легче от его слов не становилось.

— Вы лучше за дорогой следите, а я разберусь как делается, а как нет, — огрызнулась Мила.

Водитель намёк понял и замолчал, а вот ей самой неприятно стало, что из-за своих заморочек человеку нагрубила. Уставилась в одну точку и так сидела, пока до квартиры не доехала. Когда вещи привезла, уже темнеть начало. Мила бросила всё посреди комнаты, Принцу насыпала немного корма, налила воды и поспешила в больницу. Она пришла, замерла у палаты и сдвинуться не получалось. Руслан сидел у кровати Алисы и читал ей какую-то книжку. Снова глаза застелила пелена слёз. Мила не знала, что ещё может сделать его сумасшедшая мама, решившая разлучить «неправильных» влюблённых. Да и не хотела знать. Она больше не желала видеть Руслана, чтобы не бередить внутри раны прошлого.

Вошла в палату, кашлянула, и Руслан посмотрел на неё таким взглядом, что снова внутри протестовать всё начало — не руби сгоряча, — но не могла Мила не рубить. Всё слишком непросто было. Им следовало разбежаться, разделиться и забыть друг друга, словно кошмарный сон.

— А вот и мама пришла. Мне пора уезжать, принцесса.

— Ты вернёшься, когда доделаешь все свои дела? — спросила Алиса.

— Обязательно. Обещаю. Я украду у тебя маму в коридор на два слова. Ладно?

Алиса кивнула. Мила поставила пакет на тумбочку и вышла вместе с Русланом. Она знала, что он оплатил для девочки отдельную палату, но не собиралась за это благодарить его, позволяя видеться с ними.

— Руслан, неужели ты ещё не понял? Как только ты появился в моей жизни, в ней снова всё перевернулось. Нам нельзя быть вместе, слишком много плохого происходит. Мы не можем взять и сделать вид, что мы не брат и сестра. Мы не можем больше притворяться, что чужие друг другу люди и не испытываем физической тяги. И мы не можем больше противостоять твоей маме.

— Я сделал анализ ДНК. Мама не обманула. Алиса не моя дочь, — прошептал Руслан, опустив голову.

— Я знаю, она совершила непростительный поступок. Я никогда, наверное, не найду в себе силы, чтобы его забыть, но она не солгала. Алиса не наша дочь.

— Не твоя! — вспыхнула Мила. — Она не твоя дочь, но моя.

— Мила, я советую тебе тоже сделать анализ. Курьер от лаборатории приедет через полтора часа. Просто сдай кровь. Ладно? Если мама обманула, я отрекусь от неё, а если нет… Наверное, сам Бог накажет её за грех, что совершила, убив ребёнка, но, пожалуйста, сдай кровь! ДНК Алисы у них в базе есть. Я просто… Это важно, поверь.

— Пообещай, что ты больше не появишься в нашей жизни, если я сдам этот анализ?! Пообещай, что не будешь пытаться создать семью со мной и заботиться обо мне как о сестре. Пообещай мне!

— Я обещаю, что исчезну из твоей жизни, если ты сдашь анализ!

— Ладно, тогда я сделаю это. Уезжай, Руслан. Построй своё счастье с женой. Я видела, что она тебя любит.

— Мало быть любимым, нужно ещё и любить человека… А ей хочется быть любимой. Поцелуй Алису за меня!

Мила кивнула. Она проводила Руслана взглядом и простояла ещё несколько секунд около палаты, глядя на удаляющегося мужчину. Сердце трепыхалось в груди, словно воробушек, пойманный в силки.

Руслан исчез за поворотом. Даже не обернулся. Это даже к лучшему было. Следовало унять чувства, бушевавшие внутри. Она вряд ли смогла бы теперь быть рядом с Русланом, даже окажись он неродным на самом деле. Слишком много плохого произошло.

Зашла в палату к Алисе, и как-то светлее на душе стало. Дочка улыбалась. Мила вдруг услышала в голове голос акушерки и помощницы:

— Кажется, её ребёнок дышит!

— Дышит или не дышит… сказано было отдать отказницу. Вот и отдадим. А этот какой-то вялый. И дня не протянет.

— А мне кажется, что очень милая девочка.

Ту молоденькую девушку, что помогала акушерке, Мила больше не наблюдала, после того как очнулась от наркоза. Она решила, что весь разговор всего лишь померещился, а когда Алису увидела, то и вовсе забыла его, а теперь вспомнила и стало волнительно — вдруг Денис обманул, вдруг она всё-таки его дочка и её, если Руслан уже получил результат ДНК и теперь уверен, что Алиса ему неродная.

— Мам, ты о чём задумалась? Скажи мне честно — дядя Руслан мой папа?

— Что-о-о?!

Конечно, Мила услышала вопрос, но не желала отвечать на него, потому что не знала, что можно сказать в этой ситуации, и что уже сказал Руслан.

— Слушай!!! Я же тебе забыла вкусняшку отдать. Ну-ка давай померим температуру, и я достану её.

Медсестра вошла в палату и принесла таблетки, улыбнулась и сказала, что папа у девочки чудесный, а в груди снова ноющее чувство появилось. Мила стала ждать курьера, который возьмёт анализ крови для ДНК, почти как сошествие Христа ждут верующие. Она надеялась, что акушерка не прислушалась, а Денис обманул с анализом. Она надеялась, что Алиса ей родная дочь. Впрочем, обратный результат всё равно не изменит их отношений.

Загрузка...