Недосягаемые

Глава 1

Звёздное небо, что окутывает спящий город. Как же оно прекрасно и завораживающе. Когда вглядываешься в очертания созвездий, все проблемы кажутся немыслимым пустяком. Хочется смотреть и смотреть, не прекращая, погружаясь всё глубже и глубже.

Единственный минус — рассвет. Солнце сменяет луну, а тёмное небо светлеет, стирая звезды со своей глади. А ведь когда-то я была стёрта также. Вот я есть — а вот уже нет, исчезла, испарилась, сломалась, оставив только пустоту.

Да впрочем, обычное дело. Наверное, каждый человек на этой планете испытывал это гнетущее чувство. Каждого, хоть единожды, разбивали о скалы реальности, предавали, бросали, уничтожали морально.

Только далеко не все находили в себе силы, чтобы вставать и идти дальше. Я нашла. Могу собой гордиться. Могу, но не хочу. Цена, которой мне это далось, оказалась слишком велика. Всегда взвешивайте все плюсы и минусы своих желаний, не всегда их исполнение доставляет желаемое удовольствие.

Я бы, с большой радостью, вернулась к той жизни, которая у меня была. Беззаботное, как теперь казалось, детство, родители, которые радовались каждому моему достижению, наивность, которая была моим вторым «я», радушный город, из которого мне пришлось переехать сразу после сдачи экзаменов.

Просто не было ни сил, ни желания оставаться там, где каждый вдох отзывается жгучей болью, где все вызывает сладкие воспоминания, которым уже не суждено повториться. К тому же, так было легче, смириться с решением забыть о самом… Просто забыть о человеке.

Прошло немного больше двух лет, с того самого дня, после которого, сдав экзамены, я подала документы в ВУЗ на факультет актёрского мастерства, как и хотела. Правда это ВУЗ находится за сотни километров от моего родного города.

Хоть с чем-то я не ошиблась в этой жизни. Обучение пришлось мне по душе: здесь, как и когда-то в школе, я стала отличницей. Всё давалось довольно легко, по крайней мере, я справлялась.

Перевод не обошёлся без появление в моей жизни новых личностей. Особенно одной неординарно — взвинченной блондинки, с детскими невинными глазами. Диана — ангел воплоти. Действительно. Никогда прежде я не встречала таких чистых и искренних людей. Ну, чистых в смысле душой, а не то, чтобы я с какими-то бомжами обычно общаюсь.

Судьба нас зачем-то так больно ударила лбами, причём это не какой-то фразеологизм, а правда жизни. Она врезалась в меня, залетая в комнату в общежитии. Как потом оказалось, она являлась моей соседкой по комнате.

Изначально, мы особо не общались — у меня была длительная депрессия по понятным причинам. Да и к тому же, шишка на лбу, не давала мне спокойно спать. На ней же не осталось ни следа от нашего столкновения. «Бронепоезд какой-то» — подумалось мне.

Перечислять все неловкие ситуации, в которые я попадала из-за этого ходячего невезения, не имеет смысла. Их чёртова туча, а это я даже не всё смогла запомнить.

Только в течении первого полугода, до первой нашей сессии, пока мы ещё даже не общались, я поняла, что её рукожопость превосходит даже мою. Хотя, какой-там…Моя и рядом не стоит.

Я просто сгорала от стыда, когда она привела к нам в комнату делегацию парней. Оказалось, что они неправильно поняли фразу Дианы «У меня кран течёт, срочно нужна мужская помощь», а ту, совершенно, не смутило, что помочь откликнулось человек десять.

Один раз, когда утром, после какой-то вечеринки, на меня напал голод, а Диана, решила меня подождать. Кто же знал, чем это выльется? Мы опоздали на ленту на двадцать минут и на предсказуемый вопрос преподавателя о причине, по которой мы опоздали, Диана выдала «Извините, пожалуйста, Лера слишком ненасытная».

Признаться честно, я думала, что период «смеяться-надо-всем-что-кажется-двусмысленным» прошёл у парней ещё в школе, но блин, как же я ошибалась. Радует, что слово «член» в разных составных предложения, уже не вызывают у них столько смеха, как на уроках русского и биологии. Хотя, не у всех, конечно.

С одной-то стороны выгодно, когда думают, что ты по девочкам и не пытаются тебя склеить. Ага, если бы. Как оказалось, таких парней интересуют ещё больше. Поэтому я была безумно «благодарна» Диане за её язык, который явно не согласовывает сказанное с мозгом.

А за её объявление, которое она поклеила на первом этаже, с текстом «Приму котика, в добрые руки. Обращаться в 675 комнату», я была в бешенстве. Она решила, что я просто против котов в комнате. Ну конечно, не она же выгоняла этих «котиков», которые приходили ещё месяц, после снятия объявления.

Я уже молчу о том, что вахтёрша, которая успела прочесть объявление, таких «котиков» мне устроила, что сам Куклачев позавидовал бы.

Но всё же, было в ней что-то такое, из-за чего я уже не могла представить себя без неё. Возможно, потому, что держание волос блюющему другу неимоверно сближает. А я ведь ей говорила — не умеешь, не пей. Так нет же, «первая сессия, в этом году! Нужно отметить! Кто не рискует, тот не пьёт». Ну вот, рискнула, теперь полтора года не может смотреть на алкоголь.

Несмотря на её косяки, которые никак не контролировала, она оставалась самой искренней и доброй из всех, кого мне приходилось знать. Наверное, это потому, что у всех моих знакомых, что остались в прошлой жизни, был далеко не лёгкий жизненный путь, а Диана, даже когда жизнь поворачивалась к ней своей упругой попкой, продолжала беззаботно косячить и радоваться. Удивительная девушка.

Собственно, как-то так и получилось, что переходя на четвёртый курс университета, у меня уже имелась подруга. Да ещё какая! Точно не соскучишься.

— Лерааа! — кричит Диана так громко, что стекла на балконе, на котором я нахожусь, кажется, могут лопнуть.

— Ты шибанутая, — приоткрывая дверь, заявляю, но продолжаю сидеть, всматриваясь в звёздное небо. — Честное слово.

— Тут тарантул! В террариуме! Убей его! — в панике продолжает подруга.

— Ага, конечно, именно для этого я тратила деньги во время его покупки, чтобы сейчас убить, — саркастично заявляю я.

— В смысле? Ты его купила? — глаза Дианы, казалось, способны расползтись в разные стороны.

— Ага, — самодовольно киваю.

На самом деле, мне это дорогого стоило. И дело даже не в деньгах, а в том, что я сама до обморочного состояния боюсь любых пауков, даже самых маленьких. Стоит ли говорить о том, в каком состоянии находилась в магазине, в котором их была чёртова туча? А о том, как везла его в автобусе, лучше вовсе промолчу. Одна бабулька даже предложила помощь. Видимо, выглядела я ужасно. Ну, то что мне предложили вступить в секту, думаю уже не относилось к моему внешнему виду.

— Ты адекватная? — кричит Диана пуще прежнего. — Зачем?

— Чем мой тарантул, хуже твоего воробья? — я пожимаю плечами.

Да, да и ещё раз да. Эта… Диана… На днях притащила воробья и сказала, что он будет жить с нами. Ладно, один день, пока он приходил в себя: она подобрала его, беспомощного, чтобы оказать помощь. Но теперь, когда он терроризировал меня полетами по комнате и явно хотел на свободу, да и к тому же, почему-то, извергался только на мои вещи, моему терпению пришёл конец.

— Ты что… Хочешь, чтобы твой птицеед съел моего воробушка? — по-детски надуто предполагает она.

Кстати, я даже об этом не задумывалась.

— А какая, в принципе, разница? — парирую я. — Ему свобода нужна, а ты его мучаешь.

— А где он, кстати? — настораживается Диана. — Не говори мне, что твой домашний любимец уже полакомился!

Начинаю судорожно вспоминать, куда мог деться воробей, который по моему возвращению домой, точно летал по комнате. Упс, вспомнила.

— Не переживай, он вылетел, когда я выходила на балкон, — надо же, действительно, только тогда я не обратила особого внимания.

— Как? — казалось, что Дианка сейчас готова расплакаться.

— Прекратить истерику, — показываю рукой предостерегающий знак. — Каждому живому существу нужна свобода.

— То есть, твоему тарантулу тоже? — придирается к словам подруга. — Может его тоже отпустить нужно?

— Ой, да пожалуйста, — ухмыляюсь. — Если не сложно, подсунь его нашей вахтёрше. Думаю, они подружатся.

— И что же ты сама этого не сделаешь? — удивляется она.

— Я к нему больше не прикоснусь, — честно заявляю я.

— А что с вахтёршей? — спрашивает Диана, видимо, вспоминая мои слова про тарантула.

— Да зараза она, редкостная, — едко подмечаю, закатывая глаза. — Твой воробей сегодня извергся на её гнездо.

Подруга впадает в истерику после моих слов, а мне не шибко смешно. Воробей Дианин, а во всех смертных грехах и в том, что у Зинаиды Львовны, до сих пор нет мужчины, виновата только я.

— Я так понимаю, ваша любовь к друг другу стала в разы крепче? — тараторит подруга, пытаясь подавить в себе смех.

Действительно, отношения с вахтёршей не заладились с самого первого дня, когда я, случайно, конечно же, задела её в автобусе, в котором мы, по трагической случайность, встретились впервые. После этого она стала придираться ко мне по всем пустякам, в особенности, заставляя постоянно быть дежурной по этажу. Фиг ей. Делать мне больше нечего.

Ответственность за косяки Дианы, связанные с общагой, тоже ложилась на мои плечи. Зина даже не слушала оправдания подруги, что во всем действительно была виновата не я. Зачем же? Есть же вечное зло — Щербакова.

— Бери выше, — приподнимаю свои брови. — Она выселяет меня.

— В смысле? — Диана выпадает в осадок.

— В самом прямом, — я пожимаю плечами.

— Нужно что-то делать, — начинает паниковать она. — Пошли говорить с ней.

— В три часа ночи? Серьёзно? — ухмыляюсь. — Не переживай, я и сама больше не выдержу ни минуты, рядом с этой мымрой.

— И что ты будешь делать?

— Завтра найду другое жилье.

На самом деле, я давно об этом думала. Практически сразу, после получения первой стипендии. Только хватало едва на комнату, не то что на квартиру, а ведь ещё и на еду нужно тратиться. А после я забыла об этом: подружилась с Дианой, а за ней глаз да глаз нужен.

— У тебя ведь денег нет, — прищуривается подруга.

— Есть, я отложила, не переживай, — нагло вру.

Ну, а что ещё делать? Она та ещё паникёрша.

— А как же я без тебя? — жалобно шепчет Диана.

— Прорвешься, — растягиваю губы в улыбке. — Каждый птенчик когда-то вылетает из родительского гнезда.

2

Диана ещё долго расспрашивает меня что да как, и умоляет остаться. Мы засыпаем только под утро, а я так и не удосуживаюсь спросить у подруги, почему она пришла только в третьем часу ночи.

Утро выдаётся довольно тяжёлым: вставать совсем не хочется, потому что поспала я от силы часа три. Подниматься приходится как можно скорее, пока подруга мирно сопит и не сможет начать концерт аля-останься-со-мной.

Купив кофе и газету, в которой есть варианты аренды квартир, я направляюсь в парк. Людей не густо. Не удивительно — восемь утра. Присаживаясь на скамейку, принимаюсь изучать объявления.

Разочарование не заставляет себя долго ждать: цены за три года сильно поднялись, поэтому моей стипендии, теперь не хватало даже на аналогичную комнату в общежитии. Я уже молчу о продуктах и проезде.

Собственно, что делать, я теперь не представляю. У родителей я просить не могу. Варя растёт не по дням, а по часам, поэтому все деньги уходят на этого карапуза. Да я бы и не смогла просить у родителей, какая бы ситуация не сложилась.

— Девушка, — голос режет мне слух, будто я слышу его не впервые. — Не желаете познакомиться с галантным мужчиной?

Я резко окидываю этого человека недовольным взглядом, но…

— Алекс? — настороженно ещё раз оглядываю его с ног до головы, а в памяти всплывает день двухгодичной давности.

Праздник. Девичник Люси. Алекс — брат её жениха и, по совместительству, владелец клуба, в котором мы празднуем торжество.

— Похоже, что я совсем не изменился, — усмехнулся Алекс. — Позволишь себя обнять, в честь такой встречи?

Ничего не отвечая, поднимаюсь со скамейки и угождаю в распростёртые, крепкие объятия. Неописуемое чувство, увидеть тут кого-то знакомого, по-своему родного. Ведь за эти два года я ни разу не ездила в родной город.

Испытывали когда-нибудь чувство контраста не телом, а своей душой? Похоже, у меня сейчас произошло что-то подобное. Сравнимо с тем, как после раскалённой бани, ныряешь в ледяную прорубь. Только вот, наоборот. Вроде бы, у меня было всё хорошо и гладко, а сейчас, в объятиях знакомого из, можно сказать, прошлой жизни, я чувствую нереальную теплоту, будто до этого побывала, как минимум, в Антарктике.

Возникает странное чувство — почему-то хочется расплакаться. Щербакова два года назад наверняка бы так и сделала. Только не сейчас. Слишком много пройдено, чтобы оставаться такой же слабой и взвинченной. Говорят, чтобы на душе стало легче, нужно порыдать? Как жаль, что все свои слёзы я истратила несколько лет назад.

— Какими судьбами ты тут? — добродушно спрашивает Алекс, выпуская меня из объятий.

— Учусь в университете, — легко улыбаюсь.

— Ничего себе, я думал, только меня занесло чёрт возьми куда от родного дома, — ничуть не изменился, всё такой же жизнерадостный. — Так ты, получается, с Яном тут? Точно, я ведь слышал, что он куда-то уехал.

Слух больно резануло этим именем. Дело даже не в имени, а в том, что под ним имелся в виду конкретный человек, о котором, кстати, я не слышала ни слова на протяжении всего этого времени.

— Нет, — опускаю взгляд в пол, пытаясь собраться с мыслями. — Это давно в прошлом.

Видимо, Алекс понимает, что задетая тема для меня совсем неприятна.

— Так преподаватели какого универа мучаются с такими самоотверженными студентами? — он пытается мгновенно сменить тему.

Поразительно. Мы виделись всего несколько раз, а ощущение, будто этот человек знает меня от и до. К тому же, у меня тоже чувство, что встретила не старого знакомого, а друга.

— Национальный университет театра, кино и телевидения, — возвращая улыбку на свои уста, отвечаю. — А ты тут какими судьбами? Как же клуб без тебя?

— Мучается под руководством моего младшего брата, — беззаботно ухмыльнувшись, заявляет он.

— Миши? — спрашиваю, судорожно вспоминая, кто из них младший.

— Нет, он старше, — промах. — Саша, ты вряд ли его знаешь, ему вот только восемнадцать исполнилось.

Да, тут он прав, я не знала о том, что у Алекса и Миши ещё есть братья.

— Ого, не рановато ли ему управлять таким заведением? — мои глаза округляются.

— Родители стали слишком щедры, как-никак, младшему достается лучшее, — без недовольства говорит Алекс.

— А как же ты?

— У меня уже свой клуб в этом городе. Собственно, поэтому сюда и переехал, — поясняет Алекс.

Вот это я понимаю целеустремленность. Насколько помню, ему около двадцати шести лет.

— А ты где-то в городе живешь? — решает разузнать он.

— Если хочешь напроситься на чай, — задорно начинаю я. — То сначала посоветуй, какой вокзал тут пользуется популярностью: ну, чтобы бомжи были дружелюбные, потому что драться за картонку от коробки нет особого желания.

— Хм, — Алекс окидывает меня настороженным взглядом. — Я, конечно, многое могу понять, но идти на такие жертвы, только из-за того, что жалко для меня чая, это уже перебор, даже для тебя.

Мы мгновенно раздаемся веселым смехом.

— А если серьёзно, — улыбка не сходит с его лица, оставляя наш диалог всё таким же непринужденным. — Что с жильем?

— Я на шутника похожа? — снова хохочу из-за его выражения лица.

— Риторический вопрос?

— Серьёзно, бомжую с этого дня, благодаря ценам на жилье, — говорю это настолько легко, будто это вообще меня не касается.

— А что с прошлым местом жительства? — Алекс становится более серьёзным.

— Слишком любовные отношения с вахтершей, — ухмыляюсь. — Решила, что нам пора сделать перерыв.

— Лера, — Алекс сдерживает смех. — Не говори, что ты довела бедную старушку.

— Пфф, а может это она меня довела, ты об этом не подумал?

— Зная тебя, — улыбается. — Ответ очевиден.

Снова приступ спонтанного смеха. Как-то легко рассказывать ему об этих проблемах.

— Так что, пригласишь на чай? — резко спрашивает Алекс.

— Не думала, что твоя любовь к чаю настолько безгранична, что ты готов идти на вокзал.

— Какой вокзал? — удивляется он. — Гагарина 184, квартира 52.

Пытаюсь изобразить умное выражение лица, но, видимо, получается это так себе. Совсем никак.

— И что это?

— Адрес квартиры, в которой ты живешь, — пожимает плечами. — Совсем с памятью проблемы?

Долго думать не приходится. Как-никак, логика у меня развита хорошо. По крайней мере, в некоторых случаях. Да, когда-то я бы начала спорить и отнекиваться, но, собственно, у меня есть выбор? Ночевать на вокзале, конечно, довольно неординарно, но я думаю, ещё как-то успею.

— Если что, я умею вкусно готовить, — улыбнувшись, заявляю я.

— Это жирный плюс, — оценивает Алекс.

— Не жирный, — я поубавила его радость. — Умею готовить только диетическую еду.

И да, это действительно так. Всё-таки, мои проблемы с желудком не остались бесследными. Вылечиться смогла, но соблюдение диеты теперь стало просто необходимо.

— Эх, — громко выдыхает он. — Барсик, думаю, не одобрит.

— Серьёзно? — удивившись, спрашиваю я. — Барсик? Банальный Барсик? Я была о тебе лучшего мнения. Даже Бородина с Спинозой и Штруделем тебя переплюнула. Ты, вообще, осознаешь насколько всё печально?

— Идём, Штрудель, — добродушно заявляет Алекс, закидывая руку мне на плечо.

3

Квартира оказалась уютной, пусть и совсем маленькой.

— Надеюсь, диван есть, или без картонных коробок все-таки не обойтись? — разуваясь, шучу я.

— Ну, это смотря, как ты договоришься с Барсиком, — пожимает плечами Алекс. — Диван оккупирован им.

Вспомни солнце, вот и лучик. К двери подбегает жирный рыжий кот, который принимается меня обнюхивать. Недолго думая, решаюсь погладить, чтобы усмирить его пыл.

— Да, чувствую, вам придется готовить отдельно, — громко вздыхаю. — Иначе, он съест меня ночью.

— Ты, как всегда, очень проницательна.

За прошедшие часы, удаётся получше разглядеть квартиру. Стиль хай-тек никогда меня особо не впечатлял, но для этой квартиры он подходит просто идеально. Комнаты оформлены в бело-чёрных тонах и имеют в своем составе какие-то яркие предметы интерьера. Но это не выглядит как-то слишком напыщенно, богато. Нет. Просто уютно.

Сейчас мы с Алексом сидим, попивая обещанный чай, а сытый Барсик, развалившись на диване, который теперь придется делить со мной, видит пятый сон.

На улице успело потемнеть. Неудивительно, наверное, уже часов девять вечера. Наш разговор перебивает телефонный звонок.

— Да, — протягиваю, поднимая трубку.

— Лера, где ты? — взволновано начинает Диана.

— Не переживай, я цела и невредима, — опережаю я её. — И даже не ночую с местными бомжами.

— Ты нашла жилье? — немного успокаивает свой пыл подруга.

— Да, — заверяю её.

— А как же вещи?

— Заберу завтра.

— А… — зная Диану, решаю её перебить.

— А обо всем остальном мы поговорим завтра, спокойной ночи, — быстро тараторю. — И пожалуйста, не ищи больше «котиков», которых можно приютить. Вряд ли ты сама справишься с их наплывом.

Диана не успевает ничего ответить, потому что я быстро кладу трубку.

— Вижу, у тебя была насыщенная общажная жизнь, — ухмыляется Алекс, который нагло вслушивался в мой разговор с подругой.

— Ещё какая, — я забавно шевелю бровями. — Боюсь, умру здесь со скуки.

— Я бы не делал поспешных выводов, — бросает мне вызов он. — И умирать тут, пожалуйста, не стоит. Будет много лишних растрат.

— Хм, надо же, все люди, как люди — меняются, а ты остаешься прежним, — нарочно упрекаю я.

— Я всегда был не таким, как все, — подмигивает Алекс.

— Знаешь, звучит как-то интригующе и отпугивающие одновременно, — смеюсь. — Исходя из этих слов не совсем понятно изюминка в тебе или букет психических особенностей.

— Ну, пускай это пока останется тайной, иначе будет совсем неинтересно.

Мы сидим до поздней ночи. На кухне кончается весь чай, а моя способность шутить капитулирует, затуманенная сонным состоянием. Диван оказывается довольно мягким и просторным. Думаю, ничуть не хуже кровати. Но Барсик, конечно, занимает много пространства и изначально не сильно доволен новоприбывшим жителям. Но благо, через час копошений, он мирно устраивается у меня на руке и начинает сопеть. Теперь можно сказать Диане, что ночь я провела не одна.

Просыпаюсь из-за шума, который раздаётся на кухне. Недолго думая, направляюсь к его источнику.

— Доброго утречка, — сонно проговариваю я, потягиваясь.

Алекс, уже одетый в костюм, завтракает овсянкой быстрого приготовления.

— Могла бы попросить мою футболку или рубашку, — заявляет он, окидывая взглядом мою вчерашнюю одежду, что помялась из-за сна. — Как это обычно бывает в книгах и фильмах о неземной любви.

— Ой, я тебя прошу, — я махаю рукой. — По-моему, мы уже живем вместе, пропустив конфетно-букетный период.

Я не боюсь того, что могу быть неправильно понятой. Общение с ним складывается как-то легко и совершенно беззаботно.

— Вот и думать теперь, хорошо это или плохо.

— Мог, кстати, разбудить, — с упреком заявляю, наблюдая за тем, как он ест, наверняка невкусную, овсянку. — Мои обязанности никто не отменял.

— Не переживай, это не из-за того, что я решил сохранить твой безмятежный сон, — ухмыляется. — Просто в холодильнике пусто, а идти в магазин времени нет. Скуплюсь после работы. Тебе деньги может оставить?

Откашливаюсь, пытаясь сдержать спонтанный смех.

— Я уже чувствую себя гражданской женой, которую ожидают трудные семейные будни. Нет, у меня есть, спасибо. — успокоившись, проговариваю я. — Кстати, у тебя есть какой-то лимит на размещение моего барахла?

— Да нет, главное не нарушай личное пространство Барсика, — Алекс пожимает плечами, заприметив мой вопросительный взгляд. — Он бывает очень мстительный.

— Думаю, я откуплюсь от него колбаской.

Радушная Зинаида Львовна встречает меня очень любезно.

— Щербакова? — орет она, увидев меня на первом этаже общежития. — Тебе непонятно что ли? Я тебя выселила! Или мне полицию вызвать?!

— Уважаемая, Зиночка, — я начинаю фамильярничать. — Исполняю Ваше желание, и съезжаю отсюда к чёртям, как Вы и просили, считайте подарком на свой сотый День Рождения. Ой, великодушно извиняюсь, что я, наверное, немного опоздала с ним, но лучше поздно, чем никогда.

У неё отвисает челюсть от такой наглости, а я, с гордо поднятой головой, иду к лестнице, чтобы подняться на свой этаж. Мне совсем не стыдно. Напротив. Такой легкости я не испытывала давно. Сложно даже объяснить, в каком месте у меня сидела эта Зина и как далеко я бы пожелала ей пойти, если была менее воспитанной.

Комната оказалась закрытой и я, в последний раз, открыла её собственным ключом.

Первое, что бросилось в глаза — бутылка вина и два бокала, явно подготовленные для романтической встречи, а не для моих проводов.

Да, вижу, Диана времени зря тут не теряет.

С парнями Диане, мягко говоря, не везёт. Её душевная доброта и наивность часто выходит боком. Сначала клятвы в вечной любви, а потом, после очевидного исхода, капитуляция парня, который получил то, чего хотел.

Сколько раз я её успокаивала после очередного «влюбилась», просто невозможно счесть. Я даже не понимаю, как можно так открыто доверять людям после того, как тебя столько раз предавали. Я бы не смогла.

Диана всегда забывала о плохом и продолжала витать в облаках, веря в лучшее. Её доброте нет границ. Жаль, что пока этим только нагло пользуются.

— Ну что, чудовище, — я обращаюсь к недавно приобретенному тарантулу. — Жаль оставлять тебя на растерзание Зинке, а Диана ведь тебя даже покормить не сможет… Забрать с собой что ли?

Мне, почему-то, становится его так жаль. Именно поэтому, в следующую минуту, я звоню Алексу, чтобы узнать о перспективе появления в квартире нового домашнего питомца. Но он не берёт трубку. Может, перезвонит?

Подруга заходит в комнату в тот момент, когда я на половину упаковала чемодан.

— Лера, — она кидается на меня с объятиями.

— Диииан, — пытаюсь вырваться, но тщетно. — Я не была тут всего одну ночь, а ощущение, будто ты меня с армии дождалась или того хуже.

— Я ведь переживала, — дуется она.

— А то я смотрю, — я указала взглядом на стол, на котором стоит бутылка вина. — Ты смотри, такие переживания чреваты последствиями. Кому, как не тебе знать.

— Понимаешь, я просто парня в гости позвала, — Диана даже пропускает мимо ушей мой подкол. — Уже три месяца встречаемся, а он тут ни разу не был.

— Сколько? — мои глаза округляются. Ну, теперь хоть понятно, где она шляется до трёх часов ночи.

— Я боялась говорить, — она опускает глаза в пол. — Понимаешь, это всё не так, как обычно. Это серьёзно.

Совершенно не знаю, что ответить. Впрочем, если не срастётся, она всегда знает, кому поплакаться. Поэтому, собственно, решаю промолчать.

— Так, где ты устроилась? — начинает расспрашивать Диана, пока я пакую свои вещи.

— У парня, — пожимаю плечами и, увидев её офигевшие глаза, добавляю, — не одна ты умеешь скрываться.

Врать ей, что сняла квартиру, не хочется, как и объяснять, что живу у едва знакомого мне человека. Она тогда точно от меня не отцепится.

— Ничего себе, — тянет она. — А ты нас познакомишь?

— Только после тебя, — ухмыляюсь, складывая любимую футболку в чемодан.

Звук открывающейся двери привлекает внимание. Я не сразу понимаю, отчего моё сердце начинает судорожно пытаться прошибить грудную клетку, а дышать становится невообразимо тяжело и больно.

Человек, который заходит в комнату, видимо, поражен не меньше, чем я.

4

— Лера, — как обычно тянет гласные Диана, подбежав к прибывшему гостю. — Знакомься, это Ян.

Тело будто немеет, а в голове стоит какой-то непонятный гул. Хочется одновременно исчезнуть, раствориться и провалить под землю.

Грёбаный Ян.

Бывают моменты, когда сердце замирает с трепетом, в ожидании чего-то приятного, того, что непременно доставит тебе удовольствие. А бывает, когда оно сжимается так сильно, что сделать вдох и выдох кажется нереальным. Бах и ты будто опустошил себя изнутри. В такие моменты даже мысли даются с огромным трудом и кажутся слишком смазанными, будто вовсе не твои.

Понимание того, что именно ты испытываешь в этот момент, не приходит в напряжённое сознание. Страх вперемешку со злостью и бессилие, адская смесь, если честно. Почему то, кажется, что моя жизнь снова рухнула, в одно чёртово мгновение. Титаник пошёл ко дну, а спасательных жилетов не хватило лишь на меня…

— Валерия, — резко представляюсь, продолжая складывать вещи дрожащими руками.

— Это моя соседка, я тебе много о ней рассказывала, — быстро тараторит Диана, обвивая руку Яна.

Ещё один её плюс в том, что когда она волнуется или запредельно радуется — не замечает ничего вокруг себя. Именно поэтому без её внимания остается то, какая дрожь пробирает моё тело при попытке идеально ровно сложить джинсы. То, что мои глаза на мокром месте. Или то, что я готова провалиться под землю от напряжения.

Макаров, молю, только не вздумай сейчас сказать, что мы знакомы. Не порть мою жизнь ещё больше.

— Ммм, — протягивает Ян, а моё сердце моментально уходит в пятки. Я ощущаю его прожигающий взгляд на себе, причём настолько сильно, будто он касается меня. — Неужели ты её так довела, что она решила съехать?

Фух, отлегло. Видимо, мысли о том, что лучше притвориться незнакомыми, у нас совпадают. Чёрт, вот почему… Почему из сотен других городов мы оказались в одном. Это же нереально.

— Нет, — смеется подруга. — Она просто к парню съезжает.

Тут же испытываю дикую неловкость от её слов и желание опровергнуть глупые слова. К счастью, мне останавливает телефонный звонок.

— Да? — на автомате принимаю вызов, даже не взглянув на контакт, который мне звонит.

В комнате настает полнейшая тишина, видимо, в ожидании пока я договорю.

— Лер, — слышу, как всегда весёлый, голос Алекса. — Ты звонила?

Почему-то, услышав его голос, ощущаю приплыв уверенности, будто он находится сейчас рядом со мной, и начинаю ощущать опору под ногами.

— Да, звонила, — отвечаю, смело поднимаю подбородок выше и выдавливая из себя улыбку. — Что ты думаешь насчёт нового домашнего питомца?

— Я же уже сказал, можешь ко мне переезжать, — уверена, что сейчас он хитро ухмыляется. И знает ведь, что я не обижусь на эту шутку, как любая другая девушка.

— Я сейчас тресну со смеху, — уже искренне улыбаясь, заявляю я. — Не хочу тебя обидеть, но, по-моему, тебе пора на курсы повышения квалификации юмора: теряешь сноровку.

Впервые за эти сложные десять минут, что кажутся мне вечностью, я могу посмотреть на Диану с Яном, которые успевают присесть на кровати, и, как ни в чем не бывало, вслушиваются в мой разговор.

Долго это не продолжается, так как взгляд Макарова по-прежнему испепеляет, будто оставляя где-то внутри меня ожоги. Куда там, если там давно всё прожжено дотла? Вижу, что он с интересом что-то разглядывает, но мысли до такой степени размыты, что я не могла сосредоточится на том, что именно его так заинтересовало.

— Я подумаю над этим, — проговаривает Алекс. — Мне можно продолжать совещание?

— Стоять, так что насчёт питомца? — беззаботно продолжаю, не желая терять поддержку в его лице. — Барсика я беру на себя.

— Ну, раз так, то будет по-твоему, — весело заявляет он.

— Серьёзно? — удивляюсь. — Вот так просто? Даже не спросишь, кого я собралась нести? Вдруг я решила завести крокодила.

— Дорогая, — спокойно продолжает Алекс. — Я в тебе не сомневаюсь: именно поэтому решил до вечера сохранить свою, и без того нарушенную, психику.

— Ну, тогда ладно, — пожимаю плечами.

— Помочь забрать вещи? — внезапно спрашивает Алекс.

Я окидываю наполовину собранный чемодан взглядом. Вроде бы, несмотря на то, что он не маленький, справиться одна я могу спокойно, только вот нужно же ещё и тарантула забрать, которого, несмотря на мою внезапную симпатию, я боюсь брать в руки. Вдруг ещё террариум по дороге разобью. С моим жгучим везением не мудрено.

А может, я просто успокаиваю себя так, ведь на самом деле понимаю, что если Алекс заедет за мной, будет намного легче выдержать то, что сейчас тут происходит.

— Да нет, наверное, — отвечаю, немного смутившись. — Не отвлекайся от работы.

— Да ладно, не ломайся, — фыркает он. — Диктуй адрес.

— Общежитие на Авангардной знаешь?

— Ну тебя и занесло, конечно.

— Наберёшь, как будешь подъезжать, я спущусь.

— А как же помочь даме спустить вещи? — Алексу явно нравится шутить надо мной.

— Давай обойдёмся без этого, — я закатываю глаза. — А то Зинка к моим грехам ещё и блуд припишет.

— Скучная ты, — вздыхает Алекс.

— Поверь, — ухмыляюсь. — Тебе придётся забрать эти слова обратно.

Резко кладу трубку. Не люблю, когда последнее слово не за мной. Моя «опора» мгновенно исчезает и при взгляде на Диану, которая уже перекочевала к Яну на руки. Тревога внутри снова начала нарастать.

— Какие вы милые, — начинает трепетать подруга. — Познакомишь?

И тут я осознаю то, о чём совсем не подумала раньше: Ян знаком с Алексом и им лучше не пересекаться. Почему такие умные мысли всегда приходят так поздно?

— Не сегодня, — махаю рукой.

Внезапно перевожу взгляд с подруги на Яна. Только сейчас. Только. Сейчас. Я, чёрт возьми, осознаю, куда он так внимательно смотрел всё это время. Кольцо. То самое кольцо, которое я нашла слишком поздно. То самое кольцо, которое я надела на безымянный палец. То самое кольцо, которое за два года я не решилась снять.

В памяти резко всплывают воспоминания, от которых дышать становится не то что больно, а просто не реально. Они вгрызаются в сердце отравленными шипами, бередя старые раны.

5

Два года назад, в один из дней моей депрессии, я вспомнила о странной просьбе Яна. За неделю до расставания он зачем-то попросил постирать его пиджак, который забыл на моих плечах, когда впервые провожал домой. Я быстро нашла его и, не раздумывая, вдохнула его запах. Его, конечно же, совсем не осталось, но в моей голове он воссоздавался слишком отчётливо. Пока я его тискала, из кармана что-то выпало и звякнуло об деревянное покрытие пола. Отыскать вещь труда не составило.

Золотое колечко с утончёнными камушками и гравировкой «Моя малышка». Я, не раздумывая, надела кольцо на безымянный палец правой руки и оно, на удивление, подошло. Без слёз, в тот вечер, не обошлось.

Сразу стало очень неуютно, ощущение, будто стою оголённой на какой-то людной площади. Я как-то резко и рвано стараюсь спрятать свои руки за спину, от чего взгляд Яна смещается и встречается с моим.

Сложно. Больно. Нереально. Смотреть в глаза, в которые когда-то была безумно влюблена, от которых растворялась в океане приятных эмоций. Смотреть и не видеть никакого интереса. Холод. Осуждение. И всё. Ну, тогда какого чёрта ты продолжаешь смотреть на меня?

— А чего не сегодня? — расстроено спрашивает Диана, прижимаясь к своему парню.

Звучит так паршиво. Совсем не могу понять, что со мной происходит. Где та девушка, которая заставила себя ненавидеть этого человека каждой клеточкой своей души? Где та самая ненависть, что казалась такой реальной? Почему так больно смотреть сейчас на него? Внутри будто мясорубку запустили, которая снова всё кромсает на тысячи кусочков.

— У нас дела, — выговариваю быстрее, чем успеваю обдумать свои слова. — Срочные.

Отвожу от них взгляд, продолжая складывать свои вещи. В голове совершенно не понимаю, зачем я так сказала. Может, чтобы ему тоже стало больно? А какой в этом, впрочем, смысл. Всё было решено тогда, когда он уехал, оставив меня одну. Когда мне пришлось собирать себя по крупицам и изображать счастливого человека, когда на самом деле едва хотелось жить.

— Лера, что-то случилось? — неожиданно спрашивает Диана.

— Нет, — отвечаю слишком резко.

Чемодан оказывается собран очень быстро. Ну где же ты, Алекс, когда ты так нужен?

— Я пойду, — говорю, аккуратно устраивая террариум на чемодане.

— Так тебе ещё не звонили, — уверенно заявляет подруга.

— Да я хочу ещё с Зиной попрощаться, кто знает, свидимся ли ещё, — нагло вру и выдавливаю улыбку.

— Может провести, всё-таки? — подруга, с надеждой в глазах, подходит ко мне.

— Нет, развлекайтесь тут, — весело заявляю я, а самой невыносимо неприятно становится от собственных слов, внутри всё будто загорается страшным пламенем.

Дианка неожиданно крепко-крепко сжимает меня в объятиях, а затем целует в щеку.

— Позовёшь на новоселье? — задорно спрашивает она.

— Обязательно, — улыбаюсь. — Если Алекс не выгонит меня с тарантулом на улицу.

Чувствую тяжёлый взгляд Яна. Зачем ты, чёрт возьми, смотришь на меня так, будто я виновата во всем, что сейчас происходит?

— Пока, Валерия, — слышу его голос, когда рука касается дверной ручки.

— Пока, Ян, — снова вымученная улыбка.

Как же хочется сказать «прощай», вместо дурацкого «пока», которое даёт какую-то надежду на то, что мы ещё увидимся.

Я быстро оказываюсь на улице со всеми своими вещами и сразу же закуриваю.

Дым заполняет лёгкие, а после я выпускаю его из себя, убеждая в том, что становится легче. На самом деле нет. Ничего, кроме того, что я гроблю своё здоровье, не меняется. Просто самовнушение прекрасная вещь.

Привычка курить появилась полтора года назад, когда я настырно пыталась выкинуть Яна из головы. Тогда я могла выкурить пачку за день. Бросить потом оказалось нереально сложно. Но радовало то, что когда я всё-таки это сделала, так же бросила думать о Яне.

Пачку сигарет я всегда носила с собой на всякий случай. Несмотря на то, что за последний год не выкурила ни одной сигареты. Только настал не всякий случай, а нереальная фигня.

Чёртовый Яна, зачем ты снова появился? Так шикарно было жить и не думать о тебе каждый день, засыпать без помощи снотворного, не чувствовать этот отвратительный дым, от которого хочется рвать, в своих лёгких, не вздрагивать от каждого звонка телефона и простого имени «Ян».

Я просто хочу снова тебя ненавидеть. Стереть из памяти твои глаза, которые смотрели с явным холодом и недовольством. Ты, наверное, правильно сделал тогда, когда уехал без оправданий и прощаний. Лучше бы нам было и не встречаться. Никогда больше. И я надеюсь, что так и будет.

Ненавижу тебя. Только почему же так паскудно на душе?

6

Часто бывает такое, что оглядываясь назад, в прошлое, замечаешь то, чего добился и что преодолел. Понимаешь, как изменился твой мир. Вроде, казалось, что никогда не выберешься из той грязи, в которую тебя затянуло, но спустя определенное время всё проходит неожиданно и незаметно. Хорошо, когда так.

Мои мысли так и не смогли собраться в одно целое. Злость и грусть смешались во мне адским коктейлем. Это ведь просто нереально. Нереально. Как там говорится? Если судьба подкинула тебе кислый лимон — подумай, где достать текилу и отлично повеселиться? Так вот жаль, что это невозможно назвать «кислым лимоном». Это всё настолько жёстко, что и описать невозможно.

Совсем перестаю понимать, что и как делать дальше. Было хорошо, когда я не видела его и ничего о нем не знала. Никогда не жалела о том, что между нами было. Никогда. Но сейчас, кажется, начинаю жалеть.

Почему из сотен девушек его выбор пал именно на мою подругу? И вот от этого как-то по-настоящему грустно и обидно. Я всегда знала, что рядом с Яном должна быть сильная девушка, которой я с таким рвением пыталась стать. Дорвалась, чёрт.

Только вот Диана… Она ведь совсем не такая. Её скорее можно сравнить с безобидным ребёнком, которому постоянно нужна защита. Несмотря на всё её достоинства, она очень слаба духом. Даже мелочи с легкостью доводят её до слёз. Если бы я видела рядом с Яном какую-то девушку, то точно не такую, как Диана. Совершенно.

Терзать себя мыслями о тщетности наших с ним отношений мне не позволил Алекс, который подъехал к общежитию.

— Лера, чего трубку не берешь? — спрашивает он, выходя из машины.

Его взгляд цепко и с явным недовольством цепляется за сигарету, которую держу в своих пальцах. Какая она уже по счету? Вторая? Пятая? Судя по полупустой пачке, выкурила явно не мало.

— Прости, — выдавливаю из себя измученную улыбку. — Видимо, не услышала.

— Ну да, — Алекс успевает подойти ко мне, резким движением забрать из моих рук недокуренную сигарету, а затем и пачку, что лежит на чемодане. — Куда уж, за таким интересным занятием.

— Верни, — слабо выговариваю я.

— Обойдешься, — недовольно фыркает он, начиная загружать мои вещи в багажник.

Он открывает дверцу переднего сидения, чтобы я села в машину. Всю дорогу мы молчим, и я безумно благодарна за это. На смену раздражению приходит абсолютное бессилие и апатия. Ощущение, будто заболеваешь, и совсем нет сил на что-то.

Зайдя в квартиру, без лишних слов обнимаю Алекса. Крепко-крепко. Мне не хочется, чтобы он держал на меня обиду. Когда ощущаю его руки, что сильнее прижимают к себе, становится легче. Он всё понимает. Вот так просто и совсем без слов. Почувствовав поцелуй в макушку, невольно вздрагиваю. Это вызывает легкую улыбку.

Без лишних слов направляюсь в гостиную. Сейчас просто необходимо побыть наедине с самой собой. Слышу, как за Алексом закрывается входная дверь. Видимо, уехал обратно на работу. Помню, как ко мне под бок ложиться Барсик и совсем скоро начинает тихонько сопеть. Я так же незаметно проваливаюсь в сон.

Когда просыпаюсь, за окном уже темно, а с кухни пахнет чём-то вкусным. Собственно, туда я и иду.

— Проснулась? — Алекс весело улыбается. — Садись, будем ужинать.

— Уже одиннадцатый час ночи, — хмурюсь, посмотрев на часы. Затем обращаю внимание на то, что стол накрыт, а аппетитный ужин, состоящий из пюрешечки, отбивных и салата с овощами, уже ожидает на нас. — Ты это сам сделал?

— Ну, извини, кулинарную школу не заканчивал, как умею, — он пожимает плечами.

— Я ведь должна была готовить, — мне вдруг становится так неловко. — Извини.

— Только не нужно разводить тут нюни, — задорно начинает Алекс. — Зато, такой семейный ужин надолго запомнится.

Я искренне улыбаюсь и приживаюсь за стол.

— Безумно вкусно, — на самом деле обычно. Просто, задумавшись о том, что человек делал это ради тебя, становится нереально приятно.

— Лера, давай без симуляция, хотя бы на кухне, — после этой фразы мы смеёмся, а на моих щеках появляется румянец.

Силы снова ко мне возвращаются, а думать о том, что происходило днем, совсем не возникает желания. Решаю забыть об этом, как о плохом сне.

— Как тебе новый питомец? — поужинав, вспоминаю о тарантуле, которого нигде не наблюдаю. Может, Алекс его уже выкинул?

— Ты про Себастьяна? — с видом знатока спрашивает он. — Он теперь живет в моей комнате.

— Себастьян? — сдерживая нервный смех, тяну гласные, вымывая посуду после ужина.

— Молчи, — сразу предостерегает меня Алекс.

— Ладно, — я глубоко вздыхаю. — По крайней мере, лучше, чем какой-то там Мистер Пушистые штанишки.

Видимо, всё-таки, стоило промолчать, потому что, в следующую секунду, он подходит ко мне и подставляет ложку под струю воды. Да так профессионально, что обляпывает только меня, ещё и с головы до ног.

— Твою дивизию, — выкрикиваю, отдалившись на безопасное расстояние.

— Вот видишь, — самодовольная ухмылка. — Я же говорил, что скучно со мной не будет.

— Крепись, — единственное, что я отвечаю, направляясь в душ.

Наконец-то полностью отпускает от депрессивных мыслей и от самобичевания. Душ занимает около часа. Почему-то совсем не хочется выбираться из-под теплой воды.

7

Сразу после водных процедур, приходится копошиться в чемодане, чтобы найти свой спальный костюм. Барсик уже сладко сопит на нашей совместной кровати, а мне спать совершенно не хочется. Поэтому направляюсь на балкон, чтобы подышать воздухом и понаблюдать за звездами. Обожаю это делать. Наверное, раньше, такое вдохновение и воодушевление на меня наводил только парк, что находился возле дома. Жаль, что потом он начал вызывать только отрицательные эмоции от слишком сладких воспоминаний.

— Ничего себе, — удивленно проговариваю я, удобно устраиваясь в кресле, которое стоит на балконе.

Алекс спокойно курит и наблюдает за ночным небом. Заметив мои округлившиеся глаза, он хмыкает, и устало улыбается.

— Надеюсь, ты не мои сигареты тут втихую куришь? — ухмыляюсь.

— Нет, твои давно в мусорке, — спокойно отвечает он.

— Ну, ты и вредитель. Значит, с тебя новая пачка, — отшучиваюсь. На самом деле курить и снова вредить своему здоровью совершенно не хочется.

— Значит с меня обещание, что сломаю тебе руки, если ещё раз увижу в них сигарету, — он обворожительно улыбается.

— Ох, какие мы заботливые, оказывается, — сарказм, но на самом деле, почему-то, становится приятно.

— Что у тебя случилось сегодня? — его тон сменяется и обретает резкость и серьёзность.

— Макаров встречается с моей лучшей подругой, — не могу врать.

— Ревнуешь? — чувствуется ирония.

— Шутишь? — нервно усмехаюсь. — Просто неловко как-то. Она ничего не знает, поэтому чувствую себя виноватой.

— Почему не рассказала ей правду?

— Не знаю, — честно признаюсь. — Тебя совсем не удивило то, что Ян здесь. Почему?

— Я видел его, — немного задумавшись, отвечает он. — Твоя подруга, случайно, не миловидная, голубоглазая блондинка?

— Допустим, и?

— Они были в клубе. Позавчера, по-моему, — после этих слов в моей голове складывается ещё один паззл: вот где Диана была до трёх ночи. — Может, это и не она была…

— Она, — резко перебиваю.

— Старые чувства не ржавеют? — с укором спрашивает Алекс.

— Старое на то и старое, чтобы заменять его чем-то новым, — разговор вызывает на душе какую-то легкость.

— И чем же ты заменила?

— Я решила не заменять, а просто вычеркнуть это из своей жизни, — признаюсь, не до конца понимая, так это или нет.

— Смотрю, получилось хреново, — выдыхая сигаретный дым, констатирует Алекс.

— Смотрю, у тебя проблемы со зрением, — улыбаюсь.

— Тогда почему эта встреча вызвала у тебя столько эмоций? — если бы я знала ответ на этот вопрос.

— Не хочу терять подругу, — я пожимаю плечами. — И Макарова видеть не хочу больше. Мне он неприятен.

— Может вам стоит поговорить? — видимо, без особого желания предлагает Алекс.

— Не о чём.

— А как же…

— Ничего особенного не было. Просто увлечение.

Сейчас я почему-то резко задумаюсь о том, как всё началось. Моя депрессия из-за расставания с Кириллом теперь кажется настолько глупой и детской. Наверное, первый интерес к Яну появился именно тогда, когда он успокаивал меня. Зацепил, что уж там. А я тогда предстала перед ним глупым подростком, который с горя может руки на себя наложить. Потом — нереальный интерес. Круто ведь, когда тебя с преподавателем связывают какие-то отношения помимо университета. Даже если это взаимная неприязнь. Казалось, что он специально пытался вывести меня из себя.

Эти доклады, которые я готовила до поздней ночи, чтобы доказать справедливость своих отметок, до сих пор отложились в моей памяти.

Друзья, которых я встретила только благодаря ему.

Первая поездка на мотоцикле.

Наш первый поцелуй, что случился лишь из-за порыва эмоций.

Та чёртова встреча в парке, после которой я встретила Новый год в квартире собственного преподавателя. Ведь именно тогда поняла, что сердце так трепещет не просто так… Он, видимо, тоже.

Чёртова Алиса и ревность, из-за которой я снова начала отношения с бывшим.

Утро следующего дня, когда стало очень больно.

Его крепкие объятия.

Рука в руке, по пути до дома.

Люся, которой я впервые призналась в том, что чувствую.

Тот поцелуй, что смело можно считать первым. Он был вызван не эмоциями, а чувствами.

Мои противоречивые мысли.

Наши дальнейшие непонятные отношения и, собственно, первая ночь.

Тот день, когда я «официально» стала девушкой Яна.

День, в который я невероятно сглупила, поверив словам чёртовой Алисы.

И день, когда всё окончательно закончилось.

Воспоминания закрутились диким, неукротимым вихрем в моей голове, блокируя самое болезненное. То, с чем до сих пор сложно смириться.

Мы ведь даже ни разу не сказали друг другу о том, что любим. А любили ли?

— Холодно, пошли спать, — чувствую руку на своем плече и вижу улыбку Алекса.

— Пошли, — улыбаюсь в ответ.

8

Никогда не любила моменты, когда нужно ложиться спать, а ты не можешь этого сделать. Раньше меня мучили такие бессонницы перед какими-то праздниками или же перед поездкой на море, потом перед важными экзаменами.

Наверное, потому что ощущалось это приятное и волнительное ожидание. А сегодня все иначе. Отстойно, когда не можешь заснуть из-за крайне лишних мыслей в своей голове, которые не можешь сама себе объяснить.

«Ничего особенного не было. Просто увлечение»— уже сотый раз проносится в моей голове, а глаза не закрываются. Паскудное чувство, будто я соврала Алексу. Но, чёрт возьми, как можно солгать, говоря правду?

Кажется, мои чувства совершенно не работают с мозгом в одной команде. Скорее друг против друга. Именно это не даёт мне ни капли покоя, возвращая к внутренним терзаниям самой себя.

«Любили ли мы друг друга?» — вопрос, который задаю сама себе, плотно засел в моей голове. Ответ на него дать не могу. Даже если любила его, я бы никогда не призналась в этом первая. Слишком горда и эгоистична была. А сейчас, когда стала взрослее, сложно судить о тех чувствах, которые остались в прошлом.

Я уже даже мысленно не могу вернуться к тому счастью, которое испытывала тогда, потому что оно плотно застелилось пеленой боли. Кажется, что происходило это не со мной вовсе.

Что насчёт Яна… Наверное, не любил? Хотя, как я могу решать за кого-то другого. Этот человек всегда оставался для меня закрытой книгой. Он держал в тени свои эмоции, страхи и желания. Видимо, я мало знала о нем.

Какой бы сильной я не казалась для самой себя, но морально тяжело сталкиваться с тем, что считал своим прошлым, которое с таким рвением пытался забыть. И даже выражение: «Как только забываешь бывшего, он сразу появляется», не вписывается в мою ситуацию.

Комичность моего положения просто сокрушительна. Таких историй я не встречала в постах «Подслушано», поэтому чувствовала себя одиноко в сложившейся ситуации. Совесть грызла именно из-за Дианы, будто я спала с Яном, когда он уже был её парнем.

От размышлений и самобичевания меня отвлекает Барсик, который нагло перебирается с подушки, пройдясь по моей голове, ко мне под бок, и мгновенно начинает сопеть. В этот момент решаю, что всё фигня, а Барсик прекрасен и засыпаю, обнимаю его рукой.

Утром просыпаюсь в хорошем настроении, а голова не забита разными ненужными мыслями. Я прекрасно знаю, что этим должна быть благодарна Алексу: если бы он не разговорил меня вчера, не выслушал, было бы также паршиво, как и перед сном.

Ещё меня не может не радовать раннее пробуждение. Пора исправлять вчерашние ошибки и приступать к самостоятельному приготовлению завтрака. К счастью, продуктов Алекс накупил немало. По объёмам хватит на закупку в кафе.

Меня охватывает невероятное желание приготовить что-то необычное, но так как завтрак должен быть лёгким, приходится думать о чём-то попроще. Жаль, что я упускаю один факт, поэтому совершенно не знаю какую еду предпочитает Алекс.

Разные омлеты и яичницы отметаю сразу, потому что считаю это самым простым и обыденным завтраком, который только может быть. Сомнения насчёт панкейков и сырников одолевают меня, потому что не каждый человек предпочитает сладкие завтраки. Светлая мысль буквально озаряет, когда я осматриваю продукты, которые купил Алекс.

— Мам, привет, — полушёпотом проговариваю, выходя вместе с мобильным телефоном на балкон. — Что ты добавляешь в манную кашу?

Да-да, вспоминаю, что вчера утром Алекс ел кашу с молоком и исходя из этого решаю попробовать приготовить манную кашу. Верх гениальности. Только каша-то не обычная. Мама в детстве всегда добавляла туда какой-то ингредиент, от которого она приобретала совсем иной вкус. Настолько неповторимый, что я так и не смогла отгадать этот секретный фрукт. Почему-то мне казалось, что это именно фрукт.

— Леруша, — сонно тянет она. — Тебя только это интересует в пять часов утра?

— Ещё интересует как у вас дела, — задумавшись, накручиваю локон на палец. — И как сильно Варя вас измучила.

— Ой, не злорадствуй, — тепло тянет мама. — Похоже, она решила отыграться за то, что ты была таким спокойным ребёнком. По крайней мере, ты в три года не требовала от нас с папой организовать свадьбу для себя и своего жениха.

Я глупо хихикаю. Становится очень жаль, что за три года я так и не увиделась с сестрой, которую так сильно ждала. Мама практически каждый день скидывает мне её фотки и видео, а также мы часто созваниваемся в скайпе. Мне банально не хватает денег на проезд в две стороны. К тому же ехать с пустыми руками я не собираюсь. Раньше ещё пугало то, что столкнусь со своим прошлым, но теперь-то бояться нечего.

Варя росла не по дням, а по часам, на счастье родителям. Ну, или не совсем на счастье. Родители в этом возрасте просто не выносили её капризы и постоянную активность. За милой внешностью скрывалось море сарказма и провокаций. Серьёзно, я бы не подумала, что в таком возрасте, Варя будет такой стервочкой, в хорошем смысле слова, конечно же.

Её жених, уже был пятым по счёту, но как она мне призналась, самый любимый, потому что красивее четырёх предыдущих и подарил ей вкусную шоколадку, а не с орехами, которые она не любит. Немалый опыт для трёх лет, да? У меня, к примеру, ни одного жениха ещё не было. Так мне, прошу прощение, уже двадцать два скоро исполнится.

Со стороны невероятно забавно наблюдать за тем, как растёт этот «ангелок». Однажды, когда они гостили у бабушки, что живёт возле моря, а Варя поехала кататься на велике возле двора, мама ненадолго отвлеклась. Как же она была ошарашена, когда мелкая вернулась с мелочью. Ну как, сто гривен насобирала. На вопросы мамы она ответила, что добрые люди дали ей на мороженое. Забавно же собирать на мороженое, когда в морозилке лежит упаковок десять, да? А ещё лучше, когда ты его вообще не ешь.

Словами не передать, как меня умиляет Варя. Моя любовь к ней безгранична, кстати, как и её. А вот родители тихо ждут момента, когда она повзрослеет и последует моему примеру, съехав учиться в другой город. Шутка, конечно, но сил у них действительно не остаётся.

Если быть до конца откровенной, то у меня есть некий страх встречи с Варей. Видимо, потеря ребёнка негативно сказалась на мне где-то на психологическом уровне.

— И вообще, — строго выговаривает мама. — Какая тебе манка? Ничего не перепутала?!

Её строгость имеет место быть. Как я уже упоминала, проблемы с желудком не прошли для меня бесследно: строгие диеты теперь стали для меня частью жизни. Каши, супы, изредка курица и рыба, к тому же, только вареная. Как-то неаппетитно, правда? Тогда представьте это всё ещё и без соли.

Раньше бы меня это не волновало, потому что я просто перестала бы есть. Но, так как к таким диетам меня привело именно моё редкое питание, пришлось перебороть себя и больше не совершать таких глупых ошибок.

— Да я не для себя, не беспокойся.

— Валерия, — она громко выдыхает. — Учти, что две свадьбы мы не потянем.

Её слова вызывают искреннюю улыбку. Мама будто помолодела, несмотря на то, как сильно её выматывала мелкая. Она не упускала момента, чтобы как-то подколоть меня или пошутить. Раньше я такого за ней не замечала.

— Ну вот, как всегда, — я наигранно вздыхаю.

— Надеюсь, твой жених старше пяти лет?

— Фуф, смотрю, Варю потянуло на «постарше», — если бы я умела, то присвистнула.

— Ой, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы больше кошку не мучило.

Это уже причастилось к основной проблеме родителей. Они завели котёнка, в котором Варя души не чает. Учитывая её упорность и настойчивость, родители так и не смогли донести до неё, что кошку не обязательно выгуливать, купать каждый день и помогать есть. Котик, к слову, особо не против, но маме его всё равно жаль.

— Так что насчёт рецепта? — тяну в предвкушении.

— Ладно, — она сдаётся. Я думала, что это будет сложнее. — Скину тебе SMS-кой.

— Спасибо, люблю, — довольным голосом тараторю я. — Поцелуй моего маленького демона.

— Смейся, смейся. Как только приедешь — она станет твоим персональным адом.

— Надеюсь на это.

Разговор с мамой вызывает только самые положительные эмоции. Кажется, начинаю скучать по ним с удвоенной силой. Безумно хочется поскорее попасть домой, чтобы встретиться с ними.

Минут через пять приходит сообщение от мамы. «Крупа манная. Яблоко зелёное. Корица молотая. Облепиха. Сахар. Вода. Молоко. Миндаль. Соль».

Следом приходит сообщение с самим рецептом и количеством ингредиентов. Да, такой набор продуктов я точно не смогла бы определить на свои вкусовые рецепторы.

9

Единственное, что я не нахожу на кухне, это облепиха. Ну и пусть. Будет у меня модифицированный рецепт.

Довольно непривычно готовить еду из тех продуктов, которые тебе нельзя употреблять. Но от искушения попробовать то, что у меня вышло, я не удерживаюсь. Конечно же, успокаивая себя тем, что просто переживаю за качество приготовленной еды.

Когда сонный Алекс заходит на кухню, стол уже накрыт.

— Ничего себе, — он потягивается. — Ощущение, будто я попал в очень хороший сон.

— Да, можешь пока довольствоваться моим хорошим настроением, — тяну губы в улыбке, присаживаясь за стол с тарелкой овсянки без соли.

Грустный взгляд Алекса, брошенный на мою порцию, не остается незамеченным. К моему счастью, он решает промолчать и присаживается, следуя моему примеру.

— Как-то непривычно видеть тебя такой доброй и спокойной, ты не заболела? — прищурившись, предполагает Алекс.

— Не переживай, пройдёт, — глупо хихикаю.

— Ну вот, а я уже подвох искать начал.

— Как поживает Себастьян? — переводить тему — мой конёк.

— Отличный собеседник, — сделав серьёзное выражение лица, отвечает он.

Мои переживания были напрасны. Алексу настолько понравилась такая манка, что он захотел есть её каждый день.

— Пфф, я, конечно, «нанималась», но не настолько же, — фыркнув, заявляю. — Обойдёшься.

— О, — с видом знатока, Алекс поднимает указательный палец вверх. — Моя Лера вернулась.

— Хрен тебе, а не манка. Меня таким не задобришь.

— Я и не надеялся, — ухмыляется. — Просто переживал, что с доброй Лерой сдохну со скуки.

— Я, вроде, в шоу-балет не записывалась, — напоминаю ему.

— Разве? — Алекс округляет глаза. — Тогда нужно пересмотреть наш контракт.

Когда в моей голове начинают созревать мысли, как отомстить за то, что он облил меня водой, Алекс резко сменяет тему.

— Ты с мамой созванивалась?

— Так ты ещё и подслушивать любишь? — недовольно закатываю глаза.

— Ну, по крайней мере, это лучше, чем подглядывать, — ухмыляется он, ожидая моего ответа, который так и не следуют. — Когда ты к ним собираешься? Могу составить компанию. Жуть как по Варе соскучился.

— В смысле? — его слова, мягко говоря, ошарашивают меня.

— Если боишься, что меня она будет любить больше — не бойся, — успокаивает меня Алекс. — Я уже её фаворит.

— Ты знаком с моей сестрой? — я до сих пор не могу понять смысла его слов.

— А ещё с твоими родителями, — хитро улыбается он.

— Как? — единственный вопрос, что получается задать.

— Ездил пару месяцев назад в наш город. Миша работал допоздна и попросил забрать Люсю от знакомых, — нечего сказать, Алекс просто мастер объяснений.

— От каких знакомых? Зачем забирать? — я напоминаю себе маленького ребёнка. Серьёзно. Даже Варя таких вопросов глупых не задаёт.

— Похоже, у тебя перегрелся мозг, — поджимая губы, заявляет он. — У твоих родителей она была. Забрать, потому что пузатикам вредно одним ездить на общественном транспорте в столь позднее время.

— А что она там делала? «Пузатикам»? — в моей голове полнейшая каша. — Получается, ты знал, что я переехала.

— Нет, мы не говорили насчёт этого, — сразу отвергает мои слова. — Лера, я, собственно, не просто так начал этот разговор. Круто, конечно, что ты сменила номер, выкинув из своей жизни всех друзей и знакомых, но Люсе реально хреново без тебя. Мама вряд ли говорила тебе, но Люся практически постоянно у них, проводит время с Варей.

Мысли крутятся в голове в бешеном ритме. Ощущаю свою вину, но когда разрывала отношения со всеми друзьями, мне было это необходимо.

— И да, Люся уже на восьмом месяце. Я не говорил Мише, что встретил тебя тут. Оставлю тебе её номер. Сочтёшь нужным — позвонишь.

Расправившись с едой, Алекс записывает что-то на листочке и кладёт его на стол.

— Спасибо за прекрасный завтрак, — он треплет меня по голове. — До вечера.

Ничего не отвечаю по той причине, что дар речи вовсе пропадает. Спустя минут пять, решаю перемыть посуду и прийти в себя. Взгляд вновь и вновь цепляется за листочек с красивым почерком. На нем, помимо номера моей когда-то лучшей и единственной подруги красуется ещё и надпись.

«Выше нос. Мне нужна моя боевая Лера»

И становится как-то легче. Остается только поразмышлять о том, стоит ли снова врываться в жизнь Люси или нет.

Каждый раз приходится задумываться о том, как же быстротечна и непредсказуема наша жизнь. Одно время всё идёт своим чередом, а потом, оглянувшись назад, понимаешь, как же все сильно изменилось.

Главное, что ты чувствуешь себя по-другому: более стойкой и готовой к новым жизненным переворотам.

Проблемы, которые раньше казались фатальными, решаются и уходят из нашей жизни, часто, не оставляя даже следа от былой горечи.

И, как бы это ни было здорово, люди зачастую забывают свои обещания, которые давали в минуты отчаяния, и продолжают свой жизненный путь, нередко сталкиваясь с этими же проблемами в очередной раз.

Когда была маленькой, мне казалось, что я никогда не постарею и собственная смерть казалась чем-то мифическим, тем, что никогда не произойдёт.

С годами, мысли о том, что молодость быстротечно уходит и старость когда-то застанет меня врасплох, стала более реальной. Но вот смерть так и осталась чём-то нереальным. Мы никогда серьезно не задумываемся о ней, если нас и наших близких она обходит стороной.

Люся… Она появилась в моей жизни настолько спонтанно, и так же, с корнем, можно сказать, врослась в неё, будто так и нужно. Будто иначе никогда и не было.

То, как я поступила с ней, уехав, и не оставив ни весточки, действительно, слишком жестоко.

И как бы я ни скучала по ней, была слишком поглощена своими проблемами, и в моей голове не возникали мысли о том, что ей тоже плохо. Плохо из-за меня.

Теперь мне невероятно стыдно. Стыдно, что даже по отношению к подруге, эгоист внутри меня, поступил по «накатанной».

Как там говорится? «Скажи мне кто твой друг, и я скажу, кто ты». Только вот почему люди, которые меня окружают, готовы жертвовать последним, чтобы помочь, а я поступаю по-свински, даже не осознавая этого.

10

Следующие пару дней проходя для меня тяжело, в моральном плане. С Алексом я не общаюсь около трех дней. Просыпаюсь специально позже, чем он уходит на работу, подготавливая завтрак с вечера. Ложусь спать до того, как он возвращался. В течение дня, соответственно, посещаю университет.

Дело не в том, что Алекс обидел меня чем-то. Просто мне становится дико стыдно за свой поступок. Даже перед ним, хотя, по сути, его это вообще не касается.

Общение с Дианой не меняется. Правда, все эти дни я хожу, будто в воду опущенная, поэтому многие наши диалоги, а скорее — монологи, пропускаю мимо ушей.

Помню, что она много говорит о том, как ей меня не хватает, как сильно она влюблена и расспрашивает к кому же я всё-таки переехала, упрашивая познакомить её с моим избранником.

— Я же должна убедиться, что отдала тебя в надежные руки, — раз в десятый повторяет она.

— Не включай режим «мамочка», — я закатываю глаза.

Наверное, при других обстоятельствах, я бы упрекнула, что она сама скрывала от меня свои отношения, но задевать тему Яна не хочется, совершенно. Диана и так говорит о нем без умолку.

— Нет, серьезно, можно устроить двойное свидание, — Диана показывает указательный палец. В этот момент не хватает только лампочки, которая зажглась бы у неё над головой от столь умопомрачительной идеи.

— Даже не думай об этом, — вполне серьезно проговариваю я.

— Это же гениально, — практически по слогам протянула подруга.

— Бред, — фыркаю. Похоже, переубедить её будет сложно.

— Я не отстану от тебя, — Диана смешно надувает свои пухлые губы. — Или я была права в том, что мой Ян тебе чем-то не понравился?

Вот и ещё одна тема, которой я пытаюсь избегать несколько дней. Подруга таки заметила, что моё поведение при знакомстве с её парнем, который, на секундочку, мой бывший…преподаватель, было «немного» странным. Конечно же, всеми силами я пыталась её переубедить, приплетая к своему поступку магнитные бури, ПМС и лунное затмение.

— У нас пока непросто всё, — кажется, нахожу другой выход из ситуации. — Твои отношения не причем, честно.

— Вы, вообще-то, живете вместе, — Диана изогибает свои брови.

— А, разве, когда живешь вместе, не имеешь права поссориться? — я изображаю величайшее удивление.

— И из-за чего же? — Диана смотрит в глаза, видимо, полагая, что так я не смогу ей соврать. Не тут то было.

— Тарантул таки не понравился, — полнейшее вранье. Похоже, что Алекса к тарантулу даже Барсик ревновать начал.

— Ты серьезно? — подруга в шоке.

— Ну, знаешь ли, у каждого свои семейные причуды, — я, якобы, обидевшись, быстро направляюсь на следующую ленту.

Мягко говоря, я просто не представляю, что будет, если я «познакомлю» Яна и Алекса на двойном свидании. Как минимум — Диана узнает, насколько нагло я ей врала. Да и желанием видеть бывшего…преподавателя вновь, я не горю. Скорее, наоборот.

Придя домой, я быстро готовлю кушать, играюсь с Барсиком и укладываюсь спать. Сон, как назло, не идёт. Обычно мне удавалось уснуть до прихода Алекса, но сейчас я четко слышу, как хлопает входная дверь.

За полчаса также удаётся разузнать звук воды в ванной и шум на кухне. Жаль, я по-прежнему ворочаюсь и даже Барсик, что сопит под боком, не помогает мне провалиться в объятия Морфея.

Когда слышу шаги, приближающиеся к гостиной, вмиг делаю вид, будто сплю.

— Зря только на актерском учишься, — фыркает Алекс, который успевает приблизится к дивану. — Я знаю, что сейчас ты не спишь.

Чувствую, что он присаживает на край. Почему-то, осознаю только сейчас, насколько нелепо выглядит моё поведение последние дни.

— Прости, — я медленно поворачиваюсь к нему, но так и не решаюсь посмотреть в глаза.

— И на что же ты обиделась, позволь узнать? — как всегда весело спрашивает он, а на душе вмиг становится легче.

— Мне было стыдно, — и тут я вываливаю всё, что волновало меня последние дни.

— Девушки, конечно, непростые существа, — тяжело выдыхает Алекс. — Но ты вообще уникальная.

Подушка летит в него как-то резко, что я и обдумать свой поступок толком не успеваю.

А после становится весело и легко. Кто же знал, что я настолько боюсь щекотки.

— Ну вот, пациент будет жить, — заверяет Алекс, замечая улыбку на моем лице.

— Как думаешь, она ждёт моего звонка? — поборов последние сомнения, спрашиваю я. Настроение становится ещё лучше, когда, сжимая мою ладонь, он утвердительно кивает.

Каждый день нам приходится принимать решения, которые отличаются друг от друга своей значимостью. Это может быть обычный выбор между чаем и кофе, который выпьешь на завтрак, а может и более весомые вещи.

Я никогда не любила принимать серьёзные решения. Ощущая весь груз ответственности, что на мне лежит, постоянно возникают сомнения в правильности этого самого выбора. Конечно, ведь никто не знает, как будет лучше, и, возможно, то решение, которое казалось более выгодным, на самом деле таковым не является.

На эту тему можно размышлять так же долго, как на тему добра и зла. Как говорил Микеланджело: «Не знаю, что лучше — зло ли, приносящее пользу, или добро, приносящее вред»

Сколько не пыталась перевести свои мысли, чтобы унять волнение, сердце таки пропустило удар, когда спустя три гудка я услышала родной голос.

— Алло? — заинтриговано протягивает Люся.

Кажется, что телефон прямо сейчас выпадет с моих рук — настолько вспотели ладони.

— Привет, — мой голос необычайно дрожит.

— Лера? — интонация подруги становится более напряжённой, будто она боится получить ответ на это вопрос.

— Угу, — единственный звук, что могу издать. От непонятного страха, на глаза наворачиваются слезы.

— Как я рада тебя слышать, — мгновенно верещит Люся. — Я так скучала.

Непрошеная слезинка, таки скатывается с моих ресниц.

— Извини меня, я так перед тобой… — не успеваю закончить предложение.

— Забудь, — её голос тоже дрожит, как бы она не пыталась это скрыть. — Главное, что ты позвонила.

Я говорю с ней и совсем не верю, что на самом деле никакой проблемы и не было. Точнее была вымышленная мной. На душе становится намного легче.

— Может, созвонимся в скайпе? — предлагает Люся, будто боясь, что я могу отказать.

— Конечно.

— Сейчас сброшу логин.

После того как вызов сброшен, направляюсь включать ноутбук. Надеюсь, Алекс не будет против.

Кажется, что это происходит не со мной. Голова находится в тумане от такого шквала положительных эмоций.

Люська мгновенно принимает вызов. Она ничуть не изменилась: такие же длинные волосы, та же лучезарная улыбка. Вот только огромный животик сразу бросается в глаза и до невозможного умиляет.

— Ничего не хочешь рассказать?

Вижу до боли знакомый, проницательный взгляд. Так она смотрит только тогда, когда знает что-то наверняка.

— Наверное, много всего, — мнусь я. — Но тебя же интересует конкретный вопрос?

— Ты права, — снова лучезарная улыбка. — У тебя есть молодой человек?

— Нет, — не понимая, к чему ведётся разговор, отвечаю правду.

— А живёшь ты в общаге? — рассматривая задний фон, продолжает Люся.

— Нет, — кратко и ясно, но замечая её взгляд, понимаю, что нужно продолжить. — У друга.

— Я его знаю? — вопрос не в бровь, а в глаз.

Как её это удаётся? Она точно не может знать, что я живу с братом её мужа.

— Да, — врать бесполезно. К тому же, хватит с меня грехов.

— И давно мы «породнились»?

— Ты не так поняла, мы действительно просто друзья, — оправдываюсь я, невольно краснея.

Стоп. Но я ведь не говорила, что живу с Алексом.

— Откуда ты узнала? Он рассказал? — моё напряжение очевидно.

— Нет, — смеётся Люся. — Ты позвонила с его аккаунта. И, видимо, ваши вкусы схожи: он всегда звонит Мише с этой комнаты.

Сейчас понимаю насколько сглупила. Если бы, пошла работать в органы, попёрли бы в тот же день.

Люся, к моему счастью, не начинает устраивать допросы, но говорит то, что заставляет меня задуматься.

— Не переводи вашу дружбу в раздел «любовь», — мимолётно роняет она.

— Почему? — я, как бы, и не думала о таком, но, почему-то, становится неприятно от такой просьбы.

— Мне кажется вы разные, — быстро реагирует Люся. — Не хочу, чтобы испортились такие прекрасные отношения.

Звучит правдоподобно, только не покидает ощущение, что сказать она хотела совсем иное.

— Не волнуйся, — выдавливаю с себя улыбку. — Я совсем не рассматриваю его кандидатуру.

— Что, всё ещё мечтаешь о Бред Питте? — смеется подруга.

— Конечно, — серьёзно проговариваю. — Ты не в курсе? Это же он из-за меня развёлся.

В целом, болтаем мы около двух часов, которые проходят неимоверно быстро. Мы обсуждаем огромное количество тем: беременность, Мишу, мою сестру, всех общих знакомых. Единственная тема, которую мы вдвоём старательно избегаем — Ян. Оно и к лучшему.

Когда обязанности по дому полностью выполнены, я со спокойной душой приступаю к курсовой работе. Хватает меня только на то, чтобы сделать титульную страницу.

Надеюсь, запросы «окей Гугл, где можно купить курсовую», не сильно бросаются в глаза.

Ужинать мы садимся на час позже, так как Алекс задерживается на работе.

— Ммм, — тянет он, пробуя кусок пиццы. — Кажется, в этот раз обойдётся без расстройства желудка.

— Эй, — мои брови сходятся на переносице. — Я же уже говорила, что мясо оказалось просроченным! Всю жизнь теперь будешь вспоминать?

— Так ты уже готова жить со мной до конца жизни? — наигранно удивляется он. — Хотя, если инцидент с мясом повторится, ждать долго не придётся.

Долго ждать, действительно, не приходится: в Алекса летит кухонное полотенце.

— Я звонила Люсе, — резко выпаливаю и, увидев одобрение в его глазах, продолжаю. — Она знает, что я живу с тобой.

— В этом нет никакой проблемы, — говорит, видимо, замечая смущение в моих глазах.

Такой ответ вызывает улыбку на моем лице.

— Ну, конечно, не считая того, что ты сама по себе проблема, — быстро дополняет Алекс.

— Ну, вот не можешь ты по нормальному! — взвываю я. — Бесишь!

— Можешь обидится и уйти плакать к комнату, — он пожимает плечами. — А я пока всю пиццу доем.

— Обойдёшься! — показываю язык и выбираю себя самый большой кусочек.

11

— Лера, ну пожалуйста, — Диана заводит старую песню.

— Нет!

— Почему ты не хочешь знакомить меня со своим парнем? — обиженно спрашивает она. В такие моменты я вспоминаю кота из «Шрека».

— Одно дело знакомить, а второе — двойное свидание.

— Мне кажется, это замечательная идея! — снова воодушевляется подруга.

— А я уверенна, что ужасная.

— Знаешь, выходит, что ты ни во что ни ставишь нашу дружбу, — её голос вздрагивает.

— Диан, — начинаю я.

— Не нужно снова оправдывать и придумывать причины, всё и так понятно, — заявляя это, она разворачивается и уходит.

Теперь мне становится действительно не по себе. Диану можно легко обидеть, но так же быстро помириться. Только в этот раз иначе. Я улавливаю нотки боли и разочарования в её голосе. Такое впервые. Учитывая то, как она серьёзно относится к дружбе, можно предположить, что её сильно задел мой отказ.

Из-за этой «ссоры» Диана третий день не обращает на меня внимания. Это начинает напрягать, но вместе с тем, я чувствую свою вину. Ну не могу же я ей сказать, что эта встреча невозможна, потому что на самом деле отношений у меня нет, а живу я со старым знакомым её парня, который, к тому же, мой бывший. На мгновение становится не по себе от того, как много вокруг лжи.

— Лера, что с тобой? — спрашивает Алекс, после того, как я пропускаю весь его монолог мимо ушей. — Только правду, а не как обычно, — дополняет он перед тем, как я уже готова рассказать очередную ложную историю.

— Это из-за Дианы, — «опуская руки», признаюсь. — Хочет двойное свидание.

— Диана? Девушка Яна? — в ответ утвердительно киваю.

— Так в чем проблема? Если у тебя, как оказалось, есть молодой человек, — слова «как оказалось» слишком выделяются на общем фоне.

— У меня никого нет, — в глазах Алекса замечаю вопрос. — Диана думает, что я живу со своим парнем.

— То есть, со мной? — он прекрасно понимает всё с первого раза, но решает меня позлить. — В чем тогда проблема?

— Ты серьёзно?! Она хочет прийти к нам домой с Яном!

— И? Сыграем влюблённую пару. Ты же, вроде, актриса, — этими словами Алекс даёт своё согласие на этот спектакль, который способен спасти мои отношения с Дианой.

— Ян знает тебя, — расстраиваюсь я, пытаясь не выдать то, что меня цепляет сама встреча с ним.

— Разве мы не могли сойтись? — Алекс удивлённо пожимает плечами. — Или боишься, что старые чувства таки не ржавеют? — кажется, он ловко бросает мне вызов.

— Нет никаких чувств, — гордо заявляю я.

— Тогда приглашай подругу в гости, — усмехается Алекс. — Если не струсила, конечно.

Бывало ли у Вас такое, что нет возможности найти оправдания своим поступкам? Кажется, со мной это происходит крайне часто. Сейчас приходится испытывать трусость, напряжение и нерешительность, в связи с тем, на какое испытание сама себя подписала.

Надо же, никогда бы не подумала, что мне ещё придётся общаться с…ним. Ещё и в такой обстановке. Двойное свидание, будь оно неладно.

Я не знаю, что подвигло меня на согласие. Для меня, по-прежнему, эта идея выглядит крайне неудачной и безрассудной. Возможно, Алекс берёт меня на слабо, а я так просто поддаюсь. А может, я хочу доказать ему, что чувств к Яну не осталось, ведь он так уверен в обратном. Как бы не было так, что я хочу доказать это самой себе.

В голове летает куча мыслей, а напряжение будто окутывает воздух, которым дышу. Я не хочу этого, совершенно точно. Но теперь поздно давать заднюю и показывать Алексу, что струсила. Он наверняка расценит это никак иначе, как мои чувства к Яну. Но это ведь не так… Я должна доказать самой себе, что повзрослела и мне под силу справиться с очередным испытанием.

Главным фактором в этой истории, скорее всего, выступает Диана. Зная её ранимую натуру, мне не хочется причинять боль и допускать то, чтобы она держала на меня обиду. По поведению видно, что мой отказ действительно зацепил её. Наивная, знала бы она правду, давно вычеркнула меня из своей жизни.

— Привет, — улыбаясь, тяну я, находя подругу в университетском коридоре.

Надо же, сегодня она даже не села со мной на парах. И сейчас ничего не отвечает, только растягивает губы в неискренней улыбке, продолжая читать конспект.

— Глупо злиться, — начинаю «закипать» и готова уже отказаться от затеи. — Похожа на ребёнка, у которого отняли конфету.

— Нет, что ты, — она пожимает плечами, а брови сдвигает на переносице, упёрто продолжая прожигать взглядом конспект. — Просто моя лучшая подруга, как оказалось, со-о-о-всем мне не доверяет.

— Диан, у меня создаётся впечатление, что мы находимся в детском саду, — говорю искренне, потому что меня начинает раздражать, когда она ведёт себя как дитя. — Если намерена продолжать, то я, пожалуй, пойду. Читай дальше конспект вверх ногами.

Это бесит ещё сильнее, ведь в него подруга даже не взглянула.

— Стой, — резко останавливает она моё передвижение. — Мне просто обидно… — её голос тихий и резкий одновременно. — Ты оставила меня саму, уехав к своему парню, а теперь даже знакомить не хочешь. Если решила вычеркнуть меня из своей жизни, так и скажи.

Её глаза блестят.

— Хватит, — грубо обрываю её поток слов. — Сегодня, в семь. Устраивает?

Диана начинает изучать меня ошарашенным взглядом, а после, кидается обнимать, в секунду переменившись в настроении. Я держусь отстранённо, потому что внутреннее раздражение ещё никуда не делось. Её подобные манипуляции доводят меня до предела, но безотказно работают из-за того, что жалость к ней берёт вверх надо мной. Интересно, чем она зацепила Яна? Он ведь не предпочитал подобных девушек, которые вызывают к себе жалость и снисхождение… Кажется, я совсем не о том думаю.

— Алло, — подруга начинает кого-то набирать. — Я хочу познакомить тебя со своими друзьями. Сегодня в семь.

Вздрагиваю от осознания того, с кем она сейчас разговаривает.

— Ну, ты ведь сможешь закончить пораньше? — её голос вмиг становится тише, а затем сменяется радостным писком. — Обожаю тебя.

Неприятное чувство поселяется в душе, от чего настроение мигом портиться. Наверное, просто переживаю из-за предстоящего вечера.

— Ты чего? — внимание Дианы снова приковано ко мне.

— Голова разболелась, — практически не вру. — Пойдём на ленту.

Подруга мгновенно подхватывает свои вещи и направляется за мной, обсуждая по дороге возможные варианты того, что можно надеть вечером.

— Ди, — закатываю глаза, — это всего лишь дружеский вечер, а не бал маскарад.

— Эй, — она толкает меня в плечо. — Но ведь нужно идеально выглядеть. Как-никак, вечер с любимыми.

Затем, подруга резко перескакивает на следующую тему. Оказалось, что за эти пару дней, у неё произошло крайне много весёлых и неловких ситуаций.

— А ещё, я поссорилась с Зинкой, — жизнерадостно заявляет Диана.

— Каким образом, стесняюсь спросить?

Обычно, Диана проявляет себя как пай-девочка по отношению к старшим.

— Заметила, что к ней захаживает мужичок, — она стыдливо опускает глаза в пол. — И высказала всё, что думаю.

— К примеру?

— Ну, а почему тебя она выселила, а у себя притон устроила?

— Ты так и сказала? — подруга кивает. — И что она?

— Сказала, что теперь сомневается в том, что источником всех проблем была ты. Теперь, я следующий кандидат на вылет.

— Похоже, она пересмотрела реалити-шоу.

Время близится к семи и я, заканчивая с приготовлением ужина и уборкой, кручусь перед зеркалом с очередным платьем. Днём я совсем не обратила внимания на слова Дианы о том, что нужно идеально выглядеть, потому что настроение было паскудным. Теперь мне кажется, что я обязана предпринять что-то, чтобы скрасить этот вечер, хотя бы своим внешним видом.

— Добрый вечер, прекрасная незнакомка, — Алекс подкрадывается незаметно, отчего вздрагиваю, замечая его отражение в зеркале. — Можно с Вами познакомиться?

— Боюсь, мой сосед будет против, — добродушно улыбаюсь, откидывая в сторону кровати очередное платье.

— Могу с ним договориться, — продолжает шутить.

— Не стоит, в нашем доме и так превышен лимит особей мужского пола, на большее у меня не хватит сил, — с сарказмом заявляю я, получая в ответ его заразительную улыбку. — Ты сегодня освободился пораньше?

— Тебе кто-то говорил, что ты капитан-очевидность? — он приподнимает бровь. — Я же, как-никак, зачинщик всего этого.

В сторону летит ещё одно платье, а меня начинает раздражать, что время идёт слишком быстро.

— Мне кажется, — он задерживает взгляд, когда я прикладываю к себе очередное платье. — В нем ты будешь выглядеть потрясно.

Он говорит это практически шёпотом, а мои щеки мгновенно заливаются румянцем.

— Одевайся. Надеюсь, с этим ты справишься сама? — Алекс окидывает меня насмешливым взглядом.

— И не надейся, — ухмыляюсь. — Твоя помощь не требуется.

Он выходит с комнаты, закрывая за собой дверь, а я продолжаю смотреть на своё отражение в зеркале, прикладывая к себе бежевое платье.

Платье, которое надевала единожды. В ту самую новогоднюю ночь. Воспоминания так не вовремя врезаются в память, что хочется закрыть глаза и оттряхнуть их. Жаль, что подобные манипуляции не работают.

Тело пронимает мелкая дрожь. Почему, когда-то тёплые воспоминание, пронзают такой болью и неприятной истомой?

Сейчас выбора уже не остаётся, а время на подготовку подходит к концу. Я прекрасно знаю, какой образ и макияж подходит к этому платью, ведь в прошлый раз убила на это кучу времени и нервов. И что? Это ведь ничего не значит. Всего лишь моё платье, которое безумно понравилось Алексу.

Когда я полностью готова и заканчиваю макияж, осматривая себя в зеркале, понимаю, что Алекс прав. Я чертовски хорошо выгляжу в этом наряде. К тому же, чувствую себя более уверенной.

— Лера, — в очередной раз протягивает сосед, находясь под дверью своей комнаты, которую я оккупировала.

— Заходи, — счастливо отвечаю.

Дверь распахивается и по лицу Алекса, которое сначала кажется ошарашенным, а потом, растягивая губы в довольной улыбке, начинает изучать меня с ног до головы, я понимаю, что выгляжу действительно неплохо.

Слова, что хочет произнести Алекс, прерывает дверной звонок. Моё тело снова отзывается дрожью и страхом.

В виду того, что я довольно часто читаю книги и всякие любительские рассказы, приходиться не редко сталкиваться с фразеологизмом «выбили почву из-под ног» или тому подобное. Так вот, как мне кажется, в последнее время, я слишком часто стала испытывать данное выражение на себе.

В этот самый момент, когда прозвучал дверной звонок, я почувствовала, будто нахожусь в какой-то невесомости, в которой нереально сделать вдох и выдох. Тело начало неприятно покалывать мурашками от страха смешанного с волнением.

Алекс замечает трусость и нерешительность, которая отражается в моих глазах и, делая шаг навстречу, протягивает руку, дабы в следующую секунду повести меня к двери.

12

— Привет, — радостно тянет Диана, в руках которой находится наше любимое вино. Забавно, я ведь полдня не могла найти его в магазинах.

Подруга, никого не стесняясь, проходит в коридор, не прекращая освещать всё своей довольной улыбкой. Следом за ней заходит и Ян. Его лицо кажется приятно озадаченным, когда он смотрит на Алекса. Только это длится недолго. Вскоре он замечает и меня. Конечно, в последнюю очередь, так как я буквально вжимаюсь в стену от неловкости. Наши взгляды встречаются буквально на секунду. Если бы я его не знала, то подумала, что он не испытывает сейчас никаких эмоций. Только вот я его знала, кажется, даже лучше, чем мне казалось. Ян явно ошеломлён увидев меня, значит, Диана не предупредила к какой из её подруг они идут в гости. Чудесненько.

Сейчас, как никогда, хочется рассмеяться. Не от того, что это смешно, а от бушевавшей внутри истерики. Ощущается, будто уже вечность приходится наблюдать за этими взглядами. Но нет, проходит только несколько секунд.

— Привет, — мгновенно отвечает Алекс, пропуская гостей в дом.

— Я Диана, — подруга протягивает ему руку. — Рада, наконец-то, с тобой познакомиться. А это мой парень — Ян.

К счастью, у него получается обуздать свои эмоции и, как ни в чем не бывало, снова приятно удивиться встрече с Алексом.

— Мы знакомы, — решительно заверят Ян, протягивая ему руку следом за Дианой.

— Серьёзно? — её глаза округляются. — Это ведь круто.

Странно, что Диана совсем не помнит Алекса, ведь, по его словам, они виделись один раз в клубе. Ну и ладно, она вообще редко запоминает такие неважные моменты.

Алекс тем временем уже вливается в компанейскую обстановку, отвечая на расспросы Дианы о всяких мелочах. Ужас, они только разулись, а подруга уже даже за тарантула узнать успела.

— Лера, — Диана недовольно топает ногой. — Почему ты молчишь? Я даже не заметила тебя!

Теперь понимаю, что всё время продолжаю смирно стоять у стены, в попытках лишний раз не вдыхать. Ну, а что, вдруг получилось бы раствориться в этом напряжённом воздухе?

— Задумалась просто, — пожимаю плечами, придавая лицу нормальное выражение.

— Так, — она хлопает в ладоши. — С Яном вы уже знакомы, поэтому можно приступить к пиру.

На её словах меня будто окатывает холодной водой. Только в следующее мгновение понимаю, что именно она имеет в виду. Становится ясно, что даже ложь во благо ничего хорошего не приносит. Только испорченные нервные клетки. Только хардкор.

— Полностью поддерживаю, — Алекс пристраивает свою ладонь у меня на талии, уводя меня, а заодно и гостей, в сторону кухни.

За стол мне не стыдно. Наверное, я даже на Новый год не готовила столько, сколько сейчас.

Мы присаживаемся друг напротив друга — Я с Алексом, Ян с Дианой.

— И так, — Диане не хватает злобного смеха из какого-то мультфильма. Однозначно, она приступает к своему расспросу. — Как вы познакомились? Лера ничего мне не рассказывала.

Ох, я снова прикусываю губу от волнения. Наверное, чтобы выдержать всё расспросы от Дианы и при этом не спалиться, нужно было собраться с Яном и Алексом год назад и до деталей продумать историю. Кто же знал. Врать больше совсем не хочется. Я и так периодически забываю, что якобы не знаю своего бывшего…преподавателя.

— Мы давно знакомы, — Алекс принимает удар на себя. — Три года, примерно.

— Ничего себе, — продолжает подруга. — Так у вас давно это всё?

— Нет, — он отвечает на все вопросы непринуждённо. — У неё тогда…были отношения.

В этот момент мой взгляд резко поднимается на Яна, а он, в свою очередь, внимательно смотрит на Алекса, немного изменившись в лице.

— Серьёзно? С кем? — подруга одновременно увлечена и расстроена. — Ты мне ничего не рассказывала!

— Ничего особенного, — его слова больно режут слух. Отчего-то хочется закричать, что это самое особенное из всего, что у меня было. На секунду переглядываюсь с Яном. Кажется, ему тоже не по нраву такое заявление. Наверняка именно кажется. — Главное ведь, что теперь мы здесь в таком составе.

Алекс расплывается в обворожительной улыбке.

— Так ты влюбился в неё ещё тогда? — подруга продолжает допрос, не замечая наших странных взглядов и реакций.

— Как можно не обратить на неё внимания?

— Совсем забыла про штопор! — резко восклицаю я, поднимаясь и направляясь в сторону кухонных тумбочек.

— Какое платье! Я тебя ни разу в нем не видела! — щебечет восхищенная Диана.

— Вот видишь, а ты сомневалась, что прекрасно выглядишь, — заверят Алекс.

Ощущаю спиной прожигающий взгляд, отчего сердце нервно пропускает удар. Не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто на меня смотрит. Так, Лера, хватит. Возьми себя в руки, в конце концов!

— Спасибо, — возвращаюсь за стол уже со штопором, выдавливая из себя улыбку.

Алекс открывает вино, а Ян разливает его по бокалам, в то время как мы с Дианой накладываем еду по всем тарелкам.

— Я скучаю по твоей еде, — с некой грустью заявляет Диана. Ну конечно, так то, когда мы жили вместе, готовила только я, нелегко ей теперь.

— А ты уже пробовала её фирменный омлет? — интересуется Алекс, а я сдерживая смех, толкаю его в плечо.

Да, мой косяк — я могла приготовить всё что угодно, но омлет получался стабильно отстойным: пересоленным, переперченным, пережаренным, каким угодно, только не нормальным. Один раз у меня таки получился более менее нормальный, только несолёный, но его съел Барсик, пока я отвлеклась на телефонный звонок. Но и это не аргумент. Алекс утверждает, что я специально придумала эту историю, чтобы оправдаться, а Барсик, как назло, молчит.

— Нет, — она наиграно надувает губы.

— Хорошо же тебе, — смеётся Алекс, но, видимо, не желая меня обидеть этим, берёт за руку.

От неожиданности приходится немного откашляться.

— Так вы вместе? — этот вопрос от Яна я ожидала услышать меньше всего.

Пытаюсь придать себе внешней уверенности и радости, но внутри всё по-прежнему напряжено до предела. В этот момент, я ощущаю, как Алекс сжимает мою руку немного сильнее, на что отвечаю улыбкой. Даже так, не говоря ни слова, он умудряется поддержать меня.

— Да, — совсем неосознанно отвечаю, посмотрев в глаза Яну. Он лишь ухмыляется. Как-то напряжённо только.

— Рад за вас, — в этот раз он смотрим на Алекса.

— Мы за вас тоже, — искренне отвечает он.

— Будем теперь дружить парами, — по-детски наивно заверяет Диана, которая по-прежнему не замечает этой напряжённой обстановки.

К моменту, когда все уже сыты, неловкость сходит на нет. Вероятно, этому способствует выпитое вино.

— Я предлагаю сыграть в твистер, — заявляет Диана, когда мы перемещаемся в гостиную.

— Нет, — резко выпаливаю я. Конечно, мысленно уже легче находиться в этой странной компании, но лишние прикосновения явно ни к чему. — Лучше фильмы.

К этому моменту Диана уже усаживается на руки к Яну, а я присаживаюсь рядом с Алексом, который в ту же секунду обнимает меня за талию, притягивая ближе.

— Бен-Гур? — предлагает Диана, всматриваясь в экран смартфона.

— Смотрела.

— Смотрел.

Чёрт, мы с Яном отвечаем на это одновременно, после чего переглядываемся. Ну конечно, мы ведь вместе его смотрели, в то время, когда я практически жила у него дома.

— Форсаж? — на этот раз спрашивает Алекс.

— Смотрели, — снова в один голос. Это начинает напрягать.

— Отряд самоубийц, может? — глаза Дианы загораются в надежде.

Я мысленно закатываю глаза, переглянувшись с Яном.

— Можно что-то этого года?! — немного раздражённо прошу я. — Такси недавно вышло.

— Говорят — отстой, — заявляет Ян, отчего я злостно бросаю на него взгляд.

— Меня не волнует чужое мнение, — заявляю, как между прочим. — Ну, можем Дедпул новый поставить.

— Точно! — восклицает Диана.

С моим предложением все соглашаются, поэтому мы спокойно приступаем к просмотру.

Воспоминания продолжают капать мне на мозги: первую часть этого фильма я тоже смотрела с Яном. Невольно окидываю его взглядом. Диана смиренно прильнула к его плечу, переплетая их пальцы. Отчего-то дико грустно, будто забрали что-то, что было для меня важным. Грустные мысли развевает Алекс, который решает взъерошить мои волосы. Улыбнувшись, решаюсь последовать примеру подруги и кладу голову на его плечо.

Время бежит быстро, на удивление. Пора прощаться подкрадывается совершенно незаметно, хотя изначально казалось, что этот ад никогда не кончится.

— Спасибо за чудесный вечер, — застегнув кожаную куртку, Диана обнимает сначала меня, а затем Алекса. — Нужно будет повторить.

— Несомненно, — в знак приличия отвечает он, пожимая руку Яну.

Не сразу понимаю, почему Диана начинает странно на меня смотреть. Конечно, тут же все бест френд, обнимашки и прочая фигня, а я не сочла нужным попрощаться с её парнем.

Взглянув в его глаза, думаю, что если не сделаю этого — Диана не отстанет.

Мы ступаем на встречу друг к другу одновременно. Его руки на моих плечах, будто воздух из лёгких выбивают резким ударом, а мои неосознанно сжимают его весеннюю куртку на спине. Дыхание не даётся с того момента, как вдыхаю его запах. Чёртов запах, который преследовал меня все эти года.

— Удачной дороги, — отступаю от него так же резко. Улыбка даётся легко, но дыхание продолжает подводить.

Решаюсь лишь на секунду посмотреть ему в глаза. Кажется, он ю напряжён. Наверное, ему крайне неприятно всё это.

Пока продолжаются прощания и пожелания, меня по-прежнему бросает в дрожь, а в голове не укладываются никакие мысли. Будто впадаю в какую-то прострацию.

Сейчас мне сложно говорить о чём-то с Алексом, поэтому шустро ретируюсь в ванну. Мне необходимо обдумать весь сегодняшний день.

Холодная вода смывает с меня весь этот день, позволяя начать думать здраво. Возможно, в этом помогает и сигарета, которую я, незаметно для Алекса, подожгла, перебравшись на балкон.

Листья, окрашенные в жёлтый цвет, падают с деревьев и, подхваченные ветром, плавно спускаются на мокрую после дождя землю. Вся эта слякоть выглядит довольно омерзительной и неприятной, но мне почему-то безумно нравится наблюдать. Сейчас я вижу в этом некую красоту.

Всегда нужно уметь прощаться с летом, как бы не хотелось в нем остаться. С людьми так же. Воспоминания заставляют нас желать вернуться в прошлое, но потакать им ведь необязательно.

Меня до безумия злит то, что я за весь вечер не испытала к Яну ненависти, которую пыталась привить себе всё это время. Это ужасно пугает. Я не хочу чувствовать к нему никакой дрожи и россыпи мурашек по коже. Это всё давно в прошлом и теперь я ясно понимаю, что нам действительно больше не нужно видеться. Никогда.

Теперь у нас всё иначе. Нужно уметь расставлять приоритеты.

— Лера? — Алекс окидывает меня осуждающим взглядом, замечая сигарету в моей руке.

Я не плачу. Просто продолжаю смотреть на опадавшие листья. Алексу не приходится ни о чем просить. Тушу сигарету и выкидываю окурок. Это мне совершенно не нужно.

Не знаю, что нужно сказать в этот момент, но когда Алекс притягивает меня в свои объятия, слова находятся сами собой.

— Спасибо тебе, — пристраиваю свои руки у него на спине.

— Ты умница, — тихо говорит он, вглядываясь в мои глаза.

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Извини, что втянула тебя во всё это.

— Мне было приятно помочь тебе, — он запускает ладонь в мои волосы. — Сделала какие-то выводы?

— Прошлое нужно отпускать. Совсем. Не ненавидеть, а отпускать, — поясняю, прикрывая глаза от приятных ощущений.

— Значит, не любишь его? — шёпотом спрашивает он.

Отрицательно качаю головой, прикусывая губу. В голове снова проносится куча спутанных мыслей, но почему-то казакины, что здесь и сейчас этот ответ неимоверно правильный. И я не ошибаюсь.

Через мгновение ощущаю его губы на своих. Поцелуй нежный, будто он боится спугнуть меня. Отвечаю, потому что сейчас я дико нуждаюсь в нем. Возможно, уже давно пора было начинать новую жизнь.

13

Иногда, мы совершенно теряем счёт времени. Такие важные и, на первый взгляд, невыносимо длительные этапы нашей жизни как детство, школа, институт, брак, рождение детей — сменяют друг друга один за другим с такой скоростью, что ты неуловимо ловишь себя на этой мысли только спустя время.

Иногда начинаешь корить себя за проступки, допущенные в прошлом, за слабости, за утраченные возможности и затаившиеся обиды. Только смысла в этом, к сожалению, нет. Занимаясь подобным самобичеванием — упускаешь моменты настоящего, что продолжают сменяться сумасшедшим водоворотом.

Правда в том, что другого времени, чтобы быть счастливым — не будет. Наверное, всегда, когда приходишь к этому выводу — ощущаешь, что уже упустил такой момент и отказываешь себе в роскоши изменить что-то. Но я пошла по другому пути. Безобразно правильному, на мой взгляд.

Я перестала терзать себя бесконечными ночными мыслями, которые только колошматили душу и воровали моральные силы. Начала радоваться мелочам и плыть по течению, стараясь наслаждаться каждым днём, моментом, событием, секундой.

С двойного свидания прошло около месяца, но складывалось такое непонятное ощущение, будто это было вчера и, одновременно, неописуемо давно. В прошлой жизни.

Мне до чёртиков надоело сидеть у Алекса на шее, отплачивая ему исключительно готовкой и уборкой. Так, как выгнать он меня не мог — Барсик, который уже стал именно моим котом, изгадил бы ему всю жизнь, — а моя совесть не оставляла в покое ни на минуту, пришлось искать компромисс.

Алекс упёрто отказывался отпускать меня на подработку, аргументируя тем, что с учёбой очень сложно подобрать подходящий график и вообще я выжила из ума и занимаюсь беспросветной ерундой.

— Я нашла крутую вакансию! — ворвалась в гостиную, забравшись на диван, совсем не обращая внимания на то, что Алекс залипает в ноутбук.

Он тяжело вздыхает и переводит на меня взгляд полный негодования.

— Молчи, — предостерегаю его, предупреждающе выставив указательный палец. — Требуются официанты в ресторан. Возможны дневные и ночные смены, — увлечённо зачитываю с экрана телефона.

Для себя понимаю, что работа мне нужна не только, как спасительная соломинка от зазрений совести, но и для того, чтобы как-то отвлечься. От чего, сама не осознаю.

— Ты не пойдёшь работать официанткой! Тем более в ночные смены, — раздражённо заявляет он.

Ему совершенно невыносимы мои каждодневные попытки найти подходящую вакансию. С одной стороны я прекрасно его понимаю, а с другой — его бескомпромиссность ужасно меня злит. Хочу запеть очередную песню, которая в любом случае закончилась бы привычной ссорой, но он меня опережает.

— Если так сильно хочешь работать, — спокойно начинает Алекс, откладывая ноутбук в сторону. — Будешь работать у меня в клубе, администратором, — это именно утверждение, завуалированное под вопрос.

— Скажи честно, — едва сдерживая смех, произношу я. — Тебе мало проблем или настолько надоел клуб, что решил избавиться от него таким неординарным способом?

— Тебя всему обучат, — он притягивает меня к себе. — У тебя будут исключительно вечерние смены, щадящий график.

— Я не согласна, — дело не в том, что я сомневаюсь в своих силах. Просто, понимаю, что подобное предложение слишком уж идеально и не хочу приносить Алексу ещё больше проблем.

— У тебя нет выбора, — признается он, сжимая покрепче моё плечо, беспроигрышно угадывая то, что я постараюсь вырваться с объятий. — Лера, я это делаю не только для тебя. Скорее, для нас.

Я вопросительно поднимаю на него свой растерянный взгляд, ожидая объяснений.

— Ну, серьёзно, — его голос звучит, как всегда, уверенно. — Ты постоянно на учёбе, а я в клубе. А последние две недели, когда всё-таки выпадает шанс побыть вдвоём — ты устраиваешь пытки своими ужасными вакансиями, которые заканчиваются очередной ссорой.

В его голосе нет злости или обиды, только грусть-тоска. Мне становится на мгновение совестно, ведь я и правда не задумывалась о том, как испортились наши отношения за время поиска работы. А что самое ужасное, это входит в привычку, вытесняя прошлую лёгкость и беззаботность.

— Я скучаю по тебе, — вслед за словами следует нежный поцелуй, который, получая отклик, углубляется.

— Можно попробовать, — сдаюсь, а щеки невольно алеют.

Как-никак, без уступков отношения ведут в никуда. Не получится — уйду.

Алекс уже месяц был моим. Звучит странно, но уже не вызывает прошлого отвержения. После нашего первого поцелуя мы не обсуждали ничего, не бросались громкими словами о любви до гроба и не собирались сломя голову бежать в ЗАГС. На следующее утро, когда я в очередной раз пыталась приготовить омлет, он подошёл сзади и, оставив лёгкий поцелуй на шее, начал сыпать привычными утренними шутками. В тот момент всё стало понятно, поэтому никакие объяснения не требовались.

Только сейчас, после этого разговора, я поняла, что за время всех ссор связанных с поиском работы, мы действительно сильно отдалились друг от друга. Постоянное напряжение резко заменило наши постоянные забавы и развлечения. Нужно срочно с этим что-то делать.

— Когда ты едешь домой? — отрываясь от моих губ, спрашивает Алекс.

— Через два дня, — с волнением произношу я.

— Жаль, что не смогу поехать с тобой, — заглядывая в глаза, признается он.

Поездка в родной город вынужденная и безотлагательная мера, которая вызывает у меня бурю эмоций в диапазоне от жуткого страха до беспросветной радости.

Одной из причин та, что я наконец-то решаюсь перешагнуть через себя ради своих близких. Как-никак, живое общение с родителями и сестрой не заменит никакой скайп. Мне до жути хочется их увидеть, обнять, почувствовать родной запах.

А ещё есть неотложное дело — крестины Василисы. Люся родила девочку раньше положенного срока, но, к огромному счастью, это никак не сказалось на их здоровье. Собственно, угрозами Люся добилась моего согласия на присутствие в этот прекрасный день. На самом деле, в любом случае приехала бы: только теперь я смогла смотреть в глаза ошибкам, которые совершила, отталкивая самых близких людей.

— Главное, что ты приедешь, — я одобрительно улыбаюсь, утыкаясь носом в его плечо.

У Алекса не получается выехать вместе со мной, как бы ему этого не хотелось: срочные проверки в клубе, которые без него провести не могут. Но, он обещает, что приедет через неделю после меня. Таким образом, мы проведём вместе оставшиеся три дня.

— Тогда завтра поедем на работу вместе, — довольным голосом заявляет он. — Тебя нужно познакомить с коллективом, а выходные дни как раз кстати.

Я утвердительно киваю, продолжая прятать свой взгляд, что выражает некое волнение.

Ночь кажется неспокойной из-за мыслей о предстоящем дне. Спать на диване мне больше не приходится — теперь я делю кровать с Алексом. Ну, и с Барсиком, конечно. Последний, перетащил свою игрушку в виде мышонка с дивана на кровать в первый же день, как я переселилась в эту комнату. Мало того, он ещё и упорно ложился между нами, тем самым, утруждая желание Алекса обнимать меня во сне. За ними было смешно наблюдать.

Барсик как-то упустил тот момент, когда мы решили лечь спать, поэтому Алекс быстро заснул, крепко прижав меня к себе. Толстому пакостнику ничего не оставалось, как улечься ему на голову, свернувшись клубочком и захрапев. Наблюдая за этой весёлой картиной, мне всё-таки удалось уснуть.

— Мне точно идёт эта блузка? — в сотый раз спрашиваю, пока машина уверенно двигается в сторону клуба.

Мне смешно с самой себя. Напоминаю самой себе старую «подругу» Машу. Мне всегда было забавно от того, как она парилась по таким пустякам.

— Хватит переживать, — раскусывает меня Алекс, наблюдая за дорогой.

Как говорится — перед смертью не надышишься, — но я всё равно делаю глубочайший вдох перед тем, как переступить через порог клуба.

Здесь мне приходится бывать впервые. Оглядывая обстановку чувствую себя уютно. Солнечное пространство улицы сменяется приглушённым светом и интерьером в приятных тёмно-ярких цветах. Чувствуется доля пафоса, которая, несомненно, присуща таким заведениям, но вместе с ней просматривается дороговизна и несомненный вкус.

— Прошу всех подойти, — довольно громко произносит Алекс, притягивая меня в середину зала.

Многие сотрудники занимаются своими делами. Посетителей ещё нет, значит, открываются они в более позднее время, что можно было предугадать.

Нас мгновенно окружают незнакомые мне люди, которые с улыбкой и интересом смотрят в нашу сторону.

— Знакомьтесь, Валерия Вадимовна, — он продолжает придерживать меня за талию. — Наш новый администратор.

— В смысле? — мой слух режет твёрдый и явно недовольный женский голос.

Поднимая взгляд, замечаю брюнетку, которая буравит Алекса недовольным взглядом. Остальные, на удивление, продолжают приветливо улыбаться.

— В прямом, — стальным голосом отрезает он. — Ты, кстати, введёшь её в курс дела и разделишь обязанности.

Девушка окидывает меня мимолётным взглядом, в котором читается неприкрытое отвращение и, развернувшись, направляется в сторону каких-то кабинетов.

Ну, вот. Я ведь ещё тут ни слова не сказала. С чего вдруг такая злоба?

Не зная ситуации, мы часто принимаем безликие оскорбления и обиды на свой счёт. Так же, не редко, не замечаем очевидных вещей, которые уловимы невооружённым взглядом.

— Та девушка странно отреагировала на моё появление, — раздумывая на эту тему, признаюсь я.

Закончив знакомство с коллективом на приятной ноте улыбок, Алекс проводит меня в свой кабинет.

— Не заморачивайся, — он одобрительно улыбается и, притягивая меня к себе, заключает в объятия. — Боится конкуренции.

В его крепких руках ощущаю спокойствие, опору и нежность. Вдыхая уже привычный запах его одеколона, начала устраивать допрос.

— Она, разве, тоже администратор? — мгновенно догадываюсь, на что получаю утвердительный кивок и поцелуй в макушку. — Так зачем тебе два человека на этой должности?

— Как ты успела заметить, клуб не маленький. Даша совсем не справляется одна, а мне, честно говоря, надоело выполнять половину работы за неё. Как-никак, у самого немало обязанностей, — спокойно разъясняет Алекс.

— Мне кажется, такой расклад её совсем не устраивает, — открыто заявляю я. Мне, признаться честно, дела нет до того, что думает незнакомый мне человек. Просто предельно чётко ощущаю то, что упускаю что-то во всей этой ситуации. Конечно, это напрягает и совершенно не нравится.

— С каких пор тебя волнует мнение незнакомцев? — будто читая мои мысли, Алекс вопросительно приподнимает бровь.

Мне остаётся лишь неоднозначно пожать плечами.

— Приступим к работе, — он зарывается рукой в мои волосы и оставляет поцелуй на губах. — Можешь пока поближе познакомиться с коллективом, а потом узнать у Даши о своих обязанностях.

— Я надеюсь, в случае чего, мы сможем договориться? — соблазнительно прикусывая нижнюю губу, спрашиваю я.

— Ты сейчас намекаешь на тот офигенный торт? — его глаза лучатся радостью, и мы одновременно начинаем смеяться.

Конечно, Алекс понимает, что я всего лишь пошутила. За этот месяц наши отношения не продвинулись дальше поцелуев и прикосновений. Я не спешу, Алекс не торопит. Очевидно, что скоро придётся продвинуться дальше. На этом сказывается и то, что ласки с каждым разом становятся более интимными и настойчивыми, и то, что долгое отсутствие сексуальной связи уже влияет на мне и заставляет желать большего. Да и вообще, по-моему, это вполне обычная и необходимая часть серьёзных отношений.

После нашего расставания Ян не остался единственным мужчиной в моей жизни. Особенно первые полгода, когда, переехав в другой город, к моему новому увлечению сигаретами добавились ночные клубы и несколько связей без обязательств.

Сейчас самой от себя противно, вспоминая тот ужасный, будто валянный в грязи, отрезок моей жизни.

В этот раз я не желаю совершать прошлых ошибок, поэтому до последнего оттягиваю.

Наверное, возлагаю на эти отношения большие надежды. Алекс, за несколько месяцев, стал слишком близким и родным. Мне кажется, так и должно быть, когда находишь своего человека: тепло и спокойно, без всяких бурь, сносящих всё живое на своём пути.

Я чётко осознаю — если у нас не получиться построить любовные отношения, то это будет конец вообще всему между нами. Безумно не хочется этого.

14

Выйдя из кабинета, натыкаюсь на рыженькую, миниатюрную девчонку, которая чуть не сбивает меня с ног.

— Извините, — пискнула она, пытаясь вернуть себе координацию движений. В её глазах мелькает тревога, в ожидании моего ответа.

— Ничего страшного, — улыбаюсь, протягивая ей руку. — Валерия.

— Каролина, — она, нерешительно взглянув в мои глаза, таки протягивает руку в ответ.

Что-что, но вселять в работников чувство ужаса с первого дня работы не хочется. К тому же, я в курсе, что в коллективе Алекса довольно дружные отношение между всеми. Да и сам он принимает в них непосредственное участие. Значит — нужно вписываться.

— Официантка? — предполагаю, замечая поднос в её руке.

— Да, — для убедительности она ещё и кивает.

— Ты не знаешь, где найти Дашу?

— Третья дверь слева — кабинет администратора, — махнув рукой в сторону, сообщает моя новая знакомая.

— Благодарю, — улыбнувшись, я направляюсь в указанное место.

Ради приличия, конечно, стучу, но, не получив ответа, нагло вхожу в кабинет. Как-никак, он является теперь и моим, в том числе.

Брюнетка сидит за ноутбуком, разглядывая что-то.

— Я не давала разрешения входить, — Даша снова окидывает меня взглядом полным отвращения.

— Я в нем и не нуждаюсь, — окидывая взглядом просторный кабинет, пристраиваю свою сумку и осеннее пальто на кожаный диван.

— Девочка, — злобно продолжает она. — Прибереги свою наглость для кого-то другого. Смешно смотреть.

От её противного «девочка» хочется плюнуть прямо в лицо.

— Для таких, как ты, — повышаю голос на последнем слове. — Валерия Вадимовна, — и, не давая подавиться ей желчью, мгновенно продолжаю. — В чем заключается моя работа?

— Сама разберёшься, — заявляет Даша. — Раз такая умная.

Ну, довольно ожидаемая реакция. Что же, приступим.

Приблизившись к столу, начинаю перебирать бумаги: накладные, договора на поставку, договора с работниками. На самом деле, я не так глупа и понимаю, в чем заключается общая часть работы администратора такого заведения. Учитывая тот факт, что я работаю на полставки, вполне могу заняться тем, что понимаю без объяснений этой мегеры. Она, к слову, напряжённо наблюдает за мной, готовая взорваться в любой момент.

— Интересно, — натягивая слащавую ухмылку, протягивает Даша. — Давно ли, после развлечения на одну ночь, берут на должность администратора?

— Думаю, ты больше осведомлена в таких вопросах, — без интереса предполагаю я, сосредоточившись на шоу-программе сегодняшнего вечера. — Опыт явно присутствует.

Какой-какой, но беспросветно глупой я точно не являюсь. Между ней и Алексом явно что-то было. Не знаю отношения или нет, но секс — точно. Я не ощущаю никакой ревности или обиды. Учитывая то, как её задевает факт нашей связи — с ней он порвал. Не приметив никаких сходств в нашей внешности и характерах, смело можно сделать вывод, что заменить её мной — не было в его планах. Прошлое есть у всех, глупо злиться на Алекса за то, что у него были отношения до меня. Сама не без греха.

— И давно промышляешь такими отношениями? — она продолжает попытки меня задеть.

— В отличие от тебя, я достойна того, чтобы совместно жить и строить семью, — совершенно не ведусь на её провокации, но пытаюсь ударить в ответ.

— Что же я ни разу о тебе не слышала, семейная моя? — она победно улыбается.

Она явно врет. Это я понимаю сразу.

— Я за два месяца тоже ни разу не слышала о том, какой у Алекса прекрасный администратор.

С её губ сразу пропадает улыбка, а в глазах отражается нескрываемая злость и разочарование. Подобно фурии она вылетает из кабинета, скрывшись в неизвестном направлении.

Видимо, я только что конкретно подставила Алекса. По её реакции можно было угадать то, что первый месяц, когда я жила с ним — они ещё состояли в каких-либо отношениях.

Возможно, нужно почувствовать какую-то вину, но я слишком заведена от подобной стычки с неуравновешенной.

Выходя из своего кабинета, замечаю столпотворение возле барной стойки. Очевидно, что всё работники, собравшиеся возле неё, обсуждают что-то интересное.

— Не помешаю? — без стеснения, приближаюсь я.

— Это ты так Дашку довела? — парень, на вид лет двадцати пяти, окидывает меня осуждающим взглядом. Бармен — догадываюсь я.

— Да, — а что греха таить? Я собой довольна. — Проверка на стрессоустойчивость. Она не прошла.

В одно мгновение, недовольные лица моих коллег сменяются заливистым смехом.

— Ты нам сразу понравилась, — признается он, хлопая меня по плечу. — Альвиан, — представляется он. — Лучше, просто Ал.

Что же, похоже, всё не так отстойно, как казалось на первый взгляд.

Переходя в новую школу, поступая в университет или устраиваясь на работу, ты попадаешь в новый для себя мир. Такой неизведанный и требующий открытий. Знакомства с новыми людьми незаметно влияют на тебя, меняя что-то незаметное глазу.

Мне нравится новый коллектив, не считая Даши. Хотя, она внесла немалую долю разнообразия в сегодняшний день. Раньше, к примеру, я не имела такую стойкую выдержку и не чувствовала почву под ногами, ощущая ненависть и презрение. Выходит, что, не заметив этого — повзрослела, стала сильнее, раз смогла дать ей отпор. Была собой искренне довольна.

— Леся, — представляется мне ещё одна официантка. Видимо, она является девушкой Ала. Иначе, я не вижу другого повода для их объятий.

Дальше звучат ещё имена нескольких человек, но они обыденные, поэтому не задерживаются с первого раза в моей голове.

Однозначно, сразу становится ясно, что с этими тремя я подружусь. Есть в них лакомая изюминка, что бесспорно влечёт.

— Куришь? — спрашивает Каролина. Та самая официантка, с которой столкнулась около часа назад.

— Нет, — честно признаюсь, вспоминая конкретные места, где окажутся мои сигареты в случае, если Алекс ещё раз увидит меня с ними.

— А за компанию? — ухмыляется она.

Пожимая плечами, направляюсь следом за ней в отдалённую комнату, видимо, предназначенную для курения персонала.

— Ты девушка Алекса? — в лоб спрашивает Каролина, прикуривая сигарету.

— Изначально, ты показалась мне скромницей, — признаюсь, окидывая её довольным взглядом. — Да.

— Ты мне нравишься, — заявляет она. — Остерегайся Даши, она бросается из крайности в крайность, когда хочет чего-то добиться.

Прекрасно понимаю, что посыл Каролины касается не только должности, но и отношений с Алексом. У меня есть отличная возможность узнать о них с Дашей. Сомнений, что девушка расскажет мне всё — нет. Только взвесив все за и против, решаю промолчать и перевести тему.

Одно дело закрывать глаза на то, что Даша — бывшая моего парня, а совсем другая — знать их историю. Вдруг, я услышу что-то такое, после чего разочаруюсь в Алексе? Важно, что сейчас он со мной, остальное — мелочи.

— Познакомилась? — выйдя из своего кабинета, Алекс направляется к барной стойке, возле которой стоит весь коллектив, включая меня.

Моё внимание неприятно заостряется на том, что следом из его кабинета выходит Даша. На ней нет лица, поэтому спешит ретироваться обратно в свой кабинет. Значит, бегала жаловаться на меня.

— Да, — пожимая плечами, растягиваю губы в улыбке. Алекс тем временем обнимает сзади и целует в макушку.

То, что он афиширует наши отношения — хороший знак. Собственно, поэтому мысли о Даше, с которой он вышел из кабинета, покидают мою голову.

— Ты не говорил, что она такая весёлая, — задорно заявляет Ал.

— Ты что, уже успела рассказать историю о том, как ушла из магазина с апельсинами в кармане, за которые забыла заплатить?

Мои щеки алеют. Ну, с кем не бывает? Я, конечно, обнаружив находку, сразу хотела вернуть и оплатить, но стало как-то неловко. Не хватало ещё, чтобы причиной моего первого попадания в обезьянник — стало два апельсина.

— То есть, если я захочу втихую вынести бутылочку коньяка, — серьёзно начинает Ал. — Обращаться к тебе?

— Не советую, — опережает меня Алекс. — Она не пронесёт его без приключений и пару метров.

— Эй! Я же действительно поскользнулась! — шикаю на него. Очевидно, он вспоминал случай, когда я упала в магазине и разбила бутылку виски, которую несла в руках.

Коллектив откликается смехом. Я в том числе.

— Конечно же, я верю тебе, родная, — он снова целует меня в макушку, отчего краснею пуще прежнего, услышав зачарованные «охи».

— Так ты сегодня с нами до утра? — с нетерпением Леся ожидает моего ответа.

— Да? — я вопросительно смотрю на Алекса.

— Нет, сегодня чисто знакомство. Завтра будет программа поинтереснее, да и Лере нужно вещи собрать.

— Точно, — я стукаю себя по лбу.

Новый коллектив располагает к себе настолько, что из моей головы совершенно вылетает мысли о покупке сувениров родным, сборах сумки в дорогу и закупке необходимой всячины.

— Съезжаетесь? — Леся довольно хлопает в ладони.

Мне нравится, что между Алексом и подчинёнными действительно тёплые, дружеские отношения.

— Кхм, я с ней уже два месяца выживаю, — будто говоря о каком-то подвиге, заявляет он.

Оценив его шутку, кидаю взгляд на наручные часы.

— Я тогда поеду? Нужно успеть в сувенирную лавку, — обернувшись к Алексу, обворожительно улыбаюсь.

— Я с тобой поеду.

— А работа? — непонимающе смотрю на него.

— Вернусь после того, как всё сделаем.

Сказать, что я довольна — ничего не сказать. В последнее время мы и правда проводим вместе мало времени.

Оставив поцелуй на его щеке, бегу в кабинет за своими вещами.

Мой взгляд мгновенно устремляется на Дашу. Очевидно, что она плакала всего пару мгновений назад.

Если на её месте был кто-то другой, я успокоила бы, но не в этом случае. Вставляешь палки в колёса другим — получаешь по заслугам.

Надевая пальто, слышу звук моего телефона — звонит Диана.

— Да, — привычно произношу, продолжив разглядывать себя в большое зеркало.

— Не хочешь завтра в кино сходить? — задорно предлагает она.

— Завтра занята.

— Ну, тогда, может, сегодня?

— Нет, мы с Алексом едем за подарками, — говорю это без задней мысли, но Дашу, конечно, задевает. — Я ведь уезжаю в понедельник.

— Ну, ладно, — она расстраивается. — Наберёшь вечером в скайпе, покажешь подарки.

Положив трубку, продолжаю застёгивать пальто.

Наши отношения с Дианой, в последнее время, складываются напряженно. Я стараюсь избегать темы о своих отношениях с Алексом и их с Яном. Не хочется в очередной раз проводить время в такой несовместимой компании.

Сама Диана, будто понимает что-то, поэтому больше не предлагает встретиться парами. Да и самого Яна упоминает гораздо реже.

Я больше не узнаю в подруге того беззаботного, ранимого человечка. Незаметно для меня, она совершенно изменилась и отстранилась.

Часто общалась с кем-то по телефону и переписывалась. Возможно, появилась новая подруга? Насколько я знаю, к ней в комнату подселили девочку с первого курса. Возможно, она?

— До завтра, — улыбнувшись, выхожу со своего кабинета.

Ответ, естественно, не следует.

Выбор подарков оказался совсем непростым. Кто знает, как сильно изменились вкусы родных людей, за время моего отсутствия?

Мелкой, к примеру, пришлось покупать около пяти разных вещей. Я то, понимаю, что востребует она с меня не по-детски.

Алекс подсказывал и помогал нелёгким с выбором, а после мы даже успели сходить в кино, на ряд для поцелуев.

Конечно, из-за этого пришлось чем-то пожертвовать. Поэтому, высадив меня возле подъезда, Алекс умчал на работу, а я направилась в квартиру, собирать чемодан.

Дело непростое — закончила довольно поздно.

За мыслями о том, что готовит мне предстоящий день, провалилась в глубокий сон.

15

Каждый раз, когда мы с нетерпением ждем какого-то дня или важной поездки, время идет невероятно медленно и часы кажутся вечностью.

К сожалению, это не мой случай. Я так сильно боюсь встречи с родными и близкими, что дни, которые приближают меня к ней, летят так, что оглянуться не успеваю. Кажется, ещё день в запасе, а уже захватывает дыхание, и сердцебиение учащается в предвкушении…

Очередной день на работе проходит насыщеннее, чем первый. Занимаясь своими обязанностями, получается абстрагироваться от своего неуместного волнения. Даша, кажется, перестаёт вести себя странно и продолжает меня тихо ненавидеть. Но, к счастью, мы обоюдно стараемся избегать друг друга.

По моей просьбе, на работе Алекс не делает мне никаких поблажек. Конечно, учитывая его жизненный трудоголизм и нацеленность на результат, он бы даже без этого разделял деловые и личные отношения. Это мне безумно нравится и приводит в восторг, заставляя уважать этого человека ещё больше.

— Покурим? — уже привычно спрашивает Каролина перед концом рабочего дня.

— Ты, что-то, сама не своя, — заявляю я, когда мы оказываемся в комнате для курения.

— Ерунда, — она напряженно отводит взгляд, втягивая в себя сигаретный дым.

То, что настроение девушки резко изменилось, я заметила ещё перед открытием клуба, только вот никак не было времени узнать, что случилось. Да и неловко как-то, знакомы ведь всего ничего.

— Ну, как хочешь, — пожимаю плечами.

— Они снова «вместе», — она делает жест пальцами, — а меня это просто выбивает из равновесия.

— Ал? — мои глаза округляются от удивления, но других вариантов особо нет. Разве что, «они» — это люди не из клуба.

Она кивает, смущенно отводя взгляд в сторону, а я молчу в ожидании того, что мы молча выйдем из курилки и сделаем вид, что ничего не случилось или же Каролина откроет сейчас свою душу. Последнее крайне маловероятно.

— Леся, я и Ал с одной школы, — начинает, решаясь подкурить следующую сигарету.

Её взгляд опустошенный и бегает с одного угла комнаты в другой.

— Он — на два класса старше, а мы с Лесей бывшие одноклассницы и…лучшие подруги, — говоря это, Каролина досадно ухмыляется.

Взглянув в мои глаза, она будто спрашивает разрешение на то, чтобы рассказать эту историю. Конечно, я понимаю, что это ответственность, но в то же время чувствую, что всё правильно.

— Всё началось в восьмом классе: тогда я уже два года, как была безответно влюблена в старшеклассника, имени которого даже не знала. Как все маленькие девочки, любовалась им на переменах и грезила мечтами, что когда-то нас случайно сведет судьба. Леська об этом знала, но не особо понимала меня. С самого детства она была более пробивная и, если кто-то нравился, шла напролом. К тому же, проблем с симпатиями у неё не возникало, учитывая её позитивность и уверенность в себе, всегда приходилась по душе всем. Я, как бы, тоже зажатой себя назвать не могу, но в этой ситуации была бессильна.

А дальше, Каролина погружается в свои воспоминания, рассказывая историю, которая не на шутку поражает меня.

— Лола, — Леся постоянно звала меня так. — Мне кажется, ты морочишь себе голову ерундой. За тобой вон сколько пацанов ухаживают, а ты всё одним себе голову морочишь, — размышляя на эту тему, она ходила по трибуне вперед-назад.

Привычка гулять на территории школы зародилась с того самого времени, как родители вообще начали отпускать нас на вечерние прогулки.

— Какая тебе разница, — я продолжала сидеть, но отвела от неё взгляд. — Я не ты, поэтому тебе не понять.

— Знаешь, на такое и обидится можно, — подруга даже остановилась на секунду, смерив меня осуждающим взглядом. — Просто я ещё ни в кого не влюблена.

— А как же Петя? — вспомнила про одноклассника, с которым Леся согласилась пойти в кино.

— Это так, просто погулять, — она пожала плечами. — Сердце при виде него не трепыхается, как пишут в книгах.

— Смысл в этом тогда? — я, действительно, не понимала. Наверное, потому что моё сердце при виде предмета обожания, грозилось вырваться из груди, а руки мгновенно потели.

— А почему нет? — удивленно спросила она. — Как я пойму, что кого-то люблю, если не буду ходить на свидания?

На самом деле, Леся часто гуляла с мальчиками, но, действительно, ни разу не говорила, что в кого-то влюблена. Никогда с её стороны не было такого сильного влечения и её быстро надоедал очередной кавалер.

— Это как-то неправильно.

— Ну, конечно, ты же у нас вся такая правильная, — обиженно фыркнула подруга и, потеряв равновесие, полетела с трибуны на снег.

Пока я осмыслила происходящее и подскочила, чтобы помочь подруге, совершенно, упустила тот момент, когда из нашего спортзала выходили баскетболисты после вечерней тренировки.

— С тобой всё в порядке? — рядом со мной, сидящей на корточках возле Леси, опустился парень.

Меня бросило в легкую дрожь уже в тот момент, когда услышала его голос. Покосившись и осознав, что по правую сторону от меня находится именно он, сердце пустилось биться в конвульсиях.

— Да, вроде, — ответила опешившая от падения Леся, поднявшись на локтях и начиная отряхивать с курточки снег.

— Аккуратнее нужно, — голос был таким доброжелательным и приятным, а его руки помогали подруги отряхнуться.

— Спасибо за помощь, — Леська улыбнулась во все тридцать два, но, когда пыталась подняться, с писком осела обратно на землю.

— Нога? — сразу предположил парень, а подруга кивнула.

Посадив её на трибуну, мой таинственный незнакомец осмотрел её щиколотку.

— Похоже, вывих, — вздохнув, заявил он. — Говори, куда тебя нести.

— Площадь Героев, тут недалеко, — подруга мгновенно назвала ему свой адрес.

— Я помогу, — мгновенно отозвалась, пытаясь адекватно себя вести при предмете моего обожания, хотя, тело, по-прежнему, била крупная дрожь. Впервые, он так близко.

— Не стоит, — он улыбнулся, подхватив Лесю на руки. — Уже темнеет, лучше поспеши домой. Не переживай, со мной она в безопасности.

Я совсем не волновалась, потому что верила ему с первых слов. Только не хотелось так быстро прощаться. Даже немного жалела, что не я так глупо подвернула ногу.

— Я позвоню тебе, как буду дома, — пообещала подруга, улыбнувшись.

— Пока, — неловко выговорила я, когда они направились к её дому.

В тот момент, я была несказанно рада, что мне выпала возможность побыть рядом с ним. О таком, я могла только мечтать. Ревности к Леське не было: она же подруга.

Только вот подруга не позвонила в тот вечер и на звонки не отвечала в течение недели, которую провела на больничном. Все попытки сходить и проведать её, накрылись медным тазом — никто не открывал дверь.

— Сегодня мы идём на вечеринку, — весело заявила подруга, накинувшись на меня с объятиями, как только появилась в кабинете. Кажется, объяснять свою пропажу, она не собиралась.

— На какую? — тяжело вздохнула я.

— Ал позвал меня, а я без тебя идти не хочу, — она подмигнула. — К тому же, там будет много старшеклассников.

— Какой Ал? — не понимала, о ком она говорит.

— Ну, Альвиан, — развела руками Леся. — Просто ему больше нравится сокращенное имя.

Кажется, я начала догадываться о ком идет речь, но до последнего пыталась убедить себя, что это просто плод больного воображения. Не могли же они за моей спиной…

— Это кто?

— Ну, ты, мать, даешь, — вздохнула подруга. — Это парень, который помог мне тогда.

— Когда это вы успели так разобщаться? — я прикусила губу.

— Он просто часто заходил навестить меня, — менее уверенно ответила Леся.

— То есть, мне позвонить, и открыть дверь нельзя было?

— Ты чего? Я просто телефон в руки не брала и часто в больницу ездила, наверное, ты как раз в это время и приходила.

Это звучало, как глупая отмазка, но мне так сильно хотелось верить, что это чистая правда.

— Ты же в курсе, что я в него влюблена второй год? — я испытующе посмотрела на подругу.

— Конечно, ты чего, — улыбнувшись, ответила она. — Урок уже начинается — давай потом поговорим.

— Тогда мне казалось, что я всё надумываю, — глаза Каролины на мокром месте. — Не может же лучшая подруга так жестоко поступить.

— Ой, девочки, а что вы тут так долго? — к нам зашла Леся, широко улыбаясь. — Там уже нужно кассу посчитать.

Сейчас мне вспомнился всеми ненавистный момент, когда на самом интересном месте, включают рекламную паузу. Конечно, это не сравнится с тем, что я узнала, но все же.

Любопытство и сочувствие к Каролине накалены до предела. Догадываюсь, что Леся её предала, учитывая то, что сейчас с Алом встречается именно она. Только что-то мне подсказывает, что здесь кроется более драматическая история.

— Всё сходится? — спрашиваю у ребят, которые сосредоточены на выручке.

— Более чем, — довольно заявляет Ал. — Кажется, эта шоу-программа произвела фурор.

После этого он разделяет деньги из отдельной стопки на четыре части, одну из которых кладёт возле меня.

— Что это? — мои глаза сужаются.

— Мы с Лесей и Алом делим свои чаевые поровну, — спешит объяснить Каролина.

— А при чем здесь я?

— Если бы не новые повороты в программе, мы бы не получили сегодня таких бонусных, — как что-то очевидное, заявляет Ал.

— Я, конечно, испытываю неподдельное чувство гордости за себя любимую, — улыбнувшись, подшучиваю. — Но брать деньги не собираюсь.

Из-за того, что смена кончается в четыре часа утра, практически все работники добираются домой на такси. К счастью, заработанных чаевых им более чем хватает.

Спустя пару часов после закрытия ночной смены, клуб начинает работать, как обычное кафе, готовое принять всех желающих. Именно поэтому Алекс часто пропадает на работе сутками.

Ожидая, пока он разбирается с какими-то отчётами, стою на улице в компании новоиспечённых приятелей.

— До завтра, — Ал целует Лесю, когда к нам подъезжает такси.

— Увы, — она виновато опускает глаза. — Дела семейные, поэтому созвонимся, — и, улыбнувшись напоследок, садится в машину, махая нам рукой.

— А почему ты не поедешь на такси? — возник у меня вопрос.

— Да мне тут пешком пройтись минут двадцать, — поясняет Ал. — Обожаю, прогулки по свежему воздуху, — говорит, окидывая Каролину взглядом и слабой улыбкой.

Кажется, я начинаю видеть тайный смысл во всех этих взглядах и словах. Каролина улыбается. Вот только весь оставшийся вечер я ловила себя на мысли, что она нуждается в том, чтобы выговориться. Безумно нуждается, но боится.

Пользуюсь моментом, когда Алекс звонит Алу и тот возвращается в клуб.

— Хочешь, прогуляемся? — внезапно для самой себя, предлагаю.

— Ты разве не спешишь? — в её глазах сверкает радость и надежда.

— Нет.

— Тогда я только за, — теперь она улыбается искренне.

— Ну что, домой? — выйдя из здания, Алекс обнимает меня за плечи.

— Мы тут с Каролиной решили подышать свежим воздухом, — заявляю, прикусываю губу.

— Ты не забыла, что в десять у тебя автобус? — он прижимает меня крепче.

— Вот в нем и высплюсь, — довольно заявляю, замечая то, как напряглась Каролина.

— Набери меня, как только решите закончить прогулку, — серьёзно проговаривает Алекс, оставляя поцелуй у меня на макушке. — Иначе, никуда не отпущу, — предугадывая мою следующую реплику, дополняет.

Приходится согласиться. Как бы там ни было, мне почему-то кажется, что в этом разговоре нуждается не только моя новая знакомая, но и я сама.

В моей голове закипает каша, которая сменяет мои мысли и убеждения каждый час.

Меня тянет куда-то, но не могу отдать себе в этом отчёт. Вроде, уже всё наладилось, включая мою личную жизнь, но ощущение, что я не на своём месте, не покидает до сих пор.

Каждый раз, когда слышу историю о искренней любви или же смотрю сопливые фильмы, меня неведомой силой тянет к воспоминаниям из прошлого.

— Как ты доберёшься домой? — Ал взволнован, это видно невооружённым взглядом.

— Вызову такси, — она скрещивает руки на груди, упорно смотря себе под ноги.

— Мы тебя подвезём, если нужно, — мгновенно отзывается Алекс.

— Набери меня, — вопреки всем предложениям, просит Ал. — Я заберу тебя.

После этих слов повисает тишина. Каролина продолжает сверлить взглядом носки своих ботинок.

Наконец-то, избавившись от всех «заберу», «позвони» и «долго не гуляй», мы добредаем до лавочки на алее, которая находится недалеко от клуба.

— Он переживает за тебя, — нарушаю тишину первая. — У вас было что-то, да?

— Было так много всего, — набирая побольше воздуха в лёгкие, начинает она. — Что теперь это «много» рушит всё остальное.

— Я пыталась не обращать внимания на то, что Алу сразу понравилась Леся. Это было очевидно и на вечеринке, куда она меня потащила. Где, собственно, и состоялось наше нормальное знакомство. И каждый следующий раз, когда мы ходили куда-то вместе. Думала, что нет смысла переживать: это ведь Леся, моя подруга. Да и Ал её совсем не интересует. Так мы и начали дружить втроём — весело и беззаботно. Год спустя, мне даже показалось, что влечение Ала к Лесе ослабело. Мы начали общаться ближе и несколько раз ходили в кино вдвоём.

Я понимала, что сейчас услышу что-то неприятное: лицо Каролины искривилось, будто от пощёчины.

— Лола, я приду сегодня к тебе, — она не спрашивала, она ставила перед фактом. — Поговорить нужно.

— Хорошо, — я пожала плечами, особо не обратив внимания на то, что подруга была какой-то подавленной.

В этот момент я была увлечена перепиской с Алом, который писал что-то об учителе — зануде, который грозится выгнать его из баскетбольной команды за его «телефонную зависимость» на уроке.

Леся не соврала и заявилась в гости, спустя час после последнего урока.

— Ты как-то рано сегодня, — прожёвывая бутерброд, я распахнула дверь.

Подруга молча сняла верхнюю одежду, разулась и направилась в мою комнату.

— Ты выглядишь так, будто узнала, что Деда Мороза не существует, — пошутила я, следуя за ней.

— Я люблю Ала, — эти слова выбили почву из-под моих ног и убили во мне радость и надежды последнего месяца.

Для меня было дикостью слышать от Леси слово «люблю». Она никогда в жизни не произносила его по отношению к другому человеку. Двойную боль причиняло то, чьё имя после этого заветного слова подруга назвала.

— Я не считаю себя виноватой, — прервав долгое молчание, она снова нарушила тишину. — Вы с ним не вместе, да и он меня тоже любит, очевидно же.

Сказав это, она молча развернулась и ушла, оставив внутри меня ноющую пустоту.

— Мне было настолько плохо, что я в тот же день решила уехать к бабушке, чтобы только не видеть и не слышать никого, — в уголках её глаз появились слёзы. — Мне повезло, что начинались каникулы, но помимо них я пропустила ещё недели две учёбы. Ал писал мне, спрашивал, куда пропала, но я буквально сразу заблокировала его номер. Мне казалось неправильным общаться с ним, после признания Леси.

— А она разве не пыталась позвонить тебе и поговорить? — удивляюсь я.

— Нет, ни разу. Когда, через месяц отсутствия, вернулась домой, Ал с Лесей уже встречались. Это было ожидаемо, но всё равно стало очередным ударом. Наша дружба не прекратилась, но, конечно, вместе они проводили больше времени, чем в компании со мной. Когда мы учились, переходили в одиннадцатый класс, летом, они расстались. Часто ссорились, поэтому, когда на личном фронте у Леси засиял парень из обеспеченной семьи, она без лишних раздумий свалила с ним на все три месяца к морю, где у того находился дом.

— Я тогда поддерживала Ала, но, казалось, что он был не сильно подавлен и разбит, будто готов морально к такому повороту событий. Буквально через месяц, после её отъезда, он признался, что готов был начать со мной отношения, как раз, когда я свалила к бабушке. Леська просто обманула меня. Увидела, что Ал больше не заинтересован ею и ревность сыграла с ней злую шутку. Никто из них не был счастлив в этих отношениях прошедшие два года.

— Мы начали встречаться. И это было…волшебно. Тогда я испытывала столько счастья, что словами не передать. За два месяца мы познакомились с родителями друг друга и даже решили съехаться, как только я окончу одиннадцатый класс. Всё будто встало на свои места. Только сказкам не место в реальной жизни, поэтому ей суждено было кончиться на минорной ноте. Леся вернулась в город первого сентября и без всяких интриг огорошила Ала новостью о своей беременности. Сроки, тесты и узи — всё это было против наших отношений.

— Стой, — зажмуриваю глаза и зажимаю виски руками. — Но почему они не живут вместе, если у них ребёнок?

— Нет ребёнка, — Каролина резко опустила взгляд. — Не хочу об этом.

Мне перехватывает дыхание. Остаётся только гадать, что случилось. Может, Леся соврала. Или же, стала жертвой обстоятельств, как и я? От этих воспоминаний жутко щипает в носу, а глаза вмиг становятся влажными.

— Он вернулся к ней? — чтобы убедится, спрашиваю. Зря, наверное, это ведь очевидно.

— Семья для него — святое. Это связано с его личной историей. Да и я бы никогда не простила себе, если стала причиной, по которой Ал бросил ребёнка.

Повисает пауза. Кажется, в этот момент, каждая думает о своём. Всё-таки, кошки на душе скребут от того, как непросто складываются отношения людей. Неужели нельзя упростить всё? Почему, люди, которые хотят быть рядом, должны страдать на расстоянии друг от друга?

— Через год они снова расстались. Как раз, на выпускном. Леська уехала, снова никому не сказав. В этот раз Алу не требовалась моя поддержка, между нами вовсе остались напряжённые и непонятные обоим отношения. Общение стало неловким, но мы упорно пытались делать вид, что дружим, как прежде, — Каролина тяжело вздыхает.

— Каждый, кажется, пытался упорно построить свою жизнь, а через полтора года вернулась Леся. Со своим женихом. Мы, вроде, снова начали дружить старой компанией, забыв обо всех недомолвках. Как ни крути, дороже этой дружбы, у нас ничего не было. Мы работаем здесь вместе, чтобы поддерживать свою связь. После школы, это стало невероятно сложно. Правда, муж Леси против… Говорит, что ей вообще не нужно работать.

— Муж? — казалось, уже ничто не могло меня удивить в этой истории. — Я думала, свадьба не состоялась.

— Я не знаю, почему они сейчас «вместе», — говорит она, однозначно имея в виду Ала и подругу. — Но каждый раз, когда я вижу в его глазах недовольство, переживание и волнение, которое связано со мной, становится сложно дышать и преодолевает огромное желание уехать на другой конец планеты, чтобы никогда его больше не видеть. Чтобы, наконец-то, потерять какую-либо надежду.

Поддаюсь странному желанию и обнимаю Каролину. Она не плачет, просто дышит прерывисто и сложно, утыкаясь мне в плечо.

В этот момент становится ясно, что в чем-то мы похожи. Я могу однозначно сказать, что она, так же как и я, терпеть не может делиться личными переживаниями. Выходит, ей сейчас сложно настолько, что переживания, которые она демонстрирует — лишь верхушка айсберга, который медленно ведёт её ко дну.

Понимаю для себя, что нужно отпускать свои обиды. Я так сильно хотела больше никогда не видеть Яна, что он вопреки всему снова и снова появлялся в моей жизни.

Возможно, отпустить его — это значит простить? Мы вдвоём конкретно облажались. Пора перестать закрывать глаза на прошлое, а просто принять и смирится. В жизнях людей бывают истории трагичнее нашей.

— Позвонишь ему? — шёпотом спрашиваю я, будто боясь спугнуть ту нить доверия, что протянулась между нами.

— Нет, — она смотрит на деревья, которые сбрасывают свои листья. — Я не рискую находиться с ним рядом.

В этот момент, у неё звонит телефон. Однозначно, Ал. Видно по выражению её лица. Трубку не берёт, но сразу после звонка следуют сообщение, после которого она сама набирает номер. Как я заметила, его нет в её записной книжке.

— Ладно, — обречено тянет она, напряжено прижимая трубку к уху. — Давай, минут через двадцать. На центральной алее.

Ровно через назначенное время, на излюбленном месте нас уже четверо.

— Ты когда вернёшься? — улыбаясь, спрашивает Каролина, находясь рядом с Алом. Кажется, она дрожит. И, конечно, совсем не потому, что было холодно.

— Через две недели, — к сожалению, ровно столько я смогу отсутствовать в универе по липовой болезни.

— Буду ждать.

Кажется, сегодня я обрела что-то дорогое и шаткое. Дышать стало проще, а мысли стали совершенно свободными.

— Не замёрзла? — заботливо спрашивает Алекс, наблюдая за дорогой. Одной рукой он нащупывает мою ладонь.

— Совсем нет, — накрываю его второй ладонью. Какой холод, когда в душе разлилось такое тепло?

— И что, совсем никаких хулиганов? — наигранно расстраивается он.

— Кроме нас с Каролиной, нет, — улыбка появляется на моих губах.

— Скучно, Лера, скучно, — он качает головой. — Теряешь сноровку.

Видимо, сейчас он вспоминает случай, когда человек без определённого места жительства пытался забрать у меня шаурму.

Мои глаза слипаются, поэтому незаметно для самой себя проваливаюсь в сон.

16

— Позвони, как только доедешь, — обнимая меня, шепчет Алекс. У нас остаётся пару минут до отправления автобуса.

— Если доберусь, — зная свою везучесть, заявляю я. — Обязательно.

— И никого не обижай, — он окидывает взглядом бабку, которая за полчаса нахождения на остановке уже успела приесться своим гонором и звонким голосом.

— Ну, — возмущенно тяну. — Тут уже перебор.

Мою речь обрывает резкий поцелуй.

— Я буду скучать, — искренне заявляет Алекс, посмотрев мне в глаза.

Непривычно. Мы привыкли переводить все в шутку, а сейчас, осознание, что всё серьёзно, свалилось как снег на голову.

— Не уж то, по моим омлетам? — предполагаю, пытаясь скрыть румянец.

— Конечно, — поддерживает меня он. — Боюсь, привыкну к нормальной пище. Как жить потом?

Ночные прогулки положительно сказались на мне, поэтому, едва сев в автобус, мгновенно заснула.

— Девушка! — меня кто-то истерично дёргает за плечо. И, кажется, этот знакомый голос не предвещает ничего хорошего.

— М-м-м? — протягиваю, нехотя открывая глаза.

По какой-то непонятно причине, рядом со мной сидит та самая болтливая бабка, которую я приметила ещё на остановке. Какого чёрта? Когда засыпала, со мной сидел мужчина.

— У вас есть влажные салфетки? — с наездом спрашивает она.

— Нет, — сразу отвечаю.

— И что же мы теперь будем делать? — не прекращает она.

— Что, простите? — кажется, ещё не до конца проснулась.

— Мне мешает запах этих дурацких духов! — нагло заявляет она.

— Моих-то? — кажется, мои глаза полезли на лоб. — А при чем здесь салфетки?

— Да нужно же как-то разбудить тебя, — как само собой разумеющееся, заявляет бабка. — Храпишь на весь автобус.

Ох, Алекс, как чувствовал. Кажется, моё возмущение от поведения этой противной женщины переходит опасную черту. Как она вообще оказалась рядом со мной?

План приходит в голову сам собой, когда решаюсь попить сок, дабы успокоиться и не сорваться на неё.

Бутылка соскальзывает у меня с руки. Случайно, конечно же, прямо в левую сторону от меня.

— Ах, ты ж, — бабка вдыхает в себя, кажется, весь воздух, что можно, а я спокойно наблюдаю, как на её светло-коричневых штанах образуется красное пятно, от вишнёвого сока. Надо же, я даже рада, что моего любимого — персикового, — не оказалось на полке в магазине. От него вряд ли получился бы такой яркий эффект.

— Ой, — сочувственно вздыхаю. — Какая же я неловкая.

Она начинает возмущаться, окидывая меня разными словами, чем привлекает весь автобус.

— Знаете, — говорю я, пропуская мимо ушей все её оскорбления. — Мне один раз плохо стало в пути! Так сильно, что жуть! Прямо на соседку, — выдерживаю театральную паузу, прикладываю руку к груди. — Так что, Вам ещё повезло.

Ошарашено взглянув на меня, бабка мгновенно поднимается и пятится дальше по салону автобуса. Видимо, на своё прошлое место. Надо же, не зря-таки учусь!

Больше моему сну никто не мешает, кроме периодических разговоров сзади. Кажется, бабка нашла себе следующую жертву.

Люся сказала, что встретит меня на вокзале и не хотела слушать никаких отговорок.

— Ты вообще кушаешь?! — только увидев меня, запричитала подруга, заключая меня в крепкие объятия.

От неё, как всегда, пахнёт сладостями. Конечно же, я поддаюсь, ещё сильнее сжимая её.

— Приветос, — весело распевает Миша, трепет меня по волосам.

— А где Василиса? — резко опоминаюсь я, забывая о приветствиях.

— Не переживай, дома, у неё есть няньки, — заявляет Люся, расплываясь в загадочной улыбке.

— Куда путь держим? — спрашивает Миша, когда мы усаживаемся в машину. Люська молчит, показательно устроившись со мной на заднем сидении.

— Конечно, к вам! — решаю я. В любом случае, родители ещё на работе, поэтому домой раньше времени я не попаду. — Вы снова поссорились? — уже шёпотом спрашиваю у подруги.

— Он забыл купить торт, — взволновано сообщает она, попутно продолжая закидывать меня всевозможными вопросами, и попутно обнимая.

На душе вдруг становится радостно до такой степени, что петь хочется. Вот что значит — родные люди. Даже спустя года, которые мы не общались, я ощущаю себя дома. В теплоте и уюте. И не важно, что совсем измученная долгой поездкой, снова нахожусь в пути.

— Представляешь! — заканчивает очередной рассказ Люся, когда мы заходим к ним в квартиру и попутно начинаем разуваться.

— Как ты только их в покое оставила, — наиграно возмущаюсь я. — Шоколадные батончики ведь!

Миша сразу смеётся, оценив мою шутку.

— Спелись, значит, — надуто заявляет она. — А ведь из-за него мы без тортика!

Через секунду мы втроём разражаемся хохотом.

— Тише, — слышу голос и сразу оборачиваюсь к двери, которая, видимо, ведет в гостиную. — Васька только уснула.

— Ян, — скорее утверждаю, озадачено взглянув на него.

Он выглядит не менее удивлённым.

Вот, кажется, именно тот момент, когда жизнь даёт тебе шанс все изменить, чтобы впредь жить спокойно. Уловив себя на этой мысли, я непроизвольно улыбаюсь. Его губы расплываются в ответ. Кажется, не только я готова сделать шаг на встречу. Шаг к нашей душевной свободе.

Этот неловкий и волнительный момент прерывает другой неожиданный поворот.

— Ну, привет, что ли, — слышу низкий, но уверенный голосок и опускаю взгляд ниже.

Вживую, Варя выглядит ещё краше. Совсем не похожа на меня. Светловолосая и с голубыми глазами — копия мамы.

— Привет, — я неловко улыбаюсь, краснея.

Что же делать? Такая жуткая неловкость, что аж ноги подкашиваются.

В этот момент Ян наклоняется и шепчет что-то Варе на ухо.

— Ох, эти девушки, — она обречённо стукает себя по лбу, после чего подходит ко мне.

По взгляду «Ну и? Чё стоим?» понимаю, что пора действовать. Я беру её на руки и крепко-крепко сжимаю в объятиях.

Такая родная, она прижимается в ответ. Кажется, хочется плакать, но это чувство настолько окрыляет, что я гоню такое желание.

Смотрю на Яна с благодарностью. Захотелось спросить, что же он ей сказал.

— Говорит, ты — трусиха, — заявляет Варя.

Все дружно смеются.

— Кстати, мама сказала, что мы с Олегом не сможем пожениться, — топнув ногой, проговаривает сестра. Конечно, она ещё нечетко выговаривала слова. Выглядит забавно.

— Почему?

— Говорит, две свадьбы не потянет, — она вздыхает. — Поэтому, у меня к тебе серьёзный разговор!

Вот и начался мой персональный ад. Зря я, конечно, смеялась над бедными родителями.

Вечер проходит весело и непринуждённо. Василиса оказалась спокойным ребёнком, поэтому, не без страха, конечно, но я привыкла держать её на руках и убаюкивать.

Ян выглядит более уверенно в общении с детьми. Наверное, сказывается его опыт. Даже Варя разрывается между тем, кому из нас уделить внимание.

— А ты сам будешь платить за свадьбу? — внезапно спрашивает она у Яна, когда мы готовим стол.

— Конечно, принцесса, — он обворожительно ей улыбается.

— Возьми тогда Леру замуж, — уверенно просит мелкая.

Чуть тарелка с рук не падает в этот момент.

— Тогда я смогу пожениться с Олегом, — размечталась она.

— Варя! — недовольно цокаю. — Я не собираюсь замуж, пока. А у Яна, наверняка, есть невеста.

Мы смотрим друг на друга, а моё тело покрывается предательскими мурашками. Хочется ли мне, чтобы он опроверг мои слова? Слишком сильно, как для безразличного человека. Но он молчит, а я, опуская взгляд, направляюсь на кухню за очередным салатом.

Разговор за столом плавно проходит через многие темы и доходит до крестин, которые должны состояться завтра.

— Думаю, ты сможешь вырываться к крестнице хоть на праздники? — улыбаясь, спрашивает Люся, поедая меня взглядом.

— Что? — я не сразу понимаю. — Ты серьёзно?

Это становится для меня такой неожиданностью и ответственностью. Это значит одновременно все. Люся простила меня… Хочет, чтобы я стала частью их семьи.

— Конечно.

Минут двадцать мы обсуждаем все вытекающие последствия, из-за чего не обращаю внимания на озадаченность Яна.

— А кто будет крестным? — внезапно решаю спросить.

За столом сидят только Ян, Люся и Миша. Васю давно уложили спать, а Варя уснула следом, за просмотр мультика.

— Ян, конечно, — заулыбавшись пуще прежнего, заявляет подруга.

На секунду забываю, как дышать, переглянувшись с ним. Кажется, он расстроен этой новостью.

Как реагировать? Не знаю. Мне грустно. Я никогда не думала о том, что у нас с Яном ещё может что-то получится. Все это осталось в далеко прошлом. Только сейчас, когда понимаю, что это будет точкой невозврата, почему-то моя радость омрачается. Становится грустно и хочется что-то изменить.

— Ну да, — говорю, опуская взгляд. — Кто же ещё.

Ближе к десяти собираюсь домой. Хорошо, что пешком идти минут двадцать. Варю решаю не будить и оставить здесь. Погода не настолько благоприятная, чтобы шастать там с мелкой. По рассказам Люси, она часто болеет.

Варя вообще часто остаётся ночевать у них. Моей благодарности к подруге нет предела. Она стала для Вари настоящей сестрой. Кажется, они пытались заменить друг другу моё отсутствие. При этом, оказалось, что Люська всегда рассказывала мелкой обо мне и о нашей дружбе. Выходит, она вообще не держала на меня зла?

— Я провожу тебя, — неожиданно говорит Ян. Его голос звучит уверенно и твёрдо, только в глазах читается вопрос.

Я просто киваю. Не могу ничего произнести в эту минуту.

Попрощавшись с Люсей и Мишей, мы оказываемся на прохладной осенней улице.

Любоваться дорогой через любимый парк — оказывается это так важно. В душе ноет от приятного и одновременно тягучего чувства.

— Мы должны поговорить, — заявляет Ян, остановившись.

Приходится снова кивнуть. Я боюсь сказать хоть что-то.

Ян присаживается на лавочку, а я следую его примеру.

Интересно, можно ли считать знаком то, что это та самая лавочка, на которой я сидела в ту самую новогоднюю ночь?

— Я долго думал об этом, — признается он. — Кажется, уже глупо вычеркивать друг друга из жизни. Общие друзья — веский повод для этого шага. И не вздумай снова кивать, я хочу услышать от тебя что-то.

— Что-то, — неожиданно развеселившись, протягиваю я.

И в этот момент внутри меня будто что-то с треском ломается. Напряжение сходит на нет, а сердце начинает биться чаще.

— Ты неисправима, — его губы растягиваются в улыбке, а рука легко взъерошивает волосы.

— Я не думала, что находясь рядом с тобой смогу испытывать такую лёгкость, — неожиданно признаюсь, будто сама себе. — Мне было сложно каждый раз, до сегодняшнего дня. Кажется, я больше не живу прошлыми обидами.

— Что думаешь насчёт крестин? — внезапно спрашивает Ян, взглянув на меня серьёзно.

— Это ведь здорово, — вру, наглейшим образом. На самом деле, на душе кошки скребут. — Может, это станет началом нашей дружбы?

— Глупая, Щербакова, — сердце резко трепыхается от этой привычной и такой родной фразы. — Пойдём.

Он встает и направляется вперёд, а мне нужно ещё несколько секунд, чтобы сердце перестало отбивать этот бешеный ритм в моей грудной клетке.

— Пока, — я смущённо махаю рукой и забегаю в подъезд, как только мы добираемся до точки назначения.

Он не успевает ничего сказать. Знаю, что поступила по-детски, но что поделать. Как ни крути, воспоминания в этом городе глушат мою, выработанную годами, стойкую психику. Чувство, будто вернулась в те времена, когда Ян провожал меня, а следом случался длительный и напористый поцелуй.

— Девочка моя! — мама, хлопая в ладоши, кидается мне на шею.

Кажется, я могу привыкнуть к тому, что всё лезут обниматься. Как говорится — каждый человек нуждается в физическом прикосновении, чтобы почувствовать себя хорошо. Сегодняшних объятий хватило для того, чтобы почувствовать себя самым счастливым человеком во всей вселенной.

Здесь, дома, уже никто не сдерживает слёз, пытаясь задушить, и зацеловать друг друга. Похоже, даже папа взгрустнул: видно по его влажным глазам.

— Простите меня, — обессилено прошу, почувствовав огромную вину.

Всё-таки, и правда, глупая Щербакова.

Утром мы снова собраемся дома у Люськи и Миши. Варю забрали родители, когда завозили меня.

— Ну, привет, красавица, — распахивая руки, проговаривает Тим.

Не раздумывая, бросаюсь к нему. Он возмужал и стал более мускулистым, подтянутым.

— И тебе здравствуй.

Сейчас мой взгляд падает на низкую, миниатюрную девушку, которая смущённо стоит возле стены.

Её тёмные вьющиеся локоны спадают на хрупкие плечи, а яркие зелёные глаза бегают по комнате.

— Знакомьтесь! — громко восклицает Тим. — Тася, — он притягивает девушку к себе. — Моя невеста.

— Приятно, — скрыв своё поражение, я широко улыбаюсь.

— Тась, это — Лера, — он гордо произносит моё имя. — Умница, красавица, комсомолка.

— Тима много рассказывал о тебе, — она обворожительно улыбается.

— Да, — подтверждает друг. — Говорил, что вы можете поспорить кто занимает первое место по неловким ситуациям, которые случались.

Не совсем понимаю, как жизнь Тима сложилась именно так. Неужели, с Сашей всё — таки ничего не сложилось? Он ведь так любил её. Жаль, не могу спросить у него напрямую. Подставила бы Люсю, которая поведала мне его историю.

Тася мне понравилась. Добрая, бесконечно милая, напоминает ангела. То, с какой нежностью она прижимается к руке Тима, как обнимает его каждое возможное мгновение, касаясь щекой его груди… Всё кричит о том, как сильно она увязла в своей любви.

За всей суетой я совсем упускаю то, как быстро мы оказываемся в церкви. А следом и то, как проходит такой важный для меня обряд.

Теперь я стала крестной мамой Василисы. И, обещаю, что никогда не оставлю эту малышку. Кажется, вселенная даёт мне шанс наверстать упущенное время.

— Люсь, — захожу на кухню, где находится подруга, чтобы задать вопрос, который волнует меня в течение дня. — А почему крестным стал Тим?

— Ян отказался, вчера, — довольно заявляет она. — После того, как узнал о тебе.

Вот и думай теперь, как это расценивать.

— Но, как так быстро…

— Я знала, что он откажется, это было что-то вроде плана. У него есть к тебе чувства.

Как обухом по голове.

— Конечно, — я отвожу взгляд. — Скорее нежелание встречаться на всех праздниках.

После этого я мгновенно выхожу из комнаты, чтобы больше не слышать глупых предположений подруги, которые учащают стук моего сердца.

Дня через два мы с Люсей, наконец-то, вырываемся посидеть вместе в кафе.

— Что у вас с Алексом? — она впервые заводит разговор на эту тему.

— Мы вместе, — честно признаюсь, помешивая ложечкой свой латте.

— А Даша? — мой слух режет это имя. Становится сразу понятно, кого имеет в виду подруга.

— При чём здесь она?

— Значит, он не рассказал… — подруга виновато опускает глаза. — Лера, я не знаю всего, честно. Они должны были пожениться. Что-то вроде брака по расчёту, но я всегда видела, что между ними есть чувства. А потом узнала, что ты у него живёшь.

Это предельно точно объясняло странное поведение Даши. Почему же Алекс сам мне ничего не рассказал?

— Я не знала, — честно признаюсь, не зная, как реагировать на эту информацию. — Но решу этот вопрос с ним.

— Договорились, — она улыбается, принимаясь за поедание третьего круассана. — А с Яном у вас что?

— Он встречается с моей подругой, — Люся ошарашенно смотрит на меня.

Приходится, наконец-то, поведать ей всю историю моей жизни после переезда.

— Санта — Барбара, какая-то, — она выглядит озадачено, настолько, что даже отодвигает от себя следующее пирожное. — Все ваши взгляды. Я думала, что у вас налаживается всё.

В этом Люся права. Мы с Яном спокойно общались и даже шутили друг с другом в компании друзей. Оказывает, мне не хватало его не только как возлюбленного, но и как друга. Только вот внутри в эти моменты всё быстрее и быстрее билось сердце. Крайне сильно я боялась оставаться с ним наедине.

— Тебе показалось, — приходится неискренне улыбнуться. — Я ведь с Алексом, а Ян с Дианой.

Это предложение, как мантру, я повторяю про себя уже четвёртый день.

Всё начало меняться, а я быстро привыкла к присутствию Яна в моей жизни.

— Ты до сих пор носишь это кольцо, — прогуливаясь вечером, мы каким-то образом забрели на обрыв.

Точнее, Ян снова решил проводить меня, из-за того, что мы допоздна засиделись у друзей.

Смотрю на упомянутый предмет, облокачиваясь спиной о кору дуба.

Это первый вопрос, который нарушает наши границы.

— Мне оно нравится, — честно признаюсь.

— Я рад.

Повисает неловкое молчание.

— Прости, что уехал тогда, — говорит он, спустя пару минут. Мне становится тяжело дышать. Боялась этого разговора каждый день, с того момента, как мы снова начали общаться. — Мне тогда предложили открыть бизнес, над которым работал много лет. Всё-таки, преподавание — не моё. Ты меня взбесила своим поведением, и решение пришло само собой. Ты всегда верила кому-то другому, а меня отказывалась даже выслушать.

Мне кажется, что всё это лишь сон. Чтобы Ян Макаров завёл тему о своих личных переживаниях, серьёзно?!

— Я больше не злюсь, — в этих словах нет вранья. Отпустив обиду, мне стало проще жить и дышать. — Ты тоже прости, вела себя, как истеричка.

Он улыбается.

— Вдвоём всё испортили, — мы произносим это в унисон и переглядываемся.

Резко и до невозможного остро хочется почувствовать его объятия. И ощутив их, сердце начинает трепыхаться в груди. Он просто прижимает меня к себе и мы молчим.

Его тяжёлое дыхание путается в моих волосах, а моё лицо утыкается в когда-то родную грудь. Сердцебиение Яна, подобно моему, грозится выбиться из грудной клетки.

— Почему ты отказался быть крестным? — спрашиваю, продолжая находиться в крепких объятиях.

— Мне кажется, — шёпотом произносит он. — Это неправильно.

Не знаю, что он имеет в виду, но о чем-то думать не хочется. Просто бесконечно хорошо здесь и сейчас.

17

Моя жизнь в родном городе стала такой насыщенной, что я совсем позабыла о вопросах, которые требовалось решить.

Каждый день я проводила с друзьями, а вечера с родителями. Часто Ян вызывался сводить Варю в кино или парк, а я, соответственно, шла с ними.

Мы, видимо, смогли стать друзьями. Это замечательно, но от чего-то так грустно.

Да, оказалось, что мне остро не хватало общения с Яном. Эти его подколы, взгляды и шутки. Я просто испытывала счастье в примесь с горечью, когда мы оказывались в одной компании.

Это так странно. Когда-то я могла прикоснуться к нему, ощущая, как в учащенном ритме, начинает биться моё сердце. Теперь же, это кажется таким нереальным. И даже от подобной мысли, с телом творится что-то невообразимое. Воздуха мгновенно перестает хватать в легких.

Наступил день, когда приехал Алекс. Конечно же, Люся снова закатила пир на весь мир у себя дома. Хорошо таки, что она не поправляется от такого количества еды.

— Поговорим? — спрашиваю у Алекса, когда застолье в самом разгаре.

Да, за эти дни мне пришлось принять решение о неизбежности этого разговора. Я считаю себя невообразимым предателем.

— Пошли, — улыбнувшись, он встаёт и подает мне руку.

Прикрыв дверь в кухню, решаюсь завести разговор, который может привести наши отношения в тупик.

Но, чёрт, я уже настолько запуталась в себе, что мне не хочется вплетать в это ещё и его. По-моему, я достаточно наврала ему, когда говорила о том, что ничего не чувствую к Яну. Правда, поняла это только сейчас. Мне слишком дорог Алекс, чтобы валять его чувства в грязи, в которой уже сама давно погрязла.

— Значит, ты должен был жениться на Даше? — спрашиваю, когда он, нежно притянув к себе, усаживает на колени и утыкается носом в мою шею.

— Должен, — честно признается он.

— Почему сразу не рассказал?

— Не посчитал важным. Расстался с ней в тот день, когда предложил тебе переехать.

— Я тебе верю и даже не подозревала в какой-то нечестности, — это чистая правда. Знаю, что Алекс не поступил бы так низко.

— Может, расскажешь? — обхватив его шею руками, спрашиваю.

— Это идея родителей: мечтают о совмещении бизнеса с её папой. Те, в свою очередь, загорелись тем же. Мы решили пойти на поводу и делать вид, что все как по маслу, параллельно имея свою личную жизнь, — заметно, что он не хочет, чтобы я знала эту историю, но скрывать больше нет смысла. — Спустя какое-то время у нас закрутился роман, мы действительно рассмотрели возможность пожениться.

— А потом что? — спрашиваю, когда молчание сильно затягивается, а объятия Алекса становятся крепче на моей талии.

— Ничего не вышло. Мы раздражали друг друга до безумия. После каждой ссоры хотелось забить на это всё, чтобы не мучить друг друга, — выдохнув, признается он. — Потом в моей жизни появилась ты, и я подумал, что это знак. Прекратил отношения с ней.

— Ты её любишь, — внезапно меня осеняет этой мыслью.

Прекрасно понимая, что он подтвердит это, прижимаюсь крепче.

— Да.

Не знаю, что я больше чувствую в этот момент — облегчение или горечь.

Алекс был моей последней ниточкой к спасению от дурацких чувств к Яну. И, казалось, у меня даже начинало получаться. Но. Всегда это долбанное «но».

С облегчением понимаю, что собственноручно сейчас отпускаю Алекса. Понимаю, что если с ним не вышло, то подпускать кого-то другого близко — нет смысла. Мне нужен только один человек, но, чёрт, от этого осознания все становится только хуже.

Мы продолжаем сидеть и молчать, вдыхая аромат друг друга. Сейчас хочется, чтобы время остановилось. Очевидно же, что это последнее мгновение, в которое есть «мы». В этом никто не виноват. Просто так сложно складываются судьбы людей, которые хотят счастья.

— Правда, хотел построить с тобой что-то, — Алекс первым нарушает молчание. — С тобой бесконечно хорошо и спокойно.

Этими словами он точно описал наши отношения. Видимо, абсолютно понятно, что «хорошо и спокойно» не для нас с Алексом. Мне, как и ему, нужна буря, вихрь чувств, который ведёт в пучину страсти и неизведанности.

— Понял, что люблю её в тот день, когда ты пришла работать в клуб, — решает рассказать он. — Ей было больно, тогда она и призналась в своих чувствах. Ответил, что всё кончено и у меня есть ты…

Мне становится до безумия жаль Дашу. Ту, которая так раздражала меня при первой встрече. Нужно запомнить на будущее, что нельзя судить человека по первому впечатлению, пока не знаешь его истории.

— Лера, — шёпотом зовёт он. — Я не хочу тебя терять.

— Ты не теряешь.

— Может, я сглупил, когда перевёл нашу дружбу на другой уровень, поцеловав тебя, — он смотрит на мои губы. — Но если бы была возможность что-то поменять, то, не раздумывая поцеловал бы снова.

Горький вкус его губ настойчиво врезается в память. Со всей своей нежностью отвечаю на него.

То, что происходит между нами, кажется таким странным и непонятным. Мы ведь любим совсем других людей, но и расставаться друг с другом не хотим, боясь потерять.

— Друзья? — спрашиваю, уткнувшись носом в его шею.

— Друзья, — тяжело выдыхая, он целует меня в висок.

Вернувшись за стол, где продолжается общее веселье, мне становится грустно.

Нет больше этой «спасительной стены» в виде Алекса. Теперь я один на один со своими страхами и желаниями.

Я просто начинаю тонуть в своих чувствах. В том, как вздрагивает моё тело, когда Ян смотрит на меня, как тело покрывается мурашками, когда мы случайно касаемся друг друга.

В один момент возникает желание выйти на лестничную клетку. Становится дико жарко и тесно в комнате.

Спустившись на один пролёт, я усаживаюсь на подоконник, с которого поддувает ветром с улицы.

Мысли снова душат мою бедную голову. Хочется кричать и плакать.

Та стена, которая ограждала мои чувства все года, казалась такой нерушимой и стойкой, оказалась всего лишь карточным домиком, который начал сдуваться от вихря моих чувств.

Мне казалось правильным, что мы с Яном становимся друзьями. Как бы там ни было, рядом с ним всегда чувствуется безопасность, какое бы сумасшествие не происходило вокруг.

После моего приезда сюда, мы начали проводить вместе много времени, к тому же, не только в компании друзей и Вари. К примеру, взять то, что он вызывался провести меня каждый раз, когда засиживались у Люси. А это, на секундочку, происходило каждый день. Мне сложно признаться самой себе, что засиживалась допоздна нарочно. Только совсем неосознанно.

Вспоминая, что эти провожания ни раз заканчивались длительными прогулками и выбором самого длинного пути до дома, проносят по коже стаю мурашек.

Наверное, мы смогли стать друзьями?

Чёрт, я была уверенна в этом, до этого самого момента.

Зная, что у меня есть Алекс, а у него — Диана, настырные мысли не так бурно врывались в мою голову.

Конечно, я не смогла поступить с Алексом так низко, после всего добра, что он сделал для меня.

Но теперь то, когда мы признались друг другу, что любим других… Опора моментально ушла из-под ног, а я оказалась утопающей в своих чувствах. Сейчас это кажется таким правильным определением, ведь дышать и правда становиться сложно.

Мои мысли до сих пор пытаются ухватиться за спасительную соломинку, чтобы успокоить гулко бьющееся сердце.

Диана моя подруга, поэтому я не должна допускать каких-то взыгравших во мне чувств, даже в мыслях!

Нет, не может же всё быть так безумно сложно! Может, это просто ностальгия по прошлому?

— Что ты тут делаешь? — совсем не услышала, как он подошёл.

Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто заботливо накидывает куртку на мои плечи.

— Заболеть хочешь? — ворчливо спрашивает он. — Тебе уже не восемнадцать лет, нужно думать о последствиях.

Слова врываются в мои мысли и приобретают другой смысл.

— Это я и делаю, — продолжая пялится в окно, обнимаю себя за колени. — Думаю о последствиях.

Куртка, накинутая на голые плечи, разносит по телу тепло. Не заметила, как начала коченеть в этом подъезде. Правда, этого тепла недостаточно. Кажется, всё моё тело мёрзнет где-то внутри.

Успеваю лишь сделать глубокий вдох, чтобы попросить его уйти, как оказываюсь в крепких объятиях.

Всё тело напрягается до придела, а в груди замирает сердце. Все мои чувства натягиваются как струна и в какой-то момент с треском лопаются. Как только это происходит, из глаз непроизвольно начинают литься слёзы, а я полностью сдаюсь и отдаюсь его крепким рукам.

— Что у тебя случилось? — спрашивает шёпотом, поглаживая по спине.

— Рассталась с Алексом, — ну, а что? Правда, ведь. И совсем не важно, что на душе паскудно совершенно из-за другого человека.

Ощущаю, как он выдыхает и практически невесомо целует меня в макушку. От такой нежности рыдать хочется только сильнее.

— Всё наладится, — обещает он.

Неужели не понимает, что врёт сейчас? Я уже тону в пучине своих чувств, готовая поднять белый флаг. Только у каждого есть свои принципы. В мои, к примеру, входит — не влюбляться в парня подруги.

Я, конечно, бесспорно нарушаю его. Ну, разве моя вина в том, что полюбила его гораздо раньше?

Позволяю себе спокойно уткнуться ему в грудь, чувствуя гулко стучащее сердце. Разрешаю себе эту вольность, потому что знаю Яна. Он никогда не поступит с девушкой так: не будет крутить сразу с двумя.

Чёрт, почему осознаю это только сейчас?! Где были мои мозги три года назад, когда я без разбору поверила Алисе?

Кажется, в эту секунду становлюсь противна самой себе. Практически уверенна, что сама без лишних раздумий разочаровалась в человеке после такого и свалила бы куда-нибудь.

Непроизвольно вспоминаю, как два месяца назад размышляла о том, любила ли я Яна.

Чертовски любила. Как бы ни старалась стереть с памяти прошлое, врать самой себе, кажется сложнее, чем раньше.

Почему люди так поздно осознают, что влюблены до безумия? Неужели, для этого обязательно терять свой смысл?

— Давай поднимемся? — снова шепчет. — Не хочу, чтобы ты заболела.

Совершенно не хочу никуда иди. Мне так тепло здесь, в его объятиях. Кажется, он это понимает, потому что продолжает стоять, поглаживая меня по волосам.

— Я такая глупая, — непроизвольно вырывается.

Только не знаю, услышал ли он мои слова: меня прерывает громкий звонок телефона, который эхом разносится по всему подъезду.

Яну приходиться отстраниться, чтобы достать телефон. Невольно взглянув на него, вижу имя своей подруги. Меня окатывает холодной водой.

Что же я делаю?

Пока Ян говорит с ней, вскакиваю с подоконника и возвращаюсь к столу, предварительно посетив ванную, чтобы привести себя в порядок.

18

Мне приходится вернуться и приступить к учёбе немного раньше запланированного. Другими словами — я снова сбегаю. Кто же знал, что Ян тоже собирался ехать обратно.

Рядом с ним снова стало тяжело. Тяжело здраво мыслить и дышать. В какой-то момент, я поняла, что меня уже не грызёт совесть, когда он по-дружески обнимает меня или целует в макушку. Я перестала искать отмазки, когда он предлагает прогуляться вдвоём поздним вечером. Не оттолкнула его, когда во время очередного объятия ему звонила Диана. Он не взял трубку, а я поняла, что мне нужно срочно прекращать такое «дружеское» общение.

Мне пришлось воспользоваться помощью родителей, чтобы было где жить первое время.

— Останься у меня, — Алекс облокачивается плечом об дверной косяк, когда я собираю свои вещи в чемодан.

Приходиться покачать головой, слова даются трудно. Не хочется никуда уходить, потому что мне было здесь бесконечно хорошо. Это место стало для меня домом.

— Барсик не хочет, чтобы ты нас бросала, — заявляет он.

— Я не бросаю, — мои губы трогает грустная улыбка. — Буду его навещать.

— Я не хочу, чтобы ты уходила, — выдыхая, проговаривает он.

И я не хочу, но приходится промолчать, иначе Алекс точно не даст мне этого сделать.

— Приду к Дашке на новоселье, — отшучиваюсь.

— Не собираюсь жить с ней, — его брови сходятся на переносице.

Надеюсь, со временем у этих двоих что-то получится. Мне нужно быть уверенной, что он счастлив.

— Я ведь люблю тебя, — у него на лице появляется горькая улыбка.

— И я тебя, — вторю ему шёпотом.

Мы вдвоём понимаем, что это немного не то «люблю», которое заставляет сердце вырываться из груди, а мысли теряться в круговороте эмоций и желаний.

Это «люблю» находится где-то между дружеской и романтической гранью. Больше, чем первое, но меньше, чем второе.

Квартира, которую я нахожу и снимаю в тот же день, выглядит скромненько, но уютно.

Кажется, постепенно привыкаю к новому ритму жизни. Месяц мчится, а я совершенно не успеваю готовиться к экзаменам.

Ян… Кажется, ему нравится со мной дружить. Он продолжает звонить, чтобы узнать как мои дела, заходит в гости, чтобы посмотреть фильмы или вытащить меня на прогулку по вечернему городу.

Мои мозги медленно плавятся от того, что эти встречи проходят без Дианы. И, видимо, Ян ей ничего не говорит, собственно, как и я.

Это выглядело бы странно, как минимум. «Я тут с твоим парнем ни с того, ни с сего подружилась». Пф-ф.

Пик моего раздражения настигает, когда подруга в очередной рассказывает, как они чудесно провели вечер.

Из её уст льётся так много информации, которую я не хочу слышать. Она говорит об идеальных отношениях с Яном каждый день. Сначала меня это удивляет: раньше Диана молчала. Но за четыре прошедшие недели я уже готова взорваться от злости, в первую очередь, на себя.

«Буду минут через десять» — получаю сообщение от Яна. В этот раз он даже не интересуется о том, можно ли зайти в гости.

Плевать, мне только на руку. Сегодня я приняла для себя решение серьёзно поговорить с ним.

Мне так сложно находиться близко с ним, но в то же время бесконечно далеко, ограничиваясь дружескими объятиями и этими нежными поцелуями в макушку. Пора прекращать. Кажется, мы вдвоём заигрались.

— Привет, — он с порога берёт меня за щеки холодными руками и привычно целует в макушку. Кажется, что в этот раз более чувственно.

— Привет, — подавлено говорю, пытаясь побороть желание отказаться от своей идеи.

— Что случилось? — разуваясь и снимая крутку, спрашивает он. Снова читает меня как открытую книгу.

— Нам поговорить нужно, — скрещиваю руки на груди.

— Какое совпадение, — он ухмыляется. — Начинай.

— Мы больше не можем дружить, — твердо заявляю, несмотря на детскость этой фразы.

— Полностью тебя поддерживаю! — он охотно кивает и в следующую секунду прижимается своими губами к моим, увлекая в напористый поцелуй.

Ян однозначно пользуется моим опешившим состоянием и вихрем эмоций, который мгновенно отзывается в моем теле. Он крепко прижимает меня за талию и придерживает затылок, путая пальцы в голосах.

Наверное, я так и осталась маленькой и слабой девчушкой, потому что не могу бороться с чувствами и охотно отвечаю на поцелуй, хватая его за плечи.

Это как глоток воды, после трех лет проведённых в пустыне.

Сколько длиться этот поцелуй? Можно продлить это мгновение на вечность?

Каких же невероятных усилий мне стоит резко оттолкнуть его от себя.

— Чёрт, Макаров! — срываюсь, а с глаз непроизвольно начинают литься слёзы. — Что ты творишь?! Я не это имела в виду! Не нужно больше приходить сюда! Не нужно звонить, писать, искать встречи! Не хочу тебя больше видеть!

Кажется, я кричу так громко, что голос вот — вот может сорваться. Во мне по-прежнему кипят эмоции от поцелуя, от его нахождения рядом, от того, что я была так близка к тому, чтобы сдаться ему.

Я зла. Так зла, что сил нет описать это чувство. Как он мог поцеловать меня? Чёрт, он не мог поступить так с Дианой, но поступил!

— Хрен тебе, Щербакова! — его взгляд становится таким холодным и решительным, а голос звучит грубо. — Я не собираюсь тебя больше отпускать.

Сердце пропускает удар, а глаза озадачено выискивают в выражении его лица подвох. Ян делает шаг навстречу, но я предупредительно выставляю перед собой руки.

— Ты не можешь так поступать с Дианой! — солёные дорожки продолжают бежать по щекам, а голос дрожит. — И со мной не можешь…

Пожалуйста, пусть он сейчас просто уйдёт. Моих сил не хватает, чтобы держать оборону. Кажется, морально я уже убита.

— Глупая моя, — произносит нежно, медленно приближаясь. — Конечно, не могу. Я больше не с Дианой.

— Это из-за меня? — мне так страшно, что я разрушила то, что было ему дорого.

— Нет, — берет меня за щеки и целует в макушку, прижимая к себе. — Из-за того, что я до безумия влюблён. Влюблён не в неё.

Сколько раз моя жизнь рушилась из-за его появления в моей жизни? Только в этот раз мне совсем не жаль: пусть хоть пришибёт меня завалами, я, чёрт возьми, кричать от счастья хочу!

— Повтори, — смотрю на него непонимающим взглядом, а перед глазами всё плывёт.

— Люблю тебя, до безумия люблю, — он завлекает меня в поцелуй, крепко сжимая в объятиях.

Сейчас мир будто перестаёт существовать. Есть только мы. Это чертово «мы» взрывается в груди феерическим взрывом из эмоций и чувств.

Поцелуи становится тягучее, тяжелее, а прикосновения сильнее и теснее.

Хочется слиться с ним в одно целое и понять, что это действительно происходит.

Тягучий туман, который опутывает наши мысли, становится только плотнее. Чувствую поцелуи на губах, шее, плечах, ключицах.

Не хочу останавливать его, поэтому в следующий момент уже сама исследую руками его, уже обнаженный, торс.

Как хорошо, что он так крепко держит меня в своих руках. Кажется, я могу легко свалиться из-за накрывающих волнами чувств.

Кажется, он читает мои мысли, потому что в следующую секунду нахожусь у него на руках, обвив ногами его торс.

Это всё напоминает кадры замедленной, смытой съёмки, в которой быстро меняются локации. Здесь мы ещё наслаждаемся друг другом в прихожей, а вот уже заваливаемся на мою кровать.

Я ощущаю его руки на моем теле. Везде, где только можно. Чувствую, что к утру на моем теле будет красоваться большое количество синяков, а на шее — багровых засосов. Но совершенно не хочется останавливать это безумие. В голове проносятся мысли, будто мы перестанем дышать, если хоть на секунду отстранимся друг от друга, если не будем сжимать тела до боли.

Тело отзывается на каждое касание, каждый поцелуй, каждый опаляющий взгляд.

Возможно, если разум не был так затуманен эмоциями, я осознала, что совершаю какую-то ошибку. Но, к чёрту это всё!

Здесь и сейчас, прижимаясь к нему всем телом и отвечая на напористые поцелуи, чувствую себя невероятно правильно. Поэтому в голове не проносится ни одной мысли, чтобы остановить всё это.

Мои руки первые тянутся к его ремню, а он, следом за мной, стягивает неприлично задравшуюся майку. Как же опаляют его прикосновения, вызывая стаю мурашек.

Всё происходит жёстко, горячо и до неприличия пошло. Сейчас я ощущаю столько феерических и ярких эмоций, сколько не было в моих прожитых днях за последние три года.

Это до безумия неправильно, но чёрт дери какие-то там правила!

Когда на рассвете я просыпаюсь и вижу рядом мирно сопящее, мужественное лицо Яна, хочется разрыдаться и ущипнуть себя одновременно. Тело вновь отзывается дрожью. Борю в себе желание прикоснуться к его щеке. До сих пор не верю, что такое возможно.

Сейчас могу себе признаться, что никогда до конца не верила, что он может принадлежать мне, быть со мной. Я всегда ощущала, что слаба для того, чтобы рядом находился Ян. Интересно, что он во мне нашёл?

— И тебе доброе утро, — приоткрывая глаза, он улыбается.

Сердце учащает бит от того, что я оказалась так глупо застукана за рассматриваем его умиротворённого лица.

— Доброе, — я смущённо отвожу взгляд, прикусывая нижнюю губу.

— Извини, — шёпотом говорит он, прикасаясь к моей шее. Определённо там уже красуется засос.

Он притягивает меня к себе, целуя место, к которому касался секунду назад. По моему телу разливается нежность и тепло, а щеки краснеют.

— Забей, — я махаю рукой, расплываясь в счастливой улыбке.

— Предлагаю приготовить завтрак, — смотрит на меня, ухмыляясь. — Вместе.

Ущипните меня кто-нибудь. Слишком нежно, сокровенно и интимно.

19

Ближайшие два дня мы отстраняемся от окружающего мира. Исключением является только разовый поход в магазин.

— Тебе к лицу светлые тона, — смеётся, рассматривая меня, по его милости, с ног до головы обсыпанную мукой.

— Ты за это поплатишься, — мои глаза горят наигранной ярость, а в следующую секунду я оказываюсь верхом на кухонной тумбе, прижатая к его груди.

— Обязательно, — соглашается, немедля касаясь своими губами моих.

— Не ходи туда! — кричу, хватаясь за руку Яна, когда мы смотрим фильм ужасов.

Он начинает откровенно смеяться надо мной.

— Ты так даже за Дина не переживала, — вспоминает, как когда-то мы смотрели вместе «Сверхъестественное». — А тут какая-то левая девчушка.

— Это ведь был Дин, — фыркаю. — Он непобедим!

— Он погиб в той серии, — ухмыляется, готовый слушать мои следующие доводы.

— Ты как ребёнок, — закатываю глаза. — Это же Дин, он шесть раз умирал.

Ян ласково целует меня в щеку и прижимает поближе.

В его объятиях чувствую себя дома.

Он изменился за три года. Его пылкость и строгость перестала быть такой острой. По крайней мере, по отношению ко мне. Сейчас нет необходимости храбриться перед ним, показывая твёрдый характер. Я просто нахожусь рядом и чувствую, что, наконец-то, всё на своих местах.

— Может, поедешь со мной? — спрашивает, крепко обнимая меня.

Ему необходимо съездить в соседний город, чтобы решить проблемы с бизнесом, которому он отдал последние три года.

— Нет, — отвечаю, скрепя сердцем. — Я уже пропустила два зачёта.

Действительно, за то время, которое мы провели отстранёно от всей вселенной, у меня началась преждевременная сессия. К тому же, пора уже появится на работе, иначе Алекс может уволить меня.

— Я буду скучать, — шепчет мне на ухо, оставляя на шее нежный поцелуй.

— И я, — почему-то смущаюсь. — Безумно.

Следующий день плывёт своим течением, окрыляя меня. Кажется, я способна горы свернуть от того счастья, которое испытываю.

Ян не прекращает писать мне забавные сообщение, по возможности, которая, к сожалению, выдаётся редко.

— Привет, — говорит мне Диана.

Странно, что она забыла возле моего подъезда?

Я, конечно, полагала, что мы встретимся сегодня, в университете, но не была готова к такому скорому развитию событий. Что-то предвещает мне неладное. Возможно, её счастливое выражение лица?

— Что ты тут делаешь? — забываю обо всех правилах приличия, пропуская её приветствие мимо.

— Ты какая-то напряжённая, — она улыбается пуще прежнего и привычно заключает меня в объятия.

— У меня к тебе дело на миллион, — продолжает, а я почему-то уже не хочу слушать её. — Можешь отмазать меня сегодня в универе?

— Зачем? — интересуюсь, затаив дыхание.

— Мы с Яном сегодня едем на дачу, — радостно выдаёт она. — Праздновать его заключённую сделку.

Время замирает, а внутри меня что-то трескается.

20

Повествование ведётся от лица Яна

Три года назад моя жизнь превратилась в что-то непонятное. В то, чему я не мог найти адекватного объяснения. И это бесило меня, до безумия просто.

Всё треснуло в определенный момент, как хрустальная ваза, которую толкнули с привычного места и вот она уже летит и разбивается на тысячи осколков, сталкиваясь с кафельным полом.

Никогда не приравнивал себя к людям, которые не знаю, что хотят получить от этой жизни. Конечно, этому способствовали испытания, которые пришлось пройти. Но даже в этом случае я не жалуюсь на свою жизнь, напротив — именно из-за всей этой фигни пришлось стать тем человеком, которым есть сейчас.

Всегда считал, что исполнив мечту матери — став преподавателем — достигну того, о чём действительно мечтаю. Так и было, но после этого стало как-то мало.

За два года преподавания пришло осознание того, что мне больше это не нужно. Да, я любил своих студентов и находился с ними «на одной волне», вот только мне сложно было смотреть на личности, которые в этом, уже сознательном, возрасте ни к чему не стремились и не ставили перед собой цели. Конечно, были и такие, кто мог подавать пример и заслуживал моё уважение, но, к сожалению, меньшинство.

Как бы там ни было, я категорически не одобрял такой вольный подход к жизни, а учить кого-то жить по своим законам бесконечно тупо.

И в какой, интересно, момент меня смогла заинтересовать девушка, у которой ни то, что цели никакой нет, но ещё и с тараканами в голове траблы?

Сколько не возвращаюсь мыслями в прошлое, не могу ухватиться за конкретный момент.

Знаю одно — изначально она мне не нравилась, до предела раздражала своим поведением, мыслями, эмоциями рвущимися наружу.

Когда я впервые обратил на неё своё внимание, она была слишком подавлена тем, что происходило в её жизни. Мне не было её жаль — мы сами творцы своей жизни. Но тогда я задумался над тем, как бы у неё не появились мысли сделать что-то с собой. Мне казалось, что именно такие девушки склонны к подобному.

Я ошибся. Конкретно ошибся и запутался вдвойне. Совсем не понимал, что она пытается из себя строит и что скрывает внутри. Это так сильно бесило и интриговало одновременно. Но бесило, однозначно, больше.

Я перестал контролировать, как этапы нашего общения стали более близкими. Всё чаще ловил себя на мыслях о ней. Хотелось раздражать её, выводить из себя.

Мне не нравились эти изменения. На тот момент у меня была Алиса, отношения с которой устраивали меня абсолютно. У нас была стабильность. Никаких истерик, скандалов и страсти. Просто комфорт. Я никогда не любил её, и считал, что она так же. Понял, что ошибался, когда с появлением Леры, в новогоднюю ночь, её поведение изменилось.

Что там её. Моё так же.

Тогда я, конечно, решил отшить Леру полностью и больше всего хотел, чтобы эта странная ситуация между нами закончилась. Меня до безумия выводило то, что я перестал контролировать ситуацию.

Только вот жизнь снова и снова выкидывала финты ушами. Меня все время тянуло к ней, но я пытался не думать про это.

Пришлось расстаться с Алисой, после осмысленного поцелуя с Лерой. Я не планировал заводить с ней отношения, просто поступать так с дорогим человеком, которым Алиса являлась, было низко.

Тогда мою жизнь и мои чувства окончательно покинула стабильность, на смену которой пришли хаос и крах.

Не знаю, в какой именно момент, я позволил себе окончательно сдаться. Она по-прежнему до безумия бесила меня, но так же сильно было желание находиться рядом.

Нервы, которые были испорчены её глупой ревность, потеряли счёт.

Никогда не понимал, как можно не доверять человеку, который находится с тобой рядом? Какой тогда смысл в этом? Жаль, Лера этого не понимала, а меня уже конкретно накрывало злостью при очередном выяснении отношений.

День, когда она в очередной раз мне не поверила, стал последней каплей. Я больше не видел смысла в этом.

Тогда я уже несколько дней раздумывал о предложении рвануть в соседний город и попробовать открыть свой бизнес. Только она останавливала меня. Но тот ребяческий поступок Леры стал финальной точкой в моем решении.

Три года подряд я загружал себя работой, чтобы избавится от ненужных мыслей о том, правильно ли поступил. Благо, работы было хоть отбавляй. Как оказалось, очень сложно открывать свой бизнес с нуля. Но, жаловаться не на что, мне нравился процесс и результат мотивировал.

Жизнь снова повернулась на сто восемьдесят, когда я помог девушке в клубе. Никогда не любил отморозков, которые нагло пристают, а эти и вовсе силой пытались вытащить её из помещения, чтобы увезти с собой.

Блондинка была морально разбита и подавлена, но рассыпалась в благодарностях и бросилась на шею.

Не знаю, зачем я тогда повелся на её уговоры и согласился обменяться номерами, но сейчас об этом ни капли не жалею.

Мне было её жаль. Она напоминала маленького веселого ребенка, который нуждается в заботе и опеке.

Почему Диана решила, что я могу это дать? Даже думать не хотелось. Но она смогла основательно влезть в мою жизнь своими звонками и встречами за чашкой кофе.

Тогда пришлось задуматься о том, что время идти дальше. Возможно, получится вернуть ту стабильность, которую я чувствовал в отношениях с Алисой?

Диане нужна была поддержка, а мне повод, чтобы идти дальше.

Казалось, получается. Но к Диане не было особых чувств, кроме жалости, временами.

Впрочем, я был уверен, что просто не создан для чувств, в которых присутствует любовь.

Думал, пока снова не встретил Леру, войдя в комнату Дианы.

Тогда казалось, что мгновенно попал в ад: настолько хреново себя почувствовал.

Тянуло к ней чертовски. Хотелось сжать в объятиях или же задушить. И по-прежнему она бесила меня, только одного взгляда в её карие глаза хватало, чтобы внутри разгорелся пожар.

Когда я узнал, что Лера девушка Алекса стало смешно. Настолько, что хотелось сломать ему челюсть. Надо же, жизнь, оказывается, довольно веселая штука.

Кто знает, чтобы было с нами, если бы не поездка в родной город.

Тогда я окончательно всё решил для себя. Я люблю Леру. Любил ещё с того момента, когда она была моей в прошлом. Просто такие осознания приходят спонтанно, когда их совсем не ждешь.

Но мне пришлось тянуть, пытаясь наладить с ней дружеские отношения. В тот момент, в жизни Дианы был не самый удачный период, и её требовалась поддержка: не хотелось становиться тем человеком, который в сложный момент воткнет нож в спину.

Наверное, дни, когда я расстался с Дианой и провёл с Лерой, оказались самыми лучшими в моей жизни. Теперь я точно знал, что именно она нужна мне, как воздух. Только рядом с ней хочется взорваться от разрывающих эмоций. Её хочется раздражать бесконечно. Единственная, с которой хочется быть несмотря ни на что. Это безумие, но с ней я к нему готов. Даже больше, я добровольно ныряю в него с головой, получая кайф от каждой минуты.

В этот раз я точно уверен в том, чего хочу и больше не упущу свой шанс.

Даже во время моего отъезда Лера не прекращала отвечать на мои глупые SMS, разбавляя их примесью нежности и сарказма.

Чувство беспокойства начало закрадываться тогда, когда с моего последнего сообщения прошло два часа, а ответ от неё не последовал. Дозвониться тоже не получилось — абонент был недоступен.

Конечно, может, телефон сел, с кем не бывает. Только отвратное чувство не покидало меня.

21

Повествование ведётся от лица Леры

— Привет, — говорит мне Диана.

Странно, что она забыла возле моего подъезда?

Я, конечно, полагала, что мы встретимся сегодня, в университете, но не была готова к такому скорому развитию событий. Что-то предвещало мне неладное. Возможно, её счастливое выражение лица?

— Что ты тут делаешь? — забываю обо всех правилах приличия, пропуская её приветствие мимо.

— Ты какая-то напряжённая, — она улыбается пуще прежнего и привычно заключает меня в объятия.

— У меня к тебе дело на миллион, — продолжает, а я почему-то уже не хочу слушать её. — Можешь отмазать меня сегодня в универе?

— Зачем? — интересуюсь, затаив дыхание.

— Мы с Яном сегодня едем на дачу, — радостно выдаёт она. — Праздновать его заключённую сделку.

Время замирает, а внутри меня что-то трескается.

— Без проблем, — сжав челюсть, отвожу тоскливый взгляд в сторону, прикусив губу.

— Спасибо! — выкрикивает Диана, снова охватив меня своими руками.

— Мне пора бежать, — выдавливаю вынужденную улыбку, после которой мгновенно спешу в сторону университета.

Как только удается отойти на достаточное расстояние от «подруги», на губах появляется ликующая улыбка. Ну, что же, похоже, обучение на актерском идет нам на пользу. Только вот в моем арсенале имеется ещё и бесценный жизненный опыт, благодаря которому, больше не спешу верить словам. кого попало. Видимо, с этого момента, Диана стала для меня именно «кем попало».

Так странно, но меня покидает чувство жалости по отношению к ней и мысли, что я поступаю подло, уже не тревожат мою голову. Как бы там ни было, мы сами творим свою судьбу, а за счастье, безусловно, необходимо бороться. Я счастлива благодаря ему, это очевидно.

Из-за нашей с Яном постоянной переписки, я не замечаю, как сел мой телефон. Думала, что он занят, поэтому и не поступают новые сообщения, а сама была слишком увлечена лентой по актерскому искусству.

Так как, я не имею привычки брать зарядное с собой, приходится спешить домой, как только оканчивается последнее занятие.

Конечно, меня не тревожит мысль о том, что Ян будет волноваться — с чего бы. Но сам факт, что я провела в университете целый день, а последний раз отвечала на его сообщение утром, мне не нравился.

Бывают моменты, когда огорчает факт, что являешься владельцем продукции «apple» — постоянная поломка зарядного устройства, тот самый момент. Да, это уже далеко не первый раз, когда оно у меня сломалось, но, впервые, в такой неподходящий момент.

Поборов волнение и смирившись с тем, что, в такой поздний час, достать зарядку нигде не получится — ложусь спать.

Наверняка, организм и мозг быстро адаптируется под психологическое состояние счастья. Иначе, как можно объяснить то, что мне снится свадьба с любимым человеком? Все настолько реально, что совсем не хочется просыпаться. Это настолько странно, я ведь никогда не мечтала о свадьбе, напротив — считаю данное торжество лишней тратой денег. Но, думаю, во сне можно позволить.

Трель звонка и настойчивый стук в дверь, мгновенно, пробивается сквозь пелену сна. Настенные часы указывают на три часа ночи. Только ночных гостей мне не хватало. Может, баба Лида? Постоянно приходит за солью в шесть утра, когда я только собираюсь в университет. Возможно, решила теперь вовсе не спать и творить свои кулинарные шедевры без остановки?

Взглянув в глазок, я не верю своим глазам и моментально отворяю замок.

— Чёрт, Лера! — в одно мгновение я оказываюсь заключена в кольцо крепких рук.

— Что ты здесь делаешь, у тебя ведь командировка? — поражено спрашиваю, получая смазанные поцелуи в щеки и шею.

— Почему. Ты. Отключила. Телефон? — по слогам спрашивает Ян.

— У меня зарядное сломалось.

— Я думал, что потерял тебя, снова, — полушепотом заявляет он, удерживая мое лицо и внимательно всматриваясь в мои глаза.

— Не дождешься, — говорю, а на лице расцветает довольная улыбка.

Какой же он дурной. Бросить работу только из-за того, что у меня выключен телефон? Чёрт, кажется, я бесповоротно влюблена и счастлива.

— И так, давайте выпьем за дружбу, — с деловым видом предлагает Тим. — За настоящую!

Этот камень был брошен в наш со Яном огород. Ровно год прошёл с того момента, как мы приезжали сюда в прошлый раз, а мы так и не решились рассказать ребятам о том, что теперь вместе. Ждали подходящего случая и хотели рассказать при личной встрече.

Конечно, я не смогла не сказать Люське, взяв слово, что она будет молчать. Именно поэтому, сидя за столом, одна она пытается скрыть довольную улыбку, делая вид, что тоже непростительно на нас злится.

— Тась, а ты чего не пьешь? — спрашиваю, замечая в её бокале апельсиновый сок.

— К сожалению, воздержусь, — она смущенно отводит взгляд.

— Вас можно поздравить? — радостно восклицает Люся. Чего-чего, а чувства такта у неё никогда не было.

— Нет, — мгновенно отвечает Тим. — Пока мы только планируем.

Меня по-прежнему волнует вопрос отношений Таси и Тима. Конечно, сомнений в том, что она безумно влюблена в него, совершенно нет. Но, правда ли, что его чувства настолько же искренни? К тому же, уже год, как они откладывают свадьбу. Жаль, что поговорить об этом с ним напрямую нет возможности.

Сейчас и здесь, в компании дорогих и близких людей, я чувствую себя на своем месте. Как можно было, по глупости, лишить себя этого?

— А давайте выпьем за любовь? — восторженно предлагает Люська, окинув Мишу недовольным взглядом. Эти двое снова в ссоре. Ну, как двое, Люся, конечно. Как иначе?

— Валерия? — слышу довольно знакомый голос сзади, когда хочу

приложить ключ к домофону.

Обернувшись, мне не хочется верить своим глазам.

— Мы можем поговорить? — спрашивает девушка, прикусывая нижнюю губу.

Одетая в светлое пальто, она выглядит очень ухожено и, однозначно, притягивает взгляд. В ней сложно узнать ту Алису, которой она была четыре года назад.

Кивнув, мы одновременно направляемся в сторону лавочки, которая находится неподалёку.

Откровенно говоря, я вообще не понимаю, что происходит. Особенно, не внушает доверия, округлившийся живот девушки.

— Можешь считать, что я пришла искупать свои грехи, — улыбнувшись, начинает она.

— О чем ты вообще? — кажется, мой мозг вообще перестаёт работать. — Если о прошлом, то оно там и осталось.

Сама виновата, что поверила тебе.

Да, за этот год я, совершенно, иначе начала смотреть на вещи. Тогда Алиса всего лишь боролась за свое счастье, пусть и такими подлыми способами. Возможно, теперь смогла её понять.

— Это было низко, — она опускает глаза, а я не отрицаю. — Но, есть ещё кое-что.

— И что же?

— Тогда я не остановилась и поехала за Яном, под предлогом отдать ему ключи от квартиры — у меня была цель вернуть его. Пришлось остаться в этом городе. Я познакомилась с Дианой, когда они начали встречаться. Подстроила всё будто случайно и представилась близкой подругой Яна. Я была уверена, что она его не сильно интересует, поэтому не видела особой опасности. Только спустя время, когда поняла, что Диана твоя подруга — увидела ваше фото в инстаграме, — испугалась, что Ян снова вернется к тебе. Я рассказала Диане, что вы с ним встречались.

— Как давно? — спрашиваю я, так как пауза немного затянулась.

— В тот день, когда она рассказывала мне, как чудесно прошло ваше двойное свидание, — Алиса виновато на меня смотрит.

Хм, вот, значит, откуда ноги растут. Теперь понятны странные выходки Дианы. С ней я, кстати, не общаюсь теперь. Без объяснения причины, скажем так.

— Пойми, мне казалось, что он мой единственный, поэтому не могла думать адекватно, — после этих слов на её губах появляется улыбка. — Только год назад, когда я встретила другого человека, я поняла, как же заблуждалась всё это время. Любить безответно — ужасно. Но, как оказалось, я просто жила в своих иллюзиях. Скорее, это было помешательство, чем влюбленность. Просто привычка, без которой мне стало сложно жить. Но сейчас, когда я испытала это взаимное чувство — по-настоящему счастлива.

От её слов на моих устах тоже расцветает улыбка. Я понимаю её, действительно понимаю. И, чёрт возьми, безумно за неё рада.

— Прости меня, я слишком много совершила и, конечно, вряд ли… — начинает она, но я перебиваю.

— Я не держу на тебя зла, — искренне признаюсь. — Каждый в праве бороться за своё счастье.

— Он тебя любит, — неожиданно выдаёт Алиса. — Не сомневайся.

— Я не сомневаюсь. Я чувствую.

— Ты скоро? — завалившись на кровать, я окидываю взглядом Яна, который сидит за ноутбуком и делает отчеты.

— Уже, — отвечает, захлопнув крышку. — Что будем смотреть?

— Я ужасы нашла, — растягиваю губы в улыбке, когда он ложится рядом.

— Ну, тогда понятно, зачем я тебе понадобился, — ухмыльнувшись, заявляет он. — Надеюсь, ты будешь плотно ко мне прижиматься на страшных моментах?

— Ну, если ты так хочешь, — протягиваю я, устраиваясь на его груди.

— Разве, если бы было иначе, я бы позвал тебя жить к себе?

— Позвал и перевез вещи без спроса — разные ситуации, не находишь?

— Не нахожу, — держи конфетку, — нажав на левую клавишу мыши, начинается фильм, а в моих руках оказывается конфета в обертке из фольги.

— Что это? — я подрываюсь с места, когда, разворачивая конфету, в моей руке оказывается кольцо.

— Предложение, — он ухмыляется.

— Какое? — я явно шокирована настолько, что мозг отказывается воспринимать реальность.

— Чёрт, Щербакова! — он тоже встаёт, охватывая мое лицо своими ладонями, тем самым заставляя смотреть прямо в глаза. — Ты станешь Макаровой?

Кажется, мои колени ещё никогда так сильно не дрожали. Нет, в этот момент мне не хочется плакать, мне хочется прыгать от радости и кричать о своем счастье на всю планету.

— А с чего это ты решил? — продолжаю я.

— Чтобы быть уверенным, что ты не убежишь от меня, — уверенно заявляет он.

— Думаешь, штамп в паспорте что-то изменит? — ухмылка появляется на моих губах.

— Ну, по крайней мере, если сбежишь — придется вернуться, чтобы развестись, — Ян пожимает плечами.

— Да.

— Что «да»?

— Я согласна.

— Ну, я всегда говорю правильные вещи, — теперь, кажется, он решает поиздеваться надо мной.

— Чёрт, Макаров! Я согласна стать твоей женой!

Кажется, мои слова сразу растворяются в напористом поцелуе, который, кажется, длится вечность.

Наша жизнь такая непредсказуемая, что порой от этого становится страшно. Но теперь могу сказать точно — всё, что не делается — к лучшему.

Возможно, у тех Леры и Яна, что остались в прошлом, не было шанса быть вместе вовсе.

И сказать, что жизнь превратилась в полную сказку, тоже сказать не могу. Мы такие разные, что ссоры постоянно происходят на пустом месте. Но, меня это устраивает, примирения того стоят.

Ян был прав, когда обезопасился браком. Да и к тому же, после третьего раза, когда я собирала вещи и собиралась уезжать от него — мне надоело. Как-никак, разбирать потом вещи по своим вещам тоже приходилось мне.

Одна из самых больших ссор была из-за правды, которую Ян узнал совершенно случайно, взглянув в мою медицинскую карту. Он был так зол, что я так безобразно относилась к своему здоровью. А ещё, не мог поверить, что я не рассказала об этом раньше.

Но, мы ведь вдвоем понимаем, что тогда нам было ещё критически рано иметь детей. Поэтому, пришлось ему смириться.

Главное, что у нас есть — настоящее. То время, в котором мы безумно счастливы вместе. Теперь мы просто обязаны ценить каждый миг.

Возможно, между нами и безумие, но я погрязла в нём настолько, что это мой личный рай.