Негатор магический обыкновенный

Глава двадцать шестая "дѣла сердечный или как Адэйн свою наречённую кузену делегировал"

Глава двадцать шестая "дѣла сердечный или как Адэйн свою наречённую кузену делегировал"

Второе испытание турнира официально назначили на самый конец февраля и до него было ещё далеко, а вот столь неожиданно ворвавшийсяся в практически размеренную и неизменную даже несмотря на турнир жизнь Хогвартса Святочный был близко.

Объявила о нём практически в самом конце своего первого в первом месяце зимы урока, профессор МакГонагалл. Строго, как и всегда, после чего, убедившись в том, что была услышана, всех отпустила. Именно так и началась эта глупая и никому ненужная гонка. Особенно среди старших. Сам Гарри себя таковым ни в коей мере не ощущал. А потому решил попросту не париться, в отличии от чемпионов, для всех остальных посещение бала обязанностью не было. Но не тут-то было, и даже Рон и тот на него собрался. У него, а если точнее, то у его семьи всё вроде бы как на лад пошло. Ведь после того как он машину самому Олливандеру сдѣлалъ его, что называется, заметили, а может быть, что даже более всего вероятно, сам дядя ему и помог. Здесь похвастался, там имя автора творения назвал. Как итог — дѣла у семейства пошли в гору, Артур даже из министерства ушёл. Запатентовал свои плетения и теперь, что интересно, без каких-либо проблем ими прямо в Косом переулке торговал. Представительство своё открыл и заказы, притом весьма интересные, надо сказать, принимал. Они, как оказалось, в соавторстве с дядей работали. Так фирму в итоге и назвали: "Артур и Дэрек", без фамилий, и вензель на визитке А и Д расписные. Рон когда несколько экземпляров от отца получил, несколько дней налюбоваться не мог.

Следствием же стало то, что парень в одночасье из никому не нужного обратился в не иначе как самого желанного принца. Сразу за Седриком и Поттером в иерархии ценности оказавшись. Как оказалось, машиной авторства его отца весьма многие заинтересовались. В том числе и сильные мïра сего. А в середине декабря случилось то, чего вообще никто не ожидал. Прямо в библиотеке к Гарри подошла чемпионка Шармбатона и позвала его на бал. Сама, первая. Это было будто бы гром среди ясного неба. А стоящий перед ней, застуканный ею между книжными стеллажами Гарри стоял и моргал. А та просто протянула небольшой запечатанный знакомой печаткой конверт. И тихо произнесла: "Выручай".

Герб на нетронутом пока ещё сургуче более тысячи слов говорил о том, кто именно является его отправителем. Именно поэтому Гарри почти не колебаясь его надломил, после чего углубился в не так чтобы мудрёное чтение.

О том, что Флёр наречённая Адэйна, Гарри и так знал, как и о том, что свадьба в следующем году у них будет. И вот такая неожиданность. Оказывается, брат в связи со всем бардаком, что из-за этого кубка приключился, приехать не успевает, а тут ещё бал этот для чемпионов обязательный. И либо ему рога, пусть даже и мнимые примерять, либо кузен его выручит. Собственно, именно об этом он в письме и просил. Весь расклад всего в два предложения уложился. Зато ёмко-то как, пробрало аж.

— Хорошо, — дал своё согласие дочитавший послание двоюродного брата до конца Гарри. — Он пишет, что вроде бы предупредил и тем не менее учитывай, что я твою магию на врѣмя танца полностью погашу. Я эту силу в себе не контролирую, а потому готовься к тому, что будет не слишком приятно.

— Всё равно лучше, чем все будут пялиться, Адэйн сказал, что ничего страшного, так что…

На это Гарри просто протянул ей свою правую руку:

— Возьмись, оценишь.

— Ну ничего же себе, — пробормотала спустя минуту сама разорвавшая контакт вейла. — Немыслимо. Я, признаться, читала об этом, собственно так мы с Адэйном и познакомились, он ведь на три курса меня старше. Невероятно, Гарри ты…

— Знаю.

— Зато теперь понятно, как ты друга своего тогда удержал, я заметила, он будто бы потух разом. Секунду назад весь мой был, прости уж за откровенность, и вдруг бах, и как не было.

— Пожалел его просто, да и дурит он иногда честно если, хороший парень, правда, но простоватый и иногда как ляпнет.

— Понимаю.

— Ну тогда до бала получается что-ли?

— Да, до него, и я буду в голубом.

— Ага, форма ваша, красивая кстати.

— Рада, что нравится, — возможно что впервые за долгое врѣмя совершенно искреннее произнесла эта вероятно и сама уже уставшая от своей чрезмерной для всех и каждого привлекательности французская чемпионка. После чего сдѣлала вид, что подходила за какой-то книгой и показательно углубившись в чтение, покинула помещение, направившись к одному из находящихся в читальном зале столов.

Именно так и вышло, что для всех это их соглашение осталось тайной. И потому, войдя в гостиную двумя днями позже, осматривающийся в поисках обещавшего ему шахматную партию Рона, Гарри немало так удивился, обнаружив его не иначе как с траурным лицом, лучшим описанием которого было — краше в гроб кладут.

— Что это с тобой, Рон? Мы вроде бы в шахматы хотели…

Рон поднял голову, на лице его застыло выражение пепельного ужаса. А затем он совершено пустым голосом пробормотал:

— Ну зачем, зачем я это сдѣлалъ? Что меня заставило?

— О чём ты?

— Он… пригласил пойти с ним на бал Флёр Делакур, — ответила вместо брата сидевшая около него Джинни. Гарри показалось, что она старательно прячет улыбку, но руку Рона она гладила с вполне искренней жалостью.

— Чего?!

— Я дурак, знаю.

— Я же тебя предупреждал.

— Да не знаю я, наваждение будто.

— Оно самое, Рон, оно самое. К тому же у неё уже есть пара.

— Тебе то откуда это знать?

— Ох, Рон, мне жаль, правда.

— Нет, только не говори, нет, ты не мог, ты ведь не мог, Гарри?

— Я и не дѣлалъ, она сама подошла.

— Да ну нахрен!? — моментально меняясь в лице, выпалил ушам своим не верящий рыжий.

— Я ведь говорил тебе, что мои кузены Олливандеры в Шармбатоне учатся.

— Ну а это-то тут причём?

— Ну а подумать? Включи уже мозги! Я же весь первый месяц каникул во Франции провёл. К тому же меня Адэйн попросил.

— Кто?

— Кузен мой старший, жених её, если что, — ответил другу Гарри.

— В смысле? Это что, это я получается… ой, мамочки…

— Вот так то, она собственно потому и подошла. Правила эти дурацкие и, в общем, нельзя ему к нам. А они на Рождество помолвку магическую назначили, она ради этого во Францию на каникулы поедет.

— Ну ничего же себе.

— Угу, а мне, как ты понимаешь, права делегировали, как Олливандеру. Представителем назначили и ей прямым текстом в мою сторону указали. Так что не дуйся на меня. Не мой выбор. И не Адэйн бы, я бы на этот балаган и вовсе бы не пошёл.

Так и вышло, что друзья даже по этому поводу не поссорились, а вскоре окрылённый тем, что всё не так уж и плохо, Рон пригласил одну из третьекурсниц с Хаффлпаффа. Да так с ней до двенадцати ночи и протанцевал. Хорошо вышло, но это было потом, а сейчас.

На следующий день выяснилось, что МакГонагалл для них курсы по танцам, чтоб в грязь лицом, значится, не ударили, самолично открыла. Пришлось Гарри умения свои демонстрировать, было оно не великим, но хотя бы какими-то да было. Правда, с партнёром Гарри танцевать наотрез отказался, из-за чего ему в итоге на потеху остальным стул, притом довольно-таки тяжёлый, вручили. Обидѣлась декан, видимо. Но да ничего, справился.

Но вот наступило долгожданное всеми обитателями замка Рождество. В этом году оно было, что называется, особенное. И учителя, чтобы гостей поразить, расстарались. А пока народ в снежки да прочие зимние забавы играл, Гарри с уроками как можно быстрее расправился, да в Хогсмид к приехавшему к нему ради такого дѣла дяде слинял. И дѣлом этим была, разумеется, примерка. А потому полтора часа в машине, и вот они уже в Лондоне, в ателье костюм подобающий случаю примеряют. Тёмный, но не чёрный, длиннополый и вышитым серебром со стороны груди гербом рода Олливандеров пиджак, жилетка, белая сорочка. Галстук бабочка. Всё как у взрослого.

— А шитьё то зачем? — спросил с изумлением рассматривающий своё отражение в зеркале Гарри.

— А ты уже забыл, что эта очказавра с красными ногтями и сумочкой под крока после осмотра палочек написала?

— Эм…

— Вот тебе и эм, страховка это, племянник. Разнюхает же, как пить дать. А так, ну пусть попробует.

— Ооо… — протянул начавший осознавать всю глубину задуманного Гарри.

— Именно, и пусть попробует только. Шаг влево, шаг вправо — расстрел на месте, прыжок вверх, как известно, есть попытка улететь. А нам скандала не надобно, иначе, чего уж там сказали бы девочке первого встречного-поперечного под ручку, да и дѣлов то. Сам понимаешь, она бы справилась. Другое дѣло — это каково бы ей было.

— Плохо бы было, — понурив плечи, произнёс совершенно в ином свѣте увидевший теперь доставшуюся ему роль Гарри.

— Вот и я так же думаю, бал этот дурацкий, никакого покою с этим турниром нет.

На том собственно и закончили, сняли финальные мерки, заскочили в Фортескью. Гарри даже с собой несколько заколдованных, чтобы не таяли, упакованных в красивые брикетики, брусков мороженного прихватил. Друзей в замке оставшихся порадовать. Хогсмид Хогсмидом, но Фортескью и его гений ещё никто во всей объединённой Британии не переплюнул.

На выходе из замка столкнулся с бредущей в сторону кареты, чем-то расстроенной Флёр. Так и вышло, что один из брикетиков к ней перекочевал. Настроения поднятия для. Она даже улыбнуться сумела искреннее.

И вот настал тот самый день. Костюм ещё с вечера прошлого дня прибыл, и облачившийся в него за час до начала, Гарри буквально поразил всех своих соседей по спальне.

— Ого, я и подумать не мог, — пробормотал единственный из них, кто знал о том, что Гарри точно пойдёт, Рон. — Хорошо сидит.

— Твой тоже, — вернул ему улыбку Гарри.

Так все вместе и вышли. Спустились в холл и практически тут же разошлись. Невилл, как оказалось, самую младшую из Уизли пригласил, Дин и Симус тоже без пары не остались, а Рон промямлил что-то насчёт того, что мол они в холле встретиться договорились. И тут же за спину Гарри юркнул. В холл вошла французская делегация, что неудивительно, во главе со своей чемпионкой, а попадаться ей на глаза.

— Удачи, — шепнул Гарри Рон и под прикрытием его, надо признать, что подросшей за лето спины, потерялся в толпе.

— Участники Турнира, пожалуйста, пройдите сюда, — прозвучал голос профессора МакГонагалл. И сдѣлавший глубокий вдох Гарри направился в нужную ему сторону. В итоге на три шага обогнав так же отреагировавшую на зов заместителя директора Хогвартса Флёр.

— Прошу прощения, мистер Поттер, я сказала участники, — строго сдвинув брови, произнесла одетая в традиционную шотландку МакГонагалл.

— Уи, профессор, он со м`ной, — опередила его с ответом, поравнявшаяся в этот момент с ним Флёр и уже обращаясь к Гарри, произнесла: — Прекрасно выглядишь.

— Благодарю, — ответил Гарри, и на глазах у ошарашенной происходящим МакГонагалл подставил французской чемпионке свой левый локоть.

— Бла'дарю, — певуче, словно весенний майский ветерок, ответила француженка.

Вскоре к ним присоединились удивлённо глянувшие на Гарри Седрик, пришедший с Чжоу Чанг, и явившийся крайним Виктор Крам, под руку с которым шла заставившая удивиться уже Гарри Гермиона.

— Оу, и ты тут, ну ничего себе, — шёпотом произнесла она, обернувшись, так как МакГонагалл по одной ей ведомой причине поставила именно Крама первым, тогда как замыкали процессию Седрик и Чжоу.

Пока шли по залу, Гарри позволил себе любоваться, и было чем. Стены и видимые части перекрытия Большого зала серебрились инеем. А с теряющегося где-то в вышине, сейчас совершенно тёмного потолка, приятной, чуть вьюжащейся каруселью медленно падали исчезающие чуть выше уровня голов присутствующих снежинки.

Заиграла торжественная музыка и шедший первым Крам верно понял намёк. Развернулся на каблуках, и с щелчком выполнил приглашение. И отставшему от него на пару мгновений Гарри не осталось иного, кроме как последовать его примеру и одними губами прошептав: "Крепись", продѣлать то же самое с Флёр.

Танцевать, когда тебя то и дѣло слегка пошатывает, прямо скажем, такое себе удовольствие, но они справились и даже не оступились ни разу. После чего надолго опустились за подготовленный специально для чемпионов стол. За ним уже находились все директора. А вскоре присоединились и Виктор с Седриком.

— Не знал, что вы с нами будете, мистер Поттер, — произнёс несколько натянуто улыбнувшийся при виде юноши Дамблдор. Вероятно, дедушка таки исполнил данное внуку после отбора обещание. Иначе такое поведение Дамблдора было бы никак не объяснить. Ну да и отвечать сколь либо развёрнуто было не обязательным. А потому Гарри лишь лаконично кивнул. Мол да, вот так вот оно. Каркаров при этом как-то неестественно дёрнулся и даже кажется зубами скрипнул.

Так что-то около часа и просидѣли, немного покушали. Понаблюдали за другими. А затем тихие классические мотивы совершенно неожиданно сменились весьма заводным ритмом известной на всю страну группы Ведуньи. И стало как-то совсем хорошо. Под эту музыку можно было уже и без рук танцевать, и изнывающая от сидения на одном месте Флёр этим разумеется воспользовалась. В итоге почти полтора часа в отведённой для танцев зоне проторчали, лишь на врѣмя медляков за стол возвращаясь. И лишь за полночь разойдясь каждый к себе.