Глава 1

Десять лет спустя

Рори проследовала к небольшому столику у окна в переполненной столовой больницы Святой Екатерины, прижимая к себе две папки, сумку и большой стакан черничного смузи. Сгрузив папки на стол, она сделала глоток смузи и рухнула в кресло. Рори была на ногах почти с шести утра, пропустила обед и сейчас находилась на пределе сил. А еще нужно осмотреть двоих пациентов. Может быть, ей удастся вернуться домой до восьми вечера, и она сможет лечь пораньше. Какое блаженство.

Раздался звонок ее мобильного телефона, и Рори улыбнулась, увидев на дисплее имя сестры.

– Ой, прости, звонят в дверь. Я перезвоню, – сказала Шэй и отключилась.

Рори расплылась в улыбке. Она была счастлива, что они с Шэй стали по-настоящему близки, что было чудом после того случая с Маккаскиллом. Болтовня Мака в прямом эфире закончилась его разрывом с Шэй, за чем последовала шумиха в средствах массовой информации.

Жизнь ее сестры превратилась в настоящий ад: на протяжении нескольких месяцев ей не давали проходу журналисты и фотографы. К несчастью, из-за того, что Шэй отказывалась помириться с Рори, все внимание репортеров было приковано к ней одной. Она исхудала и находилась на грани нервного срыва. Рори была очень рада, что все осталось позади и что капитан хоккейной команды «Маверикс» больше не тревожил сны ее сестры.

Правда, он тревожил ее собственные сны. Рори шумно вздохнула. Оставаясь наедине с собой, она часто грезила о Маке и, если честно, приходила в возбуждение от своих фантазий, что приводило ее в бешенство.

Снова зазвонил телефон.

– Привет еще раз, – послышался голос Шэй. – Прости, но только ты взяла трубку, как приехали из службы доставки.

– И что привезли?

– Дэйн прислал мне двадцать пять красных роз.

– Повезло. Но почему ты так разволновалась?

– Двадцать пять красных роз? Кто посылает своей жене двадцать пять красных роз через восемь месяцев после свадьбы? Наверное, он обманывает меня.

«Ну вот! – возмущенно подумала Рори. – Спасибо тебе, папочка. Ты сделал все для того, чтобы испортить личную жизнь своих дочерей».

Рори подумала о том, что они с Шэй отличались отношением к жизни и сердечным делам. Рори считала серьезные отношения с мужчинами невозможными, а Шэй никогда не переставала мечтать о любви, пока наконец не встретила, как она сама верила, последнего хорошего парня в этом городе. Тот факт, что Дэйн оказался достаточно спокойным и сильным, чтобы справляться с неуверенностью Шэй, заставляло Рори уважать его еще больше.

– У него точно интрижка на стороне. Он слишком часто задерживается на работе, – раздраженно заметила Шэй.

– Как ты можешь так говорить! – возразила Рори. – Прекрати это безумие. Ты шикарная белокурая красавица, бывшая модель, и ты все еще выглядишь на миллион долларов. Дэйн женился на тебе, и ты пообещала верить ему.

– Да, пообещала, – вздохнула Шэй.

– Взгляни на свои свадебные фотографии. Как он смотрел на тебя… Словно ты и луна, и звезды, и вся вселенная. – Несмотря на циничное отношение ко всякого рода романтике, Рори испытывала небольшую зависть каждый раз, когда Дэйн смотрел на ее сестру, потому что его глаза светились любовью. Интересно, каково это, быть настолько любимой и находиться рядом с человеком, который решительно настроен сделать тебя счастливой? Рассуждая логически, Рори понимала, что любовь не стоит такого риска, но… черт подери, ее сердце каждый раз болезненно сжималось, когда она смотрела на свою сестру и ее мужа.

– Дэйн как раз занимается делом о разбое. Он у тебя работает в убойном отделе, и то, что он нашел время, чтобы послать тебе эти розы, лишний раз подтверждает, как сильно он любит тебя.

– Значит, никакой интрижки?

– Конечно же нет. – А если бы и была, хотя такое просто невозможно, то Рори пристрелила бы Дэйна из его же собственного пистолета.

Рори попрощалась с сестрой, быстро написала Дэйну сообщение, что его жене может понадобиться чуть больше внимания, и глянула на папки с бумагами, лежащие перед ней на столе.

Рори хотела работать на себя. Пациенты отделения физической терапии, в котором она трудилась, пропускались через систему подобно консервным банкам на конвейере. Рори не давали возможности уделить им больше внимания, и она просто готовила их к следующему этапу лечения. Иногда она сомневалась, есть ли смысл в ее работе.

Если бы она работала на себя, она бы сбавила темп и уделяла больше времени своим пациентам, проводила бы какую-то интенсивную терапию. Но для того, чтобы открыть свое дело, нужны деньги, которых у нее не было, и помещение, которого она не могла себе позволить. И Рори просто продолжала экономить. Может быть, однажды…

Она открыла первую папку, и тут же снова зазвонил ее телефон. На этот раз звонил кто-то незнакомый.

– Алло? – осторожно ответила Рори.

– Рори? Это Кейд Уэбб из «Ванкувер Маверикс». Мы когда-то встречались.

Кейд Уэбб? С какой стати он звонит ей?

– Да, я помню… Привет. Чем могу помочь?

– Один из наших игроков находится в клинике Святой Екатерины, – не стал ходить вокруг да около Кейд. – Я хочу, чтобы ты взглянула на него и высказала свое мнение.

Рори нахмурилась, быстро принимая решение.

– Кейд, но у вас есть свой собственный физиотерапевт. Я знаю это, потому что мое начальство убило бы за контракт с вашим клубом. Почему ты решил обратиться ко мне?

– Потому что у тебя отличный послужной список лечения серьезных спортивных травм, – ответил Кейд. – Так ты согласишься? Посмотри на него и дай мне знать, что ты думаешь.

– Я…

– Спасибо. Я перезвоню тебе через несколько часов.

Рори хотела сказать Кейду, что ее ждут пациенты, что она не собирается нарушать правила компании, но он уже отключился. Да что ж это такое! Черт подери, она даже не успела спросить, что за игрок оказался в больнице. В какой он палате? Знает ли он, что она должна осмотреть его? И говорил ли Кейд с ее начальством по поводу этого осмотра?

В бешенстве она поднялась с места и схватила свои папки. Говорили, что Кейд, подобно двум своим дружкам по команде, мог очаровать кого угодно. Но только он не потрудился использовать свои чары, чтобы добиться согласия Рори.

Не то чтобы она сильно огорчилась, но мог хотя бы попытаться.


«Мак Маккаскилл, ты безмозглый идиот», – подумала Рори.

За последние десять лет у нее появилось несколько вариантов этой мысли, некоторые из них сдабривались более экспрессивной лексикой, но эмоции оставались прежними. Однако, сегодня впервые за все это время Рори не высмеивала его привычку прыгать от одной шикарной женщины к другой и не качала головой по поводу того, что этот мужчина вел себя как настоящий кобель.

Несмотря на то что ее раздражала его личная жизнь, она испытывала жалость к нему. Мак оказался исключительно талантливым игроком, и, когда Рори просмотрела записи в его медицинской карте, она поняла, что его рука серьезно повреждена. Для игрока его калибра ситуация складывалась не очень утешительная.

– Рори, что ты здесь делаешь?

Рори, стоявшая рядом с кроватью Мака, повернулась и расплылась в улыбке, увидев своего лучшего друга, который входил в отдельную палату Маккаскилла. Если бы сюда пришел кто-то другой, а не Трой, ей пришлось бы давать объяснения.

Существовал протокол относительно посещений пациентов, и Рори не следовало находиться в палате Мака, читать его медицинскую карту и проводить осмотр. Надо было отказать Кейду, но уже слишком поздно. Что же такого было в Маккаскилле, что заставляло ее нарушать правила?

– Мне нужно наложить повязку на его руку, чтобы как можно скорее возобновить кровообращение, – заявила она.

Как физиотерапевт, она хотела для него самого лучшего. Даже если он был человеком, который причинил боль ее сестре. Даже если ее сердце начинало выпрыгивать из груди, стоило ей взглянуть на него.

– У тебя нет полномочий, чтобы заниматься его лечением, и, если тебя поймают за этим делом, нас обоих уволят. – Трой закрыл за собой дверь и встревоженно посмотрел на Рори.

– Я возьму всю ответственность на себя, – ответила она. – Трой, все дело в его руке, которой он должен бросать шайбу в ворота со скоростью сто сорок километров в час.

– Мак обычно достигает больше ста шестидесяти, – поправил ее Трой, настоящий спортивный фанат.

– Точно, и повязка поможет начать восстановительный процесс, – ответила Рори.

– Нас уволят, и мы окажемся на улице, – пробормотал Трой. Но он не стал возражать, когда Рори достала все необходимое и приступила к делу.

Мак не пошевелился, и Рори расслабилась. Он крепко спал и будет спать еще некоторое время.

Трой был прав насчет причин для беспокойства. Чуть раньше Рори стояла у двери в палату Мака и не решалась войти. Потому что помнила о том, что они чуть не поцеловались с Маком десять лет назад, а также потому, что ей не следовало находиться здесь, несмотря на все просьбы Кейда.

Но вместе с тем Мак нуждался в ее помощи. Было жизненно необходимо возобновить циркуляцию крови через поврежденные капилляры, чтобы начать восстановительный процесс. Рори могла бы сражаться с самим дьяволом, чтобы оказать пациенту помощь, в которой он нуждался.

Кроме того, шансы, что ее обнаружат в палате Мака, были минимальными. Дорогостоящая клиника, в которой они находились, являлась одним из отделений больницы Святой Екатерины, находившейся в пригороде Ванкувера. Каждый, кто попадал сюда, обычно оказывался невероятно богатым и, как правило, требовал полной конфиденциальности. У всех пациентов были собственные медсестры или медбратья, и Рори просто повезло, что Трой отвечал за палату, в которой лежал Мак.

Это не только сохранит в секрете ее вмешательство, но к тому же поможет ей устоять перед желанием провести рукой по густым волосам Мака.

Он выглядел так же хорошо, как и десять лет назад. Может быть, даже лучше.

Щетина на его подбородке была темной, но на солнце отдавала рыжиной так же, как и его темно-каштановые волосы. В уголках глаз появились небольшие морщинки, которых раньше не было. Если не брать во внимание его поврежденную руку, Мак казался более сильным и зрелым, чем в двадцать четыре года.

Рори напомнила себе о своих профессиональных обязанностях и о том, что ей не следует захлебываться слюной при виде этого мужчины.

– Откуда ты узнала, что он попал к нам? – поинтересовался Трой.

– Ты уверен, что он уснул? – спросила Рори, проигнорировав его вопрос.

– Ему назначили морфин, потому что он испытывал адскую боль. – Трой глянул на свои часы. – Но вернемся к моему вопросу. Его доставили сюда из операционной всего два часа назад, а травму он получил не раньше, чем шесть часов назад. Так откуда ты узнала, что он здесь?

Рори отошла от кровати Мака и рассказала Трою, что ей позвонил Кейд, который после смерти владельца и управляющего клуба «Ванкувер Маверикс» исполнял его обязанности. Именно Уэбб попросил ее осмотреть Маккаскилла и высказать свое профессиональное мнение.

– И что ты скажешь?

– Трой, все очень плохо.

Трой тихо выругался. Рори знала, что его переживания и тревоги разделит большинство жителей Ванкувера. Мак был невероятным игроком, а еще его уважали за его лидерские способности. Фанаты

«Маверикс» придут в отчаяние из-за того, что их капитану придется пропустить несколько матчей. Потерять его на целый сезон будет катастрофой. Но потерять его навсегда будет настоящей трагедией. Через руки Рори прошло множество звезд спорта, и она знала, что последствия его травмы, и физической, и эмоциональной, будут колоссальными.

– И как прошла операция? – поинтересовалась Рори.

– Хорошо. – Трой прокашлялся. – Рори, нас могут уволить. Я знаю, что твоя повязка вуду может помочь, но ты не обладаешь полномочиями. А я очень люблю свою работу.

– Я миллион раз говорила тебе, что эта повязка не имеет ничего общего с вуду! Она посылает электромагнитные сигналы, которые стимулируют работу кровеносных сосудов. Она поможет нормализовать кровообращение в месте повреждения. Раз Кейд попросил меня приехать сюда, значит, он все уладит. Трой, все будет хорошо.

Трой пристально посмотрел на Рори, и она отвела взгляд.

– Аппарат будет работать еще полчаса, – заметила она. – Почему бы тебе не пойти и не принести чашечку кофе?

Ей хотелось остаться наедине с Маком и привести в порядок свои мысли и чувства.

– Ладно, я вернусь через полчаса.

Трой улыбнулся, хотя беспокойство не оставило его, и вышел из палаты. Когда дверь за ним закрылась, Рори повернулась к Маку и, не удержавшись, положила ладонь ему на грудь, туда, где находилось его сердце. Под тонким хлопком больничной одежды она почувствовала тепло его кожи.

Ей хотелось провести рукой по его стальным бицепсам и животу. Мак был таким огромным, а его тело свидетельствовало о том, что вся его жизнь была посвящена профессиональному спорту, тому, чтобы быть самым сильным, самым жестким и самым быстрым игроком на льду.

Рори посмотрела на другой конец кровати, к которому была прикреплена его медицинская карта. То, что она прочитает чьи-то каракули, ничего не изменит. По сути, Мак частично оторвал сухожилие от кости и повредил одну из связок. Хирурги сомневались, что он сможет восстановить свою прежнюю форму в скором времени, если это вообще случится.

Такая новость убьет его. Даже за то короткое время, что они были знакомы, Рори знала, что хоккей был для Мака смыслом его жизни. Последние пятнадцать лет он посвятил клубу «Маверикс». Он был звездным игроком, лидером клуба. Ради него фанаты неделя за неделей заполняли ледовую арену. Он был их надеждой, их идолом, лицом хорошо отлаженного механизма, которым управлял Кейд.

Со своей кривоватой улыбкой, отстраненной, но вместе с тем очаровательной манерой поведения и невероятным мастерством на катке, Маккаскилл был любимчиком всего города, постоянно появлявшимся на страницах журналов и газет, как правило, с какой-нибудь длинноногой блондинкой под руку. Горожане проводили время за тем, что строили догадки, когда кто-то из знаменитой троицы «Маверикса» – Мак, капитан команды, Кейд, директор клуба или Куинн, его действующий тренер, самый молодой в НХЛ, но очень уважаемый, – влюбится и остепенится.

Рори подумала, что Мак всегда был закрытой книгой не только для нее. О его жизни до того, как он попал в клуб «Маверикс», было почти ничего не известно. Даже Шэй знала не больше окружающих. Мак рос в неполной семье, и его мать умерла, когда ему исполнилось девятнадцать лет. Он не любил говорить о своем прошлом. Впрочем, как и Рори.

Она поправила повязку на руке Мака, и он зашевелился во сне, издав тихий болезненный стон. Ему бы не понравилось, если бы он узнал, что она услышала этот стон. Сколько себя помнила Рори, Мак ненавидел быть больным. Он играл с поломанным пальцем, с гриппом, растянутой лодыжкой, больным коленом. Он мог бы играть и в туче саранчи, и под метеоритным дождем.

Рори глянула на его поврежденную руку и вздохнула. Вряд ли Кейду понравится ее медицинское заключение.

Большая горячая рука коснулась ее шеи. Рори перестала дышать, когда Мак провел большим пальцем по линии ее подбородка. Точно как тогда на кухне Шэй, ее тело мгновенно откликнулось на его прикосновение. Рори склонила голову и потерлась о руку Мака. Он медленно открыл свои чернильные глаза и посмотрел на нее.

– Привет, – выдохнул он.

– Привет, – прошептала она в ответ. Ее пальцы впились в кожу на его груди. Ей следовало подняться и отойти, но она не могла пошевелиться.

Похоже, ничего не изменилось, и она так и не повзрослела.

– Наверное, они дали мне какое-то сильное снотворное, потому что ты кажешься такой настоящей.

Рори задрожала, когда палец Мака скользнул по ее нижней губе. Она поняла, что Маккаскилл думает, что она ему снится.

– Чертовски восхитительный сон… Бог мой, ты такая красивая. – Мак провел рукой вниз по ее шее, опускаясь ниже к ее груди. Его глаза, в которых отражались смущение и боль, пристально вглядывались в черты ее лица, словно впитывая их.

Затем он шумно вздохнул, и его глаза потемнели еще больше.

– Моя рука словно в огне.

– Я знаю, Мак. – Рори прикоснулась к его волосам и его щеке. Ее сердце болезненно сжалось, когда Мак повернул свое лицо к ее ладони, как будто искал утешения. Она попыталась убрать руку, но он ухватил ее и прижал к своей щеке. Каждому человеку, даже такому огромному и храброму, как Мак, нужны поддержка и человеческое участие. И в данный момент его утешением была Рори.

– Все плохо, не так ли?

– Мак, все будет хорошо. Несмотря ни на что, с тобой все будет в полном порядке.

В его глазах промелькнула боль. Мак схватил Рори за руку и притянул к себе на грудь. Его губы находились у самых ее губ. Рори подумала, что ей следует подняться, но ей так хотелось почувствовать вкус его поцелуя.

Хотя бы один раз, чтобы проверить, отвечает ли реальность ее фантазиям.

Сейчас для этого самое подходящее время. Другого случая не будет. Рори сможет прекратить теряться в догадках, оставить прошлое в прошлом и забыть тот поцелуй, которого никогда не было.

В палате, кроме них, никого, и никто ничего не узнает.

Когда Мак прильнул к ее губам, повернув ее голову к себе под нужным углом, Рори подумала, что травма никак не повлияла на его способности. Когда их языки встретились, ей показалось, что ее пронзил электрический разряд.

Она мечтала именно о таком поцелуе. И еще много о чем другом.

Пока длился их поцелуй, Рори потеряла счет времени. Она вернулась в реальность, когда Мак застонал от боли. Идиотка! Он перенес операцию всего несколько часов назад! И по-прежнему оставался в мире боли. Мак лежал на кровати, его рука покоилась на ее бедре, а глаза оставались закрытыми. Он не шевелился. Может, он снова уснул? Рори посмотрела на его сильную загорелую руку и облизала верхнюю губу, ощущая вкус его поцелуя.

Вроде ничего особенного не произошло, встретились их губы и языки, но поцелуи Мака обладали такой мощью, что могли бы сдвинуть горы, разделить морские воды, перегруппировать созвездия. От его поцелуев у нее шла кругом голова.

Вселенная знала, что делала, когда держала их обоих на расстоянии друг от друга. Рори не искала отношений с мужчинами и уж точно не искала кого-то похожего на Мака. Слишком огромного, слишком дерзкого и слишком самоуверенного. Ей не нужна была знаменитость, которая не знает значения слова моногамность.

Он был именно тем мужчиной, в котором она не нуждалась. Неверным. К тому же она прекрасно переносила свое одиночество.

Установленный Рори аппарат тихо запищал, оповещая, что программа завершена, и Рори начала подниматься, но Мак сжал ее бедро, удерживая на месте.

Когда она посмотрела на него, его глаза оставались закрытыми, но уголки губ приподнялись в самодовольной ухмылке.

– Это был самый лучший сон в моей жизни, – сказал Мак и снова провалился в забытье.

Загрузка...