Глава 7

На следующий день миссис Лоу отправилась в Грандмезон-Парк в закрытой карете с плотно занавешенными окнами, несмотря на то что погода выдалась солнечная и теплая. Внезапный порыв ветра может спровоцировать хроническую простуду, пояснила миссис Лоу Джудит, которая сидела рядом, уверенная, что обе они рискуют расплавиться от жары. Несмотря на духоту, бабушка была в хорошем настроении и всю дорогу весело болтала. По словам старушки, леди Бимиш была ее ближайшей подругой, с тех пор как переехала в Харвуд-Грейндж два года назад. Пожилая леди любила иногда ускользнуть из дома, когда пребывала в дурном настроении. Утром у Джудит не было ни одной свободной минутки: она бегала из кухни в гостиную и обратно, наведалась в конюшню и каретный сарай, потому что тетушка Эффингем желала удостовериться, что, готовясь к приезду гостей, ничего не пропустила. В это время Джулиана была занята тем, что возбужденно кружила по комнатам, выделывая пируэты, то и дело кидаясь к окну посмотреть, не приехал ли кто-то из гостей раньше срока, или поднимаясь к себе в комнату поменять туфли, сумочку или ленты. В конце концов, леди Эффингем предупредила дочь, что та скоро окончательно вымотается.

Надежда Джудит, что ей не придется сопровождать бабушку во время дневного визита, развеялась как дым, когда тетя взглянула на нее утром, с неудовлетворением отметив странно разрумянившиеся щеки, неестественно блестящие глаза и выбившийся из-под чепца локон. Джулиана выбрала именно этот момент, чтобы поговорить с матерью.

– Мама, ведь правда, что Маргарет Стеббинз не красивее меня? – спросила она, внезапно забеспокоившись. – Или Лилиан Уоррен, или Беатрис Хардинг? Я знаю, что Ханна Уоррен и Тереза Кук совсем не хорошенькие, хотя и милые девушки, и я очень их люблю. Но на празднике самой красивой буду я, правда?

Тетушка Эффингем поспешила обнять дочку и заверить ее, что она будет в десять раз красивее всех молодых девушек, приглашенных на праздник. Но в то же время ее пронзительный взгляд не отрывался от Джудит и непослушного рыжего локона, который племянница безуспешно пыталась заправить под чепец.

– Тебе нет необходимости присутствовать при встрече гостей сегодня днем, Джудит, – сказала она. – Тебе нечего будет делать, и ты будешь только путаться у всех под ногами. Тебе лучше поехать вместе с мамой в Грандмезон, а дома вместо тебя останется Тилли, которая будет мне гораздо полезнее.

– Да, конечно, тетя Луиза, – ответила Джудит, у которой упало сердце. Джулиана тем временем с любопытством посмотрела на кузину.

– Бедная Джудит, – протянула она, – у тебя никогда не было первого сезона, хотя ты на несколько лет старше меня. Как это неловко и огорчительно не иметь возможности легко и свободно вращаться в светском обществе. Мама говорит, что твой случай не так уж безнадежен, если отец удачно женится. Тебе ужасно повезло, что тебя пригласили жить в этот дом, ты сможешь хотя бы посмотреть на людей из высшего сословия.

Джудит промолчала. Ей даже не дали шанса высказать свое возмущение по поводу слов Джулианы в адрес ее матери, потому что та тут же отвернулась к тете Луизе и спросила ее мнение о своем платье. Девушка явно очень переживала.

Сейчас Джудит ехала в карете, сидя рядом с бабушкой и обмахивая ее веером. Джентльмены редко удостаивали пожилых леди своим обществом, и скорее всего лорда Рэнналфа Бедвина не будет дома сегодня днем.

Она обманулась в своем предположении.

Когда они вышли из кареты и оказались в холле особняка Грандмезон, их проводили в просторную гостиную с высокими потолками, располагавшуюся на первом этаже. Стены цвета слоновой кости с позолоченной отделкой отражали льющийся в окна свет, демонстрируя элегантную роскошь дома. Пейзажи в позолоченных рамах выгодно подчеркивали красоту убранства. Высокие стеклянные двери были открыты настежь, так что гостиная была наполнена пением птиц и ароматами цветов. Джудит наверняка с первого взгляда влюбилась бы в эту комнату, если бы не ощущала так остро присутствие в ней двух человек вместо одного.

При их появлении леди Бимиш поднялась с кресла, стоявшего рядом с пустым камином. Лорд Рэнналф Бедвин уже стоял за ее спиной. Джудит, наклонив голову, прошествовала по комнате, спрятавшись за спиной у бабушки. Как бы ей хотелось оказаться подальше от этого места! Она чувствовала себя невероятно унизительно и самой себе казалась еще-большей дурнушкой, одетая в полосатое платье из хлопка, изуродованное по заказу тетушки, ужасный платок и старую шляпу с огромными полями, которую тетя отдала ей, потому что сама давно перестала носить этот кошмар.

– Гертруда, дорогая моя! – воскликнула леди Бимиш, целуя гостью в щеку. – Как ты поживаешь? Вижу, ты привезла с собой мисс Лоу. Мне очень приятно. Это одна из дочерей твоего сына, о которой ты мне рассказывала?

– Да, это Джудит, – подтвердила бабушка, широко улыбаясь. – Это вторая дочь в семье и моя любимая внучка. Я очень надеялась, что Джереми пришлет именно ее, а не кого-то из ее сестер.

Джудит бросила на бабушку удивленный взгляд. Старушка не настолько хорошо знала своих внучек, чтобы кого-то из них выделять.

– Как поживаете, мисс Лоу? – ласково проговорила леди Бимиш. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Тем временем лорд Рэнналф отвесил поклон бабушке, а затем и Джудит, прошептав при этом ее имя. Она сделала реверанс, не поднимая головы, и уселась на ближайший стул. Но, сняв перчатки, она вдруг поняла, как глупо ведет себя, потому что невозможно дольше скрывать от него правду, если, конечно, он до сих пор ничего не понял. Джудит подняла голову и взглянула на лорда.

Рэнналф, прищурившись, смотрел на нее. Джудит слегка приподняла подбородок, чувствуя, как щеки заливает предательская волна смущения.

Следующие несколько минут были заняты светской беседой. Леди Бимиш справилась о здоровье членов семьи Джудит, а бабушка, в свою очередь, спросила, как поживают родственники лорда Рэнналфа Бедвина. Не обошли вниманием и намеченный на сегодня приезд гостей в Харвуд-Грейндж, а также тот факт, что лорд Рэнналф собирался приехать на ужин. А потом леди Бимиш заговорила более решительно.

– Мы с Гертрудой старые подруги, Рэнналф, – сказала она, – и больше всего на свете любим посидеть часок-другой и поболтать о делах, которые никого, кроме нас, не интересуют. Почему бы тебе не пригласить мисс Лоу на прогулку по нашему саду? Потом, может быть, ей захочется спокойно посидеть в розарии, пока ты займешься своими делами.

Джудит вцепилась ладонями в колени.

– Можно сказать, мы уже наполовину в саду, мисс Лоу, – проговорил лорд Рэнналф, сделав несколько шагов по направлению к девушке и отвесив ей легкий полупоклон, одновременно указывая рукой в сторону стеклянных дверей. – Может быть, пройдемся?

– С удовольствием, лорд Рэнналф, – вмешалась бабушка, увидев, как неохотно Джудит поднимается па ноги. – И пожалуйста, закройте двери, когда выйдете в сад, если, конечно, ты не возражаешь, Сара. У меня такое чувство, что я простудилась. Джудит пришлось обмахивать мне лицо веером всю дорогу.

Девушка проигнорировала предложенную ей руку. Она поспешно прошла через стеклянные двери на мощеную террасу и оказалась на тропинке, проходящей через центр регулярного парка. Остановившись, девушка услышала за спиной звук закрывающихся дверей. Куда она захотела убежать? И почему? Одно Джудит знала наверняка: никогда еще она не чувствовала себя такой потерянной.

– Ну, мисс Джудит Лоу, – раздался сзади нее мягкий голос, и Джудит остро ощутила присутствие Рэнналфа, Голос его источал яд.

Обхватив себя руками, Джудит повернулась и отважно взглянула ему в глаза, Пугающе близкие и пугающе знакомые.

– Ну, лорд Рэнналф Бедвин, – ответила она.

– Рад знакомству. – Он встретил ее взгляд знакомым насмешливым выражением глаз. Одной рукой он указал на тропинку. – Давайте прогуляемся. Сейчас нас хорошо видно из гостиной.

Регулярный английский парк, по наблюдениям Джудит, был разбит с геометрической точностью: проложенные по идеальной прямой тропинки сходились, как спицы в колесе, к фонтану, расположенному в центре и представлявшему собой мраморную статую купидона посредине мраморного же бассейна. Струя воды вырывалась из наконечника стрелы, прикрепленной к луку, и, описав в воздухе дугу над головой купидона, низвергалась обратно в бассейн. Низкие, аккуратно подстриженные кусты обрамляли дорожки, между ними были разбиты клумбы, радовавшие глаз разнообразием цветов.

– Вы обманули меня, – сказал лорд Рэнналф, как только они отошли на порядочное расстояние от дома.

– А вы обманули меня.

Джудит крепче сцепила руки за спиной. Лучше бы он никогда не узнал правду. Ну почему это должно было случиться? Из всех многочисленных поместий в Англии они оказались в двух домах, расположенных не более чем в пяти милях один от другого. И кроме того, он собирался присутствовать па всех мероприятиях летнего праздника в Харвуд-Грейндж.

Неужели он действительно собирается жениться на Джулиане? Неужели он запланировал это еще до того, как отправился в путь?

– Интересно мне знать, – начал Рэнналф, причем голос его прозвучал на удивление приятно, – что скажут ваши дядя, тетя и бабушка, узнав, что вы актриса и куртизанка?

Он что, угрожает? А может, просто боится, что она его выдаст?

– А мне интересно, – в тон ему отозвалась Джудит, – что они скажут, когда узнают, что человек, за которого они собираются выдать Джулиану, не прочь завести кратковременную интрижку в дороге.

– Мисс Лоу, своими словами вы демонстрируете ваше полное незнание жизни, – парировал Рэнналф. – Чета Эффингем, безусловно, отдает себе отчет в том, что у джентльменов есть определенные, скажем так, интересы. И при любой возможности как до, так и после свадьбы джентльмены от кратковременных интрижек не отказываются. Вы почетная гостья в доме вашего дядюшки?

– Да, меня пригласили пожить в Харвуд-Грейидж.

– Почему же в таком случае вы не присутствуете при встрече гостей сегодня днем?

– Бабушка нуждалась в моем обществе.

– Вы лжете, мисс Лоу, – возразил лорд Рэнналф. – Если честно, вы лжете постоянно. Вы бедная родственница, и вас пригласили в Харвуд в качестве бесплатной служанки, в первую очередь для того, чтобы избавить тетушку от необходимости выполнять капризы вашей бабушки, если я не ошибаюсь, Я так понимаю, вашему отцу не удалось сделать столь же блестящую партию, как вашей тете.

Они подошли к фонтану и остановились. Джудит почувствовала брызги воды у себя на щеках.

– Моя мать, – отчеканила она, – происходила из благородной семьи. И мой отец, несмотря на то, что священник, – человек со средствами.

– Со средствами, – повторил Рэнналф с насмешкой в голосе, – но без состояния? И эти средства истощились до такой степени, что он вынужден был отправить одну из дочерей жить к более богатым родственникам?

Джудит обошла фонтан и направилась по другой тропинке. Лорд снова оказался рядом.

– Ваши вопросы становятся навязчивыми, – заметила Джудит, – мои дела вас не касаются, так же, как и дела моего отца.

– Вы дочь джентльмена, – мягко сказал он.

– Конечно.

– И еще вы очень злитесь.

Неужели? Почему? Потому ли, что было унизительно сознавать, что этот мужчина видит ее и знает, кто она на самом деле? Потому ли, что ее украденный сон, который поддерживал бы ее весь остаток жизни, был так грубо поруган? Потому ли, что лорд Рэнналф Бедвин остался при таких же обстоятельствах спокоен и непоколебим? Потому что он смеялся над ней и над ее семьей? Потому что Джулиана была молода, хороша собой и богата? Потому что Брануэлл растратил отцовское небольшое, но бережно накопленное состояние? Потому что жизнь была несправедлива к Джудит? А кто сказал, что она должна быть справедлива?

– И очень боитесь, – помолчав, добавил лорд. – У вас даже не хватило духу, глядя мне в глаза, рассказать сказочку про вашего якобы возлюбленного. У вас не хватило смелости даже попрощаться со мной.

– Да, – призналась она, – не хватило.

– И поэтому, – продолжил ее мысль Рэнналф, – вы выставили меня полным дураком. Меня обругала жена трактирщика за то, что я грубо обошелся с вами, и мне посоветовали пуститься в погоню, чтобы принести свои извинения.

– Мне очень жаль, – сконфуженно проговорила Джудит.

– Неужели? – Он посмотрел на нее сверху вниз, и девушка вдруг поняла, что они снова остановились. – Я бы взял тебя, даже если бы ты сказала мне правду. Ты это понимаешь? Я бы сделал тебя своей любовницей. Я бы взял тебя с собой, стал бы заботиться о тебе.

Джудит пришла в страшный гнев, причем по совершенно понятной причине. Почему самый сладкий сон в ее жизни так бесславно и болезненно завершился? Джудит почти ненавидела этого мужчину, презирала и ненавидела его за то, что он открыл ей глаза на всю неприглядность того, что произошло между ними.

– Дайте-ка подумать… – Девушка с задумчивым видом постучала пальчиком по губам. – Думаю, вам на все про все хватило бы нескольких дней, недели – самое большее. Мы были бы вместе, пока не устали бы друг от друга, что означает: пока вы не устали бы от меня. Я права? Нет, спасибо, лорд Рэнналф. Я получила удовольствие, которое не входило в наше соглашение. Если хотите, это был способ скрасить те несколько скучных дней, которые нам пришлось провести на постоялом дворе. За это время вы мне успели порядком надоесть. Понимаю, с моей сторона жестоко произносить подобные слова, тем более что вы ясно выразились, что с удовольствием провели бы в моей компании еще несколько дней или даже неделю. Поэтому-то я и ускользнула, пока вы ходили по делам. Простите меня.

Некоторое время лорд молча смотрел на свою спутницу, сохраняя непроницаемое выражение лица.

– Если вы проведете меня в розарий, я с удовольствием посижу там, пока бабушка не пришлет за мной, – нарушила тишину Джудит.

Проигнорировав ее замечание, Рэнналф заговорил довольно резким тоном:

– Вы не беременны? Это уже известно?

Если бы черная бездна смилостивилась и разверзлась под ногами Джудит, она с удовольствием провалилась бы в нее.

– Нет! – воскликнула она, зардевшись, – Конечно, нет.

– Конечно? – Характерно изогнутые брови придавали ему вид насмешливый, высокомерный и аристократический. – Дети имеют обыкновение рождаться в результате того, что было между нами, мисс Лоу. Вы знали об этом?

– Конечно, знала!

Вряд ли бывают случаи, когда человек чувствует себя более сконфуженно, подумала Джудит.

– Надеюсь, вы не думаете, что я бы позволила… Он жестом остановил ее.

– Пожалуйста, мисс Лоу, – со скучающим видом произнес он, – войдите в роль. Это точно такая же роль, как леди Макбет или Порции, которые вы исполняли. Еще раз спрашиваю: вы уверены?

– Да, – Джудит с трудом могла шевелить губами, – я полностью уверена в этом. Где находится розарий?

– Почему вы так нелепо одеты? – неожиданно спросил лорд Рэнналф.

Поджав губы, девушка обратила на него недовольный взгляд.

– Настоящие джентльмены таких вопросов не задают.

– Вы не были так одеты, когда ехали в Харвуд-Грейндж, – заметил он, – хотя я не устаю винить себя за то, что не разглядел в вас провинциальную девчушку, строящую из себя актрису и куртизанку. Надо заметить, вам это прекрасно удавалось. Но откуда вы взяли эту ужасную шляпу и совершенно не подходящее к вашей фигуре платье?

– Вы оскорбляете меня своими вопросами, – отрезала Джудит.

Вместо ответа на лице лорда Рэнналфа заиграла насмешливая полуулыбка – этот порочный человек явно издевался.

– Я подозреваю, – наконец заговорил он, – нет, я почти уверен, что, стоило вашей тетушке взглянуть па нас, как она с прискорбием обнаружила, что вы намного превосходите красотой ее дочь, и решила во что бы то ни стало изуродовать вас. Я прав?

Конечно, он не прав. Разве он ослеп? Тетя Луиза всего лишь хотела скрыть самые безобразные черты во внешности племянницы. Просто она действовала более решительно, чем ore д.

– Неужели и ваши волосы были лишь частью маскарада? – Уголок его рта дернулся и пополз вверх, что должно было означать насмешку. – Вы, случайно, не лысая под шляпкой, мисс Лоу?

– Вы становитесь навязчивы и беспардонны, лорд Рэнналф, – процедила Джудит. – Будьте так добры показать мне дорогу в розарий, или я попрошу садовника сделать это за вас.

С минуту лорд Бедвин молча смотрел на девушку, ноздри его подрагивали от сдерживаемого гнева, а потом он прищелкнул языком, отвел глаза и пошел в обратном направлении по тропинке, ведшей к фонтану. Там он свернул на примыкающую дорожку, в конце которой виднелась увитая розами решетка. Это, видимо, и был розарий.

Внутри было потрясающе красиво. Вернее, это при других обстоятельствах Джудит смогла бы по достоинству оценить великолепие этого местечка: сейчас же она лишь бегло осмотрелась вокруг. С трех сторон защищенный от ветра высокими декоративными решетками, розарий четырьмя террасами спускался к бурлившему внизу потоку. Розы были повсюду, всех цветов и оттенков, всех форм и сортов. Воздух был пропитан их тяжелым ароматом.

Джудит уселась на резную железную скамейку на верхнем ярусе и сложила руки на коленях.

– Вам не обязательно оставаться со мной, – сказала она. – Я с удовольствием посижу одна.

Лорд Рэнналф Бедвин застыл рядом, сохраняя молчание. Джудит не подняла головы, чтобы узнать, смотрит он на нее или просто наслаждается пейзажем, но ей было видно, как он ритмично постукивает по земле носком сапога. Джудит хотела, чтобы он ушел. Она не могла выносить его близости. Она не могла смириться с реальностью и признать, что ее украденный сон навеки разрушен.

Он ушел, не проронив ни слова, дав Джудит почувствовать себя брошенной.


***

Рэнналф поднялся к себе в комнату и принялся мерить помещение шагами. Она оказалась дочерью джентльмена.

Пошло все к черту! Нечего было отправлять ее в дорогу одну, без горничной, которая могла бы обеспечить девушке относительную безопасность. Ее отца убить мало за такую оплошность! Нечего ей было соглашаться ехать с ним в деревню. Нечего было флиртовать с ним и позволять украдкой срывать поцелуи.

Ей следовало бы выучить правила светского поведения, так же, как и ему.

Он знал эти правила с детства.

Опершись обеими руками о подоконник, Рэнналф сделал глубокий вдох, на секунду задержал дыхание и медленно выдохнул. Он посмотрел на расстилавшийся внизу сад. Садовник направлялся по дорожке к дому. Это значит, что стакан лимонада, который он приказал отнести ей, был благополучно доставлен.

Она не должна была соглашаться на его безумное предложение поселиться в уединенном местечке возле ярмарочной площади и уж тем более не должна была соглашаться жить с ним в одной комнате, или ужинать в его компании, или распалять его страсть потрясающей актерской игрой. Где, черт возьми, она научилась так играть? Или, подобно Сирене, носить волосы свободно распущенными по плечам.

Какого черта она легла с ним в постель?!

Она должна была знать правила. Он знал их с детства.

Рэнналф с силой ударил кулаком по подоконнику и тихо выругался сквозь зубы.

Черт возьми, ему прекрасно были известны все правила. Его отец воспитал своевольных, неуправляемых сыновей, которые ежеминутно попирали любые условности и общественное мнение. Но в то же время он воспитал и благородных мужчин, которые знали, какие правила нарушать нельзя.

Он сказал ей, что взял бы ее с собой, даже если бы ему была известна правда. Сказал, что сделал бы ее своей любовницей. Неужели? Скорее всего, нет. Однозначно нет.

Она ведь была дочерью джентльмена.

Боже, ей, может быть, до сих пор неизвестно, не случилось ли самое страшное.

С другой стороны, эта женщина – законченная лгунья, поэтому она вполне могла соврать и в отношении беременности. Очень может быть, что через девять месяцев она даст жизнь его бастарду.

Лорд Рэнналф снова ударил кулаком по подоконнику, потом, отвернувшись от окна, стал бродить по комнате из угла в угол, крепко сжав руки в кулаки.

Черт, черт, черт!

Наконец, не выдержав, лорд распахнул дверь и стремглав бросился вперед по коридору. Он ни разу не остановился, чтобы обдумать свое решение.

Джудит сидела там же, где он ее оставил, зажав руки между колен, а рядом с ней на резном железном столике стоял недопитый стакан лимонада. Видимо, этот столик садовник принес специально для нее. Взгляд девушки был устремлен на шумный поток, и она только слегка повернула олову, заслышав приближающиеся со стороны увитой цветами ограды шаги.

– Все то время, что я отсутствовал, – решительно начал Рэнналф, – я мерил шагами свою комнату, пытаясь убедить себя, что вы одна виноваты в том, что произошло. Это не правда. В этом есть и моя доля вины.

Джудит повернулась к лорду, и Бедвин увидел перед собой зеленые глаза, расширившиеся от изумления.

– Что? – переспросила она.

– Вы были невинной и неопытной юной девушкой, – продолжал он, – а меня трудно назвать невинным и неопытным. Я должен был догадаться, я должен был все понять во время… м-м… процесса.

– Вы чувствуете свою вину за то, что произошло между нами? – спросила Джудит, устремив на него недоумевающий взгляд. – Что за глупости! Ничьей вины здесь нет, все произошло по обоюдному согласию. Наше приключение закончилось, и лучше поскорее о нем забыть.

Если бы все было так просто!

– Ничего не закончилось, – возразил Рэнналф. – Я лишил вас девственности, и теперь вы, грубо выражаясь, порченый товар, мисс Лоу. Полагаю, вы не настолько наивны, чтобы не отдавать себе в этом отчета.

Щеки девушки вспыхнули. Она резко поднялась на ноги и отвернулась, уставившись прямо перед собой.

– Что заставляет вас думать… – начала она.

– О, только не мой личный опыт, – заверил ее Рэнналф. – Я, можно сказать, был опьянен выпитым вином, вашей изумительной актерской игрой и вашими прелестями. Когда вы исчезли, хозяйка постоялого двора объяснила мне, почему она после первой же ночи сменила нам простыни. Она с удовольствием сообщила, что на использованном белье были пятна крови.

Услышав эти слова, Джудит вздрогнула, как от удара.

– Вы дочь джентльмена, мисс Лоу, ~~ продолжал он, – хотя вы и не принадлежите к богатой и знатной семье. Вы принадлежите к социальному кругу, из которого ни члены моей семьи, ни мои друзья никогда не посоветовали бы мне выбрать невесту, но у меня нет выбора. Заметьте, я не виню вас. Я ругаю себя за то, что был ослеплен и не замечал очевидного, но теперь уже слишком поздно о чем-то сожалеть. Не окажете ли вы мне честь стать моей женой?

На этот раз она не шелохнулась. Ее тело напряглось. Она молчала так долго, что Рэнналф начал бояться, что она вообще не собирается отвечать. Но в конце концов Джудит нарушила тишину.

– Нет, – решительно и твердо проговорила она, развернулась и пошла вниз и остановилась у самой кромки воды.

Наверное, надо было сделать предложение в более мягкой форме, встав перед ней на колено и взяв ее за руку. А вместо этого он бросил ей в лицо жестокую правду. Эта девушка сразу почувствовала бы в его словах фальшь. Играя роль Клер Кемпбелл, она поразила его своим умом и проницательностью, его сильно тянуло к ней.

– Почему нет? – осведомился лорд Рэнналф.

– Да будет вам известно, что я не собираюсь быть ничьей обузой, – отчеканила она, – или пятном на чьей-то совести. Я поехала с вами по доброй воле, и я… я легла с вами и постель по доброй воле. Я давно хотела приобрести подобный опыт, поэтому не замедлила воспользоваться шансом. Вы абсолютно правильно назвали причину моего приезда в Харвуд. Маловероятно, что женщину в моем положении кто-то будет считать падшей или, как вы изволили выразиться, порченым товаром. Такие женщины, как я, неизбежно становятся старыми девами. Не скрою, перспектива стать в один прекрасный день замужней кажется мне соблазнительной. Я могу стать леди Рэнналф Бедвин, богатой и знатной. Но я не хочу становиться женой человека, который предложил мне руку и сердце под давлением обстоятельств, потому что оказался в ловушке. Я не стану обрекать вас на столь неравный и опрометчивый брак. Вряд ли вы будете чувствовать себя польщенным, если женитесь на мне и будете всю жизнь мучиться.

– Прощу прощения, – вмешался Рэнналф, – я не имел в виду…

– О нет, – поспешно сказала Джудит, – вы ничего не имели в виду. Вы выразились прямо. По какой, интересно, причине вы думали, что я соглашусь выйти за вас, лорд Рэнналф? Потому что вы сын герцога и сказочно богаты? Потому что мои надежды выйти замуж весьма туманны, даже будь я девственницей? Потому что, по правилам, я должна стать женой человека, который соблазнил меня и оказался достаточно благородным, чтобы сделать мне предложение, хотя вы, конечно, не соблазняли меня? Потому что вы сказали, что я окажу вам честь, если выйду за вас? Мой ответ – нет.

В душе Рэнналфа облегчение боролось с недоверием и Неотступным чувством вины. Она явно обиделась на грубую Форму, в которой было сделано предложение. Если он попросит ее, как надо, может, она сделает правильный выбор?

– Простите меня, – проговорил лорд, – я просто думал, что вам претят откровенно льстивые речи. Позвольте мне…

– Нет! – Резко повернувшись, она посмотрела ему прямо в глаза. – Это было приятное приключение, лорд Рэнналф, которое не предусматривало продолжения. Мне было любопытно, я решила удовлетворить его, и мне это удалось. У меня не было абсолютно никакого желания продолжать эту связь и уж тем более выходить за вас замуж. Да и с какой стати? Я не настолько наивна и несведуща, чтобы не понимать, каковы собой люди вашего круга. В дороге я получила лишнее тому подтверждение, а ваши сегодняшние слова окончательно убедили меня в правильности моих предположений. Вы с гордостью говорили о том, что вы далеко не невинны и обладаете большим жизненным опытом. Вы сказали, что любой, кто знает, что к чему в этом мире, понимает, что такое поведение допустимо для джентльмена как до, так и после свадьбы. Даже если бы я хотела, я не вышла бы за вас. Как я могу сознательно выйти замуж за человека, которому этот брак в тягость и который отправит молодую жену прозябать в каком-нибудь тихом, респектабельном местечке, чтобы самому в это время развлекаться и флиртовать с женщинами, как будто он до сих пор холост? Вы были нужны мне для приобретения опыта, а не для замужества. Опыт я получила и не имею ни малейшего желания его повторять. Можете считать, что вам повезло! Теперь вам не придется терпеть издевательства друзей и недовольство вашего брата герцога Бьюкасла. Всего доброго!

Странно, несмотря на то что ее быстрая речь изобиловала горькими словами и она с трудом сдерживала гнев, несмотря на ее бедную, некрасивую одежду, эта женщина по-прежнему притягивала его, заставляя вспоминать то всепоглощающее сексуальное влечение, которое он постоянно испытывал к ней в течение полутора дней и двух ночей, проведенных вместе. До сих пор Рэнналф с трудом сознавал, что перед ним та самая волшебница.

– Это ваше последнее слово? – осведомился он.

– Что из сказанного мной недоступно вашему пониманию, лорд Рэнналф? – парировала она, не отводя от него взгляд.

Но прежде чем ответить, лорд почувствовал, что они в розарии не одни. Вскинув голову, он заметил в арке садовника, который при виде хозяина смущенно откашлялся. Рэнналф вопросительно изогнул брови.

– Меня послали пригласить мисс Лоу в гостиную, милорд, – сказал он.

– Спасибо, – коротко ответил Рэнналф. Но стоило ему повернуться, чтобы предложить руку Джудит Лоу, она бросилась вверх, переходя с одной террасы на другую, придерживая обеими руками полы юбки и полностью игнорируя его существование.

Он не пошел за ней. Он остался стоять, глядя ей вслед и испытывая облегчение. Он вдруг вспомнил, что этим летом ему в любом случае придется на ком-то жениться.

Лорд Рэнналф был немного раздражен и все еще чувствовал себя виноватым. А еще, черт возьми, он был возбужден.

Загрузка...