Глава 5

— Фрат… Фи-липп, — начала пришедшая в себя мать. — Как? Что произошло? Господин Сеар предупредил нас, но я до последнего не верила, что с моим ненаглядным малышом что-то могло случиться.

Женщина заломила руки, одинокая слезинка скатилась по щеке. Она рассматривала сына и не узнавала его. Сейчас перед ней стоял знакомый незнакомец с цепким взглядом, которого никогда не было у ее малыша. Сильное мускулистое тело, приобретенное благодаря изнурительным тренировкам. Прямая осанка, военная выправка. Неужели мэтрам и магистрам удалось то, чего не смог сделать отец — военный офицер на службе Его Императорского Величества.

Мать украдкой бросила взгляд на мужа, который с гордостью осматривал изменившегося сына и не мог нарадоваться. Как же он мечтал когда-нибудь увидеть младшего отпрыска хотя бы отдаленной своей копией. А тут такой приятный сюрприз. Его воплощенная мечта стояла перед ними, гордо вскинув голову. Хочет, чтобы называли странным именем „Филипп“? Ничего страшного. Пусть хоть горшком себя назовет, главное, что вот он, его сын, его будущая гордость — в чем отец не сомневался — рядом.

Жених с недовольным видом продолжал ждать, когда на него соизволят обратить внимание. Но все были поглощены обновлением сына-брата-внука, его новым непривычным образом. О бароне и его вопросе было напрочь забыто. А он сам, с трудом припоминая женоподобного юношу, которого видел на весеннем балу несколько лет назад, и поражался, насколько сильно он изменился. Прошлый образ барону импонировал намного больше. Изъявляя желание породниться с семейством жениха, мужчина расчитывал на лишнюю прислугу в доме. Тот безотказный малыш мог оказаться прекрасной игрушкой как для него самого, так и для его сына, который был старше Фратира на пять лет. Сейчас же барон сомневался, что парня с таким взглядом можно будет сломать и заставить плясать под свою дудку. Но надежда, как известно, умирает последней, надменный барон решил испытать судьбу и попробовать укротить будущего мужа.

Бабушка, как никто другой, радовалась за внука. Пожилая женщина предвкушающе улыбалась. За всю жизнь она так и не открыла никому из детей правду о своем даре — предвидении. Она могла не только видеть будущее, но и определять по ауре, кто перед ней. То, что внутри находится другая душа, бабушка поняла сразу. Но вопреки всем законам родственных чувств, она не жалела о смерти внука. Старая ведьма с самого рождения невзлюбила малыша. Отчего так произошло, объяснить никто не смог бы. Все прошедшие годы женщина ждала часа, когда перед ней предстанет парень, с душой иномирца и телом Фратира. И вот чудный миг настал. Дети старушки были поражены ее изменившемуся отношению к Фратиру. За всю жизнь она ни разу ему не улыбнулась, не приласкала, и вдруг выказывает восторг и радость при встрече с нелюбимым внуком.

Два старших брата и кузен не решились подходить и приветствовать Фратира. Но, как заметил Филипп, взгляд у всех троих светился искренней любовью и радостью. Парни действительно гордились братом.

«Похоже, у Фратира была дружная и любящая семья, — разглядывая „родственников“, размышлял спецназовец. — Только с бабкой какая-то темная история: то любит, то не любит. Вон сколько недоумения родных по поводу ее лобызаний со мной. С чего бы это? Не особо жаловала бывшего хозяина тела? Почему? Что сейчас изменилось?»

Брат отца со своей женой стояли в стороне. Оба с мрачными лицами. По ним можно было сделать вывод — вид нового Фратира им не нравился.

— Я все-таки повторю свой вопрос, — надменно произнес барон, прерывая всеобщие восторги в сторону Филиппа. — Свадьба будет? Времени осталось мало, гости приглашены, все готово. Отменять я ничего не намерен.

— Свадьба-то будет, да только свои коварные замыслы засунь себе в зад, — произнесла бабушка, насмешливо и проницательно смотря на барона. Не успел барон и рта раскрыть в негодующем возмущении, как старуха его прервала: — Мой внук рожден для великих дел, а не для постельных утех твоего семейства.

— Что вы себе… — возмутился было мужчина, но его уже никто не слушал.

— Внук, вот таким ты мне нравишься больше, после свадьбы мне надо будет обсудить с тобой кое-что. Я хочу преподнести тебе подарок, но наедине. О нем никто не должен знать. Я приду к тебе после твоей брачной ночи. А сейчас тебе пора собираться.

— Но… Мне казалось, у меня еще есть время, — сконфуженно ответил Филипп, кидая полные мольбы о помощи взгляды на Рича. — И да, со мной поедет друг. Это не обсуждается, — заметив направленные на него недовольные взгляды, жестко сказал, как отрезал, Филипп.

— Я не потерплю любовников… — начал жених, но вперед вышел демон. Как ледокол, рассекая толпу родственников, он подошел к барону, встал напротив него, сверкнул красными глазами, показывая свою сущность, а потом громовым голосом поведал:

— Я еще полгода слуга Филиппа. Хотел бы такого любовника, но на нем твоя метка, ничтожный человечишка. Мы, демоны, не имеем права посягать на меченых. Но и находиться далеко от хозяина не можем. Факт совместной поездки не обсуждается, — закончил темный. В следующую секунду, обернувшись к спецназовцу… шаловливо подмигнул. — Ну как я тебе? — сладким голосом поинтересовался Рич у Филиппа. Парень усмехнулся и показал большой палец.

— Только в следующий раз предупреждай, — хохотнул Филипп. — Родственников едва до икоты не довел. Кто бы их потом спасал? Слушать икающую толпу — пытка для моих нервов.

— Окей, шеф, будет сделано, — отсалютовал демон. Все находящиеся в комнате недоуменно переглядывались, прислушиваясь к беседе. Барон открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба. Его лицо вытянулось, в глазах — немой вопрос и удивление. Встретить демона он никак не ожидал.

— Сын, у тебя в услужении демон? — поинтересовался отец, первым отойдя от шока. Он обошел Рича кругом. — И как это получилось? В тебе ведь совсем не было магии, даже зачатков?

— Для вызова демона нужна неимоверная сила, — удивилась и мать, она переводила взгляд с сына на темного и обратно. Какие-то сомнения появились в ее голове. Лицо нахмурилось, брови сосредоточенно сдвинулись. Видно было, что думать и размышлять — не ее удел.

— Внук, в тебе проснулся дар, скрытый до поры до времени, — подходя к Филиппу и обнимая его, произнесла старуха. Она подмигнула внуку, который непроизвольно улыбнулся. — Видимо, произошло нечто из ряда вон выходящее, только смертельная опасность могла пробудить силу.

— Ага, сдох, потом возродился, получил дар, попутно вызвал меня. Все так и было, — веселился темный. Филипп привстал на цыпочки и отвесил демону затрещину. — Уй! За что?

— Для профилактики, — отрезал Филипп. — Было бы за что, отгреб бы по полной.

— Все, пора собираться, — взял ситуацию в свои руки отец семейства. — Скоро уже начнется экзамен. А после него мы сразу уезжаем.

В комнату вошел ректор. Улыбнувшись родственникам дежурной улыбкой, вампир сразу перешел к делу:

— Дамы и Господа, прошу всех пройти в седьмой сектор, там вам будет удобно наблюдать за ходом экзамена. Филипп, ты идешь со мной, нам надо еще обсудить несколько вопросов. — Спецназовец, довольный избавлением от семейства Фратира, быстро схватил за руку Рича и помчался за ректором.

— Фух! Как ты вовремя, — выдохнул Филипп, прислонившись к стене, чтобы перевести дух. — Ну и семейка. Бабуля, которая не любила внука, а сейчас души в нем не чает. Дядя какой-то мутный и злой. А братья и кузен мне понравились, они искренние. Во всяком случае, глаза никогда не лгут. Мать с отцом… Пока ничего о них сказать не могу.

— Со временем разберешься, к кому как относиться, — ободряюще положил руку на плечо спецназовцу Рич. — Настраивайся на экзамен. Тебе надо показать себя во всей красе, — подмигнул демон напоследок.

— Я только за боевую магию волнуюсь, а за свои приемы и ведение ближнего боя — спокоен. Навыки отточены годами. А вот ваша магия — нечто непредсказуемое. Тут слушается, тут — нет. С ней ни в чем нельзя быть уверенным, — произнес Филипп, обращая свое внимание на клыкастого. — Сколько будет этапов, заходов, как правильно — не знаю?

— Всего три тура, — улыбнулся ректор. — Первый — рукопашный бой. От него зависит, какую степень ты получишь и какое звание. Второй — логика мышления, стратегия. Третий — боевая магия. Она будет решающей в окончательной аттестации, — подробно разъяснил Сеар.

— С этим все ясно. Теперь хотелось бы поточнее узнать о степенях и регалиях, — попросил Филипп. В Академии о них никто не говорил. Может, он пропустил или все определения были даны ранее, когда его еще здесь не было.

— Степени: бакалавр, мэтр, магистр и архимаг — самая высокая. Такая только у меня, — начал вампир. — Звания: лейтенант, деарт, полигарт, шэрд, генерал — самое высокое звание, его сложно добиться, только боевыми заслугами на поле боя. Из Академии можно выйти только полигартом. Остальное заслуживается в битвах.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Филипп. Они втроем отправились на полигон. Собравшиеся там адепты изрядно волновались — шуршали шпаргалками, повторяли боевые приемы, читали заклинания. Филипп со снисходительной улыбкой наблюдал за ними. Волнения не было, только азарт, как перед очередным заданием. Он верил — все у него обязательно получится, по-другому и быть не могло. Ошибиться нельзя, чревато. И пусть это всего лишь учебно-показательное выступление — сплоховать нельзя.

Адепты сменяли друг друга. Филипп наблюдал за ними, машинально анализируя промахи и недостатки. Несколько раз удрученно качал головой, представляя реальную ситуацию. С такими промашками несколько человек уже были бы убиты.

Наконец, настала его очередь. Партнер ему попался опытный, из бывших выпускников, которых часто приглашали на экзамены. Бывали случаи, когда выпускников брали в армию Императора, если видели потенциал ученика. Филипп осмотрел накачанную и мощную фигуру парня, поднял голову и заметил снисхождение в глазах напротив.

„Извечная ошибка многих самоуверенных офицеров — недооценивать противника, — с усмешкой подумал Филипп. — Сколько буйных головушек было сложено из-за этого“.

— Начнем? — мягко поинтересовался офицер. — Я постараюсь не покалечить тебя.

— Не стоит идти на такие жертвы. Танцуем!

Они кружились один вокруг другого, глаза в глаза, дыхание размеренное. Оба, как хищные кошки — плавные движения, грация зверя перед нападением. Первым сделал выпад офицер. Филипп увернулся, занесенной для удара ногой прочертил по грудной клетке противника. Не давая ему опомниться, Филипп развернулся и нанес удар в солнечное сплетение. Партнер мотнул головой, приходя в себя, и снова бросился в атаку. На этот раз офицер действовал осмотрительнее. Обманный маневр, подскок, разворот в воздухе на триста шестьдесят градусов, взмах ноги и удар сцепкой рук по плечу Филиппа. Оно сразу онемело. Но боль не остановила адепта. Он упал на землю, подкатился ближе к противнику, ногами сделал захват и повалил его на землю. Заломив офицеру руки за спиной, чуть было не кинулся искать наручники по старой привычке.

Бой был окончен. Трибуны взревели. Нечасто адепты побеждали офицеров, уже побывавших в боях. Появившиеся преподаватели дали знак спецназовцу отпустить пленника. Филипп встал, поклоном головы поблагодарил офицера за поединок. Ответный кивок благодарности, и партнеры покинули арену.

Филипп опустился прямо на траву, пытаясь отдышаться. Дыхание сбилось после нагрузки. Он вспомнил свое прошлое тело. Тогда таких проблем не было. Даже пробежав несколько километров, спецназовец мог контролировать дыхание, еще и вступить в схватку с преступником. Филипп понимал, что впереди еще годы тренировок, чтобы достичь того результата, который у него был в прошлой жизни.

Задумавшись, попаданец упустил момент начала второго тура. Только когда Рич толкнул его в плечо, он поднял голову и осмотрелся.

— Скоро твой выход, — произнес демон. — Очищай разум от дум, настраивайся на тактическое мышление и вперед.

— Мой мозг сам знает, когда, что и как решать, — отмахнулся Филипп. В этом туре для него ничего сложного не было. Как он правильно сказал, его мозг работал, как компьютер: задай программу — сразу готов нужный результат.

— Тогда удачи, — темный наградил студента одобрительной улыбкой. Филипп улыбнулся в ответ, махнул рукой и приготовился.

Посредине арены стоял большой круглый стол. За ним разместились трое адептов и два офицера. Выправка, цепкий взгляд, просторная одежда, под которой Филипп без труда смог угадать очертания перевязи с оружием — все это выдавало в офицерах высокие чины. Мужчины разложили на столе карту, ткнули в одну точку, обведенную красным, пояснив местонахождение противника. Чуть дальше, синяя точка указывала на их собственное расположение. Задача была: продумать атаку, чтобы обойтись наименьшими потерями.

Трое экзаменуемых задумались. Филипп задал несколько уточняющих вопросов: количество сражающихся с обеих сторон, пути подхода к лагерю противника, оружие. Один из офицеров дал ему подробный ответ. План атаки уже выстроился в голове Филиппа. Он попросил ручку и лист бумаги. Начертил схему, пути подхода с трех сторон к лагерю противника, разделение нападающих на несколько групп. Обрисовал задачи и действия каждой группы. Спроектировал итог. Максимум несколько жертв, если враг окажется проницательным и сможет предугать атаку.

Спецназовец говорил уверенно. Четко, по-военному отрапортовал план боевой операции, вызвав приятное удивление у офицеров. Было видно, что они приглядывались к Филиппу, пытаясь понять, как раньше могли пропустить такой самородок. Как правило, подающих надежды адептов специально несколько лет готовят для службы в армии Императора. Как могло произойти то, что Филиппа заметили только на выпускном экзамене — не мог понять никто из офицеров. Везение? Подготовка? Сомнительно. Слишком выверенная стратегия, словно давно знакомая парню.

Этот тур Филипп прошел с наивысшим баллом. Остался самый сложный экзамен — магия. Вот теперь спецназовец запаниковал. Он несколько раз попытался, как его учили, вызвать силу, взять ее под контроль, но каждая его попытка оборачивалась катастрофой. Сила сама управляла им. Как же будет на этот раз?

— Смотри, офицеры рвут на себе волосы, что не могут твою тушку экспроприировать, — веселился Рич, показывая в сторону небольшой, азартно дискутирующей, толпы. Трое офицеров размахивали руками, пытаясь что-то доказать Сеару и Трэйгу. Ректор и преподаватель только пожимали плечами в сожалении. Вампир махнул в сторону трибуны, где сидело семейство Фратира вместе с его женихом. Офицеры сжимали челюсти, всем своим видом демонстрируя злость.

— Слушай, а почему я не могу пойти в армию? — оживился Филипп. — Такая перспектива мне нравится гораздо больше, чем женитьба.

— Потому что ты еще несовершеннолетний по меркам этого мира, — терпеливо стал объяснять демон. — Согласие на службу может дать только твой будущий супруг, так как вы давно обручены, и сейчас он решает твою судьбу. И я не думаю, что он добровольно отпустит тебя в армию.

— Постой-постой! Как это несовершеннолетний? Я же видел маршиат, — местный паспорт — мне уже девятнадцать. Я сам могу решать свою судьбу.

— Нет, Фил, не можешь. Здесь совершеннолетие наступает в двадцать пять лет. Продолжительность жизни совсем другая. Многие живут в среднем двести-триста лет, а если еще и магия имеется, то все пятьсот, как с куста. Поэтому и совершеннолетие наступает так поздно. Крепись, мой друг! — напоследок посоветовал темный, подтолкнув Филиппа к арене, где начинался последний, третий тур экзамена.

Загрузка...