Глава от 11. Харитон

Я ждал ее. Ждал на следующий день. И через день. Ждал, что она войдет в дом, что скажет «привет» своим шелестящим, как листопад, голосом. Что ее руки снова поставят передо мной тарелку, а я наконец смогу услышать ее историю. Рассказать свою. Посмотреть, как переливается свет в ее волосах, насколько прозрачна белая кожа.

Но через три дня я перестал ждать, понимая, что она больше не придет.

Нашла работу получше?

А возможно, мужика, который сможет оценить по достоинству и кулинарный талант. И рабочий рот. И представляя во всех красках, как она изгибается под другим, я избавлялся от отравы, которой она меня накормила. Вытравливал светлый образ, который мешал мне и дальше влачить свое жалкое существование. Лелеять ненависть к себе. Идиот?

Поверил, что ей может понравиться инвалид, не способный даже водить машину? Поднять девушку на руки. Защитить ее в темном переулке?

Ее даже твои миллионы несильно заинтересовали.

Она просто ушла, не оставив после себя ничего. Ни запаха, ни предметов. Порой казалось, что с ума сошел, и Ева мне привиделась. Без нее стало на все насрать.

Исчезло желание убирать волосы, что уже мешали работать, ушло желание искать среди всего хлама чистую футболку. Наверное, если бы не настойчивые звонки Синицына, я бы вообще не отрывался от работы.

До сих пор не понимаю, как после всего, что я натворил, он со мной общается, как не послал на хрен, чтобы я даже близко не приближался к его окружению. Поначалу я даже думал, что он тусит со мной из жалости. Потом, что дело в его брате, с которым мы ведем бизнес. Но после нескольких попоек стало ясно, что у нас действительно много общего. И это, несмотря на то, что я теперь абсолютно беспомощное существо.

Вот и сегодня день годовщины Марка и Даши Синицыных, по сути, годовщина моей инвалидности, и я просто послал им смс с поздравлением. Еще купил сертификат на отдых на Бали. Может быть, хоть там они перестанут меня доставать своими настойчивыми звонками.

Но кто бы сомневался, что отказ по телефону не поможет, и Кирилл с Марком придут лично, чтобы вытащить меня из дома.

– Вы можете свалить? У меня нет желания наблюдать за жалостливыми взглядами, – бешусь я, уезжая от них все дальше. Но эти одинаковые олухи преследуют меня в собственном доме.

– Давай, давай, катись быстрее, безногий, мы все равно догоним.

– Отлично, вы пришли меня оскорблять. Я не буду надевать этот клоунский наряд.

– Поверь мне, Харя. Твоя харя не вызовет жалости. Скорее желание добить тебя окончательно.

– Тем более. Ехать туда опасно.

– Я дам тебе палку. Будешь отбиваться.

Они стояли на своем, как два истукана, и я вздохнул, принимая их правила игры. Уже не раз так было.

– Вы никуда не уйдете?

– Нет, – протягивает Кирилл мне черный костюм. – Надень только рубашку и убери свою мотню в хвост.

– И помойся, – напоследок говорит Марк. – От тебя несет как из мусорного ведра.

– Да пошел ты, – бросаю перед тем, как заехать к себе и захлопнуть дверь.

В комнате я долго наматываю круги, все еще думая о ней. Даже телефона не оставила. Ничего, что бы дало понять, где ее искать. Как сделать так, чтобы закрыть ее в этом доме? Как сделать так, чтобы эротические сны, мучавшие меня все семь дней, стали реальностью? Тварь. Зачем она вообще появилась и сделала мою жизнь и без того несчастной?

* * *

На праздник мы приезжаем, когда главный зал ресторана заполнен под завязку. Я многих знаю, но общаться ни с кем не хочу. Сразу еду к бару, где меня встречает добрый друг Джек Дэниелс. Много всего я рассказал этому напитку. Столько же хотел рассказать Еве, но только он остался со мной, а она ушла. Бросила калеку, чтобы жить полноценной жизнью.

– Мне японцы звонили. Снова хотят выкупить «Глум», – именно так мы назвали наши очки виртуальной реальности и все программы с ним связанные. Именно так называется наша корпорация, которую мы скоро выпустим на рынок акций. А как только выпустим, станем богаче Эппл. Стив Джобс в гробу перевернется.

Загрузка...